You Are My Life

«Чем больше звезда, тем больше лжи».

Майкл Джексон

Я от души рассмеялась. - Забавная шутка, Джанет. Девушка в ответ посмотрела на меня, как на тяжелобольную. - Вообще-то, я не шучу, - в её словах сквозила лёгкая обида, и я резко перестала улыбаться. Сначала я подумала, что ей просто жаль меня. Но тут же я откинула эту мысль. Тогда в голову сразу же закрались сомнения, что это всего лишь влияние брата. Но и эту идею я опровергла. Джанет и Майкл хоть и были сострадательными и добрыми, но, когда дело заходило об их шоу, то они совершенно точно не стали бы терпеть непрофессионализм, даже из побуждений поддержать близкого человека. В этом вопросе они однозначно действовали только в своих интересах и ни в чьих больше. Некоторое время я сверлила девушку пристальным взглядом, пытаясь найти подвох, но она совершенно не менялась в лице - Джанет действительно была серьёзна в своём намерении. - Что ж, - немного растерянно произнесла я, - это… - я откашлялась, - это очень неожиданно, - мисс Джексон ждала, пока я переварю её предложение. – Я ценю твоё доверие, но, думаю, это плохая идея. - И что же в этом плохого? Я не выдержала и всплеснула руками. - Да ну, перестань! Какой из меня хореограф? У меня и образования-то нет… А опыта и того меньше. Джанет промолчала. А я вдруг поймала себя на том, что предложение очень даже заманчивое. Я живо вспомнила недавние съёмки видео Майкла в Германии и те радость и возбуждение, что ощутила, просто будучи рядом и наблюдая за происходящим. Я любила танцы. Наверное, поэтому, стоило мне очутиться на сцене или за кулисье, как внутри поднималась волна восторга и грусти, а я неосознанно расправляла плечи и начинала двигаться. Мне хотелось, так сильно хотелось, до дрожи в кончиках пальцев, до полнейшего безумия, снова окунуться с головой в танцевальный мир, почувствовать ритм мелодии и ощутить атмосферу репетиций и выступлений! И не единожды, а постоянно, столько, сколько возможно, если бы не... Если бы "не". А у меня было слишком много этих "не". Оказавшись вновь в родной стихии, я в очередной раз пожалела о том, что когда-то наделала ошибок. Но совсем ненадолго. - Нет, Джанет, я не могу, - я покачала головой. - У меня маленький ребёнок, кроме того, что я уже много лет не танцевала. Мне правда очень хотелось бы, но всё же семья для меня на первом месте. Поэтому я откажусь. Но, чем смогу, обязательно помогу в любой момент, - и я, как могла, оптимистично улыбнулась, пытаясь скорее приободриться сама, чем поддержать Джанет. - Очень жаль, - наконец, проговорила девушка. – Ты бы справилась. Я польщённо кивнула ей. - Возможно. Но всё же нет. - Хорошо, как хочешь, - не стала уговаривать Джанет. – Но я ещё к тебе обращусь. Можно? - Конечно! На том мы и остановились. Нет, в смысле, мы ещё с ней порепетировали, но к этой теме больше не возвращались. И через два дня Джанет покинула ранчо Майкла. А я осталась. На самом деле, я совершенно не грешила, когда говорила, что легко и без сожалений отказалась от ставки хореографа всемирно известной певицы Джанет Джексон. Мне, на самом деле, далось это очень просто. У меня не было истерик или какой-то сильной печали по упущенной возможности. Я просто взвесила все "за" и "против" и поняла, что это мне не подходит. Тогда я рассуждала в том ключе, что хочу посвятить себя семье, детям, Майклу, стать хорошей женой, и всё в таком духе. И я же решила, что с танцами покончено. Хотя именно с того времени, я вновь стала приходить в репетиционный зал, когда выдавалась свободная минутка, и разминаться. Просто так, для собственного удовольствия. Меня в моей жизни всё устраивало. Ведь мы с Майклом тогда и правда старались стать настоящей семьёй.

***

Однако, кроме всего прочего, были у нас и трудности. Первая и самая весомая была связана с тем, что мне и сыну нужно было окончательно оформить своё пребывание в Штатах. Сейчас у меня была так называемая долгосрочная виза с возможностью пребывания на территории США до трёх лет. Миссис Джексон очень настаивала на том, чтобы мы с Майклом узаконили свои отношения. И чем быстрее, тем лучше. Будучи женщиной глубоко нравственной и верующей, она довольно рьяно следовала жизненным принципам, соответствующим её образу жизни. Ласково и ненавязчиво, но всё же регулярно, женщина "капала" нам на мозг, что дети должны рождаться в браке. Кроме того, Майкл очень хотел оформить отцовство над сыном, ведь в свидетельстве о рождении ребёнка была пустая графа, а это было возможно только после того, как будут урегулированы все вопросы с основными документами. Я начала с того, что подала документы на грин-карту. Со сбором и заполнением огромного количества бумажек мне помогали адвокаты Майкла, которым было велено сделать всё максимально быстро и в короткий срок. Но с машиной управления страны я уже сталкивалась и небезосновательно подозревала, что всё будет непросто. Так и случилось. В какой-то момент в иммиграционном бюро потребовалось моё личное присутствие. На встречу я поехала вместе с юристом команды Майкла. Там мне сообщили, что документы рассмотрены и одобрены, и только я собралась выдохнуть, как мне заявили, что с заключением брака нужно подождать. И не сколько-нибудь, а целых шесть месяцев* ! Якобы такой срок необходим для подтверждения, что отношения между женихом и невестой реальные, а не фиктивные. Не то, чтобы меня сильно взволновал или огорчил длительный период ожидания, но я предчувствовала проблемы со стороны Джексона… Майкл буквально взорвался, когда узнал, что придётся ждать полгода. Он был жутко недоволен и расстроен, потому что рассчитывал на то, что в скором времени будет иметь полное право быть отцом собственному сыну. А здесь вдруг образовалось непреодолимое препятствие на пути. Джексон ненавидел ждать, когда чего-то сильно хотел. Юристы и адвокаты попытались сократить озвученный срок, но, к сожалению, власти не хотели идти навстречу. Негодовал он долго, но ничего не оставалось, кроме как смириться с таким положением дел. Я же восприняла всё более спокойно и даже с каким-то… облегчением что ли? Мне всегда казалось, что поспешные решения – это плохо. Поэтому, в свою очередь, подумала, что всё к лучшему. Мне не было, что называется, замуж невтерпёж. Скорее, слегка беспокоило моё положение. Ведь я всё ещё была никто и жила в "Неверленде" на птичьих правах. А это смутно напоминало судьбу приживалки, которой я становиться никогда не хотела. Тем более, в нашем случае. Ведь прессе только дай повод, раздуют из мухи слона. Тем не менее, я решила, что раз уж судьбе это зачем-то нужно, то пусть будет так. И просто плыла по течению, стараясь стоически выдерживать натиск и сложности новой жизни. А ещё нам пришлось нанять для сына няню. Вот этому я сначала очень сопротивлялась. Но, к сожалению, жизнь Майкла Джексона была настолько загруженной и занятой, что в итоге, засосала и меня, и помощь стала просто необходима, так как детский сад наследнику Короля поп-музыки был недоступен по вполне понятным причинам. Но нам повезло. Няней стала повариха Грейс*, моя давняя знакомица и сотрудница ранчо. Она была без ума от Майкла-младшего, впрочем, как и все вокруг, поэтому вызвалась сама, когда узнала, что есть вакансия. Сын её уже знал, как и мы, она была надёжна, внимательна, в меру строга и в меру добра, могла прикрикнуть при надобности или похвалить, но не переходила границы разумного. Кроме того, она воспитала четырёх своих детей, и опыт у неё, несомненно, был солидный. Поэтому колебалась я недолго и в итоге Грейс нас всех устроила. Тем более, что вскоре её помощь стала просто жизненно необходимой, ведь ещё одно тяжкое испытание ждало меня уже довольно скоро.

***

Мы с сыном сидели на лужайке возле дома под большим тентом, который для нас растянул Билл и читали книжку. Вернее, изучали английские буквы, а потом складывали их в слоги – ребёнок довольно азартно и с удовольствием учился читать. Книжка была яркая, с большими красивыми картинками, одно удовольствие даже для меня. - Вот я вас и нашёл! – К нам приближался Майкл, только что вернувшийся из деловой поездки в город. Я улыбнулась ему, а сын тут же вскочил и понёсся ему навстречу – обоим этот своеобразный отцовско-сыновий ритуал жутко нравился. - Папа! - Подсолнушек! — Майкл прижал его к себе и поцеловал в пухленькую щёчку, а я закатила глаза – Джексон стащил у меня ласковое прозвище сына. — Привет, - сказал он уже мне, приблизившись и наклоняясь для поцелуя. – Чем занимаетесь? — Привет, читаем. А как ты? Как поездка? - Вроде бы неплохо, - сказал Майкл. – Есть пара новостей, - он плюхнулся возле меня на траву прямо в своих парадных брюках, не заботясь о том, что может их запачкать. - Рассказывай! – Потребовал сын, который тут же оперативно забрался к Майклу на колени. - Ммм… С чего бы начать? – Картинно задумался Джексон, поудобнее перехватив сына и хитро прищурившись. - С самого интересного! - Что ж… Тогда… Скоро приедет тётя Джанет, - сказал Майкл сыну. - Классно! – Отозвался сын. - Здорово, - улыбнулась я. – Будете дальше работать над песней? - Мы её закончили. Сейчас она на сведении, я был на студии. Теперь будем снимать видео. Я уже одобрил концепцию режиссёра. - Вот как, - хмыкнула я. Как говорится, никогда не останавливаться на достигнутом. - Да и… Собственно… нам будет нужна твоя помощь, - буркнул Майкл и как будто немного виновато спрятал глаза. Но меня не проведёшь. - Колись уже, что вы придумали, - со вздохом сказала я. - Ну… Это всё Джанет, - быстро перевёл Джексон стрелки на сестру. – Она хочет, чтобы ты помогла с хореографией в клипе. Да ладно! Не может этого быть! - Помогла ей или вам? – Уточнила я, и Майкл запнулся. – Ясно, не отвечай. Джанет, - ничего не изменилось. Конечно, ведь Джексон всегда сам ставит свои танцевальные партии. А вот его сестра не оставляла попыток расшевелить меня. - Нет, ну почему сразу Джанет, я тоже не буду против хорошего совета от знающего человека, - вывернулся он. - Ой, не оправдывайтесь, мистер Джексон, - фыркнула я. – С вами всё ясно, - и вздохнула. - Тоже мне, нашёл знающего человека… - Хоть я и начала снова немного разминаться и танцевать, былой формы мне никогда не обрести. Я погрустнела, но ответила: – Что ж, я подумаю над этим предложением. Меж тем сыну очень быстро наскучил взрослый разговор, и он уже собрался потянуть отца куда-то играть, но тот не пошёл, а остался сидеть рядом со мной. Я удивилась. Чтоб он и отказал сыну? Невозможно! Видимо, есть о чём ещё со мной поговорить. Осторожно отделавшись от ребёнка, Джексон мягко привлёк меня к себе ближе и обнял. Я откинулась спиной ему на грудь, а он склонился и прижался щекой к моей макушке. Он был подозрительно тих, и я подумала неладное. И точно. - Знаешь… Есть ещё кое-что… - наконец, произнёс Джексон мне в волосы. - М? - Не знаю, как сказать… - голос у него был очень неуверенный. – Это что-то очень страшное? То, что ты хочешь сказать? - Ну… Я не знаю, как ты к этому отнесешься. - Просто скажи, как есть, - я пожала плечами, - а я постараюсь не делать поспешных выводов. - Джулия, меня приглашают присутствовать на "Грэмми"* . - Так это же вроде не страшно, - улыбнулась я. Повернув к нему голову и взглянув снизу-вверх, я поймала его взволнованный взгляд. – Когда церемония? - Через две недели. - Езжай, конечно. Тебе необходимо быть на таком важном событии. - Да… Джанет тоже будет присутствовать. - Тем более! - Я хочу, чтобы ты поехала со мной, - я застыла на мгновение. По телу немедленно пробежали холодные мурашки испуга, но я быстро взяла себя в руки. Я знала, на что шла, когда возвращалась к Майклу. Он звезда, теперь мне следует соответствовать. Подавив нахлынувшее волнение, я спокойно сказала: - Хорошо. - Хорошо? – Переспросил Майкл и даже отклонился, чтобы получше разглядеть моё лицо. – Серьёзно? - Ну да, - я открыто посмотрела в его чёрные глаза, излучающие подозрение. – Только ты должен иметь в виду, что я никогда не была на таких светских мероприятиях. Поэтому… Я не умею себя вести, не знаю тонкостей этикета и… - я загибала пальцы, подспудно пытаясь его напугать и заставить отказаться от этой идеи, - мне нечего надеть. Майкл рассмеялся так, как будто я ляпнула сейчас что-то чрезвычайно смешное. - Нашла из-за чего переживать. Я уже сказал Бушу, что тебе нужно платье. Я прищурилась. Ага, раз уже сказал, значит, я всё правильно поняла, и моё согласие было лишь формальностью. Это немного меня покоробило. То, что Майкл, хоть и очень аккуратно, но поставил меня перед фактом. Однако я постаралась не заморачиваться и проигнорировала внутренний звоночек. - Но дело не только в платье! – Я покачала головой. – Всё остальное тебя не смущает? - Нет, - с ощутимым облегчением и как-то даже весело ответил Джексон. Я снова сузила глаза. – Ой, да перестань, - Майкл фыркнул, продолжая широко улыбаться. Явно был очень доволен происходящим. – Это не сложно. Все эти награды и премии довольно скучные мероприятия. Не то, чтобы я очень любил на них присутствовать, но приходится, понимаешь? Это часть… процесса, - говорил он, касаясь мягкими губами моего виска. – В этот раз я не выступаю, но проигнорировать приглашение не могу. Поэтому мы просто приедем, посидим там, посмотрим концерт, - а заодно посмотрят на нас, ага, - и уедем обратно. Из его уст всё звучало довольно просто, но понятно, что это вовсе просто не будет. Тем не менее, я собиралась преодолеть это испытание с достоинством и покладисто кивнула. - Ну, если ты постоянно будешь рядом и не бросишь меня на растерзание всем этим жутко знаменитым людям, то я спокойна, - Господи, кому я вру... Нервничать стану, будь здоров. Но выхода у меня нет… - Ещё Джанет, не забудь, - напомнил Майкл. - Ох, ну да, точно, - я скрыла саркастичную гримасу, отвернувшись от него под предлогом того, что высматривала, где же носится сын. - Тогда я буду как в танке, если уж даже Джанет!.. - пошутила я, вызвав у Джексона очередной приступ веселья. Удовлетворённый исходом разговора выше всякой меры, Майкл сразу начал лучиться радостью. Немного посидев со мной, он быстренько переключился на сына, отправившись играть с ним, а я осталась сидеть и наблюдать за ними. Да, эти две недели мне скучно не будет. Собственно, как всегда рядом с Майклом. В общем, всё оставшееся время до "Грэмми" я переживала и дёргалась, параллельно пытаясь у кого-то и как-то выяснить правила приличия, принятые в высших кругах шоу-бизнеса. Но никто не мог мне с этим помочь. Отчаявшись, я даже набралась смелости и позвонила миссис Элизабет Тейлор. Кто же, как не она, вращающаяся в элите, ещё сможет меня просветить. С замиранием сердца я ждала, когда снимут трубку на том конце провода, и предчувствовала, что на меня обрушится гнев кинодивы, которая когда-то обещала из-под земли меня достать. Но мне до такой степени было не по себе, что я сейчас вытерпела бы что угодно. Однако, то ли к моему разочарованию, то ли к счастью, та была в отъезде… Казалось бы, я ведь полжизни провела на людях, выступая на сцене перед толпой, и ситуации были самые разные: и пугающие, и весёлые, и сложные, и дурацкие, что уж скрывать. Я никогда не боялась быть в центре внимания. Но старалась держаться стороной. Не потому что набивала себе цену или была чересчур скромной, просто мне это было не надо. Будучи совсем молодой, я грезила танцевальной карьерой и успехом, но как-то упускала из виду тот факт, что это идёт рука об руку с популярностью. А популярность, как известно, состояние неоднозначное. И перед моими глазами был самый яркий пример – Майкл Джексон, человек, добившийся невероятных высот музыкальной карьеры и при этом находящийся под таким давлением медийности и известности, что стал объектом не только обожания и преклонения, но и скандалов, а также насмешек и глупейших слухов. А это тот самый случай, когда ты начинаешь задумываться над вопросом: когда тебя показывают по телевидению, люди смеются с тобой или над тобой? А вот разборки с нарядом на церемонию прошли быстро и почти безболезненно. Первый раз костюмер Майкл Буш приехал на ранчо, чтобы снять с меня мерки, а к этому мне было не привыкать. А во второй свой визит чуть больше, чем через неделю, привёз уже готовое платье. Я была в шоке и от скорости исполнения, и от платья. Никогда я не видела такого великолепия! Хотя… Нет, кривлю душой, видела, но не на себе, конечно же. Платье было потрясающее! Снежно-белый шёлк, струящийся в пол подол с разрезом по одной стороне примерно до середины бедра, лиф, расшитый белыми блестками и пайетками, смелое, но не пошлое декольте, и длинные расклешённые рукава, словно крылья... К платью шли белоснежные перчатки до середины кисти, туфельки точно по моему размеру на небольшом, устойчивом каблучке, а также чёрный поясок, перехватывающий талию, и чёрная же сумочка-клатч. Я испугалась символичного цвета, но Буш уверил, что это выбор Майкла – у того тоже должен быть белый жакет, а раз я его сопровождала, то и мой внешний вид должен был гармонировать с его. А ещё Буш притащил совершенно невероятную изящную диадему мне в волосы. Я наотрез отказалась её надевать, настояв на том, что обойдусь подвеской на шее, подарком Майкла, которую я не снимала с тех самых пор, как он собственноручно застегнул замочек цепочки, и замечательно смотревшейся с платьем. На мой взгляд, уже и так было слишком – весь мой наряд ощущался как минимум по-королевски роскошным, а я хотела сохранить некоторую простоту. Я вдруг почувствовала себя девушкой на выданье. Ух… Нет, серьёзно, в таком хоть сейчас под венец! При взгляде на эти вещи у меня даже дыхание сбивалось. А ведь это просто светский вечер, а не свадьба… Я повздыхала и спрятала всю эту красоту в глубину шкафа моей комнаты, даже не удосужившись показаться в этом Майклу пред светлы очи. Пусть сюрприз будет. В конце концов, тот самый день "Х" настал и моим нервным метаньям пришёл конец. Если честно, я даже выдохнула. Осталось-то всего ничего: перетерпеть несколько часов и можно расслабиться. Майкл всё это время был спокоен как его памятный друг-удав Мускул. Ему-то не привыкать, а на мои плечи ложилась большая ответственность. Я была уверена, что буду под прицелом камер больше, чем он в этот вечер, и опозориться страшно не хотелось. Забегая вперёд, скажу, что, конечно, я оказалась права – я была хоть и не главным событием, но определённо самым обсуждаемым.

***

Я стояла перед зеркалом и отводила глаза, боясь взглянуть на собственное отражение. - Ну, ты чего? Посмотри, какая ты красавица! – Увещевала меня Карен, которая помогала мне с вечерним макияжем и облачением в это произведение искусства, называемое платьем. А мне не хотелось увидеть в зеркале расфуфыренную, разукрашенную и совершенно нелепую в этом виде женщину. - Боюсь… - Чего? – Карен закатила глаза и тяжело вздохнула. – Я, честное слово, не понимаю! - Ну… Вдруг… - Сказать тебе, что "вдруг" бывает? – Съехидничала визажистка и коротко рассмеялась. – Я тебе клянусь, я очень старалась! Даже над Майклом так не колдую, как над тобой сегодня! И мне бы уже хотелось услышать слова благодарности, - чуть надула она губы. Ладно. Я несмело глянула в зеркало. Ой, мама дорогая! Это что, я?! Выглядела я действительно классно. Платье сидело точно по фигуре. Мягкая на ощупь ткань приятно холодила кожу, фасон выгодно подчёркивал все достоинства и оттенял недостатки. Волосы, которые Карен помогла мне завить крупными локонами, свободно ниспадали на плечи, глаза сияли, чуть тронутые макияжем. И только на скулах играл румянец, причём ещё вопрос от чего больше: от того, что его подчеркнула визажистка, или это я так отчаянно краснела. - Офигеть… - вырвалось у меня. Карен хмыкнула. - Сочту за комплимент моим стараниям. А ты боялась, - довольно улыбнулась она. – С тобой работать одно удовольствие. Природа наградила тебя правильными пропорциями и привлекательными чертами лица. Мне оставалось только чуть-чуть подчеркнуть. Минимум усилий, зато результат!.. - Спасибо… - всё ещё ошеломлённо прошептала я. В дверь настойчиво постучали. - Даю гарантию в сто процентов, что это Майкл, - сказала Карен, когда мы с ней одновременно обернулись на стук. – Пожалуй, моя работа окончена, - сразу же засобиралась девушка. - Я впущу его? Меня пробрала ощутимая дрожь, и я начала нервно оправлять на себе несуществующие складки. Кто ж знает, как он воспримет то, что из меня сотворили. Я молча кивнула. Карен ободряюще подмигнула мне и пошла к двери. - Нам можно войти? – Спросил мягкий голос Майкла. - Конечно, мы закончили, - сказала визажистка. Сзади раздался шорох шагов. Я несмело подняла глаза от платья, повернулась и встретилась взглядом с Джексоном. К слову, он действительно был облачён в ослепительно-белый жакет в его излюбленном милитари-стиле, расшитый жемчугом и стеклярусом, под которым, конечно же, была надета белая футболка, и чёрные узкие брюки, так шедшие его стройной фигуре. Тщательно уложенные, выпрямленные волосы каскадом ниспадали вокруг его лица. Красив, как бог! Он разглядывал меня с нескрываемым восхищением. Это выражение лица я уже видела у него когда-то очень давно, когда мы делили сцену в Токио, в тот самый, первый концерт… Повисла напряжённая и многозначительная пауза. - Ну, вот… Как-то так… получилось, - скомкано пробурчала я, чтобы скрыть неловкость и смущение, и сложила руки на животе, как будто отвечала у школьной доски перед строгим учителем. - Мама, ты красивая! – Выкрикнул сын, который пришёл вместе с Майклом. Я сморгнула, и меня чуть отпустило. Это просто какая-то магия! Вот сколько бы лет ни прошло, я всё равно каждый раз попадаю под чары Джексона… - Спасибо, малыш, - я ласково улыбнулась ребёнку, который, выдернул руку из ладони отца и приблизился ко мне. Наклонившись, я осторожно чмокнула его в щёку. – Я хотела тебе понравиться. И папе… - неуверенно закончила я, косясь на мужчину. - Мне нравится! – Авторитетно заявил сын. - Я… - Майкл тоже отмер и издал сдавленный звук. – Папе тоже понравилось, - медленно проговорил он чуть хриплым, низким голосом и приблизился, не отрывая от меня пристального взгляда чёрных глаз. – Я ослеплён и очарован, - сказал он мне через паузу уже тише и ещё вкрадчивее. Сердце немедленно забилось с перебоями, а губы пересохли. Его оценивающий взгляд словно обжигал. - Я… не привыкла к таким… роскошным нарядам, - искренне посетовала я, одновременно вспоминая, что иногда всё же надо дышать. - Тебе безумно идёт, - Майкл поднял руку, затянутую в чёрную перчатку, и легонько коснулся моей щеки. Ласкающим движением провёл по линии скулы, к уху и дальше, под волосы на затылке, одновременно приблизившись так, что я почувствовала его дыхание на своей коже. И застыла, не в силах даже пошевелиться. Короткий, почти невесомый поцелуй обжёг губы сильнее, чем я ожидала, и мне стоило больших усилий устоять на ногах. Но Майкл не позволил себе большего, ведь рядом был ребёнок. Он вдруг поднял голову и сказал потолку комнаты: - Спасибо тебе, Господи, за такую красоту… Я в конец смутилась и пошатнулась, сделав неловкий шаг назад. Джексон легко поймал меня за локоть и придержал, тут же заулыбавшись, как чрезмерно сытый кот. - Осторожнее, мисс Линн, не оступитесь, - подначил он меня. Я недовольно поджала губы, и его улыбка стала ещё шире. – Ну что, готова к выходу в свет? - Нет, - честно выдохнула я, - но кого это волнует… Майкл мягко рассмеялся. - Да ладно тебе! Ты справишься. Я в тебя верю. Да… Как говорит Бэт: "Гномики в тебя верят, смотри, не подведи их!". - Только попробуй отпустить мою руку, Джексон, - предупреждающе прорычала я. - Ещё чего, - фыркнул он. – Во-первых, я обещал. А во-вторых… Чтоб тебя кто-нибудь увёл? Ну, уж нет! И Джанет скажу, чтоб не отходила. - Какие у меня в этот вечер телохранители… элитные, - пошутила я. Посчитав мою шутку за хороший знак, Майкл захихикал и, ласковым движением взяв в плен мою ладонь, повёл на выход. Мы попрощались с сыном, расцеловали его в обе щёки, пообещали вернуться как можно быстрее, и с чистой совестью сдали его няне Грейс. Билл распахнул передо мной заднюю дверь, и я забралась в машину со всей элегантностью, с которой только могла. Майкл юркнул в салон следом. Мы помахали домочадцам из окна автомобиля и покатили в сторону города. Дорога обещала быть долгой, и я приготовилась особенно не ёрзать, чтобы не помять своё потрясающее платье. Что я не так давно говорила про невозможность следовать плану в присутствии Майкла? Как только машина вырулила на шоссе, Джексон нажал кнопку, поднимая перегородку между нами и пассажирами впереди. Салон машины сразу же заполнила мелодия, в которой я вдруг узнала одно из произведений Чайковского. - Любишь классику? – Опрометчиво повернулась я к Майклу от окна, в которое пялилась, искренне пытаясь хоть немного внутренне расслабиться. - Ага, - выдохнул он за мгновение до того, как накрыть мои губы своими в настойчивом, властном поцелуе. Знаете… Классическая музыка, в общем-то красивая, но не особенно примечательная в моём сознании. А теперь она никогда больше не станет прежней, потому что почти всю дорогу до места назначения мы целовались, как два дорвавшихся подростка под "Времена года", "Вальс цветов" и много чего ещё, дорога-то длинная. На въезде в город я уже начала его останавливать. Очень не хотелось появляться в первый раз на публике с совершенно неприлично опухшими губами. - Может, не поедем? – Промычал он мне в шею после очередного моего осторожного замечания. - Нельзя, - рвано выдохнула я в ответ, - ты же сам говорил, что тебе обязательно нужно присутствовать! И вообще… Зачем я тогда так вырядилась? - Повторю, тебе очень идёт это платье, и… цвет к лицу, - ухмыльнулся Майкл, подняв голову и улыбнувшись. Я фыркнула на неприкрытый намёк. - Я от кого-то слышала, что хорошим тоном считается появиться на мероприятии в гармоничных нарядах… Так что это из-за тебя. - Я и не отрицаю, - подмигнул он мне с неприкрытым удовольствием. – Считай, что это репетиция. - Репетиция? – Пока я задавала этот вопрос, до меня уже дошло, что он имел в виду. – А, ну да… Ты об этом... - Я хотел посмотреть на тебя в белом, - признался Джексон. - А в моей стране считается плохой приметой видеть невесту в платье перед свадьбой! – Вставила я шпильку. - В моей тоже. Но ведь это и не свадьба, - отбрил Майкл. Я только покачала головой в ответ. – Зато ты перестала напрягаться из-за Грэмми, - тут же заметил он, ухмыльнувшись. - Мы почти на месте. Блин! Вот зачем сейчас напомнил! Сердце сразу забилось в нервном припадке. Я закусила губу и полезла в сумочку за зеркальцем, чтобы проверить, не смазалось ли что на лице. Так, спокойно, Джулия! Только спокойно! Ты справишься, выдержишь! Ты знала, что делала, когда снова ввязывалась в эту историю. Ты же любишь этого человека? Тогда возьми себя в руки, приклей на лицо улыбку и сделай это ради него. Всё будет хорошо! Пока я пыталась собраться с духом, наш автомобиль неспешно подруливал на подъездную дорожку к зданию Shrine Auditorium*. - Ты готова? - Спросил Майкл, когда машина уже остановилась. - Сделаем это, - улыбнулась я как могла оптимистично. Ладно, пусть будет, как будет уже. Дверь с его стороны открылась… И меня буквально ослепило не прекращающимися вспышками фотокамер и оглушило криками! А ведь я ещё даже не вышла из автомобиля! Скажу честно, в первую секунду у меня малодушно проскочила идея забиться подальше от двери в салон и просто-напросто не выходить. Но это был бы позор. И не только мой, сколько Майкла, а этого я допустить не могла. Поэтому настолько молниеносно, насколько только была способна, я постаралась совладать с собой. Вспышки слепили, и я никак не могла рассмотреть, что происходит. Было ощущение, что фотокамеры уже чуть ли не внутри, не удивлюсь ушлости журналистов, и я на свой страх и риск просто вытянула вперёд руку в надежде, что Майкл увидит и отреагирует. Мне повезло. Его тёплая ладонь тут же обхватила мою, и он аккуратно потянул меня, помогая выбраться из машины на всеобщее обозрение. Я начала щуриться из-за постоянно мигающих огней вокруг, и сжала руку Майкла, за которую цеплялась как утопающий за соломинку, буквально мёртвой хваткой. Народу-то сколько! Мгновенно меня буквально атаковали вопросами, которые я едва ли могла расслышать, ведь толпящиеся вокруг папарацци перекрикивали друг друга, стремясь первыми ухватить сенсацию, благо что ограждение и четыре телохранителя возле нас не давали им наброситься. - Улыбнись хотя бы, - как я расслышала смешок Джексона в этой какофонии криков, до сих не могу понять, но его слова подействовали на оторопевшую меня как нашатырь на теряющего сознание. Я выпрямилась, словно меня ткнули иголкой между лопаток, и растянула губы в самой очаровательной улыбке, на которую только была способна. И даже нашла в себе силы поднять вторую руку и слабенько помахать людям. Рёв толпы тут же усилился двукратно. - Майкл! Майкл, посмотрите сюда! - Мистер Джексон буквально два вопроса! - Пожалуйста, уделите секунду внимания! - Мистер Джексон!.. Я почувствовала, что Майкл потянул меня вперёд и безропотно последовала за ним, как послушная корова на привязи, продолжая скалить зубы в улыбке. Кажется, он что-то говорил, махал рукой, даже кивал кому-то в толпе и всё поворачивался ко мне. Я всячески старалась делать вид безмятежный и абсолютно расслабленный, хотя на самом деле была напряжена как струна, которая вот-вот лопнет. Красная дорожка была не так проста, как кажется, на первый взгляд. Заветные несколько метров до входа в здание показались мне километрами. И ещё там была лестница, и я слабо себе представляла, как буду взбираться по ней в этом потрясающем платье, в которое меня обрядили. Майкл в итоге перехватил мою руку так, чтобы я могла взять его под локоть и при этом не выпустил ладони из пальцев. Стало гораздо удобнее, и мы медленно, но верно, двинулись внутрь, останавливаясь почти каждый шаг для позирования страждущим до наших фотографий журналистам. Наконец, мы добрались до ступенек. Свободной рукой я максимально грациозно подхватила подол платья, чтобы не наступить на подол, обнажив ногу в разрезе почти до бедра. Затворы фотокамер затрещали вообще без умолку. Я было запаниковала, но сразу же мысленно махнула рукой: уже поздно – снимки будут везде. Уж лучше тогда не дёргаться, а сделать вид, что так и надо. Уверена, мой наряд здесь далеко не самый откровенный… И вообще! Я честно очень старалась! Улыбалась, держала осанку и приветливый вид, пробегая глазами, уже более-менее привыкшими к вспышкам, по толпе ликующего народа у ограждения. Наконец-то финиш! Мы вошли под своды здания, и гул толпы тут же стих. Слава тебе, Господи… Но стоило мне чуть выдохнуть и расслабиться, как к нам буквально подскочил, словно кузнечик-переросток, какой-то мужчина в пиджачке с иголочки и затараторил: - Мистер Джексон! Какая честь приветствовать вас и вашу спутницу на тридцать пятой церемонии "Грэмми"! Вы делаете этот праздник музыки особенным! Меня зовут Филипп Вайс, для вас, мистер Джексон, просто Фил, мне поручено сопроводить вас на почётное место гостя мероприятия. Но, возможно, вы захотите пройти в фотозону для небольшой фотосессии и интервью… - Здравствуйте, Фил, - мягко вставил Майкл, перебив мужчину на полуслове и протянул ему руку. Тот посмотрел на ладонь певца с трепетом и медленно пожал. - Боже мой… - выдохнул он. – Я прикоснулся к Легенде! – От охватившего экстаза, Фила чуть ли не затрясло. На секунду мне показалось, что он сейчас потеряет сознание, но тот быстро пришёл в себя, только никак не мог начать говорить. - Мы пойдём в фотозону? – Повернулся ко мне Майкл, воспользовавшись паузой. - Как хочешь, - повела я плечами. Майкл прищурился было, но в итоге кивнул каким-то своим мыслям. - Пожалуй, мы лучше пройдём на свои места, Фил, - с улыбкой повернулся Джексон к задыхавшемуся от восторга мужчине. – Будьте любезны, проводите нас с Джулией. Мы будем вам бесконечно признательны. - О, конечно, мистер Джексон! – Фил пришёл в себя и, наконец, захлопнул рот. – Следуйте, пожалуйста, за мной. Огромный зал, в который мы ступили, весь будто блистал, уходя потолком куда-то под самые небеса. Бесконечные ряды кресел, море людей, которые ахали и громко перешёптывались, когда мы с Майклом проходили мимо, повсюду огни софитов и в глубине этого всего массивное сооружение – сцена. Меня пробрали мурашки. Вот я б на ней станцевала… Немного обвыкнув, я с неприкрытым любопытством оглядывалась по сторонам. Когда ещё будет возможность побывать в таком роскошном месте! Люди были разряжены, кто во что горазд: пёстрые, сияющие, переливающиеся, яркие цвета нарядов совершенно различной длины и открытости, изобилующие невероятными, вычурными и броскими украшениями, высокие причёски, модные стрижки, а уж про обилие драгоценностей я и вовсе промолчу. И да, моё платье, ещё недавно казавшееся мне слишком открытым, смотрелось на фоне остальных довольно скромно, хоть и богато. Здесь зашкаливало количество знаменитостей на один квадратный метр помещения. Лично я выцепила взглядом в толпе Тину Тёрнер* , Селин Дион*, Джеймса Брауна* , Мэрайю Кэри*… Ох! Умереть, не встать! А ещё я увидела в этом море людей свою давнюю "приятельницу", актрису Брук Шилдс*. В какой-то миг, проходя мимо, мы встретились с ней глазами. Женщина сразу же узнала меня и, смерив брезгливым взглядом, надменно отвернулась. Я чуть не фыркнула в ответ. Сдержалась буквально силой воли. Что ж, видимо, в её глазах, я всё ещё никто и звать меня никак. Ну, да и Бог с ней. Лишь бы Майкла не трогала. Нас провели к самой сцене, в первый ряд. Фил заливался соловьём, пытаясь услужить, но, кажется, ни я, ни Майкл особенно не обращали на него внимания. А когда мы подошли к нашим местам, я обнаружила сюрприз: соседнее кресло занимала ни кто иная, как миссис Элизабет Тейлор собственной персоной* ! Оп-па!.. Вечер обещает быть не то, что сложным, а скорее даже тяжким. Я сглотнула, приготовившись к проблемам. Но, вопреки моим пасмурным ожиданиям, актриса, завидев нас, резво, но грациозно поднялась со своего места и распахнула объятия: - Ааа! Ну, наконец-то! – Воскликнула она радостно. – Ох, милый Майкл! Безумно рада видеть тебя, мой дорогой! – Пропела она, звонко чмокнув у щеки Джексона ярко-красными губами, едва ли тронув его. – Ах, Джулия, дитя моё! – Наигранно ахнула она, тут же переключившись на меня, и как будто даже не удивившись моему наличию в столь светском обществе. – Какая ты прелестница! Это платье тебе так идёт! Чудо, как хороша! Я в восхищении! – Она довольно крепко обняла меня. Я обалдела от такого приёма, а она уже выдернула мою руку из ладони Майкла и сжала в своих. – Прости, милый, я украду у тебя спутницу, - лучезарно улыбнулась она ему. - Очень хочется поболтать! – Джексон даже рта не раскрыл, только благосклонно кивнув. - Ну, как ты? - Добрый вечер, миссис Тейлор, - откашлялась я. – И я рада вас видеть… - Наверное, рада, да… И очень надеюсь, вы не откусите мне голову прямо здесь, на глазах стольких мега-звёзд. – Вы выглядите великолепно, - почти жалобно мяукнула я комплимент, памятуя о слабостях женщины. - Ах, ты мне снова льстишь, девочка! – Расхохоталась актриса. Лицо у неё было довольное, но взгляд пронзительным. – Садись уже, милая, давай же поболтаем! – Она потянула меня в кресло. Я послушно опустилась на своё место, приготовившись к допросу. Интересно, что она задумала?