Pretium Silenti

29 Proposita Designari Optima

Гладко было на бумаге

      Завоеватель заперла дверь в камеру и поспешила назад через внутренний двор, лихорадочно обдумывая ситуацию. Ее мысли были столь сосредоточены на планировании состязания, что воительница едва заметила зовущего ее Видалиса.       Управляющий совсем запыхался, пытаясь догнать ее.       – Завоеватель, она весьма впечатляет. Изящная, очаровательная, грациозная и очень, ах, гибкая... я понимаю, почему вы находите ее столь интересной.       – Да, ей понадобится снаряжение... что?       – Конечно, я удостоверюсь, что она будет одета подобающим образом, когда предстанет перед вами после ужина. – Видалис выжидательно посмотрел на Завоевателя. Когда она ответила явно непонимающим взглядом, управляющий прочистил горло. – Танцовщица?       – Что? Нет. – Она привела в порядок свои мысли и еще более решительно покачала головой. – Нет.       – Завоеватель? Я думал, вы заинтересовались... Вы не искали никаких близких отношений со времени своего возвращения... – Мужчина замолчал, внезапно найдя ответ на невысказанный вопрос. Он скривил губы, как человек, наткнувшийся на общественную уборную. – Простите меня. Когда вы устанете от нее, танцовщица будет ждать вас.       Завоеватель почувствовала себя еще более потерянной.       – Устану от кого?       – От вашей римлянки. Гладиатора.       – Устану от... Нет. Нет, мы... – Завоеватель замолчала, обдумывая его предположение. – Ты прав. Возможно, мне пойдет на пользу смена темпа.       Видалис просиял.       – Будет исполнено. Возможно, она сможет выступить для нас сегодня за ужином.       Завоеватель покачала головой, пораженная его настойчивостью.       – Мне нужен боевой кожаный доспех для женщины, амазонки. Кожи должны закрывать каждый сантиметр ее тела с головы до пальцев ног. Сколько времени тебе потребуется, чтобы организовать это?       Управляющий задумался.       – Два дня, если это срочно.       – Срочно. Займись этим. И отошли рабыню тела в мои покои.       Видалис замешкался, сбитый с толку.       – Завоеватель, разве она не была с вами?       – Нет, я оставила ее в обеденном зале.       – Прошу прощения, Завоеватель, но обеденный зал был пуст, когда я вернулся. Я думал, что она последовала за вами.       Волна тошноты поднялась к горлу. Завоеватель с трудом сглотнула, вынуждая себя выглядеть спокойной.       – Тогда, уверена, она уже в моих покоях. Пожалуйста, займись подготовкой доспехов как можно скорее.       Завоеватель зашагала прочь, волнение из-за предстоящего состязания угасло в связи с отсутствием основного игрока. Леопард не могла... не стала бы уходить далеко. Воительница поспешила в свои покои, надеясь, что женщина вернулась туда. Мойры не были столь благосклонны. Она проверила лазарет, потом помещения для рабов, потом обеденный зал, потом вернулась к тюремной камере, и беспокойство ее возрастало с каждым осмотренным местом. Теперь в голову приходили более мрачные варианты. Завоеватель забрела в гостевое крыло, задаваясь вопросом, не приведет ли внимание эмиссара к ее рабыне тела к скоропостижной смерти посланника еще до полудня.       Никакой тревоги, никакой крови, никаких признаков наличия Леопарда. Завоеватель не рисковала спросить у кого-нибудь из слуг или рабов, видели ли они гладиатора. Что было бы хуже: сплетня о том, что Завоеватель потеряла рабыню, или что Завоеватель волновалась из-за рабыни? Длинные ноги быстрее, чем обычно, несли ее через лабиринт залов и коридоров. Что если ей как-то удалось ускользнуть из дворца? Тогда каждую секунду, пока воительница ищет ее лично и не поднимает тревогу, Леопард уходит все дальше. Но, конечно, кто-нибудь заметил бы светловолосую римлянку в рабском ошейнике и с телосложением бойца.       Бараки. Была ли она достаточно глупа – или обижена – чтобы пойти туда? Даже если бы ее появление там было случайным, оно, без сомнения, привело бы к неприятностям. Гладиатор буквально притягивала их.       – Джоксер, – прорычала Завоеватель, заметив солдата, стоящего в коридоре впереди. Она понизила голос до шепота. – Я хочу, чтобы ты нашел Леопарда...       Он продолжил стоять тихо и неподвижно. Завоеватель проследила за его пристальным взглядом, прикипевшим к уединенному внутреннему дворику с колоннадой. По скрытым от солнца плотной листвой ольх и тополей мшистым булыжникам кругами бегала маленькая девочка, что-то напевая себе под нос и размахивая зажатой в руке резной фигуркой. Рядом на скамье сидела женщина, занимаясь рукоделием.       – Эй, возьми себя в руки, солдат. Идем.       Когда воительница отвернулась, Дракон положил руку на ее локоть. Завоеватель резко вскинулась, взбешенная его наглостью и готовая заставить его подавиться собственными зубами, если солдат не уберет раздражающую конечность. Он указал в сторону свободной рукой. Не на девочку. Около бокового входа в атриум, скрытая тенью колоннады, статуей замерла ее гладиатор. Ни девочка, ни женщина, казалось, не замечали наблюдателя. Чего нельзя было сказать о Леопарде; на ее лице застыло странное выражение, она смотрела на девочку подобно пантере, выслеживающей добычу.       – Что она... Как ты нашел ее?       – Я не находил. Она просто появилась.       Завоеватель выдохнула, только сейчас заметив, насколько тревога стискивала ее грудь. Она развернулась и вошла во внутренний дворик через боковую дверь, стараясь не привлечь внимание девочки или женщины. Вблизи стало заметно, каким напряженным и бледным было лицо Леопарда. Ее глаза смотрели на девочку, но разум был в тысяче лиг отсюда.       Пытаясь замедлить стук сердца, Завоеватель заставила себя успокоиться, найти ту неподвижность, в которой был столь хорош конвоир рабыни, и сохранять голос тихим, не угрожающим.       – Что ты здесь делаешь?       В течение долгого момента животное рядом с ней дрожало, охваченное какой-то внутренней борьбой.       – Эй, – выдохнула воительница, вставая перед Леопардом, блокируя ей обзор.       Гладиатор моргнула. Когда она, наконец, подняла глаза, Завоеватель увидела женщину, которую раньше замечала лишь мельком – живую, чувствующую, дышащую личность, которая признавала свою боль, которая смотрела на нее настолько открыто, что у воительницы сдавило грудь.       – Почему ты привезла меня сюда?       Не тот ответ, которого она ожидала. Завоеватель улыбнулась, чтобы смягчить остроту своих слов.       – Я владею тобой. Это мой дом. Куда еще я могла тебя привезти?       – Почему? Почему ты купила меня? Почему ты приехала в Рим? Почему мы вообще встретились? Было время, когда я не мечтала ни о чем ином. Почему сейчас? После всего случившегося, почему сейчас?       Завоеватель в недоумении покачала головой.       – К чему эти вопросы? Мойры привели тебя ко мне. Сейчас мы не можем этого изменить, лишь извлечь из случившегося максимум пользы. Не ты ли говорила, что мне нужно сделать все возможное, чтобы исправить свои деяния? Ну, я стараюсь, и мне нужна твоя помощь. – Воительница подняла подбородок гладиатора, возвращая ее внимание к себе от внутреннего дворика. – Ты слушаешь?       Леопард кивнула.       – Хорошо. Идем. Тебе предстоит проиграть поединок.