Поучительная договоренность / An Instructive Arrangement

Гермиона заплела волосы в две длинные косы и застегнула кардиган поверх бюстгальтера. С клетчатой юбкой и оксфордами она выглядела более милой, менее откровенно сексуальной, но она надеялась, что Беллатрикс это понравится. Госпожа, думая о ней таким образом, заставляла ее дрожать от предвкушения. Пока она шла к автобусной остановке, хрустящий осенний ветерок играл вокруг ее ног, и она чувствовала его прохладу на своих самых чувствительных частях. В автобусе она читала Канта, хотя, признаться, ей постоянно приходилось перечитывать отрывки, так как сюжет действительно заслуживал большего внимания, чем она могла уделить, стараясь не пропустить свою остановку. Как и прежде, здание высоко вздымалось в сумрачное голубое небо, и несколько человек выгуливали на улице своих собак. Гермиона увидела итальянскую борзую в свитере от Гуччи и хаски с льдисто-голубыми глазами. Вероятно, они стоили тысячи. Неудивительно, что ее хозяйка могла позволить себе такую игрушку, как Гермиона. Консьерж, к его чести, и бровью не повел, когда Гермиона пришла во второй раз. Беллатрикс уже ждала, одетая в элегантную черную юбку и блузку, которым могло быть «сто лет» или самые авангардные модные вещи этого сезона. Темно-ягодная помада придавала ей загадочный, ведьменый вид, и она медленно улыбнулась, увидев Гермиону у своей двери. – Ты выглядишь так сексуально, котенок. Гермиона усмехнулась. Она все хорошо рассчитала. – Вы можете сказать мне, что надеть, если есть что-то, что вам больше нравится, госпожа. Мне нравится, когда вы указываете мне, что делать. Беллатрикс чуть шире открыла дверь, чтобы она могла войти, и Гермиона подчинилась. – Как приятно было увидеть тебя сегодня, котенок. – Я никогда не видела никого другого в этом книжном магазине, - сказала Гермиона, взяв предложенную Беллатрикс руку. – И я до сих пор... Я не могу выразить вам свою благодарность за книги. Беллатрикс нежно поцеловала ее, смакуя поцелуй, и Гермиона снова растаяла. – У меня есть несколько идей, - сказала Беллатрикс. – Я бы хотела доставить вам удовольствие, госпожа. – Мне нравится, когда ты так меня называешь, - хихикнула Беллатрикс. Она нежно погладила Гермиону по щеке. – Я хочу прижать тебя к стене и запустить пальцы под эту коротенькую юбочку. Гермиона усмехнулась. – А вы знаете, что на мне под ней? Беллатрикс изогнула бровь. – Я догадываюсь. – Что? - спросила Гермиона. – Что я хочу связать тебя и заставить кончать до тех пор, пока ты не сможешь больше этого делать, - хрипло сказала Беллатрикс, взяв Гермиону за плечи и повернув ее так, чтобы она оказалась спиной к стене. Гермиона уже чувствовала, как становится мокрой. Беллатрикс была выше ее всего на несколько дюймов, но вела себя так, словно была намного выше. Было приятно быть мягкой и податливой, как ее маленький котенок. – Как вы собираетесь это сделать? – Ничего такого, чего бы мы не делали раньше, если только ты не хочешь чего-то другого, - сказала Беллатрикс, сокращая расстояние между ними и понижая голос до уничтожающе хриплого шепота. – У меня есть вибрирующий член, которым я, с удовольствием, трахну тебя. – О да, пожалуйста, госпожа. - Бедра Гермионы задрожали от предвкушения. – Я в ваших руках. - Она просто хотела, чтобы Беллатрикс прикоснулась к ней - чтобы она ее взяла. Беллатрикс провела нежно рукой по телу Гермионы. – Хорошо, - промурлыкала она. – Теперь я хочу знать все о твоих занятиях. Какой твой любимый предмет, моя сладкая? - Ее пальцы провели по ноге Гермионы. – Я... я люблю философию. Она такая упорядоченная. Беллатрикс поцеловала ее в шею, едва заметно прикоснувшись зубами. – О правда? Гермиона сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться. – Мы читаем Канта. – Как известно, он непрозрачен, не так ли? – спросила Беллатрикс, ее пальцы забрались под юбку Гермионы. – Это немного сложно, но так приятно, когда ты понимаешь его. Ох! - Тело Гермионы содрогнулось, когда Беллатрикс провела рукой между ее бедер. – Ты уже получила удовлетворение? - спросила Беллатрикс, поглаживая ее. - Я имею в виду, от того, что ты понимаешь. – Не полностью, - пискнула Гермиона. – Мне кажется, я понимаю часть императива, но каждый раз, когда я... Беллатрикс провела пальцем между половыми губами Гермионы. Она была мокрой и становилась все более влажной, и Гермиона задрожала от возбуждения. – Каждый раз, когда ты что, красотка? Гермиона сглотнула, пытаясь сохранить самообладание, пока Беллатрикс медленно вводила в нее палец. – Каждый раз, когда я... я читаю его, мне кажется, что он становится... ах! - Ее клитор запульсировал от возбуждения, и она шире раздвинула ноги, одновременно отчаянно желая большего и желая, чтобы Беллатрикс просто позволила ей ответить, не отвлекая ее. – Более непрозрачный, - наконец смогла она. – Это было не так уж сложно, правда? - спросила Беллатрикс. – Я задаю простой вопрос, а ты на него отвечаешь. - Она добавила еще один палец, и Гермиона вздрогнула. По внутренней стороне бедра стекала влага, а пальцы Беллатрикс скользили по ней без трения, прощупывая самые интимные места, но, как нарочно, избегая клитора. – А теперь скажи мне, котенок, что ты думаешь о Платоне? – Платон, - сказала Гермиона, переводя дыхание, чтобы успокоиться. – Я... ах... я думаю, что он не имеет значения. - Пальцы Беллатрикс задвигались внутри нее все быстрее - сколько же их было? Гермиона покачивала бедрами, пытаясь хоть немного успокоиться от нарастающей волны удовольствия внутри нее, но Беллатрикс сильнее прижала ее к стене. – Оставь это мне, котенок. – Но это так приятно, - ныла Гермиона. – Пожалуйста, позвольте мне… Беллатрикс рассмеялась и сильнее сжала пальцы. Гермиона даже слышала, какая она мокрая, как госпожа Лестрейндж делает её мокрой, даже не снимая с неё одежды. – Просто ответь на вопрос, моя дорогая, - сказала она, прижав ее к стене. Ее огромная грудь прижималась к груди Гермионы, нос был в нескольких дюймах от ее лица, а голос был таким спокойным, несмотря на бешеное движение пальцев внутри Гермионы. Гермиона боролась с желанием стоять на месте, пока в ней разгорался жар наслаждения. Она пыталась ответить, но дыхание вырывалось с резкими вздохами. – Мне не понравилась республика. - Ее тело дернулось от руки Беллатрикс. – О... – Достаточно, - сказала Беллатрикс, быстро убирая пальцы. – Тебе нельзя доверять, чтобы ты не шевелилась и не отвечала на мои вопросы? Киска Гермионы сжалась вокруг ничего, и она прикусила губу, сопротивляясь желанию прикоснуться к себе, чтобы закончить то, что начала ее госпожа. – Простите, госпожа, я буду стараться лучше. – Не думаю, что ты сможешь, - сказала Беллатрикс. Она расстегнула пару пуговиц на юбке и позволила ей упасть, обнажив ноги в чулках и туфли на высоченных каблуках. – Но, возможно, если ты не можешь, то твой язык на что-то сгодится. Пойдем со мной. Она ушла, оставив Гермиону идти за ней в гостиную. Беллатрикс села в одно из кожаных кресел с высокой спинкой и подняла бровь, ожидая, пока Гермиона догонит ее. Щеки Гермионы горели от стыда. – Простите, госпожа. Вы просто слишком... – Шшш, - мурлыкнула Беллатрикс. – А теперь встань на колени. - Она широко раздвинула ноги. Темные локоны, влажные от возбуждения, обрамляли ее розовую киску, и Гермиона упала на колени перед хозяйкой. Она хотела попробовать ее на вкус, но Беллатрикс остановила ее. – Сначала ты должна попросить, - мягко сказала она, поглаживая Гермиону по щеке. – Бедная маленькая зверушка. Я слегка ласкаю тебя, а ты так изворачиваешься. – Простите, госпожа, - сказала Гермиона, чувствуя, что краснеет. Она была в ее власти, и эта мысль возбуждала ее. По ее бедрам стекала влага. – Могу я... могу я попробовать вас на вкус? – Можешь, - сказала Беллатрикс, откинувшись в кресле. Она была как королева на троне, и Гермиона склонилась перед ней, как просительница, зарывшись лицом между бедер своей госпожи. Она почувствовала вкус ее возбуждения, сладкий и мускусный, и жадно впилась в него, жаждая большего. Пульс бился в ушах, когда она почувствовала, как Беллатрикс отвечает на ее ласки. Было приятно осознавать, что она не единственная, чье тело так откликается. – О! Черт! Я хочу потянуть тебя за волосы, - пробормотала Беллатрикс. – Я хочу засунуть твое милое личико в свою киску. Гермиона на мгновение отстранилась и посмотрела на царственную женщину, на мгновение заменив рот пальцами. Беллатрикс была так возбуждена, что Гермиона уже чувствовала ее влагу на своем лице, но она хотела большего и показать Гермионе, как это сделать. – Как пожелаете госпожа. Хотите кончить мне на лицо? Беллатрикс тихо застонала и зарылась руками в волосы Гермионы. – Я хочу трахнуть это милое маленькое личико. - Она притянула Гермиону ближе, глубже, между ног, и прижала ее к себе сильными бедрами. Гермиона лизала быстрее, пока Беллатрикс терлась своей киской о лицо Гермионы. – Хорошая девочка, - задыхалась Беллатрикс, когда ее мокрая киска стекала по подбородку Гермионы. – Ох! Ее ноги крепче сжали Гермиону, и она задыхалась, ее мышцы напрягались вокруг Гермионы, которая старалась проглотить как можно больше влаги, смакуя ее вкус и то, как ее полностью, без остатка трахает ее госпожа. Она лизала все сильнее и сильнее, чувствуя каждую дрожь, каждую разрядку напряжения в теле Беллатрикс и стараясь подтолкнуть ее все ближе и ближе к краю. Вздохи и крики Беллатрикс становились все отчаяннее, а хватка все крепче, пока ее тело не сотрясла дрожь, и она не закричала, громко и протяжно. – О! Ох! О, черт. Да! - Ее соки стекала по лицу Гермионы, когда она отпустила ее и упала обратно на стул, ее глаза были полузакрыты. – Боже, как ты хороша, - задыхалась Беллатрикс. – Вы прощаете меня, госпожа? - спросила Гермиона, с гордостью наблюдая за тем, как ее хозяйка пытается прийти в себя. – Конечно, прощаю, котенок. Подойди ко мне, - сказала она, и голос её запыхался и задрожал, а не как обычно, когда она уверенно мурлыкала. Гермиона устроилась на коленях и погладила её по волосам, заправляя их за ухо. – Мне нравится, когда вы так трахаете мое лицо, - сказала она. – Это так горячо, чувствовать, как вы кончаете на меня. Беллатрикс рассмеялась и поцеловала Гермиону, просунув язык между ее губами, словно желая подтвердить свое господство после столь безнадежной развязки. Тем временем она начала мучительно медленно расстёгивать пуговицы на кардигане Гермионы, обнажая чёрный бюстгальтер push-up, который она надела. – И все это ради меня? - спросила она.