К свету

      Вэнь Муянь медленно выбирался из тёплых и мягких объятий сна. Вообще-то ему не хотелось просыпаться. Этой ночью Вэнь Муяню приснился чудесный сон, в котором Жуй Цзэ ответил на его чувства, и они любили друг друга страстно и нежно… Вэнь Муянь больше не желал бежать от реальности, но в этом сне, правда, хотелось остаться навечно. Наваждение не отпускало, даже когда его разум начал постепенно проясняться. Вэнь Муяню казалось, что он чувствует спиной приятное тепло, и его окутывает запах Жуй Цзэ, а сильная рука расслабленно лежит на талии.       Вэнь Муянь хотел бы подольше задержаться в дивном видении, но его разбудил громкий звук. Да, в то утро, которое смело можно назвать утром новой жизни, Вэнь Муянь проснулся не от нежных поцелуев и не от голоса любимого человека, а от звона бьющегося фарфора. Вэнь Муянь нахмурился, недовольно замычал и заворочался под одеялом. Тёплое нечто у него за спиной тоже зашевелилось, и тогда у Вэнь Муяня впервые появилась мысль, что всё произошедшее на самом деле не было сном. Но разобраться как следует он не успел, тепло резко исчезло.       — Ты что творишь, а?       — Да как ты посмел его тронуть?!       Тут Вэнь Муянь проснулся окончательно. Пока он выпутывался из одеяла, успел более-менее разобраться, что происходит. Кажется, Жуй Цзэ бегал по комнате кругами, а Сяо Бао бегал за ним, пытаясь стукнуть по голове подносом, на котором принёс ныне разлившийся по полу чай.       — Сяо Бао, прекрати! Ты не так всё понял!       Жуй Цзэ предпринял попытку переговоров, которая была отвергнута.       — Что здесь понимать?       Раздался грохот, который чувствительные уши Вэнь Муяня едва могли выдержать.       — Ты сдурел табуреткой швыряться? Она тяжёлая!       — Прекратите немедленно! — крикнул Вэнь Муянь, на полном серьёзе опасаясь, что они сейчас разнесут его комнату, хорошо если сами не поранятся.       Для пущей убедительности Вэнь Муянь бросил в Сяо Бао подушку, но поскольку ориентировался он на слух, а обстановка на «поле боя» всё время менялась, подушка прилетела прямо в голову Жуй Цзэ.       — А меня за что? — спросил принц с детской обидой в голосе.       Сяо Бао же воспринял это как сигнал к действию и с воинственным криком снова ринулся в атаку. В конце концов, Жуй Цзэ, которому учитель запретил драться с людьми, не владеющими боевыми искусствами, решил спастись бегством и заодно дать Вэнь Муяню возможность объяснить всё Сяо Бао. Евнух был только рад вытолкать принца за дверь.       — Штаны хотя бы отдай! — крикнул Жуй Цзэ уже из коридора, но Сяо Бао его не слушал, всё внимание верного слуги переключилось на Вэнь Муяня.       — Господин, господин!       Сяо Бао упал на колени возле кровати, желая обнять и утешить Вэнь Муяня, но опасаясь причинить боль прикосновением. Сяо Бао был слишком напуган, чтобы плакать, но голос его всё равно дрожал.       — Господин, вам очень больно? Он принудил вас, да? Не молчите, вы можете мне сказать!       Вэнь Муяню стало очень стыдно, что он заставляет Сяо Бао волноваться. Всё-таки люди, которые его любят, получают взамен только проблемы… И от этого Вэнь Муянь ещё сильнее любил в ответ, готовый всего себя отдать близким.       — Сяо Бао.       В успокаивающем жесте он коснулся руки евнуха, а потом, как много лет назад, погладил по голове. Они с Сяо Бао пережили вместе те первые годы, полные тоски, пережили голод и холод. А за десять лет разлуки их связь только окрепла. И Сяо Бао заслужил правду.       — А-Цзэ ничего не делал против моей воли, — сказал Вэнь Муянь, стараясь, чтобы его голос звучал ровно и спокойно, как можно более убедительно. — Я хотел этого, я хотел разделить с ним постель, и…       Здесь Вэнь Муянь запнулся, прикусил губу в смущении, но всё же заставил себя продолжить.       — Я получил удовольствие, мне было хорошо с ним.       Сяо Бао резко поднял голову. Он искал следы лжи на лице Вэнь Муяня и не находил. Сяо Бао достаточно хорошо знал своего господина, чтобы понимать, когда он врёт, чтобы успокоить других, а когда говорит правду. И вот сейчас Вэнь Муянь был честен. Очень смущён, но честен. И хоть Сяо Бао всё ещё был ужасно зол, он вздохнул с облегчением.       Принц всегда относился к господину с заботой и уважением, и даже страсть не затмила его разум. Учитывая всё, что Сяо Бао знал о людях, это редкость, особенно для мужчины, особенно для избалованной пельмешки вроде Жуй Цзэ.       — Вчера, говоря, что одной любви недостаточно, вы имели в виду Его Высочество, да?       Вэнь Муянь кивнул. Теперь многое для Сяо Бао стало понятным, и он удивлялся, как не догадался раньше. Хотя некоторые подозрения у него всё-таки имелись.       — Выходит, вы были неправы? Любви достаточно?       — Если она взаимна.       Произнося эти слова, господин выглядел очень счастливым.       — И вы любите пельмешку?       Вэнь Муянь невольно хихикнул, но тут же придал себе серьёзный вид, насколько мог.       — Во-первых, он не пельмешка, во-вторых, да, я люблю его.       Оказалось, что говорить об этом так легко. И почему Вэнь Муянь прежде не решался?       — А он любит вас? — всё не унимался Сяо Бао.       — Да.       Вэнь Муянь готов был терпеливо объяснять ему раз за разом, лишь бы развеять малейшие сомнения. Ведь Сяо Бао для него, конечно, больше чем слуга или даже друг. Сяо Бао — его семья.       — Хорошо, — произнёс евнух.       Вэнь Муянь ждал продолжения и, не дождавшись, вопросительно поднял брови.       — Хорошо? Это значит, что ты одобряешь наши отношения?       — Это значит, что я хочу видеть вас счастливым. А теперь давайте я приготовлю для вас ванну.       Вчера ночью они с Жуй Цзэ только обтёрлись влажным полотенцем, и сейчас Вэнь Муянь был бы не прочь искупаться. Он подождал немного, но когда Сяо Бао вернулся и сказал, что ванна готова, вдруг испытал смущение. Вэнь Муянь никогда не стеснялся Сяо Бао, даже в то утро десять лет назад после ночи в императорских покоях. Но сейчас… Показывать не следы насилия, а метки страсти на своём теле оказалось трудно.       Видя, что господин колеблется, Сяо Бао сам откинул одеяло, помог ему подняться с кровати и придерживал за локоть по пути к бадье для купания. Рассматривая шею Вэнь Муяня, Сяо Бао неодобрительно цокнул языком. Всё-таки Жуй Цзэ не был достаточно осторожен. Разве глупая пельмешка не знает, что кожа господина очень светлая и нежная, на ней легко проявляются синяки?       Вэнь Муянь поспешил погрузиться в воду, даже такая ненадёжная преграда немного защищала от внимательного взгляда. И как только Вэнь Муянь расслабился, решив, что всё позади, Сяо Бао сказал:       — Дайте мне осмотреть вас сзади.       — Что?       Вэнь Муянь отодвинулся к краю бадьи так быстро, что даже расплескал воду.       — Не упрямьтесь, я же знаю, как это происходит. Вдруг он… повредил вас? Вы могли не заметить. Так что встаньте и повернитесь.       Вэнь Муянь замотал головой и на всякий случай обнял свои колени. Сяо Бао тяжело вздохнул и закатил глаза.       — И с каких пор вы стали меня стесняться? Я же о вас забочусь!       — Я ценю твою заботу, но я в порядке, правда! У меня… там… нет никаких повреждений… Это абсолютно точно!       — А? А-а-а!       Сяо Бао по-новому взглянул на своего господина и одобрительно закивал. Больше он ничего не спрашивал, опасаясь, что не переварит за раз так много новых интересных сведений, просто помог господину помыться и одеться. Как раз когда Сяо Бао завязывал пояс верхних одежд господина, раздался стук в дверь.       — Вы там закончили? — спросил Жуй Цзэ.       Он дал им время, чтобы поговорить, а пока что тоже привёл себя в порядок.       — Муянь, давай позавтракаем вместе в беседке на пруду, сегодня такой погожий день!       Сяо Бао сомневался пару секунд, но всё же для него на первом месте счастье господина. А Вэнь Муяня счастливым делает вредная пельмешка.       — Сейчас подам завтрак.

***

      День действительно был чудесный, солнечный и тёплый, но не жаркий. Вэнь Муянь позавтракал с аппетитом, и Сяо Бао нарадоваться на него не мог. Наконец-то господин стал хорошо кушать! Знал бы Сяо Бао, что для этого нужно, давно бы сам уложил принца в его постель. Главное, чтобы пельмешка теперь не разбила ему сердце.       Что до Жуй Цзэ, то он быстро запихнул в себя еду, а потом просто сидел и, подперев голову рукой, смотрел на Вэнь Муяня. Принц всё ещё не поверил до конца, что этот прекрасный мужчина принадлежит ему. Мастер Цзюэ сказал, что настоящая любовь должна быть одна на всю жизнь. Жуй Цзэ уже выбрал своего человека.       В какой-то момент принц заметил, что Сяо Бао сверлит его взглядом, и вопросительно поднял брови. «Что-то хочешь мне сказать?» Вообще-то Сяо Бао ещё не извинился за то, что ударил его подносом по затылку, у Жуй Цзэ даже шишка появилась! А Сяо Бао и не думал признавать свою вину. Он подошёл и — какая наглость! — окунул палец в его чашку, чтобы написать на столешнице: «Если вы его обидите, я вас отравлю». Жуй Цзэ задохнулся от возмущения, схватил эту самую чашку и запустил в Сяо Бао. Тот увернулся, и чашка с громким «Плюх» исчезла в пруду. Жуй Цзэ, не раздумывая долго, схватился за чайник, но Сяо Бао всегда был очень заботливым и аккуратным слугой, и конечно не мог допустить, чтобы на столе оказался остывший чай. Жуй Цзэ обжёгся и тихонько зашипел от боли, опасливо покосившись на Вэнь Муяня. Он же ничего не заметил, верно?       Вэнь Муянь на всякий случай взял свою чашку в руки и придвинул к себе ближе тарелку с пирожными. «Эти двое думают, что я оглох? Или за дурака меня держат?», размышлял он, пока Сяо Бао за его спиной показывал принцу язык.       — Спасибо, Сяо Бао, теперь не мог бы ты оставить нас одних?       Вэнь Муянь был очень благодарен за заботу, но сейчас он бы хотел побыть с Жуй Цзэ. Сяо Бао недовольно поджал губы, но всё же собрал пустую посуду и ушёл, напоследок погрозив принцу кулаком. Жуй Цзэ окинул взглядом стол в поисках подходящего снаряда, но запустить в наглеца было нечем.       — Перестань так делать.       Жуй Цзэ сам не знал, каким образом различает эмоции в белом тумане невидящих глаз. Сейчас Вэнь Муянь смотрел на него с осуждением, и принц втянул голову в плечи, как напакостивший ребёнок.       — Он первый начал!       — Сяо Бао просто беспокоится. Он был со мной с самого начала, с первых дней в Холодном дворце. Были моменты, которые не хочется вспоминать… Просто знай, что лишь благодаря Сяо Бао я всё ещё жив и всё ещё в своём уме. Пусть его забота иногда бывает чересчур навязчивой, он делает всё от чистого сердца.       Жуй Цзэ возмущённо фыркнул. Значит, его от чистого сердца подносом по голове приложили? Вэнь Муянь чувствовал настроение собеседника и подумал, что, наверное, чересчур строго его отчитал.       — Иди сюда!       Вэнь Муянь раскрыл объятия, и конечно Жуй Цзэ не заставил долго ждать. Он готов позволить хоть весь день напролёт себя бранить, если потом получит такую награду. Жуй Цзэ усадил Вэнь Муяня к себе на колени и спрятал лицо в изгибе его шеи, с наслаждением вдыхая родной запах.       Вэнь Муянь задрожал, чувствуя его дыхание на своей коже, и тут же залился краской. На близость любимого человека тело отозвалось волной возбуждения. Теперь всегда так будет? Чувства и желания, что столько лет дремали, вдруг заявили о себе. Вэнь Муяня немного пугало то, что он совсем не властен над собственным телом. Одно лишь прикосновение Жуй Цзэ заставляет его задыхаться от страсти и трепетать от нежности.       — Муянь…       В голосе принца Вэнь Муянь слышал те самые нотки, что сводили его с ума этой ночью. Жуй Цзэ провёл влажную дорожку поцелуев по его шее вверх, добрался до губ и утянул Вэнь Муяня в долгий, медленный поцелуй. Когда поцелуй оборвался, оба тяжело дышали, между их губами натянулась ниточка слюны.       — А-Цзэ… — выдохнул Вэнь Муянь.       Он крепко обнял принца и уткнулся лбом ему в плечо. Его голос был едва слышен, но Жуй Цзэ всё же разобрал единственное слово:       — Спасибо.       — За что? — не понял принц.       Это он должен благодарить Вэнь Муяня. За доверие, за нежность, за то, что Муянь заботится о нём… Вэнь Муянь сильнее сжал Жуй Цзэ в объятиях. Слепой наложник буквально чувствовал, как пылают его щёки. Говорить о таких вещах ужасно трудно!       — Тебе было больно?       Жуй Цзэ, наконец, понял, о чём идёт речь. Он нежно погладил Вэнь Муяня по спине, а потом взял его лицо в ладони. Секунду Вэнь Муянь сопротивлялся. Пусть он не видит, но чужой взгляд всё равно чувствует кожей. Вэнь Муяню хотелось спрятаться, но Жуй Цзэ проявил настойчивость.       Принц едва не мурлыкал от нежности, глядя на порозовевшие щёки возлюбленного. Муянь так беспокоится о нём! Жуй Цзэ не сказал ему, что внизу до сих пор слегка болит, потому что прекрасно понимал, что сам виноват. Знал же, что надо осторожно и медленно, но не утерпел.       — Нет, мне было приятно.       Жуй Цзэ так нравилось смотреть на смущённого Вэнь Муяня, что принц добавил с хитрой улыбкой:       — Ты был великолепен!       Вэнь Муянь вспыхнул и снова спрятал лицо у него на плече, а Жуй Цзэ тихо рассмеялся. Он ведь сказал правду. Ночью ему было хорошо с Вэнь Муянем… И он хотел ещё! Стоило лишь раз вдохнуть запах любимого, как боль пропала, будто её и не было.       — Прости… Я испугался вместо того, чтобы довериться тебе, — произнёс Вэнь Муянь.       Жуй Цзэ подумал, что это было к лучшему. Вряд ли, потеряв от страсти голову, он смог бы хорошо позаботиться о Вэнь Муяне. Слепой наложник поднял голову, и на этот раз в изгибе припухших, зацелованных губ Жуй Цзэ видел решимость.       — Я готов довериться, я знаю, что ты не причинишь мне вреда. Пожалуйста, давай попробуем снова.       Жуй Цзэ замер, не в силах поверить своему счастью. Он не думал, что Вэнь Муянь сам предложит попробовать снова. А Вэнь Муянь не думал, что уже в следующий миг сильные руки подхватят его под бёдра, мир перевернётся, и они с Жуй Цзэ окажутся на полу.       — Никто сюда не придёт, — сказал принц, не дожидаясь слов Вэнь Муяня.       Он сорвал с себя верхние одежды и бережно уложил любовника на расстеленное ханьфу.       — Но, А-Цзэ…       Пусть они у себя дома, но всё равно это верх неприличия! Вэнь Муянь не успел выразить своё возмущение, Жуй Цзэ приник к его шее, втянул нежную кожу в рот, оставляя яркий знак своей любви.       — Я так хочу тебя, — прошептал принц, когда его губы с мокрым звуком оторвались от шеи Вэнь Муяня.       Он взял возлюбленного за запястье и переместил его руку вниз, чтобы Вэнь Муянь мог почувствовать, осознать, что делает с ним. И Вэнь Муянь чувствовал. Член Жуй Цзэ уже был твёрдым, натягивал ткань штанов и пачкал влагой.       — Мне нужно… Мне так нужно… — беспорядочно бормотал Жуй Цзэ, покрывая шею Вэнь Муяня поцелуями и толкаясь в его ладонь.       Поражаясь собственной решительности, Вэнь Муянь стал осторожно поглаживать член Жуй Цзэ через одежду. Но этого оказалось мало! Он хотел ощутить в своей руке горячее доказательство того, что Жуй Цзэ любит его и желает. Вэнь Муянь наощупь попытался справиться с завязками на штанах любовника, но потерпел неудачу. Жуй Цзэ заставил себя оторваться от вылизывания бархатистого рта Вэнь Муяня и немного отстранился, чтобы избавиться от одежды. А Вэнь Муянь, стыдливо отвернувшись, потянул собственный пояс. Он сел, и верхние одежды соскользнули с плеч, за ними последовали нижние, но на большее бесстыдства не хватило.       — Не смотри!       Жуй Цзэ усмехнулся, выглядя при этом как кот, готовый наброситься на беззащитную мышку. Вэнь Муянь чувствовал этот взгляд, что прожигал насквозь. Хотелось спрятаться, прикрыться… Хотелось сгореть дотла в пламени, сжигающем их обоих!       — Не дождёшься! — ответил Жуй Цзэ и сам устранил последнюю преграду.       Послышался треск рвущейся ткани, и Жуй Цзэ получил, наконец, возможность, рассмотреть возлюбленного при дневном свете. И если в серебристых лунных лучах Вэнь Муянь казался эфемерным чудесным видением, то сейчас Жуй Цзэ со всей ясностью осознал, что всё по-настоящему. Этот человек — его. Его любовь, его счастье, его тоска, его ответственность… его мир.       Жуй Цзэ с почти пугающей настойчивостью накинулся на Вэнь Муяня и захватил его губы в жадном поцелуе. Он спускался вниз, снова и снова отмечая собой выгибающееся в экстазе тело. Вэнь Муянь прикусил свою ладонь, чтобы не издавать постыдных звуков. От каждого поцелуя его прошивало дрожью до кончиков пальцев, каждое прикосновение вызывало волну невыносимого жара.       Жуй Цзэ добрался до той части тела возлюбленного, которая так привлекла его ночью. Кожа стройных бёдер оказалась такой же нежной, как он себе представлял. И засос на ней смотрелся чрезвычайно красиво. Вэнь Муянь жалобно всхлипнул. Он не мог больше выносить этой сладкой пытки! Жуй Цзэ ласкал и целовал его везде, обходя вниманием лишь то место, которое больше всего жаждало прикосновений.       Когда принц всё-таки исполнил его невысказанное желание, Вэнь Муянь выгнулся с возбуждённым и удивлённым стоном. Жуй Цзэ не предупредил его вчера и не предупредил сейчас, прежде чем взять его член в рот. Вэнь Муянь даже не сразу понял, откуда это влажное тепло, правильный ответ подсказали мокрые звуки, а ещё ласки юркого языка, что кружил вокруг головки.       — А-Цзэ, что… не… А-а-а!       Как ни пытался Вэнь Муянь произнести хотя бы пару связных предложений, из его груди вырывались только стоны. Всё тело неконтролируемо дрожало, и Вэнь Муянь уже чувствовал этот узел в животе, что затягивается сильнее с каждым мгновением. Жуй Цзэ насаживался ртом на член, принимая в самое горло, не жалея ни себя, ни своего любовника. Всё, что Жуй Цзэ вычитал в книгах, он собирался попробовать с Вэнь Муянем, ведь существует так много способов доставить друг другу удовольствие.       Принц так увлёкся, что не сразу заметил, что стоны сменились задушенными всхлипами. Рука Вэнь Муяня легла ему на затылок, пальцы вплелись в волосы. Изначально Вэнь Муянь, конечно, хотел отстранить Жуй Цзэ от себя, но в последний момент собственное тело предало его, и получилось наоборот, он погрузился в рот Жуй Цзэ до основания и, совершив несколько беспорядочных толчков, достиг вершины блаженства.       Казалось, его душа на миг воспарила над землёй, пока тело содрогалось от оргазма. Вэнь Муянь пришёл в себя, услышав, как Жуй Цзэ хрипит и кашляет. Неземное блаженство тут же сменилось паникой.       — А-Цзэ, ты в порядке?       — В полном!       Жуй Цзэ навалился на него сверху и поцеловал, позволяя почувствовать вкус собственного удовольствия. Вэнь Муяня это смутило, но в то же время… внутри снова всколыхнулось желание.       — Я могу сделать то же самое для тебя?       Он только и делает, что лежит и получает удовольствие, совсем не старается для своего А-Цзэ! Вэнь Муянь всем сердцем хотел исправиться.       — Только если ты правда этого хочешь.       Жуй Цзэ старался, чтобы его голос звучал спокойно. Вэнь Муянь должен решать без принуждения. Но на самом деле принц с ума сходил от желания. Доставляя удовольствие Вэнь Муяню, он представлял, как станет принимающей стороной таких ласк, и едва не кончил от одного лишь образа в голове.       Вэнь Муянь, собрав в кулак всю свою решимость, перевернул Жуй Цзэ на спину. Конечно, у него это получилось только, потому что принц сам позволил и помог. Впервые Вэнь Муянь оказался сверху, и такая смена позиций возбуждала. Если бы он мог видеть, его взгляд был бы намертво прикован к Жуй Цзэ. Грудь принца часто вздымалась при дыхании, влажные губы были приоткрыты, весь он представлял собой невероятно соблазнительную картину, которая, увы, была Вэнь Муяню недоступна.       Зато Вэнь Муянь мог ощущать тепло кожи возлюбленного, медленно исследовать его тело, ловить волны дрожи и слушать сбитое дыхание. Он не видел Жуй Цзэ, но чувствовал. Руками, губами, всем телом, всем сердцем чувствовал его желание и безграничную любовь. И Вэнь Муянь отвечал со всей страстью, на которую был способен. Оказалось, что его поцелуи тоже могут быть несдержанными и жадными, а прикосновения нетерпеливыми.       Когда он достиг своей цели, Жуй Цзэ уже едва сдерживался. Хотелось прямо сейчас подмять Вэнь Муяня под себя и овладеть им… Но Жуй Цзэ лежал, отдав себя в полное распоряжение Вэнь Муяню. Больше, чем брать и присваивать, ему хотелось чувствовать заботу и получать неумелые, но искренние ласки.       Вэнь Муянь обхватил рукой член любовника. Жуй Цзэ подбодрил его стоном и толкнулся в ладонь, показывая своё нетерпение. Вэнь Муяню нравилось касаться его здесь. Жуй Цзэ и твёрдый, как камень, и нежный, запах его возбуждения будоражит. Вэнь Муянь устроился поудобнее между раздвинутых ног принца и осторожно лизнул головку члена. Жуй Цзэ резко выдохнул, ощущение было непривычным. Дальше Вэнь Муянь действовал смелее, провёл языком от основания члена к вершине. Он бы уделил ещё какое-то время медленным ласкам, чтобы привыкнуть, но чувствовал нетерпение Жуй Цзэ и понимал, что легонько касаясь языком, только дразнит принца. Вэнь Муянь сделал вдох и насадился ртом на член.       Жуй Цзэ задрожал, захлебнулся стоном, и Вэнь Муянь понял, что всё делает правильно. Он, в отличие от Жуй Цзэ, книг про весенние утехи не читал и мог рассчитывать только на свою интуицию. А ещё он безошибочно считывал неосознанные движения Жуй Цзэ, ловил каждый звук, что вырывался из его груди. На первом месте для него было удовольствие возлюбленного, но в то же время Вэнь Муянь прислушивался к собственным ощущениям. Доставлять Жуй Цзэ удовольствие таким образом было приятно. Вэнь Муяню нравилось, как член ощущается во рту, нравилось ловить возбуждённую дрожь желанного тела, чувствовать запах. Если член погружался чересчур глубоко, становилось некомфортно, но Жуй Цзэ не толкался в его рот, позволяя Вэнь Муяню всё сделать самостоятельно. И Вэнь Муянь очень старался.       Жуй Цзэ слышал, что в этом деле чем дольше, тем лучше, но сейчас понял, что готов кончить позорно быстро. Что же будет, когда он овладеет Муянем по-настоящему?.. Жуй Цзэ оставалось лишь надеяться, что он сумеет доставить возлюбленному удовольствие. А пока что он сам тонул в удовольствии, что доставлял ему Вэнь Муянь. Жуй Цзэ хотел предупредить, но ни слова произнести не смог, лишь сладко застонал, когда волна оргазма накрыла его с головой.       Вэнь Муяню и не нужно было другое предупреждение, кроме сбившегося дыхания и судороги сильных мышц под его ладонями. Зная, что Жуй Цзэ близок к краю, он удвоил усилия и не прекращал мягко посасывать член, пока Жуй Цзэ не расслабился с блаженным вздохом. Вэнь Муянь принял всё, чем возлюбленный одарил его, слегка подавился, но проглотил без остатка.       — Теперь… моя очередь спросить… в порядке ли ты… — произнёс Жуй Цзэ, ещё не восстановив дыхание.       — Я счастлив, — честно и просто ответил Вэнь Муянь.       Жуй Цзэ притянул его в свои объятия, стёр каплю семени с подбородка. Припухшие, покрасневшие губы явно просили о поцелуе, и Жуй Цзэ не стал отказывать. Он завладел ртом возлюбленного, крепче прижал к себе стройное тело… и немного удивлённо замычал в поцелуй.       — Мы можем продолжить?       Вэнь Муянь смутился, но не было никакого смысла отрицать своё желание, когда Жуй Цзэ животом может почувствовать, как сильно он возбуждён. Вэнь Муяню действительно понравилось ублажать Жуй Цзэ.       — Я же сказал, что мы снова попробуем, значит, попробуем.       Жуй Цзэ задохнулся от умиления. Его возлюбленный кажется таким мягким, но на самом деле не лишён упрямства. Вэнь Муянь прислонился лбом к его лбу и шепнул:       — Покажи мне, что бояться нечего.       Жуй Цзэ и так был на пределе, а эти слова окончательно разбили и без того хрупкую стену его самоконтроля. И секунды не прошло, как принц опрокинул Вэнь Муяня на спину и набросился с голодными поцелуями. Член Жуй Цзэ ещё опасть не успел, как снова оказался в полной боевой готовности. Но всё же принц сумел мысленно немного осадить себя, оторвался от возлюбленного и стал искать пузырёк с маслом в рукаве своего ханьфу. Не то, чтобы Жуй Цзэ рассчитывал на подобное окончание завтрака в беседке, но всё же надеялся.       Жуй Цзэ щедро вылил масла на ладонь и растёр, согревая. Вэнь Муянь, стыдливо отвернувшись и прикусив губу, согнул ноги в коленях и широко раздвинул, открывая свои самые сокровенные места обжигающему взгляду и не менее обжигающим прикосновениям. Скользкий от масла палец медленно обвёл отверстие между ягодиц. Вэнь Муянь невольно сжался, но с медленным выдохом заставил себя расслабиться.       Жуй Цзэ не спешил, пока что только поглаживал снаружи. Таких подвигов самоконтроля принц не совершал ни на скучных лекциях, ни на тренировках по боевым искусствам. Кажется, его старания приносили плоды. Хотя брови Муяня были слегка нахмурены, он по крайней мере не паниковал. Судя по частым вздохам, ему даже… нравилось.       Вэнь Муяню действительно нравилось то, как нежно Жуй Цзэ касался его. Оказывается, прикосновения в этом месте могут быть приятными. А когда Жуй Цзэ медленно ввёл в него палец, Вэнь Муянь даже не сразу понял, что произошло. Потому что боли не было. Вообще. Вэнь Муянь думал, что почувствует если не пронизывающую боль, но хотя бы дискомфорт. Он не мог поверить, что проникновение чего-то постороннего в его тело может доставить удовольствие. Но чувство лёгкого растяжения было приятным.       — Ты как?       Должно быть, удивление Вэнь Муяня отразилось на его лице, а Жуй Цзэ подумал, что ему больно.       — Всё в порядке, продолжай, — с трудом выдавил из себя Вэнь Муянь.       Он понял, что хочет больше. Хочет почувствовать, как это должно быть на самом деле. И Жуй Цзэ не пришлось уговаривать. Видя, что Вэнь Муянь расслабился, принц добавил второй палец и немного развёл их внутри, растягивая тугие стенки. При этом принц едва подавил стон, лишь представив, как эта горячая теснота сожмётся вокруг его члена.       Вэнь Муянь всхлипнул, но не от боли, а просто от непривычности ощущений. С одной стороны, тело хотело вытолкнуть пальцы, что так бесстыдно хозяйничали внутри, но в то же время появилось странное зудящее чувство в животе. Желание принять возлюбленного, слиться с ним, ощутить в себе его плоть становилось всё сильнее и перекрывало страх боли.       — М-м-м!..       Вэнь Муянь зажал себе рот, когда в него проник третий палец, ещё сильнее раскрывая узкую дырочку. А потом Жуй Цзэ протолкнул пальцы глубже и немного согнул… Вэнь Муянь выгнулся с криком. Что это было?! Жуй Цзэ повторил своё движение, довольный реакцией любовника.       — А-Цзэ, пожалуйста!.. — вырвалось у Вэнь Муяня.       О чём он просил? Вэнь Муянь сам не понимал. Просто хотелось, чтобы А-Цзэ стал ещё ближе. Так близко, как только возможно. Пальцы с мокрым звуком покинули его тело. Жуй Цзэ прикусил губу почти до крови, глядя, как трепещут, сжимаясь, края покрасневшей дырочки.       — Муянь, — позвал принц, собрав в кучку остатки здравого смысла. — Ты хочешь сделать это лицом-к-лицу?       — А?       Сознание Вэнь Муяня уже тонуло в тумане страсти, и ему понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя.       — Можно на четвереньках, сзади. Вроде как это поможет избежать боли.       Вэнь Муянь покачал головой. В будущем они попробуют разные позы, но сейчас он хотел если не видеть Жуй Цзэ, то хотя бы ловить губами его дыхание, целовать и касаться.       Жуй Цзэ накрыл его своим телом. Вэнь Муянь чувствовал тепло, чувствовал напряжение каждой мышцы. Его руки легли на плечи принца, и Вэнь Муянь мог сполна наслаждаться тем, какой его А-Цзэ красивый и сильный.       — Муянь, я вхожу.       На этот раз Жуй Цзэ всё-таки предупредил любовника, но из груди Вэнь Муяня всё равно вырвался судорожный вздох. Это слишком ошеломительно, слишком ярко. В первые секунды он даже не мог понять, что чувствует, боль или удовольствие. Словно каждый нерв в его чрезмерно чувствительном теле беспорядочно вспыхивал.       Жуй Цзэ глухо застонал, уткнувшись лицом в изгиб его шеи, и этот звук помог Вэнь Муяню немного прийти в себя. Он ощущал, как Жуй Цзэ дрожит, слышал его частое, сбившееся дыхание. Должно быть, для него сдерживаться — это настоящая пытка. Вэнь Муянь запустил руку в мягкие волосы принца и притянул его к себе для поцелуя. Это было разрешение.       Вэнь Муянь всхлипнул от трения, когда член стал двигаться в нём, медленно, размеренно, но безостановочно. Назад, оставляя ощущение ноющей пустоты, и снова вперёд, заполняя до краёв. Жуй Цзэ приподнялся на руках, и теперь проникал в него под другим углом, каждый раз задевая то место внутри, что было средоточием болезненно-яркого удовольствия. Вэнь Муянь вскрикивал при каждом толчке, на него словно накатывали одна за одной морские волны, чтобы в конечном итоге он захлебнулся удовольствием.       Вдруг Жуй Цзэ перевернулся и сел, а Вэнь Муянь оказался верхом на его бёдрах. При резкой смене положения член внутри его тела, казалось, надавил на все чувствительные точки сразу, а потом проник ещё глубже, чем раньше. Просто невыносимо глубоко! Вэнь Муянь подавился воздухом. Он чувствовал себя таким наполненным… и таким счастливым от единения с любимым человеком.       Руки Жуй Цзэ легли на его ягодицы, поглаживая, но не сдавливая. Любовник не направлял его, он хотел, чтобы Вэнь Муянь сам попробовал, понял, как ему нравится. И Вэнь Муянь начал медленно двигаться, опираясь руками на плечи Жуй Цзэ. В такой позе его каждый раз словно пронзали насквозь, и это было ошеломительно приятно. Сначала Вэнь Муянь медленно раскачивался, а через несколько минут уже страстно объезжал Жуй Цзэ, словно всадник, укрощающий дикого скакуна.       Принц, не помня себя от восторга, ловил губами стоны возлюбленного, вгрызался в доверчиво подставленную шею, покрывал поцелуями и укусами нежные плечи. Он и представить себе не мог, что Вэнь Муянь может быть таким. Его застенчивый, милый, мягкий Муянь… Сколько же в нём нерастраченной страсти! Жуй Цзэ был близок, так близок… И вдруг Муянь остановился. Жуй Цзэ протестующе застонал, но Вэнь Муянь прижал ладонь к его губам.       — Сюда идёт Сяо Бяо.       «Да плевать!», хотел было крикнуть Жуй Цзэ, но тут и сам услышал приближающиеся шаги.       — Господин? Ваше Высочество? Солнце уже припекает…       — Сяо Бао! — буквально прорычал Жуй Цзэ.       Шаги на дорожке замерли. К счастью, Сяо Бао остановился вовремя, беседку от него скрывали густые заросли.       — Немедленно уходи из сада! И никому не позволяй приближаться!       — Что?       Жуй Цзэ порой злился, мог капризничать, как ребёнок, но Сяо Бао никогда не слышал, чтобы принц говорил таким тоном, поэтому растерялся.       — Я сказал, пошёл вон!       На несколько секунд повисло молчание, а потом Сяо Бао протянул:       — А-а-а!..       В этом «А-а-а!..» прямо слышалось, как Сяо Бао улыбается.       — Позаботься хорошенько о моём господине, а я пошёл!       Со всей возможной для него скоростью Сяо Бао заспешил обратно в дом. Пока они с Жуй Цзэ перекрикивались, Вэнь Муянь мечтал провалиться сквозь землю, но это было бы проблематично, ведь Жуй Цзэ всё ещё оставался в нём! Даже когда Вэнь Муянь хотел приподняться на дрожащих коленях и выпустить его из себя, Жуй Цзэ не позволил, сжал тонкую талию, вокруг которой его пальцы почти сомкнулись. Вэнь Муянь подавился воздухом, настолько глубоко в него проник А-Цзэ, настолько идеально заполнял.       — Бесстыдник… — пробормотал Вэнь Муянь, а в следующую секунду уже сладко застонал.       Жуй Цзэ насаживал его на себя, крепко удерживая за талию. Вэнь Муянь поймал его ритм и снова отдался удовольствию, что вспыхивало внутри при каждом толчке.       — Мне велели хорошо позаботиться о тебе, — проурчал Жуй Цзэ. — Я всё делаю правильно?       Вэнь Муянь ничего не ответил, он едва мог дышать, двигаясь в безумном темпе. Но Жуй Цзэ и так знал, что Муяню очень хорошо. Тело способно сказать больше, чем уста, а член Вэнь Муяня был твёрдым и пачкал смазкой живот принца. Жуй Цзэ обхватил его рукой, лаская нежно, как нравится Муяню, но быстро.       — А-а-ах!       Вэнь Муянь уже знал это чувство. Внутри завязывается тугой узел, который вдруг рвётся, и сладкая судорога, зародившись в животе, охватывает всё тело. Хотелось и задержаться на острой грани, растянуть миг единения, и упасть, наконец, в бездну манящего наслаждения. Точка невозврата наступила, когда Вэнь Муянь почувствовал, как сокращаются мышцы Жуй Цзэ под его ладонями, а внутри разливается влажное тепло. Осознание, что любимому человеку хорошо с ним, стало ещё одной гранью неземного блаженства.       Вэнь Муянь уткнулся лбом в плечо Жуй Цзэ, пытаясь отдышаться. Принц, осторожно придерживая Вэнь Муяня под бёдра, покинул его тело. Вэнь Муянь жалобно всхлипнул, после двух оргазмов его сверхчувствительность только обострилась. Семя потекло по бедру, и он очаровательно покраснел, медленно осознавая, что они действительно занялись любовью средь бела дня в беседке. Вэнь Муянь не думал, что дойдёт до такого… И он был счастлив, как никогда.       — Пойдём искупаемся? Думаю, Сяо Бао догадался приготовить ванну.       — Угу… — отозвался Вэнь Муянь, на большее его не хватило.       Жуй Цзэ завернул пребывающего в полузабытьи любовника в свои нижние одежды, сам накинул верхние. Вэнь Муянь слишком устал, чтобы читать лекции о приличиях, и просто позволил Жуй Цзэ взять себя на руки.       — У тебя ничего не болит? Хочешь, ночью снова поменяемся местами?       — Ночью?       Жуй Цзэ планирует продолжить уже этой ночью? Сколько же в нём энергии! Вэнь Муянь не был уверен, что способен на такие подвиги, но в последнее время он узнал много нового о самом себе.       — Только если позволишь мне самому тебя подготовить, — произнёс Вэнь Муянь, спрятав лицо на груди Жуй Цзэ.