Между волком и луной

Чимин, уставший, но старающийся не показывать этого, быстро направился к сбору, где уже собрались остальные. Рядом с огромной кухней и костром стоял старейшина, внимательно следивший за приготовлениями, и несколько молодых омег, среди которых был Тэхён. Как только младший брат увидел его, то с облегчением выдохнул, его лицо, выражавшее тревогу, стало более спокойным. — Наконец-то ты здесь, — прошептал Тэхён, приближаясь. — Я думал, что ты опять куда-то убежал без меня, когда утром тебя нигде не было. Чимин молча кивнул, избегая прямого взгляда брата. В его голове ещё крутились мысли о черном волке и том, что его нужно будет навестить снова, но сейчас он должен был сосредоточиться на текущем деле. Ему нельзя позволить себе ошибки или излишнее внимание к своей персоне. Однако, старейшина уже заметил его опоздание. Суровый взгляд, полный разочарования, тут же приковал омегу на месте. — Чимин, ты опоздал, — строго проговорил старейшина, глядя на него из-под густых бровей. Его голос был спокойным, но в нем ощущалось напряжение. — Мы все здесь собрались, чтобы вовремя приготовить еду для стаи. Это важная часть наших обязанностей, и твое отсутствие было недопустимым. Чимин, чувствуя себя неловко, опустил взгляд. — Извините, старейшина, — тихо произнес он. — Это больше не повторится. Старейшина несколько секунд внимательно смотрел на него, взвешивая свои слова, а потом кивнул. — Убедись, что так и будет, — сказал он, отворачиваясь к остальным омегам. — Теперь возвращайся к работе. Омега едва заметно выдохнул, чувствуя на себе осуждающие взгляды других, но не обращая на них внимания. Он знал, что его опоздание вызвало вопросы, и меньше всего ему хотелось объяснять, где он был. В этот момент Тэхён подошёл ближе, и шепотом, с тревожным интересом, спросил: — Где тебя носило с самого утра? Ты выглядишь таким… взволнованным. Что-то случилось? Старший бросил короткий взгляд на младшего, но быстро отвел глаза, решив не говорить ничего лишнего. — Просто не мог заснуть, — уклончиво ответил он, сразу возвращаясь к работе. Его руки начали ловко орудовать ножом, нарезая овощи для завтрака. — Давай сосредоточимся на еде. Младший хотел спросить что-то ещё, но, видя, что брат не настроен на разговор, промолчал, лишь хмыкнув и принявшись помогать. Чимин же старался забыть про волка и недавние события. Нужно было приготовиться к долгому дню, полностью погруженному в дела стаи. Но мысли о раненом чужаке, о том, как он оставил его в пещере, не покидали его. Рядом с ним брат беззаботно улыбался, болтая с другими омегами, но периодически бросал на Чимина подозрительные взгляды. Он знал Чимина слишком хорошо, чтобы не заметить его беспокойство. Однако младший решил не давить на старшего, понимая, что если омега что-то скрывает, то на то есть причина. Хотя Тэхёну это не нравилось. Закончив с овощами, Чимин отложил нож и поднял голову, оглядываясь вокруг. Омеги уже разжигали костер, ставили на огонь кастрюли для общего завтрака. Над поляной начал разноситься аппетитный аромат готовящегося мяса и овощей. Стая всегда готовила еду сообща, стараясь поддерживать друг друга и укреплять свои связи. Но в этот момент Чимин чувствовал себя отстраненным от этого единства. Он всё больше погружался в собственные мысли о том, как тайком забрать свою порцию и снова сбежать к волку, который ждал его в пещере. Когда утренние приготовления были почти закончены, старейшина снова подошел к Чимину, оценивающе осмотрев его работу. — Сегодня ты немного рассеян, — отметил он, поднимая бровь. — Но свою часть выполнил. Надеюсь, завтра ты не опоздаешь. — Да, конечно, — коротко ответил Чимин, глядя в сторону, чтобы не встретиться с ним взглядом. Как только старейшина ушел, Тэхён подошел поближе и тихо прошептал: — Ты и правда сегодня странный. Скажи мне, Чимин, куда ты уходил? Чимин задержал дыхание и, не оглядываясь на брата, мягко ответил: — Это неважно, Тэ. Просто не тревожься. Всё в порядке. Младший недовольно поджал губы, но, видя, что Чимин не собирается говорить, лишь вздохнул и махнул рукой. — Ладно, делай как знаешь. Но не забудь, мы братья, и ты можешь на меня рассчитывать, — тихо добавил он, прежде чем вернуться к другим омегам. Чимин, ощутив лёгкую вину за свою скрытность, кивнул брату, но ничего не сказал. Как только всё было готово, стая собралась за столами на завтрак, но Чимин вновь был весь в своих мыслях. Он терпеливо дождался, когда начнётся трапеза, затем, поев совсем немного, ловко спрятал свою порцию, как делал это накануне, чтобы принести волку. В этот раз всё прошло гладко, и никто ничего не заметил. Когда завтрак был закончен, Чимин как можно быстрее собрался, бросив короткий взгляд на Тэхёна, и, стараясь не привлекать внимания, вышел из лагеря. Раннее утро было наполнено свежестью и лёгким туманом, когда Чимин снова устремился к границе леса. Его ноги сами несли его по знакомому маршруту. В руках он крепко держал сумку с едой, сердце стучало быстрее обычного. В голове крутились мысли: как там волк? В порядке ли он? По пути к пещере Чимин внезапно почувствовал резкий, неприятный запах. Он замедлил шаги, морщась от этого аромата, который сразу дал ему понять, что волк время от времени покидал пещеру, чтобы сделать свои дела, как любой другой зверь. Это было вполне естественно, но в тот момент омега всё же почувствовал легкое смущение от этого осознания. — «Ну, конечно…» — подумал Чимин, оборачиваясь к пещере. Он сразу понял, что огромный альфа был достаточно аккуратен, чтобы не оставлять следы своей жизнедеятельности внутри пещеры. Это открытие, хоть и неожиданное, заставило Чимина мысленно усмехнуться. Теперь он точно знал, что этот загадочный волк не просто дикий зверь, но и обладал некой дисциплиной и даже гордостью, которая проявлялась даже в таких мелочах. Добравшись до пещеры, Чимин осторожно заглянул внутрь. В полумраке он заметил тёмный силуэт — волк всё ещё лежал на том же месте, но что-то в его позе изменилось. Он выглядел чуть более расслабленным, хотя кровь на бинтах всё ещё проступала. — Я вернулся, — тихо сказал омега, присаживаясь рядом с ним. Тот приподнял голову, его янтарные глаза блеснули в темноте. Волк не рычал, не показывал агрессии, но и не приближался. Видимо, силы ещё не вернулись. Чимин открыл сумку, доставая приготовленную для него еду, и пододвинул тарелку к волку. — Я не знаю, сколько ты можешь съесть… но это всё, что я смог принести, — сказал он, осторожно отступая, чтобы не тревожить. Волк посмотрел на еду, затем перевел взгляд на Чимина, словно оценивая его намерения. Через несколько мгновений он медленно подтянулся к тарелке, осторожно обнюхав её. Чимин почувствовал облегчение, когда волк начал есть. — «Он доверяет мне», — с этой мыслью Чимин наблюдал за ним, чувствуя, как его сердце немного успокаивается. Пока волк жадно поедал принесенную еду, Чимин молча наблюдал за ним, всё больше погружаясь в свои мысли. Этот волк… Он был огромен. Гораздо больше, чем любой волк из их стаи. Его густая черная шерсть, блестевшая на утреннем свете, казалась почти нереальной, словно сама тьма воплотилась в этом звере. Чимин никогда не видел таких волков в их лесах или на соседних территориях. Даже альфы из их стаи выглядели куда меньше и стройнее. — «Откуда ты?» — размышлял Чимин, не отрывая глаз от зверя. Этот волк явно был чужаком, не похожим на никого из знакомых ему оборотней. В его каждой черте сквозила дикая, первобытная сила. И если бы не обстоятельства, если бы не эта рана, он был бы невероятно опасен. Чимин не мог понять, что привело этого волка сюда, в их леса. Возможно, он сбежал из другой стаи? Или потерялся? Но ни одно из этих предположений не объясняло его присутствие здесь. Почему именно сейчас? Почему в такой близости к границе их стаи? Чимин отвел взгляд на рану, которая всё ещё выглядела серьёзной, но уже не так угрожающе, как вчера. Благодаря его помощи волк явно начал восстанавливаться, хотя рана всё ещё мешала ему перевоплотиться. Чимин понимал, что этот зверь, если он действительно оборотень, будет опасен и после того, как встанет на ноги. Но почему-то мысль о том, чтобы оставить его умирать, даже не приходила ему в голову. Может, это было безрассудством. А может, это было что-то большее, какая-то неведомая связь между ним и этим волком. После того как волк доел остатки пищи, Чимин достал из сумки вторую миску и осторожно наполнил её водой, стараясь не шуметь. Волк с интересом повернул голову к звуку, а затем жадно начал пить, словно не пил несколько дней. Чимин наблюдал за этим с нескрываемым удивлением, пораженный жадностью и силой зверя. Волк поднял голову, его глаза блеснули, и он зевнул, обнажая свои огромные клыки. Чимин невольно отступил на полшага назад, удивленный и слегка напуганный тем, насколько огромной оказалась пасть этого существа. Челюсти волка выглядели так, словно могли легко разорвать его на части в один миг, но, казалось, волк был спокоен и утомлён. Чимин на мгновение задержал дыхание, разглядывая зверя. Волк был не просто огромным, он был невероятно грозным и сильным. Каждый мускул его тела был виден даже под толстой, чёрной шерстью, которая блестела на свету, как полированное дерево. Омега выждал несколько секунд, пока рычание полностью не стихло. Волк следил за каждым его движением, и омега мог почувствовать, как тяжёлое напряжение витало в воздухе. Стараясь сохранить спокойствие, он медленно присел на колени рядом с огромным зверем. — Хороший мальчик, — прошептал он, будто успокаивал щенка, хотя перед ним лежал опасный и раненый хищник. Волк продолжал следить за ним, но уже не рычал, лишь тяжело дышал, видимо, устав от боли и напряжения. Чимин осторожно потянулся к старым бинтам, и, убедившись, что волк не собирается наброситься, начал разворачивать окровавленные повязки. Его пальцы дрожали, но он старался быть как можно аккуратнее. Рана всё ещё выглядела серьёзной, но кровотечение, похоже, остановилось. Омега достал свежие бинты и мазь, быстро обработав рану. — Ты очень сильный, — тихо сказал он, продолжая работу. Волк смотрел на него с настороженной внимательностью, но больше не рычал, лишь изредка вздрагивая, когда бинт касался больного места. Когда перевязка была закончена, Чимин отступил, вытирая пот с лба. Он поднялся на ноги, бросив последний взгляд на волка, который теперь лежал с головой на лапах, явно готовясь отдохнуть после еды. Он хотел сказать что-то ещё, но остановился — какой смысл говорить, если тот не может ответить? — Я попробую вернуться вечером, — прошептал Чимин, хотя понимал, что неизвестно, как сложатся обстоятельства в стае. В ответ волк только зевнул, его мощная пасть снова показала ряды острых клыков. Он закрыл глаза, не выказывая никаких признаков беспокойства, и омега воспринял это как знак согласия. Он тихо схватил свою сумку и, оглядываясь на волка, вышел из пещеры. — «Его раны, наверное, слишком серьёзны для перевоплощения, — размышлял Чимин, пробираясь через кусты. — Но я так хотел бы увидеть его в человеческом обличии…» Он уже понимал, что каждое посещение пещеры с волком будет требовать всё большей осторожности. Если кто-то узнает, что он помогает чужаку, это может привести к серьёзным проблемам. Особенно если в стае дойдут слухи о том, что альфы других кланов начинают проявлять интерес к их территории. По пути к деревне Чимин вспомнил о просьбе Сокджина собрать немного древесного корня. Ведь вчера ему этого сделать не удалось, а сегодня он так торопился к волку с утра, что совсем забыл об этом, но сейчас у него был шанс исправить ситуацию. Остановившись у знакомого места, он стал осматривать землю в поисках нужного растения. Мягкий мох и низкие кустарники скрывали его, но Чимин уже знал, где искать. Спустя время омега наконец добрался до дома старшего брата, немного запыхавшийся после своей утренней пробежки через лес. Постучавшись и услышав разрешение войти, он открыл дверь и шагнул внутрь. Сокджин, как обычно, был занят чем-то за своим большим рабочим столом, полным различных трав, корней и банок с настойками. — О, Чимин, — заметил его старший брат, едва подняв взгляд от своих дел. — Ты наконец-то принёс корень? Почему так долго? Чимин почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Он сжал в руке собранные корни и сделал шаг вперёд. — Да, прости, — пробормотал он, подавая брату пакет с растениями. — Я не смог сразу его найти вчера… пришлось обойти несколько мест. Сокджин пристально посмотрел на него, прищурив глаза, будто что-то заподозрил, но через мгновение лишь вздохнул и махнул рукой, как бы показывая, что всё в порядке. — Ладно, — сказал он. — Спасибо, что всё-таки принёс. Это очень важно. Я завтра займусь приготовлением мази. Он взял корни и подошёл к полке, на которой стояли аккуратно разложенные банки. Открыв одну из них, он собирался положить новые корни внутрь, но вдруг замер, нахмурившись. — Подожди-ка… — произнёс Сокджин, удивлённо глядя в пустую банку. — Я точно помню, что тут должно было быть немного древесного корня. Совсем недавно использовал эту банку. Куда он мог деться? Чимин замер на месте, чувствуя, как его сердце начинает стучать быстрее. Он сжал губы, не зная, что ответить. Но признаваться он не мог — ни сейчас, ни потом. — Странно… — пробормотал старший омега себе под нос, снова проверяя банку и оглядывая другие на полке. — Может, я куда-то его положил и забыл? Или… кто-то взял? Чимин старался выглядеть как можно спокойнее, хоть внутри всё горело от вины. Он стоял молча, надеясь, что брат не обратит на него слишком много внимания. — Эх, ладно, — наконец махнул рукой Сокджин, откладывая вопрос в сторону. — Возможно, сам затупил. Всё равно спасибо, Чимин. Сегодня твоя помощь будет особенно кстати. Чимин облегчённо выдохнул, радуясь, что брат не стал копать глубже. Но чувство вины всё ещё оставалось. Стараясь скрыть смущение, он кивнул. — Раненых много? — Сегодня пока тихо, будем надеяться на лучшее, — говорит старший брат. — Слышал, скоро к нам прибудут гости из соседней стаи. Чимин напрягся, услышав слова Сокджина про прибытие гостей. Он сразу вспомнил о своём долге. Эта мысль всегда вызывала у него тяжесть в груди. — Да, слышал, — сухо ответил Чимин, стараясь не выдать своего беспокойства. Сокджин внимательно посмотрел на него, словно понимая, что младший брат что-то скрывает, но не стал ничего говорить. — Это большая честь для нашей стаи, — спокойно добавил старший брат, возвращаясь к своим травам. — Чонгук — сильный альфа. Говорят, его стая процветает. Союз укрепит наши связи и даст нам безопасность. И мне наконец-то не нужно видеть обильно-вытекающие и рваные раны на чужих телах каждый божий день. Но эти слова не успокаивали Чимина. Он знал, что должен был чувствовать гордость и ответственность, но вместо этого в душе разрасталась тревога. Жизнь с кем-то, кого он едва знает, в чужой стае, среди чужих людей… Мысль об этом приводила его в смятение. Чимин не хотел ни союза, ни брака — по крайней мере, не с Чонгуком. — «А если бы всё сложилось по-другому?» — пронеслось у него в голове. Воспоминания о волке снова ожили. Этот таинственный чужак, который не был частью ни одной стаи поблизости, казался ему чем-то противоположным его судьбе. Независимый, свободный, незнакомый… Он не мог выбросить его из головы. — Чимин? — Брат отвлёк его, посмотрев с лёгкой улыбкой. — Ты в порядке? — Да, — быстро кивнул омега, но голос его выдал. — Просто задумался. Старший брат слегка нахмурился, но не стал дальше настаивать. — Не загоняй себя, — мягко сказал он. — Знаю, что это нелегко, но всё наладится. Я, конечно, не так хорошо знаю Чон Чонгука, но многие говорят, что он очень хороший и сильный альфа. Все члены его стаи обожают его, а омеги из нашей буквально скулят по нему, — омега смущенно фыркнул, представляя, как это выглядит со стороны. — Я помню Чонгука ещё щенком. — Да? — Чимин удивленно распахнул карамельные глаза, в которых виднелась лёгкая заинтересованность. Брат кивнул. — Да. Когда мне было лет пять, члены стаи «Ярких земель» приходили к нам на праздник. Вроде это было по поводу восхождения полной луны… — он задумчиво промычал, вспоминая. — Чонгук был милым и смышлёным щенком. И очень активным, — и посмеялся. Чимин лишь кивнул, стараясь заставить себя вернуться в реальность. Омега сделал глубокий вдох, собрав мысли в кучу. Он улыбнулся Сокджину, хотя чувствовал себя не совсем уверенно. — Мне нужно идти, хён, — сказал он, отводя взгляд в сторону. — Осталось много дел. Сокджин кивнул, улыбаясь с той же доброжелательностью, с какой всегда относился к младшему брату. — Хорошо, не задерживайся. Если что-то понадобится, ты знаешь, где меня найти, — мягко ответил он, кладя руку на плечо Чимина, чтобы тот не волновался. Младший кивнул в ответ, чувствуя лёгкую тяжесть от этого жеста, как будто Сокджин мог читать его мысли, но не задавал лишних вопросов. Он торопливо поклонился и направился к выходу. — Увидимся позже, — коротко сказал он на прощание, слегка взмахнув рукой. Когда Чимин вышел на свежий воздух, утреннее солнце пригревало его лицо, но беспокойство никуда не исчезало. Всё внутри сжималось от ощущения вины и неуверенности. Быстро оглянувшись назад, он шагнул вперёд, готовясь вернуться к своим обязанностям. Впереди его ждали другие омеги и ещё куча дел, но мысли о волке и о грядущем союзе всё ещё крутились в его голове. Рутина омег в стае была хорошо организована и тщательно продуманна, особенно когда до прибытия гостей из соседней стаи оставалось меньше двух дней. Каждое утро начиналось с распределения обязанностей: старейшина определял, кто за что отвечает, а омеги, включая Чимина и Тэхёна, следовали его указаниям. Сегодня было больше работы, чем обычно. Чимин и Тэхён, вместе с другими, занимались подготовкой главного дома для прибытия гостей. Это означало, что нужно было тщательно убрать все помещения, проветрить комнаты и подготовить постельные принадлежности. Омеги всегда были ответственны за чистоту и порядок в стае, поэтому они знали, как важно, чтобы дом выглядел безупречно. — Давай быстрее, времени у нас немного, — ворчливо сказал один из старших омег, направляя Чимина и Тэхёна к следующей комнате. — Всё блестеть должно, как новенькое, — поддакнул другой, тщательно протирая окна, чтобы в них не было ни пятнышка. Чимин сосредоточенно вытирал деревянные поверхности, стараясь не допускать ошибок, но мысли снова и снова уносили его к волку в пещере и к тому, что ему ещё предстоит сделать. Тэхён же, как всегда, был полон энергии и шуток, стараясь разрядить обстановку, даже когда в комнате витала аура тревоги из-за грядущего важного события. — Ты что, думаешь, они приедут с белыми перчатками, чтобы всё проверять? — подмигнул Тэхён брату, усмехнувшись. — Ты же знаешь отца. Он не потерпит ни малейшего изъяна, — пробормотал Чимин, бросив на Тэхёна усталый взгляд, но тот только рассмеялся. Когда уборка была завершена, омегам предстояло помочь с приготовлением еды и заготовками на два дня вперёд. Чимин и Тэхён вместе с другими резали овощи, подготавливали мясо, проверяли запасы продуктов, чтобы быть уверенными, что всего хватит. — Ещё пара оленей, и мы накормим целую армию, — подшучивал один из омег, аккуратно складывая ингредиенты для больших блюд. Омеги также отвечали за украшение территории к прибытию гостей. Это включало развешивание тканей, цветов и символов, олицетворяющих единство между двумя стаями. Чимин, хоть и старался сосредоточиться на текущих задачах, не мог избавиться от чувства, что его жизнь скоро изменится навсегда. — Ты в эти дни очень странный, — заметил Тэхён, наклоняясь ближе к Чимину. — Мне это не нравиться! Что случилось?! Чимин быстро покачал головой, стараясь скрыть свои мысли. — Всё нормально, просто устал, — тихо ответил он, опуская взгляд на свои руки, которые резали овощи для обеда. — Поторапливайся, Тэ. Тэхён недоверчиво посмотрел на брата, но не стал настаивать. Он знал, что когда Чимин не хочет что-то обсуждать, его лучше не трогать. Вместо этого младший омега бросил овощи в огромный котел и переключился на шутки с остальными омегами, чтобы разрядить атмосферу. Работа продолжалась без остановки: кто-то натягивал украшения из ярких тканей, кто-то складывал запас дров для костров, а другие готовили список блюд, которые будут подавать на торжестве. Весь день был расписан до мельчайших деталей. Старейшина время от времени проверял работу и иногда выдавал новые поручения, как если бы он держал под контролем целый муравейник. Чимин, молча погружённый в свои мысли, продолжал выполнять свою часть работы, но каждый раз, когда у него появлялась свободная минута, он вспоминал черного волка. Рана, которая так медленно заживала, его тяжёлый взгляд, полное доверие, проявленное к Чимину… Омега понимал, что не сможет бросить этого зверя. Но как выкроить время, чтобы вернуться к пещере, когда на плечах лежало столько обязанностей? В какой-то момент к ним снова подошёл старейшина, окинув всех строго-оценивающим взглядом. — Завтра заготовки закончить к полудню, — приказал он, остановившись перед Чимином и Тэхёном. — Нужно будет ещё проверить территорию у границы перед прибытием гостей. Надо убедиться, что всё спокойно и никаких неожиданностей не произойдёт. Чимин напрягся при этих словах. Территория у границы? Там, где он прятал волка? — Да, старейшина, — быстро ответил Тэхён за обоих, не заметив, как лицо брата на миг стало бледнее. Чимин же с трудом перевёл дыхание. Вдруг они найдут пещеру, или волк случайно попадётся кому-то на глаза? Ему нужно что-то придумать и как-то защитить волка. И, возможно, пора было подумать, как помочь ему встать на ноги быстрее, чтобы тот мог уйти до приезда гостей. Когда старейшина удалился, Чимин наконец расслабил плечи. Тэхён обернулся к нему и, замечая напряжённое лицо брата, тихо спросил: — Ты в порядке? Слушай, если тебя всё это напрягает, старейшина не нас имел ввиду. Границами должны заниматься альфы. Чимин улыбнулся, но покачал головой: — Я понимаю. Всё нормально. Это не было нормальным.

***

Дела были закончены ближе к ужину. Чимин с братом и другими омегами успели управиться как раз к тому моменту, когда на горизонте начало садиться солнце. Омега был вымотан — день прошёл в суете, и ему так и не удалось сбежать в лес, чтобы проверить волка. Он чувствовал тяжесть в груди, но знал, что уйти сейчас, когда в деревне почти все члены стаи были заняты подготовкой, было слишком рискованно. После ужина, когда все разошлись по своим домам, Чимин вернулся в свою комнату, чувствуя, как усталость наваливается на него с новой силой. Он опустился на пол, прижав колени к груди, и закрыл глаза, пытаясь хоть немного расслабиться. Мысли о волке не покидали его, как и тревога о предстоящем браке с Чонгуком. Обо всём этом думать было мучительно. В какой-то момент он услышал, как входная дверь тихо открылась, и по знакомым голосам он понял, что вернулся папа. Бэкхён, его омега-отец, поднялся на второй этаж и осторожно приоткрыл дверь в комнату сына, заглядывая внутрь. Заметив Чимина на полу, он тихо вошёл и присел рядом, положив руку ему на плечо. — Чимин, что случилось? Ты выглядишь таким уставшим и подавленным, — тихо спросил Бэкхён. Чимин, почувствовав тепло и поддержку родителя, сначала молчал, не зная, как выразить то, что его тревожит. Но потом, осознав, что прятать от Бэкхёна свои чувства бесполезно, честно признался: — Я переживаю из-за своего долга перед стаей… — голос Чимина был тихим, почти шёпотом. — И насчёт Чонгука. Бэкхён мягко посмотрел на сына, его взгляд был полон понимания. — Ты чувствуешь себя не готовым? — осторожно спросил он, ободряюще сжимая плечо Чимина. Чимин кивнул, с трудом сдерживая волну эмоций. Ему казалось, что на него свалилась огромная ответственность, с которой он не мог справиться. Ещё и этот тайный груз — раненый волк, который ждал его помощи в лесу. — Мне просто кажется… — начал он, подбирая слова. — Всё это происходит так быстро. Я не знаю, смогу ли быть тем, кем от меня ожидают. Я не готов к союзу с Чонгуком, не готов к той жизни, что меня ждёт. Это слишком сложно, папа. Бэкхён вздохнул, понимая, через что проходит его сын. Он сам когда-то переживал нечто подобное, но знал, что давление, которое сейчас испытывал Чимин, было куда более серьёзным. Старший вздохнул, осторожно подбирая слова. Он выглядел обеспокоенным, но явно собирался сказать нечто важное. Чимин ощутил напряжение в комнате, чувствуя, что папа вот-вот раскроет ему некую тайну, которая тяготила его душу. — Чимин-и… — начал Бэкхён, глядя на сына с нежностью, но и с долей тревоги. — Есть то, о чём твой отец пока не хотел говорить, но я думаю, тебе стоит знать. Мы не хотели тебя тревожить раньше времени… но ситуация на границах становится всё хуже. Чимин насторожился, его сердце учащённо забилось. Он выпрямился, внимательно вслушиваясь в слова отца. — О чём ты говоришь? — тихо спросил он. — Что происходит? Бэкхён на мгновение отвёл взгляд, будто собираясь с мыслями, а затем продолжил: — В последнее время на границах нашей стаи участились странные нападения. Волки, которых там видят, не похожи на наших. Они не из «Ярких земель» и не из северных племён. Эти волки… другие. Нам неизвестно, чего они хотят, но твой отец считает, что скоро может начаться война. Мы не можем позволить, чтобы они вторглись на нашу территорию. Чимин почувствовал, как ледяная дрожь пробежала по его спине. Война? С кем? Он нахмурился, тревога усиливалась. — Кто эти волки? — спросил он дрожащим от беспокойства голосом. — Какая стая хочет захватить наши земли? Это точно не стая «Ярких земель»? Разве не из-за этого меня хотят выдать замуж за Чонгука, чтобы заключить мир? Бэкхён мягко покачал головой, его лицо приобрело задумчивое выражение. — Нет, Чимин, это не «Яркие земли». Наши союзники и так стараются поддерживать мир. Этот брак нужен для укрепления нашего союза, но не ради предотвращения конфликта. Враг не из их стаи. Чимин смотрел на папу в полном замешательстве, пытаясь осознать услышанное. — Тогда кто же это? Кто угрожает нам? — его голос прозвучал с ноткой страха. Бэкхён глубоко вздохнул, прежде чем продолжить. — Эти волки не похожи на тех, кто водится в наших лесах. Они не с юга, и не с севера. В нашей части леса, как ты знаешь, живут только три стаи: наша, стая «Ярких земель» и полярные волки, которые живут далеко на севере. Но на другой стороне леса, за большим полем, существует стая, о которой мы редко говорим. Она известна своей жестокостью и ужасными законами. Её называют «Кровавое племя». Эти волки огромны, сильны и беспощадны. Они давно следят за нашими землями. Чимин замер, чувствуя, как тревога нарастает с каждым словом. Он слышал о «Кровавом племени» лишь смутные легенды, но никогда не думал, что они могут стать реальной угрозой. — «Кровавое племя»… — повторил он шёпотом, ощущая, как это название холодом отзывается в его сердце. — Они хотят наши земли? Бэкхён кивнул. — Мы не знаем, чего они хотят, но одно ясно — они начали двигаться к нашим границам. И если скоро не найдётся способа предотвратить их вторжение, нас ждёт война. Твой отец делает всё возможное, чтобы подготовить стаю к любому исходу, но мы не можем рисковать. Именно поэтому твоё замужество с Чонгуком так важно. Союз с «Яркими землями» может стать ключом к нашей защите. Чимин почувствовал, как холодный комок образовался в его животе. Всё это звучало как кошмар, который вот-вот станет реальностью. Чимин сидел, прижав колени к груди, молча осмысливая слова отца. Слова «война» и «Кровавое племя» гулким эхом отдавались в его голове. Он не мог поверить, что их стае грозит настолько серьёзная опасность. — Но… — тихо начал он, пытаясь собраться с мыслями. — Почему ты говоришь мне это сейчас? Почему нельзя было об этом узнать раньше? Бэкхён сел рядом с сыном, его взгляд смягчился, и он нежно коснулся плеча Чимина. — Мы хотели защитить тебя, дать тебе возможность подготовиться к тому, что ждет. Но я вижу, как ты беспокоишься о своём будущем. И ты имеешь право знать правду. Чимин закусил губу, его мысли метались от одного к другому. Ему было трудно сосредоточиться, особенно когда перед глазами всплывали образы раненого черного волка. Был ли он как-то связан с угрозой «Кровавого племени»? Если да, то что он делал в их лесу? — Что, если этот брак не изменит ничего? — спросил Чимин с наполненным отчаянием в голосе. — Что, если всё равно начнётся война? Бэкхён грустно улыбнулся, его глаза излучали мягкость и сострадание. — Война — это всегда последний выход. Мы должны надеяться, что до неё не дойдёт. Но если это случится, мы будем сражаться за свою семью, за свою стаю. Мы не одни, Чимин, нас поддержат союзники. А ты… ты сделаешь то, что от тебя требуется, чтобы обеспечить будущее стаи. Чимин почувствовал, как слова Бэкхёна задели что-то глубокое в его душе. Он не хотел быть пешкой в политических играх, не хотел быть жертвой обстоятельств. — Я не готов, — признался Чимин, опуская голову. — Я не знаю, как быть. Я не хочу этого брака, но понимаю, что это важно и я... Бэкхён слегка нахмурился, а затем мягко обнял сына. — Никто не готов к таким вещам, — прошептал он, поглаживая сына по спине. — Но ты сильный, Чимин. Ты справишься. И мы с отцом всегда будем рядом, чтобы поддержать тебя. На какое-то мгновение Чимину стало легче от этих слов. Он прижался к отцу, ощущая тепло его объятий и стараясь найти в них утешение. Но в голове всё ещё крутился образ черного волка, лежащего в лесу. Чимин не мог выбросить его из мыслей, не мог перестать задаваться вопросами о его происхождении. Может, этот волк и есть часть той угрозы, о которой говорил Бэкхён? Или он был просто жертвой? Независимо от того, кем он был, Чимин чувствовал, что не может оставить его умирать. Отстранившись от отца, Чимин встал и посмотрел на него с решимостью. — Спасибо, папа, — сказал он, пытаясь скрыть тревогу в голосе. — Я обещаю, что буду готов ко всему. Бэкхён улыбнулся, явно гордясь своим сыном, и кивнул в знак поддержки. — Я в тебе не сомневаюсь, Чимин. Ты сможешь всё преодолеть. Когда Бэкхён вышел из комнаты, Чимин ещё долго стоял, прислушиваясь к тишине дома. Он знал, что ему предстоит принять важные решения в ближайшее время. Но сейчас больше всего на свете ему хотелось вернуться в лес — к тому таинственному волку. Переодевшись в лёгкую одежду и прихватив сумку с оставшейся едой, он выскользнул из дома, стараясь не привлекать внимания. Спустившийся вечер окутывал деревню лёгкой прохладой, и Чимин, затаив дыхание, быстрым шагом направился в сторону леса. Он должен был увидеть этого волка снова, убедиться, что с ним всё в порядке, и попытаться получить ответы на все свои вопросы. Впереди его ждала ночь, полная тайн и опасностей.