Убежать от солнца.

До сих пор не веря в происходящее, Рэм забрыкался в руках бесстрастного демона. Мельком окинув взглядом покои, в которых они находились, юноша, стараясь сохранить былое хладнокровие, глухо произнес: —Я не мог найти Вас... Нарочито делая ударение на последнее слово, блондин смело встретил ядовитый взгляд мужчины. —То была случайность. Рэм внезапно умолк, отводя глаза в сторону большого настенного барельефа. Казалось Сайбот готов рассмеяться прямо ему в лицо. Конечно они оба понимали истинную суть вещей. Но оба молчали. Рэм выжидающе, Сайбот насмешливо. Между ними повисло зыбкое безмолвие, которое юноша не решался прерывать. Шпионаж карался казнью. И блондин отлично это помнил, сам не раз наблюдая смерти предавших Кана солдат. Одна лишь мысль о том, что его голова по изящному взмаху руки демона может запросто слететь с плеч, заставила сердце Рэма отбивать безумную чечётку. Коснувшись длинными пальцами своей маски, Сайбот одним движением снял ее со своего лица, аккуратно положив на резной старинный стол. Вновь видеть его полное мрачной красоты лицо было невыносимо. Наблюдать, как на идеально черной коже играют блики от слабых фонарей было до дрожи интересно. Откуда он, черт возьми, взялся? Вдруг демон снова прижал юношу близко к себе, выставляя перед его лицом свою ладонь, словно стирая пространство перед ними. Облако тьмы вокруг них, точно крошённый опал невесомо коснулось кудрей Рэма, после чего немедля растворилось в воздухе. Опять новое место. На этот раз это было что-то похожее на подземелье. Пытаясь привыкнуть ко тьме вокруг, блондин часто заморгал, обращая взгляд то в одну, то в другую сторону. Тут же зажёгся приглушённый теплый свет, и юноша наконец смог осмотреться. Тянущиеся на протяжении всей каменной стены высокие застекленные шкафы были заполнены различными рукописями, артефактами и талисманами. Многолетняя пыль, скопившаяся на этих древних реликвиях, пахла временем. Посередине зала громоздился украшенный резьбой массивный стол, заваленный бумагами, тлевшими свечами и печатями. Тяжёлые сундуки, окованные потемневшим железом, громоздились в углу рядом с обитой дорогим бархатом уютной софой. Ощутив сзади нетерпеливый толчок в спину, Рэм шагнул в центр залы. Его взгляд приковала гигантских размеров карта, отображающая территорию всех семи миров. Реки, озера, вершины гор, дворцы, разношёрстные племена, храмы — они значками и символами обозначались на бумаге. Проведя подушечкой пальца по рисунку кровавого моря, блондин резко отпрянул, ощутив мягкое прикосновение ледяных рук. Растерянно дернувшись, Рэм полуобернулся к мужчине, стоявшему прямо позади него. Чувствуя как шея начинает пылать от смущения и стыда, юноша медленно перевел глаза на ладонь, трепетно легшую на его запястье. Не решаясь лишний раз вздохнуть, Рэм поджал мягко очерченные губы. Но оглушительный шум крови в ушах все же напоминал о тревожно бьющемся в груди сердце. Обхватывая тонкое запястье юноши, демон поднял его ладонь вверх, заставляя пальцы Рэма отрывисто скользнуть по шероховатой поверхности бумаги. Мельком заглянув на обозначение, закрытое собственной рукой, блондин изумлённо вскинул брови. "Эдения". Неровные и извилистые, распростершиеся границы безмерно знаменитой Империи Шао Кана расходились во все стороны обширной карты. Она была настолько огромной, что, казалось, займет собой половину Внешнего Мира. Тяжело вдыхая воздух, Рэм скрипнул зубами. Внезапно пальцы Сайбота слишком сокровенно переплелись с точеными пальцами юноши, провоцируя у блондина недоуменный выдох. Так странно было ощущать чужие прикосновения после долгих лет вынужденного одиночества. Это была та незабываемая сверхъестественная эмоция, наполняющая тебя до краёв, когда, наконец, касаешься иного. Вмиг участок карты под их ладонями начал бледнеть, покрыватся блеклой поволокой, расходящейся по бумаге, точно ледяное пламя. Кристаллы снежинок соединялись в целые соцветия, соцветия в узоры, а узоры в тончайшую корочку искрящегося льда. Испуская пораженный стон, Рэм очарованно прикрыл блеснувшие интересом пепельные глаза, с восторгом наблюдая за удивительным явлением. Не замечая склонившегося над ним демона, он безмолвно наблюдал за отрывистыми движениями его руки, словно ребенок, впервые увидевший свое отражение в зеркале. Твердая оболочка прозрачно-голубоватого льда простиралась по бумаге до тех пор, пока не охватила всю тонко обрисованную территорию империи Кана. Колкие морозные кристаллы беспощадно жгли его кожу, но блондин не обращал на это внимания. С его губ сорвался дрожащий, полный потрясения, шепот: —Как ты это сделал? Но в ответ над ухом раздался лишь хриплый лукавый смешок. Словно виртуозный скульптор, закончивший свою искусную работу, он сжал ладонь юноши своей рукой, мгновенно убирая ее с поверхности карты. Как делает художник последний, завершающий штрих на холсте, демон вновь взметнул их переплетённые пальцы вперёд, заставляя маленькие льдинки ослепительно вспыхнуть лазурным свечением и в одночасье сраженно рассыпаться на сверкающие снежинки. Несмело потянувшись свободной рукой к звездистой хрупкой вспышке, блондин тут же отдернул ее. Холод жёг не хуже яростного огня. В воздухе разнёсся приятный аромат свежего озона, а перед изумлённым лицом Рэма осталось прохладное облако, цвета пасмурного фианита. Рассеявшись, оно оставило после себя рваную дыру в плотной бумаге чертежа миров. Империи Шао Кана больше не существовало. По крайней мере, лишь на одном месте случайной карты. Жадно вбирая ртом воздух, блондин впитывал в себя происходящее. Что это значило? Если бы император лицезрел Это, то тотчас же отдал приказ казнить их обоих. Кидая мимолётные потерянные взгляды то на полотно перед ним, то на руку демона, Рэм задумчиво склонил понурую макушку вниз. Казалось, будто мужчина сзади превратился в недвижный монолит, лишь уверенно сжимающая его ладонь, рука демона напоминала о том, что он все ещё здесь, прямо за ним. Полуобернувшись к Сайботу, Рэм нерешительно посмотрел в его лучащиеся спокойствием, слегка прикрытые в хищном прищуре глаза "А если это все пустой фарс?" Вперив ожесточившийся взгляд вперёд, блондин хлопнул ресницами. "Ловушка — не иначе." Но чужое дыхание, игриво щекочащее кончик уха, почему-то напрочь отбирало возможность здраво рассуждать. Сначала робко сжав ладонь демона, юноша вцепился в руку Сайбота, словно за спасательный круг. Казалось, прошел миг, прежде чем Рэм плавно высвободил свою руку из широкой ладони мужчины, нечаянно скользнув кончиками пальцев по костяшкам его холодной руки. Но как красноречив и бесценен был этот миг. Неторопливо развернувшись к демону, он ловко проследовал мимо него, мельком замечая его плотоядно-пленительный взгляд. Сжимая руку в мощный кулак, он грациозно, словно дикий кот двинулся к блондину. *** —Имератрица, одари меня хоть взглядом. На миг пухлые сиреневые губы Синдел дрогнули в полной презрении насмешке, но королева тут же изменилась, устремив равнодушный взор мрачных очей куда-то сквозь. Уложенные с поразительной лаской, ее серебрящиеся локоны падали на ее поникшие плечи. В благородном жесте ее сложенные перста выдавали раздражение. Сводчатые обширные потолки приёмной залы опирались на резные мраморные колонны, возвышаясь в своем немом величие. Даже мощная фигура Шао Кана и аристократичный стан Синдел, меркли в сравнении с державной обстановкой анфилады. Застывший в полумрак, приятно обволакивал тело, заставляя чувствовать себя комфортно. От обточенного камня пола и стен исходила прохлада, подчёркивающая проникновенную тишину вокруг. Наконец в центр залы вышел Горо и Рептилия. Встав по обе стороны от императора, они переглянулись. Наконец, будто решаясь, Сайзот потёр ладони. Его шелестящий бурлящий голос, чем то отдаленно напоминающий хрип, эхом разнёсся в воздухе : —Когда Шиннок будет здесь? Но не успел заттерианин вопросительно взглянуть крокодиловыми глазами на Кана, как совсем рядом постучали в ладоши.