К свету

      Жуй Цзэ хотел устроить сюрприз, не только для Вэнь Муяня, но и для всех остальных. Ещё находясь в столице, он отправил письмо генералу Ци и сообщил, что скоро приедет, но про Вэнь Муяня не упомянул. Это была простая часть сюрприза. Сложная состояла в том, чтобы отвести слепого наложника на гору, сохраняя тайну. К удивлению Жуй Цзэ, Вэнь Муянь даже не спросил, куда они идут, просто молча следовал за ним. Жуй Цзэ не был уверен, что заслуживает такого доверия.       Принц оставил карету в деревне у подножья горы, ведь ни по лестнице в почти тысячу ступеней, ни по горной тропе она не проедет. Жуй Цзэ очень сочувствовал ученикам мастера Цзюэ, которые постоянно бегают туда-сюда, ещё и нагруженные тюками с припасами. Всё-таки хорошо, что в своё время брат не отпустил его в школу боевых искусств, хотя Жуй Цзэ просился. Тогда он пусть не официально, но уж точно фактически считался наследником престола, и отсылать его из столицы было нельзя.       Несколько минут Жуй Цзэ с кислым видом смотрел на вьющуюся по склону тропу, то исчезающую в зарослях, то выныривающую из зелени. Правда, лестницу Жуй Цзэ ненавидел ещё больше, там негде спрятаться от солнца. Понимая, что молчаливыми проклятьями в адрес мастера Цзюэ делу не поможешь, принц взял слепого наложника за руку, и они начали восхождение на гору.       Вэнь Муянь не жаловался, он вообще никогда ни на что не жалуется, но уже скоро Жуй Цзэ заметил усталость своего спутника. Они и четверти пути не преодолели, как дыхание Вэнь Муяня сбилось и стало хриплым. Должно быть, состояние его здоровья ещё хуже, чем Жуй Цзэ предполагал. Оставалось только надеяться, что мастер Цзюэ поможет ему.       — Что-то я устал, давай присядем тут, — сказал Жуй Цзэ.       На самом деле он был ещё полон сил, но знал, что Вэнь Муянь не попросит об отдыхе. К счастью, неподалёку стояла каменная скамья. Мастер Цзюэ позаботился о местах для отдыха вдоль тропы, хотя скорее всего, его надоумил генерал Ци.       Вэнь Муянь практически упал на скамью, он выбился из сил. Жуй Цзэ набрал воды из прозрачного ручейка и дал ему в руки флягу, к которой Вэнь Муянь с жадностью припал и долго пил.       — Я обуза для тебя, — сказал слепой наложник, смущённо улыбаясь.       — Нет-нет, не говори так! — воскликнул Жуй Цзэ.       Щёки принца вспыхнули, когда он понял, что его маленькую хитрость раскрыли. Вэнь Муяня, несмотря на его слепоту, нелегко обмануть.       — Я могу понести тебя, — предложил принц. — Генерал Ци рассказывал, что нёс тебя на спине, когда…       Жуй Цзэ зажал себе рот, но было поздно, он уже проговорился. По зеленому лесу разнёсся звонкий смех Вэнь Муяня.       — Ты думал, что я не понимаю, куда мы идём? В дне пути от столицы есть лишь одна гора, на которую ты готов столь упрямо взбираться.       — Ну вот… А я хотел устроить сюрприз… — вздохнул Жуй Цзэ.       — А-Цзэ, милый А-Цзэ!       Вэнь Муянь погладил его по голове, как котёнка, и принц почувствовал себя неловко. Прикосновения между ними были обычным делом, в конце концов Вэнь Муянь слепой и ему постоянно нужна помощь. Но когда он касался Жуй Цзэ вот так, принцу отчего-то становилось не по себе.       — Груши в саду мастера Цзюэ вот-вот расцветут, я уже отсюда чувствую их аромат.       — Правда?       Жуй Цзэ принюхался, но смог различить лишь обычные запахи горного леса.       — Позволь, А-Цзэ…       Вэнь Муянь придвинулся ближе, и его изящная ладонь легла на глаза Жуй Цзэ. Мягкая ладонь, непривычная к рукояти меча или тяжёлой работе… Почему-то именно это прикосновение вдруг показалось Жуй Цзэ одновременно очень приятным и очень смущающим. Когда он обнимал Вэнь Муяня или держал за руку, внутри него не понималось это странное горьковато-сладкое чувство.       — Дыши.       Принц только сейчас понял, что задержал дыхание. Он сделал глубокий вдох, сердце почему-то сильно колотилось.       — Дыхание очень важно для тех, кто практикует боевые искусства, но сейчас не нужно думать о том, как воздух попадает в лёгкие. Просто сосредоточься на запахах. Их очень много, поначалу они сливаются, но если постараться, то можно отделить один от другого.       Жуй Цзэ ровно и медленно вдыхал влажный воздух. Пахло смолой и зеленью, а ещё чем-то сладким. Он бы никогда не заметил этот едва уловимый аромат, если бы зрение отвлекало его.       — А теперь прислушайся.       Голос Вэнь Муяня, негромкий, успокаивающий, казался Жуй Цзэ гармоничной частью многоголосой музыки леса, что окружала его. Принц слышал журчание воды, шелест листьев, пение птиц. А ещё ветер иногда доносил откуда-то издалека человеческие голоса. Одновременные выкрики, как вспышки в темноте, появлялись и гасли. Должно быть, ученики отрабатывают удары.       Жуй Цзэ осознал, сколько деталей он упускает, полагаясь лишь на внешнюю картинку. Мир Вэнь Муяня, пусть и тёмный, но далеко не пустой. Тонкая ладонь исчезла, напоследок заправив за ухо прядь волос Жуй Цзэ. В глаза ударил солнечный свет, и некоторое время принц ошеломлённо моргал.       — Я отдохнул, пойдём, А-Цзэ.       Вэнь Муянь поднялся со скамьи и протянул ему руку. Но Жуй Цзэ знал, что не успеет палочка благовоний на половину прогореть, как он снова услышит тяжёлое дыхание своего спутника. Не хватало ещё, чтобы Вэнь Муянь потерял сознание от перенапряжения. Поэтому принц просто взял Вэнь Муяня за обе руки, и слепой наложник, сам того не заметив, вдруг оказался у него на спине. Он машинально обхватил ногами талию Жуй Цзэ, чтобы не упасть, а принц только этого и хотел.       — Вот теперь идём, — сказал Жуй Цзэ. — Держись за меня.       Вэнь Муянь, чувствуя себя донельзя смущённым и ужасно бесполезным, послушно соединил руки, стараясь не давить Жуй Цзэ на шею. Частью сознания он всё ещё воспринимал Жуй Цзэ как ребёнка, хотя этот ребёнок на голову его выше и во много раз сильнее.       — Только не утомляй себя, — умоляющим тоном произнёс Вэнь Муянь. — Если устанешь, скажи, и я пойду сам.       Жуй Цзэ усмехнулся в ответ. Сказав, что ему совсем не тяжело, он бы, конечно, соврал. Но видеть, как Вэнь Муянь страдает, ещё тяжелее. Принц упрямо шёл вперёд, на кону была его гордость. К середине дня, почти выбившись из сил, он увидел, наконец, впереди школу мастера Цзюэ. Выйдя на ровную площадку у задних ворот, Жуй Цзэ опустил свою ношу и вытер пот со лба. Возможно, ему стоит больше тренироваться…       Принц постучал в ворота, и ему открыл один из учеников мастера Цзюэ. Он знал Жуй Цзэ в лицо, почтительно поприветствовал дорогих гостей и проводил в беседку посреди грушевого сада.       — Я пойду позову учителя, подождите немного.       — Здесь всё по-прежнему? — спросил Вэнь Муянь, когда шаги мальчика затихли среди деревьев.       — Да, — отозвался Жуй Цзэ. — Цветы вот-вот распустятся, как ты и говорил.       — В доме мастера Цзюэ очень спокойно… хотя сам он не сочетается с местом, в котором живёт.       Принц рассмеялся.       — Ты точно подметил! Если честно, я вообще не понимаю, как генерал Ци его терпит…       Жуй Цзэ хотел ещё что-то добавить, но вовремя замолчал, ведь по дорожке через сад к ним шёл генерал Ци собственной персоной.       — Посмотрите-ка, кто вернулся! Ваше Высочество!       — Генерал.       Жуй Цзэ поднялся и почтительно поприветствовал наставника.       — Ты вырос с тех пор, как мы виделись в последний раз.       Генерал Ци хлопнул его по плечу. Радость встречи была так сильна, что он не обращал внимания ни на что вокруг, кроме принца. Но подойдя ближе, генерал, наконец, заметил человека, что скромно сидел в беседке, не мешая воссоединению учителя и ученика. Глаза Ци Шэна удивлённо расширились, на несколько секунд он утратил дар речи.       — Вэнь Муянь, неужели это ты?       — Генерал ещё помнит меня, — сказал Вэнь Муянь, поднимаясь. — Я очень рад встретиться с вами снова.       Ци Шэн порывисто подошёл и схватил его за плечи. Честно сказать, он полагал, что Вэнь Муяня давно нет в живых, и не высказывал эту мысль лишь потому, что не хотел расстраивать Жуй Цзэ. Но вот он, живой и невредимый!       — Где же ты был десять лет? Почему не послал ни одной весточки?       — Долго рассказывать, — уклончиво ответил Вэнь Муянь.       Ему бы не хотелось отравлять радость долгожданной встречи.       — За ужином расскажешь.       По старой армейской привычке Ци Шэн и его хлопнул по плечу. Вэнь Муянь от дружеского жеста слегка пошатнулся.       — Неужели непутёвый ученик моего мужа вернулся? — послышался из глубины сада мелодичный, но сердитый голос.       Жуй Цзэ закатил глаза, а вот генерал Ци расплылся в улыбке. Уже десять лет они с Цзюэ Юем неразлучны, но их чувства такие же яркие, как в день свадьбы.       — Он вернулся не один. А-Юй, поскорее иди сюда.       Раз супруг попросил поскорее, мастер Цзюэ воспользовался своим непревзойдённым мастерством цингун и ворвался в беседку порывом ветра. При этом из его причёски ни одна прядь не выбилась.       — О-о-о! А ты выглядишь лучше, чем я себе представлял!       Мастер Цзюэ не привык церемониться. Когда-то он предрекал, что с таким хрупким здоровьем Вэнь Муянь не доживёт и до тридцати лет. Но вот рубеж близок, а слепой наложник не выглядит умирающим. Конечно, это не может не радовать!       — Мастер Цзюэ! Мастер Цзюэ! Куда это вы так рванули? Я за вами не успеваю!       В беседку вошёл запыхавшийся Сяо Бао. Как бы он ни ворчал на мелкую пельмешку, тоже поспешил в сад, услышав о приезде принца. Но едва скользнув по Жуй Цзэ, его взгляд остановился на слепом наложнике. Сяо Бао зажмурился и замотал головой, но, когда открыл глаза, видение не исчезло.       — Неужто мой господин умер, и я вижу его призрак?.. — пробормотал объятый ужасом Сяо Бао.       — Нет, — рассмеялся Вэнь Муянь. — Это, правда, я. И я не призрак, честное…       Договорить он не успел, потому что в следующий миг Сяо Бао заключил его в объятия, едва не сбив с ног.       — Господи-и-ин!       С ближайших деревьев птицы разлетелись, испуганные криком.       — Господин, ну зачем вы так? Зачем меня отослали? Что Сяо Бао плохого вам сделал?       Вэнь Муянь обнимал рыдающего Сяо Бао и не знал, что делать. Сердце разрывалось от чувства вины. Он хотел защитить верного слугу и лучшего друга, но мнением самого Сяо Бао не поинтересовался. Вэнь Муянь думал, что поступает правильно.       — Не делайте так больше, обещаете? И не исчезайте на десять лет.       — Обещаю, — произнёс Вэнь Муянь.       Больше никакой лжи, это он точно для себя решил. Вэнь Муянь прижал Сяо Бао к себе. Когда-то они выживали вместе в холодном дворце, и между ними появилась связь, которая не истончилась даже за десять лет в разлуке. Все эти годы Вэнь Муянь не позволял себе думать о том, как же сильно скучает, но теперь, наконец, дал волю чувствам, незрячие глаза заблестели от слёз.       — Что же вы все такие высокие выросли, — пробормотал Вэнь Муянь, осторожно ощупывая плечи Сяо Бао.       Надо сказать, что Сяо Бао не только вырос, но и располнел, что часто бывает с евнухами. Вэнь Муянь помнил его щуплым подростком. Должно быть, в школе боевых искусств он жил хорошей жизнью, не выполняя никакой физической работы.       Успев почти задушить Вэнь Муяня в объятиях, Сяо Бао, наконец, отпустил его, но лишь для того, чтобы накинуться с бранью на Жуй Цзэ.       — Ах ты, вредная пельмешка! Специально ничего не говорил! И почему ты не привёз господина раньше?       Вэнь Муянь хотел мягко поправить его, всё-таки нельзя взрослого юношу, тем более принца называть пельмешкой и так отчитывать, но первым заговорил Жуй Цзэ.       — Если бы я знал, что он во дворце, конечно, нашёл бы способ вытащить его.       После этих слов наступило молчание. Все получили ответы на свои вопросы. Почему от Вэнь Муяня не было вестей? Куда он уехал? Где был все эти годы? Оказывается, слепой наложник не покидал дворца. Вэнь Муянь понял, что должен всё объяснить, как бы не было больно это вспоминать.       — Я сам не знал, что нахожусь в Запретном городе.       — Как же так можно!.. — воскликнул Сяо Бао с негодованием.       Он бы высказал ещё многое, но генерал Ци сжал его плечо и покачал головой, безмолвно предупреждая. Не стоит ругать покойного императора в присутствии его младшего брата. И в присутствии Вэнь Муяня. Сяо Бао задыхался от возмущения, но смог проглотить слова, которые рвались с языка. Сейчас он не должен расстраивать господина, лишь эта мысль останавливала его.       — Как бы то ни было, теперь ты снова свободен, — сказал мастер Цзюэ, и его голос прогнал атмосферу уныния.       — Теперь-то я господина никуда не отпущу! — заявил Сяо Бао. — О вас плохо заботились, вы похудели. У вас круги под глазами, как у панды. Вы плохо спите?       У Вэнь Муяня действительно были проблемы со сном, но он не хотел заставлять Сяо Бао ещё сильнее беспокоиться.       — Я в порядке, просто устал с дороги.       Сяо Бао спохватился, он столько лет был управляющим в поместье, что подзабыл, как прислуживать слепому и слабому здоровьем господину. Как когда-то давно Сяо Бао взял его за локоть и осторожно усадил на подушку.       — Сейчас позову кого-нибудь из учеников, чтобы подали чай. И забегу на кухню распорядиться о праздничном ужине. Нужно кого-то отправить вниз с горы за вашими вещами?       — Да, в карете лежит отдельная маленькая сумка со сменной одеждой, — ответил Жуй Цзэ. — Ах да! Пусть захватят нашего кота.       — Вы завели кота?       Сяо Бао не ожидал, что его господин снова возьмёт домашнего питомца после смерти Юйли. Но раз он смог полюбить нового кота, значит, всё не так плохо, как боялся Сяо Бао!       — Его зовут Тао-Тао, он очень милый и обязательно понравится тебе! — заверил его Вэнь Муянь.       — Тогда распоряжусь, чтобы Тао-Тао поскорее принесли.       Сяо Бао ушёл, постоянно оборачиваясь на беседку, будто боялся, что Вэнь Муянь сейчас растает в воздухе. Оставшиеся в беседке едва успели обменяться несколькими фразами, как он уже вернулся, а вскоре принесли и чай с закусками.       — Не налегай на еду, — сказал генерал Ци Жуй Цзэ, стоило принцу потянуться к тарелке. — Сейчас проверю, не забывал ли ты о тренировках.       — Генерал, пощадите, я только что на гору поднялся! — взмолился Жуй Цзэ, чем только раззадорил своего наставника.       — Лентяй! А ну иди сюда!       Несчастного принца за шкирку вытащили из беседки, и вскоре Вэнь Муянь услышал звуки ударов. Сяо Бао не стеснялся комментировать, потешаясь над Жуй Цзэ.       — А пельмешка не совсем безнадёжна… Хотя нет, совсем… Не жалейте его, генерал!       — Мастер Цзюэ, — позвал Вэнь Муянь. — Я не могу оценить уровень Жуй Цзэ, будьте добры, просветите меня.       Всё-таки в таком вопросе полагаться на мнение Сяо Бао нельзя, а Вэнь Муяню было интересно.       — Этот ребёнок талантливый, но ленивый, — выдал свой вердикт Цзюэ Юй. — Не давай ему забросить тренировки. Его отец и брат умерли молодыми, принцу нужно совершенствовать своё тело.       — Я запомню это и буду хорошо заботиться о нём, — ответил Вэнь Муянь со всей серьёзностью.       Цзюэ Юй вздохнул. «О себе бы позаботился!»       — Дай руку.       Вэнь Муянь послушно протянул руку и закатал рукав. Минуту мастер Цзюэ слушал его пульс. Его лицо осталось равнодушным, но всё же плечи немного расслабились.       — Ты не умираешь, уже хорошо. Но твоё тело слабое. В период быстрого роста ты плохо ел, потом пережил душевное потрясение, а в последние годы, видимо, мало двигался. Теперь смерть императора стала новым ударом, и твоё здоровье пошатнулось.       Вэнь Муянь молча кивнул, мастер сказал всё верно. Он был благодарен за то, что Цзюэ Юй не стал больше ничего говорить про императора и то, как Вэнь Муянь относился к нему. Это и слишком больно, и слишком стыдно.       — Я помогу тебе, — продолжил Цзюэ Юй.       — Благодарю…       — Не благодари! Это просто азарт, интерес лекаря, вот и всё.       Вэнь Муянь опустил голову, пряча улыбку. Мастер Цзюэ не любит признавать, что совершает бескорыстные поступки, но на самом деле он очень отзывчивый человек. Десять лет назад он без вопросов принял Вэнь Муяня в своём доме и даже готов был противостоять императору ради него, а потом приютил и Сяо Бао. Вэнь Муянь всегда будет благодарен Цзюэ Юю.       Их тихую беседу оборвали крики Жуй Цзэ.       — Муянь! Муянь, спаси меня!       Принц вбежал в беседку и спрятался за спиной слепого наложника.       — Маленький бездельник! — фыркнул Цзюэ Юй и попытался схватить принца за шиворот, чтобы снова выкинуть из беседки, но Вэнь Муянь передвинулся, закрывая Жуй Цзэ.       — Мастер Цзюэ, генерал Ци, нельзя ли закончить тренировку? Его Высочество нёс меня на спине всю дорогу, он устал.       — Муянь, ты один в этом мире меня жалеешь!       Поняв, что его больше не будут гонять по саду и бить, Жуй Цзэ растянулся прямо на полу, устроив голову на коленях Вэнь Муяня. После непривычно интенсивной тренировки мышцы ныли, но всё равно принц чувствовал приятную удовлетворённость. Он даже сумел нанести наставнику пару ударов!       — Ты не так безнадёжен, как кажется на первый взгляд, — сказал генерал Ци, присоединившись к остальным.       Счастливая улыбка не сходила с губ Вэнь Муяня. Его признали не умирающим, а Жуй Цзэ не безнадёжным, чего ещё можно желать?

***

      Праздничный ужин, о котором упоминал Сяо Бао, удался на славу. Сам Сяо Бао то бегал за вином, то пытался контролировать кухню, пока его практически силой не усадили за стол. Правда, надолго Сяо Бао не задержался. Оказывается, он плохо переносит алкоголь. После первой же чаши Сяо Бао почувствовал сонливость и большую часть вечера сидел, или подпирая голову рукой, или привалившись к плечу Вэнь Муяня.       Слепой наложник не пил вина принципиально, с него хватило одного раза. Жуй Цзэ пытался возражать, но мастер Цзюэ пришёл Вэнь Муяню на помощь, заявив, что его слабое тело может и не выдержать. Вэнь Муянь просто наслаждался едой, почти не участвуя в беседе, только слушая голоса Жуй Цзэ, генерала Ци и Цзюэ Юя. Он не мог вспомнить, когда в последний раз был так счастлив. Все люди в этом мире, что дороги ему, собрались за одним столом.       Жуй Цзэ, перекидываясь шутками с генералом, не забывал наполнять тарелку Вэнь Муяня. Он старательно очищал кусочки рыбы даже от самых мелких костей и проверял, чтобы еда не была слишком горячей. Вэнь Муяню было одновременно и радостно, и слегка неловко. Он, в конце концов, не настолько беспомощен. Но принимать искреннюю заботу было так приятно, что он не находил в себе сил остановить Жуй Цзэ.       Вэнь Муянь прислушивался к разговору генерала Ци и мастера Цзюэ. Их голоса почти не изменились, надо потом спросить у Жуй Цзэ, как они выглядят сейчас. Но Вэнь Муянь и так был уверен, что непревзойдённая красота Цзюэ Юя не поблёкла с годами. Мастер считал себя едва ли не самым красивым в мире, и у Вэнь Муяня не было оснований не верить. Мелодичный голос Цзюэ Юя неожиданно музыкально сочетался с низким голосом Ци Шэна. Эти два человека, совсем непохожих, удивительно гармонично смотрятся рядом, это отмечали все, кто хоть раз их видел. А для Вэнь Муяня они невероятно красиво слышатся вместе.       Были и вещи, которых он не замечал, например, с какой нежностью Ци Шэн и Цзюэ Юй смотрят друг на друга, как внимательно каждый из них выбирает самые лакомые кусочки и кладёт в тарелку возлюбленного. Жуй Цзэ мог бы рассказать, что их совместные тренировки выглядят как танец, и эти двое способны наполнить любовью даже боевые искусства.       Правда, генерал обладал волевым характером, а мастер просто склочным, поэтому они часто ругались. Когда спор заходил в тупик, Цзюэ Юй предъявлял свой последний аргумент — начинал размахивать перед лицом мужа бумагой и говорил, что вообще-то владеет им, и поэтому Шэн-Шэн должен слушаться. У генерала на такой случай был собственный аргумент. Обычно он толкал мужа на ближайшую горизонтальную поверхность, после чего долго и страстно доказывал, кто здесь кем владеет. Через пару часов Цзюэ Юй готов был с ним согласиться, но его капитуляцию не принимали, и крики Цзюэ Юя ещё долго разносились по всей горе. После таких громких скандалов оба выглядели уставшими и довольными, как объевшиеся коты.       Когда Сяо Бао окончательно растёкся по столу, мастер Цзюэ оторвался на время от своего супруга и отвёл Сяо Бао в его комнату. Цзюэ Юй, хоть и выпил больше остальных, казался совершенно трезвым, даже походка не утратила своего изящества. Генерал Ци, как и все военные, был устойчив к алкоголю, но всё же до супруга ему было далеко. В определённый момент терпение мастера Цзюэ закончилось, и он, ворча себе под нос, взял генерала Ци на руки, будто тот вообще ничего не весил.       — Сейчас отнесу этого пьянчугу в кровать и вернусь за вами, — сказал он.       — Не стоит себя утруждать, мы сами дойдём, — ответил Вэнь Муянь.       Ему очень не хотелось беспокоить Цзюэ Юя, сейчас генералу очень нужна забота мужа, а они с Жуй Цзэ и сами справятся. Кажется, принц не настолько пьян, чтобы его пришлось нести.       — В таком случае мы удалимся, спокойной ночи.       Мастер Цзюэ ушёл со своей драгоценной ношей. Уже где-то на лестнице генерал Ци начал горланить армейскую песню, получив в ответ порцию отборной ругани. Постепенно шаги Цзюэ Юя затихли где-то в доме. Вэнь Муянь решил, что им с Жуй Цзэ тоже пора спать.       — А-Цзэ?       Принц минуту назад допивал вино из кувшина, и кажется, последние глотки были лишними. Вэнь Муянь обнаружил, что Жуй Цзэ устроился на столе, положив голову на руки.       — А-Цзэ, нельзя спать здесь.       Он попытался растолкать Жуй Цзэ, но тот лишь сонно что-то пробормотал. Вэнь Муянь тяжело вздохнул. Кажется, следовало воспользоваться помощью мастера Цзюэ. А теперь он ушел, и как Вэнь Муяню отвести Жуй Цзэ спать? Даже в глубине души считая принца ребёнком, Вэнь Муянь при всём желании не способен его поднять. Позвать кого-то? Но сейчас уже поздно, если Вэнь Муянь начнёт кричать, то разбудит всю усадьбу… Он ни в коем случае не хотел доставлять хозяевам и ученикам неудобства!       — Давай, А-Цзэ, мы должны справиться вместе!       Вэнь Муянь поднялся и потянул Жуй Цзэ вверх. Принц даже немного проснулся, но уже в следующую секунду Вэнь Муянь понял, что радоваться было рано. Жуй Цзэ смог встать, но удержаться на ногах оказалось слишком сложно для него. Юноша всем своим весом навалился на Вэнь Муяня. Слепой наложник чуть не упал. Он и десять лет назад с трудом носил на руках малютку Жуй Цзэ, что уж говорить о нынешнем высоком и статном молодом мужчине? Кряхтя от натуги, Вэнь Муянь перекинул его руку через своё плечо и направился к двери, Жуй Цзэ добросовестно старался перебирать ногами.       — Алкоголь вреден для здоровья и толкает на необдуманные поступки, — произнёс Вэнь Муянь, впрочем, не надеясь, что принц его услышит и, тем более, внимет наставлениям.       Кое-как они добрались до двери и вышли на опоясывающую дом галерею. Свежий воздух подействовал на Жуй Цзэ отрезвляюще, и он даже пробормотал:       — Муянь… Муянь, ты же поедешь со мной?       — Я уже поехал с тобой, — вздохнул слепой наложник. — А теперь сосредоточься, ты обещал, что будешь моими глазами, самое время начать, твоя комната налево или направо?       Вэнь Муянь помнил, где находится его собственная спальня. В этот раз ему выделили те же покои, что он занимал десять лет назад, и путь до них Вэнь Муянь выучил. Но как добраться до спальни Жуй Цзэ, он понятия не имел.       — Муянь, почему ты такой добрый? Ты всегда всех прощаешь, я так не могу…       Жуй Цзэ горестно вздохнул и прислонился лбом к его щеке. От принца пахло сладким рисовым вином.       — Я тебя никогда не прощу, если ты сейчас же не возьмёшь себя в руки!       Вэнь Муянь старался, чтобы его голос звучал строго, но слепого наложника разбирал смех. Вся ситуация была неловкой и забавной. Встряхнув Жуй Цзэ пару раз и убедившись, что разум его в ближайшее время не прояснится, Вэнь Муянь вздохнул и направился к своей комнате.       Десять шагов налево до поворота, потом ещё двадцать шагов. Рукой Вэнь Муянь вёл по стене, считая дверные проёмы. А вот и его спальня. Он немного постоял на галерее, наслаждаясь прохладой весенней ночи. В саду завели свою песню сверчки, слабый ветерок мягко перебирал листья грушевых деревьев. Вэнь Муянь вдохнул полной грудью. Здесь всегда было очень спокойно, дышалось легко…       — Муянь… — едва слышно позвал Жуй Цзэ.       Вэнь Муянь спохватился. А-Цзэ может и простудиться, ведь алкоголь расширяет сосуды, нельзя ему долго стоять на воздухе ночью. Да и спина Вэнь Муяня уже начала ныть.       Вэнь Муянь толкнул дверь и вошёл, своим появлением разбудив Тао-Тао.       — Мяу? — подал голос котёнок.       — Ничего страшного, просто твой второй хозяин не умеет пить, ему ещё рано соревноваться с генералом Ци.       Вэнь Муянь, собрав последние силы, дотащил Жуй Цзэ до кровати, и они вдвоём практически упали на неё. Кровать протестующе заскрипела, а всё тело Вэнь Муяня протестующе болело.       — В следующий раз брошу тебя, — сообщил он Жуй Цзэ и сам себе не поверил.       Слепой наложник хотел подняться и постелить себе на полу, но вдруг Жуй Цзэ обнял его. Руки принца оказались неожиданно сильными для в стельку пьяного.       — Муянь, теперь ты больше не оставишь меня одного?       Разум Жуй Цзэ был не здесь. Возможно, в беседке на лотосовом пруду, где Вэнь Муянь пообещал, что не повторит прошлых ошибок.       — Никогда, — твёрдо произнёс Вэнь Муянь.       — Хорошо, — Жуй Цзэ блаженно вздохнул и ещё крепче сжал Вэнь Муяня в объятиях.       Слепой наложник попробовал вырваться, но Жуй Цзэ обвился вокруг него плющом и не желал отпускать, ещё и протестующе мычал. Признавая своё полное поражение, Вэнь Муянь расслабился. Ничего страшного, если одну ночь они поспят вместе. Так ведь бывает, когда люди выпивают, верно?       Вэнь Муянь уже начал проваливаться в сон, когда Тао-Тао, видимо, чувствуя себя незаслуженно обделённым вниманием, запрыгнул на кровать и свернулся клубочком у него под боком. Одной рукой Вэнь Муянь мягко поглаживал его спинку, а другой волосы А-Цзэ. Он чувствовал спокойствие и умиротворение. Тишину нарушало лишь дыхание двух существ, которых он всем сердцем любил. Через некоторое время пальцы Вэнь Муяня замерли, и он впервые за долгое время заснул крепким сном без сновидений. Не было ни кошмаров, ни горьких воспоминаний. Его не беспокоили те, кого уже нет в живых. Кажется, Вэнь Муянь смог, наконец, отпустить… и его тоже отпустили.

***

      Сяо Бао проснулся с жуткой головной болью. Ему не стоит пить, он понял это ещё несколько лет назад, но, видимо, недостаточно хорошо. Всё! Отныне никакого вина! Вот господин ни капли алкоголя в рот не берёт, и правильно делает. Вспомнив о господине, Сяо Бао подорвался с кровати. Конечно, он не позволит кому-то другому заботиться о слепом наложнике!       Господин обычно просыпается рано. В Холодном дворце Сяо Бао вставал с восходом солнца, чтобы успеть согреть воду и подготовить одежду господина. Сяо Бао никому не прислуживал уже десять лет, и теперь во время выполнения обычных утренних действий его не покидало чувство, что жизнь наконец-то возвращается в привычное русло. Конечно, Сяо Бао очень привязался к генералу Ци и мастеру Цзюэ. Они приняли его и хорошо к нему относились, а он старался отплатить за их доброту и заботился о благополучии школы, но… Но все эти десять лет Сяо Бао словно жил не своей жизнью. Ему не хватало Вэнь Муяня.       Напевая что-то себе под нос, Сяо Бао шёл по галерее. От радости и нетерпения он почти подпрыгивал. Тихонько постучавшись, Сяо Бао не дождался ответа. Господин ещё спит? Он осторожно приоткрыл дверь и заглянул внутрь. Окно было закрыто, в комнате царил полумрак, поэтому сон её обитателей остался непотревоженным. Да, господин был не один. Сяо Бао чуть не упал там же, где стоял.       Вэнь Муянь лежал на спине, раскинув руки, хотя обычно спал, свернувшись клубочком, как кот. Наверное, ему жарко, ведь с правого бока к нему тесно прижимался принц Жуй Цзэ. Юноша обнимал господина, а голову устроил у него на плече, их ноги были переплетены совершенно неприлично… Ещё и рыжий котёнок каким-то образом оказался в постели и спал на груди господина. Сяо Бао ведь даже не успел искупать его вчера! Неизвестно, где это животное бегало и какую грязь с собой притащило! А что до второго животного, ему вообще нечего делать в кровати господина.       Сяо Бао просто трясло от возмущения. Вот пьяница! А господин — добрая душа, уложил его спать. Наверняка господину очень неудобно. Вредная пельмешка! Вся семейка у них… Тут Сяо Бао оборвал свою мысль, потому что это слишком, даже для него.       Сяо Бао решительно шагнул к кровати, намереваясь обоих грязных животных оттуда выкинуть, но вдруг господин заворочался во сне. Сяо Бао застыл на месте, боясь его разбудить. Вэнь Муянь что-то промычал и скривил губы, должно быть, у него рука затекла. А потом он перевернулся на бок, при этом навалившись на Жуй Цзэ. Котёнок скатился с его груди, возмущённо мяукнул, но решил не просыпаться и удобно устроился между двумя мужчинами. Вэнь Муянь протянул руку, наверное, в инстинктивном желании обнять котёнка, но в результате обнял принца. Жуй Цзэ замурлыкал не хуже Тао-Тао.       Сяо Бао выскользнул за дверь, прислонился к стене и сделал несколько медленных вдохов, чтобы успокоиться, как учил его мастер Цзюэ. У него появились нехорошие, туманные пока что подозрения, которые он старался гнать от себя прочь. Молния не бьёт дважды в одно и то же место. Господин уже обжёгся один раз, а он очень умный человек и не станет… Сяо Бао затряс головой, желая выкинуть из неё эти мысли. Окончательно прийти в себя ему помогли крики со второго этажа.       — Пьянь! Да чтобы я ещё раз позволил прикоснуться к себе, когда ты в таком состоянии!       Сяо Бао закатил глаза и со всей возможной для его тучного тела скоростью побежал к лестнице. Надо утихомирить этих уток-мандаринок*, пока своим кряканьем не разбудили господина.       Но всё-таки Сяо Бао не успел. Когда он возвращался, то встретил Вэнь Муяня на галерее. Тот стоял, облокотившись на перила, и выглядел встрёпанным со сна.       — Доброе утро, господин!       При звуке его голоса Вэнь Муянь вздрогнул. Сяо Бао нахмурился. Несмотря на слепоту, господина трудно застать врасплох, неужели он так глубоко задумался, что не услышал шагов?       — Сяо Бао… Я долго спал? Ох, я… Надо, наверное, переодеться и…       Сяо Бао хмурился всё сильнее. Его господин явно взволнован и растерян. Как в этом замешана мелкая пельмешка? Сяо Бао окинул Вэнь Муяня внимательным взглядом, с облегчением отмечая, что его одежда, хоть и помятая, но пребывает в относительном порядке.       — Пойдёмте в комнату, я подам вам умываться.       — Ой, нет! — вскрикнул Вэнь Муянь и схватил Сяо Бао за рукав.       Он тут же спохватился, что отреагировал слишком бурно, и поспешил объяснить.       — Там спит Жуй Цзэ, не стоит его будить. Вчера он много выпил, и так получилось, что мы заснули вместе.       Ещё ближе свести брови к переносице Сяо Бао уже не мог, оставалось только недовольно поджать губы.       — Господину стоит больше заботиться о себе и меньше о других. Но ничего, теперь я снова буду приглядывать за вами.       Вэнь Муянь улыбнулся, чувствуя, как теплом по венам разливается благодарность. Все так заботятся о нём, чем он это заслужил? И генерал Ци с мастером Цзюэ, и Сяо Бао, и А-Цзэ… При мысли о юном принце Вэнь Муянь смущённо опустил голову. Но ведь ничего плохого не произошло, верно? Они всего лишь легли спать вместе, потому что Жуй Цзэ слишком много выпил.       Проснувшись несколько минут назад, Вэнь Муянь сразу же почувствовал непривычное тепло. Он часто замерзал ночью, даже под тёплым одеялом, но сейчас ему было едва ли не жарко. И виной тому был человек в его объятиях. Тела Вэнь Муяня и Жуй Цзэ тесно переплелись, А-Цзэ тихонько сопел, уткнувшись лицом ему в грудь. Вэнь Муянь был ошарашен и смущён. Он и сам не мог объяснить, что именно кажется ему таким вопиюще неправильным. Просто Вэнь Муянь знал, что должен немедленно выпутаться из объятий Жуй Цзэ и встать с кровати.       Он осторожно завозился, пытаясь определить положение своего и чужого тела. Тао-Тао, разбуженный его движениями, выскользнул из тёплых объятий, потянулся и спрыгнул на пол. Вэнь Муяню оставалось только завидовать котёнку. Он предпринял ещё одну попытку, и ему даже удалось высвободить руку. Вэнь Муянь начал осторожно отползать к краю и вдруг замер, словно обратившись в камень. Он абсолютно точно чувствовал бедром, что Жуй Цзэ… возбуждён.       Вэнь Муянь боялся дёрнуться, только судорожно дышал. Он убеждал себя, что ничего такого в этом нет. Сейчас утро, А-Цзэ молодой мужчина, это нормально, так и должно быть… Но тогда почему в его сердце жгучее чувство стыда смешивается с каким-то другим, непонятным и будоражащим? Отголоски этого чувства Вэнь Муяню и прежде доводилось испытывать, но тогда всё было иначе, и он не хотел вспоминать.       Вэнь Муянь предпринял новую попытку освободиться, но сделал только хуже. Его колено коснулось именно той части тела Жуй Цзэ, которая была такой твёрдой и даже через слои одежды горячей. Принц тихонько застонал во сне и неосознанно потёрся о колено Вэнь Муяня. По телу слепого наложника прокатилась волна дрожи. И не только страх был тому виной. Вэнь Муянь чувствовал сладкое томление, а ещё было тянущее чувство в животе. Вся кровь будто устремилась вниз, и Вэнь Муянь ощутил, как его член постепенно твердеет.       Паника накатывала волнами. Нет, это не был первый раз, когда он чувствовал возбуждение. Вэнь Муянь рос и развивался, как любой юноша, и отсутствие зрения ему не мешало. Просто эта часть жизни казалась слишком стыдной, и он чаще просто ждал, пока всё само пройдёт, чем касался себя. А после событий десятилетней давности, после той боли, воспоминания о которой никогда не сотрутся из памяти, он вообще перестал испытывать подобные желания. Будто его телу, как и разуму, стала противна сама мысль о телесной близости. И вот теперь стоило Вэнь Муяню оказаться в одной постели с другим человеком, как дремавшие до времени чувства снова пробудились в нём. Это пугало и смущало до такой степени, что хотелось провалиться сквозь землю.       А самое ужасное, что рядом с ним находится Жуй Цзэ. Его маленький А-Цзэ! И пусть в колено Вэнь Муяня упирается неоспоримое доказательство того, что Жуй Цзэ уже взрослый мужчина, всё равно ему было жутко стыдно.       Вэнь Муянь скатился с кровати, больно ударился плечом и в ту же секунду вскочил. Жуй Цзэ заворочался, зашарил руками по постели, потеряв источник тепла, но не проснулся. Он наслаждался сном ещё пару часов, не подозревая, что Вэнь Муянь всё это время пребывает в смятении и мучается чувством вины.