Ревность как состояние души

Удивительно, как общий стол вовремя ужина совсем скоро стал переговорным пунктом для юных Слизеринцев. Покончив с планом, предшествующим Дню Рождения Дафны, волшебники взяли перерыв в несколько дней. А затем Ив с напором напала на Малфоя, утягивая его в подготовку праздничного зимнего бала в заключительный учебный день в этом году. Прямо перед отъездом на каникулы. Пятничный вечер ожидали многие, вот только Трэверс, умоляла время замедлиться. Она ничего не успевала. Она смирилась с тем, что должна жертвовать одним вечером в неделю, проводя его в обществе Драко Малфоя. Свыклась с мыслью, что ей приходится пасти младшие курсы. Но планирование и организация чего-то? Это было выше ее сил. Дафна, Блейз и Тео попытались ей помочь уже долгую неделю. Предлагали ей свою помощь каждый раз, когда та изнеможённая буквально падала на стол, в собственную тарелку еды. Но чертова гордость, не позволяла признать собственный проигрыш. Малфой же, который уже давно выполнил свою половину заданий, с интересом наблюдал за тем, как Ив падает на дно собственной самоуверенности. Ведь с той ночи они практически не говорили. Могли часами обсуждать предстоящий бал, но ни слова о личном. Да они даже не спрашивали банальное: а как твои дела? Драко злился. Чувствовал в себе гнев за то, что Трэверс решила, будто может играть с ним, как с игрушкой. А Ив играла роль невинной овечки, делая вид, что той ночи, после Дня Рождения Дафны и вовсе не было. Однако в среду вечером даже Трэверс сдалась. Оставалось всего два вечера до бала, а значит, последующие две бессонные ночи. Ив было нужно разобраться с декорациями и подготовить план украшения, которое нужно было передать эльфом для украшения еще… Вчера. — Я подготавливала нашу гостиную под каждое празднование, почему ты не рассказала мне раньше? — обиженно произнесла Дафна, двигаясь ближе к подруге. Ив тяжело выдохнула, подняв взгляд вверх. Ей не хотелось встречаться ни с кем взглядом, не желала чувствовать себя беспомощной, беззащитной, слабой. А если она не может справиться сама, то значит она просто беспомощная… — Сейчас поешь, — Дафна принялась командовать, заметив разочарованный взгляд подруги. — А после ужина продолжим? Ладно? А то на тебя даже смотреть грустно. Трэверс не произвольно дернула плечами, будто этот жест мог привести ее в порядок. Не стояло смотреть в зеркало, чтобы понять, как плохо она выглядела. Кудрявые каштановые волосы спутаны и собраны в небрежный пучок, пальцы то и дело дергаются от нервов, а глаза стали потухшими… Ей не нравилось это чувство. И то, что Грингратс произнесла подобное вслух, только сильнее давило на итак уставший мозг. — А вот кто-то с тобой не согласится, — Блейз громко смеялся, бросая беглый взгляд за спину Теодора. — Кто-нибудь объяснит мне, почему тот парень так пялиться на нашу дорогую старосту? Нотт фыркнул, резко обернувшись. Он искал незнакомца хищным взглядом, будто уже был готов броситься на любого, ради защиты Ив. Брюнетка же скучно подняла взгляд вверх и тут же почувствовала на себе пристальный взгляд Гриффиндорца. Белл. Он смотрел на нее внимательно, будто пытался понять. Прочесть… Или продолжал гадать, что произошло той ночью в темной кладовой? Подобная слава ей не нравилась. Нахмурившись, Ив столкнулась взглядом с Драко и на секунду непроизвольно замерла. Они впервые посмотрели друг другу в глаза за прошедшие две недели... — Кто это? — недовольно буркнул Нотт, привлекая к себе внимание. — Какой-нибудь сталкер, — первая высказалась Ив, не давая Малфою и возможности что- то буркнуть. — Или кто знает, где ты пропадаешь вечерами Блейз? Может, это твой тайный поклонник? Тео нахмурился. А Драко громко фыркнул в очередной раз удивляясь тому, как легко Ив может пойти по головам. Блейз наклонился ближе, практически перелезая, через Дафну. — Ну смотрит же он тебя, красотка, — прошептал Забини. Нотт тут же толкнул друга под столом. Все эти действия были такими отрепетированными, словно на инстинкте. Тео всегда готов броситься на помощь. — Может это ваш план. Дабы отвести подозрения, — Трэверс сверкнула в Блейза уверенным взглядом, а затем победно улыбнулась. Забини только рассмеялся в ответ, возвращаясь на свое место. -- Хорошая попытка, Ив. Трэверс фыркнула, продолжая скучно ковыряться в тарелке. — Наши львята всех же любят спасать, — неожиданно произнес Теодор. Брюнет дождался, когда родные медные глаза вновь взглянут на него, а затем медленно продолжил. — Увидел твой потухший, измученный взгляд, черную бездну под глазами и его хрупкое львиное сердце не выдержало. Нотт тихо рассмеялся, не отводя взгляда, следил за тем, как девушка, дергает носом, давит внутри себя улыбку, но отвернулась. — Кто еще тут ходит обсудить мою внешность сегодня? — Обиженно буркнула Ив. — Я готов обсуждать твою внешность каждую секунду, — произнес Тео и резко осекся. Подобная фраза была бы уместна в другом месте. При личной встрече или после того поцелуя, о котором он до сих пор продолжает мечтать. Но не по среди ужина, когда вокруг столько любопытных ушей. Нотт бросил на подругу извиняющийся взгляд, но та продолжала изучающе смотреть, слегка наклонив голову, практически шепотом спросила. — Проводишь меня до гостиной? Тео удивленно вскинул брови. Но быстро кивнул, в знак согласия. — Настолько все плохо, что и несколько шагов не сделаешь, без личного телохранителя? — Блейз довольно рассмеялся, отсолютировав стаканом с чистой водой. Забини держал его грациозно, что даже друзья на секунду подумали, что там налито что-то более игристое. — Увидимся в гостиной? — Трэверс аккуратно дотронулась до плеча Грингратс, проигнорировав выпад Блейза. Дафна аккуратно кивнула. Драко, что последние несколько минут был крайне молчалив, непроизвольно нахмурил брови, пройдясь взглядом по сияющему лицу Нотта. Интересно он хоть представляет, как глупо сейчас выглядит? А к слову… Плевать. Малфой сделал большой глоток обжигающего чая, умоляя разум, что бы это было что-то покрепче. Огневиски бы подошел гораздо лучше, чем темная жидкость, следка сладковатая на вкус, которая растворена в прозрачном стакане. Взгляд плавно перешел на Трэверс, что плавно пробиралась к выходу, ища глазами Теодора, что уже поджидал ту у самого выхода. Движения медленные, а взгляд такой измученный. Неужели и правда подготовка к празднованию так ее допекла? Или есть что-то другое, что она скрывает? Драко осек себя на подобных мыслях, вновь стараясь напомнить себе о раздражении и гневе, что он испытывал несколько недель назад. Каждый раз, когда Малфой приближался к кому-то, как его охватывало противное чувство, гадкое послевкусие, что его использую. Ради власти, денег, внимания... Да плевать. С него хватит. На этот раз он будет только взаимодействовать с теми, кого может использовать сам. Драко отвернулся, как раз в тот момент, когда Трэверс остановилась у Нотта. — Привет, — тихо прошептал парень. — Привет, — поспешила ответить брюнетка, будто не они сейчас сидели за ужином напротив друг друга. На секунду все стало не уютно, не ловко. Будто оба отчаянно хотели одного, но не знали, с чего начать. — Какого черта он все еще смотрит? — огрызнулся Тео, стрельнув взгляд за спину девушки, что неуверенно раскачивалась на ногах, прямо перед ним. Трэверс даже не потребовалось обернуться, чтобы понять, что речь идет о Белле. После той ночи, Ив сама удивилась, что стала замечать Питера везде. Чувствовала его взгляд в коридорах, в кабинетах, если вдруг их уроки шли друг за другом. И в Главном зале, всегда во время трапезы… И как ей удавалось не замечать его все эти годы? Или вот что бывает, когда в открытую играешь с другими? Или что? Душевное состояние Гриффиндорцев такое хрупкое, что его может разрушить всего пятиминутный флирт? — Тогда давай устроим то, на что действительно стоит посмотреть? — Тео гордо улыбнулся, заключая девушку в объятья. Нотт прислонился головой к макушке, бросая взгляд, полный вызова на парня, чьего имени он так и не знал. Незнакомец в Гриффиндорский форме пытался играть в зрительную баталию, но сдался, не выдержав и минуты . Теодор победно хмыкнул, сильнее прижимая волшебницу к себе. Его сводило с ума, когда она тяжело выдохнула, обжигая дыханием шею и буквально растворялась, под его крепкими руками. — Пойдем отсюда? — прошептал Нотт, почувствовав сдавливающее чувство, внизу живота. Ив отстранилась первая. Тео мог даже поспорить на все свое наследство, что девушка плакала. Он заметил это по едва намокшим длинным ресницам, и потому, как аккуратно и незаметно, Слизеринка вытерла щеки. Невинный жест был таким быстрым и аккуратным, что никто не мог бы заметить подобного. Никто. Кроме Теодора. Ведь только он всегда следил за ней, до боли в глазах. Их пальцы переплелись. Нотт тянул подругу в глубь школьных коридоров. Ив терпеливо следовала за ним, с силой передвигая уставшие ноги. Сейчас все ее нутро держалось только на одном желании. И она надеялась, что Тео хотел такого же. Трэверс не смогла подавить улыбку, когда брюнет, украдкой оглянувшись, зашел в пустой кабинет. Внимательный взгляд юноши перешел на замок, и знакомым невербальным заклинанием, закрыл его на все замки. Ив тихо улыбнулась, почувствовав приятное тепло, пронзившее ее сердце. Ей безумно нравилось, как Нотт мог колдовать, не доставая палочку. Было в этом взгляде, что-то невероятно уверенное и в тоже время жестокое. — Обычно по вечерам этот кабинет всегда пустует. Но меры предосторожности никогда не помешают. — Теодор ухмыльнулся и сделал шаг навстречу, но замер, заметив растерянность в глазах Трэверс. — У каждого в этом замке есть свое тайное место, кроме меня? — девушка нахмурила брови и Нотт замялся, не понимая, как реагировать. — Я соскучился, — выдал Теодор признание, которое пряталось в его сердце. — Мне кажется, что мы вечность не разговаривали. — Ты был занят, — Ив пыталась казаться без эмоциональной, но слышалось, как упрек. Нотт кивнул, делая медленный шаг вперед. Он и правда затерялся в собственных проблемах. Избегал девушку, что дороже всех остальных, ведь боялся, что сойдет с верного пути. Но сейчас, когда в его мыслях настало что-то наподобие перемирия, Теодор, почувствовал острую тоску… Будто внутри разрывалось огромная дыра, которая раньше заполоняла Ивейса… А последний месяц они практически не общались. Неловкий быстрый флирт. Иногда взаимные претензии… Но это все меркло на фоне того, что Нотт желал большого. Он мечтал об этом с тех самых пор, как только Ив отстранилась, оставляя на его губах прекрасный вкус вишни. Но он приятное послевкксие давно исчезло, мечтая о продолжении. — Тео? — робко сорвалось с ее губ, как только Нотт оказался не прилично близко. Ив отступила, упираясь в парту. Тео шагнул следом. — Только не говори, что ты не мечтала об этом также, как и я? — в его голосе слышалась мольба. — Мы договорились, что нам обоим это пока не нужно. — Ив напряглась, запрещая себе практически дышать. Ведь если сделает только вдох, если почувствует приятный родной запах, то она сдаться. А ей нужен трезвый рассудок. — И мы были паиньками целый месяц. Думаю, мы заслужили минутку отдыха. — Отравление учителей зельем, тайная вечеринка… Это ты называешься быть паиньками? — Ив искренне рассмеялась, подпустив парня еще ближе. Теодор тихо мелодично рассмеялся, приближаясь на критически близкое расстояние. Руками уперся об парту, буквально захватывая подругу в ловушку. Он смотрел на нее нежно, давя карими глазами сверху. Взгляд медленно про скользил по всему телу, останавливаясь на глазах. Медных, теплых, родных. Таких, которые легко могли развязать войну, подчинить волю другого. Такие, которые манили его каждый раз, когда оказывались в поле его видения. Нотту требовалось всего его самообладание, чтобы не раствориться в них, чтобы сдерживать себя и не пасть перед ее ногами, каждый раз, когда она заходила в комнату. — Да не травили мы учителей? — Тео выдавил улыбку. — Считай, даже помогли им. Вдруг у кого бессонница была. Трэверс подняла взгляд вверх, испугавшись, как Нотт оказался близко. Ее тонкий носик, мазнул парня по подбородку, заставляя того нервно сглотнуть. — Что тот Гриффиндорец хочет от тебя? — Ив почувствовала, как вдруг уменьшается, под твердым взглядом Теодора. Она заметила в них странный блеск с примесью боли и злобы… Девушка на секунду нахмурила брови, будто пытаясь понять, прочесть… Рассказал ли ему что-то Драко? Если и да, то что? Они друг другу ничего не обещали. Они просто друзья. Однако Ив ловила себя на мысли, что вела бы себя точно так же, а то и хуже, если бы подобное провернул Нотт. — Кто же их поймет? Этих праведников. Мы в прошлый раз сняли с них около тридцати очков за нахождения после отбоя. Может они так выражают свою ненависть? — Ив наклонила голову ниже. Ей всегда нравилось то, как она может уверенно врать. И даже сердечко не екнуло. — А почему же тогда их внимание пало не на Малфоя? И почему только одного Гриффиндорца? — Может именно с него мы и сняли, а может с его друга. Я не запоминаю Гриффиндорцев в лицо. — Трэверс включила театральщину, надувая губы и упираясь руками в грудь Нотта, будто пытаясь высвободиться их его крепких рук. — А Малфой? Да без понятия, может решил, что я легкая добыча. Так я посмотрю ему в глаза, если он попробует приблизиться. Нотт нахмурился, но в туже секунду рассмеялся. Вот она — Ивейса Трэверс, клочок нервов и противоречивых эмоций, которые она вызывает. Тео чувствовал внутри себе нарастающую панику, ведь какой-то голосок умолял не верить Ив, не так легко. Но как можно сомневаться, когда эти завораживающие глаза смотрят так уверенно, буквально пролезаю в душу, выворачивают ее, наводя свои порядки. И не смотря на это сомнение, недомолвках, Теодор не смог сдержать улыбку. Ведь ему до чертиков нравилось то, как Ив была уверенна в себе. Она не боится, не просить о помощи, не жалуется. Если есть проблема она решает ее сама. Уверенно, непоколебимо идет по головам. Это завораживает и пугает. — Твое сердце так бьется, — Ив вновь поднимает взгляд вверх, не сразу осознавая, что рука Теодора, уже удобно расположилась на ее шеи. — Это мысли о Гриффиндорце тебя так разозлили? Или я посмею предположить, что на тебя так действую я? Трэверс пришлось выгнуть спину, слегка отстраняя голову. Так близко оказались губы Теодора. Внутри затянулся тугой узел и волшебница нервно сглотнула, стараясь унять собственные чувства. Все внутри молило о поцелуе, ведь именно это она представляла перед сном. Каждый вечер с момента их первого поцелуя. — Я просто зла, что меня вокруг ожидают такие глупые мужчины, — Ив старалась говорить уверенно, но не сразу заметила, что ее слова едва слышны. — И я тоже отношусь к данной категории? — Рука Тео медленно опустилась на ключицу, мысленно отбивая пальцами бешенный ритм юного сердца. — Или для меня есть отдельная категория? — Я сказала мужчины Нотт, — выдавила из себя девушка, чувствуя, как все ее тело дрожит, когда уверенные пальцы вновь вернулись на шею, плавно выводили узоры, подбираясь к подбородку. — Не мальчишки. — Звучит как вызов. Нотт давит, управляя девушкой подобно марионетке. Он приподнимает ее голову, чувствуя обжигающее дыхание. Тео наклоняется, медленно проводя носом по нежной щеке. Вторая рука перемещается на тонкую талию, сжимая ее, притягивая Ив ближе. С уст Трэверс срывается тихий стон, умоляющий о продолжении. И Тео воспринимает это как призыв к действию, разрешение, которое он с радостью принимает. Нотт впивается в ее губы. Увереннее, чем в прошлый, ведь теперь он не боится получить отказ. Его движения резкие, жадные. Будто он никак не мог насладиться. Оба так истасковались, что забыли обо всем, растворяясь друг в друге. Ив первая углубляет поцелуй, издавая новый, неизвестный для нее звук, когда их языки соприкасаются. Подобный стон, который растворился в Теодоре, сводил его с ума. Тео делал делает шаг ближе, впечатывая девушку в стол. Та недовольно мычит, ведь каждый желал оказаться ближе. Руки Нотта отпускаются ниже, вводя узоры на спине, пробираясь под школьную мантию, опускаются ниже, задерживаются на талии, а затем отпускаются на бедра. Тео дергается, приподнимая Ив. Трэверс покорно подчиняется, удобно усаживаясь на столе. Поцелуй разорвался и два возбужденных взгляда зацепились друг за друга. В каждом читался испуг. Ведь все всегда заканчивается, стоит глазам встретиться, ведь разум брал вверх. Осознание, проблемы, собственная неуверенность, ударяли обоих. А главное страх. Не за себя, а за другого. Никто не хотел утащить другого в собственную тьму. Погубить… Или же, понимали, что если позволят себе большое, то это искреннее, теплое чувство развалится под гнетом проблем, творившихся сейчас в их мире. А так, у них есть маленький шанс на счастье, пускай и кратковременное. — Пойдешь со мной на бал? — задыхаясь, спросил Теодор. Его руки все еще находились на талии девушки, но подойти ближе, пока не смел. — Я организатор. Отдохнуть, увы, не получится. Нотт тихо рассмеялся. — Ты же не сможешь отказывать мне вечно, ты знаешь это? Ив поджала губы, стараясь вновь почувствовать жар от столь интимного прикосновения. Мозг молил о большем, желал об отдыхе. Трэверс мило улыбнулась, опустив взгляд низ. На вдохе, прикусила нижнюю губу. Прикосновения Нотта были прекрасны, будоражащие и затмевающие все… Девушка могла только чувствовать громкое биение собственного сердце и приятное чувство тепла, сладости, разносившегося по венам. В такие моменты, все проблемы исчезали. Будто не существовало ничего, кроме нежных рук, которые с каждой секундой вели себя все увереннее. Мягких губ, ласкающих ее кожу. Но стояло ему отстраниться, как вся боль и тяжесть жизни подростка накатывает на нее снова. С новой силой, буквально с размаху. Сбивая дыхания, путая мысли и моля, вновь прекратить эту боль и постоянную панику. Но Ив только отстраняется, ведь не понимает. Чего она хочет на самом деле? Унять голоса в голове? Или Теодора? — Ты чего? — Его тихий шепот, просачивается под кожу, заставляя дрожать. А взгляд, такой нежный, заботливый, что девушка прижимается сильнее, желая почувствовать всю ту заботу, что он может ей предложить. — Эй, Мур-мур. Трэверс выгибает спину, полностью подчиняется ласкам Теодора. — Так можно и привыкнуть, — вымолвила девушка и в миг прикусила язык. — Прятаться в темноте по кабинетам? — Тео тихо рассмеялся, но аккуратно провел рукой по губам волшебницы, будто пытаясь хорошенько запомнить каждый изгиб, каждую вмятинку. — Быть так близко, — тихо, едва различимо слетело с уст девушки. Нотт замер, всматриваясь в искренне глаза Ив, которые никогда ему не лгали... Они завораживали своим блеском и темной радужкой, обрамляя глаза. Быть с ней так близко… Настолько рядом… То единственное, что он так желал. И вместе с тем, ужасно боялся. Ему была невыносима одна только мысль о том, что однажды Ивейса изменит свои взгляды на жизнь, только потому, что он утянет ее на дно. Нотт боялся, что будучи поглощенный совсем другими делами, то все испортит. И он потеряет не только ту, что овладела всем его сердцем. Но и друга… Близкого, родного человека. — Я, — Тео замялся, не веря тому, что собирается сказать. — Я не могу. Не сейчас. Если мы оба не будем готовы, то все испортим. Трэверс дернула спину, попытавшись отстраниться. Крепкие объятья Теодора не позволили бы ей уйти, но Ив этого хотела. Пускай их мысли о возможных отношениях были схожи, но слова Теодора звучали как пощечина… Было больно. — Это не значит, что я не хочу быть с тобой. — Нотт поспешил объясниться. — Неужели ты не замечаешь? Я с ума по тебе схожу. И уже давно… Но если мы хотим все сделать правильно, сейчас, лучшее, что мы можем сделать, это дружить. — Мы итак дружим, — Ив пыталась скрыть за смехом, собственный страх и не уверенность. — И раз мы друзья, может мне пойти на бал с тем Гриффиндорцем? Теодор тихо фыркнул, сильнее сжимая талию волшебницы. — Не испытывай, — прошептал Нотт, игриво проводя языком по шее Трэверс. Он подарил ей быстрый, прощальный поцелуй, прежде чем отстраниться. Нотт ушел первый, исчез до того, пока не смог бы остановится. В груди неприятно ныло. Если они поступают правильно, то как унять ту пустоту, что совсем недавно играла всеми красками человеческой души.