Там, где ты

      Территорию заброшенного аэродрома, помимо сгустившегося тумана, плотно затянуло дымом. Видимость в предрассветные часы свелась к нулю. Лань Чжань двигался наугад, ориентируясь на звуки повторяющихся выстрелов вдалеке. Перестрелку в стане врага можно было считать дурным знаком. Судя по всему, приключилось что-то из ряда вон, а там, где насилие, — неизбежны жертвы.       Утро выдалось на редкость прохладным, но Лань Чжань испытывал болезненный жар во всём теле. Вещества, которые он принял, чтобы мобилизовать силы, проявляли себя не без побочных эффектов. Ощущая, как накатывает лёгкое головокружение, Лань Чжань остановился, растёр ладонями горящее лицо и сделал глубокий вдох, затем ещё один и ещё. Стало легче. Мысли непрерывно вертелись вокруг Вэй Ина — только бы он оказался жив, только бы не случилось непоправимое. Желание снова коснуться его лихорадочно гнало вперёд.       Перемахнув через покосившееся ограждение, Лань Чжань пригнулся. Спутанные ветки кустарника цепляли одежду и царапали кожу. Подобно предгрозовым разрядам мышцы рассекало жжение. Чтобы как-то удержать контроль и запомнить дорогу, Лань Чжань отмечал в памяти перепады высоты, овраги и выделяющиеся из стены растений массивные деревья. Взгляд упал на оружие в руке. Знакомое чувство вынуждало сердце бежать яростнее. В кои-то веки Лань Чжань мысленно поблагодарил Цижэня, вложившего в него с малых лет умение сражаться так же надёжно, как способность держать палочки для еды. Отточенность действий в критических обстоятельствах была прописана в Лань Чжане на уровне инстинкта, даже когда, как сейчас, душу рвали на части тревога и отчаяние. Он отчётливо слышал в голове строгий голос дяди, требующий приструнить эмоции. При мысли, что вскоре, возможно, доведётся отнять чьи-то жизни, все лишние размышления затухали.       Переключив внимание на глок, крепко зажатый в пальцах, Лань Чжань в очередной раз проверил его функциональность и перевёл взгляд на приоткрывшуюся за растительностью зону обзора. Обступающие со всех сторон клочья тумана одновременно помогали и мешали. Чтобы отыскать место, указанное Сюэ Яном, Лань Чжаню вскоре пришлось пойти на риск. Он покинул защиту чащи и, пригибаясь, мелкими шажками ринулся по открытому пространству до ближайшей постройки. Помимо вспышек стрельбы в центральной части аэродрома доносился шум воздушных машин с посадочного поля. Похоже, Вэнь Чао ожидал, что к нему пожалуют гости, и пригнал сюда вертолёты. Вероятно, в них прибыли дополнительные отряды, чтобы обеспечить его безопасность. Это усложняло и без того патовое положение со спасением пленников.       Лань Чжань смутно представлял себе, как будет пробиваться через такое количество противников, и невольно прикидывал, что в связи с его побегом предпримет Лань Сичэнь. Наверняка брат уже пробил по своим каналам нужные сведения и тоже был в курсе предполагаемого нахождения Вэнь Чао. Но как скоро Сичэнь сможет действовать с учётом долгой раскачки Совета и сложностей, связанных с наличием заложников?       Вопрос, верил ли Лань Чжань в то, что Сюэ Ян внемлет его просьбам и позаботится о Вэй Ине, оставался открытым. Относительно Яна никогда и ни в чём нельзя было быть уверенным на сто процентов, кроме, пожалуй, одного — этот тип ничего не боялся, а может, настолько овладел искусством ношения масок, что внушал именно такое убеждение. В скрытности истинных чувств Лань Чжань и сам весьма преуспел, хотя до Сюэ Яна ему всё же было далеко. В прошлом Лань Чжань думал, что если не перерос чувство страха, то полностью подчинил его себе, однако после встречи с Вэй Ином это мнение стало спорным. Страх неведом тем, кто не цепляется за существование, а не цепляться за него человек способен лишь при условии, что его жизнь свободна от любых привязанностей. Можно ли это приписать Сюэ Яну? Некоторое время назад Лань Чжань полагал, что именно так всё и обстоит, но теперь не был уверен.       Чуть погодя из серо-сизых клубов тумана выплыли очертания гигантского конуса, вероятно и являвшегося крайним ангаром в длинной череде строений. Сразу за ним, судя по звукам, разворачивалась какая-то потасовка, потом громыхнул выстрел. Он, казалось, пресёк чьё-то движение, погрузив пространство в напряжённое оцепенение, но лишь на миг. Новый «обмен любезностями» ударил по ушам спустя секунду, а когда оборвался, стало удручающе тихо.       Лань Чжаню потребовалось собрать по крупицам весь свой самоконтроль и выдержку, чтобы не поддаться порыву и с ходу не наделать ошибок. Он не представлял, с чем придётся столкнуться в ближайшие мгновения. Если Вэй Ин был всё ещё жив, нужно было добраться до него раньше, чем начнётся бойня, но если умер… Нет! По венам помчался кипяток. Лань Чжань жадно втянул в себя воздух и резко ускорился. До слуха всё явственнее доносились голоса, на удивление хорошо ему знакомые.       — Бля! Быстро же ты добрался, Вэнь Сюй! — исходя из надсадности каждого слова и характерного клокотания крови в гортани, можно было предположить, что Сюэ Яна серьёзно ранили.       — Ты явно ждал кого-то другого, твою мать, — ответ Вэнь Сюя сопровождался ударами и свистящими звуками резких движений. — Ванцзи? Я угадал? Это ведь его шлюху ты только что закрыл собственным телом?       Вероятно, он уже поравнялся с Яном и разоружал его. Лань Чжань не мог видеть разворачивающуюся сцену, но различил шум борьбы, который быстро оборвался, сменившись глухими стонами.       — И как так вышло, что годы службы моей семье обернулись этим? — разочарованно рыкнул Вэнь Сюй. — Променял насиженное место на подачки младшего Ланя? Случаем не продешевил?       — Не вали всё в одну кучу, — кашляя, цедил Сюэ Ян. — Давай не сбрасывать со счетов, что твоя семья первой отвернулась от меня.       — Что закономерно, если твоя полезность уменьшилась.       — В таком разе не удивляйся, что я пересмотрел условия нашего сотрудничества. На хуй мне после такого сдался твой папаша и весь твой клятый род! Козлы вы, вот вы кто! Я себя не на помойке нашёл!       — Ошибаешься. Ты грязный босяк и подохнешь как взбесившийся паршивый пёс. Лучшего ты не достоин.       — Не говори «гоп», пока не перепрыгнешь, говноед сраный.       — Продолжаешь лаять? Ничтожество вроде тебя возомнило себя хозяином положения? Смешно.       — Загляни к Чао, посмейся над ним, — с вызовом огрызнулся Сюэ Ян. — И не благодари! Я знаю, этот психованный придурок заебал тебя не меньше, чем остальных.       Дыхание старшего сына Вэнь Жоханя сорвалось.       — Сука, если ты тронул Чао…       — Я его тронул, и не единожды, — с наслаждением растягивал слова Ян. — Ещё как тронул! Хоронить придётся в закрытом гробу!       Вэнь Сюй, чудилось, был ошарашен и замер на месте.       — Смерти ищешь?       Казалось, ему доложили о безумной выходке сорвавшегося подчинённого — о нападении на Чао и похищении одного из пленников, когда он с подкреплением уже направлялся к аэродрому, однако реакция на выпад Яна говорила, что о деталях произошедшего с братом он всё ещё не осведомлён.       — Что ты сделал? — спросил Вэнь Сюй дрогнувшим голосом.       Отплёвываясь от крови, Сюэ Ян утробно рассмеялся.       — Раскалённым металлом соскрёб его поганую харю с черепа! Но не болтай, отправляйся к нему и сам взгляни. Гарантирую, будешь впечатлён!       Вэнь Сюй наконец утратил хладнокровие и откровенно занервничал.       — Сукин сын! — презрение так и сочилось в его пропитанной гневом интонации. — Значит, так ты отплатил отцу за покровительство?       — Не разводи грёбаный театр! Твой папаша помыкал мной как вздумается! Кидал без зазрения совести на самую грязную работу — ту, о которую последние люди клана руки марать не желали!       — А для чего ещё ты годишься? Он продлевал твоё существование, пока ты был послушен, но я говорил ему: демона вроде тебя не приручить — его разумнее уничтожить.       — Вижу, отказом биться на турнире я задел за живое всю вашу мерзкую семейку. Не нравится, когда кто-то не прогибается под вас? То ли ещё будет!       — Я лишь сожалею, что раньше тебя не пришил, мразь.       — Рано губу раскатал — смотри, как бы наоборот не вышло.       — Какая ж ты гнида… — Сюй сорвался — последовал ещё один выстрел.       Он не остался без ответа.       — Ты! — взвыл Вэнь Сюй, похоже, тоже схвативший пулю.       В этот миг Лань Чжань наконец вылетел из-за угла ангара и смог увидеть всю картину целиком. На площадке перед заброшенным строением было трое. Старший сын Вэнь Жоханя в этот момент, покачиваясь, пятился. В одной руке он держал наставленный на стоящего на коленях Вэй Ина пистолет, другую прижимал к животу. Вэй Ин в свою очередь направил на него собственное оружие.       — Назад!       Его разбитые в мясо губы еле шевелились. На теле не осталось живого места. Тем не менее, осознанно или нет, Вэй Ин пытался прикрыть собой распростёртого на земле и истекающего кровью Сюэ Яна.       — Следующая пуля прилетит в твою голову, — несмотря на трясущиеся от слабости руки, уверенно выдавил Вэй Ин. — Хочешь жить, дай нам уйти.       — Уйти? — изумлённо осклабился Вэнь Сюй. — Это конец твоего пути, малыш. Ты сдохнешь здесь — вы оба!       Со стороны дальних ангаров раздавались частящие шаги членов банды, сопровождаемые сердитыми выкриками. Туман мешал им определиться с направлением, но было лишь делом нескольких минут, когда они нагрянут. Лань Чжань понимал — время для спасения ситуации на исходе. Он резко вскинул глок. Между ним и Вэнь Сюем простиралось около десяти ярдов, затянутых седыми космами мглы: даже если он не промажет и высадит мозги Вэнь Сюя с одного выстрела, пальцы того уже на спусковом крючке, а значит, он по инерции обменяется пулями с Вэй Ином.       — Вэнь Сюй! — выкрикнул Лань Чжань, собираясь отвлечь его внимание на себя.       Почти получилось. Звук его голоса заставил первенца Жоханя резко скосить на него глаза. Лицо Вэнь Сюя исказило сложной гаммой эмоций, в глазах разлился шок. А дальше случилось то, чего никто не ожидал. Ян, мокрый от крови и, казалось бы, доживающий последние мгновения, вдруг со стремительностью атакующего тигра подобрался с земли и налетел на Вэнь Сюя, грубо выбивая из его рук оружие и нанося коварный удар коленом по свежему пулевому ранению на животе.       Пытаясь втянуть в себя выбитый из лёгких воздух, рухнувший навзничь Вэнь Сюй взревел от боли, но всё же отбросил от себя Сюэ Яна, только этим дело не кончилось. Киллер с поразительной скоростью снова пошёл в наступление и оседлал его. Вэнь Сюй не в пример младшему брату был атлетически подтянут и имел высокий уровень в боевых искусствах, а ещё он значительно превосходил широтой плеч и ростом сцепившегося с ним Яна, лихорадочно блестящие глаза и дикий оскал которого вынуждали подозревать, что он и впрямь душевнобольной.       Сюй хорошо сознавал, что за человек перед ним, а потому быстро взял себя в руки и отвесил убийце ряд мощных ударов по торсу. Сюэ Ян до этого уже подвергся множеству ранений. Боль шарахнула по нервам сильнейшим разрядом. Глубокий вдох едва удался, заполняя лёгкие, тонувшие в крови, пропахшим гарью воздухом. Перехватив благодаря этому инициативу, Вэнь Сюй нанёс удар локтем по повреждённому плечу Сюэ Яна, почти взяв над ним верх. Следовало продержаться совсем немного. Люди его клана были на подходе.       Лань Чжань это тоже понимал. Рассекая собой облако мглы, он рванул к Вэй Ину, столкнувшись с его погасшим и пустым взглядом.       — Вэй Ин, ты можешь?..       Он не договорил — идти, потому что горло сдавил удушающий спазм. Человек в подобном Вэй Ину положении не то что идти, но и ползти не смог бы. И то, что он всё ещё оставался в сознании, уже можно было считать проявлением сверхчеловеческой воли. Лицо Вэй Ина походило на кровавое месиво, губы подрагивали, как и всё его до ужаса израненное тело. Вся одежда стала влажной от крови. На испещрённой ушибами груди вырисовывался ожог в виде солнца размером с половину ладони. Пропечённая до ржавой корки, сочащаяся влагой обугленная плоть съёжилась и при каждом движении наверняка причиняла невыносимую боль.       Лань Чжаня словно парализовало. Он знал, что ему надо немедленно вмешаться в поединок и вырубить Вэнь Сюя, катающегося по земле вместе с Сюэ Яном, а затем хватать Вэй Ина и бежать, но впал в оцепенение. Представшее перед ним зрелище оказалось для него слишком тяжёлым, хотя он повидал за минувшую ночь предостаточно страшных травм и увечий. Теперь он понял, о чём говорил Сюэ Ян, когда они связывались по телефону.       — Ванцзи! — долетало, будто сквозь заглушки в ушах. — Ванцзи, очнись, дебил, мать твою! Забирай Вэя и ходу!       На мгновение показалось, что Сюэ Ян так зол, что едва закончит с Вэнь Сюем, примется за него, но как только их глаза встретились, сковавшее Лань Чжаня замешательство схлынуло.       — Валите же, ну! — брызжа кровавой пеной, требовал Сюэ Ян, сумевший опрокинуть Вэнь Сюя на живот.       Киллер забрался ему на спину, придавив собой к земле, и теперь не без усилий удерживал на месте. В руках его мелькнул и провернулся нож. Вэнь Сюй рвался и сыпал проклятьями, но рана на талии от выпущенной Вэй Ином и прошившей его насквозь пули уравняла его с противником силы. Кто-то из его парней уже заметил дерущихся и, спеша вмешаться, палил без оглядки на то, что может снести голову в том числе и своему боссу.       Лань Чжань вскинул руку с глоком и снял сразу четверых передних стрелков, но это была всего лишь капля в надвигавшемся море, так что, даже быстро и чётко раздав весь магазин, он отсрочил неизбежное в лучшем случае на минуту-другую.       — Ты глухой или тупой?! — ярился Сюэ Ян. — Уматывай, чёрт тебя подери, или пинка тебе дать?!       Возросший напор выстрелов заставил Лань Чжаня принять решение. Почти утративший ориентацию в пространстве, Вэй Ин ослабел до того, что даже на коленях устоять не мог. Он выронил пистолет и с закатывающимися глазами повалился на бок. Лань Чжань подхватил его на руки, следовательно, тоже отстреливаться не мог.       — М-м…       Вэй Ин всхлипнул и застонал в зубы, чувствуя, как боль выдирает из него глухие рыдания. Его рёбра с одной стороны были раздроблены. Усилия совсем недавно прооперировавших его врачей пошли прахом. К не успевшей затянуться ране добавились новые порезы. Сознание едва теплилось в нём.       Сердце Лань Чжаня больно сжалось. Он прижимал к себе Вэй Ина как можно аккуратнее, но даже малейшего соприкосновения их тел хватало, чтобы причинить ему адовы муки.       — Заканчивай! — кинул Лань Чжань Сюэ Яну. — Иначе не оторвёмся!       — Не жди меня, сдрысни уже!       Киллер был ослеплён жаждой крови. Представившаяся возможность отыграться за все унижения и обиды открыла в нём второе дыхание.       — Я предупреждал… — бормотал он, наклонившись к самому уху Вэнь Сюя. — Пренебрежение мной дорого вам встанет, ублюдки! Думали пустить меня в расход, как какого-то третьесортного наёмника, в пизду вас! Такое со мной не прокатит! Я весь ваш гнилой род изведу!       Замахнувшись ножом, он со всей силы, на которую был способен, вонзил его в основание шеи Вэнь Сюя. Жертва забилась в агонии и издала истошный вопль, но Сюэ Ян и бровью не повёл. Он, рассекая плоть, рванул нож на себя, и выскользнув, тот обильно окропил его руки алым дождём.       — Ты труп… труп… Тебе не скрыться, отец достанет тебя и порежет на ремни, — на последнем издыхании исторгал из себя Вэнь Сюй, захлёбываясь кровью, но его участь была предрешена.       Доходили ли до сознания Сюэ Яна его предсмертные угрозы, оставалось неясным. Выстрелы искристо чиркали пространство. Одна такая вспышка разорвала рукав Яна вместе с предплечьем, но он даже не вздрогнул. Его взгляд остекленел, раздувшиеся ноздри трепетали. Более чем когда-либо походя на неуправляемого, разъярённого зверя, он снова занёс нож. На этот раз, натянув волосы Вэнь Сюя и заведя лезвие под его горло, он с силой повёл стальным полотном, глубоко вскрывая истекающую кровавыми потёками мякоть.       Голова Вэнь Сюя наполовину отделилась от корпуса. Он судорожно затрепыхался и застыл. С ним было покончено. Безжизненное тело утратило тонус и с булькающими звуками растекалось под Сюэ Яном парной кровью.       — Уходим! — повторил Лань Чжань, на всей скорости ринувшись в дымку этого кошмарного утра, но шагов Сюэ Яна за спиной так и не услышал.       Стремительно достигнув угла ангара, Лань Чжань оглянулся. Силы Сюэ Яна вместе с его яростью сошли на нет. Он отдал всего себя последней схватке и, хотя победил, даже подняться на ноги был неспособен. Разжав пальцы в волосах бездыханного противника, киллер скатился с его спины и, слепо вглядываясь в светлеющий, безмолвный небесный полог, больше не двигался. Замерший рядом с ним в луже собственной крови Вэнь Сюй походил на гору прикрытого одеждой мяса. Тигр расправился с охотником, но силуэты других охотников уже нависали над ним.       Со следующим ударом сердца потоки тумана сомкнулись, скрыв от Лань Чжаня площадку перед ангаром. Он покрепче перехватил Вэй Ина и помчался со всех ног той же дорогой, какой явился. Теперь его задача сводилась к необходимости как можно быстрее добраться до оставленного в подлеске внедорожника. Почти наверняка, не будь этим утром такого непроглядного тумана, их бы уже настигли и смели автоматной очередью. Выстрелы продолжали звучать за их спинами ещё какое-то время, но потом почему-то сместились к взлётному полю и полностью оборвались, когда пространство дрогнуло, и над аэродромом взвился залп световой шапки. К счастью, взрывная волна дотянулась до беглецов лишь шибанувшей по ушам мощью низкого гула и вздохом горячего ветра.       Ворвавшись в заросли, Лань Чжань ощутил подобие надежды. Ещё немного и они выберутся. Сейчас он не мог себе позволить думать о тех, кто остался за пределами его досягаемости — там, где ныне бушевало пламя. У него не было возможности им помочь, однако всё ещё теплился шанс спасти любимого человека. Не сбавляя шаг, он взглянул в лицо Вэй Ина. Веки того были плотно сомкнуты, но по его щекам неудержимыми потоками сбегали слёзы.