Бремя крови

      Этим утром светило солнце. Тёплые яркие лучи впервые спустя несколько недель пробились сквозь плотные облака и коснулись продрогшей земли. Серое, хмурое небо постепенно разъяснилось. Грозовые тучи, несущие холодный проливной дождь, рамкой окантовали лоскут голубого неба, готовые в любой миг сжаться и скрыть привычную синеву, по которой так скучали люди.       Чонгук стоял в просторном коридоре, не обращая внимания на разговоры за спиной, и сквозь решётку на окне смотрел на небо.       Практически каждый день он просыпался, раскрывал глаза и видел над собой бескрайний голубой простор. Пушистые облака медленно проплывали, гонимые ветром, и складывались в причудливые фигуры.       Когда Чонгук был мальчиком, он любил лежать в дальнем саду среди множества любопытных цветов, которые каждый раз его приветствовали широко раскрытыми лепестками, и разглядывать облака. Нос щекотал тонкий аромат, вокруг жужжали трудящиеся пчёлы, скрываясь среди травинок, стрекотали кузнечики.       Он долго смотрел наверх и наблюдал. Иногда по небу резво скакал зайчик, а за ним гнался страшный волк. Иногда ворох облачного пуха складывался в огромный торт со сливками и ягодой клубники на самой верхушке. Иногда на голубом полотне разворачивалась ожесточённая борьба солдат.       Больше чем за двадцать лет он ни разу не думал о том, как счастлив видеть голубое небо. Оно всегда было над ним и никогда не исчезало надолго, чтобы он мог начать скучать. В груди неприятно сжалось сердце. Часто ли за свою жизнь Тэхён видел голубое небо? Сможет ли он вновь увидеть его?       Кто-то дёрнул Чонгука за рукав. Альфа медленно моргнул и повернул голову, встречаясь взглядом с Сокджином. Недалеко от них стоял Намджун, их близкие друзья и однокурсники.       — Пойдём. С минуты на минуту начнётся заседание, — позвал Сокджин и указал на вход в зал суда.       Чонгук кивнул, не сказав ни слова, и прошёл за старшим. Крепкие высокие двери были раскрыты, встречая их. Он переступил порог и направился к семье, не изменившись в лице. Сел в жёсткое кресло рядом с братом.       Вскоре ответственный человек громким голосом, который невозможно было не услышать или проигнорировать, произнёс:       — Всем встать, суд идёт!       Десятки присутствующих одновременно поднялись по команде, будто днями и ночами тренировали это движение. Военная выправка.       В зал вошла коллегия судей. На подиум поднялось три человека: председатель Верховного суда, главнокомандующий армией и Его Величество.       На мгновение в зале повисло напряжённое молчание. Судьи ознакомились с бумагами, лежавшими перед ними, переглядываясь, тихо между собой переговорили и подозвали ответственного человека со строгим голосом, избранного секретаря заседания. Секретарь озвучил:       — Судебное заседание объявляется открытым. Прошу пригласить в зал суда обвиняемого по особому производству.       Тяжёлые двери скрипнули. В зале застыла гробовая тишина, только напряжённое дыхание присутствующих и глухой стук шагов разносились по пространству.       Чонгук замер. После задержания он ни разу не получил разрешения на встречу. Тэхён попал под трибунал, делу присвоили гриф особой важности, и все свидания с обвиняемым были строго запрещены. Титул принца никак не помог ему увидеться с омегой, а статус возлюбленного и жениха только усугубил положение. Следствие считало его заинтересованным лицом.       Тэхёна завели в зал суда под конвоем. Он стоял в окружении нескольких военных, скованный сдерживающей петлей. Чонгук до боли в мышцах сжал кулаки, борясь с желанием вскочить и собственноручно снять с омеги оковы. Магические кандалы плотно обвивали его шею, спускались ниже, связывая локти и запястья за спиной.       Беспредел! На лбу альфы залегла глубокая складка, ноздри широко раздулись, настолько он был возмущён. Линия губ криво изогнулась. Для чего на шею Тэхёна накинули петлю? Чтобы лишить магических сил, достаточно наложить оковы на руки, но совершенно ни к чему обвивать шею, будто бы желая задушить.       От действий с непоправимыми последствиями Чонгука отвлёк голос Верховного судьи:       — Сегодня в зале суда в особом порядке слушается дело Ким Тэхёна, обвиняемого в государственной измене, шпионаже, выдаче государству-противнику сведений, составляющих государственную тайну, оказании консультации и иной помощи государству-противнику, сокрытии и искажении информации о событиях, создающих опасность для жизни и здоровья населения, подделке и изготовлении поддельных документов, незаконном получении и разглашении магических сведений, использовании запрещённых магических техник, организации нападения с участием особо опасных демонов на учащихся академии военной магии и организации террористического акта, а также в незаконном пересечении государственной границы и даче заведомо ложных показаний по ранее расследуемому делу.       По залу разнеслись взволнованные перешёптывания. Некоторые из присутствующих не сдержали поражённого восклика. У Чонгука от озвученного потемнело в глазах и закружилась голова. До сегодняшнего дня он не был ознакомлен с полной формулировкой обвинения.       — Прошу тишины в зале суда! — произнёс секретарь, желая усмирить возбуждённый народ.       Когда толпа утихла, Верховный судья продолжил:       — Прошу обвиняемого изложить свою версию произошедших событий. Ким Тэхён, вы готовы рассказать то, как всё было на самом деле?       — Да, Ваша честь, — охрипшим, но твёрдым голосом ответил омега.       — Тогда передаю вам слово.       Внимание всех присутствующих, все взгляды устремились к Тэхёну. Люди затаили дыхание, желая услышать подробности из первых уст.       Чонгук сжал губы в тонкую линию. Он наконец узнает правду обо всём, что произошло за последние пять лет.       Тэхён скользнул взглядом по людям и среди нескольких десятков нашёл Чонгука. Посмотрел в его чёрные глаза, приподнял губы в робкой улыбке и стал рассказывать с самого начала.