Тени Эклипса / Shadows of Eclipse

Между миром снов и миром бодрствования есть окно, в котором его тело было тяжёлым, тёплым и уютным. Он мог бы проснуться, если бы ему это было нужно. Но что было ещё лучше — ему это было не нужно. Вместо этого он тяжело вздохнул, позволив себе ещё глубже погрузиться в матрас и плыть по течению в полубессознательном состоянии, пока кто-нибудь более ответственный не вытащит его оттуда. Его крепко обняли маленькие ручки, и воспоминания о ночных приключениях вызвали на его лице довольную улыбку. Эклипс вздохнул и притянул Даста к себе, чтобы тот прижался к нему. Его прекрасный спутник, там, где и должен быть, в целости и сохранности, в его объятиях, где они оба могли бы снова заснуть… Поцелуй в макушку, а затем в щёку Даста привлёк его уставшее внимание, когда кровать зашевелилась. Он быстро протянул руку и схватил Хоррора за запястье, когда тот попытался перелезть через них и выбраться из кровати. “Куда ты идёшь?” — Пробормотал Эклипс. Хоррор усмехнулся в ответ: “Пойду приготовлю завтрак. Спи, я вернусь за вами обоими, когда всё будет готово”. Эклипс заскулил в ответ и притянул Хоррора к себе, чтобы тоже заключить его в объятия: “Ты не можешь уйти! Без тебя тройничок будет неполным. Это будет всего лишь секс на двоих с третьим”. “Оу? А я-то думал, что мы израсходовали всю эту чудесную энергию прошлой ночью”, — сказал Хоррор низким и страстным голосом, наклоняясь, чтобы укусить Эклипса за обнажённый, но всё ещё полностью собранный бок. — “Мне бы не хотелось оставлять тебя неудовлетворённым”. Эклипс довольно замурлыкал, проводя пальцами по позвоночнику Хоррора и под его подбородком, и нежно притянул его к себе для глубокого поцелуя. Идеальный, ленивый, ничегонеделающий день. Ему хотелось расцеловать всех своих друзей так же, как он целовал Хоррора, — медленно и от всего сердца. Он хотел провести этот день с каждым из них, насладиться временем, проведённым вместе, и заняться тем, что нравится каждому из них. Они могли бы встретиться за ужином, как обычно, и, возможно, ему удалось бы уговорить их присоединиться к нему и посмотреть фильм– “Ммм…” — застонал Эклипс, когда Хоррор просунул язык ему в рот и начал играть с ним, глубоко проникая в рот. Поразмыслив, он решил, что к чёрту киновечер! Он собирался попытаться убедить их заняться сексом сегодня вечером — всех их! Они не торопились и были осторожны с ним, но только за последний месяц его магические запасы легко удвоились. И правда, если он смог справиться с тройничком, то что ему сделают ещё двое? Даст раздражённо фыркнул, когда его частично зажали между собой целующиеся всё более страстно Эклипс и его партнёр. Он попытался высвободиться, но Эклипс крепче обнял его за талию, не давая сбежать. “Неет… кофе!” — заскулил Даст, слабо пытаясь отстраниться. Эклипс и Хоррор разошлись с улыбками на лицах. Хоррор наклонился, чтобы понюхать Эклипса, который, в свою очередь, лизнул губы своего напарника, как котёнок, прежде чем обратиться к беглецу. “Дасти, детка, ты тоже участвуешь в тройничке!” — Заявил он. “Нет! Кофе!” — настаивал Даст, несмотря на свой ограниченный словарный запас по утрам. Хоррор усмехнулся, оторвался от парочки и встал с кровати. “Это проигрышная битва, Эклипс. Лучше сдаться”. “Но утренний секс — это часть моего подробного плана восстановления!” “О да? В таком случае нам нужно, чтобы ты сегодня вечером зашёл в комнату Кросса–” Эклипс тут же встрепенулся, услышав угрозу: “Нет, не надо! Ещё слишком рано! Он, наверное, уже два часа как не спит. Разве что… ты думаешь, я смогу убедить его сделать это, пока я сплю?” Даст застонал от боли, вызванной резким снижением уровня кофеина в крови, но Эклипс сжалился над ним и поднял на руки, как невесту, чтобы он мог уткнуться лицом в плечо Эклипса по пути на кухню. “Ну же, принцесса, давай позаботимся о тебе”.     Они почувствовали запах кофе ещё до того, как вошли на кухню. “Повезло тебе, Даст-Банни, похоже, Найтмер опередил нас”, — сказал Хоррор. Даст тут же вырвался из хватки Эклипса, воодушевлённый бодрящим ароматом бобовой воды. Хоррор усмехнулся и уже собирался подойти к плите, как вдруг кто-то набросился на него сзади и остановил. Приподняв бровь, он вопросительно посмотрел на Эклипса, который невинно ему улыбался. “Я нёс Даста всю дорогу сюда!” “Поздравляю”. “А теперь я так устал!” “Там пять ступенек.” “Сегодня я рано проснулся…” “А, ну в таком случае”, — Хоррор повернулся и поднял лёгкую фигуру Эклипса, перенёс его на кухню и поставил на столешницу, где Даст наливал себе первую чашку. Когда Хоррор отошёл, чтобы достать ингредиенты, Даст обнял Эклипса за талию и прислонился к нему, потягивая напиток. “Ты голоден сегодня утром?” — Спросил его Хоррор. Эклипс покачал головой. Обычно он не придавал большого значения завтраку, учитывая, как рано он всегда подавался. Потребовалось некоторое время, но ему удалось развеять опасения Хоррора по поводу того, что он может съесть что-то лёгкое, если пообедает и поужинает как следует. Его напарник кивнул, отрезал кусок свежего хлеба, который он испек вчера вечером, и протянул ему: “Не хочешь перекусить, пока принимаешь лекарство?” Эклипс жадно схватил его и тут же сунул уголок в рот, чтобы погрызть, как гремлин. “Ну… Я думал, ты поджаришь его… Или хотя бы смажешь маслом”, — Хоррор удивлённо покачал головой и переключил внимание на тесто для блинов. “Слишком мудрёно”, — пробормотал Эклипс с набитым ртом. Рассеянно он взял пузырёк с лекарством, стоявший на столе, и открыл его. Увидев, что в пузырьке осталась всего одна таблетка, он вынул изо рта хлеб. — “Э-э, эй, у нас где-нибудь есть запасная упаковка? Эта почти пустая.” “… Их больше нет”, — тихо ответил Хоррор. “Ну, может, мне удастся уговорить Найтмера взять меня с собой за припасами. Я уже начинаю нервничать, сидя здесь взаперти…” “Нет, милый, я имею в виду, что ты закончил с диетой. Они тебе больше не нужны”, — пояснил Хоррор, не в силах сдержать улыбку. Он почувствовал, как рука Даста крепче сжала его, когда до него дошло. Это была последняя таблетка. После неё ему больше никогда не придётся их принимать. Его тело исцелилось, магические резервы пополнились, а сила вернулась к исходному уровню. Ему снова стало лучше. “Что ж… Чёрт”, — Сказал он, потеряв дар речи. Хоррор перевернул блинчики, а затем отложил лопатку и подошёл к Эклипсу. Он протиснулся между его коленями и осторожно взял у него пузырёк с лекарством, высыпав на ладонь последнюю маленькую круглую таблетку. “В честь праздника я сделаю эту особенно сладкой”, — прошептал он, глядя Эклипсу в глаза, поднёс таблетку ко рту и нежно поцеловал её, умело передав своё намерение этим простым жестом. Маленькая рука потянулась вперёд и накрыла руку Хоррора; Даст притянул её к себе и добавил свой поцелуй. “Ещё лучше… Откройся, любовь моя. Сегодня особенный день”, — сказал Хоррор, поднося эмоционально заряженную пилюлю ко рту своего возлюбленного. Эклипс улыбнулся, открыл рот и высунул язык, как делал уже тысячу раз за последний год. Но на этот раз, когда Хоррор позволил ему прокатиться по языку, соблазняя сладостью, которую могли подарить только его возлюбленные, Эклипс был уверен, что это была самая вкусная таблетка. Наконец-то всё наладилось. Было бы глупо полагать, что он сможет обрести своё «долго и счастливо». Мир не был его сказкой. И, несмотря на его страдания, Мультивселенная оставалась жестоким и беспощадным местом. Первый хруст в рёбрах Хоррора стал суровым напоминанием об этом. Он хотел бы, чтобы на этом всё и закончилось — один только звук был таким непривычным после стольких лет, что он испуганно ахнул. А потом он увидел его, своего прекрасного друга и опекуна, распростёртого на земле, залитого кровью и задыхающегося. Это было невыносимо. “Не вступай с ними в бой, Эклипс, просто защищай себя, если придётся!” — Приказал ему Кросс. В былые времена он бы яростно возмутился такому приказу и сделал бы прямо противоположное. Но теперь он был другим человеком и понимал, что в такой опасной схватке не стоит проявлять безрассудство. Он пробормотал что-то в знак согласия и увидел, как в бой вступил ещё один из его любовников. “Отойди от него!” — крикнул Даст, призывая ужасающую волну костяных атак, которые потрескивали от силы его вырвавшегося наружу гнева. Этого было недостаточно. Особенно учитывая, насколько они уступали противнику в численности и насколько обманчиво порочной оказалась эта вселенная. Он наблюдал, как Даст прикрывает Хоррора от шквала атак, используя себя в качестве щита для поверженного напарника. Он хотел драться! Ему нужно было это сделать! Даже немного — уже помогло бы! Но его тренировки с Кроссом были ничем по сравнению с настоящим намерением убивать. Он всё ещё был неуклюжим, слабым и таким глупым, что думал, будто стал лучше, хотя было невыносимо очевидно, что от него по-прежнему мало толку! Найтмер и Кросс сумели перетянуть бой на себя, отвлёкши противников и тем самым обеспечив своим товарищам по команде передышку, но при этом заняв позицию, которая не позволяла им быстро отступить. Это место должно было быть положительно заряженным ради Эклипса, пока он привыкал к жизни за пределами замка. Это был просчитанный риск, из-за которого Найтмер оказался ослаблен в мире, который не должен был вызывать никаких проблем. Оглядывая поле боя, они понимали, что их теснят. Засада застала их врасплох, и их общий уровень силы был не единственным фактором в мире, где так много технологий. Их собирались убить. “Чёрт! Нет — я должен что-то сделать! Хоть что-нибудь, чёрт возьми!” — Эклипс сделал несколько глубоких вдохов, пытаясь унять болезненную пульсацию в своей душе. Хорошо, что он мог сделать, чтобы переломить ситуацию? Он находился на фланговой позиции, совершенно один, и либо не представлял угрозы, либо о нём временно забыли, пока разбирались с его более опасными товарищами. Если бы он бросился в бой со своими кинжалами, то смог бы отвлечь одного или двух от Кросса… Но присутствие Кросса само по себе отвлекало. Он подставлялся под смертельный удар… От одной этой мысли его магия вскипела, готовясь к защите, и собралась внутри него в ответ на его эмоции, чего он не чувствовал уже много лет. Его пальцы задрожали, словно он собирался призвать клинок… Но, возможно, пришло время попробовать что-то более масштабное. Он поднял руку, позволив своей душе направить всю энергию на создание бластера. Этого может не хватить на всех, но если это хотя бы даст им шанс отступить… Магия была до странности знакомой, сама суть его существа взывала к нему, чтобы он вложил всё своё отчаяние в то, что, как он надеялся, станет сокрушительной атакой. Он должен был быть уверен в себе, ведь существо всегда играло на его эмоциях, но он был уверен, что сможет это сделать. Он мог переломить ход событий в их пользу! Когда существо появилось на свет, раздался оглушительный рёв. Его неуклюжая фигура была настолько массивной, что Эклипс с трудом мог охватить взглядом всё его новое тело. Он знал, что оно будет другим — отражением того, как изменился он сам. И всё же он был поражён, увидев нечто большее, чем череп костяного пса, который так часто ассоциировался с этим видом. Вместо него из энергии появилось полностью сформировавшееся существо, освобождённое из своего адского заточения и преисполненное решимости сеять разрушения повсюду. Его гигантские крылья захлопали, когда он вонзил когти в землю, заставив всех, кто находился поблизости, пригнуться, чтобы их не отбросило ударной волной. Битва остановилась перед лицом чудовища. Драгоценные секунды были потрачены на то, чтобы в ужасе осознать, с чем они столкнулись. Эклипс недоверчиво рассмеялся. Это сработало! Он сделал это! Своевременно произведённый взрыв должен был прорезать вражеские силы и дать им необходимую возможность… Раскрытые челюсти конструкции обнажили острые зубы, едва сдерживающие тёмную магическую туманность, которая тут же начала притягивать к себе ядро вселенной. Погодите, что он делал?! Душа Эклипса застыла в паническом страхе при виде самой Пустоты в пасти существа. Мир вокруг был насильно втянут в вакуум и разрушался, как будто сам Эррор деконструировал код. Его ноги начали скользить, и он пошатнулся, поддавшись мощному притяжению атаки. Раздались крики, когда ближайших к нему людей затянуло внутрь, и они исчезли во тьме, не оставив после себя и следа. “Нет, нет, этого не может быть!” — Воскликнул Эклипс. Ничто не могло уцелеть после разрушительной атаки: обломки вокруг них разлетелись в разные стороны, и смертоносные осколки полетели в центр Пустоты. Внезапно все забыли о сражении и стали искать что-нибудь твёрдое, за что можно ухватиться. С ужасом осознав происходящее, он увидел, как Даст цепляется за Хоррора, и ни у одного из них нет ничего, что могло бы их спасти, пока их тянет к существу. Даст вонзил костяное копьё в землю, но оно просто сломалось под их общим весом, и они начали беспорядочно падать. “НЕТ! Нет, стой! Стой!” — Закричал Эклипс, отчаянно размахивая руками в безуспешной попытке отогнать существо. Но его душа была слишком взбудоражена, чтобы управлять ею, и та вырвалась на свободу, обрушившись на друзей и врагов. С молниеносной точностью Найтмер выбросил одно из своих щупалец вперёд, обхватив им Даста и Хоррора за поясницы за мгновение до того, как их могло бы затянуть внутрь. Другая пара щупалец вонзилась в землю, стабилизируя их положение и давая им драгоценное время. “Я не могу это остановить! Оно меня не слушается!” — Эклипс беспомощно опустился на колени, дрожа всем телом, когда существо повернуло к нему голову. Он видел звёзды в глубине Пустоты, которые звали его вернуться в тюрьму, из которой, как он думал, ему наконец удалось сбежать. Внезапная мучительная боль пронзила его, словно молния, почти ослепив своей интенсивностью. Он опустил взгляд и увидел, что одно из щупалец Найтмера обхватило его истерически вращающуюся Душу. Следуя за тёмным отростком к его хозяину, он увидел, как решительный взгляд Найтмера сменился болезненным сожалением. Последнее, что он увидел, падая на землю, — это исчезающее существо. За ним последовала только темнота.       Мир медленно обретал чёткость, и от головокружения он снова чуть не потерял сознание. “Сделай глубокий вдох и задержи дыхание, Даст. Я сейчас всё настрою, хорошо?” — раздался голос Кросса. Он моргнул, пытаясь прийти в себя. Они были в лазарете; он видел Хоррора, лежавшего на одной из коек с забинтованными рёбрами. Рядом с ним Кросс стоял на коленях перед Дастом и готовился вправить кость в его явно сломанной ноге. Даст стиснул зубы и зажмурился от боли, когда Кросс с неприятным хрустом вправил кость. “Хорошо, всё выровнено. Но перелом действительно серьёзный, детка. Ты не сможешь нагружать эту ногу как минимум пару недель”. “Замечательно”, — протянул он без тени веселья. — “Я как раз искал повод подольше поспать”. Рука, положившаяся на его плечо, так напугала Эклипса, что он подпрыгнул от неожиданности и быстро обернулся, увидев позади себя Найтмера. “Успокойся. Теперь всё в порядке”, — мягко сказал он. Его глаза тут же наполнились слезами, когда он начал осознавать, что натворил. Он оглянулся и увидел устремлённые на него взгляды товарищей — взгляды, полные страха перед тем, что он призвал. Он не мог смотреть им в глаза и от стыда низко опустил голову. Не говоря ни слова, он встал с кровати и почувствовал, что силы его на исходе и он вот-вот упадёт. Найтмер подхватил его, прежде чем он успел упасть, и осторожно уложил обратно на кровать. “Не надо! Я лишил тебя почти всего, и не слишком бережно. Тебе нужно отдохнуть и восстановиться”, — настаивал он. Но Эклипс отказался садиться и в отчаянии покачал головой: “Я-я сделал это! Я чуть не утащил Даста и Хоррора в Пустоту! Они бы пропали– или того хуже! Мне не следовало–” “Они не потерялись в Пустоте. Теперь мы все в безопасности, потому что ты дал нам возможность–” “Какой смысл мне вообще здесь находиться, если я только подвергаю всех опасности!? Вместо того чтобы выбраться из Пустоты, я просто привёл её сюда!” — Истерически всхлипывал он. Найтмер схватил его за плечи и посмотрел прямо в глаза: “Ты ничего такого не сделал! Мы научимся безопасно управлять твоей новой силой…” “Нет! Нет-нет-нет, я никогда больше этого не сделаю. Я никогда больше не буду использовать эту магию. С меня хватит. Мне нужно– Мне нужно побыть одному”, — Эклипс вырвался из хватки Найтмера и, спотыкаясь, попятился к двери, пока не оказался в коридоре, где поспешно скрылся, не сказав больше ни слова. “Эклипс…” — Хоррор протянул руку в сторону исчезнувшей фигуры, его глаза застилали непролитые слёзы. “Нам нужно пойти за ним”, — настаивал Даст и хотел встать, но Кросс мягко толкнул его обратно на стул. “Не напрягай ногу, я схожу за ним”, — сказал он, но не успел сделать и шага, как его остановила протянутая рука. “Нет. Пока оставь его в покое… Ему нужно время, чтобы прийти в себя”, — тихо ответил Найтмер. И хотя они молча согласились, между ними возникло невысказанное беспокойство, ведь они знали, что в глубине души Эклипс склонен ко злу.     В ту ночь в замке царила гнетущая атмосфера — бурный поток негативных эмоций, которыми Найтмер не любил питаться. Это вызывало у него отвращение, ведь он черпал силы в собственных страданиях. Но жизнь не оставляла ему выбора. Эклипс уже говорил, что хочет сам справляться со своими эмоциями, не полагаясь постоянно на помощь других. Именно из-за его упрямого нежелания быть для них обузой Найтмер хотел встряхнуть его и заставить понять, что это глупо… Но вместо этого он согласился, неохотно признав ценность его независимости. Но сегодня всё зашло слишком далеко. Ему не становилось лучше — ему становилось хуже. Намного хуже. И Найтмер не собирался стоять в стороне и позволять своему партнёру страдать понапрасну. Они справятся с этим вместе, а если Эклипс будет в слишком плохом состоянии… Он сможет выкачать из него силы, на этот раз осторожно, пока они не будут в достаточной безопасности, чтобы двигаться дальше завтра. В замке царила пугающая тишина — парочка в лазарете рано уснула, забравшись в общую кровать и обнявшись для утешения. Кросс, скорее всего, тоже проспит допоздна: после импровизированной битвы на днях даже ему вряд ли захочется рано вставать для дальнейших тренировок. Найтмер босиком прошёл по ковровому покрытию в коридоре и свернул за угол, направляясь в комнату Эклипса, откуда доносились волны нарастающего отчаяния. Подойдя ближе, он увидел одинокую фигуру, свернувшуюся калачиком под дверью. “Кросс…” — Тихо произнёс Найтмер, чтобы его не услышали. Солдат оторвал взгляд от сложенных на груди рук. Под глазами были тёмные круги от стресса и недосыпа. Рядом с ним стоял поднос с нетронутой едой. “Прости, босс. Я знаю, ты сказал дать ему свободу, но… Я подумал, что ему не помешает поужинать. Но он не открыл дверь…” — объяснил Кросс, и в его голосе слышались грусть и беспокойство. Найтмер опустился перед ним на колени и положил руку ему на плечо: “Может, пойдём туда вместе? Мне кажется, он уже достаточно долго один”.     Он не мог дышать; перед его мысленным взором снова и снова проносились сцены битвы. ‘Тебе следовало поступить иначе!’ Он знал это! Были варианты, которые не требовали от него такого огромного риска! Ему следовало больше доверять боевым способностям своей пары — ведь именно поэтому Кросс так усердно их тренировал! ‘Ты им не доверял. А теперь они не будут доверять тебе’. И кто мог их винить? Он увидел страх в их глазах в те короткие секунды, когда существо повернулось в их сторону, и только благодаря изобретательности Найтмера они выжили. Он никогда не думал, что может так жестоко напасть на своих возлюбленных. Никогда бы не подумал, что такое возможно; он скорее бы вернулся в Пустоту. Как только он добрался до своей комнаты, он заперся в ней, и не прошло и минуты, как по его щекам потекли слёзы. Он чувствовал себя грязным и рвал на себе рукава пиджака, словно мог стряхнуть с себя чувство вины, которое поселилось в нём. Всё его тело неистово болело. Опустив взгляд на свою Душу, он замер, болезненно заворожённый её странным состоянием. Крайне нестабильная, она трепетала, как порванная нить. Но вместо того, чтобы быть острой, как бритва, она дрожала и едва могла двигаться из-за того, что Найтмер высасывал из него силы. Краем глаза он заметил движение и обратил внимание на отражение в зеркале. Он стиснул зубы, не обращая внимания на то, что оно пристально смотрело на него, яростно требуя его внимания. “Я знаю, знаю! Ты злишься”, — сказал он вслух, виновато глядя на своё отражение. ‘Чертовски верно. Ты чуть не убил мою семью’. Даже несмотря на застывшую на лице ухмылку, гнев в глазах Киллера ни с чем нельзя было спутать. Он прислонился к зеркалу и постучал ножом по стеклу, угрожая в любой момент разбить хрупкую преграду и обрушить свою ярость на того, кто был по другую сторону. “Я… не хотел”, — прошептал Эклипс. ‘О, как это обнадеживает. Ты просто идиот. Слава богу, я оставил своих товарищей в таких умелых руках’. “Я больше никогда этого не допущу! Я больше не буду использовать свою магию...” — Торговался он, не зная, что ещё предложить. Киллер склонил голову набок и с любопытством посмотрел на него:  ‘А что, если твой УР вспыхнет из-за того, что ты сдерживаешься? В конце концов ты потеряешь контроль над собой. И когда это случится, ты снова призовёшь это существо…’ “Нет!” — Закричал Эклипс, обхватив голову руками, словно пытаясь заглушить эти слова. ‘Из-за тебя их всех убьют!’ — Закричал Киллер, ударяя по зеркалу. — ‘МОИ друзья — МОИ возлюбленные!’ “Ты просто у меня в голове — ты просто у меня в голове!” — Эклипс покачал головой, проводя кончиками пальцев по черепу. ‘Неплохая попытка. Тебе не так-то просто от меня сбежать. Но, эй, я хороший парень, давай я тебе помогу’. Несмотря на то, что взгляд Киллера смягчился, он по-прежнему смотрел на Эклипса с нескрываемой злобой. Он закатал рукав куртки и протянул руку, чтобы Эклипс мог её увидеть. Он повернул нож в руке, расположив его над лучевой и локтевой костями. Эклипс почувствовал, как дрожит. Нервный пот стекал по его спине, когда он опустил взгляд и увидел, что стоит в той же позе, что и в зеркале. “П-подожди, Найтмер сказал… что мне не следует…” — грустно прошептал Эклипс. ‘Да’, — согласился Киллер. — ‘Но ты это заслужил’. Со злобной ухмылкой Киллер медленно провёл лезвием по его руке, безжалостно надавливая, чтобы усилить боль. Эклипс смотрел, как из глубокой раны льётся кровь. Это неправильно! Он не знал, почему всё всегда так заканчивается — наверное, трудно избавиться от старых привычек, — но после последнего инцидента Найтмер с любовью поцеловал его перебинтованную руку и сказал, что ему больно видеть, как страдает Эклипс. Он хотел, чтобы Эклипс приложил немного больше усилий и перестал так делать. ‘Ну, ты только посмотри. Даже твоя кровь стала темнее’. Он испуганно ахнул и посмотрел на свою руку, где делал второй надрез, чтобы проверить, правдиво ли обвинение. “Нет, это не так! Здесь просто темно!” — возражает он, и его паника нарастает, когда Киллер насмехается над его очевидной ложью. ‘Ты же знаешь, почему так происходит…’ “Не надо!” — Крикнул Эклипс, крепче сжимая нож, хотя с каждым новым ударом по себе его движения становились всё более неуверенными. ‘Теперь это часть тебя’. “Это не так! Это не так!” ‘Ты привёл с собой Пустоту’. “Заткнись!” — Эклипс замахнулся и ударил обидчика кулаком, чтобы заставить его замолчать. Стекло с резким звуком разбилось на множество осколков. Смех Киллера эхом отдавался у него в голове, пока он замахивался для второго удара, выбивая осколки стекла из рамы. В отчаянии он схватил осколки и вырвал их, не обращая внимания на то, что они впивались ему в руки, пока вся рама не оказалась у его ног в виде груды осколков. Он посмотрел на кровь на своих руках, пытаясь понять, меняется ли эта его основная часть. После возвращения его кровь стала светлее, почти как у Кросса или Даста. Но мог ли Киллер быть прав? Меняется ли она по мере того, как к нему возвращаются силы? Он не мог сказать наверняка из-за того, что у него кружилась голова, а в темноте фиолетовый цвет был так похож на чёрный… “Эклипс!” Он повернул голову и тут же почувствовал новую волну головокружения, пытаясь сосредоточиться на голосе своего первого напарника. Дрожа, он поднял окровавленную руку к Найтмеру. “Кажется, становится темнее? Я-я уже не могу сказать наверняка…” “Чёрт”, — выругался Найтмер, опускаясь на колени перед Эклипсом и осторожно осматривая его. Кросс включил прикроватную лампу, и комната озарилась мягким светом. При виде разбитого зеркала и окровавленного ножа он нахмурился, но не стал ничего говорить, а вместо этого помог Найтмеру перенести Эклипса на кровать. “Я не хотел причинять им боль, Найт”, — голос Эклипса дрогнул, хотя все его слёзы уже высохли. — “Мне так жаль!” Кросс посадил Эклипса к себе на колени. Тот позволил взять себя на руки, как будто почти не заметил этого. Потянувшись к прикроватному столику, он достал аптечку, которая, к счастью, осталась с тех пор, когда Эклипс только выздоравливал, и которую никто не удосужился убрать. Найтмер обхватил лицо руками и провёл большим пальцем по тёмной жидкости, покрывавшей его щёки. “Ты сражался изо всех сил, чтобы спасти наших товарищей от ужасной засады. Без твоего вмешательства они могли бы получить увечья или даже погибнуть”. “Я просто не хотел, чтобы они умерли! Я не хотел, ч-чтобы они почти–!” — он снова разразился сухими рыданиями. Кросс протянул Найтмеру влажную салфетку, которой тот начал аккуратно вытирать лицо Эклипса. “Они не умерли. Они в целости и сохранности в лазарете”, — успокоил его Найтмер. — “Но ты сам сильно пострадал, любимый”. “Нет! Это пустяки! Не трать на меня силы! Я хочу, чтобы ты приберег их для Даста и Хоррора!” — Возразил он, слегка попытавшись отдёрнуть руку, но Кросс крепко держал её, осторожно обрабатывая раны. — “Я в порядке!” “Это голоса подсказали тебе, что нужно сделать с собой?” — Найтмер спросил без осуждения; он слишком много лет помогал своим возлюбленным бороться с демонами, которые так и не умерли до конца. Эклипс перестал ёрзать и опустил голову, виновато кивнув после секундного колебания. Стыд и усталость лишили его остатков сопротивления. “Он сказал, что я был прав с самого начала. Теперь во мне Пустота, и… Я представляю угрозу. Я бы убил его товарищей, и я заслуживаю этого– И он прав!” — С горечью объяснил Эклипс, хотя ему было больно произносить эти слова вслух. Кросс недовольно зашипел, но ничего не сказал, лишь крепче сжал Эклипса и принялся старательно оттирать руку от стекла. Найтмер прислонился головой к голове своего грустного возлюбленного. “Никто не вернётся в то место. Никогда. Я этого не допущу”. Эклипс молча кивнул, ведь он никогда не перечил своему королю. От усталости он тяжело навалился на Кросса, его глазницы запали из-за потери крови и умственного переутомления. Он медленно взялся за край футболки и задрал её, обнажив угольно-чёрное экто. “Цвет пропал. Я подумал, может быть… Он попал в мою кровь…” — Пробормотал он, взглянув на свою руку. Он удивлённо моргнул, увидев, что она забинтована свежими бинтами, и только сейчас понял, что Кросс вообще-то занимался его рукой. “Прости… За всё”, — пробормотал он, едва придя в себя. Найтмер лишь улыбнулся, и в его взгляде читались любовь и доброта. “Тебе не за что извиняться. Отдохни, Эклипс. Мы здесь, с тобой”. Его разум был слишком встревожен, чтобы уснуть. Эклипс устало прильнул к чему-то тёплому, в чём он сразу узнал грудь Кросса. Его возлюбленный даже не уложил его, а предпочёл держать на руках, крепко обнимая, так что утром у Эклипса наверняка будут болеть кости. И, судя по всему, он был не единственным. Найтмер прижался к Кроссу с другой стороны, его лицо было всего в нескольких сантиметрах от лица Эклипса. Для него было очень важно, что они оба были рядом, когда он открыл глаза. Он рассеянно заметил, как одно из щупалец Найтмера обвилось вокруг лодыжки Кросса. После многих лет, проведённых с тёмным принцем, Эклипс научился распознавать этот жест, порождённый беспокойством. Едва заметный намёк на то, что щупальце обвилось вокруг талии, в отличие от явного проявления собственничества. До его уставшего разума медленно доходило осознание того, что Найтмер держался за Кросса, чтобы не упасть, потому что Эклипс его напугал. Однажды он видел, как Киллер исчез в Пустоте. А сегодня он чуть не стал свидетелем того, как то же самое произошло с Дастом и Хоррором. Что ещё хуже, он снова начал причинять себе боль. И тем самым он причинил боль Найтмеру снова. Прошлое, казалось, настигало его слишком быстро. Даже когда он наконец решил, что движется дальше. “Прогресс не происходит по прямой”, — снова и снова напоминал ему Найтмер. Но, увидев этот простой, испуганный жест, Эклипс понял, что уже не сможет опуститься ещё ниже. “Любовь моя..?” — Прошептал Найтмер, поднимая руку, чтобы коснуться щеки Эклипса, и из его глаз снова потекли слёзы. “Не могу уснуть”, — вздохнул Эклипс. Его макушку поцеловали. “Чем мы можем помочь?” — Тихо спросил Кросс. Эклипс уткнулся носом в руку Найтмера, наслаждаясь его нежной заботой. “Я просто… Хочу ненадолго отвлечься”. “Отлично. Я могу сходить и взять нам фильм, чтобы–” — Глаза Кросса расширились, когда Эклипс внезапно схватил его за плечи и притянул к себе для страстного поцелуя. — “Ммф! Ммм…” — Застонал он, крепче сжимая рёбра Эклипса, пока тот наклонял голову и целовал его всё глубже. Он почувствовал, как щупальце обвилось вокруг его талии и легонько сжалось, напоминая ему о том, что нужно дать Кроссу подышать. Он слегка отстранился. Кросс тяжело дышал, его лицо очаровательно раскраснелось, что гармонировало с возбуждённым сиянием его разноцветных глаз. “Пожалуйста, не уходи…” — Умолял Эклипс отчаянным и грустным голосом, вцепившись пальцами в рубашку Кросса. При этих грустных словах глаза Кросса расширились, и он быстро кивнул, в знак поддержки притянув Эклипса к себе. “Мы никуда не уходим”, — Найтмер положил руку на плечо Эклипса, чтобы утешить его. Бледные пальцы быстро накрыли его ладонь, и Эклипс, не вырываясь из объятий Кросса, поднёс руку Найтмера к губам и поцеловал её. Он сдерживал болезненные слёзы, отгоняя мысли, которые грозили поглотить его, одним поцелуем за другим. Неважно, какая у него кость или кто его возлюбленный, ему нужно чувствовать их рядом с собой, потому что его разум снова грозил сдаться. Эклипс наклонился, чтобы поцеловать Найтмера, но тот легонько прижал руку к его груди. Эклипс всхлипнул, но не стал сопротивляться. “Любовь моя, ты же знаешь, что это не поможет тебе исцелиться”, — прошептал его маленький король. “Дорогой, мы любим тебя, но… Может быть, нам стоит поговорить о том, что произошло?” — мягко предложил Кросс. Эклипс отвёл взгляд и увидел, что осколки зеркала и пятна крови были тщательно убраны. Его рука снова заныла, и он вспомнил о ранах Даста и Хоррора. Он покачал головой: “Нет, пожалуйста… Я знаю, что не заслуживаю этого, но я просто хочу на время всё забыть. Только сегодня? А завтра я сделаю всё, что ты захочешь. Пожалуйста, Найтмер”. Найтмер вздохнул, с сомнением глядя на его Душу. Даже не проверяя себя, Эклипс чувствовал, как дрожат её края. Он знал, что Найтмер прав — в конце концов, это была его специализация. Но сегодня он не хотел делать то, что было бы лучше для его здоровья… Он просто хотел почувствовать, как его обнимают возлюбленные. Он хотел ненадолго почувствовать тепло и безопасность. Он хотел, чтобы они поглотили его целиком, чтобы он не мог думать о боли, которую причинил замку. “Близость как способ отвлечься сама по себе не так уж плоха, но учитывая, в каком состоянии сейчас твоя Душа, мы рискуем столкнуться с эмоциональными последствиями, как при падении”, — мягко объяснил он. Эклипс кивнул, стыдливо опустив голову. Он чувствовал себя идиотом. Возможно, сейчас он мог бы сохранить лицо, просто притворившись спящим– “Мы продолжим, но с осторожностью”, — Найтмер взял Душу Эклипса в руки и поднёс туманность к себе, улыбнувшись ей. — “Если я замечу, что что-то идёт не так, я завершу процесс и перенаправлю нас. Тебя устраивают такие условия?” Эклипс ошеломлённо посмотрел на него, не веря, что тот согласился, и потрясённо кивнул в знак согласия. Найтмер поднял взгляд, и его лицо смягчилось, став более чувственным, отчего Эклипс тут же залился румянцем. “Это хорошо… Потому что, думаю, Кросс хотел бы снова тебя поцеловать”. Эклипс рефлекторно обернулся, чтобы посмотреть назад, но Кросс положил руку ему на щёку и сразу же притянул его к себе для поцелуя. Он тихо застонал, испытывая облегчение даже от нежного прикосновения губ своего возлюбленного, и охотно разомкнул губы, позволив языку Кросса проникнуть в его рот. Он вздохнул, когда они поцеловались, а затем медленно отстранились друг от друга, чтобы снова нежно прижаться друг к другу. Каким-то образом даже тихие звуки их сплетающихся языков творили чудеса, заглушая шум в его голове. Он закрыл глаза, пытаясь выразить свою благодарность в каждом всё более страстном поцелуе. Рука Кросса скользнула под его куртку и коснулась талии. Эклипс даже не собирался призывать своё экто — после болезненного истощения, которое устроил Найтмер, чтобы спасти всех от него, его душа чувствовала себя настолько опустошённой, что он не мог её рассеять. Вероятно, была полночь. Вероятно, он не излучал ни единого признака цвета или мерцающего северного сияния, которое так нравилось его спутникам. Вероятно, он был поглощён Пустотой, временно бездействовавшей внутри него, и если бы он только мог взглянуть вниз, чтобы проверить… Прежде чем он успел что-то разглядеть, настала очередь Найтмера отвлечь его поцелуем, очаровав своим раздвоенным языком, который так умело обвивался вокруг его собственного, что он не смог сдержать стон. Он вытащил язык Эклипса изо рта, чтобы тот мог в изумлении наблюдать, как он ласкает его своим языком. Он чувствовал на себе обжигающий взгляд Кросса, его прерывистое дыхание и то, как его пальцы становились всё более беспокойными по мере того, как их поцелуй становился всё более страстным. Это было именно то, что ему было нужно, чтобы отвлечься: оказаться зажатым между своими возлюбленными, где он был в безопасности от тьмы и Пустоты. Чьи-то пальцы внезапно коснулись колец его Души, заставив его испуганно ахнуть. По его лей-линиям пробежала приятная волна любви. Найтмер коварно ухмыльнулся, не сводя с него глаз, пока Кросс наклонялся и начал покрывать поцелуями шею Эклипса. “О-охх!” — У него перехватило дыхание, когда Найтмер погладил его по бокам от Души, и его магия вспыхнула от настойчивых прикосновений его партнёра. Он протянул руку и схватился за Кросса, чтобы не упасть, хотя тот и был занят тем, что ласкал языком каждый шейный позвонок. “Что такое, мой дорогой?” — Прошептал Найтмер, легонько касаясь ядра пальцами. — “Тебе уже лучше?” Это была игра, которая с годами стала доставлять удовольствие его милому Найтмеру. Благодаря своим эмпатическим способностям и тому, что в его руках была сама Душа Эклипса, он точно знал, что чувствует Эклипс. Каждое прикосновение, каждое движение языка Кросса, каждое соблазнительное прикосновение пальцев к поясу его брюк… Но ему нравилось слышать, как они задыхаются. Ему нравилось слушать, как они с трудом подбирают слова. Он хотел поглотить каждую их мысль и чувство своим присутствием, чтобы они могли лишь выкрикивать его имя… “Найт! Это же… Ты же… Нннх”, — заикаясь, произнёс Эклипс, не сводя глаз со своей Души, пока Найт делал следующий шаг, поднося пульсирующий орган к своим губам и погружая язык в его центр. “А-АххХ!” — Тело Эклипса сразу напряглось от снисходительного прикосновения языка Найтмера к нему. Это было более интенсивно, чем когда его прекрасная пара обрушилась на него — это не могло сравниться с ощущением его в самом его естестве, вытягивающим самую разрежённую его магию, чтобы поглотить каждый его страх и желание. И пока Найтмер пожирал его изнутри, Кросс поглощал его снаружи. Его руки сомкнулись вокруг извивающегося тела Эклипса, прижимая их друг к другу так, что он чувствовал, как отвердевший член Кросса упирается ему в копчик. Он нежно кусал его за плечо, наблюдая, как их партнёр мучает его, доставляя невообразимое удовольствие и получая от этого удовольствие сам. “Ммм… Ты божественно вкусен… Кросс, мой милый, почему бы тебе не составить мне компанию?” — Найтмер придвинулся ближе, почти забрался на колени к Эклипсу и протянул ему Душу их пары. Кросс нетерпеливо перегнулся через плечо Эклипса и, не теряя ни секунды, впился в него поцелуем, словно тот был изысканным угощением. “Нндх! Кросс!” — Эклипс был бессилен что-либо сделать, кроме как откинуться головой на плечо Кросса. Намерение его сильного возлюбленного всегда было наполнено решимостью, и оно пело в унисон с его душой, словно прекрасная симфония. Кросс прижался к нему, желая, чтобы он почувствовал себя в безопасности и достойным любви! Неожиданное появление Найтмера рядом с ним было настолько внезапным, что он перестал замечать всё вокруг, кроме них. Они делили его друг с другом самым интимным образом — он чувствовал, как их языки переплетаются и сжимают его сущность между собой. Его тело пылало от безудержной магии, а их совместные ощущения подталкивали его к взрывной кульминации-! Он вскрикнул, когда кончил, и его душа резко превратилась в перевёрнутое сердце, источающее магию из самой его сущности и питающее рты, которые с нетерпением ждали этого. Он содрогнулся от ощущения того, как их языки продлевают его оргазм, пока они старательно поглощают каждую каплю его сущности, оставляя его в изнеможении и растерянности. Найтмер не отпускал его, даже когда они отстранились, чтобы дать ему возможность перевести дух. Он был благодарен за связь со своей Душой, ведь его физическое тело было так сильно повреждено, что ему потребовалась минута, чтобы прийти в себя после того, как он чуть не потерял сознание. “Чёрт…” — Выдохнул он. Его любовники захихикали, по-прежнему тесно прижавшись друг к другу. Он чувствовал, как Кросс урчит у него в груди, и это был довольный звук, несмотря на ноющую боль внизу. “Давай продолжим”, — сказал Эклипс с усталой улыбкой. Они неуверенно переглянулись. “В этом нет необходимости, дорогой…” “Ты так хорошо справился, Эклипс…” Он усмехнулся, уткнувшись в грудь Кросса, чтобы почувствовать успокаивающую вибрацию. Он знал, что стоит ему сказать всего одно слово, и они остановятся. Они поставят свои потребности на второе место после его собственных, но сегодня он не был готов с этим мириться. Не сейчас, когда они из кожи вон лезли, чтобы обеспечить его всем необходимым, несмотря на его нестабильное состояние. Он хотел ответить им любовью, пусть даже такой простой, как эта… Он взялся за пояс штанов и, чувствуя на себе их взгляды, стянул их вниз и снял. Они бы не стали возражать, если бы он оставил куртку — успокаивающие узоры на подарке служили своего рода страховочным тросом в плохие ночи. Найтмер улыбнулся ему и, посмеиваясь, любовно покачал головой. “Упрямый”, — прошептал он, опуская руку между ног Эклипса к его истекающему соками входу и медленно продвигаясь вверх, мимо клитора, к стволу, который не мог не отреагировать на прикосновение любовника. — “И очень страстный”. Эклипс кивнул, уже ощущая отвлекающую дымку от прикосновений своей пары. “Я хочу… Забрать вас обоих, если бы я мог…” “Ты тренировался с Хоррором и Дастом”, — усмехнулся Кросс, нежно поцеловав его в щёку. — “Они мне всё рассказали”. “Я бы потренировался с тобой тоже, но ты встаёшь так рано утром…” — Он замолчал, внезапно отвлекшись на то, как Найтмер стянул с себя кофту через голову, обнажив пару голубых грудей. Отбросив одежду в сторону, он моргнул, заметив устремлённые на него взгляды остальных. “Будешь пялиться? Или присоединишься ко мне?” — Шутливо спросил он. “Ты можешь нас винить, Босс?” — Прошептал Эклипс, затаив дыхание и не отрывая от него глаз, даже когда услышал, как Кросс быстро раздевается позади него. Найтмер усмехнулся, стягивая с себя штаны и позволяя открыто разглядывать своё обнажённое тело, пока он ложился на кровать, раздвинув ноги, чтобы они могли насладиться зрелищем. Эклипс выругался, не в силах удержаться от того, чтобы не навалиться на него сверху и не поцеловать по-настоящему. Почти сразу же его руки задрожали под его весом: он всё ещё был ранен и истощён после первого раунда. Он отстранился, прежде чем рухнуть на своего партнёра, и на его лице отразилось беспокойство из-за внезапной слабости. Кросс обнял его сзади и прижался к его спине. “Не волнуйся. Я тебе помогу”, — заверил он его. Почему-то он не испытывал того чувства неполноценности, которое ожидал испытать, и тепло руки Кросса, лежавшей на его руке, доставляло ему удовольствие, как будто они собирались разделить что-то особенное. И хотя технически ему не нужна была помощь Кросса, чтобы ласкать их партнёра, возбуждение, которое он испытал, когда они обеими руками коснулись промежности Найтмера, вызвало волну предвкушения в его паху. Они оба ввели по пальцу, и Найтмер застонал, уже подаваясь бёдрами навстречу их благоговейным прикосновениям. “Мне не нужно… Было подготовиться”, — простонал он, когда Кросс сжал их пальцы, растягивая его изнутри, пока он не начал задыхаться. “Конечно, Босс”, — согласился Кросс. — “Но ты так мило выглядишь, когда мы тебя трогаем… Как мы могли устоять?” “Великолепно”, — согласился Эклипс и добавил ещё один палец, когда они начали входить в него и выходить, медленно растягивая его и распространяя его смазку. Найтмер закрыл лицо рукой, а другой демонстративно вцепился в простыни, пока они доводили его до оргазма — слишком медленно, чтобы довести до конца, но более чем достаточно, чтобы дразнить его до тех пор, пока он не начал задыхаться и извиваться. Они позволили себе насладиться этим ещё несколько минут, прежде чем отстраниться и заменить пальцы возбуждённым членом Эклипса. Он не стал медлить и вошёл в него, издав стон, когда его тепло окутало его. “Чёрт, ты такой горячий, Найт-!” — Выдохнул Эклипс, а Найтмер ухмыльнулся ему в ответ. Позади него Кросс смазывал себя лубрикантом, которую, скорее всего, достал из своего инвентаря. В другой раз он бы поддразнил его за такую извращённую подготовку. “Лучше даже не думай готовить меня, Кросси”, — сказал Эклипс. — “Я долго не продержусь. А я хочу насладиться вами обоими”. Ещё один простой комментарий, который должен был его расстроить: это должно было доставить удовольствие его возлюбленному. Это был способ извиниться. Поблагодарить за поддержку. Это не должно было иметь к нему никакого отношения. И всё же то, с какой любовью они окружили его, то, как Кросс подошёл сзади, когда он вжался в него, обхватив Эклипса рукой, чтобы тот мог выдержать их вес на Найтмере, — всё это заставило его забыть о ненависти к самому себе. Даже на несколько минут, пока Кросс начал раскачивать их, он отвлёкся, и волна экстаза захлестнула его. Ощущения от близости с обоими снова стали почти невыносимыми. Находиться внутри Найтмера было всё равно что прижиматься к мягчайшему шёлку. Его трепещущие мышцы выдавали самоуверенность, а Эклипс чувствовал, как он сжимается, чтобы удержать его внутри. А Кросс, один из его самых страстных любовников, всегда доставлял ему такое удовольствие, что Эклипс почти чувствовал его вкус. Он тяжело дышал, высунув кончик языка, и с каждым мощным толчком Кросса погружался в Найтмера ещё глубже. Кросс задавал ритм, не теряя времени и поддерживая стабильный темп. Его целью было не довести их до предела, а доставить им удовольствие, в котором они все отчаянно нуждались после сегодняшнего дня. Им нужна была эта близость, эта любовь, они нуждались в том, чтобы быть рядом друг с другом. Дрожащими руками Эклипс воспользовался тем, что Кросс его удерживал, и позволил себе обхватить грудь Найтмера, пока они занимались любовью. “И-извините, Босс, они просто..! Ннгх! Выглядят… слишком аппетитно, чтобы пройти мимо”, — сказал он с ухмылкой. Найтмер удивлённо посмотрел на него, а затем быстро отвернулся и прикрыл ухмыляющийся рот тыльной стороной ладони. Он не удостоил его ответом, и Эклипс воспринял это как разрешение ласкать восхитительные холмики. “Ты лишил его дара речи”, — тихо рассмеялся Кросс. — “Но… Мне бы очень хотелось посмотреть, смогу ли я заставить вас обоих кричать”. Это было их единственным предупреждением перед тем, как Кросс с силой вошёл в них. Эклипс тут же вскрикнул: имитация с обеих сторон была невыносима, и его душа начала светиться в преддверии скорой кульминации. Кросс прижал его к груди Найтмера, позволив тёмным рукам обхватить себя, и удвоил усилия. “Кросс! Эклипс!” — Найтмер выгнул спину, покачивая бёдрами в такт движениям своего партнёра. Он вскрикнул и прижался к Эклипсу, чувствуя, как его партнёр изливается в него. Эклипс чуть не расплакался от нахлынувших чувств — ему пришлось приложить немало усилий, чтобы у него осталось достаточно сил, чтобы наполнить своих возлюбленных своим семенем. Радость на их лицах — а теперь и на лице Найтмера — оправдывала каждый болезненный шаг. Кросс довёл их до оргазма всего через мгновение, наполнив Эклипса своим вязким теплом, которое самым приятным образом смешалось с его собственной магией. Вот только он был совершенно измотан. Он смирился с тем, что остался лежать на Найтмере, даже когда Кросс соскользнул с него. Он устало почувствовал, как щупальца Найтмера обвились вокруг них, притягивая Кросса обратно к кровати, безмолвно приказывая отложить уборку до утра. Тёмная сущность обвилась вокруг его души, в то время как его возлюбленные снова окружили его с двух сторон. Отвлечение было полезным, и ему стало легче, но он знал, что ему ещё предстоит пережить немало душевных страданий. Но он мог бы заняться этим завтра. В компании своих возлюбленных.     “Ты справишься, Эклипс!” — Подбодрил Кросс. “Я… Я не знаю”, — ответил он, и его тревога снова усилилась. “Мы с тобой, милый. Ничего плохого не случится”, — заверил его Хоррор, положив свою большую руку на плечо Эклипса. Даст согласно кивнул, уютно устроившись в крепких объятиях Эклипса. Чтобы добраться до этого места, потребовалось много времени и неудачных попыток. Они стояли, прижавшись друг к другу, во владениях Эррора — идеальном месте для изучения новообретённой силы бластера Эклипса. “Мы вместе, несмотря ни на что. Но я могу пообещать тебе, что никто не провалится в Пустоту из-за этого”, — уверенно сказал Найтмер. Сбоку от них раздался смешок. Эррор стоял, закатив глаза. “Конечно, вы не упадёте в Пустоту, здесь нет никакой связи с ней. Это место не просто так называется АнтиПустотой, придурки”. Найтмер протянул руку, чтобы показать Эррору палец, в то время как Эклипс решительно кивнул и поднял руку, позволяя своей магии собраться. Его душа раздулась, а разноцветная магия сгустилась над ними. Это заняло всего мгновение: колодец силы Эклипса был достаточно глубоким, чтобы быстро накопить необходимую магию. Внезапно появилось существо: сначала его гигантская голова, а затем и костлявое тело. Эклипс назвал его Драконом Пустоты. Его крылья обрушивали на них ветер, словно торнадо, а когти впивались в код самой вселенной. Даже отсюда он мог разглядеть тёмную, почти чернильную черноту, которая формировалась внутри его тела, — частичку самой Бездны. При виде этого Эклипс затаил дыхание, но его товарищи окружили его, стараясь успокоить его Душу. Существо повернулось к нему, разинув пасть в глубоком угрожающем рыке, и оценивающе взглянуло на крошечного монстра, который осмелился его призвать. “Я тебя не боюсь”, — сказал он, стараясь, чтобы его голос не дрожал. Ему нужно было быть уверенным и спокойным, чтобы существо подчинилось ему. Он сосредоточился на тёплых телах вокруг себя, чувствуя поддержку товарищей. Он выпрямился и обратился к существу подобающим образом. — “В прошлый раз я… Причинил тебе боль. Я отравил тебя своим страхом. Но это больше не повторится. Даю тебе слово.” На мгновение он засомневался, поняло ли его это существо. Но оно медленно опустило голову и подобралось ближе, чтобы рассмотреть его. Он шагнул навстречу, позволив ему обнюхать себя, как любопытному животному. Его внимание привлекла его душа, заставив его замереть и уставиться в туманность. “Да, ты ведь это знаешь, не так ли? Я тоже оттуда. Но здесь опасно. Неконтролируемая сила разрушительна”, — сказал Эклипс, и его мысли внезапно переключились с этой ужасающей тьмы на что-то другое. Он подумал о том, как ухаживал за Найтмером под звёздами и целовал своих возлюбленных на мягком одеяле под деревом. И в ответ его Душа наполнилась счастьем. “Но так не должно быть. Это может быть хорошо. Мы можем научиться контролировать это вместе. С чьей-нибудь помощью”, — он кивнул в сторону остальных, которые держались рядом с ним, одновременно защищая его и с нетерпением разглядывая новинку. Существо на мгновение замерло, разглядывая каждого из них по очереди. С почти забавным выдохом, от которого повеяло теплом, оно наклонило морду и ткнулось ею в голову Эклипса. Он ухмыльнулся и протянул руки, чтобы погладить костлявую челюсть, прежде чем существо отстранилось. Взмахнув рукой, он высвободил свою магию, позволив ей рассеяться. Почти с тревогой Эклипс обернулся к остальным. “Ну… Что вы думаете?” — Спросил он. “Ты же чувствуешь, какой он сильный!” — С ухмылкой сказал Даст. — “Думаю, он хорошо поладит с моим!” “И его когти, похоже, способны дестабилизировать код, что похоже на то, что я могу делать своим ножом! Может быть, мы сможем потренироваться с ним, чтобы проверить, насколько он отточен!” — Взволнованно добавил Кросс. “Нам понадобится тренировочная площадка побольше”, — со смешком посоветовал Хоррор. Эклипс широко улыбнулся в ответ на их согласие, его душа пела от радости. Он повернулся к Найтмеру, который до сих пор хранил молчание: “Босс..?” Найтмер что-то пробормотал, когда Эклипс подошёл к нему. Они молча обнялись. Найтмер запрокинул голову, чтобы посмотреть Эклипсу в глаза, и улыбнулся: “Думаю, тебе идёт. Это идеально”. И хотя путь к выздоровлению был трудным и болезненным, он знал, что каждое мгновение того стоило — ради того, чтобы увидеть любовь на лице Найтмера, когда тот произносил эти слова. Эклипс наклонился, чтобы поцеловать его, и услышал одобрительные возгласы товарищей по команде. Возможно, для его счастливого конца ещё не всё потеряно.