Глава 13. В одном небе.
14 июня 2026 г., 16:08
Микки узнал об этом за час до брифинга.
Сообщение от миссис Дэвис пришло в семь утра:
Капитан Милкович, в ваш экипаж на сегодняшний рейс временно назначен бортпроводник Галлагер Йен. Причина — болезнь Кесси Моррисон и отсутствие других резервных сотрудников. Прошу отнестись с пониманием.
Микки прочитал сообщение три раза. Потом выключил экран и уставился в потолок.
Семнадцать трещин.
Он знал, что это случится. Йен сказал ему в прошлый раз.
«Через два дня меня, скорее всего, поставят в твой экипаж».
Микки надеялся, что обойдётся. Не обошлось.
Он встал, заварил кофе, посмотрел в зеркало. Под глазами — круги. Бледный. Уставший.
Справлюсь, — сказал он себе. — Просто работа. Он не будет лезть. Я не буду к нему подходить. Всё нормально.
Он надел форму. Рубашка. Галстук. Китель.
***
Микки зашёл в комнату экипажа за десять минут до брифинга.
Йен уже был там.
Сидел на своём обычном месте — в углу, у стены. Пил кофе из пластикового стаканчика, смотрел в телефон. Когда Микки вошёл, поднял голову.
— Капитан, — сказал он ровно.
— Галлагер, — так же ровно ответил Микки.
Никаких лишних взглядов. Никаких «ты выглядишь хреново» или «как спалось». Просто — работа.
Микки сел за стол, разложил документы. Йен вернулся к телефону.
Тишина.
Через пять минут пришли остальные. Джекс с вечной кружкой кофе, Мэгги с планшетом, Кесси — нет. Вместо неё — молоденькая стюардесса, которую Микки видел пару раз. Лиза, кажется.
— Кесси заболела, — сказал Микки. — Сегодня с нами Лиза. Она новенькая, присмотрите за ней. — Он посмотрел на Йена. — Галлагер, ты сегодня за старшего в салоне.
Йен кивнул.
— Без проблем.
Микки раздал обязанности. Маршрут — Чикаго — Лас-Вегас, три часа сорок минут. Погода ясная, турбулентность не ожидается.
— Вопросы? — спросил Микки.
— Нет, капитан, — ответил Йен за всех.
— Тогда по местам.
В коридоре Джекс догнал Микки.
— Ты в порядке? — спросил второй пилот.
— В порядке.
— С Галлагером…
— Всё нормально, — перебил Микки. — Мы работаем.
Джекс не стал больше спрашивать.
***
Самолёт набрал высоту, и Микки переключил автопилот.
За иллюминаторами — облака, яркое солнце, синее небо. Внизу — где-то далеко — поля, дороги, города.
Джекс молчал, пил кофе.
По внутренней связи Микки слышал, как работает салон. Лиза объявляла правила безопасности — голос дрожал, заметно волновалась. Мэгги помогала ей.
И голос Йена — спокойный, ровный, уверенный.
— …нет, сэр, ваш багаж не поместится на верхней полке, потому что вы взяли с собой шкаф. Сдайте его в багаж. Нет, я не шучу.
Пассажир засмеялся.
Микки невольно усмехнулся.
— Что там? — спросил Джекс.
— Ничего. Галлагер шутит.
— С пассажирами.
— С идиотами, — поправил Микки. — Но пассажиры это ценят.
Джекс хмыкнул.
— Он хорошо работает, — сказал он.
— Знаю, — ответил Микки.
И сам удивился тому, что сказал.
***
Через два часа после взлёта самолёт тряхнуло.
Сначала слабо — жёлтая турбулентность, обычное дело. Микки включил табло «Пристегните ремни». Потом тряхнуло сильнее — зелёная зона, уже серьёзно.
— Блядь, — сказал Джекс. — Диспетчер предупреждал?
— Нет, — Микки сжал штурвал. — Резкая смена.
Самолёт заходил ходуном. Пассажиры закричали.
По внутренней связи раздался голос Йена:
— Капитан, у нас в салоне паника. Пассажиры встают с мест. Я пытаюсь усадить их обратно.
— Действуй, — ответил Микки. — Мэгги, Лиза — помогайте Галлагеру. Джекс, держи курс.
Микки слышал, как Йен работает. Спокойно, чётко, без паники.
— Сэр, сядьте на место. Нет, ваша бабушка в безопасности. Сядьте. Сейчас. Спасибо. Мадам, пристегнитесь. Ребёнок подождёт. Нет, не надо выходить в проход. Сядьте. Все. Сейчас.
Через три минуты турбулентность стихла. Самолёт выровнялся.
— Галлагер, докладывай, — сказал Микки.
— В салоне всё нормально, капитан. Одна женщина упала с кресла — ушибла локоть. Лёд приложили. Остальные целы.
— Хорошо.
Микки выключил связь. Посмотрел на Джекса.
— Он справился, — сказал второй пилот.
— Справился, — согласился Микки.
И почувствовал что-то вроде гордости. Чужой. Не своей. Но приятной.
***
После турбулентности Микки решил выйти в салон — проверить, всё ли в порядке.
Он отстегнул ремни, вышел из кабины. Прошёл через первый класс — Мэгги успокаивала пожилую пару. Лиза раздавала воду.
В экономе Йен стоял у ряда 14, наклонившись к маленькой девочке. Девочка плакала — лет пять, в косичках, сжимала плюшевого мишку.
— Всё уже прошло, — говорил Йен тихо. — Видишь, за окном спокойно. Ничего не трясётся.
— А вдруг ещё? — всхлипывала девочка.
— Если ещё — я тебе честно скажу, ладно? У меня есть секретный прибор, который предупреждает о тряске. — Йен показал на часы. — Видишь? Сейчас зелёный свет, значит, всё хорошо.
Девочка посмотрела на часы, потом на Йена.
— Правда?
— Честное слово бортпроводника.
Девочка вытерла слёзы.
Йен выпрямился и увидел Микки.
— Капитан, — кивнул он.
— Галлагер.
Они смотрели друг на друга. Метр между ними. Безопасная дистанция.
— Хорошо сработал, — сказал Микки.
— Спасибо, — ответил Йен.
Никто не отводил взгляд.
Микки почувствовал, как внутри что-то сжимается — не от страха. От чего-то тёплого, что он не хотел признавать.
— Продолжай в том же духе, — сказал он и пошёл обратно в кабину.
Йен смотрел ему вслед.
Когда Микки скрылся за дверью, он выдохнул — и едва заметно улыбнулся.
***
Лас-Вегас встретил их ярким солнцем и пустынным ветром.
Микки посадил самолёт мягко — колёса коснулись бетона почти невесомо. Джекс кивнул с одобрением.
— Красиво, — сказал он.
— Знаю.
Микки вырулил к терминалу, выключил двигатели. Пассажиры захлопали — хорошая посадка всегда вызывает аплодисменты.
— Экипаж, — сказал Микки в связь. — Посадку приняли. Спасибо за работу.
— Принято, капитан, — ответил Йен.
Микки вышел из кабины.
В салоне пассажиры уже вставали, доставали сумки. Йен стоял у выхода, помогал людям.
— Хорошего дня, — говорил он каждому.
Микки встал у двери — как всегда.
— Спасибо, капитан, — сказал мужчина в деловом костюме.
— Пожалуйста.
Когда пассажиры вышли, Йен подошёл к Микки.
— Хороший рейс, — сказал он.
— Нормальный, — ответил Микки.
Они стояли в пустом салоне. Вокруг — пустые кресла, убранные подносы, тишина.
— Ты не отводил взгляд, — сказал Йен.
— Что?
— В салоне. Когда я сказал «капитан». Ты посмотрел на меня и не отвёл взгляд.
Микки молчал.
— Это что-то значит? — спросил Йен.
Микки посмотрел ему в глаза. Зелёные. Спокойные. Не боящиеся.
— Может быть, — сказал он. — Посмотрим.
Он развернулся и пошёл к выходу.
Йен остался стоять.
И улыбнулся — уже не скрываясь.
