Во все времена...

Путешествие через каминную сеть прошло в гнетущем молчании. Поместье Малфоев встретило их холодным, торжественным великолепием. Мраморные полы, темные портреты предков, следящие за каждым движением, и гнетущая атмосфера древней магии, которая, казалось, пропитала каждый камень этого места. — Нервничаешь? — спросил Драко, проводя ее через анфиладу роскошных залов. — От одного только вида твоего семейного гнезда можно получить несварение, — парировала Лулу, хотя на самом деле ее поражал размах и мощь, исходящие от этих стен. Он привел ее в библиотеку — огромное, двухсветное помещение, где до самого потолка вздымались стеллажи с книгами в потертых кожаных переплетах. Воздух пах старым пергаментом, воском и чем-то еще — озоном и старой магией. — Ну? — Драко облокотился о массивный дубовый стол, скрестив руки на груди. — Ты хотела ответы. Что именно ты ищешь, Де Труа? — Я уже говорила — расширяю кругозор, — она отвернулась, делая вид, что изучает корешки фолиантов. — Не ври мне, — его голос потерял следы игривости. — Ты ищешь что-то конкретное. Я видел, как ты пялилась на ту книгу в хогвартсской библиотеке. Тот символ. Что он значит? Лулу почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Так он все же заметил. — Тебе показалось. — Мне многое кажется, — он резко выпрямился и подошел к ней вплотную. — Например, мне кажется, что ты не та, за кого себя выдаешь. И мне кажется, что этот символ — ключ. Так почему бы тебе не перестать кружить вокруг да около и не сказать наконец, что за игра тут идет? — А ты уверен, что готов в нее играть? — она обернулась к нему, ее глаза сверкали вызовом. — Или тебе просто скучно, и ты ищешь развлечения, копаясь в чужих секретах? Его лицо исказила гримаса раздражения. Ее язвительность, ее упрямство выводили его из себя. Он ожидал страха, подобострастия, может, даже попыток соблазнить его ради информации. Но не этого холодного, отточенного неповиновения. — Знаешь что? — его голос стал тихим и опасным. — Есть один верный способ проверить кое-какие... теории. Он резко схватил ее за подбородок, притянув к себе. Его губы грубо прижались к ее губам. Это не было нежностью — это был вызов, попытка доминирования, проверка границ. Лулу на мгновение замерла, а затем ответила с той же яростью. Ее пальцы впились в его плечи, не отталкивая, а притягивая. И в этот миг, когда их эмоции, гнев и страсть достигли пика, на ее запястье снова вспыхнул тот самый свет. Яркий, ослепительный, заставляющий тени плясать на стенах библиотеки. Драко резко отстранился, его глаза расширились от изумления. Он смотрел на ее руку, где на коже пылал сложный узор. — Что, черт возьми... — прошептал он. Свет погас, как только их тела разъединились. В комнате снова стало темно, если не считать дрожащего света свечей. Он схватил ее за руку, с силой оттянул рукав мантии. Теперь, когда символ был виден, хоть и не светился, он мог рассмотреть его. — Я видел это... — он водил пальцем по воздуху над ее кожей, не касаясь. — В книге... «Циклы души и магия перерождения». Лулу почувствовала, как земля уходит из-под ног. Он знал. Он действительно знал. — Это... — она попыталась вырваться, но его хватка была железной. — Это символ души, застрявшей в цикле перерождений, — его голос был безжалостно спокоен. — Но это невозможно. Эта магия... она легенда. Миф. Под его пристальным, неумолимым взглядом ее защита начала рушиться. Усталость от вечной лжи, от одиночества, от бремени ее тайны подавила ее. — Что ты такое? — его шепот был полон смеси ужаса и острого, ненасытного любопытства. — Я... — ее голос сорвался. Она закрыла глаза, чувствуя, как предательские слезы подступают к глазам. — Я не Луиза Де Труа. Не совсем. Эта девочка... ее больше нет. А я... я просто занимаю ее тело. Я делаю это уже... очень давно. Она открыла глаза и увидела, как все кровь отлила от его лица. Его хватка ослабла. — Как давно? — прошептал он. — Я потеряла счет после десятого, — она горько усмехнулась. — Врач, утонувший младенец, солдат... Я была всеми ими. А теперь я здесь. Он отступил на шаг, его взгляд метался по ее лицу, будто пытаясь разглядеть в чертах шестнадцатилетней девушки следы всех тех, кем она была. — Ты... ты древняя, — он произнес это с благоговейным ужасом. — Усталая, — поправила она его, снова оттягивая рукав, скрывая Печать. — И я умоляю тебя... никому не говори об этом. Никогда. Драко молчал, все еще переваривая услышанное. Шок медленно отступал, уступая место целому водовороту новых эмоций. Страх. Неверие. И странное, неизмеримое чувство... связи. Он стоял перед не просто девушкой. Он стоял перед вечностью. — Хорошо, — наконец выдохнул он. — Никто не узнает. Но в его глазах она прочитала не только обещание. Она прочитала интерес. Глубокий, всепоглощающий интерес. Он нашел самую большую тайну Хогвартса. И он не собирался просто отпускать ее.