Принцесса картонного замка

— ...не проявляла активности, и в течении двух месяцев с последнего контакта так и не покидала Хрустальной палаты, из чего в целом можно сделать вывод, что депрессия протекает без изменений и период ремиссии маловероятен. — Хорошо, что по Винете? — Основные части Императорской армии все так же сконцентрированы в районе Моря спокойствия на обломке Секундус и продолжают перегруппировку, — советник кинул взгляд на Безликого, прочитал едва заметное раздражение, пробежавшее по лицу руководителя и тут же перелистнул пару страниц — Действия Вервольфов ограничены серией локальных терактов и атак на узлы снабжения, результативность самих атак снизилась, но общее количество увеличилось на 18% с начала года, судя по всему с гибелью большинства обученных кадров, резидентура Империи сделала ставку на численность и вербовку сочувствующих. —Это опять СевероЕвразия? —Так точно, но теперь к ней добавилась акватория Южной Атлантики. Рихард закрыл глаза и задумался. Сложившаяся ситуация его сильно нервировала, нервировала достаточно чтобы лишить сна на несколько ночей, от чего мысли из точных и острых игл превратились в тяжелые и крупные каменные глыбы. Но даже так едва ли из всего Комитета кто-либо еще видел, или хотя бы догадывался о сложившейся на планете ситуации. Скоро в тщательно выстроенной руками Безопасности сети появится перенапряжение сил и, как следствие, снижение эффективности. Даже имперцы еще не видят этой уязвимости, от чего есть достаточно крупное окно, чтобы не торопясь, с чувством и толком закрыть назревающую прореху. Но стоит ли оно того? Что если рассматривать эту уязвимость не как уязвимость... А как возможность? Да да, именно как возможность. Подстроить все так, чтобы всеми ими «любимая» Протеже оказалась крайней в данной комбинации. Будет неплохо, будет весьма неплохо, если всем получится. Вряд ли еще пять лет назад он мог хотя бы решиться на подобную авантюру, но времена меняются. Наглость и авантюры, только такой язык способна воспринять малолетняя идиотка, что задумала свой глупый и абсурдный мятеж. Конечно же ее планы мгновенно стали достоянием компетентных органов и легли на стол к Покровительнице, но та лишь пообещала разобраться «лично» и разобралась бы с их помощью... Но этот проклятый Пенроуз, потом заговор AEON, потом зачистка Нации от опасных объектов. В общем и целом, когда появилась возможность, они все уже имели под носом хорошо мотивированный, подготовленный и главное, имеющий крупных покровителей сверху, мятеж. Смех да и только, но вот что Госбезопасности было решительно не понятно, так это странная задумка Дочери с их объектом. Ну да, воскресающая реплика это подспорье в любом конфликте, но как бы... и что? Тем более страннее выглядел интерес к, как их называли в Штадзир, «желтым попрошайкам». Группка сектантов-мракобесов, поклоняющаяся биорезонансу, не более. В свое время на обломках Императорского Культа такие плодились десятками, если не сотнями, и Контора без особого труда вырезала их всех под корень. Но эти, что в них такого важного? В любом случае лучше будет к ним приглядеться, внимание со стороны таких людей как сама Дочь просто так не появляется. — Все ясно, перенаправьте в проблемные участки силы со Средиземноморья, пусть стабилизируют ситуацию, их же усилим как только будет возможность, — Рихард вздохнул — Теперь Ротфронт... — Вас интересует?... — Да, морально - политическая обстановка среди населения. Теперь уже вздохнул сам секретарь. Хрусталев все еще был в спецлечебнице после стычки с Дочерью, и за недолгое время его замены секретарь узнал о большинстве проблемных мест Нации. Одно из них было в планетарной столице. — Диссидентское движение пока стабильно, после ареста Кригера они утихли, но согласно донесениям отдельные кадры нашли точки соприкосновения с... — секретарь пригляделся к тексту, чтобы правильно прочитать слово — Некоторыми молодежными движениями, в частности ряд объектов наблюдений был замечен в кооперативных клубах и на нелегальных концертах. — А в целом? — В целом... моральное разложение на лицо, рост преступности среди не достигших совершеннолетия и молодых рабочих, рост алкоголизма, численность СНМ и Ноябрьского движения падает уже седьмой год, общее угасание интереса к Нацреализму и рабочей культуре, разврат, наркотики, блядс!.. — Тихо тихо, я вас понял, личные эмоции оставьте при себе, — произнес Рихард — Что на счет объекта 4527? — Мы ее нашли, в небольшом РУКП, служит в батальоне усиления, правда пока не уверены... — секретарь вздрогнул и принялся перечислять факты, но был тут же прерван. — Так почему не уверены!? Я же велел послать второй объект! — Мы послали, сегодня утром должна была прийти информация о проверке на регенерацию, но пока новостей нет. — Так связывайтесь прямо сейчас! — Безликий не удержался и ударил кулаком по столу, от чего идеально уложенные канцелярские безделушки полетели на пол. Секретарь испуганно кивнул и исчез. Да что ж с Нацией то такое? Неужели всё, именно так они и закончатся? Не от пуль и снарядов имперцев, нет от колоссальной мощи Императрицы, не от той тяжелой войны что они вели все эти годы ради своего существования, а от музыки и одежды? Это бред, но ведь все факты на лицо, грош цена такому государству, если люди не захотят защищать его, когда настанет время. Ведь даже среди их Комитета... есть определенные кадры, которые изъятые вещи несут не в спецхран, а к себе домой. Или вовсе сбывают на сторону. Как они могут быть единым, сильным и грозным государством, когда снизу разброд и упадок, а сверху грызня и шатание? Может быть Дочь и вовсе права со своим бунтом?

***

>система наведения > >параметры > Вроде бы все работает. Оккуляр восстановился самым последним, а зрение так и вовсе вернулось несколько минут назад. И вот только что восстановилась система наведения. Удивительные все-таки способности у этой регенерации... Едва я успела отдышаться и заговорить, как незнакомец в плаще, оказавшийся моим еще одним старым знакомым с Халкета, попытался снова схватить меня за руку и куда-то потащить. Руку то я вырвала, идти и сама могу, но расспросы решила все же оставить на потом. Тем более что вопросов у меня было огромное количество. Куда он делся во время восстания? Как выжил? И, самое главное, как и зачем нашел меня во время нападения этой бешеной? Так мы, окольными путями, через развалины и промпостройки добрались до неприметного, похороненного в глубине заброшенной стройки склада, бывшего, судя по всему, местом попойки окрестных люмпенов. Там же оказалось убежище Эриха. Небольшая раскладушка, печка в углу, стол, стул, груда вещей, да тусклая лампочка. Не богатый быт, но очевидно это все для того, чтобы в случае чего быстро сбежать и уничтожить за собой следы. Бывший толстяк подготовился как следует, да и сам изменился. Мы Протекторы обучены запоминать особые приметы гештальтов, вроде роста, веса, комплекции, цвета волос и каких-то отличительных черт. И только поэтому я смогла идентифицировать его, не подготовленный бы принял фигуру в плаще за еще одного утреннего гештальта. — Как глаз? Восстановился? Чудеса, ну значит не наврали. — Чудес, как говорят у нас на службе, не бывает, вернее бывают но не с нами, — задумчиво протянула я и подняла взгляд — Ты и сам понял, что я хочу знать, а поэтому выкладывай. — Мда... с места в карьер значит, «выкладывай»... ну что ж... — и он выложил, ох твою мать, он такое выложил, что я пару раз порывалась встать и надавать ему по морде, но только силой огромного интереса оставалась на месте. Во-первых, он предатель! Нет, вынужденный, но все же предатель! Этот крендель ухитрился влюбиться в Ойле, а на этом сыграли люди из AEON и смогли перевербовать Толстого, чтобы он сливал им данные с клуба в обмен на безопасность его возлюбленной. Насливать он успел не много и то была почти бесполезная информация, однако свою лепту в восстание она внести смогла. Во-вторых, он не предатель. Тут я запуталась и пару раз переспросила, но по итогу вышло, что наш амбассадор разведки в какой то момент раскусил игру жирного и, недолго думая, вывел его на чистую воду. В итоге они заключили договор, его люди вытащили и спрятали Ойле во время восстания, а сам Компф должен был дать свидетельские показания против Агентства в суде. В-третьих, вот это самое главное. Никакие показания он давать не собирался. Он исчез, смог смыться из города раньше, чем Госбезопасность и Армия оцепили всю местность. Как это получилось? Когда я услышала, то успела подавиться куском пайка, который грызла. Ему помогли культисты, адепты Короля в желтом! — Скрываться пришлось долго, сперва марш-бросок через ледяные пустоши, где я чуть не умер от холода, затем подполье, — Компф встал и поближе присел к пузатой печке буржуйке — Понимаешь, у меня было совсем мало времени, чтобы спрятаться, я ведь знал, что как только поднимут списки военнослужащих, то быстро обнаружат мою пропажу. — Ну а там дело техники, от доблестной ГБ уйти почти невозможно, это я и сама знаю, – подвела я итог его излияниям. — Я тоже так думал, пока не появились «они». — Что еще за «они»? — Паства Желтого Монарха... Меня тут же пробил шок, зубы клацнули друг о друга, а кусок пайка встал в горле. Я зашлась кашлем и только удары по спине смогли немного вернуть меня в чувство. Это... Это же они, те самые, насколько могу судить, кто нужен Протеже! Удача сама идет мне в руки! Хотя, то что именно они нашли меня, а не я их не сулит ничего хорошего... — Кто? Желтый монарх это не тот хрен с обложки книги, в которой AEON шифровал свои переговоры? — я как следует постаралась изобразить удивление. — Именно! Похоже что это остатки сотрудников Агентства, — с энтузиазмом ответил Эрих — Впрочем я не уверен, но главное, что они с помощью своих резонаторов смогли скрыть меня, спрятать от самой разведки! — Голова кругом идет, а зачем ты им нужен? И зачем нужна я? И откуда ты знаешь о?... — Вот в этом вся суть, Бьянка, — гештальт вдруг перестал улыбаться и прямо взглянул мне в глаза — Что тебе пообещала Дочь? Опаньки, похоже о чем-то он в курсе. И что теперь делать? Не знаю, но лучше исходить из того, что им известно. Так, раз он меня сам нашел, значит его крыша из культа не знает о задании найти их и сдать. Но они знают о моем побеге и, скорее всего, о том кто его организовал, как и том чего он хочет. Ведь Протеже мне ясно сказала, что они ее мятежу как кость в горле. А еще он знает, или, во всяком случае, теперь в курсе регенерации. — Вижу ты осведомлен, — я вдруг прищурилась — Впрочем зачем мне тебе что-либо рассказывать? — Затем что я спас тебе жизнь? — Это в моем случае не достижение. — И тем не менее если ответишь мне, я смогу тебя кое-чем удивить. Ну ладно, поломалась и хватит. — Помощь в спасении Андреаса, в обмен на участие в ее мятеже. Бессмертный боец это, знаешь ли, нехилое такое подспорье. — Ох бездна... — только и протянул Компф, приложив руку к лицу. — Что не так? — У нашей дорогой Дочери революции есть несколько неприятных секретов в шкафу. — Как я успела убедиться, у Нации это норма. — Она обвинялась в измене Родине. Так, ладно, это уже слишком странно. — Что!? Как такое может быть? — Оказалось может быть еще и не такое. Дело было еще в первую Осаду Винеты. Как ты помнишь, ННА в тот раз погнали ссаными тряпками со многих фронтов, разгром был тотальный, огромное число брошенной техники, десятки тысяч в окружении, тут бы отступить и перегруппироваться, собрать резервы и ударить по истощенным многодневными боями имперцам, но вместо этого Оберкоммандо Хеймата делает финт ушами и продолжает истощающее долбилово в бесперспективные места, так и в добавок вводит в строй нестабильных командных реплик, едва прошедших тестирование, которые устраивают резню на поле боя и доводят фронт до ядерных бомбардировок. Концентрированный абсурд, и как ты думаешь, кто благодаря своему статусу и влиянию продавливает этот абсурд? — Тот кто стоит во главе Оберкоммандо... — В десяточку! Несравненная Протеже, Дочь революции. Ей зачем то кровь из носу нужно было оставаться на Винете как можно дольше. В конце концов ход осады удалось переломить и уничтожить большинство имперских частей, но тут же встал вопрос: «Какой ценой? И почему именно так?». Долго распинаться не буду, но Комиссия верховного Совета нашла доказательства сговора Протеже и Имперских Исследовательских корпусов, — Компф всплеснул руками — Да да, тех самых мясников с пропагандистских фильмов, которые проводят эксперименты на живых людях. Как оказалось, совместно с Дочерью, а точнее с помощью ее сил, они разрабатывали некое биорезонансное вооружение. — Как...что...зачем им это? — К тому моменту было уже не важно, в высших эшелонах Нации началась настоящая буря, почти все руководство Армии требовало прилюдно казнить девчёнку изменницу, но в дело вмешалась сама Покровительница. Что между ними произошло я точно не знаю, но похоже у них с Дочерью вышел разговор на повышенных тонах, потому что весь этаж с личными покоями оказался разгромлен. Потом произошли внезапные перестановки в командовании и большинство генералов, выступавших за казнь, сняли с должностей, а следом за ними и все остальные поняли, что на правящую чету лучше не открывать рот. — Это, это же бред...так не может быть...у тебя есть доказательства? — А зачем мне доказательства? Я не заставляю тебя себе верить, просто спроси об этом свою начальницу при ближайшей встрече и сама все поймешь по реакции, врать она никогда не умела. Я обхватила голову руками и уперла локти в колени, нервно постукивая ногой об пол. Чушь! Чушь! Чушь! Блять, да не может так быть! Они меня просто разводят, что бы подорвать доверие! Хотя с другой стороны, не я ли все это время была в руках таких же Вивисекторов, только национальных? Ох бездна, кому из них теперь верить? Если Компф прав, то никто даже не подумает мне помочь спасти Андреаса, сдам ей желтых придурков и все, в утиль, как ту кто слишком много знает о ее махинациях. Если же предать ее, то на меня полетит вся мощь МВД и третьего сильнейшего резонатора человечества, еще и ГБ кто-нибудь донесет. Готовая персона нон-грата, не так ли? — Надеюсь, теперь ты понимаешь, кому доверилась и что будет? — Да заткнись ты! Все я понимаю, может ты и прав, но верить вам причин так же мало. — Проведи диагностику коры мозга. — Зачем? — Проведи. Ну ладно, я быстро запустила сканирование, убедилась что все системы в порядке. И чего? — Провела, дальше то что? — Теперь измени что-нибудь в организме, давление оксиданта там снизь, или температуру подними. — Я все еще не понимаю как это относится к делу, — произнесла я, снижая давление в правой руке и перегоняя псевдокровь к поврежденному глазу. — Теперь снова диагностика. — Ох твою то мать... — Точно так, диагностические отчеты одинаковы, то есть, — Эрих приблизился — Тебя уже наебали. Я зарычала и пристегнула маску, чтобы гештальт не нервничал. Да как так то блять!? Ради чего она меня вытащила?! Ради этого, быть девочкой на побегушках? Предательство, кругом одно предательство и обман... — И что же теперь делать? — протянула я в расстроенных чувствах. — Переходить к нам, очевидно, — вздохнул Компф положив мне на плечо руку — Мы не враги тебе и не мракобесы культисты, мы просто хотим спасти человечество от беды, которое на него накликали дураки и изуверы. — Не забывайся, верить вам все еще нет причин, может Протеже и лжет, но вы выглядите не менее подозрительно, — я сбросила его руку — Впрочем, я подумаю, но ничего не обещаю. — Подумай, только берегись своей новой знакомой с моста, она тебя в покое не оставит. — Это почему? Она уже мертвая. — Ну ты же не единственная регенератка в арсенале Штадзир... Склад я покинула в состоянии легкой одури и направилась в сторону Управления. Город успел окончательно проснуться, шумели машины, над головой иногда проносились составы маглева, обдувая меня теплым железистым воздухом. Я шагала в полной прострации, распихивая плечами зазевавшихся прохожих. Мысли неслись одна за другой и не давали мне сконцентрироваться на чем конкретном. Интриги, тайны, предательства, манипуляции, да ну сколько можно! Это не страна, это банка с пауками шизофрениками, которые только и ждут момента чтобы сожрать друг друга. А я между двух огней, одна одинешенька хочу спасти любимого человека. Кому из них верить? Да итак ясно что никому! Ни на секунду не подумаю, что культисты все это рассказали из чистого альтруизма и на самом деле хотят кого-то там от чего-то спасти. Я по службе знаю, насколько лживые, изворотливые и вместе с тем легковерные гештальты. Может этот Король в желтом и вправду существует, может он и обладает божественной силой, но уж точно не станет выполнять просьбы каких-то там мясных мешков, у которых единственное желание – стать самым главным муравьем в муравейнике. С другой стороны Протеже и Нация, вторые своей пакостной сущностью мне уже известным, на счет первой... Ну я видела что из себя представляет буквально нейрокопия Дочери, и теперь примерно понимаю, откуда Крахе могли понабраться свой вспыльчивости и стервозности. Вот это вот хочет возглавить Нацию? А что потом? Новая вспышка войны, усиление репрессий, закручивание гаек... Нееееет, совершенно нет, если я что и вынесла из своего небольшого жизненного опыта, так это то, что верить можно только себе, и рассчитывать только на себя. Я сама себе помогу! Ведь все это время никто из них даже не думал про третью сторону... В Управление я явилась в прострации и даже заслужила пару окриков от старших сестер, но к счастью в тот день не было ничего серьезного. Нет, конечно же, в связи с убийством все посты и наряды были усилены, мы круглосуточно патрулировали общественные места и проводили профилактические обыски граждан. Но это ничего не давало. А расследование тем временем продвигалось. Оказалось, что на месте преступления нашли остатки гемооксиданта. Для справки, в псевдокровь каждой реплики добавляется вещество маркер определенного состава, чтобы потом по этому самому составу при анализе можно легко определить модель, партию и место работы данной реплики. Однако проблема оказалась в другом, гемооксиданта на месте преступления было слишком мало для точного определения партии и места службы, но достаточно для определения модели. Это была наша модель, STAR. И похоже я одна во всем городе знаю какая именно, но рассказать не могу. Впрочем, меня данный факт не сильно заботил, а вот сестры ходили хмурые. Деградировавший модуль это пятно на всю серию и тень на весь Протекторат. Дело тут же засекретили и начали внутреннее расследование, но только нас это утешало слабо. Многие стали брать дополнительные дежурства и отменять выходные, и все это чтобы изловить дефектную сестру. Изловить и наказать так, чтобы никто о ней никогда не вспомнил. Впрочем, дело вели следователи гештальты, а нам оставалось только злобно скрипеть зубами и выполнять свою работу. И ведь все это прямо в канун дня Революции...

***

— Это потому что я раньше была Инспектором в школе для гештальтиков и примерно понимаю их психологию — Я даже не удивлена что именно тебя туда отправили, — я усмехнулась, мы с Ренэ патрулировали небольшой сквер, с момента встречи с Компфом прошла неделя — Чем там вообще можно заниматься? — Ну знаешь, всяким, — протянула реплика и как то странно потупилась — В основном, разумеется, просто ставить самых шумных на учет или передавать дальше в случаях чего серьезного. — А что, например, считается серьезным? — Например связался с дурной компанией, гормоны ударили в голову, решил выпендриться перед товарищами и пошел на воровство, ну а потом попал ко мне в кабинет и вот уже вся семья в ногах ползает, умоляет не губить чадо разбирательством, — Ренэ хихикнула. — И ты что? —По ситуации следует смотреть, если гештальт сам по себе нормальный, не дикий, благовоспитанный, ну бывает оступился, то можно учетом ограничится. — А бывают еще... — А еще бывают такие, которых только вывернутые руки и лицо в пол успокоят, таких само собой в колонию, но тут, Яни, важен именно индивидуальный подход, с одним, вроде бы бесполезным, кадром я однажды проговорила всю ночь и он после этого уже утром был вместо гаражей на уроках, а еще есть!... — Ренэ осеклась и закрыла ладонями рот. — Есть что? – мне аж стало интересно, что такую как она может сконфузить. — Есть....эмм...есть...ну то есть это особый случай.... — Ну давай не томи. — Я же говорила, что гормоны в голову бьют, ну а мы, реплики...сама знаешь как выглядим, — напарница вздохнула — Бывает дверь запрешь, встанешь так с изгибом, глаза прикроешь, нависнешь над стулом и... — Все все все, не хочу этого знать! — Да ничего такого, просто внушение, зато потом потенциальный преступник превращается в образцового ученика, но ты не думай, это просто работа на впечатление! — Да конечно, знаю я тебя, — я потянулась в карман за сигаретой, но вместо этого выудила пустую пачку — А чтоб его! И ведь как на зло будний день, никого нет вокруг чтобы стрельнуть хотя бы. Или есть? Я ясно слышу голоса и табачный аромат откуда то из-за спины. Махнув рукой я пошла на запах. Мы с Ренэ пересекли аллею и вышли к небольшой беседке, где несколько девушек гештальток, покуривая, что-то негромко обсуждали и смеялись. Эх, пора бы мне перестать удивляться такому виду... Выпущенные блузки, перевязанные в районе груди, длинные ногти, голые животы и самое смешное, какой то старичок, ругающийся рядом. — Ну вы же будущие матери и жены! Как можно ходить в таком виде, постыдились бы показываться на людях! — Старый, не нуди а? — бросила одна из них и дунула на поборника морали дымом, тот от возмущения аж отступил и спиной врезался мне в корпус. Дедок тут же оглянулся и радостно воскликнул. — Вот, вот смотрите! Сейчас вас товарищи Протекторы,... — Что у нас тут? Гражданин вы что буяните? — Ренэ вышла у меня из-за спины и одарила дедка заинтересованным взглядом, тот быстро осмотрел ее с ног до головы, плюнул и ушел, бурча что-то себе под нос. Мы все переглянулись и рассмеялись. — Пасиб' вам та`щи Протекторы а то нас э`от хрыч старый еще б долго тут мусолил. — Спасибо в карман не положишь, закурить дай, — я взяла из пачки пару сигарет и тут же сама затянулась. — Вы вообще что в парке делаете в такое время? — спросила Ренэ, скрестив руки. — Так эт` в шараге че`т случилось, всех отпустили, а домой и`ти опять предки ныть будут, вот и сидим з`есь, — ответила ближайшая из девушек. — И что же случилось? — Ну а `ам то кто доклад`ет? Сами позвони`е, ПТУ №59. — Яяяяяяясно, — протянула я, затем еще раз оглядела девушек и спросила — А теперь документики. — Чё, какие эт` докумен`ки? — спросила одна из них, а другие насторожились. — Что вы совершеннолетние, — добавила Ренэ и заблокировала выход из беседки. — Так чё у нас нет же ж, слышь, Эм`а у тебя же студик бы`л, — собеседница тревожно зашарила по карманам, ничего не нашла и обратилась к подруге. — Откуд` у меня, изъяли же ж в`ера, — ответила вторая и все вдруг посмотрели на нас -—Та`щи Протекторы ну мож`т разойдемся как-ни`ть миром? — Ну может и разойдемся, если скажете кто тут несовершеннолетним курево продает, — улыбнулась Ренэ, подмигнула мне и добавила — Да да, не удивляйтесь так, мы с самого начала ваш возраст определили. Разве? Я вот ничего не определила. По-моему этим лошадям может быть как 13 так и 23 одновременно... — Ну хорошо ла`но, тут на углу прямо после ск`ера магаз бу`ет, там короче можно приобрести, — разочарованно протянула одна из девушек. — Разберемся разберемся, все, свободны, не попадайтесь больше! — прикрикнула я, мы развернулись и пошли в сторону магазинчика, а сзади застучали несколько пар туфель по асфальту. Магазинчик располагался в полуподвале и был небольшим по сравнению с тем, что я посетила после прилета, но некий шарм в нем имелся. Хрипящий телевизор в углу, вентилятор, гудящие холодильники, какой-то гештальт в уже знакомой по беседке форме ииии Ойле! Которая читает какой то журнальчик, сидя на стуле. Мы с Ренэ подошли к кассе и застыли в ожидании, Сова кинула на нас раздраженный взгляд, отложила журнал, вальяжно и нарочито медленно подошла и вскинула бровь, всем видом показывая что мы уже ей надоели. — Ну чё? — я от этого «ну чё» слегка выпала в осадок, обычно Ойле трясутся от одного нашего вида и стараются быть со всеми вежливыми, а эта... Даже в глаза мне не боится смотреть. — Узнаете? – вытащила я пачку и предъявила реплике. — Ну да, здесь продаются и чё? — Перестань ка чёкать и объясни, почему сигареты проданы совершеннолетним? — неожиданно резко спросила Ренэ. — Та откуда мне знать, ничё я никому не продавала, ошиблись адресом, гражданка, — от этого ответа моя напарница с шумом выпустила воздух, и вдруг коварно улыбнулась. — Яни, разберись тут, я тебя снаружи подожду, меня, кажется, по интеркому вызвали. Че? Куда это она? У нас общий канал, и по нему никто ее не вызывал... А всё, поняла! Сегодня два плюс два будет немного не четыре. Ренэ насвистывая вышла, а я плотоядно улыбнулась. — Ну так чё, ещё что то или будем дальше стоять? — фамильярно осведомилась Сова. В этот момент я резко наклонилась вперед, схватила наглую реплику за волосы и с размаху приложила об деревянную столешницу. Затем еще! И еще! И еще! Через пять ударов Ойле по традиции своей серии плакала, лепетала извинения и хлюпала оксидантом из разбитого носа. — Праститепраститепрастите! Ааааааааа не бейте! Не беееееейте! — захныкала Сова, когда я приподняла ее голову. — Что, теперь не такая борзая? — Нееееееет я нееее будуууууу большееееее, только не бейтеееееее. — Вот так то, еще раз подумаешь дерзить, или толкать курево, проломлю голову, — я брезгливо отбросила реплику в угол и подошла к выходу, только тут вспомнив про гештальта — Рейнхард, какого Желтого ты тут блять забыл? — Н-никакого, товарищ б-блок-страж, я т-тут с-с-сыр покупаю... — Сыр значит? — А-а-ага сыр косичка, хотите? — Нет, лучше скажи мне почему ты не на учебе. — У нас ЧП во всей шараге произошло, — гештальт расслабился и перестал заикаться — — Представляете какая то девка в Империю сбежала! — Да ладно, серьезно? — А то, при чем со всей семьей, месяца два прикидывалась больной и подделывала документы, а когда ее ваши от путяги пришли проверять все и выяснилось, так вот нас всех отпустили, а ее знакомых проверяет Контора на предмет помощи и ну там информации какой. — Ясно, ну свободен тогда. Гештальт, радостный от того, что все обошлось без проблем, выскочил из магазина и умчался в неизвестном направлении. А я меж тем подошла к прохлаждавшейся в тени Тополя напарнице. — Ренэ, у тебя случаем нет знакомых Шторхов? — Да есть парочка, а тебе зачем? — Надо кое-что с ними перетереть, сведи а? — Ну не знаю, а что мне за это будет? — ехидно улыбнувшись протянула реплика. — Да что хочешь, в пределах разумного...

***

Хельга вышла из душа и принялась обтираться мягким махровым полотенцем. С недавних пор душ для таких как она стал чуть ли не единственной отдушиной в бесконечном цикле раздражения и тихой злобы. Стоило библиотеке закрыться, как большинство её моделей внезапно полюбили спортзал, а точнее его обширные душевые кабины. Без книг было тяжко, но терпимо, тем более что когда становилось совсем невмоготу, можно было метнуться в соседний район и, если повезет, на пару часов погрузиться в мир фантазий. Но везло не часто, чаще у нее и ее подруг бывали проблемы с уже местными Шторхами, которые совсем не рады были делиться итак дефицитными книгами с какими-то залетными репликами. Хельга поводила плечом и отметила, что гематома болит уже не так сильно. Эх, сейчас домой, в их небольшой коттеджик на четверых и до утра проблем как будто не намечается... — Эй! Эй Аист, — Шторх оглянулась и заметила на входе в раздевалку одинокую Штарку, что рассматривала ее с интересом. — Неверная дверь, подружка-подушка, клуб любительниц БДСМ в другом месте, исчезни пока не получила, — бросила Хельга. А Штар вместо ответа потянулась к объемной сумке и выудила...книгу! — Глянь, твердый переплет, 1100 страниц, винетанская довоенная печать на кремовой бумаге, фэнтези, — реплика оторвалась от обложки и заметила, как Шторх алчно смотрит на книгу — Да детка, «Властелин колец». Шторх сжала и разжала кулаки, вдохнула и с шумом выдохнула. Не унылые сопли про биопроблемы и тяготы быдла на социальном дне, не пафосные оперы и тягомотные исторические романы, не тошнотворные пропагандистские памфлеты. А книга! Настоящая, еще довоенная книга, которая скорее всего, старше даже самой Нации! Вполне возможно это Штар даже не осознает, какое сокровище держит в руках... Впрочем надо контролировать себя. Что у Хельги совершенно не получилось. Она быстро подскочила к реплике и загородила ее широкой спиной так, чтобы не увидели другие Аисты. — Дай посмотреть! — ее руки потянулись к книге, но ухватили только воздух, а Штар ухмыльнулась, предельно ясно давая понять свои намерения, — Ладно, че ты за это хочешь? — Скажи ка как у нас обстоят дела с побегами в Империю? Только мне нужна конкретика, ведут ли дела и как они продвигается. — Не знаю я, — раздраженно рыкнула Шторх — Тебе то какая разницы до этого? Вы всего лишь в батальоне Крипе. — Какое мне дело тебя не должно волновать. Ты на вопрос ответь. — Ну ладно, я поспрашиваю у своих, попытаюсь поспрашивать, идет? — По рукам! — книга тут же перекочевала в поясную сумку Хельги, а Штар уже на выходе добавила — Если хочешь еще такого дерьма, приходи к жилому массиву №034-29 в эту пятницу.

***

На город медленно и неотвратимо полз грозовой фронт. Огромная и тяжелая, темно-синяя туча широким каскадом пожирала небо, вбирая в себя редкие белые облака. Высотные здания скрывались в серой дымке, а до нас доносился далекий тяжелый рокот и порывы влажного ветра. Надвигалась буря. Вот, наконец, туча добралась до солнца, мелькнул последний луч и вся улица погрузилась в тревожную тьму. Я как завороженная наблюдала за всем этим, стоя на входе в подъезд. Внезапно мелькнула яркая вспышка! Тут же, словно от залпа огромной пушки, раздался оглушительный грохот! Я вскрикнула, подскочила и вцепилась руками в плечо стоявшего рядом Феди. — Товарищ блок-страж, да не бойтеся, это же обычный гром. — Ничего я не боюсь, это от неожиданности, мы обучены всегда быть наготове, — ответила я, отводя взгляд и пряча дрожащие ладони. — А они точно придут? В дождь то наверно не станут. — Да куда они денутся эти Аисты, придут, вот увидишь. — А может мне уже можно?... — проговорил Федя, а я глянула на хронометр. Ну да, наверное уже можно. — Ладно уж, иди, только будь незаметен, не хватало мне потом еще твои зубы по полу собирать. Федя скрылся за углом, а я принялась обдумывать свой план. Это даже был не план, а так, спонтанный авантюрный набросок, но в теории с его помощью я могла добиться желаемого. Все что мне нужно это немного крайне конкретной информации и вот тут то крылась проблема. В юрисдикции конкретно нашего РУКП не находилось совершенного ничего мне полезного. Протеже постаралась, пристраивая меня на неприметное место, поэтому все необходимые данные пришлось добывать самой. В тот день, после разборок с магазином, по возвращении в Управу я тут же насколько смогла, пробила информацию про этот побег. И, как оказалось, это всё более часто явление, когда житель процветающего государства всеобщего равенства любыми способами хочет сбежать от этого равенства, вплоть до того, что бросает родственников и довольно успешную жизнь. К сожалению, в распоряжении нашего управления не было доступа к подобным делам, поэтому я решила действовать через Аистов, которые служили почти везде, а многие в силу меньшего чем мы количества были знакомы друг с другом. А как лучше всего расположить к себе злобную и нелюдимую реплику, которая любит книги? Организовать общественную библиотеку. Скажу сразу, что это было совсем не просто. Для начала пришлось убеждать старика Зерта поделиться книгами, благо он радел только за живопись и музыку, а к литературе был прохладен и хранил книги просто как память. Потом нужно было выбить помещение, потом встать на регистрацию в Исполком, потом пройти проверку в цензурном комитете, потом там, потом тут. В общем геморрой был знатный, но дело обещало окупиться, поэтому я нисколько не удивилась, заметив на углу высокую фигуру. — Ну привет, — глухо поздоровалась Хельга, скидывая плащ — Куда? — Я лишь махнула рукой в сторону приоткрытой двери. — Тут еще парочка наших подвалит, не уходи пока — Да жду-жду, не волнуйся. — По времени что и как? — Да хоть до утра сиди, это ж общественная, а не государственная. — Ну добро тогда. Фердинад прямо в учебной форме развалился на старом диване и читал. Читать ему нравилось, не всегда, конечно, было понятно про что написано, но его это не особо волновало. Федю увлекала история сама по себе, взяв в руки книгу можно было на несколько часов отвлечься от реальности и погрузиться в мир того, чего он никогда в своей жизни не увидит и не испытает. Федя был не особо умен и от того только больше радовался своей удаче, потому как первый узнал от странном предприятии Правления и этой новой блок-стражницы по организации библиотеки. А потом и вовсе принялся помогать по мере сил, то таская мебель, то расставляя книги. Впрочем от последнего его быстро отстранили. Но воспоминания об этом Федю не расстроили, он перелистнул страницу и хотел, было, вновь погрузиться в чтение, как вдруг заметил огромную тень упавшую на него. Шторх. Высокая и крайне злая Шторх рассматривала его так же, как он сам рассматривал тригонометрические уравнения в ПТУ. С раздражением и непониманием. Федя не отрывая глаз от оккуляров реплики медленно потянулся, чтобы отложить книгу, как вдруг так рассмеялась. — Эх, не успела, урвал ты мою книгу, гештальтик, значит будем читать одновременно, — Шторх приземлилась рядом так, что Федя подпрыгнул и попытался встать, но на плечо ему упала крепкая тяжелая рука — Да сиди ты, сиди, ничего я тебе не сделаю. Фердинанду только и оставалось что повиноваться. Через какое-то время дверь подъезда снова хлопнула. — Привет Клэр. — Привет Хельга, что это у тебя? — Да вот, читаем. — Вместе с этим? Ладно, где остановились? — Здарова сестренки, че как сами? — Привет Ива, давай сюда, третья будешь. На улице бушевала буря, близился вечер и когда я, решив что больше уже никто не придет, захотела проверить своих читательниц, то обнаружила трех увлеченно что-то читающих Аистов и обвитого их руками, белого как лист, Федю, держащего книгу.