Несдерживающий Фактор

???

      Окетра совершенно не желала двигаться. Зачем? Сейчас она чувствует себя так спокойно: открытые плечи аккуратно что-то покалывает, тело не бьёт холодная дрожь, а каждый вдох — прояснение мыслей. Левый висок щекочет лохматая макушка друга мироходца. Лололошка размерено дышит, а леди вслушивается в этот процесс. Сейчас он снова спокойный юноша, каким девушка привыкла его видеть. Она не видит лица из положения, в котором находится, но ей и не нужно, он разумеется нисколько не поплохел. Серебрянные глаза в любом случае не донесут до головы объективной реальности. Сердце переменит восприятие и сгладит горечь синяков от побоев Хариса. Сейчас зрение второстепенно.       Девушка всё-таки решила разнообразить досуг некоторыми движениями. Правая рука неуверенно двинулась, нежно поглаживая то, на чём лежала. Развернув голову, Окетра поняла, что лежит на зелёной траве. Её цвет впился в сетчатку: такой яркий, свежий – синевласка никогда не видела такой зелени. Даже проклятый остров блестал перед леди более тусклым цветом. Окетра неуверенно провела рукой по дуге, вырисовывая крыло и ощущая сотни травинок, оставляющих прикосновения на нежной загорелой коже. «Щекотно» — блестело детское озорство в голове. Захотелось передать и левой руке этот чарующий своей простой опыт. Окетра потянула кисть чуть вверх, дабы перекинуть её к правой, но столкнулась с непоколебимым сопротивлением. Голова дёрнулась от внезапного противодействия, даже слишком резко.       Серебристые глаза в процессе уловили, что госпожа лежит в высокой траве, сокрытая от мира. Единственная информация — очаровательная растительность и чистейшее голубое небо, с которого на девушку мягко смотрит солнце, невзначай оставляя прикосновения, но не Мисровские: резкие и грубые –, а аккуратные и оберегающие.       Взгляд Окетры снова упал на юношу слева. Глаза, вернув потребность наблюдать, наконец рассмотрели его. Одежда такая же белая, а среди этого зелёного покрывала даже режущая серый взор. Госпожа приподняла голову, и вплотную увидела лицо парня. Как она и чувствовала, на лице было несколько несерьёзных синяков. Девушка бы не вынесла, если бы это прекрасное лицо уродовала бы такая вещь как шрамы или даже царапины, во всяком случае не сейчас, не в эту минуту. Леди продолжала ощущать сопротивление в левой руке, а женская внимательность улавливала, как Лололошка сквозь сон недовольно жмурится. Окетра снова приподнимает голову ещё выше, и наблюдает как между её бёдрами и бёдрами Ло, последний крепко сжимает кисть первой.       Девушка внезапно чувствует, что стало чуток теплее. Рука зажатая в тиски непроизвольно напряглась, отвечая на жест, медленно руководя пальцами, подобно заклинателю змей. Тонкость фаланг позволила медленно и без затруднений направить их меж чужих, сплетая руки в замок. Этот жест не вызвал сопротивление, а лишь расслабленное разрешение. И вот мизинец припал к мизинцу — руки сомкнулись в крепкий замок. Девушка заметила: милый друг больше не жмуриться, а лишь вновь размерено вдыхает и выдыхает. Окетра снова заметила, что лицу становиться всё теплее. Мысли путаются, желание двигать даже малейшей мышцей угасает. «Я хотела… Что я хотела?..» — девушка снова подстраивается под парня-мироходца. Мягкая подушка из лохматых кофейных локонов снова путается с темно-синими волнами волос леди. И всякие порывы изменить нынешнее положение снова сковываются этим нежным чувством. «Он не хочет чтобы я уходила… А я хочу сейчас идти куда-то? Может позже… Когда он проснётся… Мы оба заслужили гораздо больше. Ло заслужил гораздо больше. Так можно нам растянуть хотябы этот момент?..» — Девушка продолжала жадно сжимать кисть товарища, пытаясь удержаться от постыдного желания обнять Лололошку всем телом, прижаться к нему каждым миллиметром и не отпускать. — «Снова эти мысли… Я не могу не думать о нём иначе, в таком положении уж точно… Прости меня Лололошка… За что ты так со мной? Почему ты такой милый?..»       Так они и продолжали лежать, слушая шелест высоких зарослей мякой травушки. Окетра никогда не питала страсти к спиртному, табаку или психотропам. К первому она прикасалась только в самые паршивые из дней Нарфаниса или по необходимости, а ко второму с третьим она никогда не притрагивалась, даже не помышляла. Не было того пристрастия, которое можно назвать зависимостью, но сейчас у неё было странное предчувствие: стоит ей разжать руку и отодвинуться хотя бы на сантиметр, тело разорвёт ломка столь сильная, что самым заядлым наркоманам Мисра не грозила даже после недельного употребления и внезапного прекращения планового приёма дозы. «Мне больно даже от одной мысли…» — Окетра, не в силах сопротивляться, перебросила руку через себя и невесомо положила кисть на грудь Лололошки. Несколько секунд и Окетра легко надавливает, краснея ещё пуще прежнего, — «Такая крепкая… Я видела его без одежды, но почти никогда не обращала внимания на его фигуру… Так хочется быть зажатой в этих крепких мышцах…» — и снова она стыдит себя. Она так не хочет давать волю этим фантазиям, но госпожа так устала держать всё под контролем, держать себя под контролем. Срывы на абдов, срыв на JDH, пусть в той ситуации Окетра не видела себя неправой, но девушка понимала, что не была себе хозяйкой в тот момент — это капля в море её желания срываться на всех и каждого по любой безделице. Синевласка устала держать всё под контролем, устала задумываться о любом движении и оглядываться на каждое дуновение ветра за спиной. Госпожа просто хотела стать объектом вожделения и ловить на себелюбящий взгляд. Чтобы он не помышлял о выгоде, не переживал о титулах и распоряжался судьбой как того пожелает и от неё зависело преступно мало. Этим кем-то она хотела видеть только его. Только ему она была готова позволить это.       Юноша немного поворочался от давления на грудь, но оно длилось пару секунд, и Ло очень скоро снова успокоился. Окетра, запунцовевшая уже всем лицом, повернула голову, уперевшись носом в причёску милого друга. Она снова подкинула дров в горящий огонь на аккуратных чертах лица. Глаза оказались прикрыты, а нос размерено и глубоко впитвал запах этих кофейных волос. Он был терпким: свойственно большинству голов Мисра — от прошедших событий, но насыщенным какой-то свежестью, словно пропитанный травяной палитрой запахов. Это дало необычное сочетание, и Окетра продолжила пропитывать им, вдох за вдохом, лёгкие.       Внезапно тишину пробило довольно близкое восклицание, пусть не чёткое. Однако Окетра, опьянённая запахом Лололошки и одурманенная своими же мыслями, не обратила внимание. Тут чуть ближе послышалось ещё одно восклицание, его госпожа не смогла проигнорировать. — Ты с ума сошла?! А если он как профессионал отстой? — Слышалось где-то в зарослях вперемешку с шелестом. — С такими мышцами?! Нет! Такой красавчик должен быть хорош во… Ух ёлки! — Отвечал второй голос, прерываясь сдержанным удивлением.       Оба восклицания были женские, и последнее прозвучало над самым ухом леди, по ощущениям. Она решила пока не подавать признаков жизни. Если эти девушки говорят, то они разумные, и не сожрут Окетру с Ло. «Только бы не каннибалы… Зачем так громко?.. Уйдите…» — пронеслось недовольное бурчание в голове госпожи. — Посмотри на её платье, — продолжила шёпотом вторая. — словно Эгипестская царица! — Да что она-то? Ты посмотри какой красавчик! — Отвечала первая. На что Окетра почувствовала странное желание пнуть эту незнакомку. Однако сдержав этот порыв Окетра только и смогла сформировать короткий мысленный ответ. «Мой… Только Мой…» — медленно говорила она сама себе. — А кто это?! — продолжали они шептаться. — Не знаю, не видела их в институте… — Они выглядят потрёпанными, может после пьянки не дошли до дома и забрели на территорию. — Возможно, но откуда такая шикарная одежда!.. — Костюмированная вечеринка?.. Может дресс-код был… — Тогда почему красавчик так простенько одет?.. — сказала, немного даже игриво, одна из девиц, на что синевласка только сильнее прижалась к Ло. — Может он не хотел идти, а она потащила. Сто процентов не клеится у них!.. Надеюсь они к нам в институт поступают, такое личико не должно доставаться всяким дурам! — Это было последней каплей. Окетра, не в силах больше лежать без движения, резко оторвалась от волос Ло, которые были каким-никаким успокоительным, и уставилась злостным и проживающим взглядом на двух девиц, сжимая свободную правую руку в кулак на груди друга до белизны в костяшках. Как неожиданно, но девушки, которые надменно хихикали после сказанных в воздух колкостей притихли. У одной из молодых девушек только и вырвалось обречённое: «Ой…».       Обеим девицам не дашь и двадцати. Обе молодые и развязные. Большую часть их гардероба Окетра никогда не видела даже в самых прогрессивных кругах родного города. Единственное, что синевласке было знакомо, нижняя одежда на бёдрах той, что рассуждала о каком-то эфемерном красавчике с мышцами. Этой одёжкой была похожая на нижнюю часть туники жёлтая вещица. Однако для туники слишком короткий подол, из-под которого почти полностью вульгарно выглядывают колени. Волосы прямые и заплетённые в простенький хвостик, свисающий с затылка и вьющийся по плечу. Верх тёмно-красного — бархатного цвета. Вторая девица одета поприличнее. Её нижняя одежда пусть и открывает колени, но обтягивает бёдра, не пуская взгляд к причинным местам. Но одежда всё ещё вульгарна, по меркам общества Мисра, ибо хорошо подчёркивает бёдра. Ярко-красый верх покрывает что-то вроде тёмно-серой накидки, только более тяжёлой. Волосы вились в многочисленных кудрях.       Госпоже было очень трудно не выкрикнуть девушкам какого-нибудь оскорбления и не вернуть нос в пруд волос и запаха Лололошки. Окетра смиряла этих девиц своим самым надменным, самым презрительным и оценивающим взглядом. Леди была знаменита навыком опускать своих недругов, не вставая с дивана или кровати, решая все вопросы в горизонтальном положении, иногда для удобства подпирая одной из кистей своё лицо. Она могла себе позволить такое. Её холодный взгляд затрагивал самые тонкие струны души, играя на ощущении того, что за любое неловко брошенное ей слово она ответит десятикратно, и не только словом. В данной ситуации того влияния у девушки-мироходца уже нет, но навык рубить взглядом словно серебряным лезвием остался.       Ситуация неловкая. Девушка в жёлтой «тунике» неуверенно мнётся, перешагивая с ноги на ногу. Кудрявая выглядит более уверенно и на острый взгляд старается занять какую-никакую оборону, сложив руки на груди. Тут синевласка обратила внимание, что вместо достойной груди у этой девицы плоская грудная клетка. Это позабавило леди, учитывая, что её грудь была вполне пристойная. «Ещё молоко на губах не обсохло…» — вертелось на языке госпожи Окетры.       Нехотя девушка, слегка погладив, оторвала правую руку от Лололошки и снова перекинув её поставила локти, приподнимая торс. Левая рука продолжала жадно сжимать кисть крепко спящего друга. Девушка в сером немного отпрянула, но не отошла. — И чего вы встали? Пшли отсюда куда шли! — сказала мироходец немного незаинтересованно. — Да ты охренела!.. — подала голос возмущённая девица в жёлтом. — Я не горю желанием вести беседу с людьми, у которых от малейшего ветерка видно исподнее, — спокойно и холодно разрезала высокая девушка воздух. — а теперь на этом ветерке полетели отсюда… — Этот комментарий заставил девицу широко раскрыть глаза, выказав выражением лица свою глубокую оскорбленность и возмущение. Непроизвольно девушка схватилась за жёлтую вещицу. — Будьте уверены, этого юношу не ининтересуют какие-то плоские личности — Окетра демонстративно опустила подбородок, переводя взгляд на грудную клетку девушки в серой одежде. — Да ты!.. — пыталась как-то выкрутиться и парировать выпады Окетры носительница хвоста на голове. — Пошли отсюда! — гордо окликнула соплеменницу кудрявая, предварительно показательно фыркнув. Она, раздвигая траву дальше, прошла в полуметре от синевласой леди, необорачиваясь. Её подруга прошла за ней как можно быстрее, продолжая мять крепко зажатую жёлтую тряпку, по мнению самой Окетры. Перед тем как скрыться в высоких зарослях смущённая девушка резко обернулась, как-то обиженно поджав губы, и выпалила. — Мы тебя запомнили сучка! — последнее слово резануло по слуху, от чего сидящая госпожа поморщилась, но не ответила, просто закатив глаза.       Внезапно девушка уловило резкий вдох. Повернутая к Ло затылком, из-за проводов двух девиц взглядом, Окетра не смогла наблюдать причину. У неё защемило в сердце, и в голове вновь мимолётно пролетел страх. Резкий поворот головы, и госпожа вцепилась серебром глаз в аккуратные черты этого милого лица, красоту которого так раздражающе губили немногочисленные синяки. Так хотелось прикоснуться к этому лицу, огладить, забрать всю боль.       Лололошка очень учащённо дышал, вцепившись в свой лоб. Губы были прикрыты, а глаза широко распахнуты, открывая новому миру суженные тёмно-голубые зрачки. Правая рука, которую Окетра продолжала сжимать, что не перестал делать и юноша, передавала, как дрожит её товарищ. «Что ОН сделал?!» — метнула девушка вопрос своей рациональной части, бегло анализируя потрёпанный образ. Её пугало то, как часто и рвано дышит парень. Она подняла его руку и прижала ближе к своему сердцу, а другой рукой поднесла свою мягкую кисть нежно проведя ею по левой скуле, повернув глаза к леди. Лололошка продолжал рвано дышать, не двигая взгляд и не мигая веками. «У него паника… Боже…» — сердце так сильно заныло, на душе заскрепли кошки, и даже любовь Окетры к кошачьим братьям нашим меньшим не спасала от этих. «Бедный…» — Девушка приблизила себя к испуганному лицу. Глаза ненароком остановились на губах парня. — «О чем ты думаешь дура?!» — девушка мотнула головой и снова погрузила взор в эти голубые глаза. — Тише… — Окетра продолжила гладить лицо парня в районе щёки. — Все в порядке… Его нет… Я с тобой… — Девушка заметила что напряжение немного спало, а зрачки начали становиться шире. — Просто дыши… Я тоже боюсь… — Леди опустила тонкую руку, проведя по контуру лица, заведя руку за затылок, крепко, но с ювелирной аккуратностью ухватив его, притянула ещё ближе, медленно соприкоснувшись лбами с парнем. Девушка оттянула руку от своей грудной клетки и подняла на уровень двух голов, не встретив сопротивления. Она не отрывала своё серебро от бриллиантов милого друга, внимательно следя за любыми изменениями. — Смотри: руки-ноги на месте. Ты не один — я рядом… Просто дыши Лололошка. — Кто?.. Я… — Дыхание постепенно замедляется. И вот внезапно зрачки медленно двигаются, начиная напрямую глядеть в очи Окетры. Было заметно, что по мужским щекам тонкой струйкой текли скупые слёзы. — Вот так… Дыши… — Окетра… — Ло медленно отпустил свою руку и, как бы невзначай, провёл по волосам. Открытые плечи ощутили щекочащее чувство, вызванное собственными волосами. Осознание, что мурашки вызваны движением именно этого юноши, только усиливало их. Лицо вновь начало покрываться румянцем, но Лололошка был слишком сосредоточен на этих драгоценных глазах. — Да… — Окетра сказала это почти шёпотом, словно боясь спугнуть. — Я… Я в порядке. — также шёпотом ответил Ло, окончательно восстановив ритм дыхания, часто моргая, пытаясь успокоить непослушные слёзы, природу которых сам не был в силах объяснить. — Где это мы? — В траве… — Сказала госпожа, нежно улыбаясь. — Надо, наверное, выбираться?.. — Может ещё чуть-чуть посидим? — Успеется… Лололошка начал аккуратно выбираться из оков девушки, а та нехотя разрывала их, оказывая определённое сопротивление, оттягивая неизбежное.       Примерно с минуту Лололошка вставал и стряхивал с белой одежды оторвавшиеся клочки травы, при этом сам отрываясь от Окетры. Когда сам он был чистенький, парень аккуратно раздвинул траву позади себя, вглядываясь в пространство меж немногочисленных трав, которые не вышло ухватить.       Пред взором предстал симпатичный пейзаж. Первое, что бросилось в глаза, огромная статуя высокого человека, рост которого мог вобрать в себя с восемь голубоглазых мироходцев. Статуя: белокаменная, настолько чистая, что казалось блестела, доступная всему свету мира. Благо небо было до невозможности чистое. Ни облачка. Довершали общий силуэт распахнутые крылья, подобно крыльям Джодаха, только обделённые цветом. Да и сама фигура не совсем чёткая. Нижняя одежда чем то напоминала по фактуре мисровскую, только, что ли, более тяжёлую. Мироходец непроизвольно обернулся. Окетра внимательно и неотрывно следила за парнем, а стоило тому глянуть в её сторону, как-то блаженно улыбнулась. Взгляд снова скользнул по этому аккуратному лицу, перейдя чуть ниже, на одежду, из любопытства сравнивая её с имитацией ткани на статуе. Торс был голый, демонстрируя тело, которое нельзя называть мускулистым, скорее просто атлетично сложенным. Голова парню демонстрировала только затылок, но наклон давал понять, что этот образ смотрит вперёд с приподнятой головой. Верующие в Наре всегда искали в статуях смысл, и тут так и напрашивалось иронично воскликнуть нечто возвышенное, показательно гнусавя. «Интересно, что бы сказал Скульптор об этой статуе?» — пронеслось в голове парня мысль о ныне покойном товарище, что пробудило некоторые приятные воспоминания и посеяло толику печали.       Лололошка продолжил высматривать аспекты пейзажа. У основания статуи ангела виднелся резервуар с водой, а из-под ступней били водные струи. Вокруг этого фонтана расположилась вымощенная серым кирпичом улочка. Дорожка шла по окружности, и от неё расходились четыре ответвления. По левую руку от мироходца расположилось громадное и величественное здание. От фонтана самый широкий путь вёл именно к этой серо-голубой громаде. Много окон, а вход оформлен пятью колоннами. По правую руку, виднелся неблизкий высокий и решётчатый забор из помеси камня и железа, преодолеть который можно было через широко распахнутые ворота, раскрывающие путь к этому большому заведению. По краям дорог с определённым интервалом росли столбы с чем-то на макушке, напоминающем фонари. Вероятно ими они и были. Также было множество лавочек, одна прямо перед Ло: пара низеньких кустов, чуток газона, да прыжок через спинку.       Больше всего внимания удостоилась не здешняя пристойного вида улочка. Взгляд зацепился на местных. По серым кирпичным тропкам шагали люди в основном молодой наружности. В каждом из них, на сколько мог судить со своего наблюдательного пункта, было что-то до селе невиданное Лололошкой в таком количестве. В Мисре такие лица были либо у безмерно богатых, либо у безмерно тупых. Эти юноши и девушки всем своим видом показывали: «Я сытый человек, я здоровый человек, и мне всех благ хватает.». На лицах не было следов изнурительной работы или постоянного предчувствия угрозы от любой личности рядом. «Люди совершенно не похожи на… Наших?.. А люди Мисра мои?..» — внезапно простое умозаключение переросло в дискуссию с самим собой о самоопределении.       Лололошка вслед лицам начал искать подвох в одежде, и его снова захлестнули размышления. «Худи, юбки, шорты — откуда мне известны все эти названия? Их одежда похожа на мою во многом. Некоторые носят тоже самое: толстовка, треники, даже… Мои очки!» — Лололошка начал судорожно рыться в своих карманах. — «Чёрт ЧЁРТ ЧЁРТ!» — Лололошка схватился за голову и стиснул зубы. Начал агрессивно массировать виски и старательно дышал дабы успокоиться. — «И чего я так парюсь?! Плевать на эти очки!.. Куплю новые, раз у некоторых тут они есть… А от чего я так взбесился?!» — Лололошка захлопнул растительный занавес и приземлился обратно в сидячее положение. Окетра продолжала спокойно наблюдать. Она чуть изменилась в лице, когда подметила лёгкую злость спутника. — Что случилось? — Немного по детски поинтересовалась леди. — Я потерял очки… — цедя, проговорил юноша. Тут же Окетра непроизвольно вздохнула. Она тут же вспомнила момент, как после удара JDH очки улетели в темноту бескрайней пустоши, после чего девушка потеряла их из виду в пылу драки. — Прости… — тихо и виновато произнесла госпожа. — Я забыла о них, когда мы выбрались из карманного… — Окетра нервно стучала по покрытому тканью платья колену указательным пальцем. — Боже, госпожа, — он придвинулся и положил кисть на тонкую постукивающую руку. — ни в коем случае не берите на себя вину… Мои очки — моя забота… Тем более вещица старая… Чувство, что я с ними не один десяток лет… — Они тебе дороги как память? — уже менее удручённо поинтересовалась Окетра. — Вы же знаете, что я человек без памяти… — обессиленно произнёс парень. — Они, скорее, иногда будили моё прошлое… Напоминали кем я был раньше… Но это просто вещь, не время распыляться на чепуху! — Ло слегка повеселел. — Что касается вещей: у нас проблемы. — Лололошка слегка кивнул, обращая внимание леди на саму себя. Окетра непонимающе прищурилась, только через пару мгновений определив вектор суждений друга. Опустив голову, она подобрала подол начав высматривать то, что казалось Лололошке проблемным аспектом. — Я не совсем… — Пока я дрых, нас заметил кто-нибудь? — Ну… — Окетра замялась, будто нашкодившая малютка. — Проходили, неподалёку… — Значит видела, как они одеты… Я то сойду за своего… А ты — высокая, статная женщина в столь обращающем на себя все взгляды платье и с невероятно ярким цветом волос. Вам, многоуважаемая госпожа, действительно нетрудно выделиться. — На это девушка размышляюще подобрала подбородок. Со стороны это выглядело так…       На деле Девушка чувствовала, как с каждым словом, назло выданным на осмысление Лололошкой так непринуждённо, с присущей чистотой помыслов и дурманящим голоском, она заливалась краской вплоть до кончиков ушей. Если их достойно скрывал её длинные синие локоны, то вот запунцовевшие щёки оставалось прикрывать рукой. «Чтож ты делаешь падлец… Зачем ты так со мной?!..» — сокрушалась госпожа. Смущение перерастало в гнев на саму себя. — Проще говоря, стоит спрятать всё, что кричит о вашем иномирстве. — Т-ты прав… — кратко выпалила она.       Лололошка аккуратно сократил дистанцию и протянул руку к тканевой накидке сиреневого цвета. В паре сантиметров мироходец остановился и как-то заискивающе посмотрел на госпожу, слегка приподняв голову вследствие разницы в росте. — Позволите?.. — в ответ девушка только приподняла руки для более лёгкого лишения элемента одежды. Лололошка аккуратно расслабил повязь на левой, а затем на правой руках. Свободная от владельца, тканевая накидка неспешно скатилась с плеч. Парень бережно подхватил вещицу, не позволяя той замараться о травянистую землю. Ло почтенно сложил её и убрал в карман. В образе Окетры исчезла некая разнообразная яркость. Пока юноша разбирался с сиреневым аксессуаром, синевласка самостоятельно сняла некоторые золотые украшения и вышитый пояс. Всё это Лололошка распределил по карманам. И вот перед молодым парнем девушка в белоснежном платье, омраченном небольшими зелёными пятнами в районе бёдер. Само платье внешне напоминало обычное прогулочное, только в некоторых местах авторски вышитое. В общем и целом образ для этого мира подойдёт. Что делать с волосами парень не знал, решив уповать лишь на толерантность местных к необычному характеру причёсок.       Девушка, поднимаясь в полный рост, открывая себе обзор на пространство за пределами их уютного травяного кокона. Ло взял девушку за руку и, с присущей внимательностью, начал выводить госпожу в мир. Леди сразу ощутила, как неуютно ей стало. Отсутствие всех побрякушек конечно немного огорчало, ведь Окетра действительно ценила красоту своих образов, но это не было основной проблемой. Окетра впервые была в другом мире, полностью осознавая в каком положении пребывает. Когда она оказалась в мире «13», то в полной мере осознала ситуацию тогда, когда убедилась, что мир в общем и целом безопасен. Тут же накатывала паника чувства повсеместной угрозы неизвестного мира. Лицом мир тих и мирен, несмотря на низкий интеллектуальный уровень определённых и неприятных лиц, а на деле он может оказаться явственным ужасом. Однако с каждым шагом тревога стихала. Размеренный темп ходьбы, заданный Лололошкой, позволял улавливать все мелкие детали местного пространства. По итогу всяк аспект представился цивильным с точки зрения госпожи.       Леди, чью руку вновь бесцеремонно схватили, в этот раз осознанно, снова ощутила то волнующее чувство, льющееся плавным ручейком по телу. Синевласка как бы невзначай проводила своим большим пальцем по крепко обхватывающей её кисти. Примерно минуту девушка могла себе позволить просто покорно следовать, ведомая уверенным в своих действиях юношей. Ло в свою очередь, проследив некоторый паттерн, ощущая переодичные поглаживания, принял их за своеобразный сигнал: «отпустить» –, на что Окетра только и смогла протянуть фаланги пальцев вслед отделившейся ладони, силясь вернуть руку под юрисдикцию чужой воли.       В итоге, размерено пересекая небольшой «сад», мироходцы и впрямь смогли не выделяться. К ним были прикованы некоторое количество пар глаз, как только дуэт выбрался из зелёных зарослей. Но их спасло обаяние Лололошки. Милая улыбка и мимолётно брошенный салют голубоглазого, и сомневающимся оставалось только ответить на дружелюбие парня.       Таким образом, пройдя широкой серо-кирпичной тропой, по дуге, мимо ангельского фонтана, пара шагала мимо многочисленных столиков, судя по всему альтернатива столь же многочисленным скамейкам на территории. За столиками сидели люди разной наружности, говорящие о странных вещах, непонятных Окетре, проведшей всю жизнь в окружении песков и жестокости. Голубоглазому, как человеку обделённому памятью, прожившему в Мисре не то чтобы много времени, всё это представлялось чем-то вроде другой страны. Так ему было куда проще обрабатывать новые слова, пробоасываемые то тут то там, и вообще воспринимать происходящее. За столиками, стоящими на выложенных дорожках, с парой стульев у каждого, на газоне росли деревья разной природы: были даже некоторые неизвестные леди, что немного будоражило её тягу познавать новое. Но сейчас она готова сдерживать свои восторженные порывы осмотреть всё и всех с ног до головы.       Юный парень выработал некую стратегию на правах горячей головы: пройтись по территории угловатым кольцом, отогнав последние сомнения всех на свой счёт. В процессе этой неспешной прогулки Окетра решила нарушить тишину между ними, которая казалось совершенно не устраивала обе стороны дуэта. — И что нам делать?.. — Начала она, прежде взяв по ощущениям галон воздуха в лёгкие, дабы остудить кипящую от контраста страха и восторга голову. — Сначала нужно понять, что это за мир, за тем выискать место, где можно перевести дух, а затем способ вернуться… — То, как буднично Лололошка перечислял весь перечень трудностей, заставило леди приподнять уголки губ в тихом смешке. — Как у тебя всё просто. «Берёшь и делаешь» — твоя философия жизни. Вероятно именно такие слова говорили твоей матери, когда у неё принимали роды… — Девушка выдала первое что пришло в голову, и тут у неё вновь щёлкнула паника, — Боже, я не хотела… Прости я перегнула… — но в ответ не последовало оскорблённого вдоха, только горловое урчание Лололошки, с целью сдержать уже свой смех. — Не беспокойся. Это просто шутка, в ней нет ничего зазорного. Тем более я не помню свою мать… — Последнее предложение отдало лёгкой грустинкой. — Кстати о воспоминаниях… Ты тоже почти ничего не помнишь?.. — Лололошка снова поразил девушку, чей взгляд округлился до степени возможного выпадения серых глаз из орбит. — В каком смысле: «…почти ничего не помнишь…»?! — Девушка остановилась и обхватила парня на пол головы ниже себя за крепкие плечи. — Тебе опять отшибло память?! — Ну… Не то чтобы… Ты Окетра — богатая леди которой нравится аромат сирени и крыжовника. — Уже хорошо… — С души как будто многотонный золотой слиток слетел, и девушка немного дрожа выдохнула. — Ещё я помню, что я абд. Так… Абди! Его помню, он высокий, почти как вы, и постоянно извиняется… Или… — У парня в голове всплыла четкая сцена, в которой Абди предстал человеком с самоуверенными чертами лица и надменным взглядом куда-то в сторону… — Какое «или»? Это тоже правда… — Эм… Ничего… «Вероятно просто путаю его с кем-то.» — рассуждал сам с собой юноша, параллельно продолжению сверения воспоминаний. — Так… Седрика ещё припоминаю. — На это Окетра недоуменно выгнула бровь. — Ты хотел сказать: «Сдерика»… — Нет, я точно помню Седрика — строитель отлынивающий от работы… Стоп! Нет, он как раз таки любил работу… — Второе. Но его звали Сдерик. — продолжала вести госпожа своего милого дурачка через дебри его памяти. — Странно… — Лололошка задумчиво подхватил свой подбородок. — Прочие воспоминания лишь обрывки… Они не складываются! Горы песка, а по соседству железные башни в горящих пятнах. Я помню ещё, человека в красном и шляпе. — Этот урод что-то сделал С ТОБОЙ! — Каким-то потусторонним, пропитанным ненавистью голосом рыкнула Окетра. Она непроизвольно, словно захлопывая капкан, пережала плечи до острой боли в них. — Ай-яй-яй, пусти, пусти, пусти!.. — Ох, прости… — Девушка выпустила мироходца из тисков, стыдливо пряча ручки за спину… — JDH кстати тоже всплывает… — Он говорил что поджарил тебе мозги, и что я как-то помешала сделать это эффективно. — Возможно какое-то заклинание… Вот у меня память и отшибло, а твой образ как мостик к ней — На это Окетра стеснительно отвела взгляд, вцепившись темно-серым хватом зрачков в одно из деревьев за Лололошкой. Тут внимание привлекла другая, ярко-рыжая деталь, которая быстрым шагом сокращала дистанцию. — Эй! Новенькие?!.. — Жизнерадостно выдала девушка, оказавшись уже в трех метрах от синевласки и голубоглазого. Они неуверенно переглянулись и перевели взор обратно. Только Ло хотел приоткрыть рот и что-то ответить, как его оборвали. — Ой, да вижу, что новенькие! Вас за километр видно… Ходите туда сюда как потерянные роботы! — сказала рыжеволосая молодая девушка в очках, жизнерадостно хихикая опосля завершающего слова. — Я Дженна — волонтёр куратор нашего университета! Как вас звать то? Проверю вас в списке. — девушка подняла картонный планшет с белоснежным листом, закреплённым поблескивающими на солнце серебристыми зажимами, белизну которого омрачали только многочисленные чёрные записи, ближе к лицу, а другой рукой уперла карандашом на пространство списка где-то сверху. Синевласка в свою очередь вновь бегло оценила новую собеседницу, пока Лололошка снова взял на себя инициативу в ответе.       Эта Дженна выглядела похожей на тех девиц. Та же короткая и обтягивающая, подобная нижнему белью, нижняя светло-синяя, с какими-то белыми тонкими имитациями потёртости по всей поверхности, пародия на штаны. Верхняя одежда напоминала платье самой госпожи. Тёмно-салатовая одежда на лямках, но с отсутствующим подолом, оканчивающаяся на поясе, чуть выше бёдер. Рукава отсутствовали. На ногах же красовались свело-голубые ботинки. Они были почти идентичны тем, что носил мироходец справа от неё. Она ни у кого, кроме него, не видела подобного. У самой то леди были крепко закрепленные еле заметным узлом сланцы с деревянным телом, что в условиях тёплого времени года, к счастью, смотрелось уместно.       Лололошка тем временем начал подкоркой чувствовать, как стучат шестерёнки в его голове. «Университет — что-то знакомое, где-то слышал это слово, это что-то рядом с понятием школы… Так… Думай, думай! Мы точно ни куда не поступали, а значит она просто уточняет… Надо сказать настоящее имя и она отстанет… А что если?..» — Юноша ощутил щелчок, какое-то наитие. В голову полезли странные обрывки потока сознания. Нечеткие образы, которые шептали вокабуляру нужные слова. — Дейви Харрисон. — Лололошка словно ощутил, как воздух рядом стал тяжелее. Он непроизвольно зыркнул на Окетру, которая как-то исподтишка сверлила парня до невозможности суженным темно-серым буром. — Я — Дейви Харрисон. — снова прозвучало из уст голубоглазого. Острый взгляд девушки сбоку продолжал угрожающе целиться в парня. — Мою подругу зовут Окетра. — Так так, «Д», «Д», «Д»… Вот, нашла… — Уведомила рыжая, перед этим перебрав несколько бумажек в тонкой стопочке на руках, и весьма улыбчивая молодая девушка, из которой, аж до скрипа в зубах, сквозило приторным позитивом. — «О», «О»… Вот оно… — С синевласой спутницей было всё аналогично. — Вы что, до сих пор не заполнили все документы?… Ох… Ну-ка быстро, сейчас мы всё сделаем. За мной!.. — Не медля ни секунды, девушка зазывающе взмахнула рукой и двинулась по серо-кирпичной тропинке в сторону огромного здания — так называемого «университета»…       Девушка в бледных цветах не смотрела на них, находясь в полной уверенности, что парочка за ней последует. Лололошка продолжал пытаться не забывать дышать под давящим пресом тяжелого взора его подруги. — И что, хара побери, ты делаешь?!.. — Тихо, но заведённо шипела госпожа. — Понятия не имею… — Юноша сам искал причину проявившегося наития. — Зачем ты назвался его именем?.. — Окетра была немного раздражена. То ли её раздражало в принципе упоминание того, кого за то недолгое время знакомства успела возненавидеть за дарованные эмоциональные прыгалки. — Следи за руками. — Внезапно в голове снова щелчок и выстраивается несложная логическая цепочка. Говорил к слову он аналогично Окетре — негромко — Я точная копия JDH, а забросил нас сюда он, значит этот мир ему знаком, возможно он тут жил. Мы ничего не теряем, если он просто забросил нас, неизвестно куда. А так возможно тут даже ученикам жить разрешено. — Но откуда там моё имя?! И что такое университет?! — Не знаю… А университет это что-то вроде школы, только получше. – На это Окетра немного смягчилась, сменив эмоцию с эо сдержанной злобы к недоумению. –Но школа ведь и на проклятом континенте будет школой. Зачем делать что-то выше школы, когда можно просто добавить необходимое в школу. – Я не знаю как это работает!... Я просто почему-то знаю что это значит!... – Лололошка начинал понемногу закипать. Нет, не от злости, а от активной мыслительной деятельности. Он давно так сильно не задумывался о причинах того или иного, даже, на первый взгляд, незначительного момента. – Ладно, не перенапрягись... – А вот мы и на месте!... – прорезало их тихий дискус очередное позитивное восклицание, так называемой, Дженны. – Вот тут у меня бланки, на них нужно расписаться в столбце факультета. Определим судьбу что называется, на какой поступать вообще планировали? – Девушка подошла к какому-то столику. Вокруг было множество разных столов с сидящими за ними людьми в окружении вещей разного толка. От книг до каких-то научных приблуд. Всё это смахивало на базар Нарфаниса, только под закрывающем небо строением. Ещё одно отличие – то, что судя по всему тут никто ничего не пробовал покупать. Некоторые из заседателей этого сборища лишь активно жестикулировали, что-то рассказывая своим слушателям, или же мирно сидели, пытаясь найти некое умиротворение. То тут то там бродили молодые люди высматривая среди стоек этой "ярмарки" что-то стоящее. – ТВОЮ МАТЬ! – Внезапно мирную атмосферу и раздумия дуэта взорвал оглушающий крик, получивший усиление, множественным отражением от стен института. Некоторые молодые люди обеспокоено обернулись, а другие, в ус не дуя, продолжили болтать о своём. Наш дуэт в свою очередь был из первых.       Они синхронно мотнули головой, что даже дало Лололошке синюю пощёчину длинных волос леди, но она была скорее просто невесомой. В их глазах предстала картина двух людей, сидящих на пятой точки, в окружении целой горы бумаг. – ТЫ СЛЕПАЯ!? – некий безымянный парень, пытаясь встать на ноги смотрел дикими глазами на оппонента. Другая персона, девушка, в свою очередь разбила агрессией ни сколько не меньше. – ДА ПОШЁЛ ТЫ! У меня ВСЕ списки первого года!... – у меня РЕЗУЛЬТАТЫ ВСТУПИТЕЛЬНЫХ, ДУРА! Я же ВСЁ, ЛИЧНО, сортировал!... – Дженна стремительно прошла между Окетрой и Лололошкой, спешно бросая несколько слов. – КАТРИН, МАЙК!... Чёрт, вы пока заполните всё, а мне надо разнять их... – после чего быстрым шагом, что-то прикрикивая, беззлобно, скорее просто взволнованно.       Серый и голубой взгляды вновь искоса пересеклись в переглядке. Девушка первая махнула на событие рукой, устремив всё своё внимание ко столу, на котором только недавно хозяйничала рыжая девица. К слову Окетре она на удивление показалась весьма жизнерадостной и положительной личностью, что немного смягчало первые негативные впечатления от здешнего общества. Лололошка, следуя примеру более высокой соплеменницы, так же обратил взор на бумажки. – И что делать?... – Выбирать. – как-то равнодушно метнул Лололошка. –Но что есть что?!... Какая-то... Что это?Макелу... Малика... Малекуля.... Хара! – Девушка агрессивно отодвинула бумажку с содержанием факультета со столь сложным для неё названием. – «...перевод...», «С-с-социал-л-логия...», «Живопись...», «Математическая эко...»... Да что это за слова!? – Девушка продолжала злобно кипеть. В мисре она могла похвастаться недюжинной образованностью. И вот: она не может даже выговорить какие-то несчастные словечки – это сильно било по её горделивому эго. – «...природопользование.»... Какой упырь придумал такие слова!? – Лололошка в свою очередь аккуратно отодвигал каждый листок от Окетры, открывая следующий, а сам изучая забранный. – Ты что-нибудь разбираешь?... – С долей безысходности сказала леди. – Думаю тебе подойдёт вот этот. – он поднял из своей стопки один из листочков и продемонстрировал злосчастную мукулатуру с названием «Социология». – Это связано с работой с людьми... Я точно помню твоё желание стать учителем... – Ну... Это скорее просто интерес... Да и вообще мне эту идею подала та высокая леди!... – То есть не хочешь?... – Как-то наивно сказал Ло. – Да какая разница вообще!... – Девушка яростно устремила взгляд на стол, ища что-то похожее на перо или уголь на палочке. Лололошка в свою очередь, заметив растерянность на лице девушки, сам начал искать некое подобие письменных принадлежностей. Первое, что он уловил, – ручка на небольшой спиралевидной резинке. Подобрав, юноша протянул её Окетре. И эту вещь он тоже кажется уже видел. Всё вокруг ему знакомо по доступному в сознании пониманию назначения той или иной вещи. А синевласка, закончив ставить галочку в положенном месте, кажется, совсем потерялась в своих ощущениях, подкошенная осознанием своей беспомощности даже перед местным лексиконом. Лололошка же спокойно, с некоторой нежностью, дабы не раззадорить недовольный огонёк в глазах госпожи ещё пуще, забрал ручку. – Ну а я... Хотя... Нам наверное лучше не терять друг друга из поля зрения, вдруг придётся проучиться тут некоторое время. – На это девушка лишь недовольно пробурчала себе под нос детское: "угу". – тогда я туда же. Поставив галочку по соседству с девичьей, Лололошка мог заметить размашистость отметины госпожи и её глубину. Так они и стояли далее в тишине. Девушка скрестила руки на груди, а голубоглазый оперся кистями на стол, предварительно убрав бумажки, на пару с ней, ожидая возвращение Дженны, которая уже начала помогать поднимать разбросанные стопки бумаг собачавшихся в процессе сбора парню и девушке.       Прошло примерно десять минут. В течении этого времени у лохматого юноши была пара порывов помочь в сборе бумаг. Но каждый раз Окетра властно цеплялась за плечо товарища и возвращала назад ко столу, на что Лололошка только покорно вздыхал. В эти моменты Окетра так и хотела обнять Ло покрепче, лишь бы у него даже мыслей не было: идти помогать каким-то незнакомым людям. В этом весь Лололошка, она прекрасно это осознаёт... Но только не сейчас. Ей нужна точка психологической опоры, иначе из под ног уйдёт любая метафоричная земля, оставляя её вновь в состоянии мысленной, и, в следствие травмирующего опыта, жуткой невесомости.       Тишину вновь разрезала Дженна. – Я снова с вами... Ну-ка... – Дженна зашла за столик с кучей бумажек, начав всматриваться в заполненные дуэтом столбики. – Социологи значит?... У нас тут таких много, быстро найдёте общий язык в общаге... Вы же собираетесь жить в общаге? – Лололошка глянул на лицо Окетры, которая едва заметно нервничала. – Да. – вновь коротко ответил юноша. – Ладушки, сейчас вас занесу в базу... – Рыжая девица аккуратно при села, и с характерным звуком придвинулась ближе к некому белому прибору. Ло вновь примерно осознавал что это такое, а Окетра потянула спутника за рукав, как любопытный ребёнок тянет за рукав родителя. – Что это?! – Шепнула она. – Потом расскажу... – Ответно шепнул парень. – Так... Заношу вас в базу... – Дженна начала что-то вслух бубнить, как внезапно свет вокруг погас на пару секунд, совсем немного, а стук пальцев девушки прервался. Но столь же внезапно свет вернулся, и Дженна как ни в чём нн бывало продолжила, правда с одной странностью. – Так... Заношу вас в базу данных. – Уже договорив свою фразу, Дженна почти в точности её повторила. Лололошка и Окетра это заметили, но решили тактично промолчать, взяв этот момент на заметку. Окетра начала чувствовать некоторую незримую угрозу, а голубоглазый повторно перенапряг голову от потока бесконтрольных мыслей и предположений. – Ух ты!... Так вы у нас иностранные студенты?! Чтож вы не сказали!? – Дженна снова отодвинулась, со звуком постукивания колёс оказавшись у небольшого ящичка, откуда вытащила две белые коробки толщиной с кулак. – Вот: телефоны и мой респект. Пусть «Лаки Чармс» и известен по миру, иностранцы тут появляются не часто! – Лололошка и Окетра покорно приняли дар в белых "ларчиках". – Свезло вам, за первый месяц в общаге платить не надо, даже за интернет!... Но я уверена: эти привелегии вы получили тяжёлым трудом! Рада, что вы попали именно к нам! Советую скачать «Пейджер» на телефон – самый популярный мессенджер, я там @jenna_smileey, пишите, если что! – Девчуля подмигнула, заправив одну непослушную рыжую прядь за ухо. – Вы наверное хотите на общежитие взглянуть, давайте провожу.       Дженна, полная энергии, встала и быстрым шагом направилась на выход из под покрывающего здания. Ло и синевласая госпожа смотря друг на друга решили не противиться. Такой энергетической бомбе попробуй воспротився. У высокой леди перегорели все извилины. От количества новых терминов и скорости получения новой информации у девушки глаза лезли на лоб. Лололошка тоже, стараясь не утратить и крупицы информации, немного утомился. Они кое-как нагнали девушку в зеленом, вновь слушая её очередной пассаж. – Простите: с вами поехать не смогу. Давайте экскурсию в другой раз... А то вы видели что происходит... Все волонтёры на нервах от предстоящего начала учёбы, а мне нужно держать их всех в узде. Самое главное: там у дороги магазинчик, если идти от него, слева корпус мальчиков, справа корпус девочек. Не перепутайте!... В качестве извинения за отсутствие должного представления нашей общаги оплачу вам проезд. Считайте это дружеским жестом. – Весь рассказ был объёмным, но настолько стремительным, что девушка уместила его как раз в отрезок времени, ушедший на путь через в территорию. Пропуская дуэт девушка-волонтёр зашла следом, копаясь у себя в кармане и что-то говоря водителю.       Окетра, заходя на борт непроизвольно ахнула, но работающий двигатель немного приглушил девушку, что внимание на её удивление обратил только сам Ло. Он потянул её за руку, усаживая на случайное место у окна, закрывая пути к отступлению, садясь слева, и госпожу от межрядья. Она продолжала всё жадно осматривать, часто оглаживая своё сидение. На ощупь это была приятная кожа, несколько раз она прилипла, стоило задержать ладонь на одном месте дольше чем на секунду, запуская процесс запотевания конечности. – Всё хорошо?... – Поинтересовался Лололошка. Окетра хотела что-то ответить, но её прервала Дженна. – Удачи Джон! Удачи Окетра! – Рыжие волосы блеснули на солнце, украшая прощальный взмах худой руки. Девушка сошла, а вместо неё в автобус начали заходить новые пассажиры.       Окетра немного поморщилась от упоминания имени JDH, но быстро сгладила черты лица, откидываясь полностью на спинку кресла, отдаваясь долгожданному отдыху для ног. Девушка, несмотря на недолгий путь успела утомиться, в то время как юноша рядом был полон энергии. Все что девушка смогла сказать, это короткое согласие. – Да... И вот двери автобуса закрылись. Парень ожидал, что начнутся расспросы о природе этого устройства, которое и сам Ло почти не осознавал. У двоих были схожие мысли. «Ну работает и работает...» – думали они единогласно. Девушка поставила руки на подлокотники, подперев открытой ладонью подбородок, и начала беспорядочно глядеть на проплывающий мимо пейзаж.       Тут она снова ощутила, как её свободную кисть что-то мягко сжимает. Немного повернувшись, она заметила, что Ло, как бы невзначай, накрыл кисть синевласой девушки. Серый и голубой взгляды встретились, после чего на лицах единовременно возникли непринуждённые улыбки. Даже смущение Окетры куда-то подевалось, осталось только мирное ощущение косание здешнего бытия струн двух душ. «Не знаю почему...» – Пронеслось начало приятной думы у Окетры «...но у меня хорошее предчувствие.» – закончил идентичную мысль для себя и Лололошка.