Носитель

К обучению вернулись через день после суда. Весельчак, будто сцены в зале суда им с Алисой было мало, притащил голопроектор и, как заправский комментатор, устроил разбор полётов, где язвительно, а где одобрительно высказываясь об их самодеятельности. После чего согнал с насиженных мест, объявив, что для первого раза в условиях реального боя они показали себя неплохо. Но отвратительно для его учеников! Так что теперь за их обучение он возьмётся всерьез. Коля с Алисой, памятуя его обычные темпы тренировок поежились, и пожалели, что дверки в гостеприимный космос в открытом доступе они не имеют. У своей демонстрацией ярко подсветил их слабые стороны, и принялся с остервенением нагонять упущенное. — Как ты думаешь, когда он успокоится? — Пыхтя, поинтересовался Коля у напарницы, улучив момент в прохождении полосы препятствий. Разговоры, когда над головами свистели выстрелы, вести было сложно. Нет, это были не боевые заряды, конечно, с потерей своих любимых игрушек У бы не смирился, даже на те пару дней, которые те провели бы в лазарете. Всего лишь шоковые. Такие, что один раз словив в плечо или пятую точку (били автоматы прицельно, попадая в основном в мягкие ткани. Туда, где многочисленные попадания не вызвали бы критических повреждений), больше подставляться не хотелось. На поставленный вопрос Алиса ответить не успела, вынужденная рвануться вперед в ускоренном темпе: Весельчак заметил заминку и повысил уровень сложности. — Никогда! До тех пор, пока вы не научитесь постоять за себя так, чтобы не позорить меня - точно! Чего расселись, как пилагейские туристки перед телевизором?! Булки в руки и айн-цвайн! Не вижу, чтобы поставленная задача была выполнена и вы притащили мне в зубах победу! — Герасимов взвыл, проклиная неуемную натуру пирата, и постарался не отставать от Селезневой. Терпеть вечером смазывание обезболивающей мазью травм, количество которых значительно превышало Алисины, не хотелось.   Глот, кстати, свое обещание про желания сдержал, вопреки опасениям ребят. Не желая терять даже шанс на улучшение условий, ребята обсудили, что можно в теории попросить, да так, чтобы не нарушить договор, и полезное себе сделать. На свою голову. На запрос о читалке с книгами и фильмами от Коли, и возможность хотя бы изредка видеться с Вертером от Алисы, Глот холодно кивнул мимоходом и вернулся к своим делам. Но на следующий день пару планшетов им раздал Весельчак. И меленького бота в обновлённом корпусе представил он же. — Малышня, мы тут с папочкой Глотом подумали, и он решил, что негоже прерывать ваше незаконченное обучение. Неучи Пиратскому Альянсу не нужны, так что вашими стараниями, мои хорошие, вам теперь предстоит домашнее обучение. На планшетиках у вас полное собрание учебников и рекомендованной внеклассной литературы, а в качестве преподавателя и википедии разрешаю пользоваться Вертером. — Он усмехнулся. — Кстати, что бы ни у кого не возникло желание лениться и отлынивать от получения знаний, шокеры у нашей милой машинерии я убирать не стал. Как и пиратскую прошивку. Так что, сами понимаете, лучше не нервировать нашего милого маленького друга. — Он ласково потрепал парящего рядом с ним робота по обшивке, будто пса по голове.  Алиса сжала кулаки, пытаясь подавить волну раздражения, и Коля её прекрасно понимал. Такая издевка от пиратов не могла не достичь своей цели. Впрочем, учиться было даже интересно. Если не считать того, что вечно отвлекающаяся натура Герасимова постоянно получала легкий, не опасный, но хорошо приводящий в чувство разряд статики от их нового, не менее въедчивого, чем У с Глотом, учителя. Алиса, тем временем, потихоньку, маскируясь под учебные вопросы, выясняла границы дозволенного при взаимодействии с роботом. Того, в какие дебри личности ее маленького друга запустили свои руки пираты. Периодически натыкаясь на сбои системы и запреты, она все же умудрилась вернуть себе мизереную часть администраторских прав. И попыталась было выяснить детали получения остальной их части, но моментально получила по рукам уже гораздо более сильным разрядом, и отступилась, пусть Вертер и долго извинялся перед ней за тот случай. Алиса, которой Коля в тот день помогал обработать заживляющей мазью следы от разряда, только отмахнулась, понимая, что бот полностью зависим от заложенной программы. От обучения Герасимова Глот не отступился. Наоборот, начал относиться с еще большим вниманием, хотя казалось, куда уж больше. Теория, техника, практика. После особо заковыристых заданий его мучителя Коля был готов взвыть и, нарушая договор, самоубиться, отправившись в прошлое, лишь бы его персональный садист от него отстал. Пусть он и стал носителем космиона, интегрировашегося в него куда сильнее, чем в Глота за все годы его использования артефакта, сложностей в эксплуатации возникало на порядок больше. Сказывалась многосотлетняя практика ксеноса в использовании психокинетических способностей, заложивших основу для полноценного и четкого контроля за энергией. У рассеянного Герасимова такого опыта не было. Он злился, психовал, срывал концентрацию, полыхая во все стороны неконтролируемыми протуберанцами разлетающихся техник, чем ужасно раздражал Глота, привыкшего к абсолютному подчинению его планам. Пару раз дошло до того, что Глот просто пристегнул наручниками Колю с Алисой друг к другу, заставив юношу после этого отрабатывать упражнение до тех пор, пока их обоих не начало потряхивать от пресыщения энергией. У, вынужденный забирать после таких тренировок своих подопечных, ржал как конь, глядя на шатающихся и распушившихся, как одуванчики, подростков. И язвительно намекал, что парикмахерские процедуры им на любой телесной поверхности, вероятно, стало проводить куда проще. Однако после того, как от попытки придержать падающих подопечных, У сам словил разряд, к их состоянию он стал относиться куда более снисходительно. И предложил на время тренировок снимать костюмы во избежание износа батарей. Или подключать к Коле аккумуляторы. Чтоб зря ток не переводил. Даже указал пару, с его точки зрения, подходящих разъемов, но, к счастью ребят, до своих комнат они уже почти дошли, так что выслушивать сумасшедшие идеи пирата дальше не пришлось.   Следующий их выход в «свет» наметился через две недели после суда. Глот вызвал обоих ребят к себе в кабинет, где сообщил, что в последнее время на одном из важных для Альянса заводов, производящих навигационные приборы, замечены непонятные движения. И они, как прямые представители Глота, должны там появиться. Ничего особенного. Просто продемонстрировать, что Альянс все видит и слышит, реальную работу за них выполнят специалисты. Подумал немного, задумчиво глядя на вытянувшихся в струнку хелиот и добавил: — Если вы найдете нарушения, допущенные кем бы то ни было, вы можете их отметить, и они впоследствии будут исправлены. Вся нужная информация уже загружена на ваши датапады. Свободны. — И как ни в чем ни бывало, отвернулся к панорамному окну, будто никого кроме него  в помещении нет. — Как будто у нас есть право отказаться от наблюдения за угнетенными рабами. —Бурчала Алиса, проверяя снаряжение, и одновременно пытаясь вызубрить тему к зачету: пусть им и отменили тренировку на следующий день, учеба от этого никуда не делась, и спросит с них Вертер по всей строгости. — Ну не скажи. — Откликнулся Коля, со всей страстью вгрызшийся в сопроводительную документацию, стараясь углядеть как можно больше нюансов. — Если мы сможем найти какие-то грубые нарушения и правильно это преподнесем, то мы сможем значительно улучшить чью-то жизнь! Понимаешь?! Да, мы всего лишь пленники и личные ученики, но глав альянса и их хелиот, что бы то ни значило. И раз уж Глот имел неосторожность нас представить так обществу, то я планирую использовать это влияние на полную катушку. — Он довольно улыбнулся своей девушке. До Алисы дошло, к чему он. Она тут же отложила осточертевшую биологию, и открыла пестрящие зубодробительными канцеляризмами документы. Она не намерена упускать даже мизерный шанс подпортить жизнь захватчикам, и улучшить ее простым людям! А с Вертером она как-нибудь договорится.