Лилия ведьмы

В жизни Ламии наступил период, когда она с трудом умещала все свои дела в двадцать четыре часа. К счастью адскому телу требовалось куда меньше сна, чем земному, однако он все же был необходим. В работе девушка не имела больших успехов. Продвижение отеля шло туго, частично из-за того, что она так и не разобралась с программой для создания сайтов, а просить Аластора об помощи не рисковала. Причина в кавардаке в собственной голове, а так же большой «любви» этого парня к новым технологиям. Сделать те же листовки и договориться о билдборде оказалось не так проблематично, но у наружной рекламы есть один большой недостаток — низкая концентрация. Признать, Кинг уже сломала голову над тем, как ей привлечь внимание к тому, что для большинства здесь не имеет смысла. Проблема с созданием сайта решилась проще, чем она ожидала. Редкие беседы с Аластором продолжались. Ламия поймала себя на мысли, с ним становилось все легче и легче общаться. Страх отступил окончательно, а так же осторожность, порой Кинг позволяла себе резко отвечать ему, ерничать, однако теперь Ала это тоже не задевало. Привык к едкому характеру и стал подыгрывать. Лами беспокоило лишь то, что по-своему начинала скучать, ждать встреч. Кинг нравилось играть для него вечерами, когда просил, словно только ему удавалось оценить всю красоту ее таланта. А ещё она стала понимать Аластора без слов, ловить ход мыслей прежде, чем тот озвучит. Мрака в душе оверлорда хватало, только теперь он не беспокоил, стал привычным, манящим. В одно из таких время препровождений в кабинете Кинг случился конфликт. Трудно это назвать ссорой, просто Ламия устала от резкой реакции демона на современные технологии. Он собирался уходить, когда девушка схватила его за рукав пиджака. Стушевалась под гневным и раздражённым взором управляющего, разжала пальцы. «Ему не нравятся прикосновения других, он всегда их избегает», — сделала заключения из странного поведения, которое замечала за ним в последнее время. Она часто наблюдала за этим парнем, а потом себе отвешивала мысленных оплеух из-за этого. — Прости, — извинилась и за поведение, и за то, что схватила без разрешения. — Однако хватит все время на меня всех собак спускать. Я родилась на век позже тебя, и эти технологии всегда присутствовали в моей жизни. Ты не обязан их любить, но твое раздражение по этому поводу постоянное утомляет, — спокойно выговорила Ламия, уже не боясь за дерзость остаться без конечностей. — Что ж, я и вправду был резок, — девушка удивилась, добиться от него признания неправоты так же сложно, как убедить грешников в необходимости искупления. — Однако, прошу заметить, с твоей стороны так же некрасиво пытаться впихнуть мне это, — он указал на мобильник, ставший предметом их спора. Лами пыталась доказать необходимость обзавестись данным устройством управляющему отеля, как минимум из-за общего чата, так удобнее было передавать информацию, а не искать его по всем помещениям. — Я хочу облегчить жизнь, — тяжело вздохнула. — У меня и так ступор из-за создания сайта для отеля. Не смотри на меня так, — считала раздражение во взгляде демона. — Я пытаюсь помочь теми способами, которые знаю, как и ты, — скрестила руки на груди. — Мне бы хорошего программиста, может дело тогда хотя бы сдвинулась с мертвой точки. — Тебе нужен тот, кто разбирается в этом? — уточнил управляющий, перекинув микрофон. — Почему сразу не сказала мне? — Ну ты и новые технологии находитесь в резком диссонансе, а когда пробую начать с малого, злишься, — покачала головой. — Так ты можешь найти мне программиста? — в карих глазах зажглась искра надежды, больше не придется самой ломать голову. — День или два максимум, — кивнул. — Надо было раньше сказать, не меня же ты планируешь посадить за эту штуку, — указал на монитор компьютера, и Лами постаралась сдержаться от замечания, что они почти ровесники, так что зря он так. — Только у меня условие, услуга за услугу так сказать. Я привожу тебе помощь, ты прекращаешь попытки познакомить меня с устройствами твоего времени, — протянул руку, на которую девушка недоверчиво покосилась. — Хочешь сделку? — с опасением поинтересовалась, интуитивно отступая. — Да, для надёжности, — демон насмешливо глянул на Кинг, не все страхи относительно него ушли из ее головы. — Это не на душу же, чего боишься? Просто соглашение. — Хорошо, — по сути Ламии нечего терять, даже душу, ведь она не у нее. Девушка решительно пожала руку Аластора. Между ними возникло энергетическое поле, от которого у нее мурашки пробежалась по телу. Все завершилось за секунду. Радио демон остался довольным, а вот Кинг нахмурилась. Теперь нельзя ему будет досаждать, а она верила в успех. Может через лет пятьдесят он бы сдался. Как и сказал Аластор, помощник нашелся через день. На пороге кабинета появился взволнованный грешник принявший форму овечки в этом мире. Он явно был запуган и вечно нервно поправлял огромные квадратные очки в толстой оправе. Какими методами его убедили помочь девушка выяснять не стала, оно ей не надо, лезть в дела одного из оверлордов себе дороже. Однако это не помешало пришедшему помочь с программой и создать основу для сайта. В общем Кинг нужно было только показать как, дальше она освоилась сама. Когда услуги программиста больше не требовались, парень буквально за несколько секунд покинул отель, тревожно оглядываясь по сторонам. Его поведение напомнило Ламии продавца из музыкального магазина, слишком напуган. — У тебя его душа? — поняла причину странного поведения. — И Фина тоже? — Да, — равнодушно ответил Аластор. — И сколько таких бедолаг? — Больше ста, — от этой новости Лами стало нехорошо. Не то чтобы она лелеяла розовые мечты о том, будто он редко заключает сделки, но иногда знать страшнее, чем оставаться в неведении. Работа с сайтом пошла в гору, но и другие программы продвижения Ламия не откладывала в долгий ящик. Накинув несколько вариантов листовок, Кинг пригласила к себе в кабинет Чарли. Последнее слово все равно оставалось за хозяйкой отеля. Когда Морнингстар заняла место напротив своего маркетолога, та разложила перед ней несколько эскизов, и Кинг ничуть не удивилась восторженной реакции девушки. Та радовалась даже минимальным действиям со стороны грешницы, усложняя работу. Хотелось больше строгости от дочери правителей Ада. — Они все прекрасны, — сжав в руках одну из листовок, сказала Чарли. — Может ты выберешь, я тебе полностью доверяю. — Доверяй, но проверяй, — Ламия закатила глаза. — Твоя задумка этот отель, ты хозяйка, тебе и принимать окончательное решение. Полагаться на специалистов хорошо, но этого мало для воплощения своей цели в жизнь, — сурово подметила Кинг. — Ты просто лучше в этом разбираешься, — смутилась, слова ее задели, и Лами считала то, что ей не понравилось. У принцессы вроде и нормальная самооценка, но вот решительности и твердости определенно не хватало. — Чарли, — Лами вздохнула, — не соскакивай с темы. Ты начальник, я подчиненная. — А ещё ты здесь за искуплением, а я, — замялась, не зная какие правильно подобрать слова. — Не можешь критиковать, боясь обидеть, — закончила фразу за собеседницу. Постучала пальцами по столу, размышляя, ее задача помочь Морнингстар, только сложно, когда она такая мягкая, для этого места принцесса совсем не подходит. — Похоже мне и с тобой надо провести беседу, — раскрывала блокнот. — Сказать, какое у меня впечатление сложилось о тебе? — Чарли неуверенно кивнула. — Добрая, даже излишни, розовые очки снять не помешает. Не хватает стержня, а это необходимо, не все постояльцы пришедшие сюда будут как Энджел, Пентиус и я. Ещё спасая других, отвлекаешься от собственных бед. Только вот за чужими проблемами от своих не спрятаться, — замечание Ламии огорчили Чарли, но лучше так, чем спускать все с рук. Ей необходимо стать сильнее, иначе Кинг сама попадет в неприятности из-за контракта с Лилит. — Готова открыть душу? — Может лучше потом, у тебя работа, — заерзала в кресле. — Вот так, отправляешь ко мне на беседы всех, а сама, — разыграла обиду. — Ты права, — встревожилась Морнингстар. «На нее подействовала самая простая манипуляция, серьезно? Не удивительно, что Аластор здесь, с его талантами тут раздолье для интриг, а мне проблем больше», — раздражённо подумала Кинг, нервно постукивая ручкой по блокноту. — Помню наш разговор в первые дни, — Ламия теперь жалела, что не выбрала стезю психолога, сейчас бы ей это не помешало, — тебя беспокоило равнодушное отношение родителей. — Ну, с мамой я общалась часто, а вот с папой, — тема явно неприятная, и вгоняла Чарли в ещё большее уныние. — Я была ребенком, когда они расстались, и не знаю. Мы с ним мало говорили, что он думает об отеле, обо мне. — Что же мешает спросить об этом его самого, чем мучиться догадками? — Морнингстар не ответила, но Ламия прочитала на ее лице — страх быть отвергнутой. — Не знаю, как в Аду происходят разрывы отношений, но среди людей это частое явление, — сама Кинг не сталкивалась с разводом родителей, ведь папа и мама любили друг друга до безрассудства. Есть нечто символичное в том, что умерли они вместе. — Причин много: недопонимание, погасли чувства, жизнь с другим человеком стала обременительной, однако многие в пылу семейных разрывов не помнят о детях и это травмирует их. Когда один из родителей уходит, никто не объясняет ребенку причину, и ему кажется, тут его вина и отец или мать больше не любит, при этом совсем забывая спросить покидающего семью, так ли это, — Ламия вовремя подсуетилась и достала пачку салфеток, которую протянула Чарли. Стоило закончить, принцесса разрыдалась в три ручья, Кинг попала в цель. — Поговори с папой, скинешь хотя бы какой-то груз со своих плеч. — А если он не захочет? — всхлип, и новый поток слез. — На мой вкус неизвестность всегда хуже, чем пережить момент, — грешница покинула свое место, присела на корточки рядом с девушкой и коснулась ее руки. — Я не стану утверждать, будто это будет лёгкий разговор, и он все поймет, вы решите проблемы, но тебе определено станет лучше. Сложно расправить крылья и взлететь, когда к ногам привязаны камни. — Я попытаюсь, — разрыдалась пущи прежнего, влетев в объятья Ламии. Кинг привыкла к роли жилетки, но все же странно успокаивать принцессу Ада на своих руках. Эта девочка должна быть сильной в общем представление, как мать и отец пошедшие против Бога и Рая. Однако получается даже высшие существа не защищены от душевных травм и не всегда их вывозят. Что же говорить о простых смертных тогда? Ламия признать сама не отказалась бы от утешений. — Я не специалист в семейной психологии, но у меня есть одно упражнение, которое возможно сможет тебе помочь, — Ламия вспомнила подругу, так же переживающую из-за развода родителей. — Напиши письмо для отца, в котором опишешь все свои чувства, расскажешь обо всем, а потом прочитай его ему или дай папе посмотреть, возможно так будет проще подобрать верные слова. — Поможет? — Чарли подняла глаза на грешницу. — Не буду давать гарантий, но иногда выплеснуть чувства на бумагу полезно, — ласково улыбнулась, потрепав девушку по светлым волосам. «Вижу внешние черты Лилит, но характер совсем не ее». Принцесса кивнула и снова уткнулась носом в плечо Ламии. Теперь правда не в истерике, а лишь тихо всхлипывая. Кинг не жаждала играть роль утешителя, однако и с места не сдвинулась, ожидая, пока Морнингстар успокоится. Сама же и спровоцировала ее на этот разговор, пожинай плоды. С трудом сдержала шипение, когда в кабинет зашёл Аластор, застав душещипательную картину. Одним взглядом Лами попросила его выйти, но тот сделал вид, будто не заметил и подошёл к ним. — Ох, Ал, прости, я должна была поговорить с тобой, — увидев своего управляющего, хозяйка отеля наспех стёрла слезы. — Ничего, я очевидно не вовремя, — изобразил сожаление, что сложно при его вечно улыбающемся лице. «Вот он специально же!» — мысленно возмутилась Кинг, но с другой стороны была ему благодарна за спасение от слез Чарли. — Мы пойдем, — Морнингстар встала на ноги, следом за ней и Лами. — На счет листовок. — Скину в общий чат, — махнула рукой. — Ещё несколько набросок оформления сайта, выберешь, отпишешься. Чарли вышла в компании управляющего из кабинета. Она чувствовала себя ещё подавлено, но ей на удивление стало легче. Ламия действительно являлась удивительной душой для Ада. Морнингстар видела ее свет и не понимала, как же она оказалась в одном котле с грешниками. Покосилась на Аластора, она заметила его сближение с постоялицей, их общение одними лишь глазами, жестами. Возможно ли что он понимает ее лучше всех, или она доверила сокровенные тайны души Радио демону? — Ал, хотела спросить тебя о Ламии, — завела разговор. — Хочешь узнать секреты ее сердца? — иронично поинтересовался демон. — Мне их она точно не расскажет, слишком осторожная. — Признаться я не вижу в ней ничего плохого, но Ламия всё ещё загадка для меня, — пыталась подобрать слова. — Она вроде многое рассказала о себе, но это все словно неважно и незначительно. Ты часто стал проводить с ней время, вы сдружились. Может хотя бы тебе доверилась. Я хочу ей помочь, но она будто отталкивает протянутую руку. — Дружбы здесь нет, и рассказывает не больше, чем другим, сошлись в интересах, — он не стал говорить о мелких деталях, проскальзывающих в беседах. Случайные слова и фразы, которые она вкидывала в их диалоги. Он мог лишь строить догадки, и ему это по-своему нравилось. Чужие тайны всегда притягательны. — В одном ты права, помощь Лами не хочет принимать. — Лами? — Чарли удивило это сокращение. — Не помню к кому-то столь ласковых обращений с твоей стороны, — улыбнулась, бросив игривый взгляд в сторону спутника. — Обычное сокращение, не строй теорий, — хмыкнул. — А говоришь не друзья, такие фамильярности просто знакомые не позволяют, — рассмеялась. — Ал, и все же, я могу что-то сделать? — Для этого тебе надо гораздо лучше понимать человеческие души, — девушка нахмурилась, услышав эти слова. — Из всего мне известного, могу сделать только такой вывод, — решил смягчить гнев хозяйки отеля. — Ламия из тех, кому часто приходилось ставить чужие интересы выше своих. Кинг не смогла вернуться к работе. Истерика Чарли забрала у нее моральные силы, и девушка решила отвлечься. Проверила растения, занимающие часть ее времени. Магическая поддержка жизни цветов в Аду требовалась постоянно. Она не представляла, как продавец из цветочного магазина справляется без ведьмовских фокусов. Закончив с ними, дождалась Ниффти, приходивший вечером, чтобы убрать кабинет. Появление маленькой бестии стало своеобразной традицией, в которой Кинг принимала участие. Она всё ещё воспринимала горничную ребенком и помогала ей, а после катала на тележке. Вернувшись же в свой номер, Ламия садилась за книги из таинственной библиотеки, облюбованной ею и приведенной в порядок. Некоторые вечера Лами играла на скрипке в общей комнате или лично для Аластора, если он хотел. Демон не надоедал с этим, однако девушка не возражала, если бы он позволял себе чаще просить, всё-таки его подарок. Забравшись на кровать, приняла позу лотоса, положила перед собой книгу и стала изучать. На тумбочке лежало взятое на кухне яблоко, Ламия хоть и являлась любительницей поесть, однако еда в последние дни мало ее интересовала. «Можно ли заработать в Аду гастрит?» — такая мысль появилась в голове, когда Кинг оценила свой режим питания, чаще состоящий из кофе и перекусов. С частью заклинаний из книги, лежащей перед ней, ведьма была знакома, но не все практиковала из-за сложности адаптации в человеческом мире. На замедление объекта во временном пространстве наложен запрет из-за опасности искажения. Решила рискнуть испытать его. Вспомнилась стычка с Аластором, как она уходила от теневых кольев. В Аду тело и вправду сильнее и ловчее, поскольку по сути это душа, однако подобное нельзя назвать личным преимуществом ведьмы. Такое происходило со всеми грешниками, а девушка не являлась хорошим контактным бойцом. Однако если замедлить чью-то атаку, от нее будет легко увернуться. Взяла в руки яблоко, подкинула его, связала пространство вокруг чарами. Падение замедлилось, и фрукт неспешно приземлился в ладонь. Довольная успехом, Кинг повторила трюк несколько раз. «Проверить бы это в реальном бою, как и другие чары, — устало прикрыла глаза, размышляя. — Защищаться я умею, а вот сражаться нет, а без этого тут явно будет тяжело». — Развлекаешься с моей книгой заклинаний? — аромат сладких духов наполнил комнату, а девушка всем телом ощутила трепет. Она слишком хорошо знала эти чувства, как и вкус темной помады на губах. — Лилит, — выдохнула имя, оборачиваясь к королеве Ада. — Что ты здесь делаешь? — Проверяю, как ты освоилась, — женщина дернула цепь, сжатую в руке, и девушка ощутила ошейник. — Добралась до моей библиотеки? — демоница взяла в руки книгу, небрежно пролистала. — Давно я ее не видела. — Может дочку лучше проверишь? — процедила сквозь зубы. — Ей не я нужна, а родители. — Чарли должна сама справиться, она уже не ребенок, — покачала головой. — Только и к миру этому не готова, не у всех хватает сил, чтобы обойтись без поддержки родных, — озвучила свои выводы Ламия. — Я ждала злую стерву, а не диснеевскую принцессу, когда пришла сюда. Думаешь, смогу ей помочь? — Да, — Лилит склонилась над девушкой. — У тебя часть моих сил, ты забрала почти всю магию ковена, тебе лишь нужно научиться этим пользоваться, — вернула книгу грешнице. — И все же зачем ты здесь? — Предупредить, — Лилит устало вздохнула. — Небеса что-то затевают. Ускорили время истребления не просто так, еще и Ева пропала. Не могу ее найти никаким способом. — Ева? Она в Ад попала, а не в ряды святых? — Первый грех, открывший врата в этот мир, совершила она, Рай такого не прощает, — хмыкнула. — В любом случае ангелы нацелятся на отель, и я хочу быть уверенной в тебе. — У меня есть выбор? — усмехнулась. — Прикрою своим телом, если не хватит сил защитить. Обойдёмся без различных форм убеждения. — Рада, что мы друг друга поняли, — кивнула. — Я для тебя еще одну новость принесла, — женщина игриво намотала прядь черных волос на палец. — Несколько ведьм и колдунов из твоего ковена сейчас здесь, и они лишились своей магии. — Я надеялась сюда попадет каждый из этих ублюдков, а не парочку, — сжала пальцы в кулак, борясь с гневом. — Не все они виновны, в порыве ярости тебе это сложно было понять, — демоница покачала головой. — Ты просто шла и убивала без разбору. — Невинны лишь те, кому горло перерезали ради силы и власти, остальные же если и не участвовали, то как минимум смотрели, не пытаясь помешать, — Ламия ощущала дикое желание сломать что-то и разрыдаться одновременно. С тех пор, как попала в отель, девушка по возможности меньше старалась вспоминать ночь своей смерти. — Смысл мне от твоей новости, все равно в Аду нельзя убить окончательно, — раздражённо провела по волосам, стараясь унять беснующуюся внутри злость, которую хотелось выплеснуть потоками огня, сжигая все дотла. — Твоим кинжалом и душу убить можно, — подмигнула Лилит, беря за подбородок грешницу. — Я слово держу, ты уничтожишь своих врагов, оружие для этого у тебя есть, силы тоже. — Моей сестре эта наша сделка уже не поможет, — подавила слезы, подступающие к глазам. — Она в Раю, не самый худший расклад, — Лили отстранилась. — Ламия, все не так плохо, как тебе кажется. Ад тоже можно полюбить, поверь слову его королевы, — ласково, даже как-то по-матерински, улыбнулась и растворилась в фиолетовой дымке. Кинг хотела сказать, что предпочла бы видеть своего птенчика живой и невредимой. Дать ей шанс поступить в колледж или университет. Кем бы стала Эвелин? Архитектором? Художницей? Она ведь так красиво рисовала. Ламия желала увидеть ее свадьбу, а потом детей. Только теперь этому не бывать. Так какая разница, где птенчик сейчас? Ламия призналась себе с трудом, что она жаждала видеть ее рядом с собой, но согласна с Лилит. Рай не такой уж и плохой расклад. Настроение скатилась к нулю. Злость не отпускала, как и назойливые мысли. Проснулась вроде бы забытая жажда мести, гнев. Кинг готова была разобрать Ад по кусочкам, но найти остатки прогнившего ковена и окончательно завершить их путь. Здравый смысл лишь тормозил порывы. Стоило сосредоточиться на насущных проблемах. Отсутствие боевого опыта к примеру. В голову закралась безумная идея, но это лучше, чем оставаться один на один со своей тьмой и злобой. Постучалась в комнату Аластора. Понимала, час поздний, и если он ее пошлет с бредовыми затеями, заслужено будет. Главное, чтобы не прибил за наглость. Открыл быстро. Он явно не удивился тому, что именно Ламия посетила его в достаточно позднее время. Выжидающе посмотрел на гостью, внешний вид которой можно охарактеризовать прилагательным взбудораженный. — Я хочу с тобой сразиться, — от неожиданного заявления демон чуть не выронил микрофон. — Более развернутое пояснение будет? — язвительно поинтересовался, сомневаясь в желание грешницы попасть в список его жертв. — Мне нужно научиться драться по-настоящему, а ты единственный, кого я не смогу покалечить, — Ламия эмоционально жестикулировала. — Время видела? — Но ты же не спишь, — скрестила руки на груди. — Наглости тебе не занимать, — хмыкнул. Раньше его раздражала эта черта в постоялице отеля, теперь он к ней привык, и ему она в какой-то мере начала нравиться. Даже страх перед ним не мог пересилить нрав этой девчонки. — Есть одно место, где можно это провернуть. Только не жди поблажек. — Это тренировочный бой, а не поединок насмерть, — заметила Кинг, позволяя Радио демону вести себя. — Я понял, не переживай, сильно не покалечу, — рассмеялся Аластор, когда собеседница выдала свою тревогу. Место, куда ее привел демон, оказалось вполне подходящим для пробных боёв. Вокруг ни души, лишь ветер бродил среди обломков зданий. В Аду такую пустошь найти сложно, везде идёт борьба за территорию, либо она занята каким-нибудь оверлордом. Чувство опасности. Находиться здесь с Аластором неразумно, однако сама напросилась. Встала напротив, раздумывая как поступить. Ждать атаки или нападать? Сигнала к началу боя не было, но в этом месте тебя не станут предупреждать о желании покалечить. Вопросительно посмотрела на демона. Он оставался равнодушным и похоже не собирался первым наносить удар. Выдохнула. Начала с простых атак. Несколько огненных шаров размером с баскетбольный мяч направились в сторону противника. Аластор даже не пошевелился, тени его защитили. Ведьмовская интуиция подсказала откуда пойдет удар. Ламия ушла от нескольких черных щупальцев, намеревавшихся ее схватить. Двигались они быстро и хаотично, применить на практике замедление оказалось сложнее. Не ускользнула от пришедшей атаки снизу. Черные путы поймали за ногу и повалили на землю. Ударилась спиной, ободрав кожу об острые камни. Шипя от боли и досады, поднялась. В отличие от нее Ал даже не вспотел. Неприятно стало осознавать, он и четверти силы не использовал. Отступив на приличное расстояние, запустила из пламени торнадо, однако прежде, чем развеялись огненные потоки, почувствовала, не помогло. Демон с лёгкостью отразил на первый взгляд мощные чары. «Я настолько слаба или он силен?» — нахмурившись, подумала Ламия, спасаясь от черных сталагмитов, образовавшихся вокруг нее и перекрывавших все пути отхода, пришлось разрушить часть энергетической волной. Появлялись новые наросты. Максимально очистив путь, перепрыгнула через них. Грациозно это сделать не получилось. Упала и ударилась. И так повторялось раз за разом. Девушка пробовала комбинации атак, уходила от силы демона. В какой-то момент удалось даже использовать замедление, однако в конце оказывалась поверженной, а Аластор даже не сменил положения. Это злило. Она ведь могла лучше, но собственным силам будто мешал какой-то барьер. — Дерьмо, — выругалась, в очередной раз упав на спину. — Хватит уже на сегодня, — над ней склонился Аластор. — Признаться, я разочарован. Ожидал большего от ведьмы. — Уж простите, что не оправдала ваших надежд, — зло отозвалась Ламия, продолжая лежать на камнях. — Могла бы, но дралась слишком аккуратно, — повел плечами. — Ты боялась мне навредить, должна была стремиться убить. — Я не хотела сделать тебе больно, — призналась, вот одна из стен, мешающих развернуться в полную мощь. Плюс Аластор сам разбирался в магии, и когда она попыталась вызвать головную боль, то не смогла из-за его защиты. — У тебя бы все равно не получилось, — протянул руку, помогая подняться. Хватка не сильная, пришлось самой приложить усилия. — Не для этого ты ли именно меня попросила о битве? — Не могу воспринимать тебя как врага, — Ламия села на край бетонной конструкции, некогда служившей зданием. — Ты может временами и раздражаешь, но ненависти нет. — Это странно, с учётом наших стычек в начале, — хмыкнул, стряхнул пыль и опустился рядом. — Людям свойственно менять мнение, — произнесла, прикрыв глаза. От усталости хотелось лечь и уснуть прямо здесь. Она измотала себя за целый день, а бой забрал остатки сил, теперь точно не будет думать об информации, оставленной Лилит. — Ни могу не согласиться, — заметил состояние собеседницы. — Вернёмся в отель? — Подожди, хочу дух перевести, — мотнула головой, раздражённо дёрнув плечом. Спину жгло от боли, слишком часто на нее падала. — Не мог бы ещё со мной провести несколько тренировочных боёв? — Сейчас? — Нет, — энергично замахала руками. — Позже, может завтра, как оклемаюсь. — Хорошо, — кивнул. — Так быстро согласился? — удивилась. — Никаких условий? — А они тебе нужны? — рассмеялся. — Нет. — Вот и хорошо, — во взгляде веселье. — Хочу увидеть твою реальную силу, так что постарайся в следующий раз, — заметил красное пятно, растекающееся по черной ткани. — Эй! — только и успела воскликнуть Кинг, когда ее развернули. — Для того, кто не любит чужие прикосновения, ты позволяешь себе слишком много вольностей в адрес других, — зашипела, почувствовав пальцы демона, прошедшие по спине. Когти задели особенно пострадавший участок. Аластор замер на секунду, удивленный комментарием. Большинство не замечали этого нюанса. Иногда за взрывным характером этой девчонки скрывается удивительная проницательность. Осторожно расстегнул молнию на платье, вызвав ещё больше возмущения. — Не дергайся, — схватил за плечи и не дал встать. — Я лишь хочу посмотреть что с твоей спиной, — пришлось удерживать некоторое время, пока девушка не успокоилась и покорно не застыла. — Как твою голову посетила гениальная мысль драться в платье? — Я не контактный боец, в основном магия, не видела смысла в спортивном комплекте, — с раздражением отозвалась Ламия, стараясь не думать о съехавшей с плеч ткани. Стала неловко от собственных ощущений. Он просто осматривал раны без лишней эмоциональности, а у нее по телу мурашки бежали от его прикосновений. Сколько не ругай себя, а увлеклась точно. Это не влюбленность конечно, скорее интерес, как к персонажу книги или фильма. Узнать поближе, разгадать загадки, почувствовать себя его близким человеком. — Как часто ты падала? У тебя здесь кровавое месиво, — поинтересовался Аластор, заметив дрожь Кинг, и прекрасно понимая, сейчас это не от страха или холода. Данный факт льстил и тешил самолюбие. Как далеко ему будет можно зайти? Лами не позволяла себе большего, чтобы не оступиться. Не хотела поддаваться ему и своим чувства, поскольку ей важен контроль и надёжность. — Сколько раз ты меня ронял? — язвительно произнесла, стараясь не потерять самообладание, когда игривым движением пальцев прошлись по изгибу от плеча к шее. — Ал, я почему-то уверена, там ран нет. — Глаза на затылке отрастила? Может мне лучше видно? — поинтересовался, оказавшись слишком близко к девушке, она буквально чувствовала его дыхание на своей коже. Горячее, как раскалённый воздух Ада. Замерла. Он видит ее насквозь и играется, и не потому что она ему интересна как девушка, а забавы ради. Не выходит за рамки дозволенного, однако распаляет ее тело, отзывающееся на самые невинные действия. Злило. Разумнее остановиться и уйти, высказав неодобрение, однако и причин отталкивать нет. В Аду есть святые? У нее в наличие не имеется никаких любовных обязательств, тот, для кого надо оставаться верной, как и у Аластора. Так почему бы им двоим не позволить себе немного баловства? Из этого же ничего не выйдет, никто никому ничего должен не останется. С искренним интересом решилась на сближение. Прижалась к мужской груди, откинула голову назад, вглядываясь в туманное небо. Руки демона спустились на талию, обняли. Приятно. Думала оттолкнет, а он продолжил. — Жаль здесь нет звёзд, — тихо произнесла Кинг, чуть развернув голову, чтобы увидеть лицо Радио демона, скосившего глаза в ее сторону. Никакой страсти нет в его взоре, лишь пляска потехи. — В Аду вообще мало красоты. — Попадая сюда многое теряешь, а приобретаешь только если не лишён смекалки и способен выйти за рамки. Здесь можно найти то, чего нет на земле, — смешок. — Однако признаться, я скучаю по звёздному небу. Легкая улыбка коснулась губ Ламии. Призвала свои силы, создавая иллюзию ночного небосвода такого, каким видела его в последний раз. Демон ничего не сказал, лишь будто сжал ее крепче. Стало труднее отгонять желание почувствовать больше, чем просто невинные объятья. Если он влюбиться, то каким будет с этим человеком? — Кажется теперь твоя кровь на моей одежде, — тон Аластора не изменился, ни раздражения, ни досады от испорченной вещи, лишь сухая констатация факта. — Почему от тебя это слышится как флирт, — хихикнула. — Потому что ты так хочешь слышать, но я не против такого восприятия, — едва уловимо холодные губы коснулись горячей кожи на шеи Ламии, и по ее телу словно разряд тока прошёлся. «Хочу тебя поцеловать», — назойливая мысль испугала и ошарашила. Они слишком близко подобрались друг к другу. Нет, надо остановиться, иначе окажется в ловушке как Энджел со своим контрактом. Только с Аластором это ещё опаснее, учитывая его талант так легко считывать ее за всеми слоями фальшивых образов. Демон не держал Ламию силой, и она легко высвободилась из объятий. Справившись с нервозностью, села к нему в пол оборота. Лицо непроницаемая маска, однако глаза хранят весь спектр чувств. Ее попытки держать все под контролем привлекали его, ведь он такой же. Улыбчивая маска и лишь глаза открывают истину. Они оба видели правду, но из уважения друг к другу предпочитали ее скрывать. — Застегнешь платье? — с очаровательной улыбкой спросила Кинг, изящным жестом заложив прядь черных волос за ухо. — Раны надо обработать, — заметил, но выполнил просьбу, аккуратно поднимая молнию, чтобы не потревожить особо покалеченные участки. — Знаю, но предлагаешь мне идти, когда с меня одежда спадает? — рассмеялась, представив эту картину, которую мог увидеть случайный прохожий. В компании Радио демона это приобретало феноменальный оборот. — Забавно было бы на это посмотреть, — весело произнес, протянув руку, чтобы помочь встать. — Пора в отель, — поднял глаза вверх, где над ними ещё нависала иллюзия ночного неба земли. — Как долго это будет держаться? — Пока я не захочу убрать, в подобных чарах ограничений во времени нет, все зависит лишь от самого мага, — махнула рукой, развеивая иллюзию. — Если умру или ослабну, то не смогу держать долго, и чаще они бесполезны. Максимум заклинание «зеркало» может отвлечь, — вопросительный взгляд Аластора порадовал. Приятно иметь перед ним преимущество в виде базовых знаний, которые получают ведьмы в ковене, но недоступны самоучкам вне их сообщества. — Создаешь свою иллюзорную копию, она не материальна, стоит врагу коснуться и развеется. На основе этих чар есть ещё астральная проекция, позволяет переместиться с помощь двойника в любую точку и видеть его глазами, даже общаться можно с окружающими людьми. Я так иногда посещала Париж, Барселону. На большом расстоянии держать крайне сложно и недолговременно, однако усилия того стоили. — Интересно, — Аластору нравилось узнавать нечто новое о магии для себя, это могло оказаться полезным. — Ты кроме того кинжала не перехватила ли с собой книгу заклинаний? — Нет, — о библиотеке рассказывать совсем не хотелось, даже тому кто оценит собранные там знания. Это место только ее. Вернулись лишь к середине ночи. Их встретили пустые коридоры. Ламия, идя рядом с Аластором, мысленно содрогалась, понимая, без чьей-либо помощи раны не обработать. Второй подобной сцены ее ментальное здоровье просто не выдержит, и она точно сделает шаг в объятья демона. Хуже всего то, что он видит это и готов воспользоваться ситуацией. На удачу Кинг по пути в комнату управляющего столкнулись с Чарли, потиравшей глаза, однако стоило увидеть этих двоих, сон как рукой сняло. — Ламия? Ал? Что случилось? — Морнингстар подбежала к потрёпанной грешнице и внимательно осмотрела лицо, на котором красовались царапины и ссадины. — Ничего страшного, — успокаивающе произнесла девушка, отступая. — Она дралась со мной, и я немного увлекся, — от заявления Аластора нервно дернулись обе. Одна от ужаса, другая от недосказанности, меняющей восприятие этих слов. — Он хочет сказать, что учил меня сражаться, но переоценил мои возможности, — заменила контекст Кинг, пока принцесса не устроила драму из происходящего. — Почему ночью? И зачем до такого состояния? — недовольно спросила Чарли, строго посмотрев на управляющего. — Данные вопросы не ко мне, — кинув взгляд на свою спутницу. — Не я пришел к ней с приглашением на дуэль. — Нельзя же так, Лами, — от сокращения имени грешница нахмурила и покосилась в сторону Аластора, знала, откуда это пошло. — Ал, аккуратнее надо быть, не все же такие сильные, как ты! — он скрыл смешок, похоже Чарли и близко не замечала, насколько способная ведьма Кинг, иначе бы поняла, почему именно он стал ее спарринг партнёром. — Постараюсь в следующий раз быть аккуратнее, — хмыкнул, переложив микрофон из одной руки в другую. В этом жесте без изменения интонации голоса Ламия научилась считывать издевку. — Чарли, будь любезна, обработай спину нашей постоялице, пока она инфекцию не занесла в рану, — за передачу ее Морнингстар Кинг была благодарна. Он сделал это намерено, чтобы избежать очередной сцены полной смущения и внутренних споров. Встреча с принцессой оказалась случайной, та шла на кухню выпить воды, когда наткнулась на Аластора и Ламию. Данная информация выяснилась по пути в комнату хозяйки отеля, чье возвращение в компании постоялицы потревожило мирно спавшую Вэгги. Даже если и защитница Морнингстар испытывала неприязнь к Кинг из-за ревности, встревожилась не меньше, оценив вид Ламии. Поспешила достать аптечку, пока Чарли усаживала девушку на кровать и освобождала искалеченную спину от платья, параллельно поясняя Вэгги произошедшее. — Ох, — Морнингстар прижала ладошку к губам, увидев пострадавший участок тела. — Какого? — ругнулась ее подруга. — Тут же просто все в мясо! — схватила копье. — Ну я ему устрою! — Вэгги, не надо, — Чарли поспешила успокоить свою девушку. — Я сама с ним поговорю. — Прекратите обе, Аластор тут вообще не виноват, — вспылила Ламия, начав яростно жестикулировать. — Он всего лишь выполнил мою просьбу! — Избить тебя? — грозно спросила Вэг, но копьё вернула на место. — Потренировать меня, — вздохнула, знала бы о том, в какую проблему это выльется, осталось бы с Радио демоном. — Слушайте, он и пальцем меня не тронул, это я скорее неудачно приземлялась, — в голове всплыл момент перед тем, как они вернулись, на щеках непроизвольно выступил румянец. Принцесса переглянулись со своей девушкой. «Мне не показалось? Они оба что ли?» — Чарли вспомнила разговор с Аластором, как он назвал Кинг, теперь Ламия покраснела при упоминание о нем. — Оу, — вырвалась у нее, понимая к какой догадки ведут ее мысли. — Надо обработать раны, пока они не затянулись с какой-нибудь заразой, проникшей внутрь, — спохватилась, быстро перевела тему. — Чарли? — Вэгги не поняла резкую смену настроения принцессы. — Мы это так оставим? — Лами же сказала, все в порядке, значит так и есть, — Морнингстар нервно приступила к разбору аптечки. — А если она просто запугана? — Вэгги, я не из тех, кого легко запугать, — строго заметила Кинг. — Он ничего мне не сделал плохого без моего разрешения. — Хорошо, — сдалась защитница, садясь в кресло и следя за тем, как Чарли занимается пострадавшей. — Зачем тебе вообще тренировка? Намереваешься за территорию драться? — с подозрением покосилась на постоялицу отеля. — Нет. Я просто хочу уметь защищать себя, — выразила недовольство в сторону Вэгги, которая всячески пыталась подловить Ламию на чем-то нехорошем. — Ты под защитой отеля, тебе это не к чему, — строго заметила подружка принцессы. — А ещё выхожу в город, и насколько я поняла в Аду два варианта: либо отпор даёшь, либо оказываешься на цепи, спасая свою шкуру. Уж прости, что не хочу рисковать и продавать свою душу! — резко дернулась Кинг, и по спине прошёлся импульс боли, поскольку в этот момент Чарли неудачно приложила ватку с антисептическим средством. — Хватит ругаться! — встряла Морнингстар. — Лами, сиди и не дергайся, — то, что Чарли умеет злиться, стало новостью для грешницы, а вот скривившееся лицо Вэг при ласковой форме имени не удивило. — Мы не ругаемся, просто у тебя ревнивая девушка, которая вместо того, чтобы поговорить, выражает все через агрессию, — усмехнувшись, произнесла Кинг, задела за живое. — Вэгги, это правда? — поинтересовалась Чарли у смутившейся подруги. — И вовсе я не ревную! — воскликнула, активно жестикулируя руками. — Конечно-конечно, — рассмеялась Ламия, и с издевательским весельем в глазах посмотрела на обеспокоеную Вэг. — Давай уясним один момент, я не интересуюсь девушками в таком плане. Вэгги стушевалась, а Чарли вздохнула, заканчивая с ранами. Ей не нравился этот конфликт между ее подругой и постоялицей. — Почему ты вдруг начала меня ревновать? — спросила принцесса. — Ты все время говоришь Ламия то, Ламия сё, словно других не замечаешь, — обижено ответила защитница. — Лишь потому что за последнее время она много чего сделала для отеля, но не из-за чувств иного рода, — Морнингстар взяла за руку свою девушку. — Вэгз, я только тебя люблю, — поцеловались, а невольная свидетельница любовной драмы закатила глаза. — Я тут походу лишняя, — встала с постели и направилась к двери. — Подожди, проведу тебя, — оторвалась от возлюбленной принцесса. Ей хотелось поговорить ещё с Кинг. — Чувствую себя нормально, в состоянии дойти, — энтузиазм Морнингстар не был оценён, только вот та все равно увязалась за грешницей. — Извини, за перепалку с Вэгги. — Она вспыльчивая, но быстро отходит, — отмахнулась сопровождающая. — Знакомо, — усмехнулась, про Ламию ведь точно так же можно сказать. — Если беспокоишься, что я опять куда-то не туда сверну, то зря, для новых подвигов слишком устала. — Не в этом дело, кое-что узнать хотела, — Чарли остановилась и стала заламывать пальцы, стесняясь собственных предположений. — Почему мне кажется, что вопрос не из приятных? — встала напротив и скрестила руки на груди. — Тебе нравится Ал? — спросила, застав постоялицу врасплох. С чего вдруг подобные предположения появились в белокурой голове? — «Нравится» понятие растяжимое, уточни в каком контексте тебя это интересует, — Ламия переключилась на ироничный тон, защищая собственные чувства, которые никого не касались, кроме нее самой. — Как друг? С ним весело, интересно общаться. Как человек Аластор неоднозначная личность, в не Ада я таких сторонилась, чтобы жизнь себе не усложнять. — Я о другом, — пискнула Чарли, смутившись сама и вызвав подобные эмоций у собеседницы, которая не хотела это обсуждать. — Могу сказать, что крайне бестактно спрашивать подобное в лоб, однако я отвечу, чтобы потом не было недопонимая и глупых сплетен, — Ламия собралась с мыслями, желая четко сформулировать свою позицию. — У него есть харизма, деликатность, воспитание и с этого ракурса подобное привлекает меня, однако о люблю или отношениях здесь и речи не может быть. Я не выбираю плохих мальчиков, мне важно мое ментальное здоровье. Эмоциональные качели тоже не мое, а он их обеспечит в отношениях, потому что тот ещё нарцисс, который не поставит мои потребности выше собственных желаний. Не могу сказать, что с ним нереально построить отношения, можно при условиях низкой самооценки, где ты будешь подстраиваться, или же на ровне с его самолюбием, чтобы быть на одном уровне с партнёром, однако для этого нужно масса терпения, а у меня его нет. — Ох, прости, не стоило спрашивать, — неловко провела по волосам. — Вы так много времени проводите вместе, и я подумала. — Хорошо, что решила уточнить, это лучше чем глупые догадки, — покачала головой. — Мы часто вместе, потому что есть общие интересы, — демонстративно зевнула. — Я конечно рада пообщаться, но сейчас предпочла бы отправиться в постель, — развернулась, чтобы уйти. — Спокойно ночи, Чарли. — Спокойно ночи. Спустя несколько дней Ламия завершила работу с травами. Энджел узнав об этом, настоял, чтобы ведьма продемонстрировала результат всем обитателям отеля. Кинг решила сделать самый простой отвар, который помнила без использования вспомогательной литературы. Все собрались на кухне, наблюдая за тем, как она магией высушивает травы, а после готовит напиток. — Энджел, смотришь на меня с таким энтузиазмом, будто я травы для «веселья» завариваю, — насмешливо сказала Кинг, поймав взгляд паучка, во время того, как разливала свое творение по чашкам. — Не жди эффекта «вау», просто чай для поднятия настроения и сил. — Обидно, хотелось чего-то экстраординарного, — развел руками Даст. — Вот и эффект «вау», ты знаешь подобные слова, — пошутил Хаск, повеселив окружающих, и вынудив друга нахмуриться. Ламия закатила глаза, эти перебранки выглядели крайне мило но фоне того, что весь отель знал об их отношениях. «Вроде Ад, а любовные драмы на каждом углу», — весело подумала Кинг, раздавая остальным напиток. — Эндж, хочешь фокусов, отправляйся в цирк, — иронично произнесла Ламия, продолжая свою возню. — Я в клоуны не нанималась. — Неужели? — реплика со стороны Аластор, с которым отношения сохраняли прежнюю дистанцию, разозлила. Он то видел достаточно трюков девушки, чтобы не относить ее к ряду цирковых артистов. — Пей, не обляпайся, — с громким стуком поставила перед ним чашку. — Яду туда подмешала? — продолжал веселиться демон, наблюдая за сменой спектра эмоций на лице Ламии. — Пару капель сарказма, не отравишься? — хмыкнула Кинг, скрестив руки на груди. Аластор, изображая обиду до глубины души, которой не было, ибо язвительными комментариями они обменивались часто, отпил напиток. — У твоего ужасного чувства юмора, не такой уж плохой вкус, — оценил созданный ведьмой отвар. Никто уже не косился в сторону этих двоих, ожидая момента расправы, приняв факт их дружбы без ужасающих последствий. Только теперь Чарли смотрела на эти перепалки иначе. Из головы не выходила мысль о возможном романе, хоть Кинг ясно дала понять, даже если и будет испытывать симпатию, с ним она не станет встречаться. И все же, а вдруг получится, любовь способна на многое, в это принцесса верила. «Если он ради нее будет стараться стать лучше, то может удастся и его исправить, искупить, это же будет феноменально!» — лицо Морнингстар приобрело одухотворение от собственной безумной идеи. Многие привыкли к такому поведению Чарли, и не среагировали. Ламия, на которую смотрела хозяйка отеля с неким восторгом, немного поежилась. Аластор сохранил равнодушие, но понял, о чем думает принцесса. Захотелось рассмеяться от ее глупости, однако воздержался. — Что с ней? — настороженно спросила Кинг, позволив себе наконец-то отпить травяного отвара. — Видимо голову нашей спасительницы посетила очередная «гениальная» идея, — издал смешок Даст, и Ламия поняла, что не хочет в этом участвовать. — Пойду-ка я отсюда, пока меня не зацепила ее благодать, — с этими словами отставила кружку, намереваясь уйти. — Ламия, постой, — стараясь улыбаться как можно правдивее, девушка развернулась к принцессе. — Ал же ещё не видел сделанные тобой листовки, может он поможет выбрать какую нам использовать. — Мы вроде голосование в чате провели и определились, — вздохнула, похоже ее не собирались втягивать в очередную игру по спасению души. Не раскусила маневр принцессы, в отличие от демона, который не против был поучаствовать в этом спектакле. — Его же там нету, и будет нечестно не посвятить в детали управляющего, — сделала максимально невинное лицо. «Это не мои проблемы, что он хотя бы для работы не может пойти наперекор своим принципам и обзавестись мобильником», — с раздражением подумала Ламия, даже Пентиус, родившийся позже, позволил себе телефоном пользоваться, чтобы участвовать в делах отеля. — Ладно, — она ведь обещала, не станет донимать Радио демона с новыми технологиями, поэтому сдалась. Оставив остальных на кухне, направились к кабинету девушки. Знавшая уже Аластора достаточно хорошо, Кинг отметила его излишни радостное настроение, поэтому косилась без конца в сторону мужчины. Произошедшее они не обсуждали, предпочитая общаться так, словно ничего не было. Данная позиция устраивала обоих. К тому же он по вечерам помогал ей подтягивать навыки боя и на автомате вырабатывать использование необходимых для защиты заклинаний. — Настроение у тебя до ужаса хорошее, — произнесла Кинг, когда они зашли в кабинет. — Рад, что не вписался в идею Чарли? — Я уже в ней участвую, — рассмеялся, подходя к радиоприемнику и включая мелодию, соответствующую его настроению. От этого Лами стало ещё более жутко. — Как и ты. — Что? — девушка вопросительно посмотрела на него, пытаясь сопоставить детали произошедшего в голове. — Вот же сваха! — если ее ошарашила эта мысль, то демон только больше развеселился, при виде страдальческого лица Кинг. — Зачем ты ей подыгрываешь? — Иногда крайне интересно наблюдать за потугами Чарли совершить невозможное, — крутанул микрофон, его веселье начинало раздражать, тем более зная откуда оно взялось. — А, черт с тобой, делай что хочешь, — сдалась Ламия, на счет бесполезных стараний принцессы он был прав, однако хотелось, чтобы она сразу поняла, и не пришлось столкнуться с трюками наподобие «случайно заперты в одной комнате» или «незапланированный романтический ужин». Хотя от вкусной еды Ламия бы не отказалась. — Мне у тебя разрешение надо спрашивать? — поинтересовалась Аластор, и девушка полностью расслабилась, подхватывая его игривое настроение. Он позабавится, однако не перейдет нормы допустимого. — Когда дело касается моих личных границ, желательно, — хмыкнула. — Неужели не хочешь сама поучаствовать? — склонил голову на бок, глаза озорно сверкнули. — У нас с тобой разное понятие веселья, — сдула с лица упавшую прядь, которая как назло вернулась обратно. — К тому же, сам то потянешь со своей нелюбовью к прикосновениям? — наклонилась чуть вперёд, игриво стрельнул глазками. Флирт в план не входил, как и все остальное, но получилось непроизвольно. — Я не люблю, когда меня касаются, а себе могу позволить такую вольность, — придвинулся ближе, чтобы заложить выбившуюся черную прядь девушке за ухо, чуть скользнул когтями по щеке к шее. Ламия резко отстранилась, на лице проступил румянец. — Не делай так больше, — совладав с голосом, сказала она. — Если не планируешь реально проверять мои труды, то прошу прощение за дерзость, но изволь покинуть кабинет, мне работать надо. — С самого начала меня это интересовало меньше всего, — откланявшись, ушел, а Кинг выдохнула. Радио демон не беспокоил ее весь день, и Лами была ему благодарна. Хоть они и сохранили прежнее общение, не заостряя внимание на сложных деталях, однако его присутствие все равно мешало думать о чем-то кроме постоянного самоконтроля. Ещё и Чарли со своей идеей, Кинг начинала переживать, чтобы ее и Аластора не сталкивали лбами намерено. Хотя и без этого они пересекались на дню по несколько раз. Он стал занимать приличную часть ее адской жизни. К вечеру Ламия встретила его на кухне, когда пыталась спасти подгорающие пончики. Уже довольно давно не евшая десертов Лами, а точнее с момента попадания в Ад, решила порадовать себя сладостями, однако переоценила свои кулинарные таланты. — Решила весь отель спалить или только кухню? — в момент задымления помещения и вошёл Аластор. — Предпочту тебя, если продолжится твой марафон шуток, — язвительно произнесла Кинг, снимая сковородку с плиты. — За век девушки разучились готовить? — демон посмотрел на обугленное подобие пончиков. — За век развился феминизм, и появилась доставка еды любого формата, — недовольно отозвалась, сдаваясь, идея браться за тесто ужасна, если не умеешь с ним работать. — Как понимаю это должно было стать пончиками? — указал на обугленные квадратики. — У меня недалеко от дома располагалась пекарня, где их готовили бесподобно. — Может она и до сих пор существует, я их тоже всегда в одном и том же месте покупала, — девушка попыталась вспомнить название. — Дю Монд. — Она, долго продержались, — Аластор с намеком оттолкнул Лами от плиты, чтобы та уступила ему пространство. — Ну сейчас это уже огромное кафе, — с недопониманием наблюдала за тем, как собеседник достает необходимый набор ингредиентов для пончиков. — Ты что собрался делать? — Готовить, — равнодушно произнес он. — За одно тебя научить, чтобы в следующий раз не портила кухню и зря продукты не переводила. — Чего? — от неожиданного заявления грешница плюхнулись на стул. Сложно было вообразить картину, как злой и страшный демон готовит. — Можно назвать это моим хобби, — стянул с себя пиджак и протянул шокированной девушке. — Сложи аккуратно, не хочу испачкать, — даже возражать не смогла его приказному тону, всё ещё пыталась сопоставить два не связанных между собой образа в своей голове. Беспрекословно продолжала слушать его указания, и в какой-то момент увлеклась готовкой в паре. Подобное времяпровождение оказалось крайне интересным, особенно если один из участников хотя бы умеет готовить и все получается. Когда тарелка заполнилась золотистыми пончиками, вдвоем сели за стол. Ламия заварила оставшиеся травы, и к сладком запаху десерта примешался мягкий аромат напитка. — Много у тебя девушек было до смерти? — поинтересовалась Кинг. Ей стало любопытна его жизнь вне Ада, вряд ли манерами, как и кулинарными талантами, он обзавелся в бездне. Интересно обратил бы Аластор на нее внимание, родись они в одно время? А она на него? — К чему такие вопросы? — хитрый блеск в его глазах вызвал лёгкое раздражение. — Поклонницы были. Меня не сильно интересовали отношения, — решил ответить. — Теперь от меня личный вопрос. Как много парней было у тебя? — Ответ, все сложно, тебя не устроит? — Ламия нервно обвела край чашки. — Пробовала построить отношения пять раз. — Никто не мог совладать с твоим несносным характером? — хмурый взгляд в его адрес с посылом далеко и надолго. — Нет, у меня был жених, выбранный ковеном, — мелькнувший гнев в карих глазах принадлежал не собеседнику. — Не ошибусь, если предположу, под венец тебя притащить удалось бы только связанную? — повеселился, за проведенное вместе время выучил нрав грешницы досконально. Если Ламия чего-то не хочет, нет силы в мире способной заставить ее это сделать. — В точку, — хмыкнула. — Почему спросила о бывших девушках? — с нескрываемым интересом взглянул на Кинг. — Манеры, харизма, умение готовить. Ты идеал для многих женщин, вот и задумалась о том, захотела бы с тобой отношений, если бы мы родились в одно время. Вряд ли ты афишировал свои убийства. Если данная переменная выпадает из уравнения, то и решение получается иным, — надкусила пончик и чуть ли не заликовала, до безумия вкусно. — Ох, а вот за то, чтобы ты готовил для меня каждый день, я бы душу продала, — рассмеялась. — Поосторожнее с такими предложениями, могу и согласиться, — ему польстила ее высокая оценка. — Возможно и смогли бы встречаться, по крайней мере я бы тебя заметил, это несложно. Сказала, попыток завести отношения было немного, плюс жених, однако уверен, поклонников у столь прелестной девушки хватало, — Ламия смутилась. Знать о своей красоте одно, в зеркало всё-таки каждый день смотрелась, но комплименты других тешили самолюбие и повышали самооценку. От него это ещё приятнее, по сути он не искал внимания, а говорил по факту. — Обмен любезностями без подколов, редкость для нас, не находишь? — усмехнулась. — Я бы попала в число твоих поклонниц, не больше, сам говорил, отношения тебя никогда не интересовали. — Однако это не мешало мне проводить время с теми, кто понравился, — с игривой ноткой взглянул на Лами, а та закатила глаза. — Хотела бы назвать тебя подонком, но странно применять данную формулировку в Аду к бывшему серийному убийце, — закинула кусочек пончика себе в рот, сладкая выпечка буквально таяла во рту. — А ты многое умеешь готовить? — Чего именно хочешь ты? — в такие моменты Ламия была как ребенок со своими сияющими от восторга глазами и просящей манерой общения. — Шоколадный торт, — мечтательно произнесла Кинг. — Умею, — он наклонился к ней и щёлкнул по носу. — Однако тебе сильно необходимо постараться, чтобы убедить меня его приготовить, — рассмеялся, когда собеседница насупилась. — Ну и не надо, — обижено фыркнула. Понадобилось время, прежде чем Ламия стала выходить в город без сопровождения ребят из отеля. Освоилась грешница быстро, обнаружила даже неплохую кофейню. Там нашлось много сладостей, но спустив на важные потребности деньги, ограничивалась лишь любимым латте с кокосовым сиропом первое время. Однако день, когда она позволила себе шоколадное пирожное в дополнение к напитку, наступил. С особым удовольствием она приступила к десерту, наблюдая за улицами Пентаграмм сити через окно, возле которого заняла столик. Подметила, она втянулась в адскую жизнь, и воспоминания о прошлой стали мутнеть. Это пугало Кинг, не хотелось стирать свою человеческую сущность, впуская внутрь демоническую суть. Сколько времени должно пройти, чтобы все хорошее навсегда угасло в ней? А сколько, чтобы ей стало плевать на всех, и осталась только она наедине с собственным эго? Отбросила мрачные мысли. Не хотелось портить хороший день. Всё-таки наконец-то приобрела ноутбук и позволила себя побаловать. Стоит насладиться моментом. Осталась уже половина десерта, когда Ламия обратила внимание на группу из пяти грешников на другой стороне улицы. Они показались ей смутно знакомыми, но когда узнала их, ложка выпала из руку. Их образы изменились подходя Аду, но она чувствовала этих людей. Безмятежное равнодушие развеялось, сменившись на всепоглощающую ненависть, медленно заполняющую душу. Ламия задрожала от переполняющего гнева, и магия внутри закипела, ощущая свое скорое явление. Кинг не могла просто взять и отпустить тех, кто стал виновником ее падения в бездну. Бросив купюры на стол, вышла из кафе. Грешники уже пошли к повороту и не заметили, как началось их преследование. Лами же в свою очередь не обратила внимание на Радио демона. Он, увидев ее, намеревался подойти, однако поняв, та сейчас кого-то проследует, скрылся в тени, наблюдая. Давно он не ощущал от нее столько ярости, интересно к чему все приведет. Кинг остановилась на расстоянии, наблюдая за субъектами своего праведного гнева из-за угла. Хотелось кинуться на них сейчас, однако девушка ждала удобного момента. В боях с Аластором она поняла одну вещь, ей не хватало сдержанности, концентрации, действовала слишком поспешно. Урок усвоен спустя множество синяков и ссадин. Тем более ее враги попали под крыло Вокса, это выяснилось, когда существо с телевизором на голове подошло к ним, отдавая распоряжение. Выглядели как группировка мафиози с боссом. Связываться с одним из Ви Ламия не планировала, головой понимала, может таким образом поставить под удар отель. Ее цель же всего лишь мелкие сошки, такими они являлись и в ковене. Выполняли приказы, не думая о последствиях. Не удивительно, здесь они тоже лишь в подчинение, а лишенные магии из-за Лами вообще ни на что не способны. Вокс ушел в одном направлении, а бывшие маги занялись разгрузкой коробок, которые заносили в здание, принадлежавшее Ви. Кинг, не заметившая как за ней следят из тени, дождалась пока они закончат и вошла следом, стараясь не привлекать внимания. Просторное помещение, куда попала вместе с врагом, идеально подходило для манёвренности и боя на дистанции. Однако они не опасные владыки Ада, а лишь бывшие колдуны без сил, лёгкая добыча, способная удовлетворить жажду мести. Ламия больше не стала скрываться, убедившись, нож при ней, вышла на свет. — Ты? — один из грешников заметил появление девушки, в отличие от них она ничуть не изменилась с той ночи, и узнать не составляло труда. — Надеюсь успели соскучиться, — плавным движение руки обнажила кинжал. — Не боишься показываться нам на глаза, сучка, после того, что сделала? — самый крупный из ковена вышел вперёд, с презрением глянув на стоящую перед ним мелкую девчонку. — Нас больше, и мы от тебя мокрого места не оставим, — размял мохнатые кулаки. — По нежнее, Эрик, иначе можно заплатить за свои слова, — высокомерно глянула на старого знакомого, принявшего облик гориллы в Аду. — Стоит бояться того, кто убил тебя, ведь он может это сделать дважды, — поиграла с магической искрой в руках. — Как ты это? — всполошился парень-дикобраз. — Наша магия ушла в землю. — Когда я прервала ритуал, — она рассмеялась на манер злодея, чей план удался, поразив своего наблюдателя. Ему не доводилось видеть ее такой. Их ссоры в первые дни теперь напоминали мелкие недомолвки, на фоне того гнева, который Ламия источала сейчас. — Иными словами, вся сила ковена теперь у меня, жаль умерла и не успела поквитаться со всеми. К счастью времени дождаться их здесь много, а пока займусь вами. — Думаешь, справишься с нами? — хмыкнул паренёк похожий на лиса и вышел вперёд. — Нас больше, а драться ты не умеешь, уж я то знаю, всю жизнь была нежной принцессой. «Уж тут я бы с тобой не согласился, парень», — смеялся из тени Аластор, проведший для неё, так сказать, курс молодого бойца в Аду. Сражаться она умела и тело новое с каждым разом чувствовала все лучше и лучше. Чтобы драться с ним сил у нее ещё не хватало, но с этой мелочью вполне могла справиться. — Ты так в этом уверен, Лиам? — откинула волосы назад, позволяя лучше разглядеть глаза наполнившиеся чернотой, такая же медленно растекалась по венам, рисуя свой узор на белой коже. — Ты умрёшь в любом случае, с тобой у меня личные счёты, ублюдок, — в каждом ее слове и жесте ощущалась всепоглощающая ненависть, от которой дрожал воздух вокруг. Сумасшедшая потребность отнять чью-то жизнь, вот чего от нее добивался Аластор и какой хотел увидеть. — Знаешь, кто за нами стоит? — выкрикнул самый мелкий за спиной Лиама. — А кто за мной, Дьюк? — иронично поинтересовалась девушка, приструнив презрительным взглядом. Даже здесь в Аду имея массу возможностей ищут за чью юбку зацепиться. — Это не относится к ним, ведь сейчас мы решаем дела ковена. Точнее проводим полную зачистку. Радио демон должен признать, следующие сцены его восхитили. Оставаясь в стороне, он наблюдал за Лами и не узнавал подругу. Видел, внутри нее есть темное начало, однако не подозревал сколько в ней злобы и боли. В драках с ним она не выпускала внутреннего зверя, это разочаровывало, ведь ему хотелось видеть истинную силу души ведьмы. Даже здесь ей негде разгуляться, хоть она и дала дорогу своему чудовищу. Первый поток энергии сбил парней с ног, второй заставил мучаться от боли в голове. Кинг с пренебрежением посмотрела на скорчившихся на земле грешников. — Столько слов и никого толку, — разочарованно вздохнула, сделав шаг к первому. Взмах руки и сломана нога, а кость пробила кожу. — Мне хотелось насладиться страхом перед вашей неминуемой смертью, как вы поступили с теми девочками. Ламия не торопилась, упивалась чужой болью, шаг за шагом ломая кости, выкручивая суставы или заставляя испытать страдания до потери сознания, прежде чем пронзить кинжалом. Лилит оказалась права, и он буквально уничтожал душу. Жертвы этой темной мести понимали это, но не могли ничего сделать против силы ведьмы, окружающей ее черной дымкой. Сознание Кинг с каждым новым ударом ножа наполнялось безумием, как и в ту ночь, когда у нее отняли самого дорого человека. Перед глазами лишь образы и цель, которую надо уничтожить. Последним остался Лиам. Играючи, ведьма ненадолго отпустила магию, и дрожащий от страха грешник попытался сбежать. Ему не дали сделать и пару шагов. Ламия, двигающаяся будто в мутной пелене, растворилась в черной дымке и появилась перед парнем. Тот и понять не успел ничего, как снова закричал от боли. — Я все время вижу ее напуганное лицо перед глазами, слышу мольбу о помощи, — черная жидкость потекла по бледным щекам. — А ещё я помню твое лицо, как ты наслаждался ее беспомощностью и моей болью, — с каждым словом разрывала на его теле мышцы. — Ты улыбался, пока я рыдала, а потом, — обошла Лиама и приставила нож к горлу. — Убил мою сестру. Жаль у меня не выйдет позволить твоим родным испытать все тоже, что довелось мне, но я хотя бы смогу дать тебе ощутить ее страх и боль перед смертью, — полоснула лезвием, рассекая кожу на шее, а после с отвращением откинула захлебывающуюся в собственной крови жертву. Секундное оцепенение настигло Кинг, пока она наблюдала за медленно угасающей жизнью. Аластор уже хотел явиться перед ней и больше узнать про кинжал в руке, не каждый обладает оружием способным убивать души вне ангельского арсенала. Его опередил Вокс, вошедший в помещение и завернуто выругавшись при виде своих людей истерзанными. Одно дело справиться с парой грешников, Ламия не из слабачек, но вот потянет ли она оверлорда. Демон готов был вмешаться при необходимости, а пока пусть девочка проявит себя. Если он сцепиться с Воском, то пол квартала могут разнести, ему этого пока не хотелось. Один раз уже обесточили весь город, достаточно. — Ты кто такая? — искаженным телевизионными помехами голосом спросил один из Ви. — Так, старая знакомая, — равнодушно ответила Ламия, стирая кровь с кинжала. Не хотела она сталкиваться с кем-то из владык, ей хватало и одного. Покосилась в сторону, где скрылась тень. «Чувствует мое присутствие», — Аластор бы рассмеялся в голос, но предпочитал оставаться невидимым для старого приятеля. — Тебя кто-то прислал? — Вокс сделал угрожающий шаг вперёд, Кинг даже не сдвинулась, одарив его презрительным взглядом. — Я сама по себе, — спокойный ответ, однако внутри зарождалась неприязнь. Возможно общение с Радио демоном повлияло на восприятия грешника перед ней и рассказанное о нем. Первый, кого Ламия встретила в Аду, переманивающий слабых людей, только столкнувшихся со смертью, заманивающий их в ловушку, где тебя используют и выкинут. Ал выбирал сильных, потому что мог с ними совладать, а он пользовался слабостью. Какие бы слухи не ходили о Радио демоне, он не выжимал своих контрактников до дна, а лишь призывал по мере необходимости. Один из Ви, тех, кто держат Энджела в рабстве, а Кинг уже привязалась к паучку. К тому же взял на работу людей, которых грешница ненавидела. Причин невзлюбить Вокса достаточно. Он больше не стал медлить, направив в девушку электрический разряд. Ламия ожидала большего, или может причина скрывалась в магии. Она есть у нее, бой с Аластором всегда усложнялся и из-за его взаимодействие с потусторонними силами. У этого же парня чисто своя энергия, накопленная адской жизнью. Поэтому Кинг без проблем перехватила атаку и вернула ее хозяину. — Какого? — выругался Вокс, видя перед собой дьяволицу, окутанную черной аурой. — С тобой драться я не планировала, однако если продолжишь, у меня не будет выбора, — предупреждение и решительный шаг вперёд. Демон из тени готов был аплодировать ее устрашающему виду, вызвавшему изменения на лице его «друга». — Думаешь можешь мне угрожать? Не знаешь с кем связываешься, девчонка? — самолюбие задето, какая-то мелкая грешница говорит с ним так, будто он пыль под ее ногами. — Знаю, — пренебрежительная улыбка коснулась губ. — Мне плевать. Ты не из тех, кого я боюсь, — поток энергии ударил Вокса, отбросив к стене. — Так что с дороги, с тобой мне нечего делить, — прошла мимо. Владыка решился напасть со спины, но Ламия предугадав ход, такие как он не пользуются честными приемами, нормально для адских существ, замедлила время. Ушла от удара, в ответ прижала телекинезом к земле, приставила нож к горлу. — Нам нечего делить, я же сказала, — разозлилась, не любила грязных приемов. — Однако во-первых, ты принял у себя людей, которых я ненавидела. Во-вторых, напал на меня. Появится в-третьих, будет повод убить тебя, — отстранилась, спрятав кинжал под юбку. Когда уходила, кровь ещё кипела от злости и адреналина, не могла поверить, что ей удалось всех одолеть. Они слабаки, всегда ими были, однако присутствовала вероятность поражения. Стоило покинуть здание и завернуть в темный проулок, как ликование от удовлетворения жажды мести сменило опустошение. Она поквиталась с ними за содеянное, однако радости это не принесло, ведь их смерть не исправит произошедшего, не поможет боли угаснуть. Мыслями вернувшись в ночь гибели сестры, девушка медленно осела на землю. Разрыдалась бы, но ощутила рядом присутствие своего невидимого спутника, следовавшего за ней попятам. — Выходи, Аластор, я знаю, это ты, — посмотрела черными глазами на тень, принявшую уже по-своему родной облик. — Не перестаю восхищаться твоей способность чувствовать силы, — подошёл к ней, рукоять микрофона стукнула недалеко от ее головы. — По какой причине подалась унынию, ты только что одолела своих врагов? — Толку, они были слабаками, — опустила голову на колени. — Месть, банально и предсказуемо, но не мне судить, — он окинул взглядом грешницу. Ее облик не стал прежним, а значит это то, что удерживало ее в земной ипостаси. — Пойдем, это не лучшее место для хандры, — протянул руку и Ламия приняла помощь. Встала и тут же пошатнулась. Спину обожгло болью. Вскрикнула, и мгновенно прижала ладони ко рту. Нельзя привлекать внимание, тем более когда от ощущений, будто спину рвут, перед глазами все плывет. С непонимание посмотрела на Аластора, на секунду позволив себе обвинить демона в этом, однако он тут не причем. В его глазах скользило равнодушие и не появилось и капли удивления, понимал происходящее в отличие от девушки. Треск ткани, на ней в клочья разорвалась одежда, обнажая грудь. За спиной появилась два крыла, обрамленных черными перьями. Жадно хватая воздух, попыталась справиться с желанием разрыдаться и не обращать внимание на стекающую по спине кровь. — Во время же, — раздражённо произнес Аластор, скидывая верх одежды и укутывая в него Ламию, пряча новый элемент внешности грешницы за красной тканью. К счастью рост и размер не изменились, поэтому хватило и его пиджака, чтобы скрыть оголённые участки тела. — Спасибо, — ослабшим голосом произнесла Кинг, благодарная за то, что даже не дал ей возможности смутиться своего непристойного вида. Какая-то часть ее, отвечающая за самолюбие, хотела бы узнать его оценку, но он явно оставался безразличен к женскому телу с точки зрения сексуальности. Ламия уловила во взгляде демона мимолётное сочувствие. Он не понаслышке знал как болезненно протекает процесс изменения души. Прожитое не одно десятилетие забрало воспоминания о собственном обращении, однако что-то всплыло в памяти, когда он увидел как девушка превращается в демоницу. Обычно все происходит сразу после попадания в Ад, однако она затянула, душа опаляемая местью тянулась к своей человечности. Суть греха отражал внешний вид, так же демонстрировалась смерть и личность при земной жизни. Ламия не сильно изменилась, буквально сохранив свое тело нетронутым. Только кожа теперь белая, глаза черные, волосы этого же цвета тянулись почти до пят, став длиннее, чем при исходном состоянии, и два вороньих крыла за спиной. Аластор бы отметил, новый облик грешницы как ни странно лишь дополнил ее красоту. — Точно ангел мщения, — сказал демон, оценивая вид. — Надо уходить отсюда. Мы на территории Ви, если Вокс опомнится и направится тебя искать, мне придется вмешаться. Не хотелось бы громить часть города. — Почему тогда сразу не остановил меня? — усмехнулась, не отступив, когда Аластор приобнял ее. — Зачем? Ты прекрасно справлялась и пришла сюда решить свои дела, меня они не касаются, — Ламия в очередной раз испытала благодарность, ей необходимо было уничтожить этих людей. — Если бы не справилась с Воксам сама, тогда я бы помог. — Почему? — Жалко расставаться с такой приятной компанией на вечер, — посмеялся, щёлкнув ее по носу. — Я перенесу нас в отель, лучше закрой глаза, движения через тени неприятная вещь, однако потом оказаться на свету крайне болезненно для зрения, долго будет восстанавливаться. Знала бы какие ощущения ее ждут, предпочла дойти пешком до отеля не взирая на боль. Чувство, что тебя наизнанку вывернули и окунули в ледяной прорубь. Оказавшись в своей комнате, вцепилась в стол, ближайшее, попавшееся под руку, стараясь перевести дыхание. Аластор, привыкший к подобным перемещениям, с равнодушием наблюдал за реакцией спутницы. — Больше никогда так не делай, — дыша через раз, сказала Ламия, ей в ответ подарили лишь смешок. — Я серьёзно, — нахмурилась. Заметив свое отражение, кинулась к зеркалу. Захотелось снова закричать, только не от боли, а ужаса. Дрожа из-за подступающей паники, коснулась бледного лица, непослушных волос. Осознание об изменениях пришло не сразу. Кинг искренне надеялась, ей удастся сохранить человечность, мщение обошлось дорого. Спина ещё горела, а крылья утяжеляли шаги, однако не так это страшно, как тьма, охватившая тело и разум. В ней плескались ярость и опустошение. Перед взором предстала образ сестры, напуганной при виде чудовища, которым стала ее любимая Лами. — Нет-нет, — быстро зашептала, захотелось разбить это проклятое зеркало, не так, все в мире, чтобы не видеть нового облика. — Это должно было произойти, ты задержалась, — голос Аластора. Кинг забыла о его присутствие, и видеть сейчас хотела меньше всего. Не в момент, когда собственное самообладание трещит по швам, и к глазам подступают слезы. — Лами, — не видев реакции со стороны грешницы, позвал, глупостей может наделать, а ему потом прибирать. — Уходи, — резко обернула к нему, лицо исказилось от гнева. — Как ее звали? — попытался отвлечь, видя окутывающий Кинг черный дым. — Не хочу сейчас говорить, — прошипела, только демон даже не шелохнулся. — Я сказала, убирайся! — огненный шар сорвался непроизвольно и полетел в его сторону, эффекта ноль, перехватил атаку и потушил. Не стал ждать, пока разбушуется, воздух и так словно наэлектризован. Сминая вторую атаку, запущенную в него, подошёл ближе. Изначально хотелось влепить пощечину, не сильную, однако достаточно, чтобы в чувства привести. Рука не поднялась, не умел он так с женщинами, поэтому просто обнял. Эффект неожиданности сработал. Ламия, не ждущая проявления нежности от демона, опешила. Гнев и злость испарились, осталась лишь боль, с которой она не могла совладать, как бы ни старалась. Уткнулась в плечо мужчины и разрыдалась. Он не прерывал, но и не утешал, ждал, пока она выплеснет все, это уж лучше чем пожар в отеле, терпимее. — Зачем? Ты же не любишь прикосновения, — слабый голосок, поданный Ламией, признак окончания истерики. — Тебе это нужно было, — равнодушно произнес Аластор. Сам признаться не все понимал, проще всего было уйти, дав ей время смириться и принять себя новую. В его голове сложилась картинка смерти ведьмы, о ней знал все, что хотел. Не к чему Лами допытывать, однако он здесь, хочет услышать от нее всю версию, чтобы найти упущенные детали. Давно же Аластор не встречал души, которые могли его заинтересовать. Все однотипно и скучно: вор, убийца, потому что ему это нравилось или мозг подкидывал нереалистичные картины, наркотики, похоть, алкоголь. В Аду этого и без них хватало. И спустя долгое время душа, убивающая не для себя, а ради кого-то, еще и ведьма вдогонку. Что же у таких скрыто внутри? Как легко погасить их остатки света? — Спасибо, — прошептала Кинг, продолжая цепляться за эти объятия. Пусть он делал это не так, как обычно прижимают важного для себя человека, чтобы показать ему, не один. Лами хватало и этого мимолётного утешения. — Эвелин, так ее звали, — вздохнула, чуть отстраняясь. — Ее и ещё несколько девочек мой ковен использовал в жертвоприношение, — голос дрожал, когда она об этом говорила, слишком тяжело. Хорошо, он молчит, не ищет слов сострадания, так проще, иначе снова можно расплакаться. — Ушел, не пришлось бы терпеть мои слезы и касания. — У тебя мой пиджак, — насмешливо отметил, и Ламия смутилась, вспомнив почему вообще на ней его одежда. — Ох, точно, — разжав пальцы, отступила. — У меня кофта где-то есть с открытой спиной, сейчас верну, — кинулась к шкафу в поисках вещи. Чувствуя себя крайне неловко, копалась в гардеробе, стараясь не думать, сколько он успел разглядеть, пока тяжёлая ткань не укутала ее. От его одежды пахло костром и специями, а ещё лесом, захотелось сохранить этот аромат, вдыхать, ведь в ней это вызывало умиротворение. Понимание, Аластор, не смотря на свою натуру, оказался рядом, помог прийти в себя, даже готов был прикрыть, если бы она не справилась. Мысли об этом пробуждала тепло в области сердца, и приходилось их прогонять, минутная доброта не гарант постоянного такого отношения. Принимала факт, могла испытывать к нему чувство влюбленности, однако никогда нельзя забывать, кто перед ней и чего хочет от нее. «Похоже придется обновить весь свой гардероб», — угрюмо подумала Ламия, попытавшись пошевелить крыльями. Они ощущались как часть тела, руки или ноги, и все же доставляли дискомфорт, лишали лёгкости движения, пока она к ним не привыкла. Быстро юркнула за дверь в ванной, но не закрыла до конца, не заметила этого, в отличие от Аластора. Демон не стал играть роль стыдливого мальчика, пряча собственное любопытство. Он посмотрел, с его точки открывался обзор на все происходящее внутри другой комнаты. Девушка скинула пиджак, аккуратно отложила, беспокоясь, владелец вряд ли оценит мятие своей вещи. По возможности стёрла кровь со спины. У Ламии красивое тело, на него приятно смотреть как на произведение искусства, даже демоническая форма не отняло это. С точки зрения как женщина мужчину она привлекала его. Кинг поймала взгляд Аластора. Улыбнулась, не желала скрываться и визжать будто школьница, в раздевалку к которой нагрянули мальчишки. Тем более ей нравилось, он смотрел без похоти и вожделения, а скорее просто любовался, оценивая красоту, словно искусный сомелье вино. Когда же на нее глядели так, а не с целью затащить в постель? — Ал, — тихо позвала, не смущая тем, что обнаружила, — раз уже все рассмотрел, помоги пожалуйста, — указала на завязки на кофте, крепящиеся на шее. — С этими крыльями я не могу нормальный узел сделать. — Почему не остановила? — с долей лукавства поинтересовался, легко разбираясь с предметом гардероба. — Смысл? — убрала волосы на бок. — Ты же уже все увидел, и реакция твоя мне скорее польстила, чем вызвала стыд, — хмыкнула. — На настолько близкое узнавание друг друга я не рассчитывала, теперь жду ответный стриптиз. — Обойдешься, — поддержал шутку, а Ламия громко расхохоталась, представляя эту картину. — Так нечестно, — заканючила словно маленькая девочка. — Ай, проклятье, — зацепилась руками за волосы и дернула их. — Я конечно всю жизнь носила длинные, не было у меня периода каре, однако это перебор, — недовольно встряхнула головой. — Могу помочь, — взял свой пиджак и надел его. — Только не говори, будто ещё и в женских прическах разбираешься? — иронично спросила, выйдя за демоном следом из ванной комнаты. — Нет, — отрицательно мотнул головой. — Наблюдал как мама заплетала себя. Одна моя знакомая, увидев ее прическу на фотографии, уговорила сделать ей тоже самое, — отложил микрофон, а Лами заняла место за туалетным столиком. — С первой попытки ничего не вышло, она вынуждала меня повторять, со временем наловчился, — когтистые пальцы на удивление быстро справлялись с волосами, не доставляя дискомфорта и сплетая пряди между собой. Пока Аластор возился с прической, Ламия смотрела на него через отражение в зеркале, размышляя. Он не менее скрытый, чем она, любит говорить о себе, однако детали несущественные, и все же она кое-что для себя подмечала. В разговорах Радио демон часто упоминал мать, об отце же ни слова не прозвучало. Не хотелось опираться на собственные теории, только вывод напрашивался сам собой, Аластор явно рос не в полной семье, или же папа почти не принимал участия в его жизни с позитивной точки зрения. Много подруг в окружении, и ни одного слова о друзьях мужчинах. Объясняет его в какой-то мере деликатность в общение, и то, почему он так легко подобрал ей одежду подходящую и по размеру, и по фасону. — Неплохо получилось, — демон оценивающе оглядел свою работу. — Красиво, — подтвердила Ламия, рассматривая интересную косу, берущую старт от верха головы. — Может тебе в парикмахеры поддаться, будешь аля Эдварт руки-ножницы, — хихикнула. — Что? — не понял шутку Ал. — Забудь, — отмахнулась. — Надо обязательно их потом укоротить, не хочу постоянно спотыкаться об собственные волосы, — провела рукой по косе. — Не уверен, что у тебя это выйдет, — хмыкнул. — Почему? — Сейчас покажу, — в его руках появились ножницы, и Лами дернулась от испуга, они выглядели опасно с учётом того, кто держал острый предмет. — Не бойся, калечить не буду, — рассмеялся, сжав кончик косы между пальцами. Прошёлся ножницами по прядям, металл сломался. — Какого? — Дай свой кинжал, — выполнила просьбу, хотя ей уже не нравились эти эксперименты. — Ай! — вскрикнула, когда демон отрезал небольшую часть волос. Ощущение будто порезалась. — Интересно, — выпустил пряди из хватки. — Они часть твоего нового тела, однако повредить обычным оружием их нельзя, — глянул на лезвие с рунами. — Твой кинжал действует как ангельский клинок, может убить безвозвратно и похоже только им можно отрезать твои волосы. — Это больно, — подметила Ламия. — Руки и ноги терять тоже, — насмешливо произнес Аластор, возвращая нож владелице. — Необычное оружие для человеческой души. — Не для ведьмы, — поправила его. — У него долгая история, и я не уверена, что хочу ее сейчас рассказывать. — Оставим на потом, — не стал настаивать. — Может проверим в действии? — указал на крылья. — Хорошо, — Кинг пошевелила новой частью тела, стараясь привыкнуть к ней. — И да, Лами, — наклонился к девушке на неприлично близкое расстояние. — Я никогда не говорил, что прикосновения к тебе мне неприятны, — на лице грешницы вспыхнул румянец, а он в ответ лишь рассмеялся. — У тебя странная реакция. Ни на йоту не покраснела, когда я увидел тебя обнаженной, а тут смутилась. — Не в этом дело, — мотнула головой, стряхивая ненужные чувства. — У тебя голос приятный, и звучат подобные фразы слишком волнующе. Ответ Аластора вполне устроил, отодвинулся. Вместе спустились в холл отеля. Ламия не была уверена в этой затеи, но ей само интересно узнать, может ли она летать. Подобная роскошь недоступна для человек, однако для души убирается множество преград, умение летать точно лишним не будет. Хоть и сейчас странно, тяжело, а спина всё ещё болит. — Что за? — сзади раздался голос Вэгги, которая изначально не узнала Кинг. — Ламия? — еще ничего не понимая, покинула взглядом грешницу с ног до головы. — Ты изменилась! — А ты крайне наблюдательна, — иронично произнес Аластор. Лами давно заметила, их взаимоотношения не были гладкими, скорее терпели друг друга, однако не могли себе отказать иногда кольнуть шпилькой в адрес оппонента. — Что случилось? — раздражённо покосилась в сторону Радио демона. — То что должно было случиться давно, — ответил вместо грешницы. — Не возражаешь, у нас ещё дела? Позволения не стал ждать. Взял Кинг за локоть, потянул к выходу, не давая ей даже шанса успокоить подругу принцессы. Однако та увязалась за ними, то ли не доверяя Радио демону, не удивительно, то ли беспокоясь за постоялицу отеля. Может они и не стали подружками, но в какой-то мере суровость и агрессивность Вэгги знакома Ламии, поэтому испытывать раздражение к ней она не могла. К тому же в открытом глазу заметила интерес, защитница смотрела на крылья грешницы с нотками зависти. Довольно странной компанией вышли в двор. Лами отошла от своего сопровождения, чтобы расправить новую часть тела. Спину кольнуло, однако боль уже не сильная или просто смирилась с ней. Всё ещё непривычно было, будто вторую пару рук отрастила, к тому же крупнее прежних. Взмах, ещё взмах. Поток горячего адского воздуха прошел сквозь оперенья и помог оторваться от земли на пару метров. Это оказалось тяжелее, чем Ламия думала, как физическое упражнение. Почему в книгах и фильмах об ангелах это выглядит так легко и изящно? «Я и вправду могу летать!» — с трудом сдержалась Лами, чтобы не закричать от ликования. Нужна конечно практика, но ей стало доступно нечто приятное после черед мрачных дней, сложно этому не радоваться. — Ох, — вздохнула Вэгги, с завистью и болью смотря на спину девушки, а Аластор, заметивший реакцию, лишь хмыкнул. — Тебе нужен толчок ногами, чтобы выше взлететь, — подметила защитница, подходя к спустившийся Кинг. Постоялица улыбалась и тяжело дышала, совсем не замечала взгляда Вэг. — Смотри, — показала стойку, и Ламия ее послушалась без раздумий, ведь повторив каждый жест за подругой принцессы, смогла взлететь выше. «Похоже количество юбок в гардеробе придется сократить», — подумала, оказавшись на высоте, не хотелось бы, чтобы те, кто внизу, разглядывали ее нижнее белье. — Вот это круто! — достаточно неуклюже грешница спустилась, однако всё ещё ощущая удовлетворение. Она летала как птица, пусть пока и не так уверенно! — Откуда ты знала правильный способ оторваться? — любопытство задело девушку Чарли. — Взаправду, откуда? — иронично-колкий голос Аластора вызвал неприятный холодок по спине у защитницы. Она осознала, ему ответ не нужен, догадался. — Как давно? — спросила хмуро Вэгги, сжав копьё. — С самого первого дня, как тут появился, — равнодушно ответил, обратил внимание на Кинг, переводящую вопросительный взгляд с одного на другого. — Похоже, дорогая Лами, у тебя появился профессиональный учитель по полетам. Ламии понадобилось несколько долгих мгновений, чтобы уловить намек демона, однако в момент осознания, она с удивлением посмотрела на стушевавшуюся Вэгги. Та с каким-то страхом и агрессией взглянула на Аластора, будто загнанный в ловушку зверек. Подобное положение вещей только доставило удовольствие демону, покрутив в руке свою трость-микрофон, он откланялся, не давая Вэгги даже возможности себя защитить или оправдать. — Ты ангел? — наконец-то подобрала слова Лами, оставшись один на один с девушкой. — Экзорцист, — тяжело вздохнула, заметила не понимание в глазах грешницы. — Одна из тех, кто спускается в Ад в день истребления и убивает таких как ты. — Судя по всему уже нет, — покосилась в сторону, словно намереваясь найти крылья за спиной у Вэгги. — И если я правильно поняла слова Ала, то ты держишь это в тайне, — Ламия не видела ничего страшного в падшем ангеле, однако и чувства других, если узнают, можно понять. В отличие от Кинг, они переживали зачистку Ада не один год, и страх быть убитым вполне мог породить агрессию. — Ото всех, — защитница нервно сжала копье, не трудно понять, речь шла о принцессе. — Не ожидала, что он знает, — беспокойство в голосе. — Поскольку давно и не рассказал, тебе не о чем переживать, — покачала головой. — Думаешь? — хмыкнула, выражая недоверие. В ее глазах Радио демон благородством не отличался, и Ламия с ней в какой-то мере была согласна. — Аластор манипулятор, ему нравится играть жизнями, и он грамотно использует имеющуюся информацию, — от этого осознания самой и смешно, и грустно. Испытывать чувства к подобной личности безумие, но от них никуда не скрыться. — Пока ему невыгодно делиться данной новостью с Чарли, будет молчать. Мне же он дал намек, чтобы помочь, — провела по крылу рукой. — Ему важно сделать меня сильнее, со слабой душой не интересно заключать сделки. — Ты так спокойно об этом говоришь, — безразличие к подобным недостаткам кого-то вызывало смутные сомнения. — Поняв это, приняла, не самая страшная участь в Аду, — пожала плечами. — Я буду молчать, но если позволишь, дам не прошеный совет, — ласково улыбнулась. — Расскажи Чарли, лучше пусть услышит от тебя, чем от другого. — Но, — хотела возразить. — Она верит в искупление Аластора, — рассмеялась. — Бывшему ангелу, пусть даже и экзорцисту, точно дарует прощение, тем более она любит тебя. Во взгляде Вэгги хоть и были сомнения, однако озвучивать их не стала. Из режима хандры быстро переключилась на строгого учителя, поясняющего основы мастерства полетов. Ламия слушала, впитывая каждое слово, ее стимулировала не только внутренняя тяга к знаниям, но и сама суть полета. Какой человек не мечтал обзавестись крыльями и парить над землёй? — С основами разобрались, — сказала Вэгги, когда Ламия аккуратно приземлилась. — Неплохо для начала, но крылья у тебя слабые, они требуют постоянных тренировок. — Это как набор мышечной массы, я поняла, — кивнула грешница. — Ты ведь мне поможешь? — Аластор намерено дал тебе понять кто я, чтобы у меня выбора не осталось, — нахмурилась. — Я даю тебе выбор, он у меня это право не забирал, — ободряюще коснулась плеча собеседницы. — Эти уроки мне нужны, однако толку от них, если ты не будешь стараться? — Помогу, не переживай, — Вэгги улыбнулась Лами впервые за долгое время, раньше такой теплый жест принадлежал лишь Чарли. — Вот и славно, — хлопнула в ладоши. Пришлось изобразить довольный вид, чтобы скрыть внутренний панику. Как ещё между работой, прохождения тренингов для искупления, ведением сада, изучением книг по заклинаниям, а так же боёв с Аластором, который пока можно отложить из-за скованности нового тела, вписать уроки полета. Где взять столько часов в сутках? К счастью Вэгги согласилась на ранние тренировки, и теперь Лами вставала не к шести, а к пяти утра. Час летала сама, час под надзором бывшего ангела. Завтракать не успевала, забирала кофе из бара, иногда удавалось перехватить на кухне печенье или булочку, и за работу с планом продвижения отеля. Бывало между этими утренним занятиями общие собрания. Сайт, страница в соцсетях, где набралось ещё с десятка два подписчиков, кроме обитателей отеля. В обед садоводство, и если повезёт яблоко. Уставшая, покидала кабинет с Ниффти, несколько раз затянувшей ее на свои странные спектакли из жуков. Жутковато становилось, но Лами не прекращала относиться к ней так, будто она ребенок. Вечернее развитие боевых навыков возобновилось спустя две недели, когда Кинг научилась жить в своей новой оболочке. Касательно же событий своего кровавого мщения, Ламия старалась не вспоминать, и времени на это не было. Рассчитывала, ей удалось запугать Вокса, чтобы он не искал. Ошиблась. Демон-телевизор ничего не забыл, и потратил время на обнаружение того, кто нанес удар его самолюбию. Сам не явился к порогу отеля, даже при условиях ненависти к Аластору, вступать в прямой конфликт остерегался. Прислал своих людей на разборки, решая брать количеством, это в какой-то мере разочаровало Ламию из-за глупости. Ожидать, что они совершат возмездие за честь одного из Ви, при наличие на вражеской территории сильного оверлорда и грешницы, владевшей магией. — Да что вам всем наши стены мешают? — яростно закричала Вэгги, когда взрыв незванных гостей снёс часть бетонной конструкции. — У нас двери вообще-то есть! — Нам нужен только один из вас, пусть выходит и других мы не тронем! — подал голос враг, слышный через туман из грязи и пыли. — Старина Вокс все такой же вспыльчивый, — Аластор окинул насмешливым взглядом разношёрстную компанию из бесов, вооруженных до зубов. — Помощь нужна? — поинтересовался у Ламии, уже двигающейся в сторону нападающих. — Сама разберусь, — не надо быть гением мысли, дабы понять по чью душу пришла эта компания. Кинг, допуская оплошности, всегда предпочитала их исправлять по мере своих сил, ее вспышка ненависти навредила отелю. — Лами! — Чарли хотела остановить грешницу, но дорогу ей перегородил Ал, выставив микрофон перед принцессой. — Не волнуйся так, я прикрою если понадобится, — успокаивающе посмотрел на Морнингстар, послушавшуюся своего управляющего. — Она же постоялица, мы должны ее защищать, — мотнула головой. — Это работа над ошибками, не мешай. Аластор не вмешивался не только из-за того, что Ламия должна была решить сама созданные ей проблемы, но ему так же стало любопытно узнать, как далеко продвинулась грешница. Во время их тренировочного боя прогресс виден невооружённым взглядом, плюс занятия с Вэгги помогли лучше управлять новым телом. Крылья дали преимущество, позволяя наносить удары с воздуха, и демону пришлось менять стратегию боя. Однако ему всё ещё и половины силы не требовалось, чтобы победить. Ламия рядом с ним не позволяла себе разойтись во всей красе, только сейчас перед ней враги, к которым нет ни привязанности, ни влечения. Он по-своему жаждал увидеть ее в полную мощь, хотя тут его скорее ждало разочарование, ей не приходилось биться на грани. Многие адские создания не привыкли сражаться с врагом находящимся в полете. В день зачистки в основном все прятались, спасая свои шкуры, преимущество за Ламией, однако даже без крыльев, грешница владела багажом приемов, которые большинству недоступны. Плавно уходила от ножей, пуль и других орудий, замедляя их. В ответ же посылала огненные снаряды, размером с нее саму. У противников не было и шанса, кто не пал, поспешно уносил ноги. — Ох ты ж, — остальные постояльцы так же наблюдали за битвой, и Энджел не сдержался, когда очередной шар огня врезался во врага. — Хаск, стукни меня по голове в следующий раз, когда я решусь ее разозлить. Взмах черных крыльев, девушка плавно опустилась на землю, запуская в след убегающим ещё один огненный шар для профилактики. Подошла к обитателем отеля. Взглянула на Аластора, сумевшего похвалить одним лишь взглядом. «Почему мне так важно знать его мнение?» — упрекнула себя. — Лами, ты в порядке? — Чарли взволновано осмотрела грешницу. — В полном, — натянуто улыбнулась, стараясь не показывать тревогу. Вокс выяснил откуда она, пошлет ли ещё людей? Какие неприятности она создала, потеряв контроль над своими чувствами? — Это было эффектно, — обратил внимание на себя Энджел, показав Кинг большой палец, направленный вверх. — Что здесь забыли люди Вокса? — зло спросила Вэгги, пнув ногой камень, некогда являвшийся частью стены отеля. — Аластор, — покосилась в сторону демона, реагирующего на ситуацию с абсолютным безразличием. — Не я в этот раз, — не стал сдавать, хотя имел полное право сразу указать на главную нарушительницу спокойствия. — А кто ещё мог с ним сцепиться? — не унималась бывший ангел. — Это я, — все вопросительно посмотрели в сторону признавшийся девушки, не намеревающейся стоять в сторонке и отмалчиваться. — Если ты его прикрываешь, — Вэгги хоть и была под впечатлением от силы грешницы, но чтобы она поссорилась с Ви, не верила, слишком ещё молодая душа для политики. — Нет, Аластор вообще в этом всем не замешен, — не стала уточнять, что он исполнял роль стороннего наблюдателя. — Я убила людей Вокса, думала, он оставил их, не ожидала столкнуться. Меня этот телик на ножках запомнил и похоже нашел. Хаск, услышав краткий пересказ событий, нервно дёрнул хвостом. Кошачий взор на мгновение скользнул к Радио демону, не верил он в совсем уж непричастность этого мужчины. У Пентиуса нервно дернулся глаз на пару с Энджелом. Вэгги же взбесилась ещё больше, выразила это гневным выражением на лице и крепко сжатым копьём. — Ламия, зачем? — Чарли сохранила прежнее дружелюбие. — На тебя напали и вынудили защищаться? — Нет, — врать не стала, не хотелось никого обманывать, хоть принцесса сама подала отличную идею для лживой слезливой истории. — Это были личные счёты, и я уничтожила их намерено. — И не подумала о том, что можешь навлечь на отель проблемы? — строго спросила Вэгги, сделав наступательный шаг вперёд. — Какого черта? — Я не хотела никого впутывать! — воскликнула Ламия, разводя руками. — Это вышло случайно! — Пошла и убила случайно ребят работающих на Ви? — не успокаивалась экс-ангел. — Ты часть отеля и здесь ради искупления, однако это не имеет смысла, если будешь творить то, что тебе в голову взбредёт! — У всех есть здесь не только отельная жизнь, но и личная. Хочешь услышать слова раскаяния? Выкуси! — Ламия перешла на агрессивный тон. Почему ее винят за смерть этих ублюдков? — Я бы поступила так же, даже зная о последствиях! — Может тогда тебе здесь не место? — даже рука Чарли, легшая на плечо, дабы успокоить, не оставила конфликт. — Вэгги! — воскликнула принцесса. — Возможно, — хмыкнула Кинг, ей не хотелось больше выслушивать осуждения в свой адрес. — Ламия! — Морнингстар попыталась поймать за руку грешницу, развернувшуюся на сто восемьдесят градусов и убегающую ото всех. Не смогла перехватить прежде, чем та оказалась на лестнице и скрылась в коридорах отеля. Ей предъявляют за отнятые жизни, но кто вернёт ту, что была у нее? Так злило недопонимание, обвинения, Кинг это разрывало. Она лишь поступила по справедливости. Почему же ее судят? Почему она в Аду? Мертва, и никогда не вернётся к жизни, которой наслаждаются те, кто отняли у нее все. Головой понимала, обитатели отеля не при чем, в большинстве своем они даже не знали историю с другой стороны, только боль в груди преобладала над здравым смыслом. — Молодец, голова два уха, — с упрёком в сторону Вэгги произнес Энджел, ему почему-то стало крайне неприятно от ситуации. Он не злился на Ламию за резкость, заметил отблески печали в глазах. — По головке предлагаешь погладить за подобные выходки? — насупилась девушка. — Работа над ошибками, — припомнила сказанные Аластором слова Чарли. — Ты знал, Ал? — Наблюдал за расправой с первых рядов, — в свойственной для себя манере произнес демон. — И молчал? — кинула злой взгляд Вэгги. — Даже я не одобряю стукачей, — равнодушно повел плечами. — И меня это не касалось. — Как раз касалось, ты управляющий, а ее действия отразились на отеле, — шикнула на него. — Следи за своей работой, дорогуша, и за языком тоже, — угрожающее сказал демон, подарив девушке взгляд, не обещающий ничего хорошего. — Вместо того, чтобы устраивать скандал, попробовала бы с ней поговорить. — Не люблю с ним соглашаться, но он верно говорит, — подал голос Хаск. — Можно подумать здесь все святые собрались. — Ребята правы, надо поговорить с ней, — кивнула Чарли, бросив на Аластора вопросительны взгляд. Ему Ламия рассказывала куда больше, чем остальным. — Сделай это ты, — не согласился с ней Радио демон. Может Кинг и делилась с ним чем-то, однако утешения не его юрисдикция, а сейчас необходим был тот, кто сможет помочь. Морнингстар не стала настаивать, для нее странные взаимоотношения этих двоих являлись темным лесом. Она лишь могла говорить за себя, ей хотелось помочь, однако даже сейчас не знала какие правильно слова подобрать. С одной стороны Ламия казалось такой жизнерадостной, доброй, Чарли не встречала такие души в Аду, с другой в ней была пугающая тьма, способная поглотить все на своем пути, даже свет, сохранившийся в Кинг. Грешницу Чарли застала в ее комнате. Та с удручающим видом стояла над кучей вещей, осознавая глупость поспешно принятого решения. Лилит ясно дала понять, ведьма должна остаться в отеле и помогать ее дочери. Явно королева не будет довольна, если ее послушная подчиненная сбежит отсюда. Не знала, что сильнее: страх перед гневом Лилит или собственная гордость. — Чарли, — тяжело вздохнула Кинг, оборачиваясь к гостье, энергию которой почувствовала ещё в тот момент, когда она только подошла к двери ее номера. Начинала раздражать способность считывать чужие силы, потому что в отличие от земли, здесь у каждого была своя аура. — Дай угадаю, нам надо поговорить? — тон голоса прозвучал излишни едко, хотя на Морнингстар девушка совсем не злилась, к тому же та явно не ругалась бы при любом раскладе, слишком для этого заботливая по отношению к жителям отеля. — Ламия, — шагнула вперёд, взяв за руку одну из своих подопечных. — Позволь наконец-то тебе помочь. Я не знаю твоего прошлого, но хочу. Клянусь, чтобы бы плохого ты не совершила, не стану осуждать. Только дай шанс, не мне, а в первую очередь себе. Кинг взглянула на девушку перед ней. Поверить или нет? Дело не в этом, поделиться, значит вспомнить все и пережить это заново. Хотелось убежать от причиняющего страдания прошлого, однако оно въелась ей под кожу, сформировало личность, сделало такой. Рано или поздно пришлось бы все рассказать, она ведь в отеле искупления, а нельзя ничего исправить без необходимой информации, нужно выбрать вектор направления. Стиснула зубы. Хватит держать интригу, один раз пережить, чтобы они поняли ее, прекратили осуждать за убийство тех парней. — Не знаю, сможешь ли ты помочь, — мысленно отсчитав до десяти, произнесла. — Но я вправду должна объясниться перед всеми, потому что признаться, мне идти некуда и отель покидать не хочу. Вы должны знать меня не хуже, чем я вас, чтобы больше не было конфликтов и недоверия.