Крупным планом

      Хантер отвел взгляд в сторону, а затем вдруг зашипел, прижмуриваясь.       — Больно, идиот, — негромко пробормотал он, впрочем, злое выражение лица смыло смущением — если честно, Палмер был смущён абсолютно не наигранно. Тут ему и взаправду было стыдно — перед ним сидел Сэм, осторожно обрабатывающий фальшивую рану на его скуле.       — А драться было не больно? — с долей ехидства спросил он.       — Не твое дело, — бросил омега, а затем оттолкнул чужую руку. — Нечего строить из себя заботливого.       — Нечего строить из себя сильного, — парировал Сэм.       Хантер скривил губы в усмешке, поднимаясь с койки.       — Хочешь подраться? — предложил он, выразительно выгибая брови. — Давай, — провоцировал Хантер, нарочно выглядя слишком легкомысленно.       Альфа закатил глаза и отложил аптечку в сторону.       — Ты неисправим, — выдохнул он, вставая. — Лучше будь осторожен. На каждую хитрую задницу найдется…       — Знаешь, тебе не стоит засматриваться на мою задницу. Поищи себе другой объект для нравоучений, — бросил Хантер. — И спасибо за пластырь, — он вскользь провел подушечками пальцев по детскому, цветному пластырю на скуле, и развернулся, чтобы уйти.       — Снято! — крикнул Кид.       — Ты молодец, — похвалил Сэм.       Хантер вымученно улыбнулся в ответ, прежде чем скрыться среди толпы и сбежать в свой трейлер. Он даже не закрыл дверь — сразу приземлился на диван и стянул с левой ноги ботинок. Черт, даже играть болезненный вид не пришлось — Палмер недовольно смотрел на расползающееся на белом носке красное пятно, а затем осторожно стянул носок.       С самого утра всё пошло не так. Сначала было даже смешно: кто-то подсыпал ему в кофе соль. Это было даже слегка забавно, так что Хантер не стал обращать на такую мелочь внимания, в особенности учитывая тот факт, что на съемочной площадке у него со многими были разногласия. Точнее, у прошлого Хантера.       Затем кто-то украл его ключи от трейлера, так что омеге пришлось просить ключи у Матса, чтобы попасть в собственную гримёрку.       И уже там, когда он в спешке одевался, то даже не обратил внимания на то, что было что-то не так. И, резко вскочив на ноги, тут же вскрикнул, оседая назад. Стекло. Кто-то кинул в ботинок стекло. Очевидно, что тот же человек, что украл у него ключи. Приехали.       Долго рассуждать и искать виноватого не пришлось — кое-кто слишком очевидно радовался, стоило Хантеру слегка прихромать. Кайла бесило это хрупкое тело — однажды он схлопотал пулю в плечо, но даже тогда не вскрикнул, а здесь всего лишь стекло. Правда, ощущалось оно адски больно. Нужно чем-нибудь обработать.       В дверь постучали и Хантер вскинул голову. Он бросил короткое «да», и его лицо удивленно вытянулось, стоило на пороге появиться Киду.       — Привет, — сказал тот, миролюбиво демонстрируя аптечку. — Как ты?       Хантер задумчиво хмыкнул, отмечая, что Кид чересчур проницателен — казалось, что со своего режиссерского кресла тот подмечал каждую мелочь, происходящую на съёмочной площадке.       — Жить буду, — ответил Палмер, почесывая затылок. — Спасибо.       — Да не за что, — Кид улыбнулся, ставя аптечку на журнальный столик и открыл ее, принимаясь раскладывать содержимое: перекись, бинт и какие-то таблетки. — Хочешь заявить в полицию? Рой переходит все границы.       Хантер удивленно вскинул брови.       — Да с чего бы, — он позволил Киду зафиксировать свою ногу, чтобы обработать рану. — Такие детские шалости.       — Ну, это выглядит вполне не по-детски, — подметил Кид, осматривая чужую стопу, а затем как есть, вылил с бутылька перекись. — Тогда… — сказал он, — может, хочешь… отомстить?       — Отомстить? — переспросил Хантер, задумываясь, пытаясь понять, находит ли в нем отклик это слово. Нет, он определенно точно не хотел делать больно Рою. — Нет, — уверенно ответил он. — Но, может… слегка проучить.       — Проучить? — Кид размотал эластичный бинт, чтобы прижать его к ноге. — И как мы это сделаем?       — Мы?       — Я заинтересован в гармоничной обстановке на площадке, — расплывчато ответил омега, обматывая стопу. — Нарушители должны знать, что будут наказаны.       — Слышу глас правосудия, — Хантер засмеялся, наклоняясь, чтобы помочь Киду закрепить бинт. — Я подумаю, что можно сделать.       — Хочешь пообедать? — вдруг предложил Фишер, поднимаясь с корточек и машинально отряхивая колени.       — Господин режиссер, мне приятен ваш флирт, но…       — Что-…нет! — воскликнул Кид, отчаянно краснея. Хантер подметил любопытную реакцию, а затем поспешил оправдаться.       — Я шучу, — уголки губ вздрогнули, растягиваясь в довольной улыбке. — Давайте пообедаем.

* * * *

      Хантер, если честно, ожидал чего угодно. Что угодно, кроме какой-то сомнительной забегаловки на краю света; что-то смутно навевающее дух девяностых — придорожное кафе с мотелем, пестрящее неоном и забитое самым разнообразным контингентом. Но сказать, что они слегка выделялись из общей массы — ничего не сказать. От подобного становилось неловко, однако Кид чувствовал себя как рыба в воде — и, кажется, персонал его знал.       Он выбрал достаточно укромное местечко у окна, где от зала их закрывал угловатый красный диван. Кожа на нем потрескалась и покрылась какими-то жирными пятнами. Впрочем, Хантеру, то есть Кайлу, так было даже привычнее: впервые за долгое время он почувствовал себя относительно спокойно.       В месте, где кипит жизнь и наверняка в переулке бесчинствуют хулиганы, где бургеры поднимают уровень холестерина непозволительно высоко, Кайл ощущал себя… собой. От того, наверное, почти мгновенно проникся симпатией к Киду — тот, очевидно, выглядел как сынишка какого-нибудь рокфеллера, но места для отдыха предпочитал достаточно обычные. Да и вообще, Фишер казался смышленым и очень проницательным парнем — трудно было не заметить, что он внимательно следит за тем, что делает Хантер.       Подошедший официант от изумления прикрыл рот меню, чтобы не завизжать. — О боже, — пробормотал он. — А можно автограф? — он восторженно посмотрел на Хантера, а затем на Кида, аккуратно складывая меню на стол. — Извините, то есть…       — Конечно, — Хант улыбнулся, щуря глаза. У него еще ни разу не просили автограф, так что подобная практика казалась весьма забавной и однозначно откликалась в его душе чем-то приятным.       — С-спасибо… — официант нервно похлопал себя по фартуку, прежде чем протянуть Хантеру блокнот и ручку. — Хотите сразу что-то заказать?       Палмер взял в руку ручку и замер, едва коснувшись бумаги. Какую же подпись ему поставить? Вскользь он замечал подпись Хантера на документах, наверное, разумнее всего было бы скопировать. Рассудив, что это хорошее решение, омега оставил размашистый росчерк инициалов, скопировал чужую подпись почти идентично.       — Я буду это, — Кид ткнул пальцем в какой-то монстрообразный бургер. — Ещё картошку фри и колу, пожалуйста.       — Хорошо, — кивнул официант, забирая блокнот обратно и сияя счастливой улыбкой. — А вы?       — То же самое, — откликнулся Палмер, сдержанно улыбнувшись в ответ.       Окрыленный официант нехотя покинул их скромную компанию, чтобы отдать заказ на кухню. Еще пару мгновений — и он вернулся, чтобы поставить перед ними длинные бокалы с колой.       — У тебя есть фанаты, — заметил Кид.       — Вас это удивляет? — Хантер чуть подвинулся, чтобы обхватить зубами малиновую трубочку.       — Ты можешь обращаться ко мне на ты, — заметил Фишер. — Нет, не удивляет, просто ты… изменился.       — Разве мы были знакомы до этих съемок? — Хантер усмехнулся, склоняя голову к плечу.       — Нет, но это кажется очевидным фактом.       — Странно так судить о человеке, которого ни разу не видел.       — Брось, — Кид фыркнул. — Не виляй. Что произошло?       — Почему тебе так интересно?       — Не знаю, — честно признался омега и прикусил нижнюю губу, задумываясь. — Но разве подобные истории не будоражат? Человек пропадает со всех радаров, почти умирает, а затем его вдруг… как будто подменили.       — Это заговор, — Хантер согласно кивнул. — Наверняка пришельцы или масоны.       Кид несколько мгновений изумленно моргал, а затем вдруг зашелся хохотом.       — Хорошо, — отсмеявшись, сказал он. — А кто был в твоем случае?       — Не знаю. Быть может, и те, и другие. Клиническая смерть весьма травмирующее событие, знаешь. Может, я просто осознал ценность жизни?       — После смерти, — Кид восторженно хлопнул в ладоши. — Звучит куда правдоподобнее, согласен.       На пару минут они замолкли — официант принес заказ и неспеша расставил тарелки, наверняка надеясь подслушать разговор.       — Правдоподобно, да, но… — Кид макнул картошку фри в сырный соус и посмотрел на Хантера таким плутовским взглядом, что последний инстинктивно почувствовал: с ним играют в любопытную игру. — Невозможно так сильно поменяться. Ладно, стиль, внешность, здоровье — это я могу понять. Но многие твои бывшие ценности потеряли свое значение. Помимо этого, сдается мне, что твой темперамент стал куда… спокойнее.       — Люди меняются.       — Не за одну неделю, — Кид положил картошку в рот и замолк, пока жевал.       — Откуда тебе знать? — парировал Хантер, прежде чем откусить от бургера — тот был настолько большой, что едва помещался во рту.       — Справедливо, — согласился он. — И все же… что-то здесь не то.       Хантер задумчиво смотрел на него долгую минуту, прежде чем снова заговорить.       — Ладно, — зашептал он. — Я тебе скажу.       — О… — Фишер даже вперед подался — настолько ему было интересно.       — На самом деле, я не Хантер. Когда он умер — моя душа переселилась в его тело. В прошлом — я жестокий киллер из альтернативной вселенной, — нахмурившись, пробормотал Палмер.       И чем больше он говорил, тем сильнее краснело лицо Кида от сдерживаемого смеха — в конце тот все же не выдержал и захохотал, заплевав Хантера колой. Палмер хрюкнул, машинально отряхиваясь и сам заржал — впервые так искренне и расслабленно. Приятно было открыться. Пускай в шуточной манере, но… порой было трудно держать настолько удивительную информацию в себе.       — Охотно верю, — кивнул Кид. Кажется, его действительно устраивало то, что они заканчивают разговор на подобной ноте.       Остаток обеда они болтали ни о чем — о сценарии, музыке, собаках и Рое. Кажется, у Хантера все-таки созревал план их маленькой мести.

* * * *

      На следующее утро Хантеру удалось отыскать визитку Дарта Хейза. Тот, ошарашенный звонком скандальной звезды в шесть утра, отчего-то примчался на зов уже спустя час. Взъерошенный, с надетой задом-наперед футболкой и таким заспанным видом, что его тут же захотелось пожурить. Но стоило Дарту приблизиться, как внутри что-то щелкнуло — и тот сияж, что дважды преследовал обоняние омеги, вдруг раскрылся на полную. Хантер подумал вдруг, что это самая подходящая ситуация под описание того, что жизнь бьет ключом. Гаечным. И по голове.       Его бросило вперед, но Кайл упрямо затормозил разошедшиеся инстинкты, затягивая ошейник будто удавку. Так вот почему Дарт на него так реагировал. Вот почему в первую их встречу тот глядел голодным зверем, говоря совершенно глупые вещи. И вот почему так настойчиво искал встречи.        И, глядя на реакцию Хантера, Хейз отупело молчал.       А затем виновато улыбнулся.       — Я спросонья не выпил подавители, — признался он, неловко почесывая затылок. — Извините. Я не хотел, чтобы вы… не хотел, чтобы этот факт как-то повлиял на наши взаимоотношения. Хотел добиться вашего расположения опираясь на… собственные силы.       Хантер почувствовал, что у него начинает болеть голова. Вот только крылья носа трепетали, в попытке насытиться чужим феромоном до талого; сука, как же выключить эту странную опцию в своем организме? Палмер сделал шаг назад.       — У меня есть в ванной. Выпейте, — хрипло сказал он.       — Они же для омег, — удивился Дарт. — Не помогут.       — Слушайте, я… — Хантер замялся, переваривая ситуацию. — Вы же понимаете, что…       — Стойте, — вдруг перебил Дарт. — Не рубите с плеча. Я не заявляю на вас права и не собираюсь ни к чему принуждать, вы… вольны жить так, как вам хочется и состоять в отношениях… эм, с тем, с кем захочется. Я не собираюсь посягать на вашу свободу, преследовать, ограничивать или делать что-либо еще из этих ужасных вещей, — Хейз смущенно потер щеку, отводя взгляд в сторону. — Конечно, вы мне нравитесь и я очень хотел бы…       — Вы сбились с мысли, — напомнил Хантер.       — Да, в смысле… я не буду давить. Наша связь значит для меня многое, но я не имею права вас принуждать.       — Хорошо, что вы это понимаете, — пробормотал Хантер, но все равно чувствовал себя как на иголках. У Дарта было время подготовиться, у него было преимущество в этой ситуации, в отличие от Хантера. И если феромоны Ноэля организм омеги помнил и воспринял более-менее сносно, то запах Хейза будто выбил почву из-под ног. Палмер в действительности почувствовал, как у него дрожат колени, а во рту становится сухо. — Секунду, дайте мне…       Он дал себе пару мгновений для слабости, растерянно потер лоб, в попытке сложить пазл воедино. Получалось, у него был не один истинный, а целых два? А может, вообще три? А если по этой больной вселенной бродила целая орава альф, от запаха которых у Хантера будет сносить остатки мозгов до тех пор, пока он не превратится в безропотного раба этого тела и его физиологических нюансов?..       — Хотите воды? — заботливо уточнил Дарт.       Хантер собрал расплескавшиеся гормональным бумом мозги обратно. Взъерошил собственные волосы и медленно выдохнул, отсчитывая до четырех. Он справится. Один раз уже справился, ему ничего не стоит сделать это еще раз — это всего лишь дело привычки.       — Будете кофе? — проигнорировав вопрос Дарта, предложил Хант. — Я наверняка вас разбудил и ввел в замешательство своей странной просьбой.       — Это правда, — сказал Дарт, но отчего-то весело улыбнулся. — Я растерялся, но был рад.       Хантер не хотел уточнять, чему он там был рад, поэтому молча проводил альфу на собственную кухню. Джем, беззаботно спящий на диване, даже не среагировал на постороннего гостя.       Теплые солнечные лучи пробирались сквозь жалюзи, расчерчивали деревянный пол причудливой решеткой. Из приоткрытого окна было слышно, как негромко болтал по телефону дворецкий. Хантер подошел к кофемолке и подставил под нее холдер.       — У вас футболка задом-наперед, — заметил он.       Дарт смущенно ойкнул, а затем вдруг начал стягивать ее с себя прям здесь; и Хантер, к сожалению, увидел это в отражении стекла. И почему-то не отвел взгляд. Гадство какое, телосложение Дарта было очень даже внушительное — у Кайла тоже такое было. Но с его нынешней физиологией до такого было не раскачаться — зря только силы потратит. Так что Палмер скользил по чужому крепкому торсу завистливым взглядом, пока тот не скрылся за хлопковой тканью футболки.       — Молоко?       — Да, пожалуйста, — Дарт скромно замер у кухонных тумб, явно не зная, куда себя деть. И Хантер, в отместку за то, что у того такое тело, не стал помогать ему почувствовать себя комфортнее.       Он добавил в готовый эспрессо молоко и поставил перед гостем, а затем отлучился на пару мгновений. А вернувшись назад, подошел к альфе достаточно близко, чтобы тот растерянно отшатнулся и покраснел.       — Прошу прощения, — сказал Хантер, вдыхая через раз. — Подставьте шею.       Отчего-то подобная просьба смутила Дарта так, что у того покраснели даже уши. Палмер решил, что это достаточно забавная реакция, а затем поднес флакон поближе к чужой коже и, чтобы наверняка, пшикнул по три раза с каждой стороны.       — Что… что это? — потерянно спросил Хейз.       — Духи для собак, — честно ответил Хантер, возвращаясь к кофемашине. Теперь от повисшего в воздухе амбре хотелось плакать, но это всяко лучше, чем хотеть прижаться к другому… мужику.       — Господи, какие они… — альфа натянул на нос ворот футболки, прикрываясь. — Ужасно.       — Именно, — согласился Хант, заканчивая готовить свой кофе. Если честно, вперемешку с ароматом кофейных зерен становилось еще хуже, но Палмер не был намерен сдаваться. — Итак. Опуская все лирические подробности, — омега повернулся, чтобы удобно опереться ягодицами на кухонный шкаф. — Мне нужен ваш энтузиазм, много сероводорода и свободное утро понедельника.       — Серово—?       — Тухлые яйца. Штук двадцать.       — Вы планируете диверсию?       — Революцию, — засмеялся Хант.

* * * *

      С самого детства Хантер знал, что месть — это плохо. Мстят лишь неуверенные в себе, глупые люди. Но слово «месть» всегда можно было заменить на «проучить» — и вот тогда уже все начинало звучать куда благороднее. В особенности, когда это самое событие несло собой лишь нравоучительные мотивы.       Так что урок первый: всегда отдавай вдвое больше, чем получил.       В восемь утра понедельника, Хантер уже оценивал вкус воды из кулера в съемочном павильоне. Процесс не очень занимательный, но зато позиция была удобная и выгодная — отсюда открывался вид на всю площадку. Рой появился без опозданий — выглядел тот весьма помято и сонно. Стараниями Дарта, конечно. Тот настойчиво вызванивал то ему, то менеджеру, умоляя дать ему интервью. Хантер вздохнул. Его бы энергию да в дельное русло.       Рой бросил недовольный взгляд на Палмера, последний в ответ улыбнулся и радушно помахал рукой. Омега раздраженно цокнул, сваливая сумку на стул, он уже было потянулся за выглядывающим сценарием, как вдруг появился Кид, и с непринужденным видом подхватил Роя под локоть, уводя в сторону съемочной площадки. Под аккомпанемент вдохновленного лепета режиссера, Хантер сделал несколько больших шагов, ойкнул, приседая у самой сумки и поправляя развязавшийся на кедах шнурок, свободной рукой выдергивая ключи из открытой сумки.       Поднялся, демонстративно отряхнул футболку, а затем услышал, как его позвали.       — Мистер Палмер, — Дарт приветственно махнул рукой. — Не ожидал увидеть вас так рано. Могу я… — он протянул руку.       — Доброе утро, — перебил его Хантер, вкладывая ладонь, с зажатыми ключами, для рукопожатия. — Прошу прощения, но у меня совсем нет времени. Нужно подготовиться к сцене.       — Тогда не смею вас задерживать. Могу ли рассчитывать на интервью в следующий раз? — Дарт улыбнулся совершенно нахально, и Палмер фыркнул.       — Можете попробовать.       Хейз улыбнулся ему и кивнул, покидая павильон через центральный вход. Хантер же развернулся в диаметрально противоположную сторону, направляясь к пункту охраны.       У самого офиса он с силой ударил по двери, привлекая внимание. Встревоженный охранник открыл дверь почти тут же — и Хантер схватил его за руку, осторожно заглядывая за плечо и замечая еще одного работника, следящего за камерами.       — Т-там… — Хант всхлипнул, намертво вцепляясь в чужой рукав. — Мне показалось, что возле моего т-т-трейлера кто-то стоит. С ножом. Будто поджидает… — брови надломились, делая выражение лица испуганным и жалостливым; все же, некоторые уроки Чарльза давали свои плоды — например, изображение грустной собаки у Хантера получалось весьма неплохо.       — Ээ… — растерявшийся от такого напора охранник обернулся, словно ища поддержки. — Не беспокойтесь, мистер. На камерах не было никого подозрительного.       — Но я видел! — для убедительности Хант топнул ногой, и дернул охранника на себя с такой силой, что тот ощутимо пошатнулся. — Пожалуйста, сходите со мной, проверьте!       — Л-ладно, — нехотя согласился мужчина. — Я схожу с вами, чтобы вы убедились, что там никого нет.       — Нет, вы оба! — капризно скомандовал Хант. — Он был огромный. И у него нож! Как же вы в одиночку…       — Хорошо-хорошо, — подал голос второй охранник, поднимаясь с насиженного места. Он положил руку на кобуру, привлекая взгляд Ханта к своему поясу. — Смотрите, у меня есть пистолет. Сейчас мы все вместе пойдем туда и убедимся, что никого нет. А в случае чего — мы сможем вас защитить.       — Спасибо, — Палмер благодарно улыбнулся. — Вы настоящие герои.       И пока настоящие герои, покинувшие пост, расследовали дело о неизвестном силуэте с ножом, Дарт уже успел проникнуть в трейлер Роя. Ловкость рук и энтузиазм это действительно то, что у него имелось. Не то, чтобы он имел раньше опыт в подобных вещах… на самом деле, с таким он сталкивался впервые, но… звучало очень весело.       А после рассказа Хантера о том, что Рой подкинул ему в обувь стекло, Дарту подобная месть показалась невинной шуткой. Однако омега убедил его, что Рой получит сполна.       Так что оставалось лишь расположить яйца по схеме — господи, хоть они и были герметично упакованы, отвратительный запах все равно чувствовался. Хейзу пришлось ускориться в схематичном раскладывании яиц и закончить прежде, чем тошнота победит.       Последняя бомба оказалась в вентиляции за диваном. Хантер сам придумывал, в какие места класть яйца. Все трейлеры были одинаковые по строению, так что карту он составлял, исходя из изучения собственной гримерки.       Покончив с делом, Дарт вернулся на съемочную площадку. Хантер стоял у одного из черных выходов и рассыпался в извинениях перед охраной, а после, повернувшись, кивнул Хейзу. Альфа понятливо моргнул и, проходя мимо сумки Роя, вернул в нее ключи.

* * * *

      Рой поднял на уши всех. Крик стоял оглушительный. И не было в мире музыки приятнее этих матов. Мало того, что в трейлере воняло так, что омегу едва не стошнило прямо там, так за столь недолгое нахождение в трейлере, тот успел провоняться запахом сероводорода, отчего ближе, чем на полтора метра к нему никто не мог подойти.       Разъяренный омега перевернул стул и с воплями кидался на каждого, кто пытался его вразумить. Угрожал полицией, ужасной расправой и пожизненным позором — его яд сочился отовсюду, заражая токсинами всю площадку.       К слову, трейлер со всеми вещами Роя, включая одежду, дорогие цацки и прочую мишуру, было решено отогнать на мойку, чтобы попытаться отстирать хоть что-нибудь.       — Ты! — взревел омега, подлетая к Хантеру и хватая того за грудки. — Сука, это ты сделал!       Дарт поодаль заметно напрягся, стоило Рою приблизиться к Палмеру. Но Хант не выглядел впечатленным — и его флегматичный взгляд несколько осадил Роя.       — Я все время был здесь. А когда отходил — меня сопровождала охрана, — отвечает Хантер. — Да и с чего бы мне это делать? — он сощурился и не мог сдержать плутовской улыбки.       Толпа вокруг возбужденно гудела наперебой. Рой беспомощно открывал и закрывал рот, будто выброшенная на сушу рыба.       — Потому что… потому что я… потому что ты…       — Что? — Хантер выразительно выгнул брови, делая непонимающий вид.       —…да пошел ты! — Рой оттолкнул его, резко разворачиваясь и фурией уносясь на улицу.       Хант брезгливо обнюхал ворот и скривился.       Кид из режиссерского кресла показал ему большой палец вверх.