Тление Цикад

Каково это, просыпаться среди ночи, когда темнее некуда? Ну, ему не впервой, он привык вскакивать в самое неожиданное время и не помнит, когда он там спал в последний раз как обычный человек. Его уже не удивляет. Он отбросил свой тревожный сон и встал с неудобного кресла, чувствуя, как неприятно ноет его тело от крючковатой позы. Прямо как всегда. Шагая по изредка скрипящему полу, он уже подумывает о том, стоит ли ему просто походить по зданию или всё же выйти на улицу. Он открывает окно на кухне, где никого нет, вдыхает ночной воздух и чувствует, как его плечи немного расслабляются. И вправду стоит выйти. Он заворачивает в гостинную, в темноте едва смог разглядеть Люцифера, спящего на диване, Хаскера и Энджела вместе на полу, укрытые чем попало, рядом Ниффти. Вэгги облокотилась спиной на диван, а рядом с ней пустое место. Аластор нахмурился и тихо обошёл комнату, во мраке кое-как высматривая вещи и ощупывая их. Он насчитал пять рюкзаков, а не шесть. Плохое, неспокойное чувство поселилось в его груди, и он уже было подумал отмахнуться от него, но дурацкое предчувствие так и прилипло к нему. Он вышел из номера и осветил коридор фонариком, но никакого намёка на чьë-либо присутствие нет. Тишина, разве что, отдалённые шорохи вдали, но он точно скажет, что это заражённые. А если там заражённые, то Чарли, может, не выжила. Ну, или её укусили. Проще говоря, ему не стоило бы думать об этом, но мысли сами лезут в голову. Аластор уныло вздохнул и вернулся в номер, прикидывая, стоит ли ему заняться этим или сделать вид, что ничего не случилось. Но какое-то грызущее изнутри чувство так и давит в груди. Он подходит к Вэгги, но, передумав, идёт к Энджелу. Он трясёт его и своего брата, небрежно, прерывая их сон, чувствует никаких угрызений совести. — Чего тебе надо? — Пробурчал Хаскер, ворочаясь на месте и совсем немного приоткрывая веки. — Вставайте, нужно обсудить кое-что, — Аластор ещё раз тыркает брата в плечо, а затем беспринципно трясет и Энджела. — "Обсудить"? — Нахмурился брат и перевернулся на бок, спиной к Аластору, — А ты умеешь? Аластор нахмурился и скривил губы в терпеливой улыбке. Спорить с этим сейчас нет смысла, да и в целом, не стоит спорить с ним. Хаск не приучен слушать и понимать – небольшой недосмотр со стороны Аластора. — Ха-ха. Очень остроумно, Хаскер, — сказал он уже громче, не заботясь о покое остальных. Его голос звучит отчётливо, почти звонко. Раздражение кольнуло где-то внутри. Даже слушать не хотят, — у нас Чарли пропала. — Отъебись уже, — сонно пробормотал Энджел, обессиленно отпихнув от себя руку Аластора, но стоило пройти секунде-другой, как он тут же дёрнулся и привстал, — стой, чего? Стоило озвучить, что пропала Шарлотта, как паника охватила всех присутствующих, окончательно отгоняя остатки сна. Группа окружила Люцифера, в подавляющем большинстве прямо на холодном полу. Выжидающие, испуганные глаза уставлены на Аластора, что сидит чуть в стороне, как бы отдельно от них. Но он должен заметить, это не он так сел, а они вокруг него. Впрочем, Аластор не в обиде, даже рад. Может, в один момент они таки уйдут по своей воле. И почему он только цепляется за эту деталь? — Где она? — Вэгги задаёт глупый вопрос, но, как он думает, она этого не осознаёт, скорее всего ослеплённая самыми своими искренними и глубокими чувствами к жене. — Поубавь свои подозрения, — Хаскер отвечает на удивление резко и, Аластор бы сказал, предупреждающе. Но он не против, хоть раз его брату нужно же сделать что-то для него, кроме обвинений в том, что тот пропадает и "бросает" их. — Я не знаю, — он пожимает плечами, а затем обводит всех взглядом, — но у меня есть догадка. — Где она, Ал? — Почти что рыкнул Люцифер, с трудом продолжая участвовать в диалоге. Хотя Аластор в других обстоятельствах даже бы не обратил внимание, — Хватит голову всем морочить. Аластор недовольно цыкнул, кое-как заставив себя выдавить улыбку, и взглянул на Денницу. — В аптеке, — его голос звучит почти надменно, он не сдерживает себя ради проявления уважения или манер, надавливает дальше. Ему нравится давить на слабости, ему нравится обвинять и выигрывать в невербальном споре, — потому что её любимый папочка находится в предсмертном бреду, и она решила, что нужно его спасти. Люцифер тут же переменился в лице и вместо напряжённого напора устремил взгляд в пол. Его задело, и Аластор почувствовал удовлетворение, глядя на его жалобное личико, в котором отражается удивление и осознание. Аластору стоило только слегка подтолкнуть. — А ты не хочешь поговорить о том, из-за кого он в таком состоянии? — Вэгги напряглась, сверля Аластора взглядом, и он слегка поджал губы. Хаск всё же рассказал. Это создаст много проблем. — Да, конечно. Какая-то военная не смогла убить одного заражённого, — ехидно заметил он, поставив руку на колено. Аластор не хотел бы скакать от вывода к выводу, но он не может отказать себе в столь обыденном, но необходимом удовольствии. — Да если бы не ты, то всё было бы отлично! — Вэгги резко кинулась вперёд, уперевшись рукой в пол, а второй взмахнув в сторону Аластора, — но ты всё же бросил нас на верную ги—... — Вэгги! — Хаскер наблюдал за сценой с выпученными глазами, но, встретив беглый взгляд брата, тут же отвёл их в сторону. Сидящие рядом Энджел и Ниффти время от времени переглядывались, молчаливо следя за событиями. Атмосфера накаляется и не собирается разряжаться. Аластор только засмеялся, отклонившись назад, чтобы не получить кулаком по лицу, если Вэгги передумает и всё же продолжит начатое. — О-о-оу, так это я не досмотрел за твоей женой? — Он сделал паузу, и его улыбка стала шире, а глаза почти заискрились от чувства превосходства. Взгляд Аластора метнулся к Люциферу, — а, может, я еë папа? — Ты сейчас у меня–... Вэгги подалась ещё на пару сантиметров вперёд, пока её не остановил уставший голос. — Прекратите оба, — сказал Люцифер приказательно, а затем, кряхтя, приподнялся и сел. Энджел тут же вскочил с места и подбежал к нему. Он осторожно протянул ему слегка дрожащие руки, желая помочь, но Самаэль лишь отмахнулся, — Нам нужно найти мою дочь. Воцарилось молчание. Энджел наблюдает за Вэгги и Аластором, его взгляд останавливается на пустоте между ними и заставляет тупо уставиться на диван. Он не может и слова из себя выдавить, чувствуя беспомощность и собственную бесполезность. Одновременно с этим возникает укол вины, отчего он положил руку на плечо Ниффти. Чарли пропала. — Как ты вообще её упустил? — Процедила Вэгги злобно, пока Люцифер кое-как не встал с места, слегка поморщившись от боли. — Вы можете продолжить собачиться, — Хаскер встал следом, за ним и остальные, он без лишних вопросов начал собирать вещи, хмурясь всё сильнее, — или мы наконец пойдём её искать. Аластор хмыкнул и прошёл к своим вещам, на всякий случай перепроверил патроны в винтовке и, отметив не особо обнадëживающий запас, положил оружие на стол, требовательно глянув на Энджела. Тот понял не сразу и робко поднял оружие. Оно очень тяжелое, но он всё же неловко улыбнулся и кивнул, чего Аластору узреть было не суждено. — Хаск дело говорит, — прокомментировал Люцифер, медлительно собирая и свои собственные манатки. Стоило им выйти на улицу через пустые коридоры и бесячие шумные половицы, чудом проходя мимо толпы заражённых, как их встретила кромешная тьма улицы, и фонарики едва ли помогали. Заражённые не видят света, по причинам, которые Аластор не в силах назвать, но им это ведь только на руку. Он смотрит на пустеющее шоссе и толкает Энджела локтем в плечо, когда замечает впереди щелкуна. — Снимешь его? — Опередил Хаскер брата, словно читая его мысли, однако Энджел впал в ступор и, держа оружие наготове, растерянно, в страхе, покачал головой. — Я н-не умею, — признался он и протянул оружие Хаску. Вэгги, стоявшая рядом, раздражённо цокнула. — Дай сюда, — сказала она, выхватив из их рук винтовку. Несколько секунд на прицел, громкий выстрел, и щелкун повалился на бок, жалобно заскрипев. — Прелестно, — саркастично заметил Аластор, подарив Энджелу весьма неодобрительный взгляд. Он искренне считал, что есть лишь два типа людей: умеющие стрелять и мертвые. Однако, судя по-всему, есть третий тип – шлюхи. — Наверняка лучше, чем у тебя, — огрызнулась Вэгги более агрессивно, чем обычно, и оставила оружие у себя в руках. Сзади послышался тихий скрежет и безобразные выкрики, Аластор протиснулся между Вэгги и Энджелом, слегка подтолкнув Хаскера вперёд. Он шёл первый. Люцифер быстро поспевал следом, учитывая его рану, что, казалось, совсем перестала его беспокоить. Аластор вглядывался в окружение, дабы убедиться, что беда придёт лишь одна, по крайней мере пока что. Он заходит в аптеку чтобы успеть найти что-то ценное и засунуть в карман первее. — Чарли? — Окликнул Люцифер, пройдя внутрь опустошённой аптеки, полки вокруг развалены, различные склянки и банки, давно опустевшие, небрежно разбросаны по полу. — Её ведь не могли сожрать эти твари? — Наивно и нервозно спрашивает Энджел, разглядывая на окружение, но стараясь держаться поближе к Хаску. — Ой! — Пискнула Ниффти, отчего все, кроме Люцифера, повернулись на ее голос, — Бяка. Она почти отпрыгнула от трупа, который едва можно было различить, поскольку всё тело давно обросло грибком, к счастью, сухим и крошащимся, мёртвым, и едва ли опасным, если не совать это себе в рот. — Ну и вонь, — прокомментировал Хаск, с отвращением разглядывая обезображенного человека в засохшей крови. Даже не понятно, какого он был раньше пола. Рой мух жужжит над ним, и Хаск притягивает сестру к себе за плечо, шепнув напоследок строгое "Держись рядом". Он потянулся рукой к винтовке, что была крепко сжата пальцами Вэгги, но затем оружие едва ли не упало на пол. Хаскер вовремя подхватил его. — Дурëха, — буркнул он и пошёл в другую сторону, держа Ниффти и Энджела максимально близко к себе. Вэгги метнулась к телу под силой собственных эмоций и, только будучи прямо перед ним, поняла, что это не может быть Чарли. Прошло слишком мало времени. И эта мысль облегчила её ношу, заставив плечи немного опуститься. — Нам нужно её найти. Без неё мы... — Вэгги под конец слегка притихла, заметив у разбитой витрины лук и пару стрел, аккуратно сложенных прямо у стойки, словно кто-то планировал сюда ещё вернуться. Но кто же? Она присела на корточки, чтобы разглядеть оружие получше, возможно, на них есть хоть какая-то гравировка? И, кажется, она видит капли крови? — Не смей кричать, — тихий голос послышался прямо за Вэгги, и она почувствовала у своего затылка холодное дуло пистолета, а следом узнаваемый щелчок. Мужчина говорит слегка подрагивающим голосом, а дуло, словно маятник, шатается из стороны в сторону. Вэгги сжала челюсти, но всё же медленно подняла руки вверх. Её сердце провалилось куда-то вниз, но она не издала ни звука. Вскоре она почувствовала, как оружие слегка прильнуло к светлым волосам, казалось бы, без причин. Она уже готова была встать, выполнить любой приказ от незнакомца, но, возможно, это была поспешная реакция от закалённой солдатки. — Ты вооружён? — Негромкий голос Аластора прорезал тишину аптеки. Он держит свой ствол прямо в районе печени парниши, а вторая рука расположилась у незащищённой шеи незнакомца, угрожая лезвием ножа прорезать уязвимый участок кожи. — Чт...— Незванный слегка приподнимает голову вверх, стараясь как можно дальше отпрянуть от холодного ножа, но Аластор держит его крепко, — Нет. Он выкидывает пистолет прямо через плечо Вэгги, тот оказывается у нее перед носом и она, не тратя зря времени, сделала рывок вперёд, подхватив с пола оружие, встала на ноги, прицелевшись в мужчину. Парня. Ему лет 19, не больше, весь тощий и бледный, под глазами огромные синяки, лицо квадратной формы, а волосы скрыты под чёрной шапкой. Одежда изношена и запачкана, а выражение лица выдаёт неприкрытый страх и смирение. Вэгги без раздумий навела маленькую точку прицела на колено парня и сняла курок. Вместо ожидаемой пули слышится глухой щелчок. — Да у тебя пистолет, — усмехнулся Аластор, находя в этом нечто крайне забавное, как своего рода игрушка в руках, что веселит его. — Это? — Подросток смотрит на Вэгги и пистолет в её руках, который она уже проверила на наличие патронов. Их не было, — Это её. — Вот скотина, — прошептала Вэгги, а затем, замахнувшись что есть силы, ударила парнишу, отчего тут едва ли не повалился набок вместе с Аластором, но тот сумел его удержать. — А вот и наша зацепка, — усмехнулся Люцифер, увидев человека в руках Аластора, однако рассмотрев того лицо чуть поближе, нахмурился. — Что происходит? — Спросил Хаск, подойдя ближе, а Энджелу и Ниффти указал рукой, чтобы они не подходили ближе. — Поиск ответов, — Аластор коснулся острым лезвием кожи шеи, оставляя тонкую, жгучую царапину. — Стой, — с подозрением сказал Люцифер, но было поздно, ведь парень попытался вырваться и Аластору пришлось вывернуть ему одну руку и ударить ногой прямиком в коленную чашечку, отчего тот упал на колени. Аластор крепко придерживает его, пока на помощь не приходит и Хаск. — Агрх! — Прорычал незнакомец и зажмурился, словно от яркого света, — ты сволочь! — Я бы тебе не советовала сейчас раскидываться словами, — Вэгги наклонилась к нему, потянув его за ухо, чтобы он поднял голову и смотрел прямо на неё. Люцифер силой оттянул её назад, глядя на парнишу. — Э-э, — недоумëнно отреагировала она, глядя на него, пока не столкнулась с Энджелом. — Барли...Рамзэ́? — Люцифер смотрит на него, но в ответ получает только едкий, полный ненависти взгляд, пытаясь пошевелить плечами, но безуспешно. В ответ на этот взгляд, Самаэль слегка хмурится, совсем не узнавая некогда доброе выражение лица. — Ты его знаешь, значит? — Хаскер спросил небрежно, покосившись на парня, которого они усердно удерживают. Подросток взглянул исподлобья на Денницу и прищурился, а затем выдохнул и нервно сглотнул. — Помогите мне, — прошептал он, опустив голову вниз, — чего вы хотите? — А ты угадай, блять, — Вэгги рявкнула. Энджел покосился на неё с неодобрительной неуверенностью во взгляде, но промолчал. Подросток с удивлением взглянул на Вэгги, затем на Люцифера, в его взгляде скользнуло осознание, и он быстро напрягся. Аластор взглянул на него и сжал нож в руке чуть крепче. — Так это правда... — Парень взглянул на Самаэля с нарастающим страхом и недоверием. Он даже представить не мог, что его учитель смог не просто выжить, а стать... Контрабандистом, — Правда Люцифер Денница тот самый Самаэль. — Просто скажи, где моя дочь, — нахмурился Люцифер без намёка на злость, но с настырностью, уже чувствуя, что договориться вряд ли выйдет. Но надежда всегда умирает последней, — и мы отпустим тебя. — Я н-не знаю, — промямлил он, и его голос задрожал, когда он вновь почувствовал острый металл рядом с собой, у щеки, — правда! Аластор цыкнул, закатив глаза, его взгляд упал на Люцифера, и он слабо улыбнулся, кивнув на парня. — Хватит, — процедила Вэгги, угрожающе взглянув на Барли, — нам некогда с ним нянчиться. — Давай поговорим в более приватном месте, — Аластор потянул его за волосы, а затем вздернул его за плечи, заставляя встать на ноги с жалобным скулежом, — Авось вспомнишь что-нибудь. Люцифер в ответ ничего не сделал, провожая взглядом его бывших учеников. Он оцепенело стоит на месте, не веря в картину, что видят его глаза, как будто это ужасный сон, то, что произошло бы с любым, но не с ним. Как мог некогда яркий и позитивный с виду мальчик стать этим безжалостным убийцей? Как мог Барли превратиться из обычного школьного драчуна в это? Такой тощий, а раньше был спортивным, полным энтузиазма и бьющей через край энергии. А Аластор? Где тот негодник, которого он запомнил? Почему он ничего не сделал, когда мог, почему Люцифер бездействует? Почему все его воспоминания превращаются в размытое пятно, именуемое прошлой жизнью? Он никогда не позволил бы драться своим ученикам, он учил их дружбе, уважению и пониманию, тому, во что сам верил когда-то и хотел, чтобы и дети поверили в лучшую сторону мира, никогда бы не знали слова "война", никогда бы не услышали выстрелов, никогда бы не увидели смерть и человеческую жестокость. Чтобы умели доверять и жили не ради выживания или насилия, но теперь перед собой он видит только то, чего надеялся никогда не видеть. Всё это ради Чарли. Как бы сильно он не любил своих учеников, кто они для него? Чужие дети, которые никак с ним не связаны. Это не его семья, это не то, чем он дорожит. Это не смысл его жизни. Как бы сильно Самаэль не желал этого, как бы он не хотел давать Аластору волю, сейчас именно он последняя надежда, чтобы найти действительно самое дорогое, что у него есть. — Разговори его, — пустым голосом промолвил Денница, провожая Аластора взглядом. Тот обернулся с лёгким удивлением и его губы дернулись в скептичной усмешке. Вэгги метнула взгляд на отца пропавшей любимой, но ни слова не сказала, вытянувшись по струнке. Как бы сильно она не одобряла Аластора и любые его решения, если он сможет найти Чарли, вне зависимости от того, какими методами, то Вэгги готова всё ему простить. К ним присоединились остальные, отходя от комнаты, в которую удалился Аластор с "зацепкой". — О Боже, ты что, одобришь его действия? — Пискнул Энджел, метнув взгляд на дверь для персонала, куда зашёл Аластор. — Ты забыл, зачем мы здесь? — Вэгги вклинилась и сделала шаг вперёд, впечатавшись пальцем в грудь Энджела, — Это всё ради нашей Чарли. Ради моей жены. Если ты продолжишь сомневаться, я вобью в тебя немного здравого смысла. Ниффти хныкнула, покосившись на дверь тоже, она взглянула на Вэгги и её злобный вид, после чего прижалась к Энджелу плотнее, хватаясь за его руку. — Но ведь это жестоко, — пролепетала младшая Миллер робким голоском. Она дёрнулась, когда из соседней комнаты послышался болезненный крик, — почему вы все такие жестокие?! Голос Ниффти дрогнул и она поспешила отойти в сторону, закрывая своё лицо ладошками. Она проходит мимо, но Хаск притягивает к себе в безопасные объятия. Девочка не пытается вырваться, а только обнимает брата в ответ, пряча нос и заплаканные глаза в его одежде и тихо всхлипывая. — Аластор справится, — Люцифер смотрит на дверь, за которой, как он точно знает, происходит нечто ужасное, пытки, которые не несут в себе ни капли жалости, которые могут легко закончиться смертью его бывшего ученика. Самаэль безразлично выдохнул, чувствуя в своём горле ком горечи, и как сердце внутри сжимается, а тело становится тяжелее. Его мучает совесть, как он мог позволить всему этому случиться? Почему он не был рядом, когда был так нужен? — Ясно, — холодно прокомментировал Хаск, сверля жёстким взглядом Люцифера, его руки, обнимающие сестру, сжались в кулаки, и он бы накричал, но толку-то от этого не будет. Как посмел этот Самаэль допустить подобное? Аластора надо держать в узде, его надо контролировать, пока он не начал контролировать других. Никто, кроме него, этого не понимает. Какие же все глупые. Они точно не выживут, если Аластор продолжит вести себя так самоуверенно. Люцифер взглянул на Хаскера с вопросом, без интереса, совсем уж нет сил начинать споры и драки или, наоборот, разрешать их. Новый крик послышался из комнаты, более приглушённый и похожий на стон, что заставляет нервничать ещё больше и обстановка только накаляется. — Главное, чтобы он не переусердствовал, — Вэгги скрестила руки на груди и облокотилась на стеллаж, уже давно пустой и побитый, но всё ещё достаточно твёрдый. — Ему можно доверять, — ответил Самаэль спокойно, ожидающе не сводя глаз с двери. Он знает, что Аластор справится без проблем, что ответы будут у них меньше, чем через час, тогда они найдут Чарли. И Люцифер больше никогда не упустит её из виду. Никогда. — Прямо как мы доверились в той пещере? — Хаск запротестовал, его брови нахмурились и рот растянулся в недовольную гримасу, — А, может, когда вместо Карантинной Зоны мы напоролись на Цикад? — Продолжил он недоверчиво, прижимая Ниффти всё ближе к себе, хватаясь за неё, как за последнюю ценность в жизни. — Перестаньте, — прошептала девочка, но её тонкий голосок заглушился воем пленника и ударом в стену. — Хочешь сказать, он и сейчас наврал? — Вэгги посмотрела на Хаска, почти не обращая внимания на крики и вои боли сзади неё. Словно ненавязчивая музыка, которая напоминает, что они находятся за стенами КЗ, в большой опасности, окружённые мраком ночи и бродящими рядом заражёнными. — Нет, — Денница качнул головой, сунув руки в карманы, нервозно теребя внутри них кусочки бумаги, которые каким-то образом остались там. — Да вам всем лишь бы скинуть на кого-то вину! Какой смысл Алу убивать единственного доктора? — Возмущённо развёл руками Энджел, а затем неспокойно начал метаться из стороны в сторону, — Вы даже не хотите допускать, что виноваты все мы. Чарли ушла, потому что мы не доследили за ней, мы все в ответе за то, что случилось, — настойчиво сказал он, его взгляд метнулся к Хаску и Ниффти, — Прекратите уже говорить об этом, вы совсем не думаете о Нифф. Даже ты. Энджел процедил сквозь зубы последние слова, вперившись взглядом в Хаска, и, прежде чем тот ответил и отошел от шока, он взял Ниффти за руку и отвёл в сторону, обнимая за плечи. Воцарилось молчание, прерываемое шумом ветра и страшными криками за стенкой. Эта ночь обещает быть длинной и далёкой от спокойной. Задумчивость вогрузилась на плечи каждого из членов их небольшого отряда, но возникающие мысли они строго держали при себе, не в силах озвучивать и продолжать спорить. Сейчас не время для разборок, оно будет у них, когда Чарли снова окажется с ними.