Вердигрис

Хан чувствует, как ноги становятся ватными и совершенно отказывают, вследствие чего юноша невольно падает на пол, упираясь руками позади себя, соскребает короткими ноготками мягкий из-за влаги дощатый пол палубы. Опилки больно впиваются под ногти, но юноша, напуганный собственным безрассудством, совершенно не замечает того. Горящие малахитом с чёрными прожилками глаза с диким прищуром смотрят на забившегося в угол парня, похожего на мышку, не успевшую сбежать с тонущего корабля. --- Помоги... - дрожащим голосом шепчет юноша, смотря своими карими глазами в смарагдовые напротив, взор которых прочитать невозможно. --- Подойди, - командует русал, но Хан слышит его будто через толщу воды и начинает паниковать пуще прежнего, смаргивая горячие солёные слёзы от того, что он совершенно потерян в своей беспомощности. Внезапно хлёсткий удар скользким мощным хвостом отдаёт вибрацией по доскам, и русал касается своими когтистыми перепончатыми пальцами штанины юноши, что дрожит, уже не скрывая своей паники. Хан попал в плен застигнувшей его врасплох панической атаки. Таблеток тут нет, а дышать всё тяжелее. Кажется, будто небо на землю падает. Вдруг дыхание юноши спирает, и он давится собственным вздохом, ошарашенно глядя на то, как рука русала насколько это возможно нежно гладит его лодыжку, а сам он тихо урчит себе под нос. Кстати, об этом... Лицо русала... Хан впервые смог лицезреть эту его часть. И... Он прекрасен: ровный нос, полные губы со слегка выпирающей верхней, острый подбородок и очерченные скулы. А эти глаза... Они глубокие, словно смотришь в бездну самого океана с мелькающими на дне китами, поедающими планктон. Синяя бездна. Да, именно такое определение носят эти очи. Ощущение, будто бы в глаза самому океану заглянул. Волшебно... Хан сам не замечает, как начинает дышать, хоть и придыханиями, но он дышит, не в силах отвести взгляд от русала, который пытается его... утешать(?). Джисон ощущает, как дрожь проходит, но внутренняя струна паники никуда не исчезает. Надо уходить. Но как...? Как взять и просто прыгнуть в океан с неизвестным ему ранее существом? До того, как он в панике и на чистом адреналине от дикого стресса отпустил русала, Хан не думал о последствиях, но сейчас... Однозначно, это единственный вариант спасти себя и это чудо морское. Человек, которого до истерики пугают люди, выбирает быть спасённым либо убитым мифическим существом - ничего необычного для мальчика, который, убегая от всё тех же людей, оказался в 14 веке и попал на шхуну охотников за русалками. И вот он снова вынужден убегать. Хан не знает, о чём он вообще думает, когда предельно глупо, но надеется на своё удачное спасение русалом. Да это же полное безумие! В голове шаром покати, мысли отказываются складываться во что-то хотя бы отдалённо похожее на вариант спасения. Можно было бы перетерпеть эти три дня, а потом просто сбежать, когда корабль причалит. Но! Кто сказал, что от него самого останется что-то помимо всё того же трупа, коим он был в той яме изначально, до своего пробуждения? Да его просто скормят русалу ещё до прибытия в порт. Но что, если отпустить русала сейчас и отыграть роль незнайки? Его просто замучат до смерти, а в то, что русал сбежал самостоятельно, никто не поверит: цепи были слишком прочными, а его ранения тяжёлыми. Вон, плавник на спине... Весь кровоточит, ещё и виднеется сквозная рваная рана от гарпуна. Но русал понимает человеческую речь, то есть он прекрасно слышал и осознавал, что виной его раны на хвосте стал именно Хан, да только вместо того, чтобы отомстить, он устало урчит и смотрит в человечьи глаза с выжиданием и неким нетерпением. Верно! Им надо бежать. Сейчас. А там будь что будет. Хуже точно не станет. --- Спаси меня, ладно? - шёпотом просит Джисон и касается дрожащей ладонью чешуйчатой руки русала, на что тот лишь шипит и резко отшатывается от человека. Видимо, он не умеет говорить. Знает лишь базовые слова, которые от кого-то часто слышал. Интересно, от кого. Ну, либо же русал попросту не желает сейчас отвечать ему. Поди разбери его. --- Океан... - шепчет русал и, делая упор на свои руки, ползёт, превозмогая боль, в сторону борта, с силой подтягивая за собой хвост. Хан поднимается и в спешке, судорожно перебирая ногами, идёт к борту, кутаясь сильнее в поношенную куртку. Измарагд хватается руками за прутья бортового перекрытия и, тихо сипя от боли, перекидывает своё тело, стрелой уходя за борт. Спустя мгновение слышен лишь всплеск воды - и вновь тишина. Сердце Хана пропускает удар. Ничего не мешает русалу просто взять и уплыть прямо сейчас, оставляя человека на верную смерть. Джисон склоняется вниз через деревянные перила и, по максимуму напрягая зрение, вглядывается в чёрную глубину ночного океана - и каково же его удивление, когда из глубины появляются два малахитовых глаза и макушка русала. Не бросил. --- Прыгай, - шепчет русал, показываясь из-под воды по шею. Хан сглатывает накопившуюся слюну, нервно кусает губы, а потом отпускает руки и прыгает в пустоту, зажмуриваясь до белых пятен перед глазами. Хан лишь чувствует фантомные сильные объятия, влагу, что-то скользко вьётся вокруг его ноги, а затем его будто бы кто-то бросает с высоты моста реки Хан. Юноша вздрагивает и, раскрывая глаза, делает глубокий вдох, сжимая пальцами влажный песок под собой. Стоп. Песок... Где он? Юноша смотрит вперёд, видя лишь морской прибой, скалы, что рассекают волны лазурного океана, да низкое солнце, которое пускает яркие блики на колышущемся водном зеркале и заставляет невольно щуриться. Солёный запах приятно щекочет нос и наполняет собой лёгкие, в сочетании с шумом волн даря мнимое спокойствие. Джисон слегка потерялся. Что вообще происходит? Он на берегу океана, при том, что по ощущениям лишь мгновение назад прыгал в морскую пучину в руки русала. Но сейчас он сидит на берегу океана и, кажется, даже живой. Подождите. Это русал его спас или... Что вообще, мать его, произошло?! Хан осматривается вокруг, но помимо скалистых выступов да океана ничего нет. Но вот взгляд юноши цепляется за следы на песке - словно кого-то тащили. Джисон поднимается на ноги и слегка покачиваясь идёт по следам, заходит за огромный валун и замирает от шока. В метре от него лежит израненный, окровавленный и абсолютно голый юноша: каштановые волосы, беспорядочно спутанные, высокий лоб, густые брови вразлёт, прямой нос, пухлые губы... с выпирающей верхней. Хан не хочет верить в то, что видит, но, кажется, у него снова нет выбора. Джисон снимает с себя одолженный охотником поношенный пиджак и прикрывает им наготу юноши, что выглядит слишком нормальным человеком, чтобы напоминать русала, но в то же время он чересчур похож чертами лица и ранами на того, кто спас жизнь Джисону. Уму непостижимо. Его спас русал. От кого спасал? От людей. Бомбическое сочетание. К слову, враг у них оказался один, хоть и одной расы с Джисоном. Хан замёрз, он голоден, не знает, где он и куда идти в поисках еды и жилья. Ещё плюс ко всему небеса или океан - почём уж ему знать? - наградили его этой прекрасной рыбьей ношей. И какого он из воды вылез? А ещё вопрос: как он человеком-то обратился? Хан что, попал в сказку "Русалочка"? Не, ну дурдом какой-то. --- Эй, очнись... - тихо зовёт Хан и опускается на колени рядом с русалом. Раны того всё ещё кровоточат. Глубокие. Джисон ещё раз осматривается вокруг, но так ничего полезного и не замечает, хотя... На глаза попадаются прибрежные скалы, а в них углубление - что-то похожее на пещеру. Можно попробовать обследовать её, да только толку им от холодных стен водной пещеры, которую затопит в ближайший же прилив. Внезапно до ушей доносится женский голос, и юноша вскакивает с места, чтобы оглядеться. --- Хэй, тут кто-то есть?! Помогите, прошу! - подаёт голос Хан и, спустя кажущиеся бесконечностью минуты три, он видит одетую в простую, поношенную, старую, с латками одежду женщину, что держит корзину, в которой, похоже, моллюски. Видимо, был шторм, их выбросило на берег, и она их собирает на продажу. --- Прошу вас! Дайте нам кров всего на сутки, мой... Мой брат ранен, мы попали в шторм! - бросается к ней Хан, хватая женщину за руку. Пожилая дама смотрит на него с недоверием, что вполне себе ожидаемо. --- Идите за мной, если он сможет идти, - строго кивает незнакомка и идёт в сторону скал. Хан тихо шикает себе под нос и быстро подбегает обратно к юноше, хватает его под мышки и тащит за собой, следуя за женщиной. Она не ждёт их, не помогает, идёт в своём темпе, не обращая на них никакого внимания. Почему это так странно? Через полчаса пути они приходят к старой избе посреди леса. Хан не чувствует рук от холода и спины от перенапряжения - русал не самая лёгкая его ноша в жизни. Домик женщины находится на вершине утёса, высота которого пугает, но и дарит некое чувство защищённости, ведь обзор на океан и берег отличный. --- Заноси его. Клади сюда, - проходя в домик, женщина тут же начинает распоряжаться, указывая на матрас в углу комнаты. Домик внутри выглядит куда лучше, нежели снаружи. Мебель, в том числе кровать, деревянная, в углу возле печки матрас на соломе, единственное окошко - напротив входной двери, а стол завален травами. Внутри довольно чисто, а запах травяных пряностей добавляет уюта. --- Дам тебе лекарства и одежду. Потом отработаешь. Согласен? - спрашивает женщина, строго, но не злобно смотря на юношу, что с трудом укладывает русала на тёплый матрас. Хан оценивает своё шаткое положение: голод, холод, плюс ко всему ещё и раненый русал. У него нет выбора. Встреча с этой старушкой – уже большая удача. Хану всё ещё до ужаса страшно, но он вроде бы пока что не один. Взгляд юноши падает на бессознательное лицо некогда русала, что из опасного хищника превратился в уязвимого, израненного, молодого парня. --- Согласен, - отвечает на выдохе Хан, чувствуя, как ноют мышцы, а тело покрывает холодный пот - если он не заболеет, то это будет самое настоящее чудо.