Тени Эклипса / Shadows of Eclipse

Эклипс не любил принимать что-либо как должное. Только не после всего, через что ему пришлось пройти. Только не тогда, когда жизнь начала казаться такой прекрасной и чудесной… И когда он понял, насколько хрупким может быть этот покой. Он хотел ценить каждое мгновение своей жизни, брать каждого из своих возлюбленных в объятия под звёздным ночным небом и делиться с ними ощущением свободы. Чтобы увидеть их улыбки. Чтобы увидеть, как их боль рассеивается, как дурной сон. “Эклипс!” Поэтому, когда Кросс нетерпеливо прошептал его имя, жестом приглашая в темный шкаф с одеждой, Эклипс ухмыльнулся, не раздумывая взял его за руку и позволил увести себя. Едва за ними закрылась дверь, Кросс набросился на него. Они слились в поцелуе, не произнеся ни слова, и вцепились друг в друга, словно это было их первое воссоединение. Кросс заглушил стон Эклипса, сплетаясь с ним языками, и начал торопливо и неуклюже стягивать с него куртку. Они без слов обменивались страстными поцелуями, в которых сквозило нарастающее отчаяние, пока Кросс не прижался к нему напряженной эрекцией. Он хотел вознести хвалу всем звёздам, которые сошлись в этот идеальный момент и поставили его на пути его возлюбленного. Должно быть, его милый шалунишка разгорячился, потому что на нём была всего лишь простая футболка и шорты, а не привычное множество ремней и подтяжек. Так было гораздо проще раздеть его, и Кросс с радостью вызвался помочь. Его любовник зашипел, когда Эклипс обхватил его член рукой и несколько раз провел по нему. Кросс уткнулся лицом ему в шею и впился зубами в податливые позвонки. “Ах… Хах… Ахах…” — Эклипс задыхаясь рассмеялся, его глазницы почти закрылись, когда его любовник коснулся нежного местечка на его шее. Очевидно, сегодня он чувствовал себя не в своей тарелке, и укус наверняка оставит хорошенький маленький след, которым будут любоваться все его любовники. Даже когда Кросс держал его в руках, он был напряжен — настолько, что Эклипсу даже стало больно. Возможно, его бедному любовнику прошлой ночью снились эротические сны, которые не смог бы удовлетворить даже холодный душ. Кросс едва успел стянуть штаны со своего партнёра, как тот отшвырнул их в сторону, а сам схватил Эклипса за бёдра и поднял его. Эклипс легко обхватил Кросса руками и ногами, позволив своему сильному партнёру взять всё в свои руки, а сам наслаждался процессом. Ему нравилось, что Кросс мог поддерживать его одной рукой, почти не напрягаясь, и продолжал покрывать благодарными поцелуями шею Эклипса. Другая его рука скользнула между ними, пальцы проникли во влажные и жаждущие ласки складки, чтобы подготовить его. “Не беспокойся об этом сегодня”, — прошептал Эклипс, тяжело дыша, и из его груди вырвался стон, когда умелые пальцы его возлюбленного начали ласкать его. — “Прошлой ночью Хоррор как следует меня подготовил… Я готов”, — слегка поддразнил он. Кросс смотрел на него широко раскрытыми сияющими глазами, прикусывая губу при мысли о том, что его возлюбленные вместе. С его губ сорвался стон, и Эклипс рассмеялся, нежно прижимаясь к нему. “Давай, бери, что тебе нужно”, — сказал он, легонько коснувшись его губ. “Ты такой хороший”, — выдохнул Кросс, поправляя их положение так, чтобы головка его члена прижималась ко входу в Эклипса. — “Такой, такой хороший”. У него перехватило дыхание, когда партнёр несколькими резкими толчками вошел в него. Он вцепился пальцами в плечи Кросса, чувствуя себя настолько наполненным, что почти ощущал вкус. “Чёрт, Кросси…” — Выдохнул Эклипс, когда его стенки сомкнулись вокруг любовника, и его желание усиливалось с каждым движением их бёдер, пока они искали идеальный угол. “Я так сильно тебя люблю”, — заявил Кросс, уткнувшись лицом в шею Эклипса, и начал двигаться. Несмотря на то, что ноги у него задрожали, Кросс крепко его обнимал. Здесь, в объятиях возлюбленного, в этом тесном чулане, где они могли целоваться, заниматься сексом и носить одежду друг друга до конца дня, он чувствовал себя в безопасности. Его душа была легка и счастлива, она была готова отдать себя Кроссу всеми возможными способами. Это не заняло много времени: он чувствовал, как движения Кросса становятся все более резкими, пока его переполняет наслаждение от близости с любовником. “Ох-ох, милая, твоя магия стала такой сильной…” — пробормотал Кросс. “Хех, тебе это нравится, детка?” “– и ты будешь такой красивый с малышами…” Эклипс моргнул, уверенный, что ослышался во время их любовных утех. “П-прости, ты сказал–?” — Запнулся он, но его слова оборвались после особенно резкого толчка, от которого он застонал. Кросс гладил его, его слова были почти бессвязными, пока он пребывал в состоянии эйфории. “Я буду… Заботиться о тебе… Такому округлившемуся и набухшему– И наши дети будут такими идеальными–” Эклипс рассмеялся, и до него наконец дошло, что это хорошая шутка. Перегретый, гиперсексуальный, эмоциональный… Кросс был в течке! Каковы были шансы? “Мой бедный милый, я здесь ради тебя”, — с любовью проворковал Эклипс. Но почему именно здесь? После того, что он услышал о предыдущем забеге, у них возникли серьезные опасения по поводу следующего раза Кросса, в том числе и у самого Кросса! Ему не следовало прятаться в шкафу, когда они могли бы собраться все вместе… “Погоди, Кросс, ты уже принял таблетку?” — Внезапно спросил Эклипс. Кросс покачал головой: “Нет… Никаких таблеток, они вредны для детей…” О чёрт– Дверь внезапно распахнулась, яркий свет из коридора ослепил их, и перед ними возник огромный силуэт. “Кросс!” “Нееет~”, — заскулил Кросс, оттаскивая Эклипса от стены и невольно прикрываясь им от Хоррора. Их здоровенный приятель широко ухмылялся, обнажая зубы, и был слегка взмокшим, словно пробежал через весь замок, чтобы добраться сюда. “Я тебя нашёл, маленький Кросс. А теперь будь умницей и иди сюда…” “Х-хоррор!” — Кросс улыбнулся, как всегда очаровательно, но теперь в его улыбке сквозила такая явная надменность, что Эклипс не мог этого не заметить. — “Мы почти закончили! Просто дай мне Эклипса! А потом, может быть, и Даста…” Эклипс ахнул, не ожидая, что Кросс снова возьмется за дело после того, как их прервали. Он был беспомощен в этой ситуации, не в силах пошевелиться в крепкой хватке партнёра. Он издал стон, когда неутомимый член партнёра проник в него ещё глубже, словно стремясь проникнуть в самое его лоно, чтобы добиться желаемого результата. Кросс быстро чмокнул Эклипса в лоб, довольный его реакцией на его шум, и замурлыкал от удовольствия, пока Хоррор не подошёл и не обнял Эклипса за талию. “Почему бы тебе не позволить мне накормить Эклипса завтраком, милый? Я отведу вас обоих в душ, а потом мы все вместе присоединимся к Найтмеру…” — Уговаривал он, осторожно пытаясь высвободить Эклипса из цепких объятий Кросса. “Д-да! Да, это так приятно. Детям нужна энергия, просто дай мне ещё минутку…” — Глаза Кросса засияли от восторга, и он притянул Эклипса к себе. “Но магия Эклипса ещё не совсем готова к такому бременю, любовь моя”, — солгал Хоррор, снова потянув его за собой. “Готов! Он готов, он такой сильный! Посмотри, какой он молодец”, — говорит Кросс, возвращая его на место. “Эклипс, дорогой, пожалуйста, передай Кроссу, что малышам придется подождать…” Что они там говорили? Он не мог стереть глупую ухмылку с лица, потому что в этой шутливой борьбе его просто зажали между двумя более крупными товарищами, и ноги у него тряслись. Он уронил голову на плечо Хоррора и безудержно хохотал, втайне надеясь, что они не остановятся ещё минуту или две… “Ладно, не помогает. Кросс, я отпускаю Эклипса, а ты идешь со мной”, — настаивал Хоррор, решительно потянув своего партнёра за собой. Эклипс ахнул, когда Кросс вырвался из его объятий. Всхлипы его партнёра прояснили разум Эклипса, и он аккуратно опустил его на пол. Они не хотели расстраивать Кросса. Страх перед его последними приступами был ещё слишком свеж в их памяти. Они с Хоррором быстро обернулись на звук, но напряжение в их плечах спало, когда они увидели озорную улыбку на его лице. “Всё в порядке, Эклипс”, — благоговейно произнёс Кросс. — “Иди позавтракай, а я найду тебя позже”. От этих слов его охватил ужас, глаза расширились, когда он понял… “Нет! Кросс, не надо!” Со вспышкой он исчез — телепортировался в любую точку обширной территории замка. “И без штанов”, — протянул Эклипс, беспомощно перебирая оставшуюся одежду. “Скользкий сукин–!” — Застонал Хоррор, ударив себя ладонью по лбу, когда его снова обвели вокруг пальца. Он глубоко вздохнул, полез в карман и достал пузырек с таблетками. С громким хлопком и стуком он высыпал одну тёмную таблетку и протянул её Эклипсу. — “Вот, тыковка. Думаю, учитывая, какой резвый Кросс на этот раз, нам лучше принять их самим”. Эклипс усмехнулся, взял предложенное лекарство и сунул его в карман, чтобы принять за завтраком. “По крайней мере, у него хорошее настроение”. “Все утро от меня увиливал”, — усмехнулся Хоррор. — “Наверное, сейчас он ищет Даста. Обычно я бы не стал тебя бросать, но…” “Да ладно, иди, догони нашего мальчика. А я посижу здесь пару минут, ничего не делая, и поглазею на остатки одежды Кросса”, — похотливо ухмыльнулся Эклипс, прикрываясь одеждой в притворном жесте скромности. “Ах, ну конечно. Не буду тебя задерживать”, — попрощался Хоррор, аккуратно прикрыл за собой дверь и бросился в погоню.     Сидя за столом для завтрака, Эклипс катал между пальцами маленькую тёмную таблетку. Течки Кросса, какими он помнил их по прошлому опыту, всегда были особенно увлекательными для всех участников. Изначально они были созданы на основе его кода в родной вселенной и застали его врасплох, когда впервые начали происходить. Приливы течки каким-то образом проникали глубоко в его сущность и пробуждали всевозможные уязвимые чувства, которые он обычно старался сдерживать. Его собственные приступы всегда были очень эмоциональными– И это было забавно, ведь столько лет он не испытывал никаких эмоциональных привязанностей. Но Кросс, если уж на то пошло, был одним из самых счастливых глупых щенков на свете. Он злобно хихикнул про себя, наслаждаясь тем, что его сильный, независимый партнёр превратился в существо с большими нежными глазами и самой лучезарной улыбкой в комнате, а в его затуманенном сознании осталось лишь одно желание. И это была семья, которой у него никогда не было. Он хотел детей. Это было так трогательно: Кросс всегда обнимал их за талию и прижимался щекой к тому месту, где должна была появиться маленькая Душа, целовал их и шептал, как ему не терпится увидеть, как она растёт. От одной мысли о том, что он рыдает в комнате, один, с ножом над собственной Душой, Эклипса чуть не стошнило. Он со вздохом отодвинул в сторону свой скудный завтрак из тостов. То, как Кросс держался сегодня утром, было хорошим знаком. Он понимал, что играет с Хоррором на равных. В ближайшие пару дней они повеселятся и посмеются от души. Кросс так боялся снова впасть в бесконтрольную депрессию, что пытался вообще не поддаваться влечению течки… Он пропускал приемы пищи. Возможно, он думал, что делает это незаметно, но Хоррор всё замечал, и это его нервировало. Они до сих пор не надавили на Кросса только потому, что не знали, зачем он это делает. “Я пытаюсь дать ему время”, — прорычал Хоррор, в волнении постукивая пальцами по столу. — “Если что-то не так, он не хочет об этом говорить, и я хочу его уважать. Но я начинаю беспокоиться–” Эклипс взял Хоррора за руку, успокаивая его беспокойную энергию своим собственным спокойствием. “Я знаю, тебе тяжело на это смотреть”, — мягко сказал он. — “Давай я попробую поговорить с Кроссом”. Легче сказать, чем сделать, ведь Кросс был профессионалом в уклонении от решения проблем. “Что? Я ел”, — сказал он с невинной улыбкой. — “Просто в странное время, потому что из-за тренировок у меня пропал аппетит. Хоррор расстроился? Я обязательно поем с ним сегодня”. Кросс не был лжецом, но что-то в его эмоциональном состоянии было не так. Как будто в его душе образовался тёмный узелок, который никак не удавалось распутать. “Теперь, когда ты об этом упомянул, я заметил, что ты много тренировался”, — заметил Эклипс. — “Ты переживаешь, что что-то случится?” “Да, вообще-то я боюсь, что ты становишься сильнее меня”, — сказал Кросс, игриво высунув язык. — “Что скажешь, если мы попробуем?” Он согласился, желая помочь Кроссу отвлечься от проблем и побыть рядом с ним. Возможно, он даже узнал бы что-то новое о том, что происходит, ведь в шуточных боях можно было подшучивать друг над другом. Но Кросс набросился на него, как обезумевший, и атаковал с такой яростью, что о каких-либо словах не могло быть и речи. Он сопротивлялся с той же силой, не уступая партнёру, хотя и не был готов к такой схватке. И он победил. После того как они, тяжело дыша, лежали на земле, Кросс поздравил его и неуверенно показал большой палец вверх. “Ха! Видишь? Я же говорил, что отстаю. Теперь ты меня одолеешь”, — ухмыльнулся он. В этом было что-то неправильное, но Эклипс не мог понять, что именно. Лишь намного позже, когда все уже легли спать, Эклипс бродил по коридорам, не в силах уснуть. И всего через несколько часов после того, как они потратили столько сил, он снова столкнулся со своим напарником во дворе. Кросс считал, что восстановление очень важно. Нужно дать организму отдохнуть и набраться сил, чтобы он мог вернуться в строй более подготовленным. Он не давал себе времени на отдых. “Ты намеренно истощаешь себя”, — прямо заявил Эклипс, не желая ходить вокруг да около. — “Но зачем..?” — Спросил он уже мягче. Кросс нахмурился, виновато опустив взгляд на траву. Он молчал и не шевелился, и Эклипс был настолько уверен, что тот вообще не ответит, что сделал несколько шагов вперед, чтобы утешить его– “Кажется, у меня начинается течка”, — так тихо произнёс Кросс, что Эклипс едва расслышал его слова, произнесенные шёпотом на ветру. Эклипс замер, остановившись всего в шаге от своего явно встревоженного друга. Он не ожидал, что тот скажет что-то подобное, и не понял, о чем речь. “О-окей”, — запинаясь, произнес он. — “Да, все в порядке. Мы можем вместе вернуться в дом и позвать остальных…” “Нет, это–” — выражение лица Кросса изменилось, он опустил глаза и обхватил себя руками, словно пытаясь успокоиться. При виде этого его Душа болезненно сжалась, и он тут же забыл все слова и притянул Кросса к себе. Кросс уткнулся лицом в плечо Эклипса, а его дрожащие руки вцепились в куртку друга, не давая ему отстраниться. Как будто Эклипс когда-нибудь отступит. “Мне страшно”, — признался он. — “В прошлый раз было просто…” — он замолчал, сделал глубокий вдох и заговорил увереннее. — “Говорят, что ты более склонен… Причинять себе вред, если у тебя есть на это силы. И я помню, какой ужасной была та дыра. Я заметил некоторые признаки того, что у меня начинается течка, и подумал, что если просто истощу себя настолько, что не смогу нормально её пережить, то всё пройдет без последствий”. Он не был рядом с Кроссом во время его последней течки. Из-за его отсутствия в Душе его возлюбленного образовалась пустота, которую, возможно, уже не заполнить. Это было тяжело принять, но он должен был смириться, чтобы быть рядом сейчас. “На этот раз мы готовы”, — прошептал он, поглаживая своего возлюбленного по голове так, как ему нравилось. — “У нас есть план, и мы справимся с этим вместе. И на этот раз я буду рядом, чтобы уберечь тебя от всех этих мрачных мыслей. Я прижму твою Душу к своей так крепко, что к тому времени, как ты справишься, мы будем неразрывно связаны”. “Прости… Я просто веду себя глупо”, — пробормотал он. “Нет, я не позволю тебе плохо отзываться о моём возлюбленном”, — настаивал Эклипс. — “Но, может быть, если ты готов, я приглашу тебя зайти, мы перекусим и ляжем спать вместе”. “… Я правда очень голоден…” Тогда это оказалось просто глупой ошибкой, которую Кросс совершил, проходя через Ластвёрс; у него были все признаки надвигающейся течки, но не было ни очаровательных щенячьих глаз, ни склонности к извращениям, связанных с размножением, которых они привыкли ожидать. Все прошло без последствий, и Найтмер заставил Кросса пообещать, что в следующий раз он придет к ним, а не прибегнет к вредным для здоровья мерам. “Теперь у меня нет аппетита”, — вздохнул Эклипс, пряча таблетку в карман, чтобы принять её позже, вместе с едой. Ничего страшного, он соберет всё необходимое и отнесёт в комнату Найтмера, и они неизбежно будут перекусывать в перерывах между занятиями любовью. Отбросив негативные мысли и переключившись на мысли о том, в какое озорство сейчас ввязывается его возлюбленный, он улыбнулся и начал собираться к Найтмеру.     “Эклипс, дорогой, у тебя челюсть чуть не упала на пол”, — ухмыльнулся Найтмер, явно довольный собой. “Это– Ух, ты просто… Ну– Ты знаешь–” — беспомощно забормотал он, жестикулируя в сторону Найтмера. А как же иначе? Найтмер развалился на кровати, как король, в смятых и явно испачканных простынях. Его халат был сдвинут в сторону, обнажая изящное, прекрасно сложенное женское тело. Его тело было таким пышным, с таким здоровым голубоватым отливом, что это зрелище снилось ему в самых страшных снах. Изгибы его груди манили, а под шелковистым халатом виднелись едва заметные бугорки затвердевших сосков. Но и остальная часть его тела была на виду — роскошные бёдра, за которые Эклипс убил бы кого угодно. Пурпурная полоска между его ног едва не заставила Эклипс застонать от желания. “Ах да, я вижу, ты заметил, что Кросс проходил здесь. Он гнался за Дастом, но с радостью уделил мне несколько минут. Я подумал, что это может замедлить его и дать Хоррору шанс догнать его, но не тут-то было”, — равнодушно пожал плечами Найтмер. — “Хотя всегда приятно, когда тебя осыпают комплиментами. А Кросс так щедр на слова, когда он в течке и в нужде. Обещал, что вернётся и даст мне время, которого я заслуживаю. Так что я подожду здесь, пока мой рыцарь не вернется и не продолжит служить мне”, — с усмешкой посетовал он. “Что ж, если вам нужна помощь, я с радостью окажу ее, мой Король”, — поклонился Эклипс, готовый пожертвовать собой. Найтмер рассмеялся от искреннего восторга, а затем, поманив возлюбленного пальцем, поднес его к своему лицу. Эклипс забрался на кровать и устроился поверх своего маленького Короля, позволив единственной тёмной руке притянуть его к себе. Их губы соприкоснулись в мучительной дразнящей ласке, и по его спине пробежала дрожь, словно это он был сам не свой. Он ничего не мог с собой поделать: Найтмер был воплощением прекрасного искусителя. “Я заставлю тебя смотреть, как Кросс берет меня”, — прошептал он, слегка коснувшись губами его губ. — “Снова и снова. И пока ты будешь смотреть, я буду смаковать твоё отчаяние, как лучшее вино. А когда я закончу, я, возможно, прикажу Кроссу взять тебя так, как я сочту нужным”. “Чёрт, Босс, это так круто”, — красноречиво ответил Эклипс. Ухмыльнувшись, он плюхнулся рядом с Найтмером и немного полежал, прежде чем устроиться поудобнее и дождаться возвращения Кросса. Он по ошибке задел маленькую таблетку, которую сунул в карман. Потянувшись, он достал её, чтобы случайно не раздавить. Но таблетка оказалась крепкой и легко перекатывалась между его пальцами. “Ах, так вот почему Хоррор раздает их направо и налево. Неплохой ход. Кросс всегда испытывал с ними наибольшие трудности, даже когда не был в течке”, — небрежно заметил Найтмер, доставая книгу, которую читал, и перелистывая на закладку. Эклипс свернулся калачиком под его рукой, заняв своё законное место первого помощника. “Хочешь, я почитаю тебе, любовь моя?” Но Эклипс отвлекся, его внимание переключилось на что-то, что он машинально вертел в пальцах. Так часто он вертел в руках нож — оружие, с помощью которого он сражался, защищался или наказывал. На этот раз это была простая таблетка, значение которой казалось гораздо более весомым, чем даже оружие, которое он обычно держал в руках. Найтмер помолчал, а потом спросил: “Что тебя беспокоит?” “… Хочешь ли ты когда-нибудь родить от нас детей?” Он осторожно закрыл книгу и отложил её в сторону. Он лежал, уткнувшись лицом в грудь возлюбленного, и пытался собраться с духом, чтобы услышать ответ Найтмера. “Я не могу иметь детей”. Он замолчал, мысленно проклиная себя. Конечно, из-за порчи это окно возможностей для Найтмера было закрыто. Он так привык к этому, что забыл о последствиях для тела Найтмера. “Чёрт, прости. Забудь, что я вообще что-то говорил…” “Но если бы я мог, мне бы доставило огромное удовольствие сделать это с кем-то из вас”, — продолжил он. — “Очевидно, что родительство — одна из немногих тем, к которым я не прикасался за все свои долгие годы в Мультивселенной. Я почти ничего не знаю о том, что для этого нужно, кроме, пожалуй, выживания. Думаю, когда вы все будете готовы, я почитаю об этом, чтобы подготовиться”. “Как понять, что ты готов? Я имею в виду, Кросс знает. Но всякий раз, когда я думаю об этом, я начинаю сомневаться во всем”, — тревожно сказал Эклипс. — “Мультивселенная — опасное место. Как я могу оправдать появление ребёнка на свет, если он столкнется с теми же трудностями, что и мы? Это кажется… Эгоистичным”. Найтмер хмыкнул, нежно поглаживая тыльной стороной пальцев морщинки на лбу Эклипса. “И всё же в этой самой Мультивселенной каждый день рождаются сотни, если не больше, детей. В последнее время я очень тщательно обдумываю возможность установления мира. Как ты думаешь, если мы с Дримом заключим перемирие, ты будешь готов создать свою семью?” “Сомневаюсь”, — вздохнул он. — “Я просто не знаю. Я бы хотел, чтобы у Кросса было то, чего он так сильно хочет. Но я не уверен, что готов стать отцом”. “Я не верю, что кто-то по-настоящему готов к трудностям, связанным с родительством. Я верю, что если в твоей Душе есть любовь, которой ты готов поделиться, то всё остальное придет само собой”, — неуверенно проговорил Найтмер. “… Представляешь, какими будут дети Кросса?” — Эклипс вдруг улыбнулся при этой мысли. — “У них с Дастом родится ребёнок с самыми милыми глазками. Или у него с Хоррором, и они будут такими же сильными, как они оба!” “А может, с тобой”, — предположил Найтмер. — “И они были бы… Самыми мечтательными. С самым богатым воображением”. Эклипс добродушно фыркнул: “Не уверен, что вообще способен иметь детей. Моя Душа столько раз менялась, а Пустота нарушила работу моей магии…” “Время покажет. И когда это произойдет, ты будешь к этому готов”. Их телефоны одновременно завибрировали, привлекая внимание. Эклипс достал свой и быстро просмотрел сообщение. “Хоррор поймал Кросса. Они кое-что прихватили и направляются туда”, — ухмыльнулся Эклипс, наклонившись, чтобы поцеловать Найтмера в щёку. — “Спасибо, Найт”. “В любое время, моя звёздочка”.     Ему безумно нравилось, когда Кросс был в течке. Если не считать шуток на тему секса, было приятно видеть его без эмоционального щита и с выключенными фильтрами. Все чувства, которые он обычно тщательно скрывал, бесстыдно выставлялись напоказ. И теперь Эклипсу нравилось быть опекуном. Это одно из тех качеств, которые отличали его от Киллера. Не то чтобы Киллеру было плевать на остальных, но в его характере была лень, из-за которой он не всегда действовал так же решительно, как Эклипс. Возможность позаботиться о Кроссе прямо сейчас, особенно после того, как он так переживал из-за последствий течки, успокаивала его. Как будто он хотел наверстать упущенное, полностью избавиться от этих тревожных воспоминаний и заменить их улыбками, которых Кросс так заслуживал. Остальные, должно быть, придерживались того же мнения: они толпились вокруг своего возлюбленного со всех сторон и души в нём не чаяли. И то, что он стоял между ними с самой широкой улыбкой на лице, которую Эклипс когда-либо видел, одновременно поднимало настроение всем. “Вот, Кросс, шоколадная клубника. Награда за хорошие догонялки сегодня утром”, — промурлыкал Хоррор, одним простым жестом одновременно накормив и успокоив своего друга. “Они всегда такие вкусные, когда ты их готовишь!” — Воскликнул Кросс, и его глаза засияли от чистой, искренней радости. Он с жадностью взял одну клубнику и издал непристойно благодарный стон, когда шоколад коснулся его сверхчувствительного языка. Он с наслаждением жевал, радуясь даже тому, что они ужинают в постели, когда понял, что все взгляды прикованы к нему. С вопросительным взглядом он протянул по одной штуке каждому из своих спутников, но Даст и Эклипс вежливо отказались. Однако Найтмер заинтересованно приподнял бровь, а затем открыл рот, высунув раздвоенный язык, и безмолвно приказал: «Давай». Лицо Кросса покраснело, когда он подскочил, чтобы покормить своего Короля, и собственнически обнял хрупкого Найтмера. Он тут же начал мурлыкать, прижимаясь к черепу тёмного скелета, пока тот с довольной ухмылкой жевал свой перекус. “Ты такой преданный, Кросс, мой верный рыцарь”, — прошептал ему на ухо Найтмер, и от его слов по телу Кросса пробежала дрожь. Эти слова лишь побудили Кросса притянуть его к себе ещё ближе и начать тревожно гладить и тереть его экто, где только мог. — “Скажи мне, чего ты хочешь, мой милый”. “Я… Я хочу…” — Язык Кросса, должно быть, внезапно онемел, и он нервно сглотнул. Но его выдавали руки: одна из них скользнула под халат Господина и с восхищением коснулась его живота. “Ты хочешь зачать от меня? Чтобы я вырастил маленькие яблочные Души?” — Его вопрос сопровождался тем, что он накрыл руку Кросса своей, словно чувствуя пустоту внутри. Кросс всхлипнул и кивнул, уткнувшись лицом в плечо своего партнёра и беспокойно лаская его кончиками пальцев. — “Ах, любовь моя, этому не суждено было случиться. Ты же знаешь”. “Мы могли бы попробовать ещё раз”, — решительно пробормотал Кросс, внезапно схватив Найтмера за бёдра и недвусмысленно приготовившись прижать его к кровати, чтобы показать, насколько он готов приложить усилия. “У меня есть идея получше”, — лукаво промурлыкал Найтмер. — “Посмотри, как наш милый Даст смотрит на тебя. Его суставы пылают — в них столько магии, которая жаждет тебя и готова принять. Спорим, ты сможешь ублажать его часами, пока он не устанет…” Кросс резко повернулся к Дасту, и тот вздрогнул от неожиданности. Пыхтя, Даст стянул с себя куртку и отбросил её в сторону: “Что, решил меня подставить? Давненько не виделись, Кросс… Я уже и не помню, что ты чувствуешь когда–” Он ахнул, когда его перевернули на спину и повалили на кровать, а его сильный партнёр навалился на него сверху и обхватил руками. “Позволь напомнить тебе”, — прорычал он и, не дожидаясь ответа, обхватил затылок любовника и притянул его к себе для страстного поцелуя. Эклипс с усмешкой посмотрел на сложившуюся картину, прекрасно зная, что Кросс сдержит слово. Потому что, по сути, именно этого и хотел Кросс. Он хотел, чтобы его считали хорошим монстром. Уважаемым и преданным своему делу. Партнёром, на которого можно положиться. Когда-нибудь он станет замечательным отцом. Все ли было в порядке? Кросс знал, что они принимают меры предосторожности, чтобы случайно не зачать ребёнка во время течки у кого-то из них. Но Эклипс был уверен, что Кросс не сложил два и два. Определённо нет, судя по тому, как он обращался с Дастом, словно пытаясь вывести его в самом идеальном виде. Правильно ли было обманывать его, пусть даже непреднамеренно? Не сменится ли его улыбка разочарованием и невыносимой печалью, когда он поймет, что у него нет шансов на детскую Душу, которую он так отчаянно хочет? Конечно, когда всё это закончится, Кросс снова станет самим собой и отбросит все эти чувства. Но как часто он мечтал об их будущей семье? Лежал ли он по ночам без сна и грустно улыбался, глядя на звёзды, представляя, как баюкает своих драгоценных отпрысков и поёт им колыбельные? Как он прижимает их к себе, оберегая от всех опасностей и страхов Мультивселенной? Щупальца незаметно обвились вокруг него, притягивая к Найтмеру, пока остальные были заняты. Он вздохнул, нежно поцеловал возлюбленного в макушку и прижался к нему. Разве Найтмер не был бы так же прекрасен, держа на руках маленький комочек радости? Поднимая его своими длинными щупальцами, пока тот улыбается и смеется? Читая ему сказки, пока он засыпает? Эта мысль заставила его улыбнуться, и он спрятал улыбку, уткнувшись в одну из скользких конечностей своего напарника. “Не молчи, милый”, — промурлыкал Хоррор, крепко схватив Даста за запястья и подняв их над головой. — “Пусть Кросс услышит, как хорошо тебе с ним”. Это и так было очевидно: по лицу Даста разлился густой румянец, он стиснул зубы, пытаясь сдержать стоны удовольствия. Но Кросс, похоже, был согласен с Хоррором и целовал своего миниатюрного партнёра в шею, пока тот не начал задыхаться. Воспользовавшись моментом, Кросс вошёл в Даста, агрессивно двигая бёдрами, пока не достиг предела. “АХ! К-Кросс! Хннг–!” — Даст извивался, на его глазах выступили слёзы, но каждый из его партнёров тут же слизал их, выразив таким образом свою привязанность. Кросс внезапно повернулся, чтобы поцеловать Хоррора, явно довольный его преданностью их общему возлюбленному. Их языки сплетались небрежно, но им было все равно, и они самозабвенно тёрлись друг о друга. Даст безудержно хохотал, наблюдая за происходящим с самой выгодной позиции. Он с лёгкостью мог представить себе их беременного партнёра — тем более что всего час назад Кросс с удовольствием нарисовал их обоих в таком положении в своём блокноте! Эклипс склонился над его плечом, чтобы полюбоваться рисунком, а глаза Кросса сверкали от восторга, и он рисовал с такой открытостью, которую часто скрывал. Пышные, округлые и тяжелые; у Даста будут болеть ноги, и ему захочется, чтобы его носили на руках. Но его магия настолько сильна, что его энергия будет питать их будущего ребёнка и, скорее всего, сделает самого Даста более спокойным и уравновешенным, чем позволяла его сила. Приятная альтернатива изнурительным боям, в которые его часто втягивает Кросс. Возможно, он бы наслаждался своей беременностью. Сидел бы среди них, лениво положив руку на живот, и ждал, когда под пальцами почувствуется движение. Хоррор был бы вне себя от радости и, наверное, пытался бы его перекормить. Им пришлось бы успокаивать его и унимать его нервы: природная заботливость в сочетании с пережитой травмой могли бы усилить его тревожность. Если, конечно, не он сам их не удивит и не унесёт. Эклипс нечасто задумывался об этом, и это было несправедливо, ведь магия Хоррора стала невероятно сильной. Возможно, она никогда не сравнится с магией других, но этого было достаточно, чтобы он мог призывать свое полное тело и использовать магические атаки, когда хотел. Хватит ли этого, чтобы продержаться долгие месяцы, необходимые для того, чтобы зачать новую жизнь? Эклипс не мог не надеяться на это, потому что гордое лицо Хоррора, когда он докажет всем, как далеко продвинулся на пути к исцелению, стоило бы каждой фотографии, которую они могли бы сделать. Маленький новорожденный в больших руках Хоррора… Во всей Мультивселенной не найти места безопаснее. Он уже был таким замечательным братом и возлюбленным, что не было никаких сомнений: он станет таким же замечательным отцом. Забавно, что малыш, скорее всего, получит право распоряжаться на кухне раньше, чем Эклипс вернёт себе это право. Счастливые, радостные мысли — неудивительно, что они так нравились Кроссу. Думать о радостях, которые сулит этот новый опыт, о том, что теперь у него есть ещё один человек, с которым можно разделить свою любовь… Это было приятно. Это были более счастливые мысли, чем те, которые он позволял себе чаще: мысли, наполненные тревогой из-за войны с Дримом и из-за того, что неприятности преследовали их даже в самых обыденных вселенных… Даст внезапно вскрикнул, прервав его размышления и вернув к реальности. В собственническом рыке Кросса слышалось нескрываемое удовольствие, которое лишь подчеркивалось тёмно-фиолетовым оттенком в глубине живота Даста, заметно более тёмным, чем его естественный цвет. Кросс поцеловал его, пока тот лежал с полуприкрытыми глазами и блаженной улыбкой на лице. Эклипс не сомневался, что Даст продержится дольше, но их измученный жарой партнёр, похоже, был доволен тем, что смог утащить Даста под одеяло и прижать его к себе. “Отдохни, пока есть возможность”, — со смешком прошептал Найтмер. — “Скоро ты будешь на его месте”. Да, наверное, после короткого сна и ужина. Он целый день ничего не ел и до сих пор не принял таблетку, так что ему не помешает немного наверстать упущенное. Желательно до того, как Хоррор поймёт, что к чему, и насильно накормит его.     Оказалось, что послеобеденное наслаждение предназначалось для Хоррора. “Ты просто чудо. Благодаря тебе мы все здоровы и сыты”, — похвалил Кросс, неся какую-то бессвязную чушь. — “Наши дети будут любить тебя так же сильно, как и я…” “Не уверен, что смогу их выносить, тыковка”, — беззаботно усмехнулся Хоррор, подыгрывая мечтам своего возлюбленного. — “Но я готов к хорошей встряске, если ты хочешь попробовать создать их во мне”. “Я выношу их за нас”, — быстро сказал Кросс, его глаза горели желанием помочь. — “Если хочешь поменяться, можешь взять меня. Я буду рад…” “Шшш, расслабься, любовь моя. Давай просто наслаждаться моментом и посмотрим, что будет дальше…” К концу вечера течка бедняги Кросса только усилилась, и они решили обтереть его прохладными влажными салфетками. Хоррор заставил его подождать, пока температура не спадет, хотя после чудесного ужина у него снова появилось желание. Эклипс лично считал, что Хоррор просто наслаждался тем, как Кросс комкал простыни когтями и ёрзал на кровати, пока его охлаждали. Они держали его между собой, пока он хныкал и старался быть таким хорошим, кусал губы и смотрел на каждого из них так, словно они были самым сладким искушением. Завтра, скорее всего, наступит пик его возбуждения, и Хоррор проговорился, что купил шоколадный десерт во время их прогулки по Ласттейлу — он приберёг его как раз для этого момента, чтобы Кросс мог слизывать его с их костей до тех пор, пока его Душа не насытится. Излишне говорить, что это подтолкнуло его к необузданному желанию, которое Кросс не преминул удовлетворить, хотя и отложил этот маленький сюрприз на завтра. Их партнёр был более чем готов отблагодарить его за такую заботу. “Я буду первым на страже”, — как бы невзначай сказал Найтмер, чтобы не поднимать тревогу. Они заранее договорились, что, учитывая страх, который все испытывали из-за предыдущего периода течки Кросса, они будут дежурить по очереди всю ночь. Так Кросс не проснется один, независимо от того, резко ли ухудшится его настроение или ему просто захочется принять прохладную ванну в компании. “Ладно, Лунный свет. Я посплю с Дасти, раз уж Хоррор, похоже, ненадолго занят”, — ответил он и притянул к себе уже задремавшего друга, чтобы обнять. Но его сны не приносили покоя. Его разум был слишком переполнен, чтобы уснуть, и он бодрствовал, в то время как все остальные крепко спали рядом с ним. В ночной тишине он снова перекатывал тёмную таблетку между пальцами. Когда он был на пике возбуждения, то принял лекарство без малейших колебаний. Но теперь… Теперь его воображение рисовало картины возможного будущего. Одна из них была настолько счастливой, что он замер в предвкушении. Но в то же время его охватывал страх. Страх перед неизвестным? Страх перед тем, что он не справится с воспитанием чего-то настолько чистого, что он каким-то образом запятнает его безупречный свет? Из-за его интереса? Из-за его собственного желания сделать этот пугающий шаг вперед после стольких лет промедления? “Откуда ты знаешь, что готов..?” — Вздохнул Эклипс, сжимая таблетку в ладони и прижимая кулак ко лбу. “Готов к чему, любимый?” Он обернулся и увидел, что за ним с тревогой наблюдают разномастные глаза. Эклипс улыбнулся Кроссу и повернулся на бок, чтобы видеть его целиком, не выпуская из рук таблетку. “Ничего такого, Кросси. Как ты себя чувствуешь? Тебе что-нибудь нужно?” — Эклипс сменил тему, успокаивающе проведя пальцами по щеке своего друга. Но Кросс нахмурился, и тревога, охватившая его, на мгновение прояснила его разум, несмотря на прикосновение, от которого он должен был бы замурлыкать. “Поговори со мной…” На лице Эклипс появилась довольная улыбка: “… Упрямая, да? Ладно, я расскажу”. И всё же слова застревали у него в горле, потому что он сам не знал, что сказать. Как он мог объясниться, особенно с Кроссом, который был уверен в этом больше, чем кто-либо из них? “… Разве ты не боишься?” — Наконец выдавил он. — “Всего… Что происходит? Того, что ждёт нас в будущем? В Мультивселенной столько всего ужасного…” “Вовсе нет”, — легко ответил Кросс. “Но как? Как тебе удается чувствовать себя таким уверенным и готовым ко всему?” — Искренне спросил Эклипс. Кросс ответил ему такой же прекрасной улыбкой и переплёл свои пальцы с пальцами Эклипса. “Потому что вы все со мной. Поэтому я не боюсь”. Неужели всё действительно так просто? Он не был уверен, но искренность ответа заставила его Душу раскрыться, превратившись в перевернутое сердце, при виде которого Кросс не смог сдержать восхищенного вздоха. Эклипс сократил расстояние между ними и нежно поцеловал свою пару, вложив всю свою любовь и преданность в этот простой жест. Он даже не мог сказать, сколько времени они пролежали так, обмениваясь поцелуями, пока остальные крепко спали рядом, в тепле и безопасности, там, где им и место. И вдруг всё встало на свои места. Этот момент был правильным. И будущее тоже будет правильным. Эклипс разжал ладонь, и таблетка бесшумно упала на пол. “Иди сюда, Кросс”, — прошептал Эклипс, приглашая своего любовника осторожно забраться на него и стянуть с него штаны. Он обхватил лицо Эклипса, и они слились в жарком поцелуе, глотая тихие стоны друг друга, пока неспешно двигались в унисон. И, несмотря на страсть, их ласки были такими нежными, что остальные не беспокоили их до конца ночи.   “Ненавижу свою течку!” — Заныл Кросс, уткнувшись лицом в плечо Даста. — “Это так неловко!” “Ох, любимый, не расстраивайся. Ты такой милый во время течки. И, кроме того, она у тебя, скорее всего, не начнется ещё лет пять-десять”, — успокоил Эклипс. “Если только тебе не не повезёт”, — пожал плечами Даст. — “И в следующем году всё повторится”. Крик отчаяния, вырвавшийся у Кросса при одной мысли об этом, заглушила куртка Даста. Эклипс сочувственно ухмыльнулся и ободряюще похлопал напарника по спине. Дверь в спальню внезапно распахнулась, привлекая всеобщее внимание. На пороге стоял Хоррор с охапкой простыней в руках, которую он неуклюже уронил на пол. “Все они безнадежно испачканы. Я перепробовал всё, но на этот раз Кросс перестарался”, — беззаботно пожаловалась Хоррор. — “Придется покупать новые простыни”. “Чёртовы Звёзды–!” — Выругался Кросс, уткнувшись лицом в грудь Даста от унижения. “Ничего страшного”, — беззаботно махнул рукой Найтмер. — “Сколько нам нужно?” “Ух, столько же сколько лежит здесь. Кросс, серьезно, ты успел побывать во всех комнатах замка, прежде чем я тебя догнал? Я даже завидую твоей выносливости…” — Хоррор ухмыльнулся и расхохотался, услышав смущенный возглас Кросса. Эклипс усмехнулся, молча извинился за шум и вышел в уборную, закрыв за собой дверь. Со вздохом, он подошёл к зеркалу в полный рост и посмотрел на себя. Сделав глубокий вдох, он приподнял куртку и посмотрел на своё экто. Это странным образом напомнило ему о том времени, когда он не был уверен, что вообще увидит сияние магически заряженной псевдоплоти. Но теперь она была здесь, сильная, тёмная, как ночное небо, и ждала прикосновений своих возлюбленных, чтобы засиять. Он провел по ней рукой, вызвав едва заметное свечение внизу живота, и внимательно осмотрел её, пытаясь найти хоть какие-то признаки того, что там появилось что-то новое… Но он не мог сказать наверняка. Было так темно, что если там и была Душа, то она пряталась в глубинах пустоты, и её свет был ему не виден. А может, ничего и не было, и всё это нервное предвкушение было только у него в голове. Он чувствовал это — едва заметное желание не рассеивать экто. Но оно было таким слабым, что он мог его игнорировать. Он был уверен, что сможет рассеять экто силой воли! Значит, он продолжал в том же духе, потому что что-то было? Или просто потому, что он хотел, чтобы что-то было? Он не знал. “Чёрт…” — выругался он, проведя рукой по лицу. “Эклипс, ты там в порядке?” — Окликнул Найтмер из соседней комнаты. “… Да, всё в порядке. Сейчас буду!” — Крикнул он в ответ. Время покажет. И он не мог ничего сказать, пока не узнает наверняка, не желая расстраивать своих возлюбленных из-за того, в чём даже не был уверен. Он точно знал только одно: впереди его ждут долгие несколько месяцев.