События, предшествующие катастрофе

      — Ладно, дядя был груб, но норм, — сказал Лань Цзинъи, сидя на одном из кухонных барных стульев. Его рот был полон жареных спринг-роллов, поэтому его комментарий по большей части звучал примерно так: «ОХУР БИФФРУФ О, ОРМ».       К счастью, Лань Чжань, который знал Вэй Усяня и встречался с ним половину своей жизни, без труда расшифровал фразу Лань Цзинъи:       — Мгм. Прошу прощения за то, что оставил тебя там так надолго.       — Не думай об этом, кузен! — великодушно сказал Лань Цзинъи. Он доел жареный блинчик с начинкой, который ел, и пытался убрать беспорядок, который устроил вокруг себя, неэффективно стряхивая крошки из стороны в сторону.       В основном ему удалось размазать крошки по более обширной зоне столешницы.       Лань Чжань в конце концов сжалился над мальчиком и использовал тряпку, чтобы навести порядок.       Лань Цзинъи застенчиво улыбнулся.       — Итак… ты собираешься рассказать мне, почему двоюродный дядя позвал меня? Лань Хуань сказал, что дядя хотел, чтобы я приехал, но, хм, ты же понимаешь, почему это не кажется слишком правдоподобным?       Лань Чжань кивнул. Его троюродный брат не был глуп, и он не стал бы оскорблять его интеллект, пытаясь скрыть что на самом деле Лань Цижэнь терпеть не может Лань Цзинъи. В конце концов, дядя по-своему любит всех членов семьи, просто не знает, как показать это более понятным образом.       Жаль, потому что Лань Цзинъи хороший ребенок. Ему просто нужен шанс.       Лань Чжань протянул руку и нежно взъерошил волосы мальчика.       — Мгм. Старший брат подумал, что ты сможешь поднять дяде настроение. Он не имел в виду никакого вреда, он действительно думает, что вы с дядей ладите.       Однако ход конем Лань Хуаня полностью оправдал себя. Разгневанный внезапным появлением Лань Цзинъи, Лань Цижэнь сначала заорал, призывая Су Шэ разобраться с мальчиком, а затем повернулся к племянникам — в частности, к Лань Хуаню, потому что старший брат всегда был готов выслушать — и начал жаловаться.       Почувствовав возможность, Лань Чжань загнал всех людей в восточное крыло, где Мэн Яо (и нервный Су Шэ) ели рисовые шарики и пили что-то из того, что выглядело как бутылка шампанского. Когда Лань Чжань, аккуратно подталкивая в спины своих упрямых родственников для придания им нужного вектора движения, завел в комнату Лань Цижэня и Лань Хуаня, Су Шэ вскочил как ошпаренный. В его облике сквозила горечь человека, столкнувшегося с вероломством судьбы: работодателя привели именно в тот момент, когда Су Шэ в очередной раз предавался безделью. Несанкционированный приём пищи! Что в системе координат Лань Цижэня приравнивалось к злостному должностному преступлению.       Затем Лань Чжань вежливо посоветовал всем решить свои проблемы до ужина, до того, как приедет его парень.       Однако не был уверен, что всё будет окончательно решено, люди постоянно делали прямо противоположное тому, что он велел им делать.       Слегка расстроенный упрямством своей семьи... и наивностью старшего брата, он вернулся на кухню, чтобы присматривать за Лань Цзинъи, а также ждать прибытия Вэй Усяня. Хотя для этого было еще рано, поэтому он приступил к подготовке ингредиентов для сегодняшнего ужина.       — Не чувствуй себя нежеланным гостем, — посоветовал Лань Чжань, доставая овощи и приступая к их мытью. — Я бы пригласил тебя в любом случае. Сегодня вечером будет нечто более особенное, чем просто Праздник Весны... Я пригласил Вэй Усяня и А-Юаня отпраздновать это событие вместе с нами.       Эта новость пробудила интерес Лань Цзинъи. Он и Вэй Юань были одноклассниками и, более того, близкими друзьями. На самом деле Лань Цзинъи проводил в квартире Вэй большую часть недели. Он знал, что его троюродный брат и приемный отец А-Юаня встречались с незапамятных времен. С таким же успехом они могли бы считаться уже женатыми, учитывая, как долго все тянулось.       Говоря о браке…       Лань Цзинъи схватился за края кухонной стойки. Ему нужно было собраться с силами, если то, что, по его мнению, происходит, действительно происходит.       — Троюродный брат? Лань Чжань?! Это оно? Это происходит?! Ого-го-хо-хо! — захлопал он в ладоши, а затем попытался понизить голос, прикрыв рот, но это не совсем остановило рвущееся наружу возбужденное хихиканье.       Вэй Усянь был обычным бедствием в хороший день, а Лань Чжань производил впечатление больше морозильника, чем человека. Но когда они были вместе, даже такой ненаблюдательный человек, как Лань Цзинъи, мог видеть, что маниакальная энергия Вэй Усяня утихает, а отстраненность в поведении его кузена смягчается.       Он думал, что они подходят друг другу, и был в некотором роде очень заинтересован в их отношениях.       Лань Цзинъи, возможно, проводил интернет-исследования свадебных церемоний. И поиск поставщиков провизии для мероприятий. И писал онлайн фанфики о своей любимой реальной паре в тандеме со своим другим одноклассником Оуян Цзычжэнем... Он просто был их шиппером, ясно?       Лань Чжань не стал конкретно подтверждать, что должно было произойти, но Лань Цзинъи достаточно было заметить покраснение на кончиках ушей своего кузена, чтобы убедиться, что его догадка верна.       Он плюхнулся на свой табурет с дерьмовой ухмылкой.       Это будет отличная новогодняя ночь!       — Ух ты, А-Юань будет шафером или носителем колец? — спросил он. Затем он указал на свой букет блинчиков с начинкой. — Я тогда буду нести цветы, да?       Лань Чжань мягко улыбнулся:       — Мы еще не решили, но Вэй Усянь хочет чего-то простого и традиционного. Я тоже. — Хотя кольцо у него было. Последние несколько месяцев он мучительно думал об идеальном моменте, чтобы сделать предложение, и о том, как это сделать. Он хотел, чтобы это было особенным.       В конце концов он остановился на сегодняшнем вечере, когда вся семья — его важные люди — собирались, и он даже подготовил песню, которую представит после ужина, в которой признается о своих чувствах к Вэй Усяню. Для Лань Чжаня всегда было испытанием выставлять себя напоказ, и он бы избегал этого, если бы мог, но он сделает это ради человека, которого любит.       Он взял блинчик с начинкой — о, боги, почему он такой жирный? — и скормил своему кузену, чтобы тот перестал хихикать. Возможно, он немного задумался, фантазируя о своем идеально спланированном предложении, но это не значит, что он позволит кузену дразнить себя.       — Мгм. Теперь не проговорись. Конечно, ты будешь частью церемонии, кузен. — Двое обменялись загадочной улыбкой, и сердце Лань Чжаня слегка забарабанило. Вот один член семьи, которого он завоевал. Теперь о благословении от двух других.       Громкий удар откуда-то со второго этажа сотряс старые деревянные потолки дома, заставив Лань Чжаня и Лань Цзинъи подпрыгнуть.       — Как думаешь, это праздничный взрыв радости? — поинтересовался Лань Цзинъи, наполненным спринг-роллом ртом.       Лань Чжань мог только вздохнуть.       — Крайне маловероятно.       Отложив нож, Лань Чжань мысленно приготовился вернуться в логово льва, чтобы проверить как там эти малыши-переростки.       — Кузен, пожалуйста, впусти Вэй Усяня и А-Юаня, если они доберутся сюда до того, как я вернусь.       Лань Цзинъи лениво отдал честь, уже покончив со спринг-роллами, и направляясь к кладовой в поисках еды.