Всё началось весной

      — Лобастая, ты меня вообще слушаешь?! — Ино недовольно перемешала сахар в кофе, царапая ложечкой по дну, и свела брови к переносице.       Сакуру словно выдернуло из оцепенения. Она только сейчас поняла, что уже пару минут сидит, подперев рукой подбородок и смотрит в одну точку — цвета песочной охры. Осенняя листва кружила за окном, и густые гроздья чёрных туч обещали скорый дождь.       — Прости, Ино, что ты сказала? — Сакура потёрла рукой пульсирующий висок и извиняюще улыбнулась подруге. Она дважды слышала в её рассказе мелькающее имя Шикамару, но нить разговора была утеряна безвозвратно.       — Да проехали уже, — Ино надула губы, поправляя ворот кашемирового свитера. — Лобастая, ты чего в последнее время такая рассеянная? Влюбилась или что?       — Ничего я не влюбилась! — возразила Сакура и слишком поздно поняла, что это было пылко, потому что Ино скептично вскинула бровь. — Просто устаю на работе.       Эта ложь была безыскусной — точно. Потому что уже несколько недель из её головы не выходил один надоедливый образ. С подозрительно пепельными волосами и тёплым низким голосом. И Сакура надеялась, чтобы это были просто мысли от скуки, но лёгкий трепет в животе при встрече говорил о самом худшем. Это не просто дружеское волнение.       — Ну да конечно, — фыркнула Ино, и в её голосе не было и намёка на то, что она поверила в эту неумелую ложь. — Не хочешь пока рассказывать — не надо, — она достала ложечку из кофе, покачивая ею в воздухе. — Но при встрече с подругой я хочу обсудить все последние сплетни, а не лицезреть стеклянный взгляд.       Она поставила невидимую точку в их разговоре, и Сакура поджала губы. Ей так редко удаётся пересечься с Ино, и вот им выдалось всего на час встретиться в её единственный выходной. Но даже сейчас она была занята своими мыслями. Сакура вздохнула. Из неё ужасная подруга.       — Прости, Ино, — она искренне улыбнулась и положила свою ладонь поверх её. — Я вся не своя в последнее время.       От тёплого дружеского прикосновения Ино мгновенно смягчилась и положила поверх ладони Сакуры свою, совсем забывая про кофе.       — Да ну тебя, Лобастая, не нужны мне твои извинения, — она улыбнулась в ответ и Сакура поняла, что сказала глупость. Ино и правда не нужны были её извинения. Сакура её лучшая подруга, и ей не нужно лишних слов.       Сакура спокойно откинулась на спинку мягкого диванчика и поправила свечку, мирно играющую огнём на их столе.       — Я такая глупая… — она усмехнулась, отбрасывая от лица розовые пряди. — Обещай, что не будешь смеяться, если я тебе скажу, о ком думаю.       — Пф, — Ино чуть не закатила глаза. — Трудно придумать что-то глупее твоей истории любви с Саске… Прости! — она подобралась, понимая, что высказалась слишком резко. Дверь кофейни распахнулась с лёгким звоном фурин, пропуская внутрь девочек-генинов, только что вернувшихся с лёгкой миссии. Ино посмотрела на часы. — У меня уже обед закончился, надо бежать, не то Ибики снова будет прожигать меня взглядом! — она быстро поднялась из-за стола и накинула на плечи светлое пальто, поднимая ворот.       — Будешь дома — позвони, — Сакура махнула рукой на прощание, наконец-то отпивая уже остывший кофе, и чуть не поперхнулась, потому что Ино наклонилась к ней и заговорщически прошептала:       — Буду ждать подробного рассказа о нём, когда будет что рассказать.

***

      Всю последующую неделю Сакура пыталась не думать. Она точно знала, как это начинается. Сначала это просто мечтания перед сном: о встречах, о дружеских прогулках, где он интересуется её жизнью. Потом навязчивые мысли изо дня в день, а мечтания перед сном рисуют картины касаний — просто рука в руке. Наверное, это приятно. И так незаметно зыбучие мысли поглощают тебя наполовину. И вот уже перехватывает дыхание, когда графитный взгляд останавливается на розовых волосах и голос — трескучий, как костёр — шепчет на ухо, отскакивающее по слогам: «Йо, Сакура-чан».       — Этого не может быть! Нет! — Сакура замотала головой, крепко зажмурив глаза. — Нет-нет-нет…       — Сакура-чан? — повторил в реальности яркий голос, не такой обволакивающий, совсем не распаляющий внутри тлеющий шар. Яркий свет белых ламп медицинского кабинета трезвил реальностью. — Э-эм… ты в порядке?       Наруто стоял, упираясь ладонями в её рабочий стол, и внимательно изучал её ясным, синим взглядом. И видимо на Сакуре не было лица, потому что в глазах напротив отражалось беспокойство.       — Наруто! — она выдохнула, голос всё ещё подрагивал от красочной иллюзии. И совсем не от волнения. — Всё хорошо… Т-ты что тут делаешь?       — Прости, я забыл сказать, — он распрямился, улыбаясь фирменной улыбкой. — Какаши-сенсей отправил меня на осмотр. Чем быстрей пройду, тем скорее отправлюсь на миссию. Ты можешь сейчас сделать? — он умоляюще сложил руки. — Пожа-а-алуйста.       Сакура встала из-за стола, строго сложив руки на груди. За окном в осенних сумерках пролетела кричащая стайка ворон. В открытое окно потянуло прохладой. Его имя подвинуло в груди теплящиеся угольки.       — Ладно, проходи, — она махнула в сторону раздвижной ширмы и накинула на шею стетоскоп. — Но только в качестве исключения!       — Сакура-чан, я тебя обожаю! — Наруто чуть ли не бегом направился за ширму, стягивая через голову футболку.       Сакура потёрла руки, согревая остывшие ладони, и прикоснулась холодным стетоскопом к груди Наруто.       — Как там Какаши-сенсей? — она пыталась придать голосу максимально безразличный тон, вслушиваясь в ровное биение сердца одним ухом.       — Да ничего, — Наруто старался сидеть ровно. — Как всегда сидит у себя в Башне, даттебайо. Я пытался пригласить его на тренировку, но он всё занят, — он вздрогнул, когда Сакура прикоснулась светящимся ирьёниндзюцу к основанию шеи. — Хех, прохладно.       — Извини, но эта техника всегда такая, — сосредоточенно проговорила Сакура, внимательно диагностируя потоки чакры. — И что, давно он так? — она отошла на два шага назад, оценивая состояние мышц спины. — Подними вверх руки.       — А ты когда заглядывала? — Наруто поднял руки и крепкие мышцы синхронно напряглись. — Сходи к нему, а. Может тебе удастся его куда-то вытащить? Ой! — он дёрнулся, потому что Сакура прикоснулась к лопаткам прохладными ладонями.       — А вот тебе следует больше отдыхать, Наруто, — строго сказала она. — Мышцы очень напряжены, — она развеяла ирьёниндзюцу. — Руки можешь опускать. И одевайся.       Сакура прошла к столу и начала заполнять форму осмотра, что-то быстро записывая в ровные строки. Наруто натянул футболку и довольно упёр руки в бока.       — Но я же могу отправиться на миссию, а, Сакура-чан?       — Можешь, — не успела она договорить, как Наруто подпрыгнул с победным воплем. Понимающая улыбка расцвела на её лице. Вот таким она и помнила его: неугомонным и безрассудным. — Отчёт для Какаши отнесу сама, — она отодвинула от себя заполненные бумаги.       — Я тебя обожаю, Сакура-чан! — Наруто перевалился через стол и крепко обнял подругу за плечи.       — Только помни, что я тебе сказала про отдых, балбес! — строго сказала Сакура, обнимая его в ответ, будучи уверенной, что Наруто уже её вовсе не слышит.

***

      Какаши устало потёр лоб и встал из-за стола. Мышцы затекли от долгого сидения, и ощущалось это так, будто за год работы в Башне он постарел на десяток лет. Стол Шикамару пустовал уже с четверть часа, и над Конохой сгустилась ночь. Какаши открыл настежь окно, впуская прохладный осенний воздух, и вздохнул почти с тоской.       Хотелось пустить ток чакры в подошвы ботинок и выскочить в ночь: пробежать по знакомым крышам к полигону, запустить круговорот чакры в теле, активировать Райкири, но… Но. Он обернулся, подмечая, что неплохо было бы до завтра разобраться с договорами из Скрытого Камня. Хотелось сделать как можно больше, прежде чем отдать пост Наруто и уйти на покой.       — Хр-р, — буркнула свернувшаяся на диване свинка Шизуне Тонтон.       — Да-да, — откликнулся Какаши и перевёл уставший взгляд на снимок команды номер семь, стоявший на его столе, уже жалея, что отказался от тренировки с Наруто. Но в последнее время ему и без этого достаточно мыслей о своей команде. Вернее об одном человеке из них.       Какаши посмотрел на довольную Сакуру на снимке и сжал пальцами переносицу. Вполне нормально было то, что, после ухода Саске, Сакура стала чаще общаться с ним и Наруто. И то, что в общении они подшучивали друг над другом — тоже нормально. Так было всегда. Но отчего-то в последнее время шутки обрели ненужный подтекст. И кажется, это было вполне осознанно.       И Какаши это совсем не нравилось.       — Мы сегодня задержались, — Какаши посмотрел на часы — почти десять вечера. — Даже ты утомилась? — спросил он поросёнка.       — Пе-е! — Тонтон согласно хрюкнула и спрыгнула с дивана, готовая идти на заслуженный отдых.       — Ну что ж, — Какаши убрал печать Хокаге в ящик стола. — Тогда пошли искать твою хозяйку.       И не успел он подняться из-за стола, как в кабинет ворвалась Сакура, принося с собой запах сухой листвы и приближающегося холода.       — Вы ещё тут, Какаши-сенсей! — воскликнула она с лёгким упрёком, отбрасывая за спину непривычно отросшие пряди.       — Кажется, да, — он не заметил, как улыбнулся под маской и сел обратно за рабочий стол.       Сакура быстро дышала, словно бежала всю дорогу от госпиталя до башни. Расстегнув пальто, достала из внутреннего кармана заполненную форму и протянула Какаши.       — Отчёт по состоянию Наруто, — она улыбнулась, всё ещё пытаясь незаметно отдышаться.       — И потому ты решила принести его лично, — он взял у неё форму и поставил печать, стирая с лица ненужную улыбку.       — Тонтон, Шизуне сейчас придёт, — Сакура погладила вертящегося у её ног поросёнка и вскинула на Какаши горящий зеленью взгляд. — Я пришла отчитать вас! — она уперла только на первый взгляд аккуратные кулаки в бока. — Наруто сказал, что вы сутками просиживаете в Башне!       — Не ты ли мне недавно говорила, что в моем возрасте долго гулять вредно?       Видит Ками, он не хотел поднимать этот разговор, но как будто это было выше его сил, — не поддёрнуть её недавними словами. Просто чтобы посмотреть за реакцией. Какаши сжал в руках печать, которую всё ещё зачем-то держал.       — Пф, — Сакура фыркнула и вскинула брови. — Не думала, что вы такой глупый, что воспринимаете все слова всерьёз.       — Значит я не только старый, но ещё и глупый, — Какаши тихо посмеялся и наконец-то заставил себя расцепить пальцы, откладывая в сторону печать.       — Вы забыли добавить, что ещё и упрямый, — поддразнила его Сакура. — Хватит, поднимайтесь! Прогуляемся.       — Сакура, — Какаши прикрыл глаза. — Мне бы разобраться вон с той стопкой, — он кивнул в сторону договоров из Скрытого Камня, которую уже успел списать на завтра, но… Но.       — Да перестаньте вы, — она хитро улыбнулась, и что-то недоброе промелькнуло в зелени её глаз. — Вы же говорили, что Хокаге имеет право отлучиться на пару часов. По личным делам.       Сакура сделала выразительный акцент на последних словах, задевая внутри Какаши неприятную тревожную струну, и протянула ему раскрытую ладонь. За открытым окном зашелестели сухими кронами деревья, и Какаши подумал, что осень в этом году баловала холодом.       И ему охладиться вовсе не помешает.

***

      Несмотря на поздний вечер, в центре Конохи пылали огни. Вдоль лавок были протянуты гирлянды, согревающие пространство жёлтым светом. Деревня всё больше походила на страну Тумана, в которой даже ночью кипела жизнь.       Сакура шла вдоль лавок с закусками, кутая ладони в рукавах свитера. Редкий ветер пронизывал порывами, взметая с земли пожелтевшую листву. Они шли молча, и Сакура хотела, но никак не могла нащупать нить разговора.       Ей сложно было представить, что она когда-то будет скромно молчать перед Какаши. Тем самым Какаши, которого без зазрения совести ещё около четверти часа назад отчитывала в Башне.       — Если замёрзла, могу проводить тебя домой, — Какаши нарушил молчание и сбавил темп.       — Нет, — очередной порыв ветра раздул её волосы, закрывая лицо. — Мы только вышли, и… — Сакура провела взглядом по улице, пытаясь ухватиться за какую-нибудь лавку, как за предлог. — И я предлагаю взять тайяки и чай!       Она указала в сторону самой дальней лавки с уличной едой. Там, где в конце улицы свет гирлянд становился глуше. Какаши заложил руки в карманы штанов и прищурился, понимая, что она собирается делать.       — Сакура, — она обернулась, стоило ему позвать. Но голос Какаши стал ниже, теряя тёплую трескучесть. — Тебе не нужно заставлять себя быть здесь. Поверь, я могу сам о себе позаботиться, — он улыбнулся одними глазами, и Сакура покачала головой.       — Видела я, как вы о себе заботитесь, — прилавок с десертами приятно освещал её лицо, и Какаши вдруг подумалось, что Сакура чего-то недоговаривает. — И я хочу быть здесь. Два карамельных тайяки, пожалуйста, — она протянула продавцу монеты, стараясь больше не заглядывать в слишком пронзительный взгляд напротив.       Тёплый чай согревал пальцы сквозь тонкий слой картонного стаканчика. Наверное, прошло полчаса или около того — Сакура вовсе потеряла счёт времени, пока они сидели на скамье с Какаши, разговаривая обо всём на свете, и ни о чём в частности.       — Ты не скучаешь? — Какаши развернул бумажный пакетик тайяки, к которому до сих пор не притронулся.       — В смысле? — Сакура подняла брови, не сразу улавливая суть вопроса. — Вы про Саске?       Она смотрела, как преломляется тёплый свет гирлянд в его волосах и думала, что, конечно же, он про Саске. Именно Какаши всегда утешал её, когда она плакала из-за него. Сакура печально дёрнула уголком губ.       — Я в целом, — спокойно ответил Какаши, наблюдая за её реакцией. — Наруто сейчас часто на миссиях, а я всё реже могу с тобой увидеться. Прости за это.       Эти слова ощущались как ушат холодной воды, потому что Сакура едва поёжилась от хлынувших по телу мурашек.       — Да бросьте, — она посмеялась, слизывая с пальцев остатки солёной карамели. — Я часто встречаюсь с Ино. Да и в госпитале работы столько, что некогда скучать.       Она врала, и Какаши это было заметно. Он прокрутил «рыбку» на палочке между пальцев. А впрочем, чего он хотел, он всего лишь её бывший сенсей.       — Как старый и глупый Хокаге буду надеяться, что ты следуешь своим же советам об отдыхе.       Он перевёл тему, разбавляя разговор уже таким привычным для них юмором. Наблюдая, как Сакура запрокидывает голову и смеётся от его слов, Какаши почувствовал, что сам наконец-то расслабляется. Впервые за долгое время.       — Ну… у меня есть пара часов «для личных дел», — она знала, что всегда проигрывает в их словесной схватке, но всё равно вернула ему старую фразу, всё ещё чувствуя липкие остатки карамели на кончиках пальцев. Сладкие, как этот вечер.       — Вот как, — Какаши иронично вскинул брови, и Сакура успела пожалеть, что решила его зацепить. Удивительно, как по́шло могла звучать такая простая фраза из его уст.       — Ками, вам нужно меньше читать романов Джирайи, и… — она уже хотела проехаться по тому, будь у него больше «личных дел», он бы не шутил об этом так часто, но остановилась на полуслове.       Какаши, как ни в чём не бывало стянул с лица маску и откусил пирожное, улыбаясь ей краешком губ. Она смотрела на него, словно видела впервые. На ровную линию подбородка, на аккуратную родинку в уголке губ. Наруто с треском проиграл, когда ставил на то, что их сенсей урод.       — Сакура? Ты что-то хотела сказать? — ироничный голос Какаши доходил до неё, словно сквозь ветряную стену. Сквозь туман поздней осени, гул сердца в ушах.       Она знала, что играть с Какаши в эту игру заведомо было проигрышным решением, но... Но.       — Туше.