II
5 октября 2024 г., 12:00
— Так как ты говоришь, получилось, что твоя мама уверена, будто я сразу согласился прописать тебя здесь?
Это стало первым вопросом после короткого приветствия и показа свободной комнаты, когда Наруто, необремененный, видимо, совестью, приехал через сорок минут после звонка Саске.
— Вообще, ты мог действительно не соглашаться, но я благодарен тебе за это. — Наруто кивнул на кровать, обозначая ею все, что ему было необходимо для жизни. — Я бы не сказал матери правду, даже если бы ты просто отказался, потому что, ну, знаешь… крепче спать будет. Она ведь могла реально приехать сюда, чтобы жить со мной все лето, оно мне надо? Нет, не надо. Поэтому я не стал признаваться, что у нас с тобой договориться не вышло, нашел, где перекантоваться ночь-другую, а ты очень вовремя передумал.
Рот Наруто снова стал выдавать огромные потоки информации. Саске пришлось привалиться плечом к дверному проему.
— Короче, спасибо за помощь, я оплачу свою часть без проблем.
— Жилье тебе только на три месяца нужно? — скрестив руки на груди, спросил Саске, наблюдая за тем, как Наруто выкладывает вещи из сумки.
— А это имеет значение? — ухмыльнулся новоиспеченный сосед.
Наруто копался в своих вещах небрежно, выворачивая содержимое сумки на покрывало, застилавшее постель. Не мог Саске не заметить, что Наруто оказался довольно собранным — Учиха, конечно, не ожидал, что наружу полезут игрушки и «Тамагочи», но некоторую инфантильность допускал. Однако из перевезенного стало ясно: Наруто обычный студент, немного неряшливый, но студент. Совершеннолетний.
И уже с этим знанием было проще принять новое положение вещей.
— Имеет. За три месяца можешь ничего не платить, покупай продукты и себе там… сладости, средства гигиены. Понятия не имею, чем ты пользуешься. — Саске отошел от дверного косяка, собираясь уйти к себе.
Молния бокового кармана сумки звучно вжикнула, и Наруто вынул что-то белое с ярко-розовым колпачком, бросив это в руки Саске. Тот поймал, даже не моргнув, и вчитался в название.
— Этим. — Губы Наруто все еще лукаво ухмылялись, когда Саске вновь поднял на него взгляд.
Цветочный (и явно женский) Teen Spirit полетел на кровать, лишь волей судьбы не попадая в висок склонившегося над сумкой Наруто.
— Идиот, — Саске вышел из теперь уже чужой комнаты, скрываясь в своей.
— Это шутка! — хрипловато посмеиваясь, крикнул в пустой дверной проем Наруто.
Идея казалась как никогда глупой.
Оставшись в своей спальне, Саске сразу решил, что стоит назначить встречу с кем-нибудь из своих бывших — ради разрядки. Пока он вновь не окунулся в фантазии четырехлетней давности. Косой взгляд на запертую дверь говорил об одном: у Саске развивалась паранойя. Вряд ли Наруто все понял по трехминутному разговору в прошлый раз, значит, дезодорант не был каким-то намеком. Саске же все контролировал. И обязательно продолжит это делать.
Он уже успел проработать сам с собой тот период, простил себя за подуманные мысли о шестнадцатилетнем Наруто и даже наладил личную жизнь после того уикенда. Он сомневался, что способен своим присутствием сделать из Наруто гея за каких-то три месяца, смена ориентации — длительный процесс. Значит, им достаточно просто установить правила совместного проживания.
И поменьше пересекаться в квартире.
Едва ли Наруто мог догадываться, что являлся не просто неряшливым и не вовремя подвернувшимся под руку соседом. Саске отложил в памяти одно очень важное воспоминание, снисходительно задвинув начинку самого парня в самый дальний угол, — Наруто в его мыслях был идеальным сексуальным объектом. Абсолютно возбуждающим из-за — как Саске понял только спустя несколько месяцев самоанализа после того уикенда — запретности. Теперь, конечно, можно было подумать, что совершеннолетний Наруто не должен будоражить так. Но Саске сидел на своей кровати, широко расставив ноги, и все еще ощущал ненавязчивый запах чужого одеколона, осевший горечью в легких. Наруто стал совершенно другим.
Но что-то в нем определенно привлекало. Собственно, как и в любом другом красивом человеке.
Пришлось стыдливо прятать поглубже мысли о том, что Саске своими глазами видел, как этот человек рос и крепчал, что лично когда-то помогал делать уроки, а потом, пренебрегая возложенным доверием, посмотрел на него совсем иначе. Узнай об этом мать, всю воскресную службу она посвятила бы отмаливанию грехов. Да не одну.
Проблема была в самом Саске. Кроме того, что ему повезло запасть на школьника, будучи почти магистром, половые акты, которых в жизни Учиха было предостаточно, не приносили удовольствия. Смена партнеров, уровень раскрепощенности, проба разных позиций не помогали. Пришлось смириться с тем, что Саске может бесконечно хотеть человека, но в процессе секса терять интерес. Он связал это с чувствами, которые никогда ни к кому не испытывал. Потому кончал быстро и не заморачивался с продолжительностью отношений.
И Наруто не был никаким исключением.
Наруто был знойной июльской фантазией и чем-то непостижимым, чем-то, что должно оставаться наваждением и холодным потом после оборванного на самом интересном сна, но точно не зазнобой.
* * *
Больше всего на свете Саске ценил свою зону комфорта. Его территория требовала определенного уклада, без которого он ни с кем существовать не мог. И желательно бы этого никого не видеть. К счастью, за ужином, который Наруто мудро привез вместе с сумкой, Саске удалось пропихнуть нерушимый свод правил и законов квартиры Учиха почти под подпись. — Меня пугает второй пункт, — жуя, заявил Наруто, расшифровывая почерк Саске. — Что конкретно? — невозмутимо спросил Саске, нанизывая на вилку фрикадельку. Он следил и за Наруто, который рисковал выронить изо рта что-нибудь на чистый пол. — Рекомендую сразу посмотреть пункт пять, иначе есть будешь на улице. Наруто быстро пробежал взглядом к указанной цифре и фыркнул со смехом: — Не говорить с набитым ртом? С этим могут быть проблемы. Саске охотно верил, помня, как в детстве Наруто выплюнул ему в лицо молочный коктейль, потому что вспомнил шутку и сам с нее же рассмеялся. — Что со вторым пунктом? — Почему я не могу стирать свою одежду с твоей? Взгляд Саске скользнул по цветастой кофте с длинным рукавом Наруто, видимо, бывшей ему на несколько размеров больше, потому что сейчас она чуть сползла на одно плечо. — Ты сортируешь одежду перед стиркой? — в лоб спросил Саске. — Нет… — Вот поэтому. — Окей. — Наруто стал читать вслух. — Слушать музыку только в наушниках. Не оставлять грязную посуду в раковине. Не говорить с набитым ртом. Не засыпать перед телевизором? — Они синхронно посмотрели вглубь квартиры, где на тумбочке одиноко стоял телек, который можно было смотреть, весьма удобно разместившись на полу. — Хозяин привезет диван через пару недель, — невозмутимо ответил Саске. — Мм, — оценил Наруто. — Постараюсь не засыпать перед телевизором. Зануда. Саске вскинул брови. — Что? Каким занудой был, таким остался, — Наруто усмехнулся и продолжил читать, параллельно доедая свой ужин. — Не входить в твою спальню. Не сушить постиранное дольше суток. Не шуметь, не разбрасывать вещи, не дышать… Саске, ты кого с этим списком искал? — Не тебя. — Саске встал, убирая со стола свою тарелку и сразу отправляя ее под напор горячей воды. Разумеется, он еще пару минут потоптался на кухне, делая вид, что смотрит в окно и озадачивается жизнеспособностью своего единственного комнатного друга — фикуса на подоконнике, — а сам из-под челки наблюдал за тем, как Наруто смиренно моет за собой и пытается понять, куда присунуть тарелку. Больших трудов стоило не подсказать — верхняя полка со специальной решеткой для стекания воды осталась незамеченной, а посуда заняла не свое место. Как только дорожка одеколона потянулась за Наруто в его комнату, Саске поставил тарелку туда, где она и должна быть.* * *
В первый же вечер Саске внезапно понял, в чем была трудность жизни не в одиночестве, а на пару с кем-то. Он оказался не готов к тому, что его новый сосед будет выходить из комнаты, пугать шагами или кашлем, а еще уходить куда-то по ночам. — Ты куда собрался? — гаркнул Саске, заставляя Наруто замереть на полпути к выходу. Вообще-то, он не планировал повышать голос, просто появившийся из ниоткуда Наруто за спиной заставил подумать о проверке сердца на склонность к инфаркту. Сработала тактика «лучшая защита — нападение». Да и внешний вид Узумаки вынуждал проявить интерес: пока Саске восстанавливал дыхание и пытался не выронить кружку чая, которая должна была скрасить написание докторской, Наруто стоял, обтянутый в черную майку с V-образным вырезом на груди, и сжимал в покрытой татуировками руке косуху. — Я гулять, — ответил Наруто наигранно детским голосом, — мам. Саске поморщился, а Наруто, глядя ему в глаза, откровенно усмехнулся. Хрипловато, будто только что затянулся крепкой сигаретой и не успел выдохнуть весь дым. Без внимания не остался язык со стукнувшим о зубы шариком, облизнувший губы. Саске понимал, что со стороны звучал глупо, но и Наруто, видимо, не мог упустить возможность поиздеваться. Решив реабилитироваться, Учиха бросил снисходительный взгляд на косуху, по-мудрому замечая: — В этом будет жарко, — лишь произнеся фразу вслух, Саске подумал и моментально поборол желание облить себя чаем. И вместо последнего двинулся к своему рабочему столу, где в темноте мерцал открытым текстовым редактором монитор. — Да, спасибо. — Наруто больше не смеялся. Сдерживался. — Это просто часть формы. Я на смену. Его присутствие Саске продолжал чувствовать спиной и даже прекрасно слышал, что дверь не планировала открываться, выпуская работника года — кто вообще придумал такую форму? — наружу. Со своей стороны Саске диалог свернул, погрузившись в написанное пятнадцать минут назад: он надел очки, которые всегда использовал перед монитором, и чуть отклонился на спинку кресла. Кажется, он остановился на… — А что ты пишешь? — Саске чуть качнуло назад, когда Наруто оперся рукой в спинку, а корпусом навис сверху. — Какого хрена ты еще здесь? — Саске посмотрел вверх, но с такого ракурса мог увидеть только крепкую шею с двигающимся кадыком и чуть ниже — грудь. Наруто использовал хороший одеколон, идеальный. С яркими нотками цитруса и дерзковатым древесным послевкусием. И аромат этот перебивал горький запах никотина. — Кажется, у меня похожая тема, — Наруто проигнорировал вопрос. — Вот что-то про лингвистику было… — Это тема докторской, — Саске звучал спокойно, хотя и не мог знать, как со стороны выглядели его расширенные зрачки. — Ты не доучился еще до такого. В ответ Наруто промычал что-то неразборчивое, но до слуха Саске отчетливо донесся металлический глухой стук. Словно небольшой шарик прокатился по ступенькам. — Чего? — переспросив, Саске сглотнул. Наруто опустил взгляд вниз и чуть отодвинулся. — Говорю, разве? — Если я войду в твою комнату, там будет вонять сигаретами? — в ответ проигнорировал Саске. — Возможно. — Наруто прищурился по-хитрому. — Если без предупреждения. Рука смахнула с мышки чужие пальцы, которые неизвестно когда там появились, а взгляд, спрятанный за стеклом с антибликовым покрытием, снова потерял интерес к происходящему, приковавшись к монитору. — Первое: еще раз покуришь в квартире — съедешь, — произнес Саске, подперев подбородок рукой. — Второе: если войдешь громко, когда вернешься, и разбудишь меня — съедешь. Давление на спинку исчезло, как и щекочущий ноздри аромат. Где-то позади звякнула связка ключей, а после щелчка дверного замка прозвучал низкий хрипловатый голос: — Я войду аккуратно. Сон в ту ночь не шел. Саске дважды сбил ногами простынь, пока пытался найти удобное положение, и дважды вставал, чтобы ее расправить. Наруто вернулся тихо в четвертом часу утра, и, если бы Саске не затаил дыхание, прислушиваясь, не заметил бы, как на несколько секунд у его двери стихли шаги, а после щелкнул замок в соседней.* * *
Первая неделя притирки стала решающей: Саске балансировал между «прогнать идиота и забыть как страшный сон» и «все не так уж и плохо». Он никогда не думал, что придется объяснять элементарные вещи. — Я сплю в трусах, — уже в третий раз невозмутимо повторил Наруто. — Еще скажи, что ты и перед сном надеваешь костюм. Саске, пока еще сохранявший спокойствие, смотрел на него через зеркало в ванной, мысленно фиксируя каждый брызг зубной пасты на стекле, пока Наруто, сдерживающий себя из последних сил, умывался. Спор вспыхнул из-за того, что Саске беззлобно спросил: «Ты, блять, научишься надевать ебучую одежду по утрам?», а окончательно разгорелся из-за необоснованной — как считал Саске — обидчивости Наруто. — Я сплю в футболке и штанах, а ты заебал уже ходить до обеда в трусах, — постепенно повышая голос, выдал Саске. — Я третье утро наблюдаю твой нудизм. Наруто сплюнул пасту и резко развернулся — белый след, словно часть улыбки Джокера, остался на половине щеки. — Время восемь утра! — выпалил он. — Еще не обед, если ты не заметил. И сам ты нудизм разводишь. — Хмурое лицо исчезло в махровом полотенце, но Саске дождался его очередного появления. — Общая территория, — Саске провел в воздухе рукой четкую линию по коридору между их комнатами и закольцевал периметр гостиной, кухни и своего импровизированного кабинета, находящегося одновременно и в прихожей, и в зале. Он не забыл кивнуть и в ванную, которую сейчас занимал Наруто. — В своей комнате можешь ходить в чем хочешь, пугливый котенок, — Саске интонацией выделил последнюю фразу, с удовольствием отмечая, как Наруто быстро вспыхивает от гнева, — но не здесь. Управы на нового соседа не было. Саске не мог найти адекватные рычаги давления на Наруто, а угрозы рассказать все матери отмелись мгновенно. Он вытерпел три сомнительных утра, дергая себя каждую минуту, чтобы не пялиться, но прошлой ночью ему впервые за последние три с половиной года приснился Наруто, поэтому и дальше наблюдать за обтягивающими задницу боксерами Саске не мог физически. Он чудом вспомнил, что в детстве Наруто бесился, когда Саске подначивал его за излишнюю трусость, поэтому решил попробовать старое обзывательство. И судя по реакции новоиспеченного соседа, память не подводила обоих. Если интуиция Саске не изменяла, Наруто должен в ближайшие пять-десять минут принять решение и продемонстрировать свой склад ума: либо ребенок в нем еще жив, и Наруто продолжит щеголять в трусах до обеда, выражая протест, либо он оденется, намеренно показывая свою взрослость. Саске бы устроили оба варианта, но в первом их совместное проживание рисковало не протянуть и до конца недели. Он не стал дожидаться, когда Наруто сделает следующий шаг — ушел на кухню, где несколько минут назад занимался завтраком. Еще вчера Наруто притащил четыре пакета с едой — признаться честно, отличного качества и ассортимента, заставив Саске сомневаться, тот ли это сосед-непоседа из детства, который все карманные деньги спускал на шоколадки и мармелад. Даже в шестнадцать лет. Когда овсяная каша с медом была тщательно перемешана ложкой, Саске поднял взгляд на вошедшего Наруто. Легкая печаль скользнула от вида потертых джинсов и футболки. Сам же Наруто выглядел спокойным и даже немного притаптывал ногой в такт песни, рвущейся из наушников. — Идиот, — буркнул Саске, приступая к завтраку. — Я все слышу, — не оборачиваясь, ответил Наруто. Саске не отреагировал: с утра он вообще не был разговорчивым, сегодня можно считать весомым исключением из правил. Обычно, как и сейчас, он погружался в новостную ленту, листая события, произошедшие в их районе, городе и мире за последние сутки. Не то чтобы ему это было важно, просто так складывалось ощущение контроля ситуации, порой необходимого для спокойствия. А вот Наруто уже успел раскрыться как очень явная противоположность. — А ты на работу не спешишь разве? — Он поставил на стол кружку с чаем и тарелку с бутербродом. Прежде чем ответить, Саске бросил взгляд на крошки, оставшиеся возле плиты. — У меня отпуск. — Он убрал телефон и подпер подбородок рукой. Каша сегодня не привлекала. — Сколько? — Две недели. Наруто прищурился. Его взгляд был пытливым, но не столько разоблачающим, сколько желающим спровоцировать выдать какой-нибудь секрет. Казалось, он не утратит терпения и продолжит так пялиться даже на протяжении недели, месяца… Пока Саске не станет совсем некомфортно. И при этом было видно, что Наруто известно об этой своей особенности, потому и уголки губ всегда оказывались лукаво вздернуты. — Почему ты не остался работать в универе? — Мало платили. — Саске отодвинул от себя тарелку и, взяв в руки кружку с кофе, прислонился лопатками к спинке стула. — Тебе нравилось читать лекции? — Наруто стряхнул крошки с пальцев в тарелку и развернулся назад, ставя ее на плиту. Саске терпеливо выдохнул. — Это было лучше того, чем я сейчас занимаюсь, — он ответил уклончиво, продолжая прожигать взглядом тарелку, которая должна быть в раковине. — В работе преподавателем есть своя прелесть. — Какая? — Я говорю — студенты слушают, — медленно, почти по слогам пояснил Саске. — Я говорю — студенты делают. — Тяга к контролю? — припечатал Наруто. И по выражению его лица Саске точно видел, что вопрос двусмысленный. Иначе быть не могло. Он остановился перед ответом, заставляя себя еще раз осмыслить сказанное: Наруто точно делал ему намек. — Я видел тебя несколько раз за трибуной, — вновь продолжил Наруто. — Ты не вел у меня пары, я ведь на другой специальности учился. Но пару раз нас сгоняли на семинары. Иногда мне казалось, что ты отключаешься, когда говоришь об этой… классике. — Классицизме, — рефлекторно поправил Саске, — это литературное направление. Говоришь, учился? Наруто отпил свой чай. Золотистую кожу с узорами вен покрывал плотный цветной рисунок от кисти до локтя — огненно-рыжий лис с хищным оскалом и ехидно-хитрым прищуром. Наруто шел не только его одеколон. — Сейчас у меня каникулы. — Он склонил голову набок. — Твои выступления было интересно слушать, я даже, кажется, многое запомнил. — Только я тебя на них не помню. — Ты сбегал сразу после того, как заканчивал, а в универе тебя было сложно найти. Хотя, если честно, я не искал, как-то повода не было. В конце концов, ты все детство следил за тем, чтобы я не убился, смысл тебя на работе дергать. Саске согласно кивнул. Он бы вряд ли обрадовался встречам с Наруто еще и в универе, хотя удивлялся, что они не происходили. — Хочешь сгонять со мной за байком? — спросил Наруто. — Если планов нет. — Далеко? — Сотня километров в одну сторону. Ответ требовал серьезно взвешенного решения: проводить несколько часов в одной машине, учитывая то, что именно с подобной обстановкой у Саске были связаны самые яркие воспоминания, было рискованно. — Хочешь, туда я поведу? — Наруто встал у раковины и наконец избавил Саске от мук из-за грязной тарелки на плите. — Поехали. — Саске подложил свою посуду под теплую струю воды и, уходя в комнату, ухмыльнулся, услышав тихое «ублюдок».
