Тени Эклипса / Shadows of Eclipse

“Эклипс”, — раздался тихий шёпот. Он глубоко зевнул, вытянувшись на удобном матрасе, и продолжил спать. Ещё не время было просыпаться: ему было слишком уютно, и он слишком легко погружался обратно в свои сны. И какие же это были чудесные сны, когда мягкое, тёплое тело прижималось к нему. Он счастливо вздохнул и инстинктивно обнял знакомую фигуру возлюбленного, и они слились в нежных объятиях. Зачем ему было просыпаться от такого идеального сна? “Эклипс…” — Ещё один нежный шёпот на грани его сна. Он тихо застонал, когда его сознание устремилось в неверном направлении. Послышался смешок, а затем его щёку поцеловали в качестве шутливого извинения. “Чт–?” — Побормотал он, но чьи-то губы прижались к его губам, заглушив вопрос прежде, чем он успел открыть глаза. Милый поцелуй с пожеланием доброго утра. Если, конечно, утро уже наступило? За ним последовал ещё один, на этот раз чуть более страстный. Может быть, это были тайные поцелуи посреди ночи? Он застонал, когда каждый подаренный ему поцелуй становился всё более страстным, пробуждая его тело от спячки и наполняя его магией тёплого, заинтересованного возбуждения. Чьи-то руки обхватили его лицо и притянули к себе, помогая ему отдаться чувствам. Эклипс наконец разлепил глаза и попытался сфокусировать взгляд на своём импровизированном соседе по постели. “Кросс…” — Вздохнул он, одновременно довольный и смущённый внезапным визитом, в то время как его возлюбленный снова страстно поцеловал его в губы. Он потянулся к своему партнёру и обнял его за плечи, безмолвно умоляя не отходить от него. Его пальцы сжали мягкую футболку, и он смутно осознал, что, должно быть, ещё слишком рано и Кросс даже не успел одеться. Кончик языка нежно коснулся его, и он с готовностью откликнулся, всегда радуясь тому, что его возлюбленный входит в него. Прошло слишком много времени с тех пор, как они в последний раз могли вот так не спеша заниматься любовью. Кросс получил разрешение покинуть медицинский отсек всего неделю назад, а до этого целый месяц был прикован к постели. И даже сейчас самые простые действия приходилось выполнять с осторожностью, принимая обезболивающее: его спина всё ещё была ослаблена из-за нанесённой ему тяжёлой травмы. Его появление здесь было совершенно неожиданным, и он не мог избавиться от тревожного чувства, которое закралось в его медленно пробуждающийся разум, когда он осознал сложившуюся ситуацию. “П-подожди”, — выдохнул он. Кросс замер, их губы всё ещё были достаточно близко, чтобы соприкоснуться, и он вопросительно приподнял бровь. — “Я не хочу причинить тебе боль”. Кросс озорно улыбнулся и нежно уткнулся носом в своего партнёра, чтобы тот снова захотел поиграть. “Но я скучал по тебе…” — Пробормотал он, покусывая нижнюю губу Эклипса. Он застонал, и его решимость рухнула с мучительной быстротой. Такое настроение у Кросса было редкостью. Обычно он был строг в соблюдении режима и самообладании, но этим утром его охватила такая страсть, что он пробрался в спальню своего парня, чтобы немного развлечься. Когда они делали это в последний раз? Он даже не мог вспомнить! Кросс тихо застонал, не произнося ни слова, и, всхлипывая, прижался своим призванным телом к Эклипсу. Теперь он чувствовал его всем телом: призванные груди тяжело давили на его рёбра, а сильные бёдра обхватили ногу. Он с трудом сглотнул, его решимость ослабла и сменилась озорной ухмылкой. Увидев, что его уговоры сработали, Кросс ухмыльнулся и, прижавшись лбами, они расхохотались, как пара подростков. Эклипс обнял Кросса за плечи и притянул к себе для глубокого поцелуя с открытым ртом, в то время как его собственное экто плавно заняло своё место. Жалобные стоны его партнёра распаляли его, даже когда их языки сплелись в столь необходимом воссоединении. Быстрым движением он обхватил своего партнёра и перекатил их, не прерывая поцелуя, зная, что так будет легче для травмированного Кросс. Но в то же время он не мог налюбоваться на партнёра, лежащего под ним. Его мило раскрасневшееся лицо и очертания тела. То, как он улыбался, как его глаза светились от едва сдерживаемого волнения. То, как он держался, — привилегия, доступная лишь немногим избранным. Он был прекрасен. Эклипс взял футболку Кросса в руки и медленно потянул её вверх, словно дразня самого себя. Худощавый, обычно подтянутый живот стал немного мягче из-за постельного режима; впрочем, Эклипс никогда не отдавал ему предпочтения. Ему хотелось наклониться и покрыть его поцелуями, но он сдерживался, подавляя собственное желание, хотя его язык был влажным и тяжёлым от возбуждения. Кросс слегка выгнул спину, якобы помогая сдвинуть ткань, но добился лишь того, что его грудь соблазнительно обнажилась. Эклипс замер при виде этих изгибов, и из его груди вырвался стон, когда Кросс намеренно обнажил нижнюю часть тела. Грязный шалун… Он знал, что Эклипс в этом плане слаб. Он не торопился и позволял своему возбуждению нарастать, любуясь каждым прекрасным сантиметром своего партнёра. Несмотря на свою склонность к поспешным действиям, он больше всего на свете хотел медленно и методично ублажать его до последней капли. Но даже у Кросса случались приступы нетерпения. Сегодня утром ему было нужно нечто большее, чем просто взгляд, и он полностью стянул с себя футболку и отбросил её в сторону. Он закинул руки за голову, воплощая собой покорную прелесть. Но малейшее движение кончиков пальцев его партнёра, беспокойно впивавшихся в подушку под ними, кричало о том, что Кросс сам сдерживал в себе. Прикоснись ко мне! Пожалуйста, пожалуйста, прикоснись ко мне… Наклонившись, он уткнулся лицом в шею Кросса, вдыхая его запах и с благодарностью целуя позвонки. Его руки легли по обе стороны от ребер партнёра, наслаждаясь ощущением хрупкости там, где другой всегда казался таким большим в своей одежде. Он провёл большими пальцами по изгибам груди своего возлюбленного и начал медленно и нежно целовать его грудь. Даже то, как вздымалась и опускалась грудь Кросса, было мучительно приятно. Он чувствовал слабую дрожь, когда позволял себе быть любимым. “Ты действительно нетерпелив”, — выдохнул Эклипс, касаясь уже затвердевшего соска. — “Я едва прикоснулся к тебе”. Кросс выглядел так, будто хотел что-то сказать, но не мог подобрать слов. Вместо этого он просто поджал губы и отчаянно закивал. К счастью, Эклипс провёл по нему языком, восхищаясь тем, как он затвердел от этого единственного движения. “Ахх–” — выдохнул Кросс, наклоняясь к нему, чтобы прикоснуться. Но он не хотел торопить события. Они так долго не виделись из-за недавнего хаоса в замке. И он знал, что его солдат может выдержать гораздо больше… Значит, не стал. Кросс не всегда чувствовал себя комфортно, когда ему приходилось самому ласкать грудь, и от этого сегодняшнее утро было ещё прекраснее. Особый подарок только для него, любезно предложенный его прекрасным партнёром. Дразнящие прикосновения языком вперемешку с поцелуями в губы заставили его партнёра восторженно извиваться под ним. Но Кросс был не единственным, кого это задело: его собственный член уже был болезненно твёрдым, и он не мог удержаться, чтобы слегка не потереться о мягкую плоть между ног лежащего возлюбленного. Это стоило каждого мгновения. Он с радостью слушал тихие всхлипывания Кросса, когда тот придвигался, чтобы прильнуть к нетронутой груди. Знакомая тяжесть в его ладони, которую он нежно и с любовью сжимал. Он был одержим. Изголодавшийся монстр наконец-то вкусил самый сладкий плод. И он не собирался терять ни капли в переносном смысле. “Эклипс!” — Простонал Кросс, крепче обхватив его ногами за талию и прижимаясь к нему в мольбе о большем. На прощание лизнув набухшую грудь перед собой, Эклипс поднялся и со стоном прижался к нему. Он погрузился в жаждущий рот Кросса, и его солдат втянул его глубже, а затем резко укусил за блуждающий язык. Это была неуклюжая попытка сбросить с себя оставшуюся одежду, когда ни один из них не хотел прерываться даже для того, чтобы глотнуть воздуха. Руки бесстыдно блуждали по телам, магия вспыхивала между ними, когда они наслаждались прикосновениями друг друга. Он хотел бы удержать Кросса в своей постели на весь день, если бы это было возможно. Он хотел бы снова провести с ним эгоистичный денёк, шептать ему признания в любви, как будто это их драгоценный секрет, бесконечно целовать его, как влюблённый подросток, заниматься с ним любовью всеми возможными способами, пока его партнёр не задохнётся от этого! Было так легко раствориться во всём этом. В ощущении рук Кросса, которые скользили по его спине и игриво сжимали ягодицы. В его улыбке и смехе. В том, как он раздвигал ноги и целенаправленно притягивал бёдра Эклипса, приглашая его член скользнуть между складками его киски и коснуться входа. И он чуть не упустил это из виду, так как был слишком занят тем, что поднимал ноги Кросса. Тихий болезненный вздох, который Кросс попытался заглушить, прежде чем он успел что-то заметить, заставил его замереть и осознать, что он делает. Его напарник всё ещё восстанавливался и едва мог встать с постели. Они нарушали все границы дозволенного и подвергали его риску ради жалкого, полного боли дня. Вполне вероятно, что Кросс заранее принял обезболивающее, просто чтобы дать себе минутную передышку и почувствовать себя хорошо хотя бы на короткое время. Но скоро действие препарата закончится, и Кросс будет расплачиваться за их поступки. Он осторожно опустил ноги партнёра на постель и отстранился. “Нет! Подожди, пожалуйста, я в порядке–!” — Воскликнул Кросс, протягивая руку и хватая его за запястье, как будто тот собирался уйти. “Эй, всё в порядке, нам не нужно останавливаться”, — он положил руку на живот партнёра и ободряюще погладил его. Ему в голову пришла идея, он ухмыльнулся и низко наклонился, прижавшись губами к его тазу. — “Но мы не можем допустить, чтобы тебе было больно. Может, тебе стоит прилечь и немного отдохнуть”. Кросс густо покраснел, но откинулся на подушки. Он отвёл взгляд и заговорил тихо и неуверенно. “Я… Правда хотел, чтобы ты был внутри меня”, — пробормотал он, словно его просьба была преступлением. Эклипс грязно застонал от этого предложения, давая понять своему партнёру, что он думает об этой идее. Ещё раз поцеловав его, он поднял взгляд и посмотрел в глаза своему возлюбленному. “Да, милый. Я сделаю для тебя всё, что угодно. Но ты должен пообещать, что скажешь мне, если что-то будет болеть, чтобы мы могли найти более удобное положение”, — он подчеркнул свою мысль, нежно проведя языком по клитору Кросса, отчего тот глубоко вздохнул и содрогнулся. “Д-да”, — заикаясь, ответил он. — “Я что-нибудь скажу”. Эклипс, не теряя ни секунды, бесстыдно погрузился в него, глубоко засунув язык в киску своего любовника, чтобы попробовать его на вкус в самом сокровенном месте. Его необузданная магия, несомненно, была афродизиаком, потому что Эклипс никак не мог насытиться ею. Ощущение того, как она стекает по его подбородку, как сжимаются стенки его партнёра, как он вцепляется в простыни и задыхается, пока Эклипс ублажает его–! Ему приходилось удерживать бёдра Кросса неподвижно, когда они пытались подняться ему навстречу. Угол был, по общему признанию, неудобным; обычно он подкладывал под него подушку или позволял ему обхватить ногами его голову и сжимать его этими восхитительными бёдрами… Но ни то, ни другое не подходило для Кросса с его нынешней травмой. Слегка затекшая шея была небольшой платой за удовольствие, которое он получил, пока Кросс ублажал его. Он был воплощением красоты: он мотал головой из стороны в сторону, а его бессловесные мольбы становились всё настойчивее. Дрожь в его ногах приводила его в восторг, и он повернулся, чтобы опуститься губами к пульсирующей железе и услышать ещё один крик. Он чувствовал, как напряглось тело его возлюбленного, когда вибрация его собственного стона вызвала у Кросса громкое всхлипывание. Ему стало не по себе от мысли, что Хоррор может их услышать, ведь он был всего в нескольких комнатах от них. Было бы невежливо прижаться к нему языком и медленно тереться о болезненно чувствительный бугорок, чтобы не довести его до оргазма, но удовольствие было невероятным. “Эклипс! Пожалуйста! Пожалуйста–!” — Умолял Кросс, но не смог договорить, потому что даже его глаза заволокло туманом. И, возможно, Хоррор услышит их и у него будет достаточно времени, чтобы получить удовольствие, слушая голос их общего партнёра. Кросс ждал так долго и так терпеливо. Он застрял в медицинском отсеке и неделями не мог пошевелиться. И как же это было ужасно — видеть во сне своих возлюбленных и не иметь возможности безболезненно позаботиться о себе? Молчать, зная, что исцеление — его главная цель, но при этом не удовлетворять свою столь важную и искреннюю потребность? Скоро им придётся его избаловать. Наброситься на него, как волки на добычу, пока он не будет в таком блаженстве, что не вспомнит даже своего имени. Но пока ему нужно было быть осторожным. Эклипс отстранился, облизнул губы и насладился неповторимым вкусом Кросса. Глядя на свою пару сверху вниз, он чувствовал себя совершенно развратным. Он ещё не достиг оргазма, но был так возбуждён, что вспотел и дрожал. “Ты такой красивый”, — эти слова сорвались с его губ, вызвав застенчивую улыбку на лице Кросса. Он взял его за бёдра и прижался челом к нему, жаждущему проникновения. — “Вот так, чтобы я не слишком сильно тебя нагнул. Но не забывай говорить мне, если будет больно, хорошо?” Кросс кивнул, не в силах вымолвить ни слова. Он прикусил губу и с жадным вниманием наблюдал за тем, как Эклипс наконец входит в него, медленно покачиваясь с каждым сантиметром проникновения, пока не оказывается полностью внутри и их тазы не прижимаются друг к другу. Эклипс выругался себе под нос. От их прелюдии его член стал почти болезненно твёрдым, и ему пришлось взять себя в руки, когда Кросс обхватил его. Он сосредоточился на ощущении бёдер Кросса в своих руках, на том, как приятно было просто держать его на коленях. Возможно, это было нелепо в масштабах всего происходящего, но он не мог не дорожить этим после стольких лет разлуки. “К-Кросси”, — выдохнул он, когда его партнёр снова прижался к нему. — “Ты меня убиваешь, любимый”, — смеясь, сказал он, затаив дыхание и заворожённо любуясь тем, как живот Кросса выпирает от его длины. Он взял его руку и прижал к себе, заставив их обоих застонать. “Я не хочу лежать неподвижно”, — пожаловался Кросс, беспокойно ёрзая на простынях и заливаясь слезами. — “Я хочу оседлать тебя и-и чтобы ты снова нагнул меня над кроватью и был со мной груб! Я просто больше не могу лежать неподвижно!” Его бедный возлюбленный! Он был самым активным из них, и последние несколько недель дались ему нелегко. Было чудом, что Кросс вёл себя хоть сколько-нибудь прилично; скорее всего, ему хотелось повалить Эклипса на пол, пока тот спал, и выплеснуть на него всю накопившуюся энергию. Но он этого не сделал, вёл себя хорошо, и Эклипс хотел его вознаградить. “Я знаю, милый. Скоро ты поправишься. А потом ты сможешь привязать меня и Хоррора к кровати и делать с нами всё, что захочешь”, — сочувственно пообещал Эклипс. Это вызвало смех у собеседника, который не ожидал, что они вдруг вспомнят об отсутствующем партнёре. “Предлагаешь ему присоединиться?” — Кросс ухмыльнулся. “Как будто он будет против”, — усмехнулся Эклипс, начиная медленные, осторожные движения. — “Может, тебе стоит… Ммм– Сначала его догнать”. “Мы давно этим не занимались”, — Кросс закрыл глаза, отдаваясь приятному ритму движений своего возлюбленного. “Значит, мы опоздали”, — Эклипс улыбнулся своему партнёру, и его взгляд скользнул туда, где они соединились. Ему нравилось смотреть, как идеально сочетаются их цвета. Ему нравилось наблюдать, как он нежно раздвигает своего партнёра и вздрагивает от стона, которым тот его вознаграждает. “Ж-жёстче, пожалуйста”, — взмолился Кросс, пытаясь снова приподнять бёдра, но его нежно удержали. “Может быть, просто… Чуть-чуть”, — неуверенно произнёс Эклипс, растворяясь в тепле возлюбленного. Он сильнее вдавил бёдра Кросса в матрас, чтобы тот не соскользнул, и вошёл ещё глубже, чтобы услышать ещё больше довольных вздохов. Фильмы и поцелуи в лазарете были прекрасны, но он всегда питал слабость к тому, чтобы вот так соединяться с любимым человеком. Чувствовать, как его возлюбленный получает удовольствие от его тела, видеть, как он извивается и корчится… Кросс обхватил его ногами, подбадривая его движения, даже когда они стали прерывистыми, и изо всех сил старался сдержаться. “Я могу это выдержать– Давай же! Переверни меня, милый, пожалуйста, пожалуйста пожалуйста”, — взмолился Кросс, и его голос дрожал от желания. Чёрт, это было уже слишком. Одним быстрым движением Эклипс отстранился, взял Кросса за ноги и помог ему перевернуться на живот. Схватив его за бёдра, он поднял его на колени и без лишних слов вошёл в него, наслаждаясь довольным стоном Кросса. “Ах–! Да! Да, вот так–!” Угол был намного лучше, он чувствовал, как погружается всё глубже в идеальное лоно своего возлюбленного, и ничего не мог поделать с тем, как Кросс начала двигаться ему навстречу, охваченный желанием и адреналином от их запоздалого секса. Он был идеален: как он вцепился в простыни, когда Эклипс наклонился, чтобы войти в него. Как его лицо исказилось от едва сдерживаемых стонов! Его милый, прекрасный Кросс! Кросс внезапно кончил, всхлипнув от облегчения. Он больше не мог сдерживаться и сжал Эклипса в своих объятиях, словно в тисках. Он застонал от блаженной тесноты, исходящей от его возлюбленного, и стал грубо тереться о его спину, чтобы кончить. Он сдерживался дольше, чем Эклипс мог себе представить. Его тело содрогалось снова и снова, не желая отпускать его, даже когда он излился глубоко внутри. Это было приятно, поэтому он не стал двигаться, а вместо этого прижался лбом к лопаткам своего любовника и слушал, как тот сладко постанывает. Он почти поверил, что Кросс захочет второго раунда, настолько напряжённым было его тело после этого. Но тут он услышал, как его партнёр издал печальный, болезненный стон, и замер. Кросс осторожно продвинулся вперёд и отодвинулся достаточно далеко, чтобы можно было лечь на бок и свернуться калачиком на кровати. “Ох… О нет, милый”, — забеспокоился Эклипс, увидев, как Кросс зажмурился от боли, пытаясь не двигаться, несмотря на беспорядок, который они устроили. Это было действительно плохо, потому что Кросс всегда настаивал на том, чтобы прибраться, даже когда остальные лениво пытались уговорить его лечь и отдохнуть. “… Оно того стоило”, — пробормотал Кросс с жалобным смешком, который перерос в недовольный стон. Он крупно облажался! Но сейчас не было смысла об этом думать. Ошибки были допущены, но его напарнику сейчас нужны обезболивающие! “Я вернусь, Кросси! Просто подожди минутку, пока я сбегаю–” — сказал Эклипс, вскакивая с кровати и распахивая дверь, чтобы броситься в комнату своего напарника, где, скорее всего, был пузырёк с… Но его остановила стена, которой был Хоррор, стоявший, прислонившись к дверному проёму, с другой стороны. Его лицо и суставы покраснели от магии, а на лице играла кривая ухмылка, что подтверждало подозрения Эклипса о том, что его разбудили их утренние занятия. “Развлекаешься?” — Спросил он с нотками страсти в голосе. Прежде чем Эклипс успел что-то объяснить, Хоррор достал знакомый пузырёк с таблетками и налил немного воды, молча протягивая их. “Ты лучший! Спасибо!” — Эклипс ахнул, удивлённый, но благодарный. Хоррор был таким милым, их заботливый партнёр… Тяжёлая рука легла ему на затылок, не давая вернуться в комнату. Он широко раскрыл глаза, когда Хоррор медленно наклонился и глубоко вдохнул его запах после секса. “Иди и позаботься о нашем непослушном солдатике. Уложи его поудобнее, чтобы он спал и видел приятные сны о твоих маленьких шалостях. А через тридцать минут я приду за тобой. И когда я поймаю тебя, голого, в коридоре, как ты, очевидно, собирался сделать, я покажу тебе, как именно нужно прижимать кого-то к земле и трахать его до потери пульса, не давая ему и пошевелиться. Ради того чтобы не травмировать и без того больную спину бедного Кросси”. Его экто-тело не скрывало восторга от этих слов. Он внимательно наблюдал за тем, как Хоррор подносит к нему телефон и устанавливает тридцатиминутный таймер, нажимает кнопку «Старт», и цифры начинают стремительно уменьшаться. Хоррор похлопал его по щеке и удалился, не сказав больше ни слова, но бросив многозначительный взгляд, полный диких и непристойных обещаний. Когда дверь закрылась, Эклипс очнулся от оцепенения и быстро повернулся к Кроссу. Он быстро помог своему возлюбленному принять лекарство и свернулся калачиком рядом с ним, пока тот медленно расслаблялся, и напряжение покидало его тело, позволяя Кроссу заснуть с довольной улыбкой на лице. Эклипс аккуратно вытер его и уложил в постель, поцеловав в макушку. Взглянув на часы, он заметил, что у него осталось примерно десять минут до того, как Хоррор придёт за ним. Отлично! Таким образом, у него было девять минут, чтобы пообниматься с Кроссом. В конце концов, он уже был одет для утренней прогулки.     Позже тем же утром, на рассвете…