̷С̷о̷н̷н̷ы̷й̷ ̷п̷а̷р̷а̷л̷и̷ч

…сон в бессонницу.

Надо ли говорить, как сильно волновался Ликсик, когда на следующий день шёл в университет? Потому что по его личному мнению, ничего хорошего его там не ждало. Не то чтобы он пессимист, скорее реалист, но всё указывало на не особо радушный приём как со стороны студентов, так и со стороны преподавателей. Он достаточно прогулял занятий, чтобы теперь быть должным практически по всем предметам. Хван его успокаивал всю дорогу: — Если что, я тебе помогу. — Вряд ли на вашем курсе изучается нейропсихология или социальная и организационная психология, — скептично отметил Ликс. — Но и вряд ли это какие-то очень сложные для понимания предметы. Ликс хмыкнул. Ему бы хоть толику уверенности и таланта к запоминанию материала Джинни, и жизнь совсем иными красками заиграла. Когда чего-то очень не хочешь, оно наступает крайне скоро. Вот и сейчас, Ббоки показалось, что шли они минут десять от силы, хотя на деле прошёл почти час. Всю дорогу Джинни держался рядом и отвлекал бессмысленными разговорами. А ещё старался лишний раз физически не задеть Ликса, но стоило им пройти университетские ворота, как он тут же повесил руку на плечо Ббоки и притянул к себе поближе ни капли не сопротивляющееся тельце. Дай людям то, чего они хотят и им станет не интересно тебя донимать? Так он вчера сказал? Поэтому, если люди подозревали их в отношениях, надо показать, что скрывать парням нечего. Ни к чему им на радость изображать, что они не знакомы. Пусть лучше видят, что у парней всё нормально и думают на их счёт, что хотят. — Будет кто-то лезть, скажешь, — напомнил Джинни на прощание, перед тем, как им предстояло разойтись по разным кабинетам. — И что ты сделаешь? — усмехнулся Ликс. — Как минимум подпорчу репутацию. Идей вот тут, — брюнет постучал указательным пальцем по своей голове, — ещё предостаточно. «Очко друга» было только началом. Ббоки хохотнул, мысленно подумал «упаси боже» и они разошлись по разным сторонам. И стоило Феликсу остаться с собой наедине, вся беззаботность и лёгкость из сердца тут же испарились. Ли поглубже спрятался в капюшон, повыше натянул чёрную маску и глубоко выдохнул, мысленно пожелав себе хоть чуток удачи. Затем быстрым шагом дошёл до нужного кабинета и открыл дверь. Внутри гул. Преподавателя всё ещё не было. И никто, казалось, Ликса не заметил. Пользуясь случаем, он быстрым и тихим шагом направился на своё привычное место за последней партой, но тут вдруг на полпути его окликнули: — Доброе утро! Это с ним Ли Черён поздоровалась. А Чонин, что сидел с ней рядом, помахал ему рукой в качестве приветствия. Ликс нервно сглотнул и слабо кивнул в ответ. Не знал он пока что как реагировать на друзей Хёнджина. Не умел с ними общаться. И собирался пойти дальше, но его снова задержал голос. — Может лучше с нами сядешь? — предложил дружелюбно Чонин, — У нас сейчас групповой проект будет. Ликс остановился и прикусил губу. С одной стороны, было крайне неудобно и неловко, пусть его и пригласили, а с другой, будет ещё хуже, если он единственный опять останется без команды и тогда либо преподаватель подсадит его к кому-нибудь насильно, либо скажет работать лично с ним. Так может лучше воспользоваться возможностью и приглашением, и подсесть к ребятам? Чонин с Черён не казались плохими, были очень даже приятными людьми. Повезло, что из всех друзей Хвана именно они однокурсники Ликса. Потому что, например, Чана, Йеджи и Минхо Ёнбок побаивался. Каждый из этой тройки пугал по-своему. Чан своей взрывоопасностью, Йеджи своей явной неприязнью к Ббоки, а Минхо странным и колким чувством юмора. — А эт-то н-не будет неудобно? — робко поинтересовался Ликс, помня о своей репутации, к которой теперь, помимо проклятой смертельной ауры добавилась ещё и крайне щепетильная, связанная с его ориентацией. — Совсем нет, — ответила с улыбкой Черён, а Чонин подскочил с места, чтобы взять свободный стул и приставить к их с подругой парте. Ббоки какое-то время поколебался, но всё же плюхнулся рядом. И только тогда заметил, что все в аудитории с самого начала сидели по трое-четверо, а несколько человек собрались в единственную группу из пяти. Видимо не смогли поделиться поровну и решили быть все вместе. До начала занятий было ещё несколько минут, и Ликс очень хотел надеется, что так же спокойно пройдёт и остаток. Но где спрашивается Ли Ёнбок и где удача? Правильно, по разные углы расставлены. На разных концах планеты к тому же. И потому, когда дверь аудитории распахнулась, туда вошёл вовсе не препод, а та самая тройка придурковатых из-за которых в последний раз Ликс словил паническую атаку. Задиристый богатый пацан, его друг — возможный потомок якудза, и их общая подружка. Первый самый раздражающий, что-то вроде главаря их банды, сразу заметил понуро сидящего Ликса и конечно же пройти мимо такого не мог. — Ого! Смотрите, кто вышел из шкафа! — крикнул он и тут же расхохотался, думая, что его шутка, которая обыгрывала устоявшееся выражение, значащее человека скрывающего свою ориентацию и заодно Ббоки, что целую неделю прятался дома, гениальна. Но лишь небольшая часть присутствующих студентов, среди которых парочка друзей этого придурка, оценила данный каламбур. Благо у остальной части учащихся был мозг. — Как думаете, долго он думал над этой шуткой? — процедил еле слышно сквозь зубы Чонин, которого ужасно разозлило то, что такую важную вещь, как открыться другим людям использовали в таком ключе. — Наверное, ночь не спал, — вздохнула Черён. Меж тем тройка буллеров продолжила сыпать «гениальными каламбурами», совсем не замечая закипающего от злости Чонина: — А ты так долго не приходил, потому что свой зад после ебли с Хваном залечивал? — Зашивать не пришлось? Или у него мелкий? — Аахахаха! И как сидится теперь? Не больно? Ликс вздохнул и спрятался поглубже в капюшон. Отвечать им он не собирался. И считал про себя, чтобы не словить паничку. Главное пережить эту пару, а потом на перемене он скроется в своей каморке, напишет Джинни и тот прибежит, и восстановит его моральные силы одним своим присутствием. — Слушайте, ребят. Я гляжу у вас имеются некоторые проблемы с этим? Может хотите поговорить? — сказал вдруг не выдержавший моральных издевательств Чонин. — Ты на чё намекаешь? — обратил на него своё внимание потомок якудза. — На то самое. Обычно люди используют уничижение в случаях, когда им самим есть что скрывать. Ярые гомофобы, например, чаще всего оказываются латентными геями. Так вы желаете поговорить об этом? Я ещё конечно в процессе обучения, но на правах одного из самых лучших учеников нашего потока готов оказать вам психологическую помощь в принятии собственной идентичности, — звучал парень максимально учтиво и вежливо. И только знающая его давненько Черён понимала, никакой учтивостью тут не пахло. Чонин был в бешенстве. В отличие от своего парня Чана, которого на разговоры не хватало и который обычно решал дело силой, Айенни предпочитал «церемониться». Заткнуть обидчиков словесно, подавить умом и знаниями, а не силой. Ведь сломить морально куда более эффективный метод, нежели набить морду. Хотя и с последним у Айенни проблем не возникнет. И если уж совсем доведут, то кулак у него твёрдый. Они с Чаном частенько проводят время в тренажёрном зале. — А ты явно знаешь, о чём говоришь, да? — уколола в ответ девчонка, намекая на не традиционность взглядов самого Ян Чонина. — Ага, — не поддался на её провокацию Айенни, — Мы эту тему на прошлом курсе изучали. — Так педики тянутся к педикам? — свистнул самый шумный из них. — Да, — кивнул Айенни с улыбкой и многозначительно похлопал этого парня по плечу. И всем слушателям сразу стало ясно на что он намекнул. Ведь этот придурок, как вошёл в аудиторию, так сразу прилип к Ббоки, который по его уверению педик, — Всё так. И я всё ещё готов поговорить с тобой на тему твоей латентности. Аудитория снова погрязла в смешках. Только теперь они были направлены на тройку идиотов, а не на Ббоки, про которого уже все забыли. Глаза буллера налились кровью от ярости. Кулак сжался и не сложно предугадать, что случилось бы дальше, если бы дверь не отворилась и в кабинет не вошёл преподаватель. — Что тут происходит? — строго спросил он, заметив одного студента, угрожающе нависающего над вторым. — Ничего, — сквозь зубы прошипел парень и прошёл к своему месту, не спуская глаз с Чонина. Этот взгляд точно ничего хорошего в будущем не сулил. Впрочем, Айенни на это внимания не обратил. Слишком много у него друзей и слишком уверен в себе самом, чтобы бояться всяких придурков. — Зря ты так… — прошептал Ликси, когда пара началась, — На меня бы повыебывались и отстали. Мне не впервой. А тебе они теперь проходу не дадут. — Не могу оставаться в стороне, когда меня задевают, — ответил Айенни. — Но ведь не тебя… — начал мямлить Ликс и Чонин резко его осёк простым и твёрдым: — Меня. И Чонин не лукавил. Ведь мало того, что он был тем самым геем, на которого была направлена ненависть этих ребят и вообще всех гомофобов мира, так ещё и свежи в его голове воспоминания, к чему может привести буллинг. Ещё со школьной скамьи, когда он стал свидетелем подобного он пообещал, что при нём больше никого до суицида не доведут. Либо он станет моральной поддержкой этому человеку, либо защитит напрямую. Иного не дано. Ббоки не стал спорить с упрямым парнем и обратил своё внимание на преподавателя и тему их проектной работы.

***

На перемене, стоило Ббоки выйти наружу, как он тут же был схвачен чужой рукой и притянут поближе к телу. И как только это произошло в нос сразу же ударил аромат приятного парфюма Джинни, который вызвал мурашки по всей коже. Не толпа бы студентов вокруг, Ликси мог позволить себе чуточку дольше насладиться этим, например, ответив на объятия. Почему-то казалось, что Хёнджин ничего ему на это не скажет. Но гомофобно-настроенную толпу лучше лишний раз не провоцировать. — Как прошло? — спросил Джинни. Их, Йеджи, Юну, Хвана и Джисона отпустили с пары намного раньше. И парень, как только прозвучало долгожданное «можете идти» слушать никого не стал, сразу же схватил сумку и направился к кабинету психологов. Девчонки и Хани переглянулись, похихикали, пожали плечами и пошли следом за влюблённым дурачком. — Что именно? — спросил Ликс, хотя прекрасно понял, о чем его спрашивали. — Твоя поездка в горы, — саркастично бросил Хёнджин. — О, просто отлично. Я чуть не упал, но до вершины добрался. — Ладно, — посмеялся Хван, — Раз язвишь, значит всё отлично. Следом за Ббоки вышли и Черён с Чонином, и конечно же вопрос Хёнджина они тоже услышали. Но никто из них, тем более заваривший кашу Чонин, не собирались рассказывать, как дела обстояли на самом деле, если бы не одно НО. Выходя из кабинета, обиженному латентному придурку понадобилось обязательно задеть плечом застрявшего в дверном проёме Чонина. Да так сильно, что он чуть Юну не пришиб в которую врезался. — Это что за херня сейчас была? — поразился Джисон, провожая спину агрессора взглядом. — Не обращайте внимания, — попросил Чонин, оглядывая Юну на момент травм. — Просто у кого-то беды не только с латентностью, но ещё и детским паттерном поведения во взрослом возрасте. — Они до Ёнбока докопались, — сразу призналась Черён. Смысл теперь скрывать, если эта тройка так явно напала на Чонина при всех? И девушка вроде бы сказала всем, но на самом деле обратилась конкретно к Хёнджину. Слишком явно на него посмотрела, как бы прося: защити Ббоки, пожалуйста. Она знала, Хван это так просто не оставит. Не тогда, когда Ёнбока обижают. — Докопались по поводу? — прищурился Джинни. — Гомофобы ведут себя, как гомофобы. Ничего нового, — ответил Айенни. — Оу! — воскликнул Хван нарочито радостно и повернулся к своему лучшему другу, — Так это же наш клиент! Они оба ухмыльнулись, кивнули друг другу и Хан спросил у Айенни: — Как зовут этого придурка, что толкнул тебя? Почувствовав неладное, Чонин осторожно уточнил: — А зачем данная информация вам нужна? — Скажи и не пожалеешь, — уверил друга Джисон. Но Айенни что-то сомневался в этом. Было у него ощущение, что он врата в ад раскроет вместе с раскрытием чужого имени. — Пак Минджун, — ответила внезапно Юна за парня и глазки её блеснули чем-то недобрым. Айенни тут же посмотрел на неё взглядом, так и спрашивающим: ну зачем ты это сделала? А Шин только плечами пожала. Была у неё своя причина для мести. В неё же влетел Чонин от толчка плечом этого придурка. Пусть не больно, но приятного мало. Так что пусть Джисончик с Хёнджинчиком проедутся по репутации этого придурка, как следует. Хани с Хваном ещё раз переглянулись и решились. Посмотрели по сторонам ища глазами эту тройку, но, к сожалению, те успели сбежать из коридора. Но на их неудачу они появились на улице. Хани первым их заметил выходящими из универа сквозь стекло, и распахнул окно. — Хэй! Пак Минджун с третьего курса психологии! — крикнул громко Джинни так, чтобы наверняка все студенты, весь двор и желательно вся улица его услышала, — Что же ты молчал, что ты один из нас? Рядом проходящие тут же посмотрели сначала на Пак Минджуна, к которому обратились, а затем задрали головы вверх, чтобы найти кричащего. Увидев в окне радостно машущих Хан Джисона и Хван Хёнджина тут же заулыбались. Никто не забыл, что эти двое недавно устроили на паре и как опустили Чан Вонён. Среди зевак оказались и только пришедшие в университет Чан с Минхо. Они посмотрели в распахнутое окно и увидели двух своих друзей придурков, позади них ошалелого от происходящего Ббоки, хихикающих подруг, и, прикрывающего от стыда рукой лицо Чонина. Жертва же пристального внимания всея универа побагровел от ярости и попытался сделать вид, что обращались не к нему, продолжив свой путь. Но парни оставлять это просто так не собирались. — Пак Минджун! Зачем игнорируешь нас? Мы же почти что братья! — прокричал Джисон. — Сказал бы нам сразу, что тоже любишь члены, мы бы тебя сразу в наш клуб приняли! — кричал довольный Хван под всеобщий гогот. Жертва его очередного морального издевательства более не смогла изображать, что не видит и не слышит, а потому показала ему жест средним пальцем. Это ещё больше раззадорило двух парней. — Да! И это мы тоже любим! — смеялся Хани, — Помни, что наши двери всегда открыты новым членам! Приходи обязательно в эту пятницу! — Дресс-код: розовые стринги и радужный хвостик в попе! — добавил Хван. — Если стесняешься, можешь надеть полупрозрачную маечку! И позвони мне!~ — сделав свой голос максимально жеманным прокричал Хани. Не выдержав всеобщего смеха, обращённого на него, Пак Минджун постарался побыстрее скрыться где-нибудь. Что забавно и иронично, его лучшие друзья, потомок якудза и девчонка, что-то не поспешили за ним. Видимо их дружба строилась исключительно на издевательствах над другими, а когда у одного корабль потонул от внезапно прилетевшего в ответ снаряда, другие, словно крысы первыми прыгнули за борт. — Вы оба больные на голову! — громко и очень одобрительно смеялась Йеджи. — Я знала, что не пожалею, когда сказала вам его имя. — вместе с подругой веселилась Юна, — Если интересно, могу и остальные имена назвать. — Да они пока ничего такого не сделали, — пожал плечами Джисон, захлопнув окно. — Пускай живут! — Они тоже бросались грязными словами, оскорбляя Ёнбока, — выдала Черён и тех двоих, вновь посмотрев конкретно на Хвана. — Так нам стоит на нашу особую вечеринку записать ещё двоих? — хохотнул Джинни. И на хоть лицо выглядел беззаботно, однако по языку тела легко угадывалось, как сильно его задело за живое, что кто-то посмел обидеть Ликса. Мышцы напряжены, кулаки сжимались. Черён определённо знала на что давить. — Так ваш девиз, что лучше очко друга, чем истеричная подруга! — напомнила Йеджи, — А эта мадам похуже Чан Вонён будет. — Так она нам и не подруга, — подмигнул Джисон. — И страпоны в конце концов никто не отменял. — С кем я вожусь, боже мой… — ужаснулся Чонин, снова отвесив себе фейспалма. — Однозначно с лучшими в своём роде! — одобрительно сказал Минхо, внезапно подошедший со спины. Он очень оценил очередной перфоманс Хвана и Хана, и поспешил наверх, чтобы сообщить, какие его друзья умнички. Вместе с Хо подошёл и Чан, который хоть и был согласен, что парни молодцы, но своему сгорающему от стыда и кринжа бойфренду поспешил оказать моральную поддержку, похлопав его по спине. Айенни благодарно кивнул Крису. — А где будет проходить ваша вечеринка? Могу я тоже прийти? — поинтересовалась Юна у Джисона с Хёнджином. Эта девчонка была за любую движуху в любом её виде. — А у тебя найдётся радужный хвостик? — уточнил Хани. — Этого нет, но пара стринг и прозрачная маечка точно найдутся! — подмигнула девушка и стеснительная Черён, ойкнув, прикрыла ручками лицо. — Оу! Я ж теперь не развижу этого! — довольно поиграл бровями Джисон. — Эй! Ты же в клубе «очко друга»! Ты не Юну должен представлять, а Хвана! — снова напомнила Йеджи и пару раз стукнула пошляка Джисона в плечо. — Господи боже мой! — воскликнул он в ужасе, — Что ты наделала? Я же теперь реально это не развижу! — Наслаждайся, дружище! — подмигнул ему самодовольно Хёнджин и специально хлопнул себя по заднице. Ребята рассмеялись, а лицо Джисона скривилось так сильно, будто в данный момент времени он испытал самые страшные муки, какие только мог. Чан решил поддержать и его лёгким хлопком по спине, хотя сам не прекращал веселиться вместе со всеми, подшучивая над Хани и его навеки испорченной психикой. Джинни тем временем подошёл к Ббоки. Тот всё ещё пребывал в шоке. Стоял и хлопал глазками, пытаясь осознать куда он попал и есть ли из этого выход. Хотя, наверное, стоило ожидать от них, как друзей Хвана чего-то подобного. И всё же привыкать придётся долго. — Ну так что? В горах всё хорошо? — спросил его Джинни. — Теперь точно да, — чуть запоздало кивнул Ликси и Хван улыбнулся. — Я же говорил! В аудиторию сразу пойдём? — Да, можно. Следующей парой была потоковая лекция у Шин Рюджин и Хёнджин заранее пребывал на седьмом небе от счастья только от перспективы посидеть целых две пары рядом с Ббоки. Оставив без внимания всех остальных, Джинни потащил Феликса в сторону аудитории. — А их не подождём? — спросил запоздало Ликс, косясь на ребят, что остались смеяться где-то позади. — Зачем? Не маленькие ведь. Не потеряются и сами доберутся. — Так и я вроде не маленький… — справедливо отметил Ли. — Я бы с этим поспорил, конечно, — пошутил в ответ Хёнджин, за что получил болезненный тычок локтя под ребро. — Иди ты! — беззлобно послал его Ликс, — …на вечеринку свою с радужными хвостиками. — И туда тоже сходим! — пообещал ему Джинни.

***

Как только они вошли в аудиторию, Хван сразу потащил Ббоки на то место, где обычно он сидел с друзьями. Но на миг перед нужной партой засомневался: — Или ты назад сесть хочешь? — Всё равно, — пожал плечами Ббоки и Джинни, улыбнувшись всё же сел туда, куда изначально собирался. Спустя десять минут перемены, остальные студенты тоже заполнили аудиторию. Самыми последними пришли друзья Джинни, которые потеряли парней и до последнего искали их на втором этаже. — Ушли, ничего и никому не сказали! Нормально вообще нет? — возмутилась Йеджи, кинув свои вещи на место и сама садясь туда. Она всё ещё не поговорила с Ёнбоком и не извинилась. А она ведь ради этого пошла к кабинету психологов после занятия. Но Хван её обломал, просто взяв и утащив парня, и не дав девушке и шанса. — Ббоки сказал, что больше не может выносить вас, и я поспешил его спасти и увести куда-нибудь подальше, — пошутил Джинни. В этот момент глаза Ёнбока стали по пять вон, и он уже собирался оправдываться, что ничего подобного не говорил, и что как раз Хван решил всех бросить, но благо ни один из друзей не поверил сказанному. — Хван реально сказал, что устал от нас? — уточнил у Ёнбока офигевший Чан. Благо отвечать блондину не пришлось, так как в кабинет вошла Рюджин. Около неё, держась за ручку привычно вошла и её маленькая дочь. Хван увидев Миён сделал вывод, что Чанбин-хён всё ещё не вернулся из командировки. Ну или дочка пожелала остаться жить с мамой, что маловероятно. Рю усадила малышку за свой стол, дала ей привычные раскраски, цветные карандаши и потребовала у студентов внимания к своей персоне. Но прежде чем начать лекцию, дала небольшое объявление: — В следующем месяце намечается поездка в горы на несколько дней. Вся информация и подробности будут вывешены на стенде у деканата филологии. Всем желающим надо будет подойти туда и ознакомиться. В случае каких-то вопросов задать их можно там же организатору поездки декану филологического факультета Пак Джинёну. И там же обязательно записаться, чтобы он был в курсе количества желающих поехать. Поездка носит исключительно добровольный характер. Цель: отдых, ознакомление с природой, повышение уровня осведомлённости о способах выживания в диких условиях и укрепление социальных связей между факультетами. Одна из студенток подняла руку: — А как же занятия? Прогулов не будет? — У всех, кто поедет будет освобождение от занятий в эти дни. Кроме того, несколько преподавателей будут отсутствовать, так как поедут в качестве сопровождения. Поэтому те, кто остаются будут так же освобождены от их занятий. Дальше ещё несколько студентов поднимали руки и задавали вопросы. На парочку Рю ответила, а потом напомнила, что вся подробная информация будет ждать их на стенде около филологического факультета, и там же будет сидеть декан, который объяснит студентам всё, что те пожелают, и объявила о начале лекции. У Хвана от перспективы поездки тут же загорелись глазки. Это что же? Он может провести несколько дней и ночей в компании Ббоки? Если повезёт, то в одном с ним номере? Ведь всяко ночевать они будут где-нибудь не на улице. — Поехали? — загоревшись идеей, повернулся брюнет к Ёнбоку. Он схватил его за руки обеими своими и кажется его в этом ничего не смутило. — Ну можно… — немного промямлив, ответил Ббоки, которому стало очень неловко от того, с каким воодушевлением обратился к нему Джинни. Ещё и под прицелом нескольких пар глаз его друзей. Но руки вырывать из чужого захвата не стал. Решил, что тогда ситуация станет ещё более неловкой. — Класс! Тогда перед обедом сходим сразу до нашего деканата и запишемся, — объявил Джинни, отпустил чужие ладони и развернулся, чтобы дальше слушать Шин Рюджин и тему её лекции. Ббоки покраснел. По левую руку сидел он, а вот по правую все остальные друзья Хвана. Они, кто с понимающей усмешкой, а кто обалдело пялились на профиль в конец обнаглевшего Хёнджина. Потому что Джинни даже не подумал предложить отправиться в поездку никому из них, обратившись исключительно к Ббоки и тем самым выделив только его. Даже Джисона продинамил, гад такой! — Хван, ты офигел? — зашипела через всех Йеджи. Не пара она бы встала и влепила ему приводящего в чувства подзатыльника. Это что ещё за отношение такое? Парня себе нашёл, на друзей теперь плевать стало? — Хоть бы вид сделал, что интересуешься нашим мнением, — усмехнулся Хо. — Предпочитаю быть искренним, — хмыкнул Джинни. — Айенни! Врежь ему за всех нас! — попросила Юна, что тоже сидела, к сожалению, далеко от парня. — И последние мозги отбить? — пошутил Чонин. — Вот поэтому я вас и не зову. Пожалуйста, не езжайте, — попросил Джинни. На самом деле Хван ни капли не сомневался, что ребята поедут, а потому не увидел смысла спрашивать их. Куда важнее было получить согласие у Ббоки, который от подобного мероприятия мог и отказаться. — Как же тебе повезло, что сейчас пара, и что около тебя сидят Чонин с Чаном, — злобно прошипел Джисон, в голове представляя все самые страшные пытки, которое придумало человечество. Уж у кого, а у него обида была самая страшная! У Хани в голове не укладывалось, что он может стать настолько лишним с появлением в жизни Хвана его первой влюблённости, что его даже не спросят, поедет он или нет. Когда Джисон заводил отношения, он так с лучшим другом не позволял себе поступать. — После пары сразу бежим куда-нибудь, — сказал Хван Феликсу, понимая что его может ожидать после занятия. — Тебе в карму плюсик, если поможешь разобраться с этим придурком, — пообещал Хо Ликсу, надеясь, что блондин им окажет помощь. — Эй! Не сговаривай против меня Ликси! — шикнул на него Хёнджин. И друзья бы дальше продолжили препираться друг с другом, если бы на них строго не посмотрела Рюджин, тем самым заткнув до конца пары. А после звонка, Хван во имя своего спасения, быстро покидал свои вещи в свою сумку, туда же закинул вещи Ббоки, и схватив парня с его пустым рюкзаком, они первыми выскочили из аудитории. Друзья подумали пускай пока живёт и следом не погнались. У них ещё будет возможность отомстить этому наглому типу. А Джинни с Ббоки направились прямиком в деканат филологов. Там записались на поездку, а потом не зная куда деваться от любопытных носов других студентов (оставались ещё некоторые люди, что обсуждали слухи об их истинных отношениях), Ббоки предложил пойти в каморку. Хван с удовольствием согласился. Ёнбок же ещё не видел, какой порядок и красоту он там навёл. Когда они поднялись на пятый этаж и остановились перед дверью в тайное убежище, Ёнбок вдруг от испуга отпрянул назад, развернулся и тем самым случайно угодил в объятия Хвана. — Ты чего? — посмеялся Джинни, и не подумав сделать шаг назад. Чем больше физического контакта, инициированного не им, тем он был довольней. — Нам капец! — воскликнул Ббоки, задрав голову наверх. Выражение его лица было очень обеспокоенным. — Точнее не нам, а мне капец! — быстро исправился Ли. — И почему же? — Это место нашли! — Кто? — Не знаю. Тот, кто за него отвечает, видимо. — И с чего ты это взял? — Видишь замок? Его кто-то сменил. Джинни рассмеялся, поняв, что Ббоки всё неправильно понял. — Не кто-то, а я, — исправил он блондина и мягко за плечи отодвинул от себя. — Ты? Зачем? — Потому что в последний раз он сломался. И чтобы не привлекать внимания, я его починил, — ответил Джинни, затем подошёл к двери и отворил её. — Прошу, — сказал учтиво он. Ликси робко, так будто поверить не мог, зашёл внутрь. И чем дальше он ступал по длинному коридору, тем больше понимал, что тут вообще всё не так. Во-первых, заметно стало меньше пыли в воздухе. Запах старья всё ещё присутствовал, но как будто стал чище. Во-вторых, этот не очень длинный коридор раньше был завален так, что приходилось как-то ухитриться лавировать между всяким хламом, чтобы добраться до самого конца и не споткнуться обо что-нибудь. Но сейчас Ликс ступал совершенно спокойно. Под ногами ничего не мешалось, а его свободная оверсайз кофта ни за что не цеплялась. И вот он доходит до самого конца, заходит в комнатёнку и разевает рот от удивления: — Вау! Хван осторожно подвинул Ликсика в сторону, чтобы пройти в самый центр комнаты. — Ну как? Нравится? — спросил он, разведя руками в стороны. — Это всё ты? — Ну не Минхо же! — шутит Джинни и усаживается на стул перед столиком, — Хочу сюда потом купить кресло-мешок. Парочку. — Зачем? — снова спросил Ликс. Он несколько раз, очень медленно обошёл каждый угол помещения, внимательно изучив. Везде чисто, уютно очень. Тут определённо стало приятней находиться. Джинни хорошо постарался. — Чтобы тут можно было отдыхать, — ответил Хван. Удовлетворив своё любопытство Ли уселся напротив Джинни. — Это университет, а не твоя квартира, — напомнил он. Ли реально не понимал, как можно тратить деньги на что-то, что не было твоей собственностью. Не сегодня, так завтра это укромное место может быть обнаружено и их двоих просто отсюда выгонят. Не жалко ли будет стараний и денег тогда? — Я в курсе. Но мы проводим тут достаточно много времени. А значит не жалко потратить лишнюю вону. Тем более эти кресла не такие уж дорогие. — Тебе что совсем деньги девать некуда? Если это так, то отдай их лучше мне, — шутит Ликс. — Ладно. Сколько? — внезапно серьёзно спрашивает Джинни. Ликс уставляется на него во все глаза. По тону, которым Хёнджин задал свой вопрос сложно было понять шутит он или нет. Хотя если судить по выражению лица, то он спросил это серьёзно. Опять неоднозначные разговоры. И самое ироничное, что чаще всего их двоих заводит в данные диалоги именно Ликс своими неуместными шутками. — Ни сколько. Я же пошутил! — отвечает Ли. — В каждой шутке есть только доля шутки, — справедливо отметил Хван, слегка подаваясь вперёд и облокотившись на стол локтями. Так чтобы быть чуть ближе к Ббоки. И вроде их разделял целый стол (пусть и небольшой), Хван даже не касался Ликса, смотрел только в глаза слишком пристально, но блондину вдруг стало крайне неудобно. Он слегка повёл плечами и поёрзал. — Я просто пошутил, сказал же! Не нужны мне твои деньги! — немного разозлился Ли. — И всё же, если наступит момент, когда тебе вдруг понадобится помощь, обращайся. И даже если это что-то нематериальное, — искренне сказал Джинни всё так же глядя в глаза напротив. И ничуть не врал ведь. По его взгляду Ббоки прочитал, что Джинни готов последнее ему отдать, если понадобится. И это ужасно смущало. Почему же Хёнджин так относится к Ёнбоку? Когда произошёл тот переломный момент, при котором этот парень вдруг решил, что они настолько близки, чтобы он за ним и в огонь, и в воду? Из чувства жалости к сиротке? — Не будь… Таким. — выдавил из себя тихое Ёнбок, сильно покраснев. В памяти так некстати всплыло то слово, которым Пак Минджун и двое его безмозглых друзей назвали Хвана. Sugar daddy. Тот самый который в обмен на услуги интимного характера содержит своего партнёра. Это воспоминание сейчас вообще не уместно, и Ббоки даже не понял, почему вообще подумал в эту сторону. Ведь кому как не ему известно, что между ним и Хваном совсем не такие отношения. — Каким таким? — поднимает одну бровь Хёнджин. Сложно понять серьёзно он это спросил или нет? Реально не соображает, как их диалоги может воспринять сторонний слушатель? Не один же Ббоки думает, что между ними что-то давно не так? Что-то давно не дружеское витает. Хван вроде не глупый. — Таким! — бросает раздражённо смущённый Ликс. — Понятнее не стало, — хохотнул Джинни и специально, чтобы ещё больше довлеть над парнем, наклоняется к нему ближе, перенеся вес тела на выставленные локти. Смотрит прямо и открыто, слегка улыбается одними уголками губ. Наслаждается тем, как парень напротив не может найти себе места от смущения. Очень недобрый огонёк горит в тёмных очах Хвана. Этот огонь Ликс видел уже не раз. Голодный, будто проникающий в каждую клеточку тела. Ббоки вдруг почувствовал себя голым. Оголённым куском электрического провода, не меньше. И начал нервно натягивать рукава толстовки под столом. И удивляться тому, что Хёнджин вовсе не думал эти пытки прекращать. Раньше ведь он быстро соображал, что перегибает палку, и ведёт себя неоднозначно и слишком двусмысленно. А сейчас будто наслаждался и совсем не скрывался. — Каким прекратить быть? Милым? Добрым? Щедрым? Может быть горячим? — спустился на шёпот Джинни. — Ну и любишь же ты себя… — только и может выдавить из себя Ликс. Не то чтобы он много с кем общался, но таких самоуверенных нарциссов видел впервые. Даже в аниме такие персонажи редко появлялись! И ведь не сказать, что Хван не прав на счёт оценки самого себя. Он ведь действительно милый. Бывает, иногда. Когда, например, меняет празднование дня рождения в шумном кругу друзей на тихое чаепитие с тортиком в компании одного только Ликса. Из этого же вытекает, что Хван добрый и щедрый. И заботливый ещё. Ведь никто, кроме него не поддерживает Ликса так, как это делает он. И чего греха таить Хван горячий. Ликс оценил это сегодня утром, когда полуголый Хёнджин с голым торсом пришёл завтракать. Ликс тогда весь аппетит потерял и всё на что его хватало — это заставлять свои глаза не смотреть в сторону парня. А они туда так и тянулись. Тело Джинни мускулистое, но без перебора. Мышцы ярко очерчены, особенно в районе рук и груди. Красивый, чёрт его дери! И хорошо, что до прихода Джинни Феликс успел что-то поесть, иначе на занятия пришлось бы идти совсем голодным, ведь только эстетикой сыт не будешь. И Феликс готов был поклясться — Хёнджин точно знал, какое впечатление на людей производит. Вполне вероятно именно так он цеплял девчонок. Одно только никак в паззл не укладывалось: перед Ликсом, перед парнем чёрт подери, зачем он своим павлиньим хвостом крутил? — А ты? — рискнул спросить Джинни. — Что я? — глупо переспросил Феликс, немного потеряв нить разговора из-за собственной памяти, что так некстати подкинула ему неудобные воспоминания сегодняшнего утра. — Меня любишь? Лицо тут же вспыхнуло ещё сильнее, хотя куда уже? И, ведь хватило же стыда у этого типа спросить такое! И опять же почему у Ликса? Хёнджин перепутал что-то или что? Феликс может и выглядит чересчур феминно, но парень! Что происходит то? — И почему же тебя так волнует данный вопрос? — выдавил из себя смущённый парень, решив атаковать, а не защищаться. Прямо как его Джинни учил. Не показывай страха, дай человеку то, чего он хочет. Ведь зачастую таким образом можно поставить собеседника в тупик. Хван поняв, что против него воспользовались его же методом, усмехнулся. Хороший ученик ему попался в этот раз. Быстро на лету схватывает. «А вчера уверял, что не умеет так!» — подумалось Джинни. — А сам как думаешь? — не растерялся Хван. — А ты всегда на вопросы отвечаешь вопросами? — А ты? — наклонил голову набок Джинни и свободно лежащей на столе рукой потянулся к Ликсу и слегка дёрнул его за шнурок от толстовки. Руки, что нервно под столом теребили рукава худи похолодели и взмокли. Сердце в груди застучало так громко, что оглушило своего же хозяина. Феликс не выдерживал этого давления. Пусть пытался напустить на себя невозмутимый вид, но язык тела выдавал его с потрохами. И Хёнджин, сидящий напротив, пусть и в потёмках этой комнатки, видел всё прекрасно. — И кто на тебя покупается только? — фыркает Ёнбок, вырывает шнурок толстовки и подлетает с места. Не может он больше это выдержать. Блондин быстрым шагом вылетает из каморки, не в состоянии оставаться с этим парнем в одном помещении ещё хотя бы на секунду. Тем более, когда оно такое маленькое и ограниченное. Здесь все чувства и эмоции становятся слишком острыми и осязаемыми. — Надеюсь, что ты купишься, — тихо хохотнул Джинни, когда Ликса уже след простыл, — А иначе зачем я это всё делаю? Затем он быстро поднимается сам и бежит следом за парнем. Конечно он всё понимал. Что делал и зачем. Ведь начиная со вчерашнего вечера, он делал это целенаправленно. Ситуация с шарфом и безнаказанная попытка во флирт ему будто руки развязали. Поэтому утром, Хван вышел из ванной практически голым, так как обычно именно такой его вид заставлял девушек краснеть. Пусть Джинни и не был уверен, что в случае с парнем такое сработает, но попробовать решился. И как же кайфовал, когда данное действо возымело эффект, да ещё такой оглушительный. Ликс краснел, заикался, отводил взгляд, а стоило ему «случайно» хотя бы чуть коснуться оголённой кожи Хвана, даже если это был просто локоть, тут же одёргивал руку. Может Джинни это себе надумывал с высоты своего воздушного замка, но Ббоки вёл себя именно так, как вели себя до этого все влюблённые в Хвана девушки. И как же Джинни нравилось это. Эти реакции на него и на его подкаты. Феликс очень трогательный и милый в такие моменты, пусть и немного ёршистый. Хван нагнал жертву своего флирта на третьем этаже, и привычно повис на нём, закинув руку на плечо: — И куда же ты так быстро убежал посреди разговора? — Не мог больше вынести такого количества самолюбия в одном помещении с собой, — буркнул Ли, но избавляться от руки не стал. В окружении посторонних людей чувствовал некую защищённость. Тут Джинни не станет так откровенно и двусмысленно себя вести. — У меня вполне себе здоровая самооценка! — возразил Хван. — Я заметил, какая она непомерно здоровая. — Да неправда это! — рассмеялся Джинни. Следующая пара снова была у Шин Рюджин и они оба направились на первый этаж. Выходя с лестничной площадки в фойе случайно столкнулись с девушкой. Ей оказалась Нин Ичжо. Она вскинула голову и увидев, с кем столкнулась, расплылась в мягкой улыбке. — Привет, — поздоровалась она с Джинни, а потом, заметив, кто стоял под его рукой кивнула и Ббоки. — Привет, сонбэ! Снова мы столкнулись и снова там же? — Ну да. Удивительное рядом. Два студента, кто бы мог подумать, столкнулись в коридоре университета, — саркастично ответила Ниннин. Злобы в её словах не было. Она просто шутила. И Хван её эстафету принял. — Действительно! Никогда такого не было и вот опять, — ответил он ей, и они оба посмеялись. Ликс переводил взгляд с девушки и на Хёнджина и никак не мог понять, отчего в сердце было так неспокойно от данной сцены. Просто его «друг» общается с подругой. Ничего ведь такого в этом не было? — Вечером спишемся? — спросила вдруг Ниннин, внезапно прекратив смеяться и сделавшись серьёзной. Если они хотели разобраться с Чан Вонён, то надо было начинать думать в эту сторону уже сейчас. — Ага, — кивнул ей Джинни, — У меня кстати есть уже кое какие мыслишки по этому поводу. — Очень здорово, потому что у меня тоже. Тогда до вечера? — спросила Ниннин. — Ага. Я напишу тебе, как смогу, — пообещал Хван. Девушка ещё раз посмотрела на Ббоки, снова кивнула ему в качестве прощания, и пошла по своим делам дальше. Когда Ниннин отошла уже достаточно далеко от них, прежде чем успел подумать, Ликси вдруг спросил: — О чём вы хотите списаться? В голове его тон, как и сам вопрос, показались ему самыми обыденными, просто заинтересованными, на деле же лёгкая нотка непонятного раздражения проскочила между словами. И это так удивило Ббоки! Он поразился сам с себя. Почему он вообще решил, что у него есть право интересоваться таким, да ещё в таком тоне? Из-за того, как Ниннин смотрела на Хвана и как он на неё? Или просто в целом от того, что такая красивая девушка так близко общалась с Джинни? Он знал, что Ниннин бывшая президентка студсовета. И ранее Джинни никогда с ней не общался близко. В студсвете он не состоял, плюс она была старше на год. Поэтому причин для пересечения у них вроде бы не было. А тут вдруг общаются так свободно, вечером договорились списаться. Почему? О чём? Мыслишки на счёт чего у них двоих были? На ум лезло только то, что Хвану она понравилась и он возможно придумал место для их свидания? А что? Нин Ичжо красивая. Очень. Джинни тоже. Оба молодые. Девушка и парень. Идеальная пара в глазах общества, как не посмотри. «Они бы неплохо смотрелись вместе.» — с грустью и болью в сердце подумалось Ббоки. — Да так. Ни о чём таком серьёзном, — очень неопределённо отмахнулся от ответа Хван. Впутывать Ликса в разборки с Чан Вонён он точно не собирался. Он не вынесет, если эта истеричка снова заденет его каким-то образом, — А что? — Она красивая. — Да. Очень, — с неким напряжением в голосе ответил Джинни. Он не понял к чему это Ликс сказал вообще. Зато понял, что на свой счёт, кажется, чертовски ошибался всё это время. Он всегда считал себя не ревнивым. А получается просто не влюблялся по-настоящему ни разу? Потому что этой короткой брошенной Ббоки фразы хватило, чтобы Хвану вдруг захотелось отмотать время назад и сделать так, чтобы они сейчас с Ниннин не столкнулись. Захотелось по максимуму отгородить парня от этой девушки. И вроде она ничего такого не сделала, Нин Ичжо неплохая, но от одной только мысли что она могла понравится Ёнбоку сразу же становилось не по себе. И это у Хёнджина ещё никаких прав на Ббоки и его сердце не было. Страшно представить, что будет потом, когда они встречаться начнут. — Пошли? А то на пару опаздываем, — быстро сменил тему Хван, пока не надумал себе лишнего и совсем не погряз в отрицательных мыслях и чувствах. — Да, пошли, — согласился с ним немного грустный Ббоки. От него утаили настоящую причину для вечерней переписки.

***

После пары их ожидал обед. Ббоки порывался купить перекус и пойти кушать отдельно, тем более, когда у него появилось для этого такое прекрасное чистое и уютное место. Но Хван отчего-то слишком обрадовавшись этому факту, навязался идти с ним, и перспектива снова оказаться с этим парнем в одном очень маленьком помещении испугала Ббоки гораздо сильнее, чем толпа друзей Хёнджина. Поэтому Ликс решил, что безопаснее будет поесть в столовой. Там хотя бы этот парень не станет так неоднозначно себя вести. Ёнбок очень на это надеялся. Они все уселись за тот самый столик, около которого когда-то Ббоки впервые встретился с Хваном и где опрокинул поднос. Среди друзей отсутствовала только Юна, которую зачем-то вызвали в деканат. — Она что-то натворила? — спросил Чан у Йеджи и Черён. Девчонки в их компании всегда держались чуть ближе к друг другу, нежели к парням. И если были между ними какие-то секретики, то скорее всего только они втроём их и знали. — Когда я её спросила, она ответила что-то вроде «Да так! Ничего важного!», — сказала Черён и Йеджи покивала. Она тоже была не в курсе о причинах вызова Юны в деканат. — Ну если бы она снова с кем-то подралась, думаю весь универ был бы в курсе? — справедливо отметил Чонин. — Снова? — переспросил удивлённо Джисон. — На первом курсе, — хохотнула Йеджи, — Она сорвалась и с Чан Вонён сцепилась. С той поры мы с ней и воюем. — Надеюсь, стерве тогда сильно досталось? — одобрительно посмеялся Хван. — У Юны тогда были очень длинные ногти. Так что вывод делай сам, — загадочно ответила Йеджи, и Джинни всё понял. И пожалел, что тогда не учился с этими ребятками. — Вы на поездку то записались? — спросил Хван, решив сменить тему. — А тебе что, правда, интересно? — удивился Джисон, — Ты всё ещё помнишь о том, что у тебя есть друзья? — Я думал ты сейчас весь в мыслях только о своём краше. Нет? — вставил свои пять вон Минхо, и все захихикали. Правда никак выдавать себя и то, что речь шла о Ббоки не стали. Не потому что Хвана пожалели, а потому что Ёнбока пугать не хотели. Услышав слово «краш», у Феликса перед глазами возник образ Нин Ичжо и сразу же пропал аппетит. И вроде, осознав собственные чувства, он так и так на взаимность не надеялся, но хотя бы хотел оттянуть момент, когда придётся столкнуться с тем, что нравящийся тебе человек внезапно начнёт отношения с кем-то ещё. Хотя удивляться нечему. Нормальные молодые люди предпочитают встречаться с нормальными молодыми девушками. У Хвана есть потребности. Он нравится многим. Рано или поздно Ликсу придётся смириться с тем, что Хёнджин приведёт кого-то и скажет: познакомься, это моя девушка. И задача Ббоки, как близкого друга, в этот момент будет сказать, что ему приятно познакомится и никак не выдать, что на самом деле ему больно. Хван же продемонстрировал всем средний палец, а потом напустил на себя обиженный вид и продолжил жевать обед. — Вообще ни о чём больше спрашивать не буду, раз вы такие, — буркнул он. — Мы такие? — поразилась Йеджи, — С больной головы на здоровую не перекладывай! — Они ещё и обзываются! — воскликнул Джинни. Дальше началась типичная перепалка всех друг с другом, в которой не участвовали только самые тихие: Ббоки и Черён. В это время в столовую зашла Шин Рюджин за руку с малышкой Миён. Она усадила дочь за стол преподавателей и спросила, что та будет кушать. Миён пожелала курочки, и Рю кивнула ей, а затем отошла взять им еды. Очередь была небольшая, но мама всё равно задержится, подумалось девчушке. Тогда она заметила очень шумный стол, где сидели дядя Джинни, его друзья и его муж. (Или не муж? Миён так и не поняла этого момента.) Но в любом случае чувствовала, что хочет быть воспитанной девочкой и что надо с человеком, который спас ей жизнь поздороваться. Плюс она хотела кое-что узнать у дяди Джинни. Поэтому посмотрев в сторону мамы, которая даже до зоны раздачи еды не дошла, малышка вылезла со своего места и направилась прямиком к шумным студентам. — Здравствуйте! — громко поздоровалась она, привлекая внимание всех. Первыми на голос обернулись сидящие к ней ближе всего Ёнбок и Хёнджин. Потом и остальные приподнялись с мест, чтобы увидеть малышку. — Привет! — потрепал девчушку по голове Хёнджин, — Ты снова сегодня с мамой работаешь? — Нет! Это мама работает! А я просто с ней хожу, потому что ещё маленькая, чтобы оставаться дома одна, — слишком серьёзно, и явно словами взрослого человека ответила малышка, чем позабавила всех. — Но маме ведь надо помогать! — пошутил Джисон. — Когда вырасту и стану учителем, обязательно буду помогать! — гордо заявила Миён. — Ух ты! Тоже хочешь быть учителем? — спросила с улыбкой Черён, сразу вспоминая свою погибшую маму. Девочка кивнула. — Ты такая молодец! — похвалила её девушка, и девочка заулыбалась. Потом вспомнила, что она подошла по крайне важному вопросу. — Дядя Джинни! — позвала она Хвана, — А я спросить хотела кое-что. Немного удивлённый Хван на миг замер, но кивнул: — Спрашивай. Девочка вдруг сделалась очень осторожной и с опаской оглядела всех его друзей и мужа (?). Переспросила: — А можно? — А почему нет? — удивился Хван. — Ну это же тайна… — промямлила девчушка. — Боюсь даже спрашивать, что за тайны могут быть у тебя и маленькой девочки, — сказал вдруг Хан. — Господи! О чём ты только думаешь? — обалдел Хван. — Есть знаешь ли некоторые предпосылки… — прокомментировал ситуацию Чонин, конечно же, просто шутя. — Видишь! Даже Айенни в эту сторону думает! — отметил Хани. Показывать средний палец при ребёнке, как и посылать этих замечательных друзей далеко и надолго нецензурными словами Хван не стал. Вместо этого сказал, что Миён может спрашивать что угодно. Просто чтобы утереть нос всем этим придуркам, думающим о нём невесть что. Девочка ещё какое-то время сомневалась и мялась, но потом решила, что раз уж ей разрешили спросила прямо: — А дяденька с книжкой тоже плохой? На лице Хвана промелькнуло непонимание. — Прости, что? Какой ещё дяденька? — Ну дядя Джинни сказал, что страшный дядя с красными волосами приходит только к плохим людям, — ответила девочка, — И я видела его рядом с дядей с книжкой. За их столиком наступила тишина. Хван вспомнил их последний разговор с малышкой. Когда она спрашивала, что же плохого сделала Чан Вонён, он наплёл ей про Сонного Паралича. И видимо ребёнок с присущей ему богатой развитой фантазией слишком сильно поверил в это. Джинни было страшно оборачиваться к своим друзьям, особенно к замершему Ббоки. — Ушам своим не верю! — воскликнул Джисон, пытаясь совладать с собой и не выдать в речи ни одного мата, — Нам ничего не говорил, а ребёнку такого наплёл? Хван прикрыл веки и повернулся к остальным, намеренно избегая взгляда Ббоки. Но даже так, он чувствовал, что его прямо сейчас сильно хотят прибить на месте. — Да ничего такого! — прошептал Хван так, чтобы слышали все, кроме малышки, — Просто выдумал, что кое-кто приходит к плохим людям. Только и всего! А что мне надо было сказать? Что Чан Вонён тупая стерва? — Ну не про этого же типа рассказывать! — так же тихо прошипел Хан. Пока Джинни препирался с друзьями, под столом его сильно боднули бедром. И Хвану, хотел он этого или нет, пришлось посмотреть на Ликса. Выражение его лица так и говорило: нафиг ты ребёнка в это втянул??? Одними губами, беззвучно Джинни произнёс: «прости!», за что снова получил удар бедром под столом. — А г-где ты его видела? — спросил Чан у малышки, немного заикнувшись. Жути и страха наводил на него этот таинственный тип из снов просто неимоверно. Кристофер и без того очень плохо спал этой ночью, даже при том, что рядом с ним был Айенни. Так что и к скорой встрече с Сонным был совсем не готов. — Да брось! Не могла же она его видеть! Он в таком виде является только во снах! — осёк Криса шёпотом Хван. — Просто кто-то в универе покрасился в красный, а она приняла его за него. Детская фантазия чего только не выдумает. Не является Паралич просто так. Ещё и в своём мужском обличии! — А вдруг правда видела? — не поверил Чан. — Около кабинета мамы, — ответила Миён, — Так дядя с книжкой плохой? — Вполне вероятно, — нервно посмеялся Джинни, уже жалея, что позволил малышке спросить их общую тайну так открыто перед всеми. Потому что уже в третий раз получил удар бедром. — А страшный дядя с красными волосами твой братик? — спросил ребёнок. — А это с чего ты взяла? — осторожно уточнил Джинни. Сердце его вдруг от плохого предчувствия сжалось в маленький комочек. — Он выглядел, прямо как дядя Джинни! — произнесла девчушка. Весь мир вокруг вмиг стих, а краски отлили от лица Хвана. Он медленно повернулся к Ббоки, заглянул ему в глаза и тихо произнёс: — Этого я ей не говорил. Глаза Ёнбока в ужасе распахнулись. Если Хван не говорил, как выглядит Паралич, это означало только то, что Миён ничего не выдумала и в действительности он показался перед ней. Ещё и в своём мужском облике. — Где ты его видела? Когда? — Хван резко повернулся к девочке и схватил её за плечи обеими руками. — С-сейчас, — испуганным голосочком произнесла малышка, — К-когда мы с мамой спускались покушать. — Где именно? — Около кабинета мамы в зеркале. — Это он! — произнесли в один голос Ббоки и Хван. Оба тут же вскочили с мест. Им срочно надо было туда попасть, пока Паралич не исчез. Или хотя бы тот студент, за спиной которого он появился. Вполне вероятно этот человек был в опасности. Остальные друзья, воскликнув наперебой: — Да ну..! — Быть не может…! — Реально он..? — Но почему..? Тоже повставали со своих мест. Быстро собрали свои вещи и уже собирались бежать, но Хван вдруг задержался. Он присел на корточки перед напуганной Миён, снова схватил её за плечи и очень серьёзно, глядя малышке в глаза произнёс: — Дядя с красными волосами очень плохой! Не разговаривай с ним, не смотри на него. Слышишь? Увидела, сразу же убегай куда-нибудь. Поняла меня? Девочка испуганно покивала, и он, сказав напоследок, что она молодец поспешил за выходящими из столовой ребятами. Там на входе они столкнулись с подошедшей в столовую Юной: — Что происходит? Вы куда? Вы поели уже? — спросила удивлённо она. — Паралич объявился, — коротко поведал ей Чонин и больше она ничего уже не спрашивала. Громко, то ли радостно, то ли удивлённо ойкнула и направилась за всеми. — Кабинет Шин Рюджин… Это же около деканата на втором этаже, да? — спросила Йеджи, пока они быстро взбирались по лестнице. — Скорее всего, — ответил ей Хван, — Как раз в самом конце коридора зеркало висит. Пробираясь сквозь толпу студентов, они преодолели лестничный пролёт и выбежали на второй этаж. Теперь им предстояло пересечь фойе, пройти под аркой и попасть в ещё один коридор, более длинный, за поворотом которого находились кабинет Шин Рюджин и деканат. Там же была небольшая лавочка и на стене висело небольшое зеркало. Перед самым последним поворотом ребята остановились и переглянулись меж собой. — Кто первый посмотрит? — сглотнув, поинтересовался Чан. Сам он не сильно рвался первым в пекло. — Мы с Ббоки, наверное? — ответил Джинни, — Мы единственные, кроме Миён, кто встречали этого типа. Если и увидим его, то только мы. Ликси кивнул, хотя в последнем утверждении уже сомневался. Паралич показался девочке. В зеркале, ещё и в облике Хёнджина. Остальные ребята спорить не стали и отошли на пару шагов назад. Принялись ждать. Хван с Ёнбоком кивнув друг другу, тихо вылезли из укрытия. — Что там? — спросила нетерпеливая Йеджи, когда парни повернулись ко всем. По выражениям их лиц было непонятно, какие эмоции оба испытывали. Там смешались недоумение, шок, лёгкое волнение и некое чувство, близкое к возмущению, будто их кто-то обманул или разыграл. Поэтому и с ответом парни не нашлись. Вместо этого уступили место остальным и позволили самим посмотреть, что же их так взволновало. И когда ребята выглянули из-за поворота, то обомлели. На лавочке, облокотившись спиной на то самое зеркало, с книжкой в руках сидел Ким Сынмин. Все ахнули от удивления. Сделали два шага назад и переглянулись. У Чана сжались кулаки и одновременно с этим к горлу подкатила тошнота от страха. Он был раздражён и зол, но одновременно чертовски напуган. Возникло резкое желание сейчас же набрать Ханну и предупредить её о возможной опасности. Но понимая, как его слова может воспринять сестра, учитывая не только их сложные отношения, а вообще саму составляющую предупреждения, он не мог так поступить. Оставалось лишь обессиленно сжимать кулаки и сглатывать ком, застрявший в горле. Чонин, считав настроение бойфренда, мягко коснулся его руки. — Я в порядке, — шепнул ему Чан благодарно. Айенни не поверил и руки своей не убрал. — Это, блять, уже никакое не совпадение, — произнёс Джисон. — Согласен с тобой, — кивнул Джинни и резко двинул вперёд, желая разобраться со всем прямо здесь и сейчас, но внезапно перед ним выскочил Ббоки и тут же оттолкнул обратно. Ким Сынмин, слишком увлечённый чтением и музыкой, что играла в наушниках, никого подозрительного не заметил и не услышал. — Да погоди ты! — попросил Ёнбок брюнета. — Чего ждать? Паралич за его спиной возник! Миён так сказала! Так что надо пойти и разобраться! — Если он возник за его спиной, это как минимум означает, что Ким Сынмин не Паралич! — заспорил с ним Феликс. — В двух местах одновременно он ещё ни разу не появлялся. — Может и так! Но он точно с ним как-то связан! Потому что странных совпадений стало слишком много! Тогда в баре, и то что он по нашим вещам ползал… Надо узнать всё лично у него! — Да? И что ты ему скажешь? Хван замялся. Что он говорить будет Сынмину, он не подумал, но надеялся действовать по ситуации. В это время голосок подала Черён: — А может возникло недопонимание? — все уставились на девушку, — Ну… Мы же не прибежали в ту же секунду, как малышка Миён сообщила о Параличе. Вдруг тот, кто сидел давно ушёл, а Ким Сынмин пришёл только что? — Миён говорила о дяде с книжкой. И Сынмин тут сидит с книжкой, — напомнил Джинни. — Слишком уж жирное совпадение! — Да. Но с другой стороны, сам подумай. Если Сынмин злодей и каким-то образом связан с Параличом, то зачем Сонный так явно на него указал? Это же палево! — заметил Джисон. — Так он и не указывал! Не мог же он знать, что Миён его увидит и всё нам расскажет? — Паралич то? — фыркнул Ббоки, — Он может смерти подстраивать и показывать будущие события во снах. Если он и показался Миён, то намеренно! — А что, если он просто пускает пыль в глаза и хочет, чтобы мы отвлеклись не на того? — предположил Чонин, — Ты сам говорил, что он развлекаться любит. И про наш вчерашний разговор он знает… — Вот и именно! Поэтому нам точно надо с Сынмином разобраться и выяснить, что он знает! — Хван снова ринулся вперёд, но в этот раз, помимо Ёнбока, его задержали ещё и Джисон с Минхо, схватив каждый за плечо по обеим сторонам. — Ты помнишь, что обещал Ббоки думать, прежде чем делать? — решил воспользоваться слабостью Хвана Джисон. Юна с Йеджи переглянулись и хихикнули. А Хван так посмотрел на лучшего друга, что чуть взглядом не испепелил. Но идти напролом дальше не стал. Сложил руки на груди и обиженно отвернулся от лучшего друга. — И вообще, что ты собрался делать? Подойдёшь ты к Сынмину и что скажешь? Привет, я Хван Хёнджин, ты не видел случайно моего брата близнеца? А может ты он и есть? Так что ли? — задал вопрос Минхо. — Критикуете мои методы, свои тогда предлагайте! Я вас внимательно слушаю! — развёл руками в стороны Джинни. — Может пока не бросаться напролом и понаблюдать? — предложил Чонин, и все закивали. Звучало как хорошая идея, вот только Хван с ней не согласился. — Ждать? Когда он укокошит кого-нибудь? Вы может не поняли ещё с кем дело имеете? Если бы я ждал, то Йеджи бы с нами уже не было! Девушка вздрогнула и Хван бегло бросил ей: — Извини. Но это факт. Нельзя с этим уродом медлить. Тем более, когда все улики явно указывают на этого парня. — Но ведь, чтобы он убил кого-то должен быть сон перед этим? — спросил Чонин и посмотрел на Ббоки. Блондин кивнул, правда с небольшой неуверенной заминкой. — Но также, нам известно, что Паралич свои же правила любит нарушать, — напомнил Хван. Именно об этом секунду назад подумал Ёнбок. — А что, если с ним попробовать подружиться? — предложила Юна, — Втереться в доверие и тихонько выяснить, что он может скрывать. — С кем подружиться? С Сынмином? — не поверил услышанному Хван. — Да, — бодро кивнула девушка. — Слушайте. А это ведь идея! — одобрительно закивал Джисон и вопросительно посмотрел на Ббоки. Как-то так сложилось, что в расследовании против Паралича именно ему все ребята присудили ранг босса, и потому считали, что последнее слово стоит оставлять за ним. Хван импульсивный и резкий, а Ликс казался спокойным и думающим. Да и с Сонным давно «общался». — А кто с ним захочет познакомиться поближе? — спросил тихо Ёнбок. Себя он точно в этой роли не представлял. — Хвана с Чаном пускать точно нельзя, — хохотнул Хо, — И один и второй наломают дров. — Ты подходишь, — внезапно сказала Йеджи, обращаясь к Минхо. — Я? Почему я? — удивился Хо. — Сам подумай. Все мы будем странно смотреться, если кто-то из нас, спустя почти три года внезапно решит втереться в доверие Сынмину. Этот парень ведь не особо социальный человек и что-то точно заподозрит. А ты сможешь к нему незаметно подобраться, так как ты его однокурсник, — пояснил Чонин. — Как и Чан, само собой. Но, ты сам сказал, что Криса пускать нельзя, — добавила Йеджи и все закивали. Кроме Чана, что закатил глаза и тоже присоединился к клубу обиженок, в котором уже состоял Хван. — Так я тоже буду смотреться странно! Я точно так же, как и вы, не особо общался с ним три года! — возразил Хо. — Но ты можешь воспользоваться учебной деятельностью, например? — отметила Юна, — Домашку попросить списать. — Ты может не в курсе, но характер у этого парня не сахар. Он никого к себе не подпускает и домашку не даст, даже если у него в ногах будешь ползать, — подметил Минхо. — Кого-то это описание мне напоминает… — задумчиво произнесла Йеджи, — Интересно кого же? Вы ребят не знаете такого же какаху? — Точно нет, — хохотнул Джисон, — Впервые о таком слышу. Все посмеялись, а Хо фыркнул. Где это видано, чтобы умоляли о помощи и обзывались при этом? — Пожалуйста, Минхоша! Ты наша последняя надежда! — вытянула губки Юна. — Да. У нас тут два пути. Либо сейчас на разборки пойдёт Хван, и устроит чёрти что, либо ты возьмёшь всё в свои руки и попробуешь разобраться разумно, — сказал Чонин, и все ребята так уставились на него умоляющими глазками, что у Минхо сложилось впечатление, что откажи он, и словно у детей последние конфеты отнимет. — Блять! Ладно! Попробую! — сдался Хо и сразу предупредил, — Если ничего не выйдет, я не виноват! — Если ничего не выйдет, то действовать будем по моему, — предупредил Хван. — Хо, у тебя должно всё получится, — произнёс Хани тоном, не требующим возражений. В его реплике так и слышалось: ты обязан, чтобы у тебя всё получилось. — Забились. Но у меня ещё есть условие. Вот этот молодой человек должен держать себя в руках и не вставлять мне палки в колёса, — сказал Минхо, указывая на притихшего Чана. — На учёбе мы с Кимом держим нейтралитет, — процедил сквозь зубы Крис, которого опять взбесило, что его скатили в какого-то детсадовца, который не понимает граней дозволенного, и где можно устраивать разборки, а где нельзя. — Постарайся уж. Ради общего дела, — кивнул Хо. — И пошлите отсюда. У нас ещё есть время доесть свой обед. — А ты не сейчас подойдёшь? — удивилась Юна. — Нет. Сейчас мне не с чем к нему подходить, — ответил Хо. — Я чуть позже постараюсь выловить нужный момент. — Так у тебя уже есть какой-то план? — спросил Джисон парня, повесив на его плечо руку. — Типа того, — ответил Ли, и все заулыбались. Затем ребята, подгоняемые голодным Хо, пошли обратно в столовую. На месте остались только всё ещё читающий свою книжку и в ус не дующий, что у кого-то на него есть какие-то планы, Ким Сынмин, и Хван с Ликсом, всё ещё следящие за парнем и зеркалом позади него. Джисон сначала забеспокоился и тоже хотел остаться во избежание проблем с импульсивным Хёнджином, но потом вспомнил, что его друга лучше всего контролирует именно Ббоки. А значит, пока этот парень рядом, то всё будет нормально, а потому быстро забил и со спокойным сердцем пошёл со всеми в столовую. — Я думаю, что идея подружиться неплохая, — сказал Ликс. — Я тоже теперь так думаю, — нехотя признался Джинни. — Лишь бы поздно не стало. И лишь бы они сами не пострадали. — Всё будет хорошо, пока нас двое. Ты сам это говорил. И так как нас теперь ещё больше, то и дела пойдут куда лучше, — улыбнулся Ликси и этой мягкой улыбки хватило, чтобы в сердце Джинни развеялись тучи. Он тоже улыбнулся в ответ и потрепал блондинистые волосы. В любом случае, он был уверен, что будет держать ухо в остро, и если что-то пойдёт не так, то обязательно вмешается. А пока что им следует вернуться в столовую вместе с остальными и доесть свой обед. Ликси же совсем ничего не успел покушать! Они в последний раз выглянули из своего укрытия, убедились, что Сынмин на месте, а этого ублюдка за ним нет и только затем пошли вниз вслед за всеми.