Однозначно

Ранее прищуренные глаза округляются, до невероятных масштабов. В них протест и немой испуг. — Если ты вздумал, что я позволю тебе… — Ч-ч-ч, — останавливает бурлящий поток недовольств, — я о другом. Раз уж ты такая раскрепощенная, делить комнату с парнем – сущий пустяк? Наблюдая за едва заметным облегчением зарождающимся на лице Соколовой, он и сам расслабляется. — А ты о чем подумала? — О чем мне думать, когда ты так бесцеремонно вторгаешься в мое личное пространство? Расстояние по прежнему непозволительно близкое. Опомнившись, она отстраняет парня ощутимым толчком в грудь. — Поверь, если я задамся целью кого-нибудь трахнуть, уж точно выберу барышню посговорчивее, — с важным видом добавляет, — и, без психических отклонений. — По твоей бывшей так и не скажешь. Взгляд напротив меняется. Зеленая радужка потеплела, а едва заметный изгиб потресканных губ кажется, на удивление искренним. — Туше. К такой быстрой капитуляции, она не была готова. Стремительно выходя из номера, за ней эхом следовал откровенно издевательский смех. На что Ника отвечает лишь всем известным, и весьма говорящим жестом пальцев. Спустившись на ресепшн, замедляется для принятием решения. Отдать предпочтение собственному комфорту, создав дополнительные подозрения или…? Или что? Спать с высокомерным снобом в одной постели? Это уже слишком. Никакие цели не оправдают такого падения. Сигареты, явно поспособствовали бы скорейшему принятию решения, но как назло, пачка осталась в номере. Единственный выход, который хотя бы отчасти напоминал компромисс, рождается спустя несколько мгновений. Две кровати. Быстро перебирая затекшими от полета ногами, подходит к стойке администратора. — Девушка, нам срочно нужно поменять номер, — всё та же работница с именем «Ирина» на бейдже, смотрела слегка ошарашенным взглядом, — или заменить кровать, на две раздельные. — Можем переселить вас в другие апартаменты на этом же этаже, — проверяет информацию, пристально глядя в экран компьютера, — но с доплатой. — Разумеется, — в попыхах достает наличку из небольшого кошелька в заднем кармане. Великодушная «Ирина» будто невзначай добавляет: — Не часто встретишь пару, что так рьяно желает спать раздельно. — Не часто встретишь сотрудниц, что так бестактно лезут не в свое дело, — отвечает такой же, фальшивой улыбочкой.

***

Первый день отпуска проходит в абсолютном спокойствии. Компания в непринужденной обстановке проводила время на пляже: Рузиль с Азизой принимали солнечные ванны, Лев в сопровождении Риты резвился в прохладе Черного моря. Слава же, продолжал строить глазки официантке на баре, пока Ника наслаждалась прочтением романа одного из всемирно известных классиков. Легкое раздражение поселилось в груди, следуя за ней, словно муха. Копаться в причинах этого нелепого чувства, она не собиралась. Ужин также сопровождался умиротворением: ребята, вдоволь наплававшись, наслаждались вкусной трапезой, за бутылочкой белого вина. Пока Рузиль рассказывал нескончаемые истории о их приключениях на съемочной площадке, официантка уже в который раз подходит обслужить их столик. На этот раз, забирая измятую салфетку около Копейкина: — Позвольте, — с медоточивой вежливостью, неспешно, она заменяла предмет сервировки. — Ты видел? — Минекаев в миг разражается заливистым смехом. — Она таким взглядом смотрела, будто прямо сейчас к тебе под стол залезет, — подхватывает бритоголовый под гневный взор Риты. На комментарии коллег, Слава выдает лишь самодовольную улыбку, в победном жесте приподнимая салфетку с оставленным на ней номером телефона. Ну просто нарасхват. Несколько секунд актер разглядывает цифры, оставленные самонадеянной официанткой. И тут же, сжимая ладонь, откидывает салфетку к середине стола. — Вы же знаете, кроме моей задиры мне никто не нужен, — прекрасная половина стола раздается умилительными вздохами. В одно движение подвигает стул на котором располагалась Ника, притягивая в свои настойчивые объятия. Титанических усилий стоило ей не поддаться порыву закатить глаза. Брюнетка натягивает сводившую скулы улыбку. С деланным обожанием заглядывая в разящие насмешкой глаза. И это только первый день.

***

На удивление, сожительство с актером оказалось не настолько невыносимым, как она себе представляла. Последующие дни проходили по графику типичного, ленивого отпуска: времяпрепровождение на пляже чередовалось приемами пищи. Две парочки, конечно же разбавляли свой отпуск некими видами активности, вроде поездки в аквапарк, или за обновками гардероба. Слава и Ника, впервые сошлись в мнении – в один голос отказывались от настойчивых уговоров друзей. Каждый по своим причинам. Соколова не являлась фанаткой активного отдыха. Слушать шум моря в сопровождении чтения было предпочтительней. У актера же, были иные мотивы. Понимая, что его так называемая «девушка» не согласиться на увеселительную программу, осознанно отказывался. Отправится без неё, внезапно стало буквально невозможным. Парень ловил себя на мысли, что желание находиться рядом, теперь продиктовано не одним лишь стимулом — правдоподобно отыграть влюбленных. Он стал зависимым. Рядом с ней было тихо. По этому, он научился читать её – без слов. Научился быть незамеченным, безмолвным наблюдателем. То, как она щурила глаза на солнце. Как перелистывала очередную страницу с неподдельным интересом. Даже просто дремала на пляже. В этом она была особенно хороша. Не прилагая усилий – она отличалась от всех кого он знал. И это, блять пугало.

***

Очередной ужин закончился на трех распитых бутылках красного полусухого. Как итог — слегка захмелевшие, но удовлетворенные друзья разошлись по номерам. Копейкин расположился на своей кровати. Полистав посредственную ленту новостей, отложил телефон, намереваясь побыстрее заснуть. Молчание между ними стало почти комфортным. Девушка даже не заметила, в какой момент это произошло. Свет был выключен. Кромешная тьма не смущала. Соколова неустанно переворачивалась, сон совершенно не хотел приходить. Разнообразие мыслей одолевало разум. Такое состояние всегда предзнаменовало бессонную ночь. Испустив тихий вздох, она поднимается с постели, усердно минимизируя шум. Подхватив свой художественный набор и начатую пачку сигарет, намечает курс по направлению к пляжу. Теплая, летняя ночь словно возрождает желание жить. Порывы ветра исходят от бушующего, ночного моря. Улыбка, такая редкая, и такая неподдельная украсила холодные губы. Именно этих чувств ей не хватало. Копейкин проснулся сразу же. А точнее будет сказать не засыпал и вовсе. Звуки крадущейся из номера брюнетки, не на шутку воспламенили жгучее любопытство. Куда она намылилась посреди ночи? Дабы не пятиться следом, парень выждал около двадцати минут и направился прочь из номера. Пройдясь скользящим взглядом по бару, что всё еще кишил обилием отдыхающих, не находит предмет своих поисков. У бассейна его ожидала та же ситуация. Остался последний вариант — пляж. Свежий воздух, наполненный ароматом морской воды, настигает его вместе с дуновением ветра. С каждым шагом он всё отчетливее рассматривал картину представшую взору. Промелькнула мысль о реальности происходящего. Пляж, окутанный ночным сумраком, был украшен ярким, белым пятном. На ней лишь легкая пижама, молочного цвета. Оголенная кожа, казалась белее одеяния. Откинув за спину копну смольных волос, невольно открывает вид на напряженное лицо. Раскрасневшаяся губа зажата в тиски, пока взгляд сосредоточен на новом движении кисти по холсту. Только сейчас он обращает внимание к предмету её всепоглощающего интереса. На полотне, проглядывалась удивительно точная картина того, что разворачивалось на яву: мрачное, неутихающее море и небо, окутанное бесчисленными тучами. Не удержавшись актер достает свой телефон и запечатляет девушку. Рассматривая снимок он приходит к непростой истине. Она — бедствие. Только теперь, для его сердца. Новый размашистый след темно-синего масла остается на почти завершенном морском пейзаже. Шум буйствующего прибоя прерывает знакомый голос. — Невероятно. Замерев с кистью в заледеневшей ладони, она размышляет над искренностью его слов. С чего бы, вдруг ему расщедриться на комплименты. Задерживая внимание на зеленых глазах, разглядывает в них блики восходящей луны. Красиво. — Ты считаешь меня зазнавшимся идиотом, но в действительности, ничего обо мне не знаешь. Внезапная смена темы, слегка удивляет Соколову. Однако, она продолжила выводить новый мах кистью. — А мне нужно тебя знать? — Думаю будет честным, если твои выводы возымеют хотя бы какое-то основание, — парень весьма серьезно озвучивал свои мысли. — Я не сын депутата, и мне не посчастливилось родиться с серебряной ложкой во рту. Сероглазая притихла, даже затаила дыхание, пытаясь вникнуть в суть этого монолога. — Мое детство прошло в действительно бедной семье. С деньгами всегда были проблемы, как и с алкоголем. Он подхватывает заготовленную девушкой пачку сигарет. — Это всё к тому, что, то чего я достиг и продолжаю добиваться — только моя заслуга. И я имею право на гордость. Отложив кисть девушка наслаждается ароматом красок вперемешку с запахом соленого моря. Теперь к ним прибавился и вишневый табак. Кажется, именно эта смесь, сейчас кружила ей голову. — Я понимаю, возможно в сравнении, моё детство покажется сахарным. У тебя не стало матери… — И отца. Растерянность наверняка отчетливо считывалась на мужском лице. Она предпочла оставаться в неведении. Несколько вязких минут молчания заканчиваются. — У тебя кто-то остался? Теперь он смотрел новым, осознанным взглядом, позволяя себе рассматривать аккуратный, женский профиль. — Бабушка, за океаном. Сухо констатирует факты. Как-бы не хотелось, она не в силах изложить больше. Откровения – не её конёк. Актер принимает правила игры и не задает обременяющих вопросов. Лишь ловит себя на мысли, что находиться именно здесь и сейчас — это то самое желание, которого он так хотел, но никогда о нём не догадывался.