Смена вкуса

Семья — это вовсе не список, кто кого родил.

Сверхъестественное (Supernatural)

Бобби Сингер

***

      Она не понимала почему ее это так задело.       Почему сцена, где Хэин удерживала Джинву от дальнейшей конфронтации с Гото, пока того точно таким же образом обезоруживали японские охотники, никак не перестала прокручиваться перед ее глазами повторяющейся кино-пленкой.       Прославившаяся после своего пробуждения Ча Хэин, одна из десяти корейских охотников «S» ранга, в частности являлась вице президентом гильдии «Охотников», то есть по статусу считалась все-таки выше. Поэтому Йонг, конечно же, безмерно ее уважала, хотя и не могла понять причину по которой та упрямо удерживала холодную дистанцию от своих согильдийцев и постоянно ходила со своим платочком, будто запах окружающих вокруг людей был ей отвратителен.       Но сейчас…       Не такой уж и ранимой Йонг почему-то хотелось её убить.       Ну или хотя бы влепить кому-нибудь (довольно красноречиво всплывшая перед глазами картина явно слепого и смотревшего лишь на одного своего противника Джинву) пару отрезвляющих пощёчин.       Раздражённо вздохнув, она достала пачку дорогих сигарет, стащенных из карманов сумки возгордившегося босса в качестве компенсации за моральный ущерб, и подожгла кончик зажатой губами сигареты.       Однако, увы, даже вдохнуть ее не успела, так как в следующую секунду стоившую кучу деньжат сигарету весьма грубо выхватили из ее рта и бросили на асфальт, наступив носком темных лоферов. — Эй, какого чер… — уже было настроившись на хорошую перепалку, Йонг стухла, когда поняла этим кем-то оказался Джинву.       Он наградил ее суровым взглядом и обронил короткое: — Поблагодаришь меня позже, — после чего подошел на угрожающе короткое расстояние и вперил в нее наполненный неприкрытым осуждением взор, явно не настроенный на какие-либо игры. — Насколько я знаю, ты не курильщик. Тогда зачем куришь?       Стушевавшись, Йонг невнятно пробормотала под нос череду заурядных оправданий: — Напряжённая работа… Да и Лис Чхве совсем затаскал из-за приближающегося рейда на этот проклятый Чеджу… — и словно придя в себя метнула в него злой взгляд, резко поворачиваясь к нему спиной, по-детски скрещивая руки на груди. — И вообще с чего я должна оправдываться перед тобой? Я между прочим обижена на тебя!       Явно озадаченный не столько вспышкой подобной эмоции, сколько причиной, которая могла ее вызвать, он деловито приподнял бровь, безмолвно предлагая как следует объясниться.       Однако так и не дождавшись проявления взрослого поведения, Сун подошел ближе и положив руку на ее плечо, заставил повернуться обратно лицом к лицу. — Только что я забрал сигарету, которая могла бы вызвать у тебя рак, — растекшись в легкой усмешке, качнул головой. — Ты сама знаешь, что в моих словах нет злого умысла, просто расскажи что не так. — Если бы ты действительно заботился обо мне, ты бы не игнорировал мои звонки! — приподнявшись на цыпочки, Йонг ловко ухватилась за мозолившее глаз ухо и больно скрутила его, царапая длинными ногтями со свежим френчем. — Айщ, я писала тебе почти каждый день! Ты, что, вообще не вылезаешь из этих своих подземелий?       Застигнутый врасплох внезапным приступом женской агрессии, Джинву вздрогнув от резкой боли в немедленно покрасневшем ухе, сдерживая пробудившийся натиск готовых к команде теней.       С трудом приняв прежнее стоячее положение, он перехватил ее запястье, дабы она не причинила ему еще больший вред, и слегка сжал, заставив разжать свою хватку.       Весьма неохотно, но подстывшая Йонг все-таки позволила ему это сделать. — В ситуациях, когда речь идет о жизни и смерти, невозможно ответить на чей-либо звонок при всем желании, Йонг-и. Это риск, которому подвергаются все охотники, — выдержав определенную паузу, дабы осмотреть ее. — Хорошо, а теперь когда мы разобрались с этим, скажи, что на самом деле тебя беспокоит.       Вытянув губы в трубочку словно маленький разобидевшийся на весь мир ребенок, она упрямо посмотрела вниз, на мутную кучу снега под ногами: — Вице-президент… Хэин… тогда ее грудь прижалась…       Боги, как же это было неловко.       Неужели этот предатель сам не понимал, что наделал?       Донесшийся в ответ смех, низкий, но громкий и беззаботный, чье звучание Хо уже успела забыть, говорил сам за себя.       Не понимал. — И что же там, кроме вмешательства в зашедший слишком далеко бой, по-твоему произошло? — дразняще спросил Джинву, склоняясь ближе и прижимаясь своим горячим лбом об ее, заполняя ее рецепторы освежающим запахом голубой мяты, одаривая теплой улыбкой. — Поверь мне, уважаемая охотница Ча совсем не тот типаж женщин, которые меня привлекают. — «Не твой типаж?» — с подозрением прищурила малиновые глаза задравшая подбородок Йонг. — А что? Ревнуешь? — подшутил он над ней, упиваясь сладким вкусом долгожданной мести. — Не волнуйся. Я не заинтересован в ней. Уж слишком сосредоточен на тебе, — и (!) подмигнул, делая шаг назад.       Он определенно наслаждается этим. — Тогда тебе что не нравятся мои волосы? — недовольно проворчала она. — У нас с ней вообще-то почти что один цвет волос… — Это, конечно, плюс, но это не то, что я ищу в своем партнере.       Нет, так не пойдет.       Пробуравив его напряженным взглядом несколько минут, Йонг внезапно подошла ближе и прижалась своим довольно объемным бюстом к его груди сквозь слой их одежды, который даже немного сплющился. — Чья грудь была лучше? Моя или ее?       Джинву едва слышимо рассмеялся над проявленной настойчивостью, его руки автоматически опустились на ее талию, помогая сохранить устойчивое положение. — Думаю, ответ довольно очевиден, — он ухмыльнулся, защекотав предательски порозовевшее девичье ухо своим дыханием. — Твоя, конечно же. Просто вне конкуренции. Довольна? — Почти, — торжествующе ухмыльнулась Йонг. — Зачем ты искал меня? Вряд ли наш «занятой» Джинву так сильно соскучился по мне! — под конец фразы она сделала вид что опечаленно вздохнула. — Как всегда проницательно, — и проигнорировав возмущенный на такой ответ тычок, смягчился в лице, зачесав пару прядей светлых волос за ее ухо. — Я хотел пригласить тебя на семейный ужин сегодня ночью.       Поколебавшись, он все же дополнил: — Мою мать недавно выписали из больницы и она настоятельно попросила встретить с моей девушкой. — Но разве она не находилась в коме? — удивленно спросила сбледнувшая Йонг.       Джинву кивнул, в уголках его губ заиграла позабавленная улыбка: — Случилось чудо. Она очнулась несколько дней назад.       Бред какой-то, разве от «Болезни вечного сна» есть лекарства? Слишком подозрительно.       «И рано», — закричала пребывавшая в панике девушка мысленно, прикладывая все усиля на то, чтобы сам Джинву не заметил этого. — «Простите, мама Джинву, но я еще не готова ко встречи с вами! Вы должны были подождать хотя пару месяцев!».       В полном неведении охотник обхватил пальцами ее замерзшую ладонь и нежно сжал: — Я знаю, что все это неожиданно, но действительно надеюсь на то, что ты придешь. Не только моя мама хочет встретиться с тобой. Я… тоже хотел бы, чтобы она увидела тебя.       Как на зло тон обычно державшегося в строгости Джинву был нехарактерно мягок, и сквозь его обычно стоическое поведение проглядывала чрезвычайно редкая уязвимость, чтобы пропускать это мимо ушей.       Но…       Но мама.       Не в силах победить волну набежавшего ужаса, Йонг виновато отвела взгляд в сторону и трусливо отошла от него на несколько шагов, нервно поглядывая на проносящиеся за трассой машины: — Н-ну… мне трудно сказать наверняка, смогу ли я… Видишь ли, Лис Чхве такой деспот, завалил меня работой по самые уши! Я уж молчу о горе отчетов, что накопились дома…       Выражение лица Суна потемнело от ясного сомнения в подведшем хозяйку тонком голосе, из-за которого он стремительно сократил появившееся расстояние: — Ты же придумываешь отговорки, да? Я понимаю значимость работы, но разве ты не хотела пойти на сближение? — У… у меня также нет подходящего наряда! И я… гм… опять же, очень рада за вашу семью, но не знаю впишусь ли я туда… — она снова заколебалась, сжав задрожавшие пальцы в кулак.       Хотела ли Йонг согласиться, почувствовав, увидев, как выглядит настоящие сплоченные семьи во плоти? Конечно.       Боялась ли она того, что покажется неуместной на общем фоне хорошо живущих и без чьего-либо вмешательства близких друг к другу людей? Неимоверно. — Чего ты боишься? Моей матери? Но ты ее еще даже не встретила, — продолжил допытываться нахмурившийся Джинву, приподнимая за ее подбородок, дабы прочесть ответ хотя бы в куда более честных глазах. — Тебе не нужно волноваться о том, подойдешь ли ты нам или нет, Йонг-и. Я бы не пытался звать тебя, если бы это было не так. — Но твоя мама очень строгая, Джинву! — упрямо поджала она губу. — Ты сам мне говорил.       Сбитый столку ее комментарием, Джинву недоверчиво моргнул: — Строгая? Учитывая, как хорошо я ее знаю, она очень любящая и добрая женщина. Не знаю, кто внедрил в тебя эти лживые убеждения, но это не правда.       И кто ей это рассказывает? Человек, что возвел свою матушку едва ли не на пьедестал земной планеты. — Ее не стоит бояться. Она с нетерпением ждем встречи с тобой и уже накрывает стол списком всех твоих любимых блюд. — Все верно! Она очень любит тебя и Джинву, поэтому точно возненавидит кого-то вроде меня, — от избытка охвативших сознание нервов, Йонг начала варварским образом грызть кончик ногтя. — Как любая заботливая мать она наверняка желает своему сыну всего наилучшего…       «Нет, нет, нет», — все сильнее убеждалась в рациональности принятого решения Хо. — «Если жизнь и психика мне еще дороги, я просто обязана отказаться от этой смертной казни на…»       Додумать об остальном внезапно помешала опустившаяся на ее щеку ладонь, которая заставила переключить внимание на то, что происходило в настоящем — а именно закипающем раздражении теневого охотника. — Я ведь уже сообщил тебе о том, что тебе не о чем беспокоиться. Моя мать любит меня, да. Но она также вдумчива и примет любого, кого я приведу в нашу жизнь, — убрав руку, он вместо этого переплел их пальцы в замок. — Если она увидит насколько счастливым ты меня делаешь, она увидит в тебе только достоинства. — Н-но Джинву! — жалобно заскулила она.       Однако даже самому железному терпению рано или поздно приходит конец.       С чуть усилившейся крепкостью сжав ее ладонь, Джинву просто поставил ее перед фактом: — Мы будем ждать тебя сегодня вечером в семь. Я действительно хочу, чтобы ты познакомилась с моей семьей. И я уверен, ты им понравишься.

***

Примечание

Вечный сон (익면증), также известный как болезнь вечного сна, является сверхъестественным расстройством сна, которое впервые появилось вместе с воздействием врат и магических зверей на человечество. Те, кто заражается этой болезнью, не переносят ману и обычно проявляют симптомы после длительного воздействия человека, излучающего ману, например, пробужденного человека или охотника. Ча Хэин (차해인) — корейская охотница S-ранга и вице-мастер гильдии охотников . Она также является женой Сон Джин У и матерью их сына Сон Сухо.