На взлёт

Их вызвали одновременно. Записка от миссис Дэвис пришла утром: «Капитан Милкович и бортпроводник Галлагер, жду вас в 10:00. Решение готово». Микки прочитал её три раза. Потом молча передал Йену. — Решение, — сказал Йен, прочитав. — Ага. — Это хорошо или плохо? — Не знаю. Йен взял его за руку. — Что бы ни было, — сказал он. — Мы вместе. — Знаю, — ответил Микки. Они оделись молча. Форма, галстуки, кители. Микки поправил фуражку перед зеркалом. Йен подошёл сзади, обнял за талию. — Пошли, — сказал он. — Пошли, — ответил Микки. *** Миссис Дэвис встретила них в своём кабинете. На столе — никаких папок. Только кружка с кофе и пустой блокнот. — Садитесь, — сказала она. Они сели. — Я переговорила с руководством, — начала миссис Дэвис. — Это было непросто. Микки сжал подлокотники. — Решение таково: вы оба остаётесь в компании. Микки выдохнул. Йен — тоже. — Но, — продолжила миссис Дэвис, — вас переводят в разные экипажи. На три месяца. Это формальность, чтобы снять напряжение. Через три месяца — пересмотрим. Микки кивнул. — Мы согласны, — сказал он. — Ещё одно, — миссис Дэвис взяла кружку. — Кесси получила выговор. За ложный донос и создание конфликтной ситуации. Она больше не будет работать старшей в ваших рейсах. Если повторится — увольнение. Йен посмотрел на неё. — Она не будет мстить? — спросил он. — Я позабочусь об этом, — ответила миссис Дэвис. — Кесси хороший работник. Но она перешла границу. Она это поняла. Миссис Дэвис встала. — Это всё, капитан. Вы свободны. Микки поднялся. — Спасибо, — сказал он. — Не благодарите, — ответила миссис Дэвис. — Работайте хорошо. И не давайте поводов. Микки и Йен вышли. *** Они шли молча. Коридор тянулся бесконечно. — Три месяца, — сказал Йен. — Ага, — ответил Микки. — Это недолго. — Знаю. В коридоре никого не было. Йен взял его за руку. — Я буду скучать, — сказал он. — Я тоже, — ответил Микки. Они вышли на улицу. Сели в машину. Микки завёл двигатель, но не поехал. Смотрел на руль. — Сегодня последняя ночь, — сказал он. — Перед чем? — спросил Йен. — Перед тем, как мы станем разными экипажами. Йен посмотрел на него. — Да, — сказал он. — Последняя. — Едем домой, — сказал Микки. — Едем. *** Они зашли в квартиру. Микки закрыл дверь, прислонился к ней спиной. — Я хочу, — сказал он. — Чего? — Всего. — Микки посмотрел на Йена. — Сегодня. С тобой. Йен подошёл к нему. — Ты уверен? — Да. — Мы можем не спешить. — Я не хочу не спешить, — сказал Микки. — Я хочу тебя. Весь. Сегодня. Потому что завтра… Он не закончил. Йен взял его за руку, потянул в спальню. *** Йен поцеловал его. Медленно. Глубоко. Руки скользнули по спине Микки, задержались на поясе джинсов. — Можно? — спросил он. — Да, — ответил Микки. Йен расстегнул пуговицу, потянул молнию. Джинсы упали на пол. Микки остался в футболке и белье. — Иди сюда, — сказал Йен. Он потянул Микки за руку, уложил на кровать. Лёг рядом, навис сверху — не давя, опираясь на локти. — Ты дрожишь, — сказал он. Микки кивнул. — Боишься? — спросил Йен. — Нет, — ответил Микки. — Волнуюсь. Йен обнял его. — Я здесь, — сказал он. — Я никуда не уйду. Йен провёл пальцами по его щеке, по губам, по подбородку. Он стянул с Микки футболку. Потом — бельё. Микки лежал голый. Смотрел на Йена снизу вверх. Йен поцеловал его в ключицу. Потом — ниже, на грудь. Потом — на живот. Микки закрыл глаза, чувствовал губы, язык, дыхание. — Я хочу тебя, — сказал Микки. — Я знаю, — ответил Йен. — Но не торопись. Он потянулся к тумбочке, достал смазку. Микки смотрел на его руки. — Сейчас я буду трогать тебя внутри, — сказал Йен. — Медленно. Если захочешь остановиться — скажи «хватит». — Хорошо. Йен выдавил смазку на пальцы, растёр. — Сначала один, — сказал он. Он вошёл. Микки замер. Чувствовал чужое тело внутри — странно, непривычно, но не больно. — Дыши, — сказал Йен. Микки выдохнул. — Ещё? — Да. Йен добавил второй палец. Микки напрягся — Йен замер. — Тише, — сказал он. — Я подожду. Микки дышал. Сжимал простыню. — Теперь лучше, — сказал он. Йен задвигал пальцами — медленно, осторожно. Искал. Нашёл. Микки выгнулся. — Хорошо? — Да, — Микки закрыл глаза. — Не останавливайся. Йен гладил изнутри — ритмично, глубоко. Микки таял. Чувствовал, как напряжение растёт, как тело становится чужим, подвластным только Йену. — Можно третий? — спросил Йен. — Да. Йен добавил третий палец. Микки напрягся — но не от боли. От полноты. — Теперь я готов, — сказал он. Йен убрал пальцы. Вытер их о простыню. Нанёс смазку на себя. — Смотри на меня, — сказал он. Микки открыл глаза. Зелёные. Сверху. Спокойные. Он вошёл. Медленно. Плавно. Останавливаясь на каждом сантиметре. Микки чувствовал его — живого, тёплого, настоящего. Внутри. Снаружи. Везде. Боль была — короткая, острая. Но Йен замер, дал привыкнуть. — Дыши, — сказал он. Микки выдохнул. — Двигайся, — сказал он. Йен двигался. Медленно, плавно. Микки лежал на спине, сжимал простыню, чувствовал каждое движение. — Хорошо? — спросил Йен. — Да, — ответил Микки. — Но я хочу тебя чувствовать по-другому. — Как? — Сядь. Я сверху. Йен замер. Посмотрел на него. — Ты уверен? — Да, — ответил Микки. — Я хочу сам. Хочу контролировать. И хочу видеть твоё лицо. Йен кивнул. Осторожно вышел, сел на кровати, прислонившись спиной к изголовью. Протянул руки Микки. Микки забрался к нему на колени — лицом к лицу, ноги по бокам. Опустился. Медленно. Дюйм за дюймом. Чувствовал наполненность — глубже, чем раньше. Тяжесть. Полноту. Их лица были в нескольких сантиметрах. Микки видел каждую веснушку, каждую ресницу, каждую тень в зелёных глазах. — Всё хорошо? — спросил Йен. — Да, — выдохнул Микки. — Просто… много. Но хорошо. — Я подожду. Микки дышал. Сидел на Йене, чувствовал его внутри себя. Тепло, пульс, жизнь. Йен обнял его за талию, не давил — просто держал. — Двигайся, когда будешь готов, — сказал Йен. Микки приподнялся. Опустился. Медленно. Плавно. Они смотрели друг на друга. Глаза в глаза. Микки ускорился. Нашёл ритм. Чувствовал, как напряжение растёт внизу живота, как тело становится чужим, подвластным только ему и Йену. Йен смотрел на него снизу вверх. Глаза — тёмные, зрачки расширены. Губы приоткрыты. — Ты красивый, — сказал Йен. — Не начинай, — ответил Микки. — Ты. Красивый. Микки ускорился. Дышать стало трудно. — Я сейчас, — выдохнул Микки. — Я тоже, — ответил Йен. Микки кончил первым — с тихим стоном, выгнулся, вцепился в плечи Йена. Тело свело на несколько секунд, потом отпустило. Йен кончил в Микки следом — с низким, хриплым звуком, вцепился в бёдра Микки. Микки упал на него. Уткнулся лицом в шею. Йен обнял его. Гладил по спине. Они сидели так, обнявшись. Тесно. Жарко. Не разжимая рук. *** Они лежали в темноте. Йен гладил Микки по спине. — Ты как? — спросил Йен. — Хорошо, — ответил Микки. — Очень хорошо. — Не врёшь? — Немного, — Микки улыбнулся. — Но в хорошем смысле. Йен поднял голову, посмотрел на него. — Я люблю тебя, — сказал он. — Я знаю, — ответил Микки. — Я тоже тебя люблю. Йен поцеловал его. Они заснули в обнимку. *** Микки проснулся от того, что Йен обнимал его. Руки на талии, дыхание на затылке. Тепло. Спокойствие. Он не хотел вставать. — Ты спишь? — спросил он. — Нет, — ответил Йен. — Сегодня первый день. — В разных экипажах. — Ага. Йен поцеловал его в плечо. — Мы справимся, — сказал он. — Знаю. Они лежали ещё немного. Потом встали. Оделись. Микки смотрел, как Йен застёгивает китель. — Ты красивый, — сказал он. — Я знаю, — ответил Йен. — Заткнись. — Не затыкай. Микки усмехнулся. Они вышли из квартиры. Сели в машину. Поехали в аэропорт.