You Are My Life

«Самый лучший способ научиться — это смотреть на то, как работает мастер».

Майкл Джексон

С карусели я слетела в мгновение ока. Мне почему-то было очень весело, и я давилась смехом, летя по дорожке, не разбирая куда. Как при этом умудрилась ни за что не запнуться и не запахать носом, не знаю. Наверное, так действовал резкий выброс адреналина в кровь. Правда, длилось это не очень долго - длинноногому Майклу ничего не стоило нагнать меня буквально в два прыжка. Я не успела даже вскрикнуть, как он забежал вперёд и перехватил меня, поймав в цепкие объятия, в которые я с размаху влетела с такой силой, что едва не сбила его с ног. - Попалась! – Он прижал меня к себе. Конечно, я не заставила себя ждать и тут же начала активно выворачиваться, при этом хохоча, как сумасшедшая. – Ну, уж нет! – Он только перехватывал меня, не давая выскользнуть. - Ничего у тебя не выйдет! Если вы думаете, что это как-то охладило мой пыл, то абсолютно нет. Я только прибавила жару и изворачивалась, как могла. Майкл хихикал, пыхтел, но окончательно вывернуться не давал. Через некоторое время взаимной возни, ему, видимо, надоело, или же он выдержал какой-то свой план, и одним хитрым движением зажал меня так, что пришлось выпрямиться, чтобы не было больно. Мы оказались нос к носу. Лицо у него было жутко довольным и раскрасневшимся. - Я же сказал, ничего не выйдет, - удовлетворённо мурлыкнул он. – Что теперь? – Прошептал он мне в самые губы. Я ответила честно. - Не знаю… – Ага, ясно. Хорошо. Что ему ясно? Мне вот… Я было открыла рот, чтоб спросить, но не смогла. Майкл просто заткнул меня поцелуем. Я что-то промычала и подалась вперёд, обвив руками его шею и делая поцелуй ещё чувственнее и глубже. Улетучились все мысли, в голове стало пусто, а на душе – бесстыдно хорошо. А ведь мы целовались прямо посреди его парка развлечений, и кто-то вполне мог наблюдать сию страстную картину. - Ого… - выдохнула я через какое-то время, пытаясь отдышаться. Сердце у меня колотилось так, будто хотело сделать в грудной клетке дыру, а коленки предательски дрожали. – Вот это да… - Майкл ухмыльнулся. Кажется, эти пять лет кое-кто времени даром не терял и изрядно поднаторел в любовных делах. От этого меня кольнула откуда ни возьмись взявшаяся ревность. И именно это сподвигло меня продолжить выпендриваться. В тот момент я думала отнюдь не головой… - Ты всё ещё не хочешь спешить? – Ехидно проворковала я. – Если нет, то… - Может, хватит издеваться? – Фыркнул он в ответ. - О, дарлинг, я только начала, - передразнила я некстати вспомнившуюся Бэт и прибавив в голос интимных ноток, но при этом сделав невинные глаза. - Ах ты!.. Он снова не дал мне опомниться или как-то отреагировать, прильнув к моим губам. Но в этот раз я не успела задохнуться от восторга – Майкл быстро оборвал поцелуй. Я разочарованно застонала. - Знаешь, если так будет продолжаться, я буду против того, чтобы ты виделась со своей подругой, - он коснулся тёплой ладонью моей щеки. - Ещё чего! – Вспылила было я и попыталась вздёрнуть подбородок, но он удержал его рукой. - Ну, тише-тише, я пошутил, - миролюбиво улыбнулся Майкл. – Просто ты и так непредсказуемая, а твоя неугомонная подруга влияет на тебя, и ты вообще становишься как стихия. Не знаешь, чего ожидать. - Чтоб ты знал, моя неугомонная подруга сделала всё, чтобы мы с тобой были вместе, - обиделась я за Бэт. - Знаю. Я просто… начинаю нервничать, когда не могу понять, что происходит. Хотя, должен признать, это и завораживает тоже. - Кто-то буквально некоторое время назад говорил, что я скучная, - парировала я. Теперь уже Майкл тяжело застонал. Кажется, я выигрываю. - Ты невозможная женщина! Жутко… целеустремлённая. - Кто бы говорил! – Не сдержала я победной улыбки. – И в этом мы с тобой явно похожи. Вроде бы обсуждали это уже? Майкл ничего не ответил. Из его карих глаз совсем исчезла игривость. Зато появилось то самое, странно нечитаемое выражение, от которого у меня сладко замерло сердце. Я не смогла сдержать дрожь, когда его рука, лежащая на моей талии, с нажимом поползла вверх. Он с таким пылом поцеловал меня в шею, что я громко охнула. Тут же снова закружилась голова от обжигающих нежную кожу прикосновений горячих губ. Я выгнулась в его крепких объятиях, и чуть было не вздрогнула всем телом, потому что ощутила животом его вполне явное желание. - Майкл, - Я шумно выдохнула. – Майкл… - Ммм? – Промычал он мне в ухо. - Мы вообще-то не наедине… Вдруг кто-то увидит… - Наплевать. Нифига себе! Когда он успел стать таким смелым, что его даже непрошенные зрители не беспокоят? Много же пропустила, как я посмотрю… - Да, погоди же ты… - попыталась я воззвать к голосу разума. – Это же неприлично… Он остановился, уткнувшись лицом в мою шею. Дыхание у него было сбитое совершенно. - Да, извини, - глухо отозвался он. – Действительно, это невоспитанно с нашей стороны, - он медленно отстранился и взял меня за руку. – Пошли в дом, - я не возразила и воздержалась от глупых и неуместных вопросов, потому что прямо совсем адекватно думать я сейчас была не способна. Во мне бурлили разгоревшееся желание, раздражение от того, что приходится прерываться на самом интересном месте, и ещё чёрт знает что. Ладонь Майкла, которой он сжимал мою руку была очень горячей, и это отзывалось во мне томлением. Но по мере того, как мы приближались к дому, ясность мысли потихоньку начала возвращаться. Почему-то вдруг стало отчаянно стыдно. Хотя, казалось бы, что такого? Мы двое взрослых людей, чего смущаться? Тем не менее, я вдруг зажалась… Отвыкла, наверное. Поверьте, когда ты не подпускаешь к себе мужчин на пушечный выстрел долгие пять лет, потом сносит голову и мотает в эмоциональном вихре как в плохом миксере. Но при этом уходит доверие, которое бывает между мужчиной и женщиной где-то на инстинктивном уровне во время близости, и снова восстанавливать этот хрупкий мост жутко сложно. Если вообще возможно. В общем, я окончательно отвлеклась. Мы зашли в холл, и я на автомате направилась к лестнице на второй этаж, где располагались комнаты. Я шагнула вперёд и удивлённо обернулась – Майкл тянул меня в другую сторону. Он молчал, глядя внимательно и даже как-то… многозначительно. С секунду я соображала, что ему нужно. Ах да, в той стороне его спальня. Кажется, я стала туго соображать… Я провела ладонью по лицу. - Нужно проверить, как там сын, - тихо сказала я. – Он первый день на новом месте. Майкл подшагнул, снова оказавшись очень близко. - Конечно, - он вздохнул как будто разочарованно, но не возразил и увязался со мной. Как и ожидалось при самом позитивном раскладе, ребёнок крепко спал, раскинув руки-ноги в разные стороны как звезда, и мы с Майклом дружно умилились этой картине. Я осторожно провела по кудрявым волосам мальчика. - Смотри, что мы с тобой сотворили, - прошептала я Джексону на ухо. Майкл в ответ улыбнулся. - Он такой безмятежный. И такой бесконечно прекрасный, словно маленький ангел, — сказал он. – Знаешь, дети ближе всех к Богу. Я вижу Его в их глазах. Я чувствую это. Его энергию, присутствие, дух. В нашем сыне Бог. Это потрясающе, - эти слова были сказаны с такой всеобъемлемой любовью, что у меня вырвался судорожный вздох. Я закусила губу от нахлынувших эмоций, нашла его руку и сжала, положив голову на плечо. Он повернулся и мягко поцеловал меня в лоб. Пока мы любовались на сына, тихо открылась дверь, и на пороге комнаты вдруг возникла миссис Джексон. - Мама? – Шёпотом спросил Майкл. – Ты что здесь делаешь? Женщина вошла и, прихрамывая, подошла к нам. - Это я должна спросить у вас, что вы здесь делаете, - тихо сказала она. – А я пришла проверить, как тут мой внук. - И мы тоже… Женщина сверкнула хитрым взглядом из-за очков. - Идите спать. Я прослежу. - Но… - Идите спокойно, - повторила Кэтрин, позволив себе ухмылку, от которой я тут же покраснела, а Майкл ошеломлённо застыл. Похоже, не ожидал такого от матери. – Ну? - С лёгким нажимом спросила она, и мы без лишних разговоров встали. – Если что, можете не беспокоиться и не спешить, - многозначительно кинула она нам вслед. Мы вышли в коридор. - Почему у меня ощущение, будто нас сейчас буквально благословили на… - я не договорила, опуская глаза в пол и качая головой. – Было бы очень смешно, если не так неловко, правда? – Но не сдержавшись, издала нервный смешок и рискнула поднять на Майкла взгляд. С секунду мы смотрели друг на друга, а потом одновременно прыснули. Странное веселье нас захлестнуло с новой силой. Мы стояли под дверью в комнату сына и давились от смеха как два подростка над неимоверно смешной шуткой в поздний час. Картина открывалась самая дурацкая, если бы кто-то наблюдал это со стороны. - Тише! – Шипела я на Майкла, хотя сама уже просто тряслась от смеха, зажимая рот рукой. – Перестань ржать, весь дом перебудишь! – В конце коридора скрипнула дверь. – Ну вот! - Бежим! – Продолжая хихикать, Майкл схватил меня за руку и поволок за собой по коридору. У меня создалось ощущение, что мы промчались буквально по всему дому, хотя, на самом деле, всего лишь преодолели два коридора и лестницу вниз. Просто мне казалось так в полутьме погружённого в сон здания. Вполне предсказуемо, в итоге мы оказались у его спальни. Правда я осознала этот факт слишком поздно - опомнилась уже у двери, запыхавшаяся и всё ещё тихо посмеивающаяся, когда прямо передо мной из темноты появились фигурки девочки и мальчика. Узнав, наконец, комнату перед собой, я было притормозила в замешательстве, однако Майкл, ловко меня обогнул и, внезапно оказавшись позади, подтолкнул внутрь. Я сделала неловкий шаг вперёд и обернулась к нему с вопросом. Я рта раскрыть не успела, как он наклонился и поцеловал меня. Я было подалась к нему, а он уже отстранился и, положив обе руки мне на талию, продолжил подталкивать вглубь комнаты. В полумраке ночных светильников у него в чёрных глазах плясали черти. Мне резко стало жарко. Я вспыхнула и шумно выдохнула. У Джексона по лицу поехала хитрая ухмылка. Мне это ни разу не понравилось. Я вздёрнула подбородок и недовольно, но легонько, стукнула его в грудь. Нет, ну а что он ухмыляется? Он фыркнул, снова рывком притянул меня ближе к себе. Горячее сбитое дыхание коснулось моей шеи, и кожа покрылась мурашками, вызвав внутри трепет. Я ахнула. Майкл выпрямился, посмотрел на меня так, что я чуть не осела у него руках от избытка эмоций. Тут же наклонился ко мне, и уверенно и неторопливо накрыл мои губы ласковым, но настойчивым поцелуем. Моё возмущение испарилось, потому что между нами уже росло напряжение совершенно другого рода. Лёгкими поцелуями Майкл начал покрывать мои щёки, подбородок, нос, глаза, уголки рта, одной рукой всё выше задирая нижний край светлой футболки, а второй мягко водя по животу. Горячие пальцы прошлись по бугру шрама старого ранения на боку. Я машинально схватила его руку своей и сжала, останавливая. - Больно? - Нет, но… Не надо это трогать, пожалуйста… - я смущалась. - Прости, - и всё равно упрямо продолжил стаскивать с меня футболку. В конце концов, она оказалась на полу, и он провёл ладонью по обнажённой коже моего бока вверх, от шрама до бюстгальтера, вдоль линии бретельки, по ключице, шее, по скуле и остановился, легко коснувшись уголка губ. Я улыбнулась, чуть повернула голову и поцеловала его палец. И, похоже, спустила какую-то пружину внутри него, потому что он резко схватил меня в объятия и буквально впился в губы страстным поцелуем. Я даже пискнуть не успела. И стало не до чего. Внутри всё разом вспыхнуло, кровь немедленно закипела, а сердце заколотилось в припадке. Я закинула руки ему на шею и прижалась ещё сильнее. Я так сильно истосковалась по жару его тела, по сильным, но изящным рукам, обжигающим губам… Я безумно его хотела. Не прерывая жадного поцелуя, он стащил с моего плеча одну бретельку нижнего белья, тут же вторую. Не ждала и я: расстегнула одну пуговицу его рубашки, затем вторую, дальше, пока наконец не скинула её с него. Ах да, эта чёртова футболка… С ней я справилась быстрее, сдёрнув буквально одним движением. Оставив его в одних штанах, я неимоверным усилием остановилась, разглядывая. Майкл всё равно был невероятно худой, хоть и не так болезненно, как буквально несколько месяцев назад. Длинные руки с тонкими, зато очень натренированными долгими репетициями и выступлениями мышцами, острые линии покатых плеч, изящный корпус, обхватить который мне никогда не составляло никакого труда, совершенно плоский, даже чуть впалый живот, узкие бёдра… Майкл всегда был настолько грациозным, утончённым и стройным, что мне впору было завидовать. Поджарое тело танцора было крепкое и сильное, несмотря на видимую хрупкость, и всегда приводило меня в восторг. И витилиго совершенно его не портило. Никогда. Ни тогда, пять лет назад, когда только-только светлые участки начали захватывать его, ни сейчас, когда почти вся кожа стала непривычно бледной, а пятна, наоборот, тёмными – эдакие жалкие остатки природного смуглого оттенка. Он был потрясающий! Самый лучший. Самый желанный. Майкл понял, что я его откровенно разглядываю и тут же перехватил инициативу. Мягко, но настойчиво снова притянул меня к себе: - Пойдём наверх, - прозвучало это хоть и тихо, но безапелляционно. Мне оставалось лишь подчиниться. И сдалась я без боя и сразу же. Наверху было темно, но после приглушённых ночных светильников нижнего этажа, мои глаза довольно быстро адаптировались, и я даже ни обо что не споткнулась, пока покорно следовала за ним вглубь, туда, где стояло это огромное королевское ложе со сверкающим покрывалом. Я было хотела испугаться, что всё это богатое убранство тут же вопьётся в меня, как только я на него лягу, но рассмотрела, что драгоценное покрывало тускло светится в темноте, на полу, и выдохнула с облегчением. Майкл остановился возле постели и опустил руку мне на талию, с которой она тут же скользнула по изгибу бедра вниз и вдруг переместилась на внутреннюю сторону ног. Была б я не в джинсах, сошла бы с ума от этого смелого, откровенного прикосновения. Я ответила ему тем, что без лишних колебаний просто взяла его за шею и привлекла к себе. Кажется, оставшуюся одежду мы сбрасывали уже совершенно без участия разума, поглощённые друг другом... В какой-то миг я осознала себя лежащей на этой самой огромной кровати уже совершенно нагой, как и Майкл, нависавший надо мной. Даже в темноте было видно, как горели у него глаза, а челюсти сведены от напряжения. - Ты… правда этого хочешь? – Нет, некоторые моменты всё же неискоренимы. И хоть робкий мальчик явно сильно повзрослел, всё равно чуткость и некоторая толика стеснительности сохранилась в нём даже сейчас. Вместо ответа я приподнялась и, толкнув его в тёплый бок, завалила на постель. Оказавшись сверху, победно улыбнулась. - А иначе что я тогда здесь делаю? – Наклонившись, со всей страстью, на какую только была способна, я прильнула к его губам. Голова закружилась. Пришлось прерваться на некоторое время, но я всё же закончила свою мысль: - Я слишком раздетая, чтобы просто спать, не находишь? – Часто дыша, выдохнула я. Майкл что-то низко и неразборчиво проворчал мне в прямо губы, резко дёрнулся – и я тут же оказалась под ним. И не дав мне времени осознать происходящее, вошёл в меня. Я застонала от прошившего тело наслаждения. Как же мне этого хотелось! Ощущения, что мы – единое целое. Дразнящий, медленный ритм дарил просто невероятные ощущения. Я чувствовала Майкла буквально везде: на лице его дыхание, на губах настойчивые поцелуи, на теле обжигающие руки, во мне… И во мне тоже был он! Меня чуть ли не разрывало от счастья. И я льнула к нему всем своим существом. Я отдавала себя всю, без остатка, я принадлежала только ему. Никто никогда мне не был нужен так, как он. Никто и никогда. И надо было быть полной дурой, чтобы отказаться от этого человека добровольно. И в очередной раз осознала: без него жизни у меня не будет. Майкл был всё таким же чутким, невозможно нежным и внимательным, но всё же неуловимо изменился. Он стал более искусным и опытным, смелым и ненасытным, страстным и напористым. Это чувствовалось, проскальзывало тонкой нитью в умелых движениях, целенаправленных ласках и в той неспешной, сладостной пытке, в которой вёл он, а я лишь уступала и принимала. Я стонала, закусывала губы, неистово целовала его, обнимала и прижималась всем телом, пытаясь подстраиваться под него. Я тонула в море ощущений и эмоций, что бушевали во мне. Он увеличил ритм всего чуть-чуть, и я подхватила его движение, словно мы были в каком-то невероятном, страстном, жутко эротичном танце. Дыхание у него сразу же сбилось. Я всё хотела что-то ему сказать, но кроме нечленораздельных всхлипов и стонов не могла больше ничего произнести. Собственное тело меня не слушалось, оно сейчас принадлежало Майклу. - Пожалуйста... – наконец напряжённо выдохнула я. – Я… Не могу… больше не могу… - и выгнулась в той самой, высшей точке наслаждения. Майкл следом протяжно простонал, зарывшись носом мне в плечо… Осознание того, что что-то не так, пришло ко мне не сразу. Я поняла, что Майкл не стискивает меня в объятиях, как делал это обычно, а лежит рядом, тяжело дыша. Кроме того, я не почувствовала, чтобы… всё завершилось. Окончательно придя в себя, я поняла, что горячо было не во мне, а… на мне. Я неимоверным усилием подняла руку и коснулась живота. Ещё подрагивающие пальцы увязли в липкой жидкости. - Не поняла сейчас… - непослушными, опухшими от настойчивых поцелуев губами произнесла я и даже поднесла руку к лицу. - А, да… - пытаясь перевести дыхание, отозвался сбоку Майкл. – Тут где-то были салфетки… Сейчас найду. Я резко села, всё ещё растирая между пальцами свидетельство его оргазма. - Это… что… такое?! – Возмущённо спросила я. – Ты что сделал?! Майкл замер на постели. - Ну… - Майкл, какого чёрта?! – Снова вопросила я с досадой. – Ты где этому научился?! - Ты что, правда хочешь это знать? – Помедлив, осторожно переспросил меня Джексон с сомнением. - Не хочу, но сам факт! Ты… - я задохнулась на мгновение. – Я сейчас в полном недоумении, - честно призналась я. – Ты же только что говорил мне о детях! - Говорил, - тихо и даже виновато подтвердил Майкл. – Просто… Ну… Понимаешь… - в полумраке я увидела, как он нервно запустил одну руку в волосы. – Я… Я не хотел, это само так вышло… Я привык… - Привык?! Твою мать, Джексон! Чёрт возьми, похоже, что бывшая жёнушка многому его научила. Ревность меня захлестнула сейчас с такой же силой, как эйфория от единения буквально минуту назад. - Просто… - он смущённо замялся, беспокойно повозился, шумно вздохнул, но всё же нашёл в себе силы признаться. – Понимаешь, просто Лиза Мари говорила… - Я не Лиза Мари!!! – Недослушав, зло выкрикнула я, выплёскивая на него негодование. – И если эта твоя принцесса рок-н-ролла не хотела иметь от тебя детей, то я хочу! Хочу, ясно тебе?! И мне казалось, что мы уже с тобой всё решили! И я знала, на что шла, когда соглашалась на это! - Да чего ты так злишься? – Жалобно заныл Майкл. - Чего я злюсь?! – А ведь и правда, что я так завелась то? Подумаешь, какая проблема… – Я не злюсь! Я расстроена! – Пыхтела я. – Дай мне салфетку! – Почти рявкнула я на него. Майкл тут же протянул её мне. Я резким движением вырвала и принялась раздражённо вытирать живот. – Нет, ну надо же! – Фыркнула я. – Дожили! – В сердцах я отшвырнула испачканную салфетку в темноту, не потрудившись найти мусорное ведро и отвернулась от него. Мне стало обидно, неуютно и холодно. Передёрнув плечами, я потащила на себя сбитое нами на край кровати одеяло и завернулась в него чуть ли не с головой. На душе немедленно заскребли кошки. Вот же умею я испортить момент! Чего я взъелась на него? Давайте я уже признаю открыто, что просто приревновала его к призраку бывшей жены, которая прочно засела у него где-то в недрах души. В конце концов, он был с ней два года, а не два месяца, как со мной когда-то, и, конечно, привык к… определённым вещам и линии поведения. Ууу, ну я и дура… Бэт правильно всегда про меня говорит. Нашла к чему придраться! Могла бы промолчать и в следующий раз просто взять инициативу в свои руки. Если, конечно, теперь вообще он будет, этот следующий раз. Хитрее надо быть, Джулия! Пока я скорбела над своей недалёкостью, Майкл за моей спиной душераздирающе вздохнул и тихо пошевелился. Кровать прогнулась прямо возле меня, свидетельствуя о том, что он подсел ближе. - Прости, пожалуйста… - прошептал он, осторожно подёргав за край покрывала. – Я… правда не хотел… Вернее, хотел, но не этого… Не такого. Я тебя недостоин… От этого заявления мне стало совсем тошно. Ну, уж кому извиняться, так уж точно не ему! Не ровен час, замкнётся в себе, и что мне тогда с ним делать? - Не смей так говорить о себе, - я покачала головой и развернулась к нему. – Не надо. Это я виновата… Я просто… - я тяжело вздохнула. – Это я была не права, и это мне нужно просить прощения у тебя... Просто… я правда, не ожидала такого… исхода, - я грустно хмыкнула и добавила: - Это меня, если честно, неприятно взбудоражило. Я понимаю, ты был женат и… всё это понятно откуда взялось. А я… Я была одна всё это время. Никого не подпускала. Мне никто был не нужен, понимаешь? Знаю, всё так вышло из-за меня, ты совершенно ни при чём, но… сложно осознавать, что… у тебя была другая. Трудно смириться, - скомкано закончила я. – Вот я и вспылила… Так что это я тебя недостойна, - Майкл молча обхватил меня за талию и потянул на себя. – Майкл… Эй, не надо… - я завозилась. Одеяло, в которое я куталась, сползло. Он всё тянул меня к себе, и я поняла, что если не сдвинусь, то просто завалюсь. В конце концов, он усадил меня к себе на ноги. Воспользовавшись случаем, я прижалась, что было сил и обвила руками шею, наслаждаясь теплотой обнажённой кожи. Ну, уж нет! Он мой! Мой! Я никому его не отдам! Ни Лизе Мари, ни кому бы то ни было ещё! Он сначала прижался щекой к моей груди. Потом чуть отстранился и, взяв мою руку, приложил к своей, и я немедленно ощутила, как неистово бьётся его сердце под моими пальцами. - Я люблю тебя. Мне никто больше не нужен. Правда. Ты мне веришь? - Конечно, верю, - тихо ответила я и попросила: - Простишь меня? Джексон ухмыльнулся так, что я даже в темноте это увидела и вдруг смело огладил ладонью моё бедро, а потом взял за подбородок и настойчиво начал целовать. - Ещё попытку? – Спросил он, между поцелуями. Я прыснула. - Ты невозможный! – Улыбнулась я ему в губы.

***

- Мам, а папа где? - Работает, малыш. - А когда он перестанет работать? Я вздохнула. - Это интересный вопрос. Мне бы тоже хотелось это знать… - Может, мы пойдём к нему? - Нет, малыш, не надо мешать. Они с тётей Джанет очень заняты, мы будем их только отвлекать. А папа не любит, когда что-то или кто-то мешает ему во время работы. Да и тётя Джанет тоже. - Ладно… Майкл и Джанет уже вторую неделю корпели над текстом и музыкой новой песни, не вылезая из домашней студии "Неверленда" и практически ни на что не прерываясь. Мне с трудом иногда приходилось упрашивать этих двоих хотя бы перекусить, не то, чтобы отдохнуть. Им нужно было уложиться в срок, потому что буквально через несколько дней Джанет улетала на выступление куда-то в другой штат, и они хотели всё успеть. А зная Майкла, даже больше, чем всё. - …Просто я хотел поиграть с ним, - повесив нос, сын брёл со мной по одной из дорожек ранчо. – Он обещал научить меня играть в баскетбол… Майкл? В баскетбол? Серьёзно? - О, надо же, - хмыкнула я. – Не думала, что папа умеет. - А ещё он обещал позвать в гости Майкла Джордана! – Боже… Мы только проводили Бэт с семьёй и Кэтрин, которые совсем недавно отправились по домам, а Майкл уже задумал звать новых гостей! Вот такие они, реалии жизни в "Неверленде". А ведь это ещё не было детских экскурсий, потому что пока Джексон ограничил доступ в поместье. - Он со мной поиграет, как на видео! Мам, помнишь Майкла Джордана? – Ну да, ну да, как же я могла забыть! Сын был в полном восторге и от песни, и от клипа, который посмотрел уже здесь, в Америке, и теперь просто грезил баскетболом и Джорданом до такой степени, что Майкл даже комнату ему оформил в тематике этого вида спорта и купил кучу сопутствующих вещей: от мяча и спортивной формы до сувениров и ростовой фигуры того самого Джордана, кстати, оказавшегося хорошим знакомцем Джексона, который не отвернулся от него в трудные времена. - Папа сказал, он лучший, - продолжал по третьему кругу рассказывать сын, - и он покажет мне, как правильно нужно играть! Ну, когда они с тётей Джанет уже закончат работать? – Ныл ребёнок. - Не знаю, милый, - мальчик грустно вздохнул. Но тут у меня родилась интересная мысль, чем утешить его. – Кстати, твоя мама тоже немного умеет играть в баскетбол, - я повернулась и подмигнула мальчику. – Меня когда-то давно дядя Джеф научил, мой американский знакомый. - Правда? – Ребёнок вскинул на меня чёрные глаза, полные надежды. – А кто такой дядя Джеф? - Ты его не знаешь, но как-нибудь я обязательно вас познакомлю. Он хороший человек. Дядя Джеф живёт в Нью-Йорке, - я с теплотой вспомнила своего друга. Надо бы как-нибудь тоже его вызвонить что ли… – Так что, хочешь сыграть с мамой? Вдруг и я на что-то гожусь. - Хочу! Пошли! – Расцвёл мальчик. Мне всегда нравилось смотреть, как сын радуется. У него сразу улыбка в пол лица расплывалась, такая светлая и искренняя, что он прямо весь светился, и до дрожи напоминала улыбку отца. А у меня от этого на душе цветы распускались. У Майкла на ранчо была отличная баскетбольная площадка, и мы с сыном резвились на ней довольно продолжительное время. Я показала ему, как делать хитрые финты и проходки, которым в своё время научил меня Джеф, и ребёнок с азартом отрабатывал их на мне. Потом закидывали мяч в детское кольцо, и, в итоге, стали пробовать настоящий трёхочковый бросок*, когда появился Майкл. - Развлекаетесь? – Улыбнулся он, заходя к нам на площадку. - Ура! Папа пришёл! – Сын откинул мяч и бросился к нему навстречу. Оооо, надо было видеть, каким довольным и счастливым стало лицо Джексона в этот момент! Мне показалось, что он растрогался настолько, что у него даже слёзы выступили. Умилилась и я, что уж там скрывать. Эти двое очень быстро нашли общий язык. Не знаю уж, в родстве ли было дело или же просто в том, что к Майклу-старшему всегда тянулись все: и дети, и взрослые. Забавно работает детская психика. Сына от Джексона стало очень тяжело оторвать, хотя ещё две недели назад, он поверить не мог, что Майкл его отец, хотя уж мы обосновали всё как нельзя честно и максимально доступно. И вот, пожалуйста! О’кей, папа, так папа. Ребёнка в итоге всё устроило, и он пользовался по полной программе тем, что Майкл обожал его и позволял чуть ли ездить на себе верхом. – Пап, давай поиграем в баскетбол! Мама меня научила кидать мячик в кольцо! Смотри, скорее! – И без лишних предисловий цапнув Майкла за руку, потянул за собой. - А где Джанет? – Спросила я, когда ребёнок подтащил мужчину ближе. - Не знаю, - как будто равнодушно пожал плечами Майкл и хотел было обнять меня, но на нём повис Майкл-младший, ноя, чтобы тот немедленно с ним поиграл, и у него ничего не вышло, - дуется где-то. - Что-то случилось? - Да всё нормально, с ней бывает, - отмахнулся Майкл, но губы поджал. Понятно, снова столкнулись два творческих одиночества. Вообще ругались и спорили они очень часто. Прямо очень. Несколько раз за день точно. Но всегда расходились, что называется, полюбовно, ведь на самом деле, что Майкл любил Джанет, что Джанет Майкла, и это было очень заметно даже в пылу разборок. У меня не было ни сестёр, ни братьев, и такая сильная связь между ними меня радовала и умиляла. Из всей семьи Джексон мне была представлена только Джанет, остальных братьев и сестёр Майкл, как я поняла, не особо-то и жаловал, а мне по-своему хотелось быть причастной к его семье, поэтому я всячески старалась найти с его младшей сестрой общий язык. Девушка была моложе меня на три года, а уже стала одной из самых высокооплачиваемых исполнительниц в мире, споря в популярности с братом. При этом ни заносчивой, ни чванливой я бы её ни за что не назвала. Она была вполне себе весёлой и милой. Правда, меня она почему-то довольно сильно стеснялась, хоть и явно симпатизировала, и скорее шла на контакт с моим сыном, чем со мной. Тем не менее, я попыток не оставляла. Вот и сейчас я попыталась как-то за неё заступиться. - Опять поругались? - Поспорили. Но я оказался прав, - улыбнулся Майкл. Кто бы сомневался. - И ты в этом уверен? В том, что именно ты прав, а не она тебе уступила в силу младшего положения? - Уверен, - сверкнул глазами Джексон. – Я точно знаю! - Хорошо, хорошо, прости, - я тут же пошла на попятный. Майкл же у нас всегда прав. Даже когда не прав, а ссориться с ним из-за сестры я не планировала. Но Джанет не появилась и к ужину. Пока Майкл с сыном были заняты вечерними играми, я поискала её в доме, и даже дошла до комнаты, которую она занимала, но и там никого не было. Я озадачилась, а Майкл отмахивался и говорил, что она сама придёт, когда успокоится, но я почему-то забеспокоилась. Поэтому оставила Джексона укладывать сына спать, а сама пустилась на поиски Джанет. Я обошла, наверное, практически всё ранчо по кругу перед тем, как, наконец, обнаружила её. И где бы вы думали? В самом очевидном месте - в репетиционном зале, конечно же! То, что она прячется именно там было ясно, как Божий день, но почему-то мысль пойти туда в первую очередь, не посетила меня раньше. Из приоткрытой двери зала доносилась динамичная, бойкая мелодия, которая тут же засела в голове как заезжая пластинка и вызвала прилив приятной ностальгии по временам, когда я, не раздумывая, пустилась бы под неё танцевать. А вот Джанет под неё не танцевала. Заглянув в имеющийся проём, я увидела, что она просто стоит абсолютно неподвижно в самом центре, опустив голову и явно о чём-то размышляя. Я осторожно постучала. - Привет. Не помешаю? Девушка обернулась. Увидев, что это всего лишь я, её лицо сразу же смягчилось. Она быстро метнулась к музыкальному шкафчику и выключила грохочущую мелодию. - Привет, - она улыбнулась немного нервно, скромно потупив глаза. – Не помешаешь, проходи. - Репетируешь? Джанет прерывисто вздохнула. - Пытаюсь, да… Ей явно было не по себе. - Извини, я не собиралась мешать… - я запнулась, тоже чувствуя некоторую неловкость. – Майкл сказал, что вы поругались, а ты не пришла к ужину, и я решила найти тебя… - Да нет, мы не ругались, просто поспорили, - вздохнула девушка. - Джанет… - Я не огорчилась, хотя было обидно, - продолжила она. – Но Майкл прав, на самом деле. И его надо слушать, опыта у него намного больше, чем у меня, - Джанет поджала красивые пухлые губы. – Я тут… просто решила порепетировать к выступлению. Не заметила, как время пролетело. - Понимаю, - кивнула я, - я раньше тоже могла сутками из танцевального зала не вылезать, - и улыбнулась собственным воспоминаниям. - Майкл говорил, что ты танцовщица. - Да. Была, - грустный вздох вырвался у меня против моей воли. Джанет заинтересованно приблизилась, окинула меня изучающим взглядом и вопросительно приподняла одну бровь. - А ты разве сейчас не танцуешь? - Давно уже нет. Собственно, больше пяти лет. С тех пор, как забеременела… Даже раньше, если вспомнить некоторые события… Ну, в общем, это долгая история, так в двух словах не объяснить, - я сделала вид, что мне совершенно не грустно от нахлынувших мыслей и натянула на лицо улыбку. Джанет немного помолчала. - Это ведь ты тогда спасла Майкла от пуль какой-то сумасшедшей фанатки? - Да, я… Но там всё было не так… - я поморщилась, с неохотой думая о Саре. Девушка оттарабанила уже треть тюремного срока, если подумать. – В общем, там всё очень сложно, - комкано подытожила я. Подумав, мисс Джексон произнесла: - Ну, я не тороплюсь… - и приглашающе повела рукой. – Если ты не против, можем посидеть здесь и немного поболтать. Мне было бы интересно услышать эту историю. Брат рассказывал очень мало и туманно… - Надо же… - Он не очень-то доверяет семье, - осторожно сказала Джанет и внимательно на меня посмотрела. – Я могу его понять, но… Это всё равно обидно. Потому что, мне казалось, что мы довольно близки... И уж мне-то можно было сказать, что у него девушка и сын! – Недовольно фыркнула она. – Хотя Лиза Мари мне нравилась, - прибавила она и снова прошила меня пристальным взглядом чёрных глаз. Я только пожала плечами. Отвечать на выпад с её стороны с явной целью испытать меня на прочность, я не собиралась. - Если и правда интересно, я расскажу, - вместо этого сказала я спокойно. Мы сели прямо на пол, и я поведала ей о том, что происходило пять лет назад здесь, на ранчо. Потом о том, как жила в России уже после побега, о том, как пыталась привести Майкла в чувство в Англии и о вспыхнувшем вновь чувстве, приведшее меня обратно в "Неверленд". Джанет была благодарной слушательницей. Я выложила ей всё, не утаила ничего. Она всё принимала близко к сердцу, ахала, смеялась, радовалась, злилась и даже ругалась по ходу моего рассказа. - Ничего себе… - когда я закончила, покачала она головой. – Прямо в пору роман писать! Будет пользоваться успехом*, - она издала сдержанный смешок. – Да, у меня тоже всё не гладко было в жизни, - сказала она, но тут же замолчала. Видимо, не настолько ещё мне доверяла, чтобы в ответ поделиться своими жизненными перипетиями. Я не настаивала. – Но я засиделась, - сказала она, вставая и потягиваясь. – Нужно закончить с номером. А то через два дня ехать в продолжение турне, а я всё ещё не готова. Я тоже поднялась. - Джанет, слушай… А можно мне… ну… немного посмотреть? – Спросила я робко. - Не пойдёшь к брату? – Спросила девушка с лукавой улыбкой. – Время уже за полночь, наверняка он тебя ищет. Но если правда хочешь, то оставайся. Тем более, что ты тоже понимаешь в танцах. Может, совет какой дашь, - дружелюбно улыбнулась Джанет. - Может и дам, - неопределённо сказала я и села спиной к зеркалу. Смотреть на изящную и грациозную мисс Джексон было очень приятно. Двигалась она отлично, точно знала где нужно быть более плавной, где взорваться, а где сделать паузу, чтобы удержать вокальную линию. Она ведь в первую очередь певица, а уж потом – танцовщица. В который раз я подумала, что они с Майклом были очень похожи не только как близкие родственники: оба жили сценой, музыкой, у обоих был дар к артистизму и танцам, у обоих невероятный и очень красивый тембр голосов. Но… Всё же они разные. Джанет – явно старательная и трудолюбивая артистка. И если Майкл был батарейкой, вечным солнечным зайчиком, вызывавшим ликование и трепет своими движениями даже на репетициях, то его сестра показалась мне… немного недотягивавшей. Нет, она вполне достойно всё делала, старалась и выкладывалась, но… как будто чуть-чуть не то. И замечания к ней у меня были. Причём, довольно много. Местами мне казалось, что ей не хватает какого акцента или яркой точки в хореографии номера. Возможно, так сказывалась моя работа с Майклом в своё время. Уж он-то был мастером ярких и смелых решений, не боялся экспериментов и воплощал фантазию в реальность, и теперь я искала это подобие у всех. А Джанет показалась мне осторожной и шаблонной. Да, её сценический образ был довольно раскрепощённым и прямо-таки излучал сексуальность. Но ей явно чего-то не хватало… И, кажется, я уже поняла, чего именно. Тем не менее, я сидела и наблюдала за её работой молча, не вставляя ненужных и несвоевременных советов. Наверное, она показала примерно пять своих номеров перед тем, как остановилась. - Ну, как тебе? – Пытаясь отдышаться, спросила она. Я честно обдумала её вопрос. - Очень хорошо, - сказала я сдержанно. Она приблизилась. - Плохо, да, - она не спрашивала, утверждала. – Знаю, я не Майкл… Вот сейчас прямо мысли мои прочитала! Я даже испугалась, что, возможно, не смогла удержать на лице заинтересованно-доброжелательное выражение, и поэтому она упомянула брата. - Нет, что ты, это вовсе не плохо, - поспешила я её разубедить, но запнулась, не зная, стоит ли озвучивать ей свою оценку. - Ну да, ври больше, - расстроенно буркнула Джанет. Я вздохнула. Что ж, будем выкладывать, как есть. - Чтоб ты знала, я не вру, - немного уязвлённо нахмурилась я. – У тебя явно талантливые, профессиональные помощники-хореографы, знающие своё дело, но тебе действительно кое-чего не хватает, на мой взгляд… Но, ты имей в виду, я-то как раз не профессионал… Но, если ты хочешь, - Джанет тут же кивнула. Я подумала. - Хммм… Знаешь, когда я смотрю, всё идёт каким-то одним потоком. Ну, не цепляет, понимаешь? - Девушка сникла буквально на глазах. Я немного испугалась, что она снова зажмётся, и сделала хитрый ход. - Милая Джанет, - я подошла к ней и взяла её смуглые, тонкие ладошки в свои руки. – Я очень прошу тебя, не нужно сравнивать себя с братом! У Майкла один путь, у тебя – другой. Ты хоть и его сестра, но ты - не он! Да, Майкл действительно лучший в своём деле. И я говорю это не потому, что люблю его или желаю унизить тебя. Я хочу, чтобы ты поняла – у тебя своя дорога. Вы носите одну фамилию, но вы всё же разные. Знаешь, поучаствовав в его "Bad tour", я сильно изменила свою точку зрения на многое в танцах и продвинулась вперёд. У Майкла стоит поучиться, но не копировать. - Что ты предлагаешь? - Возможно, тебе стоит добавить акцентов? У тебя они есть в вокале, так поставь их и в хореографии. - Показывай, - неожиданно потребовала она. Я запаниковала. Такого исхода ситуации я не предполагала. - Ну… Я уже сто лет не танцевала… - попробовала отмазаться я, но не тут-то было. Джанет аж вся подобралась. - Ой, не набивай себе цену, Джулия, - она уже тащила меня на середину зала. - В танцах, как в езде на велосипеде, невозможно разучиться. Ты либо чувствуешь ритм, либо нет. Показывай, давай! – Настаивала она. - Ладно, - вздохнула я. – Смотри… Слово за слово, движение за движением… Джанет загорелась таким энтузиазмом, что заразила и меня. И если по началу я довольно сильно зажималась с непривычки, и мои движения были скованными и вялыми, то с течением времени я вошла, что называется, в раж и начала работать в полную силу. Интересно, что мисс Джексон прислушивалась ко мне, внимательно следила и старательно вникала в то, что я пыталась ей растолковать и показать. Это вселяло веру, что я действительно способна помочь опытной и к тому же всемирно известной артистке. Не знаю, сколько в итоге мы провели в зале за разговорами и репетицией, пока к нам не заявился Майкл, который и правда искал меня. И тут же был оперативно и дружно выставлен нами вон из репетиционной. Джексон явно обиделся, но мы были так поглощены своими идеями, что практически не обратили на него внимания. Разошлись мы лишь под утро, когда уже светало, а я, да и Джанет тоже, валились с ног от усталости, договорившись продолжить работу завтра. А когда я наконец-то доползла до своей комнаты, то обнаружила в ней страшно недовольного Майкла, который упрямо дожидался меня и не ложился, но была настолько замучена ставшей за пять лет непривычной физической нагрузкой, что просто рухнула в постель. Меня хватило лишь на то, чтобы подползти к нему под тёплый бок и уткнуться носом в подмышку, и я абсолютно счастливо отключилась от действительности, мигом провалившись в сон.

***

Мы с Джанет действительно продолжили работать на следующий день. И, вау! Майкл ничего против наших с Джанет репетиций в итоге не имел. Да и мы особо его не спрашивали, если быть до конца честными. Он успел лишь немного понудеть, что ему будет скучно и плохо. Но как только понял, что ему и сыну будет предоставлена полная свобода действий, сразу же успокоился. И даже сделал мне очередной сюрприз – вручил небольшую серую коробку, широко ухмыляясь от уха до уха. Я открыла и ахнула! Внутри была пара кожаных джазовок, в которых я сразу же узнала те самые, что я когда-то давно не приняла от него в дар, вернув Биллу. Я взвизгнула от радости и повисла у него на шее, целуя, куда придётся, и сбивчиво выкрикивая в ухо слова благодарности и любви, а он только смеялся и обнимал меня в ответ, совершенно довольный произведённым эффектом. В зале я прямо пылала воодушевлением и радостью – слишком сильно скучала по танцам, а тут такая возможность! Работа спорилась, настроение было прекрасное, время летело незаметно, и мы снова проторчали в репетиционной почти весь день. Мисс Джексон осталась невероятно довольна результатом, отчего я радовалась вдвойне. Всё же безумно приятно было снова почувствовать ноющую от нагрузки боль в ногах и вспомнить движения, давно закреплённые где-то глубоко, на уровне инстинктов. Именно в тот день Джанет задала мне вопрос, определивший мою последующую жизнь. - Слушай, - сказала она, когда мы, наконец, присели отдохнуть после очередного прогона, - мне очень нравится твоё видение. Ты всё ещё замечательно двигаешься. - Спасибо, - улыбнулась я. - У тебя уникальное чувство танца! – Продолжила восторгаться Джанет. – Ты за два дня помогла мне из просто движений под песню создать настоящую магию и придать смысл всему номеру! Я впечатлена. Ты и правда талант! – Я просто хотела помочь, - скромно пожала я плечами. Джанет не дала мне опомниться. - Не хочешь стать моим хореографом?