Простота Севера

После того, как первые впечатления улеглись, Эрвину удалось обжиться на новом месте. Узнав про температуру в квартире, Майк подогнал ему теплое одеяло, а Ханджи — подушку и нераспакованное постельное белье. На все попытки возместить стоимость ему ответили четким отказом. То, что офис ТЭС находился на одном этаже с его конторой, помогло, когда Эрвин зашел познакомиться и между делом пожаловался на холод в квартире. Тео Магат оказался любителем порядка. Он сказал, что отопление проведут сегодня — к вечеру в квартире стало теплее. Недостаточно, чтобы спать голым, но достаточно чтобы снимать носки перед сном. Даже горячую воду ему подключили, не пришлось покупать бойлер. Эрвин взял за привычку обедать в столовой вместе с Ханджи. Иногда к ним присоединялся Майк. Леви же категорически отказывался посещать столовую. «Лучше сдохну, чем пойду в этот рассадник микробов», — говорил он. Майк оказался прав, к антисанитарии можно было привыкнуть. Но ничего кроме риса с рыбой Эрвин не брал. После курицы его скрутило, а от макарон появилась тяжесть в животе. Его новые друзья ели все подряд. «У нас стальные желудки. Все переварят», — смеялись они. Именно в один из таких обедов Эрвин обмолвился, что только что прошел его день рождения. О том, что поздравили его только отец да интернет-магазины, он умолчал. Друзья от этой новости оживились. — Надо устроить тебе вечеринку. Как раз познакомишься со всеми, — протараторила Ханджи, — соберемся у тебя, Эрвин, в пятницу? — Я не против, — согласился он. Ему требовалось немного расслабиться. Без баров, спортзалов и книжных магазинов мужчина откровенно скучал. — Отлично, — Майк в предвкушении потер ладони, — детей к маме. Нанабе давно обещал какое-нибудь мероприятие. Это оно и будет. Кого зовем? — Я никого, кроме вас и Леви не знаю. — Тогда доверь это нам, — Ханджи заговорщицки подмигнула. В пятницу в его квартире были первые гости. Майк наконец-то познакомил со своей женой. Для женщины, недавно родившей третьего ребенка, Нанаба выглядела отлично. Ханджи привела своих друзей из администрации — Нифу, Кейджи и Абеля. Гости в качестве подарков принесли еду и выпивку. Все беспокойства о предстоящем праздновании, возможном шуме или неловкости оказались напрасными. Нифа и Кейджи трудились на кухне, нарезая закуски и делая бутерброды. Виновника торжества они отправили в комнату развлекать гостей. Эрвин переходил от группки к группке, обсуждая то последние новости, то футбол, то кино. Когда раздался звонок, он поспешил открыть дверь. На пороге стоял Леви с красными щеками и носом. Погода к вечеру изрядно испортилась. Он вошел в квартиру, только когда стряхнул с себя снег. — Смотрю все в сборе, — его голос прозвучал устало. — Да, некоторые пришли недавно. Ты с работы? — Ага, надо было кое-что закончить. Крючки для одежды оказались слишком высоко расположены, поэтому Леви пришлось позорно отдать свою куртку Эрвину, старающемуся сдержать усмешку, который без проблем повесил ее поверх своей. Красный как помидор, гость спросил: — Где тут туалет? Мне нужно помыть руки. — Мне кажется, там занято. Можешь воспользоваться раковиной на кухне. В комнату Леви так и не вернулся. Он нашелся на кухне, с усердием нарезая сыр на равные кусочки. Кейджи и Нифа были отправлены к остальным гостям. — Я тебя потерял, — улыбнулся Эрвин, стоя на пороге. — Я дорежу сыр и вынесу его. С остальным ребята справились, — Леви даже не поднял голову. — Хочешь выпить? — Нет. — Почему? — Эрвин в недоумении дважды моргнул. — Не хочу, потому что, — Леви наконец-то взглянул на него, — ты пьян? — Немного, — Эрвин снова улыбнулся. Отчего-то ему очень хотелось улыбаться. — Оно и видно. Сыр готов. Пошли в комнату. Ханджи подлетела либо к Леви, либо к сыру в тарелке в его руках. Эрвин снова стал беспорядочно обсуждать то последние новости, то футбол, то кино, то и дело бросая взгляды на красивого невысокого брюнета. Душой компании Леви не являлся. Разговаривал лишь с некоторыми, в общие беседы не вступал, отвечал на вопросы односложно. Стоило Эрвину попытаться подойти к нему, он тут же убегал. «Может, он не хочет здесь быть, — предположил мужчина, — или же я ему не нравлюсь. Сколько бы не пытался с ним сблизиться, все в пустую». В какой-то момент он перестал считать, сколько выпил. Алкоголь лился рекой, так что все захмелели. Голова пошла кругом, пришлось сесть. — Эрвин, — его трясли за плечо, — эй, Эрвин. Оказывается, он задремал на собственной вечеринке и проспал даже уход гостей. Остался только Леви. — Я посуду помыл и стулья обратно на кухню отнес. Закрой за мной дверь. Петляющими ногами Эрвин проводил его до двери. Но Леви не торопился уходить. Стоял и смотрел на него, словно чего-то ждал. Его тонкие губы сошлись в прямую линию. «Интересно, мягкие ли они», — пришла мысль. Эрвин подался вперед, но споткнулся и чуть не упал. Гость подумал, что его просто шатает. — Ты ведь не поймешь, пока я не скажу, да? — Леви был злым и красным. — Нет, — Эрвин снова стоял на ногах. — Я не дотягиваюсь. Дай мою куртку. Эрвин вмиг протрезвел. Пока он тут стоял и фантазировал непонятно, о чем, Леви ждал свою верхнюю одежду. «Именно поэтому он смущался, дурья башка», — Эрвин отвесил себе мысленный подзатыльник. — У меня для тебя кое-что есть, — в куртке явно не по размеру, обмотанный шарфом чуть ли не до носа, Леви выглядел мило. Эрвин заставил себя прикусить язык, чтобы не произнести это вслух, — я заметил, что ты ходишь без шапки, а твой шарф тоньше туалетной бумаги. Уже похолодало, пора утепляться. Да и пальто наверно тоже надо поменять на что-то более теплое. Это был аккуратно упакованный подарок. Развернув его, Эрвин увидел комплект из вязаных шапки, шарфа и перчаток. Материал на ощупь показался качественным и дорогим. Он сразу же примерил все и посмотрелся в зеркало. С широкой улыбкой повернулся к Леви. — Спасибо, мне очень нравится. По поводу пальто не переживай. Оно теплое. Я в Митре в нем зимовал. К тому же скоро должны доставить мои зимние вещи. — По почте? — По почте. — Тогда жди через три года свои вещи. Посылки сюда перестали доставлять еще в июле. Нерентабельно. Зачем отправлять посылки в город, где даже почтальона нет. Ты завтра занят? — Планирую болеть и отсыпаться. А что? — Хм, — Леви спрятал смешок в кулаке. Кончики его ушей слегка покраснели, — приходи ко мне. Соседний дом, пятая квартира. — С радостью, — лицо Эрвина расплылось в широкой улыбке. — Ага. Пока, — Леви выскочил за дверь быстрее, чем он успел опомниться. В субботу Эрвин переборол свое ленивое настроение и головную боль. Помылся, побрился, приоделся и направился в соседний дом, пятую квартиру. На улице и вправду похолодало. Пальто уже не спасало от морозных ветров. Ветер продувал насквозь, до костей. Мужчина был крайне рад, что надел вчерашний подарок. У входа в подъезд ему встретилась мама с младенцем, которой он помог в аэропорту. В этот раз одной рукой она пыталась спустить коляску по лестнице, пытаясь удержать ребенка в другой. Эрвин удивился тому, сколько силы было в этой миниатюрной женщине. Он снова поспешил помочь. — Не знаю, что я бы без вас делала. Мужа моего в стадо вызвали, он ветеринар. Спасибо большое. Эрвин не стал допытывать, что за стадо у них тут есть. Наверняка фермеры какие-то коров или лошадей разводят. Леви, одетый во флисовый костюм, открыл дверь, пропустил гостя и подал ему тапочки. И у него дома властвовали сквозняки. Эрвин улыбнулся увидев, что крючки перевешены так, чтобы быть ниже. Квартира оказалась просторнее, чем его, с двумя комнатами и балконом. Такой чистой, уютной и домашней. На стенах висели фотографии в рамках, на подоконнике стояли комнатные растения. Теплоту поддерживал обогреватель. — Ты живешь один? — поинтересовался Эрвин, не застав в квартире никого, кроме ее хозяина. — С мамой и дядей, — ответили ему с балкона. Леви занес оттуда большую вещевую сумку, словно бы она ничего не весила, — ничего не трогай, — бросил он через плечо и скрылся в ванной. Вернулся с тазиком с водой и тряпкой и принялся протирать сумку. От помощи отказался. Отнеся тазик обратно в ванную, Леви расстегнул сумку, — мой дядька дальнобойщик. Возит отсюда мясо и рыбу. Его знакомый в Ютопии продает всякое барахло и одежду, вот он их скупает, а мама здесь перепродает. Это еще с прошлой зимы осталось. Леви стал вытаскивать один за другим зимние куртки, теплые штаны, шарфы, перчатки и рукавицы, балаклавы и обувь. Все было сложено так аккуратно, что Эрвин предположил, что это дело рук Леви. Эрвин перемерил столько вещей, что в конце концов упарился. Он был уже согласен на первое, что будет ему впору, но Леви упорно требовал продолжать примерку. Даже достал вторую сумку. — Мне жарко, — взмолился Эрвин. — Зато зимой тепло будет. Снимай, у этой куртки рукава короткие. В конце концов, им удалось подобрать вещи по размеру. Одна часть Эрвина сказала бы, что обновки друг к другу совсем не подходят и не сочетаются, а ботинки вообще выглядят нелепо, но другая заткнула ее, потому что морозной зимой становится не до моды. — Это были вещи на зиму. Есть у тебя что-то на сейчас? — Леви так же аккуратно сложил все обратно и полез на балкон за третьей сумкой. Эрвин помотал головой. При выборе осенних вещей в нем проснулся модник-привереда, который оценивал не только теплоту, но и внешний вид. Обычно его гардероб состоит из холодной палитры (синие костюмы подходят к его глазам), поэтому в этот раз ему захотелось чего-то яркого. — Сними, — скомандовал Леви, стоило ему надеть парку цвета охры. — Почему? — Она похожа на говно. Тебе не идет. Вторым Эрвин примерил бело-красный пуховик, но тут же посмотрелся в зеркало и молча снял его. — Где твоя семья? — спросил Эрвин, примеряя осеннюю куртку номер три. — В Ютопии. Дядя повез ее с собой, потому что сам выбирать вещи не умеет. Именно из-за него все это осталось нераспроданным. Молодежи сейчас подавай красоту и моду. Зимой главное, чтобы жопа не мерзла. Эрвин не сдержал смешок: — Ты звучишь, как старик. — Я и есть старик. — А сколько тебе? — Тридцать два. — Мне тридцать пять, я стариком себя не чувствую, — Эрвин посмеялся. — Старики себя стариками никогда не чувствуют, — парировал Леви. — Ты противоречишь сам себе, Леви. Тот лишь фыркнул. В конце концов, Эрвину удалось подобрать что-то теплое и не сильно устаревшее. Его выбор пал темно-фиолетовую парку с капюшоном. Она хорошо сочеталась с новыми аксессуарами. От оплаты Леви отказался. — Почему? — Эрвин недоумевал. — Это старые вещи. Они бы пролежали еще лет сто на балконе, а потом отправились бы в мусорку. Ты нам наоборот одолжение сделаешь. — Ты третий человек, который мне что-то бесплатно дает. Майк и Ханджи снабдили меня постельными принадлежностями, но тоже денег не взяли. — Чего ты хотел? Мы, северяне, помогаем друг другу. Так у нас заведено. «Странно, — подумал Эрвин, — я думал, север — суровый край. Но так тепло меня еще не встречали. Люди, которых я знаю меньше месяца, откликаются чаще и быстрее, чем мои друзья с работы или университета». Леви настоял на том, чтобы накормить гостя, когда услышал, как у него заурчал желудок. Готовил он на порядок лучше миссис Бозард, так что Эрвин кушал с удовольствием, даже добавку попросил, нахваливая еду. Леви от похвалы слегка покраснел, но в остальном выглядел все также серьезно как обычно. — Теперь понятно, почему ты с нами в столовую не ходишь, — сказал Эрвин, наевшись, — ведь у тебя почти как ресторан. — Скажешь тоже, — Леви смутился, но сохранил равнодушное выражение лица, — еда как еда. — Я бы не против такую еду каждый день есть. — Тогда, я могу готовить и на тебя, — его щеки слегка покраснели, — если ты хочешь? Но у меня нет запасного контейнера. — Хочу, — выпалил Эрвин, — контейнер я куплю, не переживай.