Какой-то вы странный, Айзава-сенсей!

Шота Айзава ненавидел свой класс. Несмотря на то, что его класс уже был давно сформирован, все еще существовала угроза, что к ним может добавиться очередной безбашенный ученик. Почему бы просто не поправить вступительный экзамен, дав возможность больше не заниматься бюрократическим адом посреди года. Шинсо подписывал последние документы на перевод. Его окончательно перевели в класс Айзавы, по этому именно ему приходилось заниматься всей документацией. Приходилось несколько раз печатать и перепечатывать все документы, подписывать все лекции о безопасности и прочее-прочее-прочее… Потому что за всей этой ширмой геройства и безопасности пряталось огромное количество бюрократии. — Последний. — объявляет Айзава, подвигая к парню небольшую стопку, скрепленную степлером. И Хитоши, уже не читая, подписал его в самом конце. До этого он внимательно изучал каждый документ и спрашивал учителя обо всем, что ему казалось непонятным. Но сейчас, когда остался всего один документ, он даже не глянул, что подписал… — Всё. — буквально через секунд пять ответил Шинсо, развернув документ в сторону преподавателя. На что Айзава, с важным лицом взяв листы, начал их изучать. — Отлично. С этого дня можешь звать меня папа. — с совершенно ровным лицом ответил Айзава. А Шинсо вытаращил на учителя глаза. — Простите? — неловко сказал парень, склонив голову в бок. — Это были документы на усыновление. — ответил Айзава, пряча документы в общую стопку, лишая парня возможности узнать, что же это было на самом деле. -… Да ладно вам. — уставше ответил Хитоши, закатив глаза. — Я серьезно. — Айзава даже нахмурился. — Я беру под свою опеку каждого ученика. Спроси у кого хочешь, они подтвердят. — Айзава начал буднично убирать всё лишнее со своего стола. А Шинсо захлопал глазками. — Сенсей…- — Папа. — поправил ученика Айзава. — Что? -… Вы не можете быть серьезным, этого нигде не было написано-.! — А ты вообще читаешь, что подписываешь? — спросил Шота. — А твои родители читали? В прочем, это уже не важно. — жмет плечами Айзава, поднимаясь с места. — Сенсей, пожалуйста, ну вы же не можете быть серьезным… — Шинсо поднялся со своего места следом. Он казался самую малость напуганным. Они переглядывались минуту, пока Хитоши всё сильнее начинал нервничать. — Я кажусь тебе плохим отцом? Это разбивает мне сердце. — с присущей Сенсею серьезностью, сказал Айзава. — Нет, я не хотел, то есть, вы мне не кажетесь плохим отцом, просто вы… Ну… — Шинсо схватился за голову. — Ладно, расслабься, я шучу. — наконец, Шота рассмеялся, похлопав ученика по плечу. Лицо Шинсо надо было видеть в тот момент. И Айзава пожалел, что не снял это на камеру. — Но в следущий раз читай, что ты подписываешь. А то в следущий раз правда подсуну документ об усыновлении. В этот момент Хитоши Шинсо понял две вещи. Первое — у их Сенсея ужасный юмор и ему жалко остальных учеников. И второе — ему нужно быть готовым не только к усиленным физическим, но и психологическим тренировкам.