Гостья

За полчаса до встречи Курои и Юджи В коридорах средней школы для девочек Ренчоку были почти пусты. Лишь редкие ученицы торопливо шли по своим делам. Сатору, Сугуру и Мисато обсуждали план действий. — Разве не будет безопаснее отвести её сразу в магический техникум? — спросил Сатору, отходя подальше. — Согласен, — ответил Яга. — Но это приказ мастера Тенгена. Мы должны угождать Рико Аманаи. Годжо лишь спокойно отключился, не дослушав. — Тц! Он слишком мягкий с ней! С такими надо жёстче! — пробурчал Сатору. — Тогда ты ещё жёстких людей не видел, — спокойно заметил Сугуру. — Будь мягче с ней. Когда она станет частью мастера Тенгена, она будет поддерживать барьеры магических школ. Друзья, семья, всё, что ей дорого… Мы позволяем ей насладиться этим временем в последний раз — и это наша задача. Курои вмешалась: — У госпожи Рико нет связей. Её семья погибла в автокатастрофе, я с тех пор её опекун. Позвольте ей провести время с друзьями. — Тогда вы её семья, — тихо сказал Сугуру. — Да, — смущённо кивнула Курои. Любовь к Рико была настоящей, как у родной матери. Сатору уточнил разведданные, Сугуру сосредоточенно анализировал ситуацию, а Годжо терпеливо ждал. В коридоре каркнул подросток, предупреждая о надвигающейся опасности. — Добавь хоть немного серьёзности! — крикнул он. — Нам нужно найти Рико, двое духов уже изгнаны.

***

Совершенно обычная небольшая закусочная. Люди после работы перекусывали, а Тоджи держал телефон у уха. — Так они не пошли в техникум? Так даже лучше. Теперь они больше, чем идиоты, — приторно насмешливо сказал он. — Ты уверен? — Тридцать миллионов платят за сосуд. Я планирую измотать шестиглазого с помощью этих идиотов, а там уже сделаю свой ход, — бросил Тоджи и сбросил звонок.

***

Гето, Годжо и Курои мчались по коридорам. Рико могла оказаться в опасности в любую минуту. — Где сейчас Аманай? — спросил Сатору у Мисато. — Урок музыки. Либо в классе, либо в часовне, зависит от преподавателя, — ответила она. — Вы идите за Рико, а я разберусь с наёмниками! — скомандовал Гето, разделяясь с остальными. Сугуру направился к проклятым духам. В коридоре их пока что было немного, и это пошло ему на руку. Перед ним стоял старик в традиционной одежде, владеющий шикигами. — Необычная форма… Ты явно не учишься здесь, — бормотал старик. — Дедуля, очки протрите, я не очень-то на девушку похож! — насмехаясь ответил Гето, призывая двух проклятий и открывая тыл. Из ниоткуда появилась гигантская зубастая гусеница, перекрыв проход. Старик был удивлён. За спиной раздался звон разбитого стекла. — Вы с Q или вас отправила организация сосуда времени? — спросил Гето. — Оргонизация сосудов времени объявила: тридцать миллионов за живую или мёртвую. Время до одиннадцати часов завтра, — прошептал старик, прежде чем отключиться. Возможно навсегда.

***

Сатору с разбегу распахнул двери. — Аманай! — крикнул он, эхом отдаваясь в зале. Рико вздрогнула, дёргался глаз, руки сами тянулись корректировать модель внешности Сатору. Девочки вокруг уставились на блондина, чей рост и красота впечатляли всех кроме Рико. — Аманай, это твой парень? — спросила одна из учениц. — Нет, мой двоюродный брат! — пытаясь хоть чуточку оправдать себя. Девушки пытались выяснить всё про Годжо, про рост, про волосы, а тот с грацией снимая очки, и этим увеличивая крики и визжание с комплиментами. — Девушки а ну тихо! — вмешалась учительница. — Надеюсь у вас есть особая причина для того чтобы срывать урок, и забирать Рико Аманай, даже если вы родственник. — — Простите, это чрезвычайная ситуация, — с уверенностью заявил Сатору. Не успев моргнуть, как преподавательница перед носом беловолосого протянула листок с номером. Глаза Сатору расширились: такого он ещё не видел — учителя из школ для девочек обычно не занимались такими фокусами. — Это мой номер, — сказала она строго, но с лёгкой улыбкой. — Эй, это против правил! — закричала одна из девочек. — А ну заткнулись! Сложно найти парня с моей то работой!

***

Рико достала телефон, включила громкую связь и услышала голос Курои. — Курои! Как ты?! Всё в порядке?! — закидала вопросами она. — Всё в порядке. Мне помогла девушка с короткими розовыми волосами, — ответила Курои. — Черт! Где же она. — пробурчал Годжо, видя обеспокоенность Сатору.

***

Фургон тряхнуло на кочке. Металл под спиной неприятно звякнул, верёвки впились в запястья. Юджи медленно приоткрыла глаза. Пахло бензином, старой пылью и чем-то кислым — будто здесь когда-то перевозили рыбу. Колёса глухо гудели по асфальту, двигатель надсадно рычал. Машина явно была не новой. Рядом валялась Курои, связанная так же неаккуратно, как и она сама. Телефон у неё уже забрали. Юджи осторожно повела плечами, проверяя узлы. Не туго. Они явно не ожидали сопротивления. «Недооценивают. Как всегда». Она выплюнула тряпку изо рта и лениво, почти вежливо окликнула водителя: — Молодой человек… а вы откуда знаете, что я сосуд? Парень за рулём даже не обернулся. — Босс сказал. Коротко. Сухо. Будто она спросила время. — Ммм… — протянула Юджи. — А босс откуда узнал? На заборе написано было? Тот дёрнул плечом. — Сейчас договоришься. Босс сказал брать живой. А в каком состоянии — не важно. — Какие вы грубые, — укоризненно вздохнула она. — С девушками нужно ласково. А то могут и вмазать. Тишина. Потом резкое: — Рот закрой. Юджи только усмехнулась. Страха не было. Скорее раздражение. «Вот серьёзно. Ни дня без приключений». — Подбрось к вокзалу, — продолжила она как ни в чём не бывало. — Меня Сатору с собой не взял. Теперь самой его проблемы разгребать. В Киото ехать надо. Водитель наконец заинтересовался. — Так шестиглазого знаешь… В голосе появилась жадность. — Интересно. Юджи закатила глаза. — Больше скажу — целовала. Парень чуть не подавился. — Чего? — Переизбыток сахара и ничего больше. Лучше ловить момент, пока он не успел наесться сладкого. Она говорила нарочито громко. Специально. Чтобы запомнили. Чтобы потом передали. Чтобы написали в отчёте. «Чем ближе я к Годжо, тем дороже я стою. Значит, шансы выжить выше». — И насколько хорошо знаешь? — ухмыльнулся водитель. — Достаточно, чтобы он вам потом головы поотрывал. Тот только хмыкнул. — У нас уши везде. Слушаем разговоры студентов магического колледжа. Кто-то ляпнул — и всё. Юджи замолчала. Вот это уже неприятно. «Значит, болтали при посторонних… Чёрт». Она прикрыла глаза. Теперь стало ясно — её не случайно поймали. За ней реально следили. Фургон резко затормозил. Дверцы распахнулись. Внутрь полезли ещё двое. Курои вытащили телефон, что-то сфотографировали, начали быстро печатать. — И допиши, что у нас сосуд двуликого, — бросил один. — Девчонка близка с шестиглазым. Денег срубим. Юджи мысленно фыркнула. «Вот и наживка». Один из мужчин остался внутри. Он присел рядом. Слишком близко. Его взгляд был пустым. Неприятным. По спине пробежал холодок. — Эй… — начала она. Его пальцы коснулись шеи. Точно. В нужную точку. Мир качнулся. Звук двигателя утонул. Сознание провалилось во тьму. Последняя мысль была усталой: «Ребята… вы сейчас очень сильно пожалеете…». Лицо Юджи уже окрасило чёрными отметинами. Сознание Юджи погасло — и в ту же секунду контроль перехватил Сукуна. Пальцы медленно сжались в кулак. Верёвки натянулись… и вдруг тихо лопнули, будто их перерезали невидимым ножом. Девушка подняла голову. Глаза открылись — узкие, чужие, с хищным блеском. Один из мужчин даже не успел отреагировать. Воздух перед ним дрогнул. На груди появилась тонкая красная линия. Через секунду тело разошлось на две части. Без звука. Без борьбы и без сладкого крика ужаса Просто — разрез, как нож, только более смертностнее Второй потянулся за ножом. Поздно. Что-то сверкнуло. Руки упали на пол отдельно от тела. Кровь брызнула на стены фургона. Сукуна лениво стряхнул капли с пальцев, будто испачкался соусом. — Знайте своё место, ничтожествы, — прошипел демон. — Так ещё и себя колдуна называют, — пробубнел себе под нос Сукуна, — Не больше чем кучка мусора. Телефон завибрировал снова. Сукуна поднял трубку — теперь нужно найти шестиглазого и поиграть с ним в жертву и охотника. — Сопляк, завали хлеборезку, а, — раздражённо прорычал Рёмен Сукуна. Меньше минуты разговора — а этот уже умудрился вывести его из себя. Поразительный талант. Прямо суперспособность у этого жирафа-альбиноса. Ответ в трубке запоздал, но всё же пришёл. Сукуна скривился. Эти «сильнейшие» стояли у него буквально на ладони. Смешно. Всевидящий… а даже не чувствует его присутствия. Какое жалкое зрелище. Особенно если вспомнить их бой в полную силу. Вот тогда было интересно. Тогда можно было играть. Давить. Проверять пределы. Тогда в этом был азарт. А сейчас… Сейчас это всё равно что драться с больным котёнком. Скучно. — Сопляк, голову подними. Шестиглазый, а слепой как котёнок, — выплюнул он с презрением. На том конце началась суета. Зашевелились. Забегали. Засуетились. Ищут. Сукуна тихо усмехнулся. — Посмотрите на них… какая прелесть. Он даже не скрывался. Наоборот — нарочно давал им время. Пусть позвонят близким. Попрощаются. Передадут последние слова. Уважение к противнику у него было всегда. Так игра становится интереснее. Когда жертва понимает, что умрёт, она дерётся отчаянно. Бьёт изо всех сил. Цепляется за жизнь. Даже если это абсолютно бесполезно. Для Рёмен Сукуна бой всегда равнялся одному. Смерти.