Однозначно

Последняя футболка летит по направлению в чемодан. Уже третий час Соколова не оставляла попыток завершить утомительные сборы. Скрипя сердцем, она начинала понимать Риту, которая принялась подбирать гардероб ещё за две недели до выезда. Вылет назначен этой ночью — на два часа, так что, оставалось совсем мало времени для упаковки багажа. Утомившись, девушка плюхается на кровать. Сомнительные мысли прокрадывались в девичий разум. Последняя встреча с актером оставила противоречивое послевкусие. Теперь, она абсолютно не была уверена в верности принятых решений. Впервые в жизни. Задумчивый взгляд натыкается на художественные принадлежности. Взять их с собой? Любимым временем года Соколовой, бесспорно была зима. Эпизоды, когда снег покрывал всю поверхность земли, не сравнятся ни с чем. Когда нет и шанса для проблесков другого цвета, один лишь - сплошной белый. Несмотря на это, осмелилась предположить, что летние пейзажи, также могли оказаться вдохновляющими. Подобрав небольшие холсты, несколько тюбиков краски и прочие, необходимые атрибуты, определяет для них место в чемодане. Черная прядь назойливо лезет в глаза, на что девушка невольно фыркнув откидывает платье, которое никак не хотело уместится в сумку. Глубокий вдох. Её страдания не напрасны. Эта поездка станет отправным пунктом. Для Риты — в крепкие отношения, для неё — в свободную жизнь, без причитаний подруги. Настойчивый звонок домофона перебивает повторяющуюся мантру. Наверняка, Новикова под воздействием невроза решила приехать к ней, на час раньше положенного. Открыв незатейливый замок, направляется обратно в спальню. Чемодан собран — осталось только переодеться во что-то более приемлемое. Стянув тонкий хлопок, чувствует прохладу обдающую тело. Застыв в одном лишь комплекте нижнего белья, она покрутилась у зеркала. Белое кружево с разнообразными отделками в виде шелковых лент и небольших бантов, смотрелось просто невероятно. Поправив грудь в тесноватом бюстгальтере, она вновь направляет внимание к содержимому гардероба. В коридоре прозвучал хлопок двери. Ожидаемых возгласов от Риты не послышалось. Тишина. Нахмурившись, девушка продолжила поиски нужной кофточки, приподнимаясь на носочках. — Вживаешься в роль? Сейчас действительно ощущаю себя твоим парнем, — язвительная реплика слегка охрипшим голосом, заставляет её замереть. Блять. Деваться некуда. Остается одно, как всегда отиграть роль холодной стервы. — Мечтай, — разворачивается, моментально натыкаясь на его напряженный взгляд, — не припоминаю, чтобы приглашала тебя в гости. Продолжив беззастенчивое разглядывание, парень бесцеремонно усаживается на кровать. Обычно, женское тело вызывало в нём похоть. И необходимость утолить её как можно скорее. Сейчас же, привычное чувство смешалось с тревогой. Оно заполнило солнечное сплетение, вызывая почти тошноту. Рассмотрев очертания тонкой талии, взгляд задерживается на груди. Сука. Эта грудь, заставляет сглотнуть сдавливающий ком в горле. Кожа словно прозрачная. Белье, только ухудшало его положение. Такое, напускное, невинное. Никак не сочеталось с надменным выражением на лице этой суки. Черные, как смола, волосы завершали этот порочный образ. Холодный голос выводит из парализующего оцепенения. — Ещё минута подобного взгляда, и я выколю тебе глаза. Угроза заставила его усмехнуться. Подойдя ближе, парень попадает в плен уже знакомых ароматов. Одурманивающий парфюм, отчетливый запах красок и ночной воздух, что наполнил комнату из открытого окна. — Спешу напомнить, с сегодняшнего дня мы пара. Её напускная уверенность дает трещину. — Лев поехал за твоей подруженькой, очевидно, от меня они ожидают того же. Почти-что, разжевывает логику своих действий. — В моих планах, не было твоего присутствия в моей квартире. Актер подходит ближе, сокращая безопасное расстояние до ничтожного. Подхватив костяшками пальцев напряженный подбородок, направляет внимание обозленных глаз на себя. — Сладкая, ты ещё не поняла? Мне насрать на твои планы. Я делаю то — что нужно. Гляделки заходят в тупик. В попытках сосредоточится, Соколова чувствует только одно – как кровь разгоняется с бешеной скоростью по всему телу. — Отлично, — пытается скрыть презрительный оскал, — тогда, каждый будет придерживаться своих целей. Сука, она блять нарочно выводит его. Девушка собиралась ловко ускользнуть, пока мужская рука не перехватывает запястье. Намеренно или нет, но он толкает её прямо в шкаф. — Только попробуй, сделать что-нибудь не так. Парень всё ещё не забыл, о сообщениях, что бесконечно продолжали поступать от его бывшей пассии. Каждый. Гребанный. День. Испытывать безумие Вики, ему хотелось в последнюю очередь. Вернувшись в реальность, в который раз натыкается на туман в её глазах. Опять, эти ебучие, расширенные зрачки. Разум неизбежно наполняется столь усердно избегаемыми образами. В попытке отвлечься, он тут же отводит взгляд. Разглядывает спальню, словно нет ничего интереснее. Стены полностью завешаны картинами. Без рамок, просто полотна, кое-где и вовсе обычные листы. Конечно же, все творения черно-белые, как их автор. Глаза мелькают от одного рисунка к другому, изучая детали, не понимая за что зацепиться в первую очередь. Она действительно талантлива. — А то что? — он уже успел потерять нить разговора, — Смею предположить, что тебе этот спектакль нужнее. Так что, советую попридержать свои авторитарные замашки, если хочешь моего участия. Откровенная манипуляция приводит в изумление, вперемешку с едва сдерживаемым гневом. Однако, ответить ему нечем. Придется повременить, пока он не придумает новые методы воздействия. Отпустив холодную руку, парень делает шаг назад. На пьедестале собственного превосходства, девушка принимается надевать первые попавшиеся предметы одежды. Будет весело.

***

Дорога до аэропорта заняла меньше времени чем ожидалось. Актер несся по магистралям, словно они опаздывают на последний рейс. Абсолютно безразлично, Ника поглядывала в окно, концентрируя внимание на ночных огоньках большого города. На входе их встречает уже сформировавшаяся компания. Лев и Рита, с беззаботными улыбками беседовали с парочкой Минекаевых. Как мило. Нас ожидает отдых парами. Широкая ладонь уверенно ложиться на талию, подталкивая ускорить движение. Новикова, в неуемном восторге, сразу же принимается сдавливать подругу привычными объятиями. После, подключается Рузиль, радушно представляя помрачневшую брюнетку своей супруге — Азизе. Закончив с приветствиями, все четверо с неподдельным интересом наблюдали за новоиспеченной парой. Что, естественно не проходит мимо внимания Копейкина. Взяв миниатюрную ладошку в свою, он притягивая девушку поближе. Заметив вспышку недовольства с высоты своего роста, сдавливает ледышку своими горячими пальцами. — Сладкая, либо ты сейчас делаешь мину попроще, — тихий шепот обдает девичье ухо, — либо я устрою демонстративный поцелуй, чтобы уж наверняка ни у кого не осталось сомнений. Брюнетка моментально меняется в лице. Приторная улыбка, заставляя его усмехнуться. Видимо такая перспектива её действительно пугала. В голове проносится искра раздражения. Причина её беспокойства, какой-то ебучий Стас. Если он вообще существует. Непринужденная беседа перетекает за стойку регистрации, где ребята в оперативном режиме проходят необходимые для перелета процедуры. Остаток времени проходит в зале ожидания, за неторопливым шоппингом и размеренными обсуждениями предстоящего отдыха. Компания разделилась на мальчиков и девочек, что несказанно радовало Соколову. Без антрактов в этой пьесе, она не выживет.

***

Четыре часа полетного сна были окончены. Трансфер успешно довез до места назначения, взбодрившихся шампанским ребят. Внушительных размеров отель располагался на первой береговой линии. Открывшаяся панорама с видом на черное море усладила глаз брюнетки. Даже ненавистно-палящее солнце, стало терпимым. Молодая работница ресепшена, сразу же окружила всех своей напускной любезностью, что казалось раздражало только Нику. — Итак, попрошу, ознакомится с услугами предоставляемыми в нашем комплексе — протягивает над столом небольшие брошюры, — также, можете забирать ваши карты-ключи, на каждый номер соответственно предоставляется по 2 карты. Соколова невзначай подходит к подруге, с полной уверенностью в совместном проживании. Весьма не радужные мысли о предстоящей борьбе за выбор кровати заставляют её нахмурить брови. Блондинка отвечает ей неловкой улыбкой и похлопывающими светлыми ресницами. Такая реакция, кажется весьма странной. Чего это с ней? — Детка, ключ уже у меня, — чуть-ли не чеканя каждое слово, обратился к ней «возлюбленный». Брюнетку словно прошибает разряд тока. Нет. Выдохнув, Новикова с едва заметным облегчением, сцепляет руки со своим бритоголовым избранником. Всевозможные силы были потрачены на то, чтобы сохранить непроницаемость, побледневшего лица. Оцепенению не суждено продлиться дольше, Копейкин передав багаж работнику, ощутимо сжимает её за талию. — Ну что ты? — оставив невесомый поцелуй на черной макушке, ухмыляется — спишь ещё? Молчание — единственный приемлемый ответ который она находит. Войдя в один из четырех лифтов, Ника молниеносно разражается гневом: — Только попробуй сказать, что я заплатила за этот дерьмовый отдых, чтобы провести его с тобой в одном номере. Он впервые лицезрел такую живость на её лице. Кажется, ещё немного и она взорвется. — Никто не заставлял тебя платить. Бесспорно, это факт. Они с Зулькарнаевым действительно настойчиво предлагали взять на себя растраты. На что Рита согласилась, они с актером находились в разгаре бурного романа, скрывать тут было нечего. Соколова, ожидаемо отказалась. Её аргументы о независимости, вынуждали только закатить глаза. Зеркальные двери лифта бесшумно открываются, пара безмолвно направляется в закрепленный за ними номер. Работник обслуживания оставляет чемоданы на предназначенных местах и получив свои долгожданные чаевые — благодарно откланивается. Утонченная челюсть сжалась в напряжении, что говорит об одном – конфликт далеко не исчерпан. — Я сниму одноместный номер. В который раз, парень перекрывает ей путь собственным телом. — Нет. — Мне плевать, что они подумают. Я не собираюсь ночевать с тобой в одном помещении, — непреклонно, она пыталась сдвинуть его с места. Намереваясь прекратить эту нелепость, актер обхватывает оба запястья внушительной ладонью. — С чего бы это? Переживаешь за свою честь? Злая ухмылка тщательно маскирует остальные эмоции. «Напарница» замирает в ожидании следующих слов. — Сомневаюсь, что она у тебя есть, — нарочито презрительным взглядом проходится по её телу, — Стас должно быть давно с ней расправился, или есть ещё отчаянные? Эти необоснованные выводы приводят девушку в растерянность. Ненадолго. — Можешь не сомневаться. От невинности не осталось и следа. Непрошеный гнев застилает глаза, словно пеленой размазывая картинку. Он меняет их положение в одно движение. Теперь стройное тело полностью прижато к двери. Скользнув взглядом от серых помутневших глаз к неестественно налившимся кровью губам, он прохрипел: — Вот и проверим.