28 Narratus Carcerarii
6 мая 2025 г., 22:59
28 Narratus Carcerarii
История тюремщика
Завоеватель буквально летела через внутренний двор, ее длинные шаги вынудили Беллерофона перейти на бег, чтобы не отстать. Обычная невозмутимость покинула его; жизнь мужчины лежала на чаше весов. Он прошел за Завоевателем в тюрьму прямо к открытой двери камеры, возле которой подобно соляным столбам застыли два солдата. Воительница грубо отпихнула одного из них с дороги, ее губы уже недовольно кривились – она знала, что ожидает ее внутри. Мэйкон лежал, привалившись к решетке, серый и неподвижный. Зена присела на корточки возле трупа, повернула его подбородок, чтобы рассмотреть окровавленную шишку на виске. – Завоеватель... – Капитан опустился около нее, его голос был низким и тихим. – Кто сделал это? Что здесь случилось вчера вечером? У нее скрутило живот, во рту появился кислый привкус. Стоит ему рассказать, и придется украсить неким гладиатором крест еще до заката. Небольшая часть ее требовала того же самого; Мэйкон не был ангелом, но он был верен. Не то, чтобы Леопард хотела его убивать. Или хотела? Это не имело значения. Никто во дворце, включая Мэйкона, не знал о личности заключенного. Если рассказать Беллерофону о событиях прошлой ночи, он лишь начнет задавать вопросы, на которые она не собирается отвечать, и это может уничтожить единственный шанс заключить мир с амазонками. Завоеватель подняла безвольную руку тюремщика, чтобы положить ее ему на грудь. Тень скользнула по ее лицу. – Кто нашел его? Беллерофон встал. – Я, Завоеватель, когда вы послали меня вниз, чтобы сменить охрану. Она кивнула и наклонилась, чтобы ближе рассмотреть рану. Глубокий вдох принес запах железа и горечи. Завоеватель нахмурилась и резко встала. – Отправь тело в храм Ареса. Устрой солдатские похороны. Тихие. Прах помести в зал воинов. – Беллерофон открыл было рот, чтобы возразить, но Завоеватель коротко отрезала: – Полные почести, капитан. Он умер, верно служа мне. Мужчина отсалютовал. – Будет исполнено. Повинуясь его жесту, солдаты подняли тело и понесли прочь. Завоеватель дождалась, пока их шаги затихнут вдали, на что потребовалось довольно много времени, учитывая остроту ее слуха. Затем она тихо прошла вниз по слабоосвещенному коридору, достала ключ из складок одежд и открыла тяжелую дверь. Заключенная сидела в той же позе, что и вчера: плечи вывернуты под резкими углами, голова безвольно наклонена вперед, пряди вьющихся волос скрывают лицо. Если амазонка и заметила присутствие Завоевателя, то виду не подала. Воительница осторожно приблизилась, опасаясь обмана, взяла горсть медных волос и приподняла голову, разбудив женщину. Глубокие стянутые шрамы пересекали ее щеки, нос, лоб, подбородок... Завоеватель едва узнала амазонку. Жестокий комментарий встал поперек горла. – Еще с нами, Террея? Один глаз приоткрылся, повернулся в глазнице, прежде чем остановиться на Завоевателе. Сухие разбитые губы приоткрылись, вялый язык пытался сформировать ответ. – Е-ще. Завоеватель вздохнула и вышла из камеры, чтобы вернуться с ведром воды, едой и кандалами. Одно за другим она отстегнула запястья амазонки от колец, вбитых крючьями в стену, готовая к тому, чтобы обороняться от кулаков или ногтей. Костлявые конечности безвольно упали, не в силах сопротивляться. Как только кандалы сомкнулись на запястьях амазонки, Завоеватель расслабилась и поднесла ковш воды к запекшимся губам. Женщина почти давилась жадными глотками, и взяла хлеб, хотя ей потребовалась помощь, чтобы поднести его ко рту. – Кто сделал это с тобой? Одно веко было прикрытым – непонятно из-за ушибов или шрамов. Другой глаз компенсировал это, сверкнув зеленым огнем, который прогорел, оставив уголек гнева. – Ты уже знаешь. Эмоции, заключенные в этих трех словах, пробудили прежние реакции. Зена усилием воли поборола их, отчаянно нуждаясь в ответах. – Не знаю. Я обещала, что тебе не будет причинен вред, не так ли? Кто сделал это? – Твой палач. Воительница серьезно покачала головой. – Я – Завоеватель. Мне не нужен палач. Заключенная впилась в нее взглядом, но решила покамест согласиться. – Мужчина. Прятал лицо за маской. Синие глаза. Мрачные подозрения взвихрились в ее сознании. – Он говорил что-нибудь? – Он сказал, что мое лицо оскорбляет тебя. Это правда? Возможно, оно напоминает тебе о моих землях, которые ты получила согласно договору, и моих сестрах, которых ты продала в рабство. – Ты нарушила этот договор, посылая ко мне убийц. – Никогда. Амазонки встречают врагов лицом к лицу, а не бьют в спину. – У меня есть шрам сантиметров в двенадцать длиной, который говорит об обратном. – Значит, это была не моя сестра. Завоеватель вздохнула, не желая вновь возвращаться к старым вопросам. – Ты пробыла в этой камере долгое время, Террея. Достаточно долгое, чтобы пересмотреть свою позицию в этом споре. – Я не могу изменить правду, Зена. Если бы я знала, что ты сделаешь с моими людьми, я бы сама бросила тебе вызов. Слабый голос амазонки дрожал от праведного гнева. Этот нож врезался глубоко, дотянувшись до изуродованной души Завоевателя. – Террея, которую я помню, правила своим племенем посредством мудрости и переговоров. Ты не воин – не убийца. – Тем хуже для моих сестер. Возможно, они все еще были бы живы, и земля Греции не была бы так пьяна их кровью. Завоеватель моргнула, во рту снова появился кислый привкус, от которого она не могла избавиться. Воительница помнила, какой была королева, когда они только встретились – отчаянно защищающей своих людей, смехотворно оптимистичной относительно своей способности заставить Завоевателя увидеть ошибочность ее путей. Даже разгневанная после попытки амазонок забрать ее жизнь, воительница все еще поражалась готовности королевы вручить себя Завоевателю, если это поможет спасти ее сестер. Воительница не видела и следа той женщины в существе, которое смотрело на нее теперь. Существе, за создание которого она была ответственна. Боевой опыт подсказывал убить ее сейчас, тайно, прежде чем кто-либо сможет усугубить ситуацию, сообщив амазонкам о жестоком обращении с ней. Но действительно ли мертвая королева амазонок лучше, чем пострадавшая? И то, и другое может спровоцировать всех амазонок. И только один из этих вариантов Завоеватель могла как-то контролировать. Со вздохом, она поднялась. – Я никогда не хотела причинять тебе боль. Но, если ты хочешь вызов, ты его получишь. Не против меня. Если ты выиграешь состязание, то покинешь эту камеру. Об этом... – Заключенная дернулась прочь от руки, которая собиралась прикоснуться к ее щеке, – ...позаботятся. Ты получишь нормальную еду. И, если будешь вести себя хорошо, мы сможем обсудить... другие вопросы. Здоровый глаз амазонки смотрел в сторону от Завоевателя, женщина обдумывала предложение. – А если я проиграю? Воительница подумала о противнике для амазонки и позволила себе знающую улыбку. – Этого не случится.
