Вот это Дырень

Наначи лежала на верхней полке и скучала. Поезд медленно ехал по заснеженным рельсам, колёса размеренно постукивали в ритме зимнего вечера. Внутри вагона царил полумрак, лишь иногда всполохи огоньков за окном бросали дрожащие тени на стальные стены. Из её горла вырвался тихий, короткий и недовольный рык от скуки. Взгляд её зелёных глаз блуждал по окружающим предметам, но ничего интересного не находил. Старые чумоданы, скрипучие полки, странные иконки с изображением светящегося, сине-голубого камня, это уже видела неоднократно. Она повернулась на бок, бездумно всматриваясь в одну из икон. Икона с изображением светящегося камня вдруг привлекла её внимание больше, чем обычно. В этот раз, словно по волшебству, её взгляд задержался на ней дольше, и Наначи почувствовала какое-то странное, непонятное притяжение. Она не могла оторвать глаз от светящегося камня, который казался живым и пульсировал мягким светом, привлекая её внимание. Минуты текли, но Наначи не замечала времени. В глазах немного двоилось, а весь мир будто переставал существовать для неё. Перед её глазами начали медленно возникать какие-то неясные образы – краски сливались, контуры исчезали, словно она попала в мир, где реальность и фантазия переплетались. Наначи медленно погружалась в глубины своего воображения, словно плененная загадочным светом камня. В её ушах начали звучать невнятные шорохи, будто шепот далеких голосов, несущих неизвестные послания. Эти звуки пульсировали в такт её сердцебиению, создавая странный ритм, который заставлял её напрягаться и вслушиваться глубже. Свет от иконы расплывался вокруг неё, словно волны, затапливая реальность и заменяя её мистическими образами. Наначи чувствовала, как её мир начинает растворяться в этой неведомой реальности, где звуки становились всё более различимыми, хотя они по-прежнему не несли в себе никакого смысла. Среди многочисленного шепота, послышался один, низкий и уверенный голос. М҈о҉н҉о̴л̴и̶т҈: Твоя цель здесь, иди ко мне.. Ты обретёшь то что заслуживаешь... Твой путь завершается, или ко мне... Образы стали более чёткими, камень на иконе превратился в явь. Ваган превратился в огромную, полуразрушенную комнату, перед ней, стоял огромный кристаллический камень, светясь лёгким-голубоватым светом. Он звал её, маня.. гипнотизируя своим светом. М͡о͡н͝о̕л͢и̛т͝: Твоё желание скоро исполнится, иди ко мне... Пришло время, Я вижу твоё желание. Путь завершён, человек, иди ко мне.. Ты обретёшь то, что заслуживаешь. Наначи не могла сопротивляться притяжению камня. Она медленно встала с верхней полки и, едва касаясь земли, двинулась к нему, словно под гипнозом. Её шаги были медленными и осторожными, но уверенными. Вокруг неё всё превращалось в хаотическую смесь образов, звуков и ощущений, погружая её всё глубже в искаженную реальность. Под ногами хрустели обломки бетонного потолка. Звук этого хруста усиливался в её ушах, создавая зловещую симфонию. Камень, стоявший перед ней, казался всё ближе и ближе, его свет становился всё ярче, почти ослепительным. Она чувствовала холод, исходящий от него, пробивающий её насквозь. Но вдруг она ощутила что-то странное. Интуитивно, Наначи поняла, что что-то не так. Она остановилась, её разум начал сопротивляться гипнотическому воздействию Монолита. М͡о͡н͝о̕л͢и̛т͝: Не бойся, иди ко мне. Ты найдёшь то, что искала... Но голос Монолита уже не казался таким убедительным. В нём слышалось нечто фальшивое. Наначи почувствовала холод, пронизывающий её до самых костей, но теперь этот холод не был просто физическим ощущением. Это был холод лжи, который пробивался сквозь её сознание. Она немного отпрянула, её взгляд на миг скользнул по обломкам, разбросанным по полу. Вначале ей показалось, что это просто обломки бетонных стен и потолка. Но приглядевшись, она увидела нечто иное. Среди обломков были тела обездвиженные, искалеченные, застывшие в страшных позах. Их безжизненные тела лежали разбросанными по полу, словно игрушки, забытые в старой, полуразрушенной комнате. Лица, застылые в гримасах ужаса, смотрели в пустоту. Кто то лежал под завалами, кто то просто лежал скривившись, а кто то безжизненно стоял на коленях с неестественно вывернутыми руками. Отшатнувшись, она отошла на пару шагов назад, не веря своим глазам. Шепот: И придёт время избранные спасутся, Монолит даст им совершенство. Она отвернулась от камня, который её манил, и начала медленно отступать к выходу из этого кошмара. В её ушах до сих пор звучали шорохи и шепот, но теперь они не несли в себе обещания спасения или совершенства. Шепот: А вчера вода с неба.. мокро, холодно... мне холодно.... Голоса были разные, дети и взрослые, мужчины и женщины, кто то звал к монолиту, кто то молил о конце кошмара, а кто то просто говорил несвязанные вещи. Шепот: Боль... Смерть... Помоги.. Спаси.. Наначи прикладывала в каждый шаг огромные усилия, будто она изнеможена. Шепот: Братья... Я не могу двигаться... Наначи продолжала медленно отходить от светящегося камня, чувствуя, как каждый шаг тяжело дается её изнемождённому телу. В её ушах продолжали звучать шепоты и шорохи, словно призраки прошлого, молящие о помощи и спасении. Она понимала, что этот монолит предлагал нечто соблазнительное, но в то же время опасное и лживое. Память о тех, кто уже поддался обману этого камня, лежала тяжёлым грузом на её сердце. Тела, застывшие в страшных позах, напоминали ей о последствиях, которые могут ждать тех, кто примет приглашение Монолита. Её взгляд случайно скользнул по лицам безжизненных тел, и страх охватил её ещё сильнее. Шепот(плача): Прошу... кто нибудь.. Наначи спотыкалась отступала, пока её сознание цеплялось за последние крупицы здравого смысла, пытаясь вырваться из мрачных объятий иллюзии. Шепоты не умолкали, они становились всё громче, заполняя её мысли хаосом и отчаянием. Наначи старалась не смотреть на изувеченные тела вокруг, но они были повсюду, их безжизненные, застывшие глаза будто следили за каждым её движением. ______________________________________ Рэг: Она в порядке? Что с ней вообще? Наначи лежала на полке без движений, глаза были полуоткрытые, но они смотрели в пустоту, она даже не реагировала на прикосновения и потряхивание за плечи. Но тем не менее, она дышала и пульс был. Солдат: Ай, да ничего страшного, всего лишь Зов Монолита на себе испытала. Пошатаеться по галлюцинациям и отпустит. Рико: Это пройдёт? Солдат: Конечно пройдет, ничего страшного с ней не произойдёт, максимум психологическую травму получит. Рэг нахмурился, глядя на безжизненное тело Наначи, лежащее на полке. Он не мог избавиться от чувства беспокойства за неё, несмотря на слова солдата. Рэг: Я не могу просто так сидеть и ждать. Может, есть какой-то способ помочь ей сейчас? Солдат: Её может разбудить сейчас, только жёсткий секс. Рэг: ЧИИИВО Солдат: Шучу, шучу.. а то уже вижу, что ты ширинку чуть не расстегнул. Рэг: Шутник блин, я серьезно, что делать то? Солдат: Ледиацид-18 ей дайте, этот препарат должен помочь. Держи таблеточку — он протянул блистер и свою флягу, давая их Рэгу. Рэг взял таблетку и флягу от солдата, благодарно кивнув. Он быстро разломил блистер и аккуратно ввел таблетку в рот Наначи, затем поднес флягу к её губам и залил немного воды. Солдат: Ну, на этом мои полномочия всё. Удачи, а я на боковую, здоровый сон - залог... Здорового сна. Рико: Я наверное выходу в тамбур, нужно свежим воздухом подышать. Рэг остался наедине с Наначи, смотря на её бездыханный вид с сильным беспокойством. Он нежно прикоснулся к её лицу, чувствуя тепло от её кожи. Его сердце сжалось от того, как она выглядела безжизненной и неотзывчивой. Рэг осторожно прильнул к Наначи, слегка прижимая её бездыханное тело к себе. Наначи глубоко вздохнула, словно возвращаясь из далекого сна. Её глаза постепенно закрывались и снова открывались, медленно возвращаясь к реальности. Рэг не мог скрыть облегчение на своем лице, когда он увидел, что она начинает приходить в себя. Наконец, Наначи осторожно повернула голову и взглянула на Рэга. В её глазах были видны лишь озадаченность и непонимание. Она медленно подняла руку и слабо коснулась его щеки, словно подтверждая себе, что это не галлюцинация. Наначи, ещё слегка ошеломлённая произошедшим, медленно села, опираясь на руки. Рэг чувствовал облегчение и радость, увидев, что Наначи начинает приходить в себя. Он был готов подождать, пока она полностью оправится от последствий Зова Монолита. Его рука легла на ее плечо, осторожно обнимая ее, словно он хотел дать ей поддержку и понять, что она рядом, в этом мире. Наначи, чувствуя теплую руку Рэга на своем плече, закрыла глаза и уткнулась носом в его грудь. Она крепко обняла его, словно цепляясь за единственное, что казалось ей реальным в этот момент. Её дыхание было горячим и частым, и Рэг мог почувствовать, как её напряженное тело постепенно расслабляется в его объятиях. Наначи внезапно приподнялась и посмотрела прямо в глаза Рэгу. Ее движения были медленными и осторожными, как будто она проверяла, что каждый жест и каждое движение действительно принадлежат ей. Она смолкла, словно набираясь решимости, и внезапно склонилась вперед, наклонившись к нему. Ее губы легко коснулись его, осторожно, словно она не была уверена, что делает правильно. Рэг внезапно ощутил, как Наначи начала активнее отвечать на поцелуй. Её язык стал игриво проникать в его рот, словно она жаждала каждого его прикосновения. Он по instinktu отозвался на это, обвивая её язык своим и ответно исследуя её ротовую полость. Его руки неуклюже искали опору на её теле, желая удержать её поближе, движения рук были неуклюжими, и он почувствовал себя смущенно. Но Наначи была настойчива. Она взяла его руки и положила их на свои груди, мягко проводя его пальцами по контурам своего тела. Солдат: Тфу, срамота, хоть бы дверь закрыли.. Рэг и Наначи резко остановились, услышав замечание солдата. Они разошлись, отводя друг от друга взгляды, лица их покраснели от стыда и смущения. Наначи быстро прикрыла рот рукой, словно пытаясь замаскировать свою смущенную улыбку. Рэг отвернулся, чтобы спрятать своё смущение. Он почувствовал, что его сердце бьётся сильнее обычного, а лицо горит от стыда. Он не мог поверить, что они оба так внезапно увлеклись друг другом, особенно в такой неподходящий момент. Солдат, не обращая на них больше внимания, ушёл дальше, махнув рукой.. Рико, возвращаясь через мгновение, заметил напряжение в воздухе и взглянул на них с любопытством. Рико: Всё в порядке? Рэг и Наначи обменялись скользкими взглядами, прежде чем Рэг наконец смог проговорить: Рэг: Да, да, всё в порядке... Наначи, ты... ты чувствуешь себя лучше? Наначи кивнула, её лицо оставалось спокойным. Она поправила волосы, стараясь придать своему виду хоть какую-то приличность. Наначи: Всё в порядке, Рико, мне уже гораздо лучше, спасибо. Рико, видя, что Наначи действительно чувствует себя лучше, выдохнула с облегчением. Она посмотрела на них с пониманием и лёгкой улыбкой. Рико: Рада это слышать. Думаю, нам всем стоит немного отдохнуть. Этот день был слишком напряжённым. Рико права, день был действительно слишком насыщенным и напряжённым. Рэг и Наначи ещё некоторое время сидели рядом, наслаждаясь тишиной и ощущением, что всё снова стало нормальным. Наначи, чувствуя поддержку Рэга, улыбнулась ему и слегка кивнула. Рэг: Давайте отдохнём. Нам всем нужно восстановить силы. Тишина вновь окутала вагон, наполняя его уютом и спокойствием. Медленно, но уверенно, тревога уступала место спокойствию. Наначи, опираясь на плечо Рэга, чувствовала, как силы постепенно возвращаются к ней. Воспоминания о странном видении постепенно стирались, оставаясь лишь смутным эхом в глубинах её разума. Рико тихо устроилась на своей полке, желая дать друзьям время побыть наедине. Время шло, и всё больше напоминало о том, что они снова вместе, в реальном мире, где их ждёт ещё много приключений и испытаний. Наначи глубоко вздохнула, почувствовав, как Рэг осторожно гладит её по плечу. Её глаза медленно закрылись, и она позволила себе расслабиться, доверившись ему. Она знала, что с друзьями она сможет преодолеть любые трудности, и этот день был лишь очередным напоминанием об этом. ______________________________________ Ночь медленно окутала землю, скрывая с виду равнину. Солдаты уже расслабились и стали заниматься своими делами в траншее. Тихий шепот разговоров и редкий стук металлических предметов разносились по лагерю, создавая иллюзию безопасности. Кто-то достал из кармана потрепанную книгу, пытаясь отвлечься от тяжелых мыслей. Другой вытащил из вещмешка старую гитару и начал тихо перебирать струны, наполняя темноту меланхоличным звуком. Пары, уносящиеся от дыхания, смешивались с холодным воздухом, создавая видимость тумана. Снежинки медленно кружили в воздухе, плавно приземляясь на заснеженную землю. Ветер легко колебал ветви елей и сосен, создавая тихий шепот редколесья, который сливался с монотонным жужжанием ночных насекомых. В этой непрерывной симфонии звуков и шепота ночи, солдаты ощущали странное единство с окружающей природой. Время замедлило свой ход, словно замерзший поток, тянувшийся сквозь заснеженные дали. В траншеях, выкопанных в грубой земле, витали разные ароматы: дым от обугленных деревьев, запах смолы и металл оружия. Мирная ночь протянулась над полем, словно хрустальное озеро, усыпанное бледными звездами. В траншеях все еще витал дух бдительности, но вместе с тем и непривычное ощущение спокойствия. Солдаты, настороженные и уставшие от долгих часов дежурства, находили моменты покоя и отдыха. На другом конце траншеи группа солдат собралась вокруг одного из своих, который достал старую губную гармошку. Его медленные мелодии наполнили темноту исцеляющим звуком, который временами затихал, словно уходя в песочные часы. Губная гармошка играла мелодии, которые словно таили в себе невыразимую тоску и надежду одновременно. Ее звуки проникали сквозь темноту, наполняя серые зимние вечера теплом и волнением. Солдаты, сидящие вокруг музыканта, забывали о войне, о злобе и страхе, погружаясь в мир звуков, которые как бы взывали к лучшим частям их душ. Наверное, только в такие моменты они в полной мере осознавали, что значит быть живым. Среди звуков ночи и ароматов войны расплывалось чувство благодарности за каждую секунду мира, за каждый аккорд и за каждый вдох. Когда последняя нота затихла, а музыкант закрыл глаза, солдаты еще некоторое время молча сидели, впитывая каждую ноту, каждое воспоминание о прошлом и надежду на будущее. Шумный взрыв прорывается сквозь ночное безмолвие, заставляя нас мгновенно броситься на землю. Земля, камни и снег летят во все стороны, настойчиво напоминая о реальности, от которой мы старались отвлечься. Сердце бешено колотится, а уши пропускают только противный писк. Я прижимаюсь к холодной земле, стараясь прогнать от нее образ взрыва и шум металла. Второй взрыв не заставил себя долго ждать, угодив прямо в блиндаж, заставив его частично обвалиться. Солдаты оказались в хаосе. Дым и пыль заполнили воздух, делая его тяжелым и невидимым. В траншеях раздались крики и команды, но все затихло в шуме разрушения. Мой ум был ошарашен, словно потрясенный взрывами, и я медленно осознавал, что происходит вокруг. ???: Шквальный миномётный огонь! Примерно в пяти метрах от меня с тихим свистом падает снаряд. Вместо ожидаемого оглушительного взрыва, он странно молча входит в землю, погружаясь в снег и камни. Неожиданность этой тиши в сравнении с предыдущими взрывами ошеломляет Странный миномётный боеприпас с с изображением противогаза просто торчит из земли несколько секунд, после чего с громким хлопком, две небольшие стенки боеприпаса открываются на 75° и начинает выделять облако зеленоватого газа. Паника в траншеях моментально нарастает, когда солдаты осознают, что это газовый боеприпас. Все быстро отползают, раскрывая поясные сумки стремясь найти свои противогазы и защитные маски. Я ловлю свой противогаз и, не раздумывая надеваю его, стараясь сохранить хладнокровие. Зеленоватое облако распространяется быстро, как живое существо, поглощая все вокруг себя. Солдаты тщетно пытаются укрыться от газа, закрывая лица и носы, но воздух быстро становится непригодным для дыхания. В траншеях вспыхивает хаос: некоторые солдаты пытаются выбраться на поверхность, другие стараются оказать первую помощь тем, кто уже задыхается. Я стараюсь сохранить спокойствие, следуя тренированным действиям, чтобы помочь себе и окружающим. Снаряды продолжают падать, но теперь газ делает нас еще более уязвимыми. Звуки взрывов и крики солдат сливаются в один кошмарный хор, а я борюсь с жаждой воздуха, которая становится все более невыносимой. Через несколько мучительных минут обстрел затих, словно зловещий гром в отдалении. Я осторожно поднял глаза, осматривая окружающую обстановку. Туман от газа медленно рассеивался, оставляя за собой запах порошка и горечи. В траншеях царила зловещая тишина, будто после шторма. Солдат: Фух.. если здесь, на второй линии такое происходит, то что же твориться на передовой? Дед: А на передовой, полный пиздец сынуля... ПОЛНЫЙ ПИЗДЕЦ. Я огляделся вокруг. Все еще дрожащие от пережитого ужаса солдаты постепенно приходили в себя. Некоторые тяжело дышали сквозь противогазы, другие старались помочь раненым товарищам. В свете луны, едва пробивающемся через клубы дыма, лица моих товарищей казались бледными и призрачными. Медик: Хм.. это же были минометы? Я же прав?.. Но, передовая через 8 километров, а максимальная дальность ихних миномётов всего 6 километров, а с таким шквальным огнём и точностью.. Слова медика заставили всех задуматься. В голове не укладывалось, как враг мог достать до нашей второй линии траншей, если передовая была так далеко. Командир: О нет... Только не говори мне, что оно прорвали передо... Не успел он договорить, как недалеко прозвучал оглушительный разрыв, столкнув меня с ног от взрывной волны. Только что прозвучал оглушительный разрыв, и внезапно небо над головой иссветлело ярким оранжевым светом. Взрыв снаряда вырвался из земли, окружив все вокруг клубами густого дыма и огненных языков. Жар, ударивший по лицу, заставил меня закрыть глаза и прижаться к земле, пытаясь укрыться от бешеного огня. С медленно очищающимися от дыма глазами, я увидел, что наши траншеи были в огне. Огромные языки пламени разбегались по земле, сжигая все на своем пути: Траншеи, Деревья, Ящики и ПТ - Пушки. Командир(прочищая заложившее ухо): Не может быть... Этот выжигающий снаряд я узнаю из тысячи.. Тысяче-тонная сверх-пушка "Тайфун", заряженная пиротитовым снарядом. Этот удар "Тайфуна" оказался нечто В траншеях царил абсолютный хаос — огонь пожирал все на своем пути, заставляя нас суетиться в поисках укрытия. Снаряды продолжали падать, вызывая новые вспышки адского пламени и дымовых завес. Командир пытался собрать нас воедино, но даже его голос терялся в реве пламени и взрывов. Я пробовал держаться настроенным на выживание, но атмосфера была наполнена страхом и отчаянием. Медики бегали между ранеными, окруженными языками пламени, оказывая первую помощь насколько это было возможно. Мы все знали, что каждая секунда могла быть последней, каждый новый взрыв — последним. Пламя пожирало всё на своем пути, и вокруг царил хаос. Крики солдат, шум взрывов и треск огня сливались в единый невыносимый звук. Я пытался оставаться сосредоточенным, стараясь помочь товарищам и следовать командам. В этот момент один из снарядов упал совсем близко, и я ощутил мощный удар взрывной волны. Снаряд ударил так близко, что мир вокруг меня словно взорвался в одно мгновение. Оглушительный грохот заполнил уши, и я почувствовал, как меня швырнуло на землю. Голова загудела, а зрение стало размытым. Я пытался подняться, но ноги отказывались слушаться, и мир вокруг кружился. ???: ЫААЫА, ЫААА, ОНИ ЛИШИЛИ МЕНЯ МУЖСКОГО ДОСТОИНСТВА!.. Я оглянулся и увидел его, лежащего на земле, корчась от боли. Кровь струилась по его ногам, и я понял, что он потерял нечто важное, что не могло быть восстановлено. Страх и ужас захватили меня, но я знал, что нужно действовать. Командир: Пиздец, эко-активисты бы ахуели, они щас весь лес сожгут к хуям! Мимо пронесся солдат с обугленным лицом, неся в руках что-то похожее на огнетушитель. Он бросился к горящему ящику с боеприпасами, пытаясь потушить огонь, пока он не достиг взрывчатки. Но было слишком поздно: ящик взорвался, разбрасывая вокруг осколки и языки пламени. Я упал на землю, прикрывая голову руками, и почувствовал, как осколок вонзается в мою ногу. Я вскрикнул от боли, когда острый осколок прорвал мою плоть. Нога мгновенно заполнилась жгучей болью, и я едва смог подавить крик. Протянув руку к ране, я почувствовал теплую кровь, текущую по пальцам. В это мгновение я осознал, что нужно действовать быстро, чтобы остановить кровотечение. Осколок в ноге причинял адскую боль, но у меня не было времени об этом думать. Вокруг продолжали рваться снаряды, и огонь полыхал повсюду. Я попытался подняться, но взрыв рядом заставил меня снова упасть на землю. Я чувствовал, как земля подо мной содрогается, а вокруг меня клубится густой дым. В этот момент еще один снаряд упал совсем близко. Земля взорвалась, и меня накрыло мощной волной грязи и снега. Я почувствовал, как тяжелый слой земли обрушивается на меня. Когда я пришел в себя, все вокруг казалось нереальным и смутным. Голова болела, словно внутри звучал громовой удар, а каждое движение приносило острую боль. Я попытался осмотреться, но видел лишь клочья дыма и обугленные обломки. "ТАААНКИ!" - пронзительный крик раздался издалека. Я с трудом приподнялся на локтях, стараясь разглядеть источник звука сквозь клубы дыма и густую атмосферу огня и разрушений. Вдалеке, сквозь оплавленные деревья и обломки, начали маячить множественные контуры мощных бронированных монстров. ???: ПИЗДЕЦ, ИХ СЛИШКОМ МНОГО! НАЗАД, НАЗАД, ВАЛИМ НАХУЙ ОТСЮДА! Командир: ВСЕМ НАЗАД! ОТСТУПАЕМ! Сердце заторопилось. Это были танки вражеской армии, мощные и устрашающие, их бронированные формы отчетливо просвечивали сквозь иллюминацию огней и дыма. В командном центре, окруженном хаосом и криками приказов, командир суетился, пытаясь вернуть контроль. "Всем назад! Отступаем!" - прозвучал его голос, наполненный решимостью и отчаянием одновременно. Солдаты начали медленно отступать, перепрыгивая через обломки и обгоревшие ветви, пытаясь сохранить строй в хаосе бегства. Я прижимался к земле, изо всех сил стараясь не выделяться среди пламени и обломков. Звуки войны нарастали вокруг, сливаясь в одно мрачное симфонию разрушений и страха. Я затаился в обломках, стараясь не привлекать внимания. В воздухе стоял гул от двигателей танков и запах горящего металла. Мои руки дрожали от страха и усталости, а сердце билось так, что казалось, вот-вот вырвется из груди. Кругом раздавались крики и стоны раненых солдат. Я услышал, как кто-то неподалеку звал на помощь, но не смог двинуться, чтобы ответить на этот зов. Каждое мое движение грозило выдать меня врагу, а я не мог позволить себе такую роскошь. По полю двигалась непрерывная стена из вражеских танков, расстреливая с пулемётов всё что только движется. Затаив дыхание, я лежал в грязи и ждал, пока танки пройдут мимо. Земля вибрировала от их тяжести, и каждый грохот гусеницы отдавался болью в моей голове. Шум был оглушительным, но внутри все казалось нереально тихим. Я чувствовал, как адреналин пронизывает мое тело, давая мне силы бороться с болью и страхом. Танки начали переезжать над траншеями, частично обваливая их своим весом. Я почувствовал, как земля подо мной сотрясается и ломается, когда один из танков приблизился. Его гусеницы были прямо над моей головой, и мне казалось, что вот-вот всё закончится. Но вместо того, чтобы поддаться страху, я ощутил всплеск решимости. Это был шанс. Слабый, почти безумный шанс, но другого у меня не было. Я прижал гранату к груди, стараясь не выдать себя, и выжидал нужный момент. Когда танк остановился прямо над траншеей, у меня было всего несколько секунд. Я приподнялся, чувствуя, как вся тяжесть машины давит на меня сверху. Руки дрожали, но я не позволил себе сомневаться. Одним быстрым движением я выдернул чеку и затолкнул гранату между гусеницами из под низа. Я откатился в сторону, укрываясь под обломками и закрывая голову руками. В следующую секунду раздался оглушительный взрыв. Граната разорвалась, и я почувствовал, как взрывная волна пронеслась над моей головой. Танк накренился, и я увидел, как одна из его гусениц соскочила, заставив машину беспомощно забуксовать. Но вместо того что бы полностью остановиться, танк начал медленно отъезжать назад, не смотря на сбитую гусеницу. Присмотревшись, я понял в чём дело: Сзади, на четыре котка была натянута ещё одна гусеница, которая позволяла ему сдавать назад. Солдат: Ох ебать, они и так могут? Танк медленно продолжал откатываться назад, несмотря на сбитую гусеницу. Я лежал в грязи, с трудом переводя дыхание, когда из башни командира показалась фигура. Это был человек в грязной, покрытой пылью форме, лицо его было изуродовано ненавистью и боевым утомлением. Он поднял руку, в которой был пистолет, и прицелился прямо в меня. Soldaten: Achtung, Achtung, Not CDF soldaten! Палец врага на спусковом крючке дрогнул, и раздался выстрел. Острая боль пронзила мое тело. Я почувствовал, как пуля вошла в грудь, и сил оставаться на ногах не осталось. Земля холодно приняла меня, я упал, чувствуя, как жизнь медленно покидает меня. Сегодня не слышно биения сердец - Оно для аллей и беседок. Я падаю, грудью хватая свинец, подумать успев напоследок: "На этот раз мне не вернуться, Я ухожу, придёт другой". Я почувствовал, как медленно сгущается темнота перед глазами. Воспоминания всплывали, перемежаясь с болью и чувством тяжести в груди. Лица друзей, товарищей по оружию, мелькали передо мной, их голоса звучали эхом в сознании. Мир вокруг быстро потемнел и последнее что я успел произнести, это: Солдат: Мо... М-Монолит.... Ебать часть хуйня, автор вообще обленился, ГАН - ДОН. Автор, Со-Со пж, 1488 минус семь — я мёртв.. АРГХ...