The second of the two

Сентябрь 28, 2023. Среда

Бостон, штат Массачусетс, США

День свадьбы

      Наутро Луи выскальзывает из постели ещё до пробуждения Гарри и закрывается в ванной, тут же удивляясь своему неожиданно свежему отражению. Он-то думал, что бессонная ночь поцелуев и нескольких секс-раундов даст о себе знать синяками под глазами! Наверное, странно, что даже живот не болит. Но стоит отдать Гарри должное, он был достаточно вежлив с ним и не доставил никакого дискомфорта.       Более того, они пользовались презервативами, поэтому секс был максимально чистым: никакой спермы вытекающей из задницы Луи, ничего такого. Смазки было очень много, поэтому они убедились, что до течки осталось всего ничего, а это значит, что нужно срочно получить блокаторы и подавители для Луи.       После всего того, что произошло вчера, мысль о свадьбе совсем не пугает, но всё ещё не одушевляет так, как когда-то. Впрочем, Луи на это и не надеялся. Для него главным было просто успокоиться, и он рад, что это сработало.       В ванной есть большое зеркало от пола до потолка, поэтому Луи не может не полюбоваться собой и следами Гарри, оставленными на теле: несколько неярких засосов на груди и животе, парочка на ягодицах и несколько на внутренней стороне бёдер, следы пальцев на талии… Луи испугался бы не знай он, насколько легко у него стали появляться синяки после всего того, что с ним происходило в течение этого года. Проводя пальцами по красноватым следам, Луи невольно вздрагивает, когда дверь открывается и в ванную заглядывает Гарри.       — Всё в порядке? — он спрашивает прежде, чем окидывает взглядом нагое тело омеги, тут же ужасаясь. — О Боже, Луи… Прости, я… Ты не сказал, что я сделал тебе больно!       — Ты не сделал. Не волнуйся, у меня ничего не болит, а следы пройдут. Мне просто не хватает витаминов, так что… Иди ко мне, — беззастенчиво поворачиваясь к нему и опираясь на тумбу поясницей, подзывает его Томлинсон, немного радуясь тому, что Гарри тоже голый и тоже этого не смущается, когда подходит. — Ты был очень нежен, это было очень приятно… Ты очень заботливый муж, Гарри.       Очаровательно улыбнувшись, Стайлс обнимает парня и целует его в лоб, прежде чем тихо сказать:       — Ты был неожиданно покладистым вчера. Я думал, что ты будешь более требовательным после первого раунда. Ты удивил меня.       — Правда? — рассмеявшись, переспрашивает Луи и мягко трётся носом о его плечо, вдыхая его природный аромат и приятно массируя его спину пальцами. — А ты был удивительно доминантным.       — Ты же попросил меня об этом. Мне было хорошо с тобой, Луи. И ты прав, это действительно помогло расслабиться. Хотя я теперь боюсь, что у меня не хватит сил на первую брачную ночь.       Луи невольно смеётся, опуская ладонь на поясницу Гарри и поднимая взгляд к его лицу. Целуя жениха, Томлинсон ласково обхватывает его вялый член второй рукой и улыбается тому, как Стайлс удивлённо отстраняется распахивая свои прекрасные зелёные глаза.       — Уверен, что ты захочешь повторить вчерашнее и сегодня тоже, Эйч. Ты отлично справишься с тем, чтобы сделать меня своим омегой. Видишь? — Луи самодовольно усмехается, кивая на затвердевший член альфы. — Уже стоит. Тебе не о чем волноваться.       — Господи, Луи, ты просто… — Гарри смущённо утыкается носом в шею омеги, аккуратно толкаясь в его ладонь в поисках трения и радуясь, что Луи не собирается бросить его разбираться со стояком самостоятельно. — Восхитительный. Ты восхитительный.       — Я рад, что не был посредственностью в постели вчера вечером, — тихо признаётся Томмо, продолжая ласкать своего без пяти минут супруга. — Я боялся, что разочарую тебя в сексе.       — Глупости, — сипло отзывается Гарри и смотрит ему в глаза потемневшим стеклянным взглядом. — Ты не можешь быть разочарованием, Луи. Ты самый горячий и самый очаровательный омега из всех, кого я только встречал. Хочу посвятить всего себя только тебе… Я буду таким любящим мужем для тебя, Луи…       — О, да, ты будешь, — мягко улыбнувшись, ласково соглашается Томлинсон, чувствуя внутри себя что-то такое… такое давно потерянное, такое согревающее…       Луи чувствует, что сгорает изнутри, когда Гарри прижимается своим лбом к его, закрывая глаза и издавая отчаянный громкий стон, когда орошает живот омеги горячей спермой, уже не такой насыщенно-белёсой, как вчера во время первых раундов. Внутри Томмо словно внезапно всё загорается жарким пожаром, сжирая все страхи, поэтому, когда Стайлс отстраняется, тяжело дыша и благодарно целуя его в лоб, щёки и шею, Луи просто удивлённо хлопает ресницами. Он опускает взгляд на пальцы Гарри, собирающие сперму с его живота, и испытывает непонятное счастье, ловя запястье альфы и поднимая его руку, чтобы вобрать перепачканные семенем пальцы в рот.       — Луи, — мягко произносит Стайлс.       Он даёт ему немного времени, чтобы Луи мог сделать желаемое, а затем вытаскивает пальцы из его рта и страстно целует с языком, не испытывая ни капли смущения. Только взаимная жажда принадлежать друг другу. Только взаимная влюблённость. Только взаимное влечение.       — Нам не стоит видеться до свадьбы? — Луи сам не знает, утверждение это или вопрос, скорее что-то среднее. Он всё ещё не может заставить себя открыть глаза после долгого тягучего солёного поцелуя.       — К чёрту это. Я никуда не отпущу тебя от себя сегодня.       — Никогда, — наконец-то посмотрев ему в глаза, требует Луи. — Никогда не смей отпускать меня от себя, Гарри Эдвард Стайлс. Никогда не смей уходить от меня. Ты — мой.       — Ты — мой, — обещает Гарри и мягко целует его в лоб. — Ты только мой.       — Только твой, — клянётся Луи, впервые за всё их знакомство думая только о нём, только о Гарри.

***

      До свадьбы остаётся всего-ничего, но Луи достаточно спокоен из-за всего того, что произошло между ним и Гарри вчера вечером. И всё же в груди живёт волнительный трепет, когда, оценивая свой внешний вид через зеркало, Луи вспоминает о том, как начался этот день. Его щёки краснеют от воспоминания, а сердце бьётся так, как уже очень давно не билось. И за это почему-то не стыдно. Поправляя рюши на рубашке, Луи поворачивается к стилистке и просит затянуть корвет потуже. Хочется выглядеть идеально, хочется удивить Гарри. Хочется быть сексуальным. Пришлось перепридумать наряд для свадьбы, потому что Луи не хотелось быть в том, что он хотел надеть для Габриэля.       — Мистер Томлинсон, мы итак сильно затянули… — немного удивлённо глядя на него, проговаривает Эмилия.       — Ты, блядь, глухая? — ладно, он всё ещё достаточно раздражителен из-за препаратов, тем более, что он сегодня принял немного больше положенного на случай, если его накроет тревожность.       — Нет, мистер Томлинсон…       — Ну так, блядь, помоги мне!       Только оставшись довольным своей талией, Луи отстаёт от бедной девушки, как раз когда приходит его отец. Марк с улыбкой окидывает сына взглядом и протягивает ему руку, говоря:       — Пора идти, Луи. Волнуешься?       — Нет.       И это при том, что будет много фотографов и операторов… Наверное, если бы не таблетки, он бы сидел в шкафу и весь трясся от ужаса, пока его ищут по всему городу. Гостей пришло очень много… Луи становится немного жарко, и он едва держится, чтобы не упасть от волнения. Гарри стоит у алтаря, мягко ему улыбаясь и, кажется, тоже волнуется.       И всё-таки он переборщил с таблетками… потому что всё, вроде бы, так медленно и мучительно происходит, но вот он уже окольцован, вот они поцеловались, вот Гарри уже усаживает его за стол молодожёнов в ресторане. С момента церемонии бракосочетания прошло полтора часа, а Луи вообще ничего не успел понять, кроме того, что почему-то ужасно устал.       — Хочешь вина? Шампанского? — спрашивает Гарри.       Луи приходится приложить немало усилий, чтобы понять, что он говорит, но дело не в шуме гостей и музыке, а в том, что он, кажется, действительно переборщил с препаратами.       — Мне… нельзя, — неловко из-за своей заторможенности говорит омега.       — Мне сказали, что тебе можно пить в небольших количествах, — спорит Стайлс, внимательно смотря на него и всё-таки решаясь задать вопрос, который крутился у него на языке с самого утра, после того, как они позавтракали дома. — Луи, ты под чем-то? Что ты принял?       — Нет. Ничего. Просто… мои таблетки. Я просто немного больше принял… У меня, что, передозировка?       — Думаю, ты просто под кайфом… Давно ты дозу увеличиваешь? Луи, это очень серьёзно, у тебя может выработаться зависимость. Ты именно из-за этого можешь быть таким раздражительным…       — У меня нет зависимости… Я просто хотел унять волнение. Прости, я правда не думал, что всё будет так… Извини. Правда, Гарри, прости меня…       — Давай я налью тебе сока, хорошо?       Луи согласно кивает, наблюдая за тем, как Гарри немного взволнованно берёт в руки графин и наливает вишнёвый сок в его бокал. После того, что он испытал рядом с этим альфой сегодня утром, Томмо почему-то больше не может смотреть на него так же, как раньше. Раньше было даже как-то проще, хотя мысль о свадьбе казалась неловкой, ведь Луи относился к Гарри больше как к другу, а не как к мужу. А теперь он, кажется, влюбился и… Он буквально не успевает подумать, прежде чем спрашивает:       — Куда ты поставишь мне метку?       — Что? — удивлённо и смущённо уставившись не него, переспрашивает Стайлс.       — Извини, я не должен был спрашивать?       — Просто не ожидал. Ты позволишь мне поставить её на шее? — неловко спрашивает Гарри, ставя бокал с соком перед омегой и садясь на своё место.       — Оу, да. Да, конечно, не шее, да. Глупо было спрашивать об этом. Да.       — Всё в порядке. Давай потанцуем?       Луи согласно кивает, позволяя супругу самому взять его за руку и повести в центр зала, где уже танцуют гости их мероприятия. Оказаться в объятиях Гарри у всех на глазах оказывается немного неловко, особенно когда он видит Энн. Он почти ни разу не виделся с ней после случившегося с Габриэлем, но до этого она всегда была добра к нему. Видно, что она счастлива за Гарри, но на её глазах явно слёзы скорби, поэтому Луи с сочувствием опускает голову на плечо её младшего сына.       — Эйч? — тихо зовёт его Луи, чуть покрепче сжимая его в своих объятиях, пока они танцуют, покачиваясь из стороны в сторону и медленно кружась на месте, и Гарри отзывается тихим мычанием. — Я люблю тебя.       — Что? — немного отстраняясь от него, чтобы посмотреть в глаза, удивлённо переспрашивает Стайлс, но вести в танце не перестал.       — Я люблю тебя. Знаю, это неожиданно, но… ты нравился мне с тех пор, как мы познакомились, но сейчас это что-то другое. Ты был очень добр ко мне после смерти твоего брата, хотя я и не знал этого на самом-то деле. И ты был так вежлив и ласков, так заботлив, когда предложил взять меня в мужья, предполагая, что никто другой не возьмёт, ведь я — «попорченный товар». И ты так терпеливо относился ко всем моим заскокам, ко френд-зоне и всему остальному. Я думал, больше никогда не смогу испытать того, что испытал с Габриэлем, думал, вечно буду сравнивать тебя с ним, но… Гарри, ты заставил меня перестать плакать. Ты заставил моё сердце снова биться так же, как раньше. Я люблю тебя.       — А я люблю тебя, Лу… — счастливо улыбаясь, честно говорит Гарри и мягко целует его в лоб. — Уверен, Габриэль был бы рад, что ты смог жить дальше. Он очень любил тебя. Думаю, я люблю тебя не меньше…       — Я хотел зачать сразу после свадьбы, — вдруг произносит Томлинсон, заметив среди танцующих беременную родственницу Стайлсов. — Когда планировал свою жизнь, я хотел понести от Габриэля сразу после свадьбы. Я никогда не говорил ему об этом, никому не говорил. Но почему-то мне кажется, что тебе сказать можно.       Луи смущается из-за задумчивого взгляда Гарри, поэтому вновь прижимается к нему и устраивает подбородок на его плече, чувствуя, как муж гладит его по спине. А затем альфа вежливо запускает пальцы в его волосы, блестящие из-за какого-то средства, и тихо интересуется:       — Ты бы хотел понести от меня?       — Господи, Гарри, — сжимая его пиджак в кулаках из-за приятного давления в животе от его томного шёпота, ворчит Луи. — У меня скоро течка, а ты такие похабные вещи спрашиваешь!       — Извини, — явно смутившись, шепчет Стайлс. — Прости, не хотел возбуждать тебя.       — Дурак, — тихо шепчет Томмо, смущаясь из-за того, что Джоанна и Энн снимают их танец на телефоны. — …хотел бы.       — Правда? — прижимая его к себе немного крепче, спрашивает Гарри, так и не отстраняясь от него, видимо, боясь посмотреть в глаза своему новоиспечённому супругу. — Хотел бы завести со мной настоящую семью?       — Конечно. Ты ведь теперь мой муж, станешь моим альфой сегодня ночью. Мы будем навсегда связаны, так что… и я люблю тебя, так что да, думаю, да, хотел бы. Хочу. А ты?       — Конечно. Но давай пройдём обследования перед зачатием? Я бы хотел сделать всё правильно.       Луи мягко ему улыбается, привставая на носочки, чтобы поцеловать его в губы, не ожидая, что гости тут же зааплодируют им, громко скандируя «горько» и считая, сколько протянется поцелуй.