22-56

Проходя мимо причала, он ненадолго останавливается и закуривает. Теперь можно не прятаться от стражи. Хотя, справедливости ради, надо признать, что как раз здесь стражи не видно. Зато какие-то экземпляры в количестве трех штук выныривают из переулка. Нож, кастет, убогое подобие нунчаков. Вы из какого БДСМ-клуба вылезли, болезные? Этот вопрос он задаёт сразу после насмешливого требования девицы с ножом вывернуть карманы. Проще и быстрее было бы молча убежать. В темноте да по разбитой брусчатке шеи себе посворачивают, пока будут гнаться. А на длинной дистанции попросту выдохнутся. Но гаденький червячок озлобленности скребется под рёбрами. Поэтому он не бежит. Выпускает дым струйкой вверх, бережно прячет зажигалку - подарок Азры - во внутренний карман и, пропустив мимо ушей нестройный мат оскорбленной компании, ускользает от первой атаки.  Ещё одна глупость. Намного проще и логичнее было бы напасть первым. Раз уж удирать не захотел. Деваха неловко тыкает ножом воздух. Выхватить, сломав ей запястье, ничего не стоит. И полоснуть второго с кастетом. А гения с нунчаками можно и вовсе проигнорировать. Сам ими же покалечится при попытке ввязаться в реальную драку. Но. Не то... Он мельтешит между противниками, никого не трогая. И так и не выбросив сигарету. Салочки-салочки... Пусть бесятся. Это смешно. Наверное. Им вот не смешно. Азра бы точно устроил воспитательную беседу на пару часов, если б увидел. Ладно. Спрашивать карты не подрался ли ученик он точно не догадается. Юноша вдруг ловит себя на мысли, что что-то считает. Почти инстинктивно. Шаги? Такты? Грохот раздаётся внезапно. И одновременно с ним - демонический, иначе не скажешь - хохот. Горящая повозка без лошадей на полном ходу несётся по улице. Благополучно сбивает БДСМную троицу и со свистом устремляется по причалу. Где и рушится в черную воду. У ученика предсказателя буквально сигарета выпадает изо рта. Доски кое-где занимаются пламенем. Он кидается туда почти бездумно. Хрен с ними с задавленными. А вот сжигать город не надо. Азра любит город. Юноша не знает точно это магия худо-бедно сработала или банальное затаптывание. Но, так или иначе, пожар удаётся прекратить. Какое-то время он просто пялится в сомкнувшиеся над колымагой волны. Где-то далеко на востоке рассказывали истории о призрачных повозках. Они мчатся по ночным улицам, объятые пламенем. И забирают с собой тех неосторожных, кто встретится на пути. Интересно, такие штуки больше трех за раз на борт не берут? Иначе как объяснить, что он остался? С той же стороны, откуда прилетела повозка раздаётся отчётливое "меееееее". И на стене мелькает неясная тень козла, стоящего на задних ногах. О! А вот и шествие ночных демонов подвезли! А Азра все "сказки, сказки". Нихуя не сказки! Встретить шествие сотни демонов - это лучше, чем можно вообще мечтать. Он на секунду задумывается: а что, собственно, с этим делать? Попросить у кого-нибудь автограф, клочок меха или перо какое-нибудь на память? Ладно, на месте выяснится. Ученик мага направляется в сторону, где мелькнула тень. - Это он!! - раздаётся откуда-то сзади, одновремено с топотом нескольких человек. - Вали уебка!! Эти окружают профессионально. Они старше. Их больше. Не чета предыдущей мелкой шушере. Сбегал за шествием, нечего сказать... Но помирать тут нельзя. Азра расстроится. А пострадать тем более нельзя. За это Азра точно выгонит. Из лучших побуждений. Ага. Магии он обучился, честно сказать, на отъебись. Но. Ломать - не строить. Скудный поток силы течёт по кисти в подхваченный с земли нож. Чуда не случится, но незакрывающаяся рана глубиной в полторы ладони - это куда серьёзнее, чем порез. А еще это виселица. Но чтобы волноваться о последствиях надо сначала отсюда уйти живым. Он кидается первым. Чуть пригнувшись и явно нацеливаясь лезвием ближайшему противнику в живот. Тот замахивается простецким топором. Но юнец в последний момент всем телом рвётся в сторону. Перекидывает нож в левую руку. И почти в падении рассекает другому противнику бедро. От воя звенит в ушах. О, да, ребятки. Может его магия и не годна ни лечить, ни убивать, зато она идеально подходит причинять бессмысленную боль. Делов-то. Вспомнить как ощущается детство - и вперёд. - Осторожно, он левша! Сообразительные. Вот только не левша. Амбидекстр. Как все, кому ломали пальцы на ведущей руке. Нет, сам он этого не помнит. Но тело помнит. Три года назад Азра буквально побелел, когда заметил неровно сросшиеся кости. Со слишком старыми шрамами, чтобы это могло произойти во взрослом возрасте. Ученик мага совершенно по-звериному проскальзывает между ещё двоими. Успевая полоснуть обоих. Кровь хлещет весёлым фонтанчиками. Интересно, какого хуя остальные не пытаются оттащить раненых?.. - Разошлись!! - рявкает суровый мужик средних лет. Не то их главный, не то просто самый опытный. - Окружай его! Они перестраиваются быстро. Кольцо достаточно широкое, чтобы атака не стала внезапной. Но достаточно плотное, чтобы не проскочить. - Не подходить! Тащи керосин и факел, - хрипло командует главарь кому-то в тени, - сожжем подмены... "Прости, Азра..." Он не дослушивает. Кидается в бой бездумно. Да убьют. Но сколько-то их он с собой заберёт. Может даже, когда подожгут, удастся в кого-нибудь вцепиться. Отскакивают. Шагах в пятнадцати появляется факел. Керосином несёт по самый причал. - Ты кого поджигать собрался без моего разрешения, говна кусок??!! - раздаётся из тени. - Справедливости ради, они тебя даже не видели, - поясняет другой голос с совершенно неуместным, гурманским удовольствием. Силуэт появляется из темноты очень театрально. Даже поворачивается из стороны в сторону, слегка разводя руки. Любуйтесь, мол. Но сквозь показуху отчётливо сквозит тяжёлая ярость. На что он так разозлился, интересно? Когда внезапный гость выходит на освещенное место, главарь банды захлебывается вдохом, пятится, падает и начинает оползать назад, поскуливая: - Призрак!! Призрак графа Люцио!! О, как! Так вот кто ведёт шествие ста демонов. Нууууу... Наверное, даже логично. Призрак тем временем деловито забирает из рук остолбеневшего типа факел, делает шаг в сторону, но вдруг, будто передумав, разворачивается и бьёт его под дых маталлической рукой. И успевает перехватить ведро. - Не надо!! - сипит тот, с ужасом переводя взгляд с факела на емкость и обратно. Ну не надо так не надо... Он хватает мужика за загривок и от души макает лицом в керосин. Тот булькает и бьётся. Мало того, что в глаза попало, еще и вдохнул, когда пытался заорать. Нет, помрёт он, конечно, не сразу... Далеко не сразу. Пока тот катается, кашляет и хрипит, неупокоенный господин Везувии подходит к главарю и с неуместно задорной ухмылкой протягивает ему головешку: - Потуши руками. Тушить руками он, разумеется, не хочет. Бессвязно завывает и мотает головой, все ещё пытаясь отползти. - Смеешь отказывать графу???!!!!! - взвивается полудемон. И, схватив мужика за редеющие, седые волосы, попросту возит его физиономией по факелу. Ор в долю секунды становится кашлем. Огонь перекидывается на волосы неудачника, а с них на одежду. Люцио брезгливо отбрасывает полыхающую тушу и непонимающе вопрошает в пространство: - Чего это с ним? - Ожог лёгких наверное, - зачем-то поясняет ученик Азры (а теперь и соучастник массового убийства). - Прааааавильно, - одобрительно тянет голос из темноты. Почему-то появление лохматого задохлика действует на участников драки как холодная вода в лицо. Четверо с воплями пытаются бежать. Оставшиеся шестеро с не менее бессвязными, истеричными воплями бросаются в бой. - Малой, твои - правые два! - со смехом орёт неупокоенный граф. Правые так правые. Юноша кошкой кидается им под ноги. Драка только кажется бесконечной. На деле на земле все ещё тлеет брошеная им сигарета. Он выворачивается из-под рук. Хватает ведро с керосином и с размаху выплескивает на них в сторону окурка. Топливо достаёт. Огонь взлетатает по жидкому горбу быстрее, чем последняя капля касается земли. Свистит и трещит бешеной саламандрой. Маньяк с золоченой рукой хохочет, подхватывает с земли позорный топор и прыгает через огонь навстречу другим. Успевает проехаться по кому-то заточенными когтями и, пока тот непроизвольно вскидывает руки к лицу, не глядя, врубает в него тяжёлое лезвие. Плебейкому орудию сложно сопротивляться. Оно грубое и примитивное. Не годится для сложных маневров. Зато не ломается. И какой частью ни попади, всяко хорошо. Ученик предсказателя чуть усмехается. Как-то так он обычно себя и чувствует. На что только Азра позарился, спрашивается? Призрак графа не такой. У него в каждом шаге ощущается боевой опыт. Движения слишком быстрые, слишком короткие. Совсем не похожи на те размашистые, красивые выпады, которыми хвастаются аристократы на турнирах. Золоченая рука уже по локоть в крови. Ещё двое бросаются бежать. Но вдруг разворачиваются на полпути и с воем мчатся обратно. К побоищу у причала. А из темноты в той стороне, куда они пытались спастись, раздаётся звонкое, довольное хихиканье. И тихое скуление. Будто задавленная капканом дичь боится выть в голос, но не выть не может. Навстречу им выходит тот, кто убежал первым. Ну как выходит. Странно семенит на цыпочках, неловко растопырив руки и неестественно вытянув шею. В первый момент юноше кажется, что позади кукловод. Некромант? Они тоже не вымысел?? Только разве бывает, чтобы некромант управлял живыми? Граф одобрительно присвистывает, как-то очень буднично хреначит перепуганных беглецов топором и с крайне гордой улыбкой оборачивается к юноше: - Здорово, да? Тот ошарашенно кивает. Но, если уж совсем честно, то да. Здорово. Люцио деловито оглядывает побоище, замечает валяющееся ведро (кто вообще хранит керосин в ведре??), резво надевает его на голову пытающемуся подняться экземпляру и со всей дури хреначит по дну механическим кулаком. От звона закладывает уши. Контуженный проседает обратно на землю. И полудемон мгновенно теряет к нему интерес. - А где остальные? - весело спрашивает граф. Марионеточник кивает на переулок: - Там. - Живы? - тон у Люцио необъяснимо ехидный. - Конееееечно, - его подельник почти мурлычет. Почему-то у ученика мага нет никаких сомнений, что умереть для них было бы лучше... И вдруг он его узнаёт. Да. Это тот самый парень, которого утром так испугался Азра. Но... Значит ли это, что... От осмысления ситуации его отвлекают попавшие в поле зрения нити. Никакие это не нити. Каким-то образом монстр выпотрошил из локтевых суставов жертвы сухожилия. И вёл как куклу, намотав их на пальцы. Насколько это непереносимая боль юноша даже представить затрудняется. Как ему удалось это провернуть, не убив жертву болевым шоком и сохранив подвижность - тоже. Точно демон. Он переводит взгляд с покойного графа на его инфернального спутника и обратно. И, облизнув пересохшие губы, спрашивает: - Извините, вы же демоны? А автограф можно? Рыжий маньяк озадаченно склоняет голову к плечу, впиваясь пронизывающим взглядом. А вот неупокоенный правитель начинает деловито суетиться: - Не вопрос, конечно. Только... На чем бы? У тебя листочек есть? Написать-то можно их кровью. Листочка у него, разумеется нет. Зато есть совершенно невменяемый запас безумия. Он быстро закатывает рукав: - Вот. Вырезайте. Прижгу зажигалкой. Тогда не зарастет. Люц смотрит на него почти умиленно. Берет за запястье, поднося заостренные когти. "Азра уебет, конечно..." - А ну стоп! Никто никого ПО ОБОЮДНОМУ СОГЛАСИЮ резать не будет! - возмущается рыжий, досадливо швырнув жертву на землю. Шарится в кармане и со всей демонической щедростью протягивает карандаш и вырванный из блокнота листочек. Ставит на нем какую-то загогулину и, пока Люцио с чувством расписывается красивой, каллиграфической подписью, встречается глазами с юношей и, чуть заметно усмехаясь, спрашивает: - Так ты решил? На кого? Почтальон на полставки одновременно хохочет, краснеет и закрывает лицо руками. То, что демоны могут читать мысли, его не удивляет. Но стебать то за них зачем?? Он и сам себя за них застебет. - Что он решил? Что на кого? - полудемон незамедлительно отрывается от шлифования автографа. - На кого из нас двоих хочет быть похож, когда вырастет, - с садистским удовольствием озвучивает Вальд. Правда садизм какой-то не такой как обычно. Он... Шутливый? Люц отмечает себе расспросить напарника о причине. Но сейчас его больше интересует другое. - Так и на кого?? - Не могу выбрать! - сквозь смех признается юноша. Граф понимающе кивает и хлопает его по плечу механической рукой: - Понятное дело! Мы же оба такие охуенные. Даже я не смог бы выбрать. ***************************************** Проворачавшись пару часов, Джулиан понимает, что не уснёт. Его сокровище прислал конфеты ручной работы!! А ещё его сокровище - сын графа и квестора!! Как спать-то после такого?? А что, если возлюбленный не простит убийства отца?? А точно ли он убил Люцио?.. Это надо обязательно выяснить. Раньше смысла не было, зато теперь... И вообще, может Мазелинка ошиблась. Лучше бы ошиблась... Он выходит на улицу, чувствуя как горят щеки. Кто-то бежит. Деворак без особого интереса оборачивается. Молоденький контрабандист буквально падает перед ним на колени и фальцетом вопит: - Там!! Таааааааам!!!!!!!! Демоны!!!! Доктор!!!! Спасите хоть кого-нибудь!!!! Он какое-то время молча смотрит на бесноватого. Демоны у них. Абсент был забористый, не иначе. Но деньги есть деньги. Джулиан со вздохом забирает чемоданчик и идёт следом. - Осторожно!! - громким шёпотом вдруг командует посыльный и пихает доктора в тень. Первая мысль у Деворака - выругаться. Ещё не хватало прятаться от кого-то, кроме стражи. Но в тень все-таки отступает. Смотрит куда показывает помешанный. И слова застревают в горле. Потому что в отдалении проходят трое. Двоих он бы узнал даже с закрытыми глазами в кромешной тьме. Это его сокровище. И призрак графа Люцио. Третий - худой, высокий тип в накидке. Одного роста с сокровищем. Квестор, не иначе. Рога прячет под капюшоном. Значит... Мазелинка права. Вальд действительно наследник престола. Граф о чем-то громко треплется. Прямо как при жизни. Его спутники идут молча. Когда они исчезают из виду, бесноватый верещит, мчится к причалу и волочет за собой медика. Кровавая свалка с догорающими трупами и полуживыми калеками шокирует даже его, привычного к крови и смерти. Почерк для Вальдемара вполне характерный. Да и для графа тоже. Один неизменно изощряется в садизме, другой показушно идёт вразнос. Неудивительно, что Вальд вырос эксцентричным и нелюдимым. С такими-то родителями... Совесть Джулиана немилосердно грызёт, когда он достаёт из чемоданчика шприц, подзывает к себе молодого контрабандиста, просит придержать голову бьющегося в конвульсиях пациента. И, стоит только тому наклониться, всаживает иглу ему в шею. Так или иначе, никто из них не сможет рассказать, что здесь было. Никто не причинит вред сокровищу доктора Деворака.