Обезболивающее зелье || Numbing Potion

— И интересно, и грустно, что многие маги не осознают, что рядом с ними существует так много впечатляющей магии. Каждый маг в Британии хотя бы раз приезжает в Косой переулок, чтобы либо купить палочку, либо найти ее в своих семейных хранилищах… но лишь немногие задумываются о том, что здесь живет целая нация магов. У них есть своя культура, свое искусство, свои ремесла и своя магия. Хранители Нации в Гринготтсе настолько любезны, что позволяют любому магическому существу посетить и испытать хотя бы часть этого. Белла пожала плечами. — Ну, маги уже давно не очень заинтересованы в понимании других, так что, думаю, это не должно вызывать удивления, — Она на мгновение остановилась. — Однако все равно разочаровывает. Гермиона кивнула. Они шли от точки появления возле Дырявого Котла до Гринготтса. Белла забрала Гермиону из дома, и , перед тем как отправиться в путь, они вместе позавтракали. Белла нежно коснулась плеча Гермионы, привлекая ее внимание. — Ты не возражаешь, если я загляну сюда на минутку? — указывая на офис «Сова», промолвила ведьма — Мне еще нужно отправить несколько посылок. Гермиона улыбнулась и покачала головой. — Хорошо. Я останусь здесь и буду наслаждаться утренним солнцем. Белла кивнула и направилась внутрь. Гермиона увидела рекламную доску с первой полосой сегодняшнего «Ежедневного пророка» . Она подошла ближе, когда увидела, что в заголовке говорилось что-то о пожаре возле Хогсмида, и начала читать статью. «Хогсмид спасен от пожара в «Запретном лесу» Жители Хогсмида вздохнули с облегчением, когда ветры еще на один день удерживали дым от пожара в «Запретном лесу» недалеко от Хогвартса. Пожарные ожидают, что ад погаснет к завтрашнему вечеру, хотя тление может продолжаться еще день или два после этого. Преобладающие ветры заставляют дым сноситься в сторону Хогвартса, который, к счастью, закрыт на лето. Единственным жителем замка в это время года является его директор, который не был доступен для комментариев. Рубеус Хагрид, житель территории Хогвартса, был взят под стражу аврорами, вызванными присутствовавшими пожарными. Садовник Хогвартса несколько раз пытался прорвать защиту, окружающую огонь, крича о том, что его друзья в опасности. Пожарные применили заклинания, охватывающие пораженный участок, и не обнаружили никаких признаков присутствия людей, что побудило их принять менее агрессивный подход к тушению огня. «Мы не знаем, кто установил защитные ограждения вокруг этого пожара, — сказал представитель пожарной службы, — но они спасли остальную часть «Запретного леса». Они установили эту защиту до того, как пожарная служба узнала об этом пожаре. Без этой защиты изменение преобладающих ветров могло бы привести к пожару в Хогсмиде, но наличие защиты снова обеспечило безопасность всех в этом районе». Пожарный, побеседовавший с «Ежедневным пророком» на условиях анонимности, поскольку они не уполномочены общаться с прессой, рассказал, что, когда они впервые прибыли на место, они услышали щебетание, щелканье и пронзительные крики. Ни один из известных обитателей «Запретного леса» не издает таких звуков. Ходили слухи об акромантуле, живущем в лесу, но представитель министерства заявил, что им не известно о завозе сюда чужеродных видов. По словам представителя пожарной службы, никакой ясности в этом вопросе не ожидается до тех пор, пока пожар не погаснет полностью, что может занять две недели.» Гермиона поморщилась от ответа Министерства. Наличие акромантулов могли подтвердить не один студент Хогвартса и, скорее всего, любой из кентавров, но оба были проигнорированы учреждением. Белла выскочила из Совиного офиса. — Должно быть, это последнее, — с энтузиазмом сказала она. — Ты готова отправиться в Гринготтс? Гермиона улыбнулась и кивнула. Белла сравняла свой темп с темпом Гермионы, когда они поднимались по лестнице к главному входу в Гринготт. Они остановились на полпути. Белла сделала реверанс двум охранникам, Гермиона склонила голову в знак приветствия. Сегодня она не спрятала костыли и решила, что двое Кобехолдов простят ей то, что она не рисковала своим устойчивым положением. Охранники предъявили свои алебарды, приветствуя двоих, направлявшихся в Гринготтс. Белла шла впереди, обходя очереди к кассирам и направляясь прямо к одной из охраняемых дверей в сторону главного банковского зала. Она сделала реверанс, и Гермиона, теперь менее сдержанная, поскольку они не опасно балансировали на ступеньке, сделала полу-реверанс. Белла поговорила с охранником тихим голосом. — Веселая встреча. Можем ли мы сегодня посетить Зал Мастеров?. Охранник кивнул и отступил в сторону, позволяя им войти. — Прогулка составляет около 1,5 км по гладкой и широкой тропе. По пути нет точек отдыха, но в зале есть скамейки. Мы можем оказать помощь, если прогулка окажется не по силам никому из вас. Белла повернулась и посмотрела на Гермиону, которая покачала головой. — Спасибо за ваше предложение, но мы сами дойдем до Зала, — Она склонила голову и шагнула в открывшуюся дверь. Гермиона последовала ее примеру. Широкий коридор плавно изгибался и наклонялся. Две ведьмы неторопливо шли, рассказывая о рельефах, окаймляющих дорогу, отображающих ключевые моменты истории Кобехолда. Ни одно из событий не изображалось изолированно: каждое было связано со следующим событием переходными сценами, показывающими более обыденные события, взгляды на повседневную жизнь, Кобехольд за работой. — Частью понимания Кобехольдами своей истории является то, что так называемые ключевые моменты существуют только потому, что произошло много обыденных вещей. Военный лидер существует, потому что ее родители встретились после того, как ураган затопил их дома. Она научилась быть хорошим стратегом, потому что играла с большой группой умных детей, потому что в городе произошел демографический бум, когда была найдена новая шахта. Это также верно и для человеческой истории, но для Кобехолда это почти символ веры, что игнорировать эти случайные события вводит в заблуждение, поэтому всякий раз, когда они представляют какой-либо так называемый «ключевой момент», они будут включать ссылки на какие-то обыденные события. Гермиона кивнула, очарованная тем, как на каждой сцене люди готовили, чинили одежду, создавали инструменты, играли в игры… и то, как переходы между сценами также отражали этот подход. — Интересно, — Гермиона сделала паузу. — Интересно, как меняется общество, когда у них есть такое понимание своей истории. Изменится ли это отношение к домашнему труду? Изменится ли это отношение к лидерам? Как рассматриваются восстания? — Еще раз, — почти прорычала она, — прокляни Биннса и людей, устроивших это тусклое зрелище. Белла рассмеялась и кивнула, протянув руку и успокаивая Гермиону. Они продолжили прогулку в дружеском молчании, наблюдая за событиями, происходящими вокруг них. Пологий уклон сгладился, изгиб коридора выпрямился, и в конце его открылась богато украшенная двойная дверь, ведущая в большой зал. Они видели яркие пятна, где предметы выставлялись в хорошо освещенных местах, окруженных скамейками. — Мне посчастливилось встретиться с одним из мастеров, чьи работы выставлены здесь, когда я приехала в первый раз, — прошептала Белла. — Он объяснил, что вокруг каждого предмета есть скамейки, побуждающие посетителей проводить время, рассматривая отдельные предметы, не торопиться, чтобы почувствовать волшебство предмета, увидеть его форму, задуматься о его истории, поразмышлять о процессе его создания. Гермиона кивнула. — Он сказал, что действительное знакомство с несколькими предметами существенно более обогащает, чем мимолетное наблюдение большого их количества. Я была злющим ребенком, — прежде чем Гермиона успела ответить, Белла протянула руку, прося ее воздержаться от комментариев. — Да, я знаю, я тоже злющий взрослый человек. — Он и мой коллега провели со мной время в тот день, усадили меня за несколько экспонатов, рассказали, как они испытали этот предмет и все, что они о нем знали, — Она улыбнулась воспоминанию. — Я думаю, что в тот день я по-настоящему познакомилась с магией, и хотя Она никогда не упоминалась, с Богоматерью. Двое друзей прогуливались по залу, решая, с каким из выставленных предметов они проведут больше времени. Гермиона указала на церемониальное платье, счетную машину и меч. Белла предложила протез руки, набор кинжалов и шкаф для документов. Они не торопились с каждым из предметов, ощущая магию внутри, рассматривая ремесло, использованное при его создании, описывая друг другу свои чувства по поводу шедевра, иногда размышляя о магических эквивалентах (или их отсутствии), а иногда делясь какой исторический контекст они знали. Некоторые из предметов имели информационный буклет, в котором содержалась информация о мастере-ремесленнике, который их изготовил, кто их использовал, а иногда и о том, как они были изготовлены, или о их важности для нации. В конце концов они вернулись в банковский зал. Когда ведьмы шли к выходу, они услышали, как некоторые люди шептались друг с другом о «калеке». Белла выпрямилась, бросив на шепчущих смертельный взгляд. Гермиона поморщилась от шепота и слегка улыбнулась защите Беллы. — Где мы пообедаем, любимец? — спросила Белла. Гермиона на мгновение задумалась. — Как насчет «Трех метел»? Я знаю, что это основное заведение для студентов Хогвартса, но я так и не ходила туда. Там всегда было слишком многолюдно, чтобы передвигаться на костылях, но сейчас летние каникулы, поэтому должно быть довольно тихо… Белла кивнула. — Розмерта - хорошая хозяйка и, как правило, имеет приличную кухню, так что это похоже на план. Готова? Гермиона кивнула. Белла аппарировала их двоих в Хогсмид. Город был тише, чем Гермиона когда-либо видела. Пока она училась в Хогвартсе, она несколько раз приходила в Хогсмид за письменными принадлежностями или книгами. После своего первого визита она научилась избегать более популярных мест тусовок, а также комментариев, насмешек и сглазов, которые обычно были там в ее адрес. Городок выглядел живописно под летним солнцем. Вдалеке они видели Хогвартс в тумане пепла, поднимающегося из Запретного леса. Белла потянулась, чтобы коснуться плеча Гермионы и повела ее к входу в «Три метлы». На двери висела табличка с указанием часов работы, а еще одна сообщала, что место предлагает еду, напитки и ночлег. Третья, более новая табличка приветствовала «всех благословленных магией». Росмерта тепло их приветствовала, предложила блюдо дня и спросила, какие напитки они предпочитают. Гермиона заказала сливочное пиво, теперь, когда у нее была возможность выпить его спокойно, и Белла решила последовать ее примеру. Пока ведьмы ели, они болтали, строя планы на следующие несколько прогулок. Гермиона почувствовала, что слабеет. Она наклонилась к Белле и с сожалением объяснила, что ей нужно пойти домой и поспать. Белла в ответ успокаивающе погладила ее по лицу и сказала не волноваться, она прекрасно провела время и завтра придет в гости, хотя бы просто для того, чтобы зарегистрироваться. Прежде чем повернуть обратно в сад, Гермиона обняла Беллу, поблагодарила ее за восхитительный день и поцеловала в щеку. У двери она обернулась, помахала рукой и улыбнулась, прежде чем пройти внутрь и к своей кровати. Белла зашла на следующий день, поздно утром. — Идеальный момент, — улыбнулась Гермиона, открывая дверь. — Я только что заварила чай. — Я не мешаю тебе учиться, не так ли? — Нет, я собиралась сделать перерыв на чай и все равно подумывала о том, чтобы закончить на сегодня. Я закончила главу и не собираюсь начинать следующую. Белла улыбнулась. — Ты хочешь сегодня пообедать с Медой? На этой неделе она работает в несколько смен. Она варит зелья, требующие внимания, с интервалом в 12 часов, а разделенная смена означает, что она свободна на обед. Гермиона на мгновение задумалась, а затем кивнула. — Конечно. Сначала чай, я так понимаю? Белла кивнула. — Мы можем выехать в полдень. В итоге они провели час, болтая за чаем, обсуждая предметы Гермионы на уровне A и сравнивая их с предметами ее СОВ. Это, в свою очередь, привело их к обсуждению искусства в волшебном мире и его сравнению с искусством в обычном мире, где Гермиона выкопала для них несколько своих любимых книг по искусству. — Мантия или джинсы? — Джинсы, наверное. Меда живет в бывшем доме бабушки и дедушки Теда Тонкса, так что это не волшебный район. Гермиона кивнула и пошла в свою комнату, чтобы переодеться в одежду, подходящую для посещения сестры Беллы. Она выбрала джинсы и летнюю рубашку, схватила сумочку и убедилась, что в ней есть необходимый набор зелий и лекарств. Кто-то, кто мог быть почти сестрой-близнецом Беллы, открыл дверь еще до того, как они до нее дошли. Гермионе не дали возможности начать представление, ее заключили в нежные объятия. — Добро пожаловать, Гермиона. Я могу звать тебя Гермионой, верно? Зови меня Энди или Меда, пожалуйста. Приятно познакомиться. Гермиона улыбнулась и кивнула. — Мне тоже приятно познакомиться, Энди. — Входите. Я как раз накрывала на стол. Она указала им на обеденный стол и пошла на кухню. — Вот чёрт, тетя Белла. Я так понимаю, это Гермиона? Белла кивнула. — Приятно познакомиться, Гермиона, я Тонкс. Просто Тонкс. Белла ухмыльнулась. — Мою дражайшую племянницу не особо волнует выбор Медой имени для нее. Мы пришли к компромиссу: во избежание путаницы мы можем называть ее Дорой, — Маленькая гримаса Тонкс даже при «компромиссе» заставила Гермиону задуматься, как ее зовут и почему она так ненавидит это имя. — Мне тоже приятно познакомиться, Тонкс. Тонкс улыбнулась и указала им на места за обеденным столом. — Мама сейчас выйдет. — Дора здесь, — сказала Белла с ухмылкой, — пыталась быть белой овцой в семье Блэков. Тонкс покраснела и выразила свое недовольство протяжным «Тетя Белла!» Она повернулась к Гермионе, на лице которой было вопросительное выражение. — Я поступила в Академию мракоборцев прямо из Хогвартса. Ожидается, что я закончу учебу в конце лета. Но с тех пор я узнала об опыте тети Беллы, услышала о заключении Сириуса в тюрьму и услышала еще несколько историй о Министерстве и Аврории, —Она пожала плечами. — Я больше не уверена, что это был хороший выбор, поэтому теперь нужно решить, что делать дальше. —Либо мне придется три года работать мракоборцем - что мне больше не нравится - либо отказаться принять присягу и навсегда отстраниться от работы в Министерстве. Это начинает выглядеть так, будто я в любом случае не хотела бы этого делать, так что, возможно, это не такая уж большая жертва, — Она снова пожала плечами. — У меня есть еще около месяца, прежде чем мне нужно будет принять решение. У меня есть время, чтобы все уладить. Голос Энди произнес: «Нимфадора», что ответило на ранее задуманный вопрос Гермионы (и знание культуры запугивания в Хогвартсе, вероятно, ответило на оба ее вопроса). На лице Тонкс отразилось ее полное отвращение к этому имени. — Ты не могла бы сходить за супом и хлебом? Я принесу сыр и все такое. Тонкс направилась на кухню, взмахнула палочкой и подняла на стол разделочную доску с хлебом и кастрюлю с дымящимся супом. Все четверо немного поговорили, пока ели вкусный суп, свежий хлеб и выбор сыров. Их будущее, особенно учитывая, что Тонкс и Гермиона не знали, что им делать дальше, было очевидной темой для разговора. — Гермиона, — сказал Энди, — не хочешь ли ты заняться своими ТРИТОН самостоятельно? Я понимаю, что ты не заинтересована в возвращении в Хогвартс, — Гермиона нахмурилась при этой мысли. — но если бы ты собиралась заниматься своими ТРИТОН, мне интересно, хотела бы ты, чтобы я обучала тебя зельям? Я могла бы обучать тебя полдня в неделю в обмен на полдня помощи в приготовлении некоторых из более сложных зелий, которые мне нужны. Я поняла от Беллы, что ты опытный зельевар, поэтому твоя помощь будет для меня подспорьем. Гермиона взглянула на Беллу, которая ободряюще улыбнулась. — Звучит интересно, — сказала Гермиона, — хотя я еще не совсем уверена, что буду делать дальше. Можно мне немного времени подумать об этом? Энди кивнула . — Конечно. Предложение в силе. Я бы предложила больше времени на репетиторство, но я завалена приготовлением зелий, а затем преподаю лечебные курсы для начинающих целителей, что добавляется к моим обязанностям, поскольку за последние несколько лет очень немногие люди завершили свои ТРИТОН по зельям. Гермиона кивнула. — Нет, я понимаю. Я думаю, что ваше предложение великолепно. Я просто не уверена, какие варианты действительно открыты для меня. Энди фыркнула. — Ну, если ты освоишь зельеварение, возможно, ты сможешь устроиться на работу в Хогвартсе преподавателем зелий. С их нынешним учителем, — выплюнула она это слово, — похоже, случился несчастный случай, и он вряд ли вернется. Тонкс вмешалась в разговор с большим энтузиазмом, чем подобает начинающему мракоборцу. — О, кто-нибудь наконец получил биту из темницы? Белла рассмеялась. — Дора, ты Блэк, да. Энди нахмурилась, глядя на Тонкс, но кивнула. — Возможно, он пришел в себя. Кажется, он перепутал некоторые ингредиенты, готовя зелье, и пары разрушили кусок его горла и вызвали повреждение нервов. Он не будет варить в течение следующего года или около того, пока не выздоровеет настолько, что перестанет все время дрожать. Целителям пришлось удалить часть его горла, включая голосовые связки. Они не смогут их вырастить заново, поэтому он вряд ли вернется к преподаванию. Тонкс фыркнула. — Ну, если он в конечном итоге выучит язык жестов, ему, возможно, придется также научиться выражать одну или две эмоции. Ровным голосом Энди добавила: — Он, возможно, пожалеет, что не обучил больше людей зельям должным образом. Его целитель попросил меня предоставить несколько специальных обезболивающих зелий, но у нас нет ресурсов для их изготовления. Мы ограничены простыми обезболивающими зельями. Мы и так растянуты, поэтому лечебные зелья имеют приоритет. — Если зельеваров и мастеров зелий так мало, — задавалась вопросом Гермиона, — сможет ли Хогвартс найти кого-то, кто сможет учить? — Если бы мне пришлось угадывать, — сказал Энди, — я думаю, они попросят Слагхорна выйти из отставки, чтобы немного подбодрить их. Он хороший учитель, хотя иногда кажется, что он проводит больше времени в общении, чем в преподавании — Она поджала губы. — Я понятия не имею, что они будут делать в долгосрочной перспективе. Я сомневаюсь, что Слагхорн захочет надолго отказаться от комфортной пенсии. Тонкс убрала со стола и принесла выпечку и чай. Энди и Белла поделились некоторыми из самых забавных анекдотов из своего детства (а когда Тонкс слишком громко рассмеялась, Энди тоже поделилась некоторыми пикантными подробностями о детстве своей дочери). — Если ты не против, Гермиона, — сказала Энди, — мы подумывали пригласить Сириуса на ужин в субботу. Мы надеемся, что он воссоединится с нами троими, и, я думаю, с идеей семьи Блэк. Мы также надеемся решить, что нам следует делать дальше, чтобы помочь ему и обеспечить, чтобы его племянник получил право первородства. Гермиона кивнула. — Если позволит здоровье, я буду там. Белла повернулась к Гермионе. — Ты не будешь возражать, если я присоединюсь к тебе утром? Гермиона покачала головой. — Это было бы прекрасно, — Она покраснела. — Если ты придешь в восемь, ты сможешь присоединиться к моим родителям и мне за завтраком? Белла улыбнулась и кивнула. Энди начала собирать вещи, чтобы вернуться в больницу Святого Мунго. — У меня есть несколько зелий, которые скоро потребуют внимания. Мне жаль, что я прервала это приятное время, но зелья никого не ждет. Тонкс вздохнула. — Мне нужно пойти на встречу с аврорами, она предназначена для того, чтобы мягко познакомить нас с нашими будущими обязанностями. Или, для циников среди нас, чтобы помочь создать внутреннюю культуру, чтобы мы не рассказывали другим о неудачах Аврори. В любом случае, было приятно познакомиться с тобой, Гермиона, и приятно снова увидеть тебя, тетя Белла. Она сопровождала это объятиями, а затем выбежала из комнаты, прихватив на выходе свой плащ аврора-стажера. Энди проводила их до двери. Как только все трое вышли на улицу, она обняла их на прощание, прежде чем аппарировать в церковь Святого Мунго. Белла отвела Гермиону домой, где они провели тихий день: Гермиона отдыхала, а Белла читала ей.