Простота Севера

Первое потрясение от нового места работы Эрвин Смит получил еще до прибытия на это самое место. Привыкший летать бизнес классом боингов или аэробусов он был в глубоком шоке, сев в кукурузник, явно старше его самого. Такие самолеты можно увидеть разве что в музее авиации, но не в аэропорту при посадке на рейс «Митра-Норда». Получив предложение поработать в Норде, пока основной работник в декретном отпуске, он без раздумья согласился. Заместитель управляющего филиалом оловоперерабатывающего завода «Корпус-олово», Эрвин и мечтать не мог о такой должности, когда нанимался в компанию простым клерком. Ему нравились путешествия, а на севере страны бывать еще не доводилось. Руководство обещало ему жилье, медицинскую страховку, покрывающую даже окулиста и стоматолога, и зарплату с пятью нулями. За полгода можно и ипотеку закрыть, и автомобиль обновить. Если в Норде есть достойный стоматолог, то и зубы поправить. Подписав срочный контракт, мужчина тут же принялся собирать чемодан и гуглить Норду. Рабочий поселок, созданный около семидесяти лет назад для добычи олова. Двадцать лет назад поселок разросся до рабочего городка. Туда даже переселились жители ближайших деревень. Однако, после закрытия одного из заводов, население сократилось. Теперь в Норде проживало около пяти тысяч человек. Одна школа, один детский сад, одна больница. Зимой температура воздуха стабильно опускается до минус сорока градусов по Цельсию. Бывало даже минус пятьдесят… Эрвин решил, что ему нужны зимние вещи. Благо, интернет-магазин обещал доставить пуховик и ботинки аж до двери. Поэтому теперь Эрвин Смит завороженно глядел на болтающийся шуруп в кабине самолета, в буквальном смысле завязав ремень безопасности. «Надо написать жалобу в адрес авиакомпании», — решил он. При взлете шуруп стал болтаться еще сильнее, рискуя выпасть. Мужчина надеялся, что в таком случае самолет не развалится. Особо не верующий, он стал молиться о том, чтобы добраться до Норды в целости и сохранности. Ему удалось успокоиться, лишь когда воздушное судно набрало высоту. Другие пассажиры в это время безмятежно уставились либо в книги, либо в экраны телефонов. Посадка вышла довольно жесткой. Самолет трясло, и Эрвин снова обратился ко всем богам, которые могли ему помочь. Те, видимо, услышали его, и самолет благополучно приземлился. Послышался голос командира воздушного судна, сильно искаженный помехами. Второе потрясение Эрвин Смит получил, опустив ноги не на асфальт, а на грунтовку. Дорогие ботинки едва не провалились под землю. Потрясение вышло коротким, потому что его растолкала невысокая женщина с младенцем в руке. Краем глаза мужчина увидел, что народ направляется к другому боку самолета, где работники аэропорта, не особо церемонясь, скидывали багаж из салона прямо за землю. Новенький чемоданчик Эрвина оказался грубо брошенным на грунт. Мужчина заставил себя промолчать. Народ поднимал брошенные сумки, некоторые перекидывались парой слов с работниками аэропорта, затем все шли к большим воротам. Хорошо, что чемодан Эрвина снабжен ударостойкими колесиками. Сумки и багаж люди несли с собой. Эрвин снова увидел женщину с младенцем. Одной рукой она тащила по земле вещевую сумку, во второй держала кричащего ребенка. — Давайте, я вам помогу, — он подбежал к ней. Женщина радостно передала ему свою ношу и взяла ребенка поудобнее: — Вам точно нормально с двумя сумками? Давайте ваш чемодан. Они вместе направились к выходу. У ворот женщину встречал ее муж, который поблагодарил Эрвина за помощь. Оказывается, новая знакомая летала в Митру рожать, потому что местная акушерка сама была в декретном отпуске. Супруги предложили подвести Эрвина, но не сильно расстроились, когда он отказался. Его встречал высокий крепкий мужчина с короткой бородой, представившийся Майком и назвавшийся водителем. Буквально вырвав из его рук чемодан, он направился к светло-серому фургону без опознавательных знаков. Эрвин решил, что нужно следовать за ним. — Ой, тут колесико сломалось, — произнес Майк, перед тем как беспечно закинуть чемодан в багажник. В автомобиле ремней безопасности не оказалось. — Как вы так ездите? — поинтересовался Эрвин, когда их стало трясти в дороге. — Главное не гонять. А то в прошлом году Мозес гнал за сто и разбился. Мать его через полгода тоже полегла. Бедняга, — голос Майка при этом звучал слишком повседневно, словно тот о погоде рассказывал, — значит вы на место Риты. Хорошая она, только иногда слишком строгой бывает. Надеюсь, материнство ее смягчит. Майк принялся рассказывать о Норде, о своей жене, той самой акушерке, своих трех детях и желании завести четвертого. Эрвин не заметил, как они перешли на «ты». — Майк, так ты водитель на заводе или теплоэлектростанции? — судя по рассказам нельзя было понять, где точно он работает. Возил и тех, и других. — Официально, я числюсь в местной администрации, но вожу всех, кого могу. Иногда таксую до порта и обратно. Держи, — он протянул тетрадный листок с именем и номером телефона, — звони если что. Это труд моей старшей. Она решила, что у папки должна быть визитка. Эрвин вспомнил свои визитки, сделанные из плотной бумаги с указанием его имени, должности, рабочего телефона и электронной почты. Свой личный он старался никому не давать. — Спасибо, — «визитка» отправилась во внутренний карман пальто. — Тебе не холодно? Я смотрю, пальто у тебя тонюсенькое, да шарфик какой-то хлипенький. Скоро холода наступят. Привез подштанники? — Я заказал пуховик и ботинки, — о подштанниках Эрвин даже не подумал, — должны доставить в течение двух недель. — Это ты зря. Наша почтальонша свинтила четыреста тысяч и свалила, а нового еще не назначили. Вся почта копится в порту. По идее, можно туда ездить и забирать напрямую, но Рико иногда что-то в жопу кусает, и она говорит, что почту отдаст только почтальону, когда тот оформит все бумажки приема-передачи. В остальном тетка она хорошая. — Буду знать, — ответил Эрвин, задумавшись. Как он теперь получит свою посылку, — давно вашей почтальонши нет? — Месяца два, где-то. Эрвин облегченно выдохнул. Наверняка, вот-вот кого-то да назначат. Он не помнил, чтобы свободная вакансия держалась дольше трех месяцев. Сейчас только начало октября, к зиме свои вещи он получит. Надо только заказать подштанники. — Тебя сначала домой или в контору? — Для начала в контору. — Как скажешь. В третий раз Эрвина Смита потрясло трехэтажное каменное здание на сваях. Он часто бывал в бизнес-центрах, но то, что администрация Норды, офисы теплоэлектростанции и оловоперерабатывающего завода, а также единственная в городе столовая, дом культуры (он же клуб) и алкомаркет находятся в одном здании его поразило. Оно было абсолютно непримечательным и серым. Снаружи казалось меньше, чем, внутри. Войдя в помещение, Эрвин обратил внимание на старые окна и сквозняки. Повезло, что он взял с собой несколько свитеров и теплые носки. Принюхавшись, мужчина уловил запах сырости. — Тоже заметил? — хмыкнул Майк. — От дождей тут все тухнет. С вентиляцией проблемы. Тебе повезло, будешь работать на втором этаже. А то иногда по весне или после дождя крыша протекает. Третий этаж всегда страдает от этого, — он вел Эрвина по лестницам и коридорам, — это твоя контора. Только все уже разошлись. — Как разошлись? — Эрвин недоуменно глянул на часы. Еще не было и четырех. — Сегодня футбол. Твой начальник Шадис, начальник ТЭС Магат и мэр Пиксис его обожают. Поэтому в день матчей работают только до обеда. Надо успеть все занести им на подпись. — Учту. В кабинет попасть Эрвину не удалось, дверь была закрыта, вахтерша его не знала и ключи не доверила. Поэтому Майк решил угостить его в столовой. Там к запаху сырости, прибавились ароматы пота, мокрой тряпки и растительного масла. Миссис Бозард жарила все — мясо, курицу, рыбу, лепешки, даже рис и макароны. Эрвин решил взять себе суп, но Майк тут же отговорил: — Нет, брат, тут суп через раз бывает прокисший. Все остальное вкусное. Сама Миссис Бозард оказалась разговорчивой пожилой женщиной, многодетной матерью. Оруо, ее старший, помогал ей в свободное время. Поразмыслив, Эрвин взял рис и рыбу. Майк его выбор похвалил: — Мясо надо брать только у проверенных людей. Если захочешь, дам контакты Блаусов. Кроме них, нигде не бери. Остальные могут обмануть. Курицу можно любую, все равно все привозное. Рыбу можно есть смело. Тут река, там вся Норда рыбачит. Замороженную рыбу даже не привозят. Эрвин все еще находился под потрясением, поэтому не сильно ужаснулся, увидев по краям столовой грязь, на полу разводы ног, и таракана, скрывшегося под прилавком. По этому месту плачут санитарно-эпидемиологические службы. — У вас тут санитарно-эпидемиологическая служба имеется? Майк хмыкнул: — Что-что, а это имеется. Как, покушаем, представлю. Тут грязновато, но можно привыкнуть, — понизил он голос, — пока никто не отравился. — Рад слышать, — так же тихо ответил Эрвин. Майк свое слово сдержал. После столовой они поднялись на третий этаж. В глаза бросались ведра и тазы, в которые капала грязная вода, а также темные разводы на потолке и местами облупившаяся краска. — Пришли, вот наша санитарно-эпидемиологическая служба. — Здорово, Майки! В заваленном бумагами кабинете сидел человек с лохматой головой и в очках с разводами от жирных пальцев. В руках у нее — хот-дог, являвшийся источником жира. Наверняка, стряпня миссис Бозард. На футболке несколько капель. Женщина была в джинсах и кроссовках. «Наверно, в Норде не так строго относятся к дресс-коду», — предположил Эрвин. В кабинете царил творческий беспорядок. Смит почувствовал некоторое родство душ. Он был ходячим исключением из правила «порядок на столе — порядок в голове». Другие сотрудники могли потеряться в документах, но Эрвин всегда знал, что где лежит. Новая знакомая производила такое же впечатление. В середине кабинета, рядом с рабочим столом — стеклянная банка, в которую капало с потолка. — Привет, — ответил Майк, — Ханджи, это Эрвин Смит, временная замена Риты. А это Ханджи Зоэ, наш специалист СЭС. — Очень приятно. — Взаимно. Я бы пожала руку, но пальцы жирные. Вы откуда? — Из Митры. Работал старшим специалистом отдела анализа и планирования в головном офисе «Корпус-олово». Когда объявили о вакансии в Норде, я согласился. Всегда хотелось побывать на севере. — Зачем? — удивленно спросила Ханджи. — Все нормальные люди стремятся отсюда уехать, а не наоборот. Эрвин ответить не успел, отвлекшись громогласный крик, обращенный к его новой знакомой. Ханджи поежилась и сползла по креслу. В дверях появился обладатель голоса. На удивление им оказался невысокий мужчина, которого можно было назвать утонченным и даже красивым. Аккуратно стриженная челка падала на глаза, на бледной коже не было ни единого лишнего волоска. Простой, но изысканный костюм отлично подчеркивал его фигуру, черные ботинки блестели. Тонкие изящные пальцы сжимали несколько листов. Такого ожидалось встретить где-нибудь в Тросте или Митре, но не на краю света в Норде. Эрвин немного залюбовался. — Очкастая, где справка по школьной столовой? Почему ты дала мне прошлогодние результаты анализов? Он буравил взглядом Ханджи, не обращая внимания на других присутствующих. Гневно топал носком обуви по линолеуму в такт каплям с потолка. — Новые результаты еще не готовы, — ответила беззаботно Ханджи, — но там все нормально. Я сама пробы отбирала… — Так и скажи, что пожрала в столовой нахаляву. Было бы нормально — я бы не вмешивался. Но у них плесень развелась и вентиляционные решетки старше нас обоих. Я пытаюсь выбить им деньги на ремонт. Не подводи. — Все равно не выйдет, — выдохнула Ханджи, — но я попрошу Бернера из лаборатории поспешить с анализами. — Спасибо, — ее собеседник, кажется, только сейчас заметил посторонних, — ой. Привет, Майк. — Здравствуйте, — поспешил представиться Эрвин, — меня зовут Эрвин Смит, я временный исполняющий обязанности заместителя управляющего филиала «Корпус-олово», — он решил, что должен обязательно пожать его руку. — Замена Риты, — подытожил мужчина и ответил на рукопожатие. Ладонь оказалась сухой и немного шершавой, — Леви Аккерман. — Он у нас социальная служба, служба опеки и детский психолог в одном лице, — добавила Ханджи. — Очень приятно, — Эрвин выдал свою коронную обезоруживающую улыбку. — Да, ладно, я пошел, — Леви скрылся так же быстро, как и возник. Последним, что потрясло Эрвина Смита, стало место его проживания. Однокомнатная холодная квартира без балкона со сквозняком отовсюду — из окна на кухне, окна в комнате, двери. В собственной квартире Эрвин всегда сам устанавливал комфортную ему температуру воздуха, а спал вообще голым, поэтому теплой домашней одежды у него не было. Вместо нормальной кровати старый и сломанный раскладной диван. К тому же нет постельного белья. Раньше его всегда селили либо в гостиницах, либо у кого-то из сотрудников, поэтому думать о таких вещах, как подушки и одеяла, полотенца и банные принадлежности он и забыл. Как назло, из головы вылетело спросить у Майка про продовольственные магазины. Тот показал только основной продуктовый. К тому же горячей воды не было. Пришлось умываться холодной. Эрвин сделал себе заметку посмотреть бойлеры и уточнить про доставку в Норду. Худшим стало отсутствие интернета. Сеть ловила крайне слабо. Эрвин даже не смог отправить отцу сделанные снимки. Но Ханджи и Майк сказали, что в общей конторе есть вай-фай. Переодевшись в холодную шелковую пижаму и один из своих свитеров, надев носки и накрывшись собственным пальто, он лежал, уставившись в разводы на потолке. Неужели в Норде нет не протекающих крыш и потолков. Эрвину казалось, что он видит пар изо рта. «Пока Рита не выйдет из декрета, — говорил он себе перед сном, — надо лишь потерпеть. Зато закроешь ипотеку и купишь новую машину. А пока живи и работай. Общайся с людьми. Майк кажется хорошим. И Ханджи. И миссис Бозард, хоть и еда у нее на любителя. И Леви».