Без пяти минут в огне...

Пожалуй, весь прошлый день, вечер и ночь вполне можно было бы назвать сумасшедшими. Наверное, Ньют так и думал, но и другие, совершенно невозможные мысли прокрадывались в его сознание, оставляя ели видные следы. Чужие, неизвестные, но такие манящие, и если бы они имели запах, то от них бы исходил аромат лаванды, сладкого мёда и чая. Чтобы это значило? Ньют и сам не понимал, поэтому как можно тщательнее старался выкидывать их из головы. Забыть и не вспоминать. Никогда. Яркие лучи солнца пробивались сквозь окно и способствовали пробуждению волшебника. Ньют, приподнявшись, осмотрелся. Его комната. Тишина. На улице слышался слабый щебет птиц. — Это был сон? Он пытался прокрутить у себя в голове всё, что помнил. Но не сказать, что он помнил абсолютно всё. Некоторые моменты остались за кулисье. Почесав затылок, Ньют пытался обдумать и понять поступки Гриндевальда и свои собственные. Последнее, что он помнил, так это то, как он уснул в его… объятиях? Встряхнув головой, он до конца в это не верил. Может быть, это правда был сон? Подойдя к зеркалу, Ньют стал осматривать себя. Рубашка, штаны. С прогулки он так и не переоделся, это было последнее, о чём он мог тогда подумать. Раны на лице и руках, которые постепенно заживали, но образовывая оставшиеся неровности на коже белого цвета. Проведя руками по лицу, он не хотел в это верить. А особенно в то, что он вот так ему доверился. В таком состоянии Гриндевальд должен был бы воспользоваться его полной беззащитностью и убить. Хотя… у него и без того было немало шансов. Откинув мысли на задний план и тяжело вздохнув, парень отправился на кухню. Остановившись в дверном проёме, потянулся, думая о том, что после вчерашнего его тело практически не болит. Разве что в некоторых местах и одна, немного разодранная коленка. Кажется, от падения. Во всяком случае, Ньют чувствовал себя хорошо и был полон сил, что было весьма удивительно. Видимо, сон хорошо ему помог окрепнуть. Осмотревшись, парень отметил, что всё было немного не там, где должно было быть. В голову ударил момент, как Гриндевальд, ворча, перевернул тут всё вверх дном, ища стакан. Усмехнувшись, Ньют взмахнул палочкой и отправил каждую вещь по своим местам. Так, чтобы Нюхлю не хотелось до чего-то из всего этого добра дотянуться своими крохотными лапками. Заварив горячий кофе, Скамандер сел и думал о том, что ему сегодня предстоит выполнить. Первым делом, пожалуй, надо навестить Куинни и Якоба. Узнать, как там дела у этой парочки. А потом наведаться к брату. Пусть ситуация, которая произошла, обрела удивительно положительный конец, но почему она вовсе произошла, ему хотелось бы знать. Убрав кружку, Ньют взял чемодан, посадил Пикетта на его любимое место — плечо. И в мгновение ока очутился в квартире друзей, где царил необратимый хаос. Кажется, эта парочка снова поссорилась. Куинни, даже не заметив Ньюта, выбежала из дома. Ковальски громко цокнул и, расправив руки, крикнул ей вслед: — Ты ведь понимаешь, почему мы не можем… — он тяжело вздохнул и посмотрел на Ньюта. — Она снова говорила о помолвке? — смущённо поинтересовался парень, думая, что ему и не стоило бы лезть в их дела. Пикетт похлопал ручками-листиками по шее в подтверждение его мыслей. — Да… и совершенно не понимает, как это опасно. И… ох, Ньют? Что с тобой? — Якоб заметил раны на лице парня, моментально меняясь в лице. Пикетт шутливо помахал Ковальски, давая понять, что магозоолог снова влез в неприятности. — Ах, это… это… — Ньют робко коснулся пальцами, проводя очертание одного из порезов. — Келпи нужно было намазать мазью. И, он немного меня поцарапал. Не беспокойся. Парень посчитал, что Якобу не стоит знать и волноваться, что его друг лично повстречался с Гриндевальдом и даже провёл с ним некоторое продолжительное время наедине. Пикетт обречённо вздохнул и проскользнул по одежде Скамандера, ныряя в карман. — Что ж, присаживайся, — улыбнулся Якоб, отодвигая стул и приветливо улыбаясь. — Я испек новых булочек. Ты должен их попробовать! — весёлый мужчина побежал вприпрыжку на кухню и через минуту вынес пиалу, наполненную ароматными булочками, от которых ещё исходил пар. — О, друг. Это просто восхитительно, — улыбнулся Ньют, пробуя первую. Так они провели с ним пару часов, обсуждая всё и абсолютно ничего одновременно. Обсудив их отношения с Куинни, Якоб, кажется, окончательно успокоился. Он до безумия её любил, но вот так она убегала уже не первый раз и потом всегда возвращалась. Узнав про Тину, Ньют слегка замешкался. С одной стороны, он рад узнать, как она, что у неё происходит. Но с другой. Он, наверное, устал? Устал от того, что Тина сама не проявляет себя по отношению к Ньюту и это давило камнем в груди. Но ничего не поделать. Пожалуй, на этом Ньют всё ровно не оставит попытки сказать ей, что у неё глаза, как у саламандры и совершенно не важно, как она отреагирует. Ньют проявляет любовь, наверное, не как все. Но зато, достаточно оригинально. Правда, не всем такое нравится. Ньют — человек неординарный и, кажется, это было вовсе не плохо. Он считал, что если и окунаться в дела любовные, то с человеком, который примет его это качество. Так как менять свой характер, уклад жизни и интересы он точно не станет. Как, впрочем, и уходить в человека с головой, у него были дела по важнее этого. — Кстати, Ньют. Куинни обронила пару слов о том, что на ваше Министерство Магии Гриндевальд готовит нападение. Я думал, тебе будет это важно знать . — Что…? — Ньют подавился напитком, но быстро пришёл в чувство. — Ты уверен? — Это её слова, я не очень понимаю, что происходит. Но точно знаю, что мы должны его как-то остановить, да? — Верно, — Ньют кивнул, но сам задумался. Всё то, что произошло накануне, вновь влилось в него новой, тёплой волной. И Ньют совершенно не понимал, как теперь реагировать на новые покушения Гриндевальда. И чего теперь от него ожидать. В частности по отношению к себе. — Хорошо, Якоб, спасибо тебе за информацию. Сейчас мне нужно навестить брата. — Тесеуса? Я недавно его видел, он спрашивал о тебе, — слегка улыбнулся, припоминая постоянные разборки братьев. — Хорошо. Спасибо тебе за угощение и вы обязательно помиритесь с Куинни. — Ньют мило улыбнулся и, взяв чемодан, друзья обнялись на прощание. Пикетт выглянул из кармана и вновь замахал листиками на прощание, затем снова исчез с глаз. Аппарировав, Ньют оказался рядом с Министерством Магии. Недолго думая, поспешил во внутрь. *** После ночи, проведённой в кресле, Гриндевальд встал и размял затёкшие конечности как раз перед тем, как в его комнате появился едва уловимый вихрь, а в нём — женский силуэт. — Вы были нужны нам на расстановке сил перед предстоящим нападением, — отчеканила Винда Розье с ноткой обиды и разочарования в голосе, — Где вы были, господин? Вопрос заставил припомнить прошлую ночь до последней секунды. Перед глазами пронеслись картинки — упавший Ньют Скамандер, прикосновение к нему в целях помощи, его щека на плече, а собственная рука — на плече Ньюта. Затем и вовсе помощь колдовством, ладонью на его груди. Все эти воспоминания были сродни безумному сну, Гриндевальд смотрел перед собой и не видел ничего, кроме мягкого взгляда голубых глаз. Взгляда его врага. — Господин? — не стерпела ожидания Розье, заглядывая в глаза повелителя, выражая свою обеспокоенность. — Вели начинать. Окружите здание и ждите, — словно отмахнувшись, Гриндевальд отдал приказ и повернулся спиной, всё ещё находясь мыслями далеко отсюда. Дождавшись исчезновения Винды он бросил взгляд на свои руки, а после сорвал с пиджака отныне зацепленную там цепь с клятвой на крови и, держа перед собой, рассматривал, как лучи утреннего солнца играют в переплетениях стали, как мерцает от этого цепь, покачиваясь из стороны в сторону. Гриндевальду казалось, что это единственное, что делало его живым, тем, кто чувствует, а не идёт лишь на поводу великих достижений, разрушая на своём пути всё, что только может хоть немного помешать. Но вчера он почувствовал слишком много, чтобы заключать свою душу в эту дорогую сердцу безделушку. То, что он почувствовал к этому магозоологу, к этому магу, что лезет во всё подряд без разбора, ставило его власть под сомнения. Гриндевальду предначертано было избавить мир от этой разделённости, этих несправедливых законов для магов, этого ущемления свободы. И он должен был стать сильнее любого из живущих, чтобы повести за собой этот новый мир. Для этого ему нужны все три дара смерти. Гриндевальд просто не мог стать уязвимым из-за того, кто по случайности попадался ему на глаза чаще, чем оно того стоило. Из-за того, кого он не смог убить. Но был должен и убьет, когда тот перестанет быть ему полезен. И не важно, что клятва уже в его руках, а магозоолог не выражал желаний присоединиться к его людям и наставить палочку против своего брата. Он всё ещё может быть полезным, особенно если Гриндевальд, после произошедшего, сможет его обмануть, заставляя думать, что он действует против него, а на деле — с ним рука об руку. Мужчина улыбнулся. Так он и поступит. А сейчас — пора навести в Министерстве Магии Великобритании небольшой беспорядок, наверняка они уже успели заскучать в этом мнимом спокойствии. Пройдя многочисленное расстояние по красивым лестницам и этажам, Ньют шёл прямиком в кабинет своего брата. Двоякие чувства. С одной стороны он хотел выразить ему своё недовольство того, что кулон, который он ему доверил, оказался у Нюхлера. С другой же стороны, скорее сообщить новость, услышанную от Якоба. Хотя, возможно, Тесеус и так об этом знал и уже готовился с остальными отразить удар. Проходя большие, длинные коридоры, крепко сжимая чемодан, он не мог не осматриваться. Красный, длинный ковёр. Картины. И невероятно изумительный декор, высеченные в стенах фигуры, колонны, невообразимого масштаба свисающие люстры, хрустальные детали которых блестели от света из окон. Ньют никогда особо не любил таких «хором». Ему больше по душе небольшие, уютные места, где даже лучи солнце ощущаются по настоящему тёплыми. Поскольку в таких местах как это — свет, который проникает извне, будто ледяной. Шумом говорливых магов было наполнено всё здание Министерства. Можно было даже разобрать, как кто-то кричит, показывая всё своё возмущение по причине, что их не выпускают за границу. Как же Ньюту это было знакомо. После происшествий в Нью-Йорке ему точно так же поставили запрет на выезд. И даже не стали слушать, что всё, что там произошло, вдвойне приукрасили, всё было в корне не так. Обидно. Поскольку, если бы не Ньют, Гриндевальда бы не раскрыли, не схватили и не стёрли бы память всем маглам в городе после переполоха на улицах. Ох, Френк. Ньют скучает по Птице-Грому и часто его вспоминает. Величественная и грациозная птица, чьё оперение, словно налито золотом. Со скрипом отворив двери, Ньютон Скамандер посмотрел в глаза своего брата, который сидел напротив, за столом и перебирал стопки бумаг. Тесеус хотел уж было возразить нахально вошедшему магу, который даже не удосужился постучать, но увидев Ньюта, опомнился и улыбнулся. Отложив бумаги, он подошёл к нему, хотел обнять, но улыбка резко сползла с его лица, а руки опустились. — Ньют, ты опять совал голову в пасть Нунду? — ошарашенно осмотрел все его царапины, пальцами потирая переносицу. Сколько он знает своего брата, на нём всегда какие-то увечья. Шрамов на его теле уже просто не сосчитать. Хотя Ньют, помнил о каждом и мог рассказать, как и с каким существом это произошло. — Тесеус, скажи, пожалуйста, как клятва на крови, заключённая в кулон на цепочке, снова оказалась у моего Нюхлера? — пропустил мимо ушей замечание брата и поджал губы, серьёзно заглядывая в его глаза. Взгляд Тесеуса же выражал непонимание. Кажется, он ничего об этом не знал. Что ж, так даже лучше. — Вчера утром нюхль пробежал по комнате, волоча за собой эту вещь. — Прости, Ньют, но я… я ему не отдавал её. Кажется, твой наглый зверёк оказался слишком умён, раз стащил её вновь, но уже из Министерства Магии. Да… — Тесеус присел на стул. — Ну что ж, я полагаю, ты его принёс? Я уберу его в более безопасное место. Ньют отрицательно покачал головой. — Вчера утром ко мне явился Гриндевальд, — глаза Тесеуса тотчас расширились в полном удивлении и страхе. — И, как ты понимаешь, кулона у меня больше нет. Он забрал его, как только увидел у Нюхлера. А это, — парень провёл по ранам, указывая на всего себя. — Он оставил мне, в «подарок», что я вернул ему его украденную вещь. Тесеус молчал, он не знал, какую эмоцию выразить в слова, но всё было видно по его лицу. Только он хотел открыть рот, чтобы нарушить тишину своим голосом, как вдруг в его кабинет кто-то ворвался. Испуганный мужчина, в полу откинутом пиджаке, отдышавшись, выкрикнул всего пару слов: — Гриндевальд… — пару тяжёлых вздохов. — Нападение! Тесуес подскочил, упираясь руками в стол, Ньют в шоке обернулся, а с первого этажа послышались крики и треск разбитых окон. Гриндевальд в это время стоял и простирал руки по направлению к зданию, держа в одной из них бузинную палочку, из которой срывались, словно снаряды, заклинания разрушений. В нескольких местах большого здания уже произошли взрывы, где-то даже в воздух поднимался густой серый дым. Окна взрывались тысячей осколков одно за другим, осыпаясь на асфальт снаружи и людей внутри, что тщетно пытались спастись. Гриндевальд отдал приказ не выпускать никого. Там, среди служащих Министерства были его люди, проникшие намного раньше и уже схватившие многих бойцов департамента обороны; силы мракоборцев ненамного, но сократились, а эффект внезапности дал шанс приспешникам тёмных сил уложить многих ещё до того, как подняли тревогу. Целью нападения был президент магического конгресса. Гриндевальду было на руку, если среди мракоборцев начнётся хаос, а единственное, что их могло сбить с ног на продолжительное время, был полный разгром штаба и потеря лидера. Тогда у Гриндевальда появится больше времени на новый, более крупный удар, который положит конец этой вечной борьбе двух сторон, сражавшихся каждый за свои идеалы. Слыша крики и проклятия даже с улицы, мужчина улыбнулся — кажется всё шло по плану. Дело было за малым — снести это здание, оставив на его месте лишь руины и груду камней. Гриндевальд был уверен, что все, кто ему нужен, попытаются с ним бороться, тогда он и покончит с президентом, потому то он и оставался снаружи, где было удобнее всего провести дуэль. Розье в это время разрабатывала отвлекающий манёвр внутри, заставляя всех думать, что нападение окончится лишь этой стычкой на волшебных палочках; никому и в голову не придёт, что в один миг от здания и людей внутри не останется ничего. Гриндевальд ликовал в тот момент, когда увидел в одном из верхних окон того, за чьей жизнью пришёл, но вмиг замер, когда увидел на этаж ниже в окне, стёкла которого выбило взрывом, Ньюта Скамандера. Ньют и Тесеус с криками пригнулись, от оглушающего удара по стеклу, на их спины посыпались осколки, сверкая, перекатываясь по одежде и падая на пол, к остальным. Выхватив палочки, все трое поспешили удалиться из кабинета, но резко снова пригнулись, наклонив друг друга за спины. Мимо пролетели заклинания, полный хаос, всё как в тот вечер, когда Ньют упал к ногам этого Тёмного Лорда. Вчерашняя ночь обрисовала того новыми красками, но то, что происходит здесь и сейчас — взбудоражило Ньюта и тот был настроен решительно против него. По спине пробежал холодок, а в разуме засел не видный страх, когда в стене появилась трещина. Что-то не так. — Уходим! Тесеус схватил брата за руку и поволок за собой. Дальше они уже бежали вместе, отбиваясь от приспешников Гриндевальда, которые увидев эту парочку, так и спешили навести на них страх. Казалось, что убивать они никого и не хотели, будто просто запугивая, наводя суету. Но пару человек всё-таки, погибли. Слишком грустно и страшно смотреть на чью-то смерть, даже если не знаешь этих людей… даже, если это союзники тёмной стороны. Крепко держа чемодан, Ньют взмахнул палочкой и связал одного из противников. Второго небольшим взрывов откинул в сторону. — Ньют! — крикнул в панике Тесеус, указывая и на без того разваливающиеся здание, которое от взрыва Скамандера младшего стало громче осыпаться. Добежав до первого этажа, лицезрели ошеломленную толпу магов, которые отчаянно сражались. Кажется, люди Гриндевальда старались никого не выпускать наружу. Ньют в спешке осмотрелся, пытаясь найти другой выход. Как известно, в здании Министерства Магии нельзя перемещаться. Но прорабатывать план отступления было практически невозможно, их реакция заставляла как можно скорее отбиваться от заклинаний и посылать на сторонников зла ответные. Вдруг одно из заклинаний сбило обоих Скамандеров с ног. Те явно давали понять, что сбежать не получится, ухмыляясь и скалясь. Один из оскалов очень напомнил выражение лица Гриндевальда, когда тот терзал его тело… силы нахлынули сами собой и Ньют, попытался их ответно атаковать, но те молниеносно реагировали, ожидая удара. Казалось, всё это длится целую вечность. Видя мелькающий то в одном, то в другом окне силуэт Скамандера, Гриндевальд на миг остолбенел, обдумывая, стоит ли это нападение смерти магозоолога? Конечно, так тёмный маг думал из эгоистичных соображений, из-за того, что этот юноша мог быть весьма полезным, учитывая их последнюю встречу и то, что Скамандер, по сути, остался перед ним в должниках. Когда по стенам одна за другой пошли трещины, стала сыпаться извёстка и оконные рамы грозились переломиться пополам, Гриндевальд поспешил внутрь. Там, пройдя сквозь разрушенный холл и убивая всех, кто мешался проходу, маг быстрыми шагами преодолел расстояние до лестницы и встал перед нею, осматривая лица сражающихся волшебников. Мимо так и летели заклинания, искры и молнии; никто не думал уступать, а часть магов противника даже не догадывалась о скором обрушении. Наконец, спустя минуту, выцепил взглядом Ньюта и его брата, что вступили в бой с кем-то из его приспешников. Ни одна сторона не уступала сопернику, заклинания отбивали, снова посылая и снова отбивая, а по всему этажу прошёлся шум, похожий на гром — времени оставалось не так много. За минуту оказавшись позади магов, что посылали на двух братьев заклинания, и в один миг, лишив их чувств, Гриндевальд с непробиваемым выражением лица подошёл к Ньюту и, схватив его под локоть, поволок за собой по направлению к выходу. Он физически ощущал спиной взгляд брата Ньюта, который, кажется, пока не собирался атаковать, пытаясь понять что происходит. Взгляды подчинённых, кто оказался достаточно близко и видел эту сцену, и холодный, яростный взгляд своей правой руки — Розье, она готова была прямо сейчас уничтожить Скамандера, дабы только он более не находился так близко к Гриндевальду. — Вас здесь быть не должно, — вымолвил он, не сбавляя шаг так, чтобы было слышно только Ньюту. Тяжело дыша, Ньют не собирался сдаваться. Но честно признать, силы его были на исходе. Но в какой-то момент… появился и сам виновник того, что здесь происходит. В шоке смотря, как тот утихомирил своих же приспешников, которые дрались с братьями, Ньют опустил палочку, приоткрывая рот и приподнимая бровь. А когда тот его схватил под руку и потащил, Ньют, вовсе потерял дар речи. Казалось, Гриндевальд решил завершить то, что начинал несколько раз, но давал шанс парню. А сейчас? Ньют обернулся на брата. Тот в ещё большем шоке смотрел на них. В шоке были и верные Гриндевальду люди, некоторые из которых стали перешёптываться. Услышав голос мужчины, парень задумался, поджав губы и опустив брови. Что? Почему… и почему именно его? Только его… — Нет! — Вскрикнул Ньют и попытался вырваться из хватки Тёмного Мага. — Что происходит?! Отпустите немедленно! — Ньют сам себя озадачил. Он только что приказал самому Гриндевальду? Скамандер продолжал попытки вырваться, ногами пытаясь сбавить ход мужчины и остановить его. Что ж, тот оказался сильнее, чем магозоолог думал. Внезапно в Гриндевальда полетело заклинание, посланное испуганным за брата Тесеусом. Но, оно было успешно остановлено одним из приспешников Геллерта. — Ньют!!! — крикнул тот, в надежде смотря и не зная, что делать. Брат снова отдаляется от него с их главным врагом и неизвестно, чем обернётся ситуация на сей раз. А Ньюта ничего не волновало, кроме Тесеуса. Он не собирался его тут оставлять, ни за что. В попытках освободится, Ньют всё-таки уловил шанс и выскочил из рук Гриндевальда. Далее, не обращая на него внимания, он кинулся обратно к своему брату. За свою жизнь сейчас он не боялся. Ему было страшно лишь за свой чемодан и за родного ему человека, который хоть и отчитывал его, но был любим. Приспешники Гриндевальда всё так же пребывали внедоумении. Но… раз их господин схватил этого мальчишку, значит, он ему нужен. И взмахнув палочкой, один из них резко сбил с ног бегущего Скамандера. Тот, вскрикнув от неожиданности, подлетел, а затем глухо упал на кафельный пол, о который успешно разбил бровь. Грохот чемодана, упавшего следом, раздался по стенам, заставляя, появится новым микротрещинам. — Я его поймал, Сер! — восторженно крикнул тот, кто выпустил заклинание, в ожидании похвалы. — Отлично. Схватить обоих и доставить в штаб, здесь закончить, — отчеканил Гриндевальд и развернулся, вскинув полы плаща и удаляясь. Он ясно слышал возмущения пойманных магов и проклятия в свою спину, нелестные ругательства. Принадлежали они, конечно, по большей части самому Скамандеру младшему, но Гриндевальд ясно слышал где-то в стороне обречённое — «Беспорядок» на французском языке. Шепнув одному из исполняющих, чтобы Тесеуса заковали в наручники и отобрали палочку, а Ньюта привели прямо к нему, Гриндевальд исчез, как только вышел на улицу. Оказавшись в одном из ближайших убежищ, с высоты башен которого просматривалось постепенно оседающее здание Министерства Магии, а местами и вовсе горящее, Гриндевальд устало потёр виски. Президента он так и не встретил лицом к лицу, но зато мракоборцам уже в который раз придётся подыскивать себе новое место, и он надеялся, что это займёт хотя бы чуть больше времени, чем обычно. Гриндевальд расположился на красном кожаном диване, закинув одну руку на его спинку, когда услышал за дверью всё те же возмущения и явный шум борьбы. Двери распахнулись и в зал буквально втолкнули Скамандера, а один из тех, кто привёл его, подошёл и отдал Гриндевальду его палочку и поставил рядом чемодан. Дожидаясь, когда их оставят наедине и, прокручивая сквозь пальцы чужую палочку, Гриндевальд намерено не поднимал глаз, ожидая новой волны криков или попыток сбежать. Когда двери закрылись Гриндевальд встал и подошёл к окну. — Подойдите, мистер Скамандер, — сказал он ровно, указывая взглядом на здание Министерства Магии, которое через секунду после осело на землю. Предупреждая шок или отчаяние магозоолога, Гриндевальд взмахнул рукой, зашторив окна. И только после этого заглянул в глаза, источая всем своим существом полное спокойствие. — Вот то, что могло с вами случиться, — сказал маг, не отрывая глаз, и медленно протянул Скамандеру его палочку, желая увидеть его реакцию. *** Схваченный Ньютон как мог, сопротивлялся, грустными глазами смотря на Тесеуса. А ведь… из-за него их обоих и схватили. Он мог спокойно принять учесть на себя, если бы только знал… он не думал, что ему может понадобиться и его брат. Когда их вели вместе, Ньют перед ним шёпотом извинился. Тесеус успокоил Ньюта и скоро добавил, что нужно выбираться, чего бы это ни стоило. Но приспешники Гриндевальда не позволяли этого сделать, крепко держа обоих. Однако рвения выбраться от этого не угасало. Когда их развели в разные стороны, Ньют кричал брату, что вытащит его, что всё будет хорошо. Тесеус кричал вслед. На голубых глазах Ньюта заблестели ели видные капли слёз. Резко дёрнув рукой, он вновь попробовал освободится, но тщетно. Увидев вновь Гриндевальда, Ньют насторожился и умолк. Сейчас он не знал, что и думать и чего ожидать. К тому же… его палочка находился в руках Тёмного Лорда. Так же, как и его драгоценный чемодан. Как там его зверушки… всё ли хорошо с ними? Не слишком ли на них сказались падение и тряска? Парень вдумчиво и интуитивно перевёл взгляд в окно, в которое указывал мужчина и не спеша подошёл. Его зрачки вмиг затряслись, как осиновый лист, а мысли поспешили исчезнуть в омуте забвения. — Как же… — парень в шоке смотрел на то, как рушилось здание. Когда тот зашторил окна, Ньют не переставал смотреть в ту же сторону, сверля взглядом одну точку. В голове не укладывалось. Что всё это значит… взглянув на свою палочку в руке мужчины, он снова замер. Затем робко и осторожно протянул руку, взяв палочку, касаясь кончиками пальцев тёплой ладони мужчины. С дрожью выдохнув, Ньют осмотрелся. Пошатнувшись, он упёрся руками в стену, чтобы не упасть. Что всё это значит… — Мистер Гриндевальд… — Ньют замолчал и вдруг снова забылся. Мысли кружили в его голове одна за другой. Абсолютно ничего не понимающий парень смотрел в пол. — Зачем вы… зачем же вы тогда нас спасли? Что всё это… значит… — голос Ньюта дрожал, как и его руки от понимания, что сейчас и его и его брата могло просто не стать в один момент. Как и многих других, кто был в этом здании. Палочка выпала из обессилевшей руки. Что ж… он должен был бы отблагодарить Тёмного Мага. Но… может, просто ему они нужны живыми? Чтобы выведать тайны Дамболдора. Только вот… почему тогда Гриндевальд отдал ему палочку назад? Ньют окончательно запутался, растерянно смотря на мужчину, ожидая ответов на вопросы. — Это спасение во благо, мистер Скамандер, — Гриндевальд обошёл его и сел в кресло, демонстративно держась подальше от чемодана, дабы юноша мог его спокойно забрать, — Вы находитесь на перепутье двух миров. Здесь, — Гриндевальд посмотрел в пол между ними, — Всё должно встать на свои места раз и навсегда. Гриндевальд мог бы заставить его слушаться силой, повелевать им либо угрозой для жизни брата, либо просто наложив нужное заклятие, но всё это не шло в сравнении с тем, если Скамандер придёт к нему добровольно, — Вы не выбирали сторону, верно? Вы на стороне справедливости, а где, как не здесь, в этих стенах, вы могли бы обрести то самое ценное успокоение за честь и свободу магов? — развёл руки в стороны. — Их безопасность. Вы говорили, что мне чуждо сострадание, так посмотрите же на то, что ни один из моих людей по моему приказу не убил ни одного мракоборца. Это сделала судьба. Министерство могло рухнуть, а могло и нет, всё зависело от них, — сказал Гриндевальд и подошёл к столу, наливая в бокал красного вина, возвращаясь с ним обратно, — Если Министерство сдало бы позиции сразу, этого бы просто не случилось, — закончил Гриндевальд и пригубил алую жидкость, прочищая горло. Запах дыма и пыли всё ещё першило его, и Гриндевальд с большим удовольствием откинулся на спинку кресла, выражая тем самым своё полное доверие, расслабившись перед своим заклятым врагом. Конечно, это доверие было мнимым; держа палочку в рукаве ближе к кисти, маг мог бы отразить любое заклинание и увернуться от любого предмета, которые Ньют на него мог бы послать. — Я предлагаю вам сотрудничество, мистер Скамандер. Не отказывайте общему благу. Ньют стоял как вкопанный, следуя взглядом за каждым движением мага. Наклонившись, Ньют поднял свою палочку и… не спеша убрал. Всё это кажется каким-то сном, после которого просыпаешься в холодном поту и ещё минут пять не до конца понимаешь, что всё это было не правда. Но… это было не так. Всё происходило на самом деле. Мерлинова Борода… — Мистер Гриндевальд. Я… — неуверенно начал парень. — Не готов сделать выбор в чью либо пользу. По большому счёту, мне совсем не важны войны между людьми. Мне было интереснее наблюдать за существами. И, в них больше любви и чести, чем, порой, в людях. Но, раз я здесь, и вовсе не по собственной воли, не проще ли вам просто заставить меня? — Ньют посмотрел на него с непониманием, но затем отвёл взгляд. — Я не хочу в этом участвовать, но Дамболдор… и мой брат. И я думаю, они бы, мягко говоря, не одобрили моё сотрудничество с вами, сер. Однако я хочу вас отблагодарить. Что спасли нас. Парень подошёл к нему поближе. В этих глазах… в этих разноцветных глазах, Ньют… видел что-то… необычное… этот завораживающий взгляд впервые казался парню не чем-то угрожающим, а чем-то… совершенно другим. — И вы меня извините, но… я думаю, вы бы не хотели сотрудничать со мной, зная меня поближе. Я не имею привычки исполнять чьи либо приказы. Меня возможно заставить, только если наложить заклятие «Империус». — парень выдохнул и смотрел прямо ему в глаза. — М-могу ли я идти? Вместе с моим братом? Ньют задумался. На самом деле… от части, он действительно подумал о том, что позиция Гриндевальда чем-то напоминает позицию самого Ньюта. Но вот его методы. Нет… однако. — И. Я бы, наверное, подумал над вашим предложением. Если не возражаете. В нейтральной обстановке, один на один, без кого-либо ещё. — Увы, отпустить вас я не намерен. Конкретно вас, — Гриндевальд сделал акцент на последнем слове и подозвал к себе прислужника, стоящего на охране у дверей зала. Приказав тому отпустить Тесеуса, объясняя это ненадобностью мракоборца в этих стенах, Гриндевальд вновь повернулся к Ньюту и достал бузинную палочку. Видя, как напрягается от его движений магозоолог, он притворно мягко улыбнулся, желая тем самым его успокоить, и проговорил вслух заклинание. Происходящее казалось было в замедленной съёмке — Гриндевальд успел заметить шок и растерянность в глазах Скамандера, возможно даже ужас, но не такой, когда боишься за свою жизнь, а такой, который испытываешь, совершенно не понимая, что происходит вокруг. Между мужчинами постепенно стала проявляться цепь, повисшая в воздухе. Эфемерная, она не была ощутима, не имела веса и звука, зато имела более чем реальную цель поймать руки волшебников обоими своими концами, чтобы сковать воедино. Растянувшись на метр, цепь плавно подлетела к рукам Гриндевальда, и он спокойно дал одну руку, видя, но не ощущая того, что цепь окружила его кисть и соединилась, крепко охватывая руку. Другому её концу пришлось изрядно повозиться, чтобы сомкнуться на кисти Скамандера. Гриндевальд с любопытством наблюдал за тем, как он наворачивает по залу круги, как пытается прикрыться предметами, как прячется за мебелью, но совершенно не идёт на контакт. В один момент цепь прошла сквозь поднос, которым Ньют пытался от неё отбиться, и сомкнулась уже и на его руке, а после потянула, собираясь в центре и приближая магозоолога к Тёмному Магу, оставляя между ними расстояние всего лишь в пару метров. На бесконечный поток вопросов Гриндевальда ответил всего одной фразой, — Это для того, чтобы вы узнали наше дело поближе.