Всё, что от нас осталось

Когда они вышли на улицу, уже надвигались ранние сумерки. Какаши вскинул руку и посмотрел на часы. — Отстаем от графика почти на полчаса, — сказал он. Ирука ничего не ответил, таща свою часть книг к машине. Едва Какаши подошел к водительской двери, как увидел что-то на лобовом стекле. Это была мертвая человеческая голова, явно недавно отрубленная, но уже ощутимо воняющая. Какаши быстро огляделся по сторонам, хватаясь за пистолет. — Что… — начал было Ирука, но увидев, что украшает капот машины, поменялся в лице. Затем он опустил взгляд вниз, на шины. Какаши тоже это увидел. Он выматерился. Все четыре колеса были спущены. — Кто это сделал? — выдавил Ирука, не понимая, что вообще происходит. — Акацуки, — ответил Какаши, пристально рассматривая соседние здания. — Группа мародеров и идолопоклонников. — Но зачем? — все еще не понимающе вопрошал Ирука, пока Какаши тащил его обратно в здание. — У них спроси. Они закрылись на засов изнутри. Сумки с книгами бросили у дверей, лишь у Ируки остался один рюкзак за спиной. Какаши пытался что-то рассмотреть из окон, странно приседая, и правильно, потому что где-то рядом вдруг просвистела пуля. — На пол! — Ирука плюхнулся на живот, как ему и было приказано, и по-пластунски подполз к Какаши. Тот достал карабин и долго что-то высматривал в окно, но так и не выстрелил. — Здесь есть еще другие выходы, — сказал он, посмотрев на Ируку. — Нам придется попробовать выйти через них. Главный путь отрезан. Они караулят нас здесь. Ирука кивнул, поджав губы. — А машина? — Нет ее больше. И они, пригибаясь, перебежали от холла к полутемному коридору шириной в метра два, уходившему вглубь первого этажа, через читальные залы. Вдруг, на очередном повороте, им преградили дорогу. Это был достаточно молодой белобрысый парень, с виду безоружный. Все бы ничего, но в данной ситуации он определенно не внушал доверия. Конечно, они должны были знать, что в библиотеке мог быть кто-то еще до того, как они пришли сюда. К тому же, любой мог попасть в библиотеку в тот момент, когда они уже были здесь. — С дороги, — Какаши выставил вперед оружие. — Эй, не будь таким грубым, я ведь ничего вам не сделал, — незнакомец приподнял руки вверх, скорее делая вид, что искренне задет такой фразой. — Мизуки? Ирука оторопело уставился на незваного гостя. Это определенно был он. Белобрысые волосы, разве что, отросли, свисая теперь сальными прядями, не достигая плеч. Тот тоже узнал его. — Ирука. Мизуки растянул уголки губ в подобии улыбки. — Честно говоря, я думал, что ты не протянешь так долго. Младенец еще с тобой или он уже все? — С ним все в порядке, — напряженно ответил Ирука. — Ну, да. Вижу, ты пригрелся, — сказал Мизуки, переведя взгляд на Какаши. — Предупреждаю, он может только косячить. Из-за него рухнул наш лагерь. — Это была ошибка, случайность, — перебил его Ирука гневно. — Ты не знаешь, что случилось там на самом деле… Мизуки опустил руки, его улыбка стала шире. — Не сердись. Давай… давай просто пожмем друг другу руки и разойдемся. Он сделал шаг вперед, протягивая свою ладонь. — С дороги, — повторил Какаши сухо, наблюдавший за неожиданной встречей. Он периодически хотел спустить курок, но разговор невольно его увлек, привлекая погреть уши. Он не хотел марать руки прямо перед Ирукой. — Третий раз повторять не буду. — Твой новый друг слишком грубый, — пожаловался Мизуки. — Что ж, ладно… Незваный гость помедлил, сделал еще один небольшой шаг, опустив протянутую ладонь, словно желая развернуться, а затем резко бросился вперед. Какаши выстрелил с трех метров, едва увидел, как парень дернулся с места. Пуля не достигла своей цели — Мизуки оказался достаточно хитрым и ловким. Какаши ожидал, что тот бросится на него, но парень вынырнул снизу и оттолкнул его в стену, и под ударом оказался Ирука, стоявший все это время чуть позади. — Дернешься — прикончу, — бодро обратился к нему Мизуки, крепко обхватив сзади локтем за шею. В спину, прорезав ткань толстовки и футболки, уткнулось острое лезвие, поранив кожу. Затем он попятился назад, оттаскивая за собой добычу в сторону ближайшего читального зала, чьи двери были призывно распахнуты в коридор. Какаши, бросившийся было к Ируке, чуть не упустил из виду, как в коридоре появился второй незваный гость и открыл огонь. Какаши запрыгнул следом в зал, спасаясь от пуль. Когда она стихла, он высунулся из-за дверного проема и дал ответную очередь. Мизуки, все это время также придушивая Ируку локтем, волочил его все дальше по залу в сторону другого выхода, ведущего в другой коридор. Ируке это совсем не нравилось. Он впал в состояние, близкое к панике. Он боялся дернуться, чтобы не получить ножом под ребро, но в то же время он страстно желал сделать хоть что-нибудь, а не молча покоряться обстоятельствам. Пока Какаши сражался, он боялся лишний раз пошевелиться, чтобы спасти свою, и возможно его жизнь. Мысль об этом вызвала у Ируки волну злости, в первую очередь на самого себя. Потом на Мизуки. И, наконец, на Какаши, хотя это была уже иррациональная злость, ведь по сути, тот ни в чем не виноват, но Ируке казалось, что его губы все еще горели от чужих. Начать действовать Ируку сподвигло то, что за его спиной исчез нож, и вместо этого Мизуки вытащил свой пистолет, чтобы нацелить его на Какаши. Этого Ирука допустить никак не мог. Собравшись, он с размаху наступил пяткой на ногу Мизуки, одновременно с силой пихая его локтем в грудь. Это возымело эффект, так как тот ослабил хватку, грязно выругавшись. Не мешкая, Ирука развернулся, чтобы дать по морде обидчику, но тот был быстрее и схватил его за руку. В другой он все еще держал пистолет, поэтому единственное, что Ирука додумался сделать, скорее инстинктивно, это схватить Мизуки второй рукой и вывернуть ему руку. Мизуки дернул его на себя, сбивая деревянные столы. Вдвоем они повалились на пол. Какаши слышал, что происходит сзади, и, выпустив еще одну очередь в коридор, оглянулся. Увидев, как Мизуки навис сверху над Ирукой, Какаши быстро перевел оружие в его сторону и произвел одиночный выстрел, целясь в голову. Попал чуть ниже, но этого хватило, чтобы тот вскрикнул и схватился за место, где соединяется шея и плечо. — Сзади! — заорал Ирука, и Какаши инстинктивно пригнулся и шарахнулся в сторону, как раз тогда, когда прогремела еще одна очередь, но уже в зале. Часть пуль пришлась по нападавшему, незадачливо оказавшимся в зоне поражения своего напарника. Ирука быстро выполз из-под Мизуки, который свалился на пол и уже не представлял угрозы, и заполз за ряд столов. Какаши тоже спрятался за столами, не имея возможности высунуть и носа, ожидая, когда шквальный огонь утихнет. Ситуация была накалена до предела. Ирука тем временем молился, чтобы Какаши не пробило голову. Он дрожащими руками снял пистолет с предохранителя и взвел курок. Выдохнув, он быстро высунулся и, потратив едва ли секунду на прицеливание, нажал на спусковой крючок. В цель он не попал, но отвлек внимание на себя. Этой замешки хватило, чтобы Какаши сделал выход, поразив нападавшего несколькими пулями, отчего тот свалился на пол. Наконец стрельба смолкла. Ирука осмелел и наконец поднялся в полный рост, оглядывая место побоища. Какаши перезаряжал карабин. — Хороший выстрел, — сказал он, подняв взгляд на Ируку. — Не ранен? — Нет, — мотнул головой тот, оцарапанная ножом спина все еще горела, а затылок гудел от падения на пол. Какаши оглядел поверженного противника, валявшегося у входа в зал, удостоверившись, что тот мертв. Затем подошел к еще подававшему признаки жизни второму нападавшему. Тот лежал на спине, тяжело дыша, прижимая окровавленную ладонь к шее, а другой сжимая рукоять пистолета. Какаши выбил его из чужой ладони. — Сколько еще снаружи? — требовательно спросил он. — Да пошел ты, — бросил раненный, даже не смотря на него. — Мизуки, ну же, скажи, — Ирука присел с ним рядом. Ему иррационально хотелось чем-то помочь ему, чтобы облегчить боль, но понимал, что не стоит этого делать. Мизуки хотел его убить. Тот молчал, не отвечая на вопрос. Тогда Какаши подхватил его же собственный нож, что валялся неподалеку, и с размаху всадил сталь в чужое бедро. Мизуки заорал, подрываясь с пола, пачкая все вокруг кровью. — Двое! Еще двое! — Зачем вы на нас напали? — продолжал допрос Какаши, не желая терять ценного свидетеля. Не получив ответа, а только лишь стенания, он провернул лезвие в чужой плоти, и Мизуки снова заорал от боли. Ирука сморщился, не желая на это смотреть, но не мог не слышать крики, которые разносились эхом по зданию. — Это… Это ради Пейна, — задыхаясь, выпалил Мизуки. — Нужна живая кровь… — Кто такой Пейн? — Не живой и не мертвый среди людей, не там и не здесь, — протараторил Мизуки, стиснув зубы. — Он умер, но воскрес… Это ждет всех нас. Какаши еще какое-то время в чужие, почти безумные глаза, которые смотрели на него со страхом и ненавистью. — Где находится ваша база? Но Мизуки больше ничего не говорил, а закрыл глаза, что-то бормоча под нос. Когда Какаши провернул лезвие снова, он лишь болезненно скривился и сжал челюсти, издав мучительный стон. — Пожалуйста, давай уйдем, — попросил Ирука, озираясь. — Какаши… Тот, помедлив, отпустил рукоять ножа и встал. По зданию эхом прокатывались завывания мертвецов, встревоженных звуками выстрелов и криков. Оставаться было небезопасно. Неожиданно вдруг Какаши наклонился и подхватил раненного за плечо, грубо поднимая его с пола. Когда Мизуки попробовал воспротивиться этому, то получил удар под дых, выбивший у него весь воздух из легких. Ирука расширил глаза, когда понял, что Какаши хочет взять его с собой в качестве пленника. — Может, не стоит этого делать? — негромко спросил он, но уже знал, что тот его не послушает. Мизуки был важным источником информации об Акацуки, будучи его членом — об этом свидетельствовала характерная черная повязка на его левом плече. Какаши ответил отказом и, взвалив на себя тело, прежде быстро обыскав его на предмет оружия, вышел из зала. Ирука, подхватив рюкзак, последовал за ним, не оборачиваясь. *** — Кто он такой? — задал вопрос Какаши. Прошло полчаса. Сгущались сумерки. Они ехали на базу, устремившись по разрушенному асфальту с выцветшей разметкой. Машину, старую камри, они чудом подобрали на улице, перепробовав все остальные автомобили, выбежав из библиотеки на задний двор в переулок. Это была неприметная дверь, предназначенная для служебных целей, не тот черный вход, где, судя по всему, их поджидали. Заведя машину, Какаши втопил педаль газа в пол и с ревом рванул от библиотеки. Они промчались мимо центрального входа, где по ним царапнули несколько пуль, но не задели шин. Какаши ожидал погони, но ее, к их удаче, не было. По дороге им пришлось остановиться один раз, когда остатки топлива совсем подходили к концу, чтобы слить бензин из брошенных автомобилей. На базе уже знали об их ситуации и ждали их возвращения. Мизуки лежал на задних сиденьях со связанными ветошью руками и бумажным пакетом на голове. Ирука не знал, был ли тот в сознании, но тот лежал молча, не издавая ни звука. По началу грязно ругался и лягался, пока Какаши не сказал, что прострелит ему башку, если тот не заткнется. Мизуки угрозе не внял, и Какаши пришлось всечь ему, чтобы тот выпал из сознания на некоторое время. Ирука даже немного испугался, что Какаши перестарался, но Мизуки был все еще жив. — Мы были в убежище для выживших, — негромко сказал Ирука, словно не желая, чтобы бывший друг его подслушивал, теребя лямки рюкзака. — Это было давно, почти полгода назад, сразу после катастрофы… — Где находился лагерь? — В метро, — ответил Ирука, нахмурившись. — Тогда там еще было безопасно. Людей было много. Повисло молчание. Был слышан лишь двигатель мотора. — Потом в лагерь попал один зараженный, — прервал тишину Ирука, продолжив. Он хотел высказаться, рассказать то, что видел и пережил. Опровергнуть слова Мизуки. — Я… его привел. Он так просился внутрь. Он выглядел абсолютно нормальным, и его пустили в убежище. Ночью начался хаос, а к утру уже никого и ничего не было. Пепелище. — Ясно. Ирука посмотрел на Какаши. Тот смотрел на дорогу и казался уставшим. — Это я виноват. Какаши перевел на него взгляд. — С чего ты так решил? — Если бы мы не поехали в библиотеку сегодня, то на нас бы не напали. Если бы я не привел зараженного, лагерь, возможно, был бы жив, а у Наруто были бы родители… Может, я и вправду приношу одни беды. Ирука тяжело вздохнул и замолк, не зная, зачем он вообще все это говорит. Снова повисло молчание. Какаши было плевать. Но тот вдруг заговорил. — Ты не можешь предугадать, что случится в следующий момент. Я тоже могу так сказать — если бы с нами сегодня поехал третий, Генма или Обито, он остался бы сторожить машину. И с большой долей вероятностью его бы убили, пока мы были бы в библиотеке. Но нам повезло, и мы поехали вдвоем. У нас минимальные потери. А может быть, на нас бы не напали, если бы мы не потеряли те пятнадцать минут в магазине, а это уже моя вина. Но тогда бы мы не встретили Мизуки. Если бы не ты привел зараженного в лагерь, то его привел бы кто-то другой, рано или поздно… Просто перестань так много думать. Это вредно. Ирука поднял глаза на Какаши, на мгновенье столкнувшись с ним взглядом, и не сдержал улыбки, затронувшей его искусанные губы. — Хорошо. Больше не буду. Потом улыбка чуть погасла. — Что будет с Мизуки? — На совете решим. Какаши помолчал какое-то время, потом посмотрел на Ируку. — Думаешь, я слишком кровожадный? — Нет. Я ничего уже не думаю. Обещал ведь. Ирука снова улыбнулся, а его улыбка передалась Какаши, забравшись под его маску и куда-то под сердце.