22-56

К утру город гудит от слухов. Кто-то видел чумного доктора и незамедлительно донёс страже. Валериус выслушивает отчёт их командира и честно пытается не выдать кипение чувств. Устроил побоище с пожаром. Какой же он смелый... И вообще, как они посмели напасть на жениха консула?? Вздернуть бы всех, кто осмелился. Вот только половину уже не вздернешь, а половину бессмыслено - искалеченные куски мяса вешать не полагается. Как же хорошо, что он предусмотрительно договорился с Властомилем о передаче права командования стражей. Строго говоря, это вообще задача Вульгоры. Но Гóра интересуется только драками. Расследования этому выкидышу эволюции до звезды. Правда потом все равно придётся доложить графине... Нет, никак нельзя ей сообщать, что в городе заметили доктора Деворака. Он настырно выспрашивает у стражника детали. Высокий, темно-рыжий, с явными медицинскими навыками... Что ж... Это риск. Нет. Это безумие. Но. Разве любовь не всегда безумие? Он встаёт из-за стола, подходит к собеседнику и ледяным тоном приказывает: - А сейчас вы подпишете клятву неразглашения. Это дело государственной важности. Скройте все возможные следы. Население не должно ничего узнать. - Почему? - пришибленно шепчет начальник стражи. - Потому, - консул делает максимально суровое лицо, - что тот, кого вы описали, был квестор дворца. Господин Вальдемар. При звуке этого имени стражник белеет и буквально выпадает из кабинета, едва черканув трясущимися руками подпись. Выкатывается он, честно говоря, весьма своевременно. Потому что сразу после в кабинет без предупреждения врывается графиня Сатринава со своей неизменной спутницей. - Валериус, нам надо поговорить! Тон-то какой... Хоть под стол прячься. Он излагает все подробности дела взахлеб. Экспрессивно. Додумывая на ходу и не давая ей вставить ни слова. Главное - сбить эту пракровскую грымзу со следа любимого. Каким-то образом в трактовке Валериуса получается, что в городе появился мститель, борящийся с преступностью. Этой ночью он в одиночку уничтожил клан контрабандистов, терроризировавших доки. И, судя по описанию, это был квестор Вальдемар. Само описание консул изложить не успевает. Графиня меняется в лице. Жестом приказывает заткнуться и командует: - Я разберусь. Сейчас у нас не менее важное дело. Пройдемте с нами к коттеджу Портии. Пока консул бледнеет, зеленеет и паникует, Надя отводит спутницу в сторону и тихо говорит, искоса поглядывая на чиновника как на душевнобольного: - Он сам не понял, что сказал. Вальдемар - защитник города? Это просто смешно. Портия кивает. Хотя не смешно. Скорее страшно. А графиня продолжает: - Но отчёты реальны. И знаешь. Я думаю, бредни нашего Вáлери не лишены оснований. Только он не знает главного. Это был не квестор. Это был его сын. - Ученик Азры - защитник города?!.. - Портия произносит это медленно, будто пробуя слова на вкус. Ответить Надя не успевает. Консул заканчивает складывать бумаги и сквозь сжатые зубы цедит: - Я готов. - Прекрасно, - одобрительно кивает графиня, - я рада, Валериус, что вы догадались. Вам предстоит пройти лечение от алкогольной интоксикации. Не беспокойтесь, это будет полностью конфиденциа... Закончить она не успевает. Потому что запойный чиновник молча бросается к окну. Но никто ещё не убегал от графины Сатринавы. Она одним прыжком перемахивает стол, заламывает Валериусу руку и поворачивается к служанке: - Я подозревала, что так будет. Доставай цепи. Консул в кандалах верещит так, что конфиденциальность рассыпается прахом. Хорошо хоть почти все придворные должны быть в другой части замка. Угрозы всевозможными карами, государственным переворотом и четвертованием семейства Сатринава Надя попросту пропускает мимо ушей. Алкаш, что с него взять. Куда больше её волнует не выдать себя, когда лечить болезного явится брат Портии. Как-никак Портия пошла на такой риск ради неё. И Джулиана уговорила рискнуть. Наверняка это было очень сложно. Сказать, что знает? А вдруг Портия запаникует и сбежит? И где её потом искать? Нет, графиня Везувии не будет рисковать своей любовью из-за всего лишь подозрения в убийстве её фиктивного супруга и настоящего козла. Лишь бы сам Деворак опять не свалял никакой глупости. А вот, собственно, и Деворак. Стоит в коттедже спиной к открытому окну. Ну хоть в маске, и на том спасибо. Можно прикинуться дурой, мол, не узнала. Хотя рыжие лохмы спутать с кем-то сложно. Да и рыжий такой дурацкий. Вот то ли дело янтарные локоны Портии... Она пихает вперед орущего консула: - Идите уже!! Вам это НЕОБХОДИМО!! Никто ничего не узнает. Ультразвуковые вопли вдруг обрываются как по команде. С минуту раскрасневшийся от бесплодного сопротивления Валериус молча глазеет в окно, хватая ртом воздух. Переводит взгляд на графиню и с трудом подавляя улыбку мурлычет: - Так что ж вы сразу не сказали? Я и правда чувствую себя не очень хорошо. Он протягивает вперёд скованные руки и игриво прищуривается: - Ведите! Графиня до скрипа закатывает глаза, старательно скрывая облегчение. Теперь не придётся сталкиваться с Девораком. Она передаёт цепь Портии: - Я подожду в саду. ☆ﾟ*･｡*･:≡( ε:) При виде консула в цепях Джулиан попросту теряет дар речи. Пузырек с сорбентом выскальзывает у него из рук и со стуком катится по полу. Репрессии начались?? Видимо непонимание читается даже сквозь стекла маски, потому что Портия слегка разводит руками и показывает на консула. Дело в нем, мол. Ладно, в нем или нет, но кандалы снять надо. Профессиональная этика требует. Даже если, в силу измененного состояния сознания, пациент полезет в драку. Деворак на всякий случай придерживает его руки, пока сестра поворачивает ключ в кандалах. И максимально мягко и спокойно говорит: - Вам никто не причинит вреда, господин консул. Я врач. Я пришёл сюда специально ради вас. Рожа пациента стремительно краснеет. Он слегка пошатывается и падает вперёд, повиснув на медике. "Только бы не блеванул..." - обречённо думает Джулиан, осторожно выравнивает его и усаживает в кресло, опускаясь на одно колено, чтобы посмотреть зрачки и измерить пульс. Дыхание Валериуса сбивается. Сердце колотится так, что можно посчитать удары тупо по звуку. Ещё и неровно колотится. Доктор берет в одну руку запястье консула, а другую кладёт ему на грудь. Это ж как и как долго надо было бухать, чтобы догнаться до аритмии?.. - Давно это с вами? - тихо спрашивает Деворак. Щеки Валериуса снова заливаются алым, но он совершенно неуместно улыбается, уставившись в стекла маски: - Я думал, что со вчера. Но на самом деле... На самом деле все началось ещё до красной чумы. Просто тогда я этого не осознавал. Какой же его возлюбленный отчаянный! Вот так бесстрашно проникнуть во дворец ради свидания!! Так изощренно изображать равнодушие!! Сложно даже представить чего ему это притворство стоит. И все только ради безопасности любимого!! Если бы можно было сорвать с него эту дурацкую маску... А лучше - и дурацкий костюм с дурацким плащом. Ну ничего. Ещё будет время. Джулиан довольно долго что-то пишет, выставляет на лист две микстуры из чемоданчика и снова поднимает голову. В голосе читается обреченная усталость: - У меня есть вопрос. Постарайтесь ответить максимально честно. Вы готовы отказаться от кое-чего ради своего благополучия? Консул выпрямляется в кресле. Очень серьёзно, даже сурово смотрит в стекляшки. И, чеканя каждую букву, отвечает: - От чего угодно, кроме того, что цвета красного вина. Подавить тяжёлый вздох у Деворака не получается. Убеждать отказаться от алкашки - дело неблагодарное. Себя вот он так и не убедил. Но надо хотя бы попытаться. - Вы понимаете чем рискуете? - Да, - решительно отвечает Валериус. Неужели кто-то и правда думает, что консул откажется от любви из-за жалких рисков. Наивный! Он тянется к маске отвлекшегося на свой чемоданчик доктора и поворачивает его к себе. Вернее. Повернуть получается только птичью морду. Деворак, оказавшийся вдруг в темноте, нелепо машет руками. Валериус целует маску в кончик клюва, возвращает на место, от чего застигнутый врасплох доктор дезориентированно хватает его за руки, и, глядя прямо в темные стекла, отчётливо произносит: - Я сказал, что не откажусь. Слово консула. Деворак как-то по дурацки жмёт плечами, разводит руками и, кивнув на лист на столе, мол, назначение там, выбегает из коттеджа. Портия юркает за ним. А Валериус забирает микстуры и листок и удаляется, стараясь держать лицо, но с трудом подавляя улыбку. ******************************************** Строго говоря, Властомиль вообще не должен быть здесь сегодня и в это время. Все придворные в ирисовом саду. Графиня ни с того, ни с сего зачинила пикник. Но Вигги не пригласили. Точнее не просто не пригласили, а ещё и отказались пускать. Поэтому он принял важное, стратегическое решение сперва выгулять свою радость и гордость, а только потом почтить этих недостойных своим присутствием. Вопли застают обоих врасплох. Орут так, что Виг от греха подальше ныряет в куст гибискуса. И оттуда тянет зубами за поводок. Прячься, мол, тоже. Властомиль присаживается на корточки, гладит зубастую морду и начинает уговаривать не бояться. Мало ли что опять взбрело Валериусу в пьяную голову. Но когда вдалеке появляется процессия из графини, её служанки и закованного в цепи консула, он попросту ныряет к Вигги в куст и абсолютно круглыми глазами наблюдает уже оттуда. Доигрался, заговорщик хренов! Что с ним теперь сделает графиня?? А если он сдаст остальных?? - Вигги, что же нам делать?? - беззвучно скулит он, обнимая червя. Кольчатый монстр сочувственно тыкается хозяину в щеку. Однако как бы страшно ни было, надо выяснить хоть что-нибудь. Они тихонько крадутся в отдалении. Точнее попросту ползут по засыпанной белым песком дорожке. Перед стеной жимолости приходится остановиться. Дальше открытое пространство. Заметят. Вопли прекращаются внезапно. От этого становится ещё страшнее. Через какое-то время из коттеджа, где проходила расправа, раздаются торопливые шаги. Властомиль осторожно выглядывает из своего убежища. Чумной доктор?? А спустя пару минут на тропинке появляется консул. Уже не в кандалах. С блаженной улыбкой и двумя пузырьками, прижатыми к груди. Неужели... Валериусу промыли мозги?? Значит это не сказки?? Он теперь зомби?? Как ещё объяснить внезапную смену настроения? Он прижимается к червю и тихонько всхлипывает: - Вигги, как же это страшно... Валериус... Он же был так молод... - Властомиль, вам плохо? - раздаётся откуда-то сзади. Графиня Сатринава возвышается над придворным немезидой. Вигги вздрагивает и пытается спрятаться под накидку хозяина. - Нет, что вы! Нам хорошо!! - в испуге выпаливает претор. Надя устало трёт висок: - Заметно... Надо её чем-то отвлечь. Но в голове ни единой разумной мысли. - Госпожа, а вы знали, что предсказатель Альзарнас встречается со своим учеником? - наобум выдает Властомиль. На лице графини появляется неожиданная заинтересованность. Она присаживается на корточки около придворного: - А давайте-ка с этого момента поподробнее. Поподробнее претору взять неоткуда. Но он вдохновенно врет, обнадеженный интересом госпожи. И очень надеется, что репрессии минуют его и обратятся на Азру.