Hope for salvation.

— Долго ещё дрыхнуть собираешься? — знакомый голос прозвучал непривычно бодро. Мегуми разлепил один глаз, созерцая Сукуну с чашкой в руках, идеально одетого и причесанного. Запахи кофе и одеколона постепенно достигли носа, заставив поморщиться. Слишком уж концентрированно для первых минут пробуждения: — Восемь утра. Ты спал двадцать часов. — Почему не разбудил? — Мегуми потёр глаз. Голова раскалывалась, тело затекло из-за продолжительного отсутствия движений. Демонстративно игнорируя вопрос, Сукуна произнёс: — У тебя двадцать минут, чтобы принять душ, лекарства, одеться и, если поторопишься, выпить кофе. — Мы куда-то едем? — Уже забыл, как планировал сопровождать меня повсюду? Держи слово, Фуши. Я покурить, — Сукуна вышел из спальни вместе с дымящейся кружкой и направился в сторону балкона. В комнате было прохладно, даже свежо, несмотря на благоухающего хозяина жилища. Мегуми, нахмурив брови, огляделся. Он попытался сообразить, что следует делать. В целом указания получил, только вот мозг сотрудничал неохотно. На водные процедуры хватило десять минут. Прикрывшись полотенцем, Мегуми вышел из ванной комнаты и хотел было спросить Сукуну, во что ему одеться, как увидел собственный чемодан посреди гостиной: — Мои вещи? — глаза рефлекторно расширились. Сукуна как раз вернулся в комнату, ответив невозмутимо: — Да. А ты рассчитывал, что я тебе новый гардероб поеду покупать? Как в Красотке? Для того чтобы понять сарказм, издевку или шутку, произнёсенную с камнем на лице, у Мегуми ушла минута. Он пялился на Сукуну, не моргая: — Я просто удивлён. — Документов твоих там нет, не надейся. Только тряпки. Одевайся в темпе, Фуши. Нужно ехать. — Ты так и не ответил куда, — Мегуми присел над чемоданом, полотенце предательски сползло, частично оголяя ягодицы. Всем своим нутром Мегуми чувствовал на себе внимательный взгляд. — Работать. Из-за того, что я тебя забрал, отпуск мне никто не предоставил. — А это нормально? Что я буду с тобой? — Мегуми достал свое белье, слегка помятую футболку и шорты. Вещи не мешало постирать. В обычной жизни Мегуми бы никогда не вышел в столь неопрятном виде. Теперь же складки на одежде было последним, что волновало. — От тебя требуется две вещи: держать рот закрытым и не отходить ни на шаг. Поэтому я был бы очень признателен, если бы ты не заставлял меня пожалеть о решении вытащить тебя в первый же день. — Я все понял, — в голове копились вопросы. Мегуми всё ещё не знал, каким именно образом Сукуна его смог забрать, надолго ли, что послужило причиной для этого. И пусть беспокойство о дальнейшей судьбе продолжало давить на сознание, приставать с расспросами было неуместно. Мегуми решил действовать осторожно. Сукуна представлялся ему опасным зверем, способным как защитить, так и растерзать в клочья. Требовалось время. И время это пролетало с бешеной скоростью. Следующие три недели Мегуми таскался за Сукуной повсюду, попросту стал его тенью. Маршруты обычно повторялись. Они ездили на остров в джунгли, к аэропорту, на безлюдные парковки. Иногда посещали бары, наркопритоны и бордели. Мегуми не разу не видел, чтобы Сукуна пил алкоголь, принимал наркотики или избивал кого-то, пока работал, хотя изначально именно это ожидал увидеть. Мир, в котором довелось вращаться, прогнил донельзя. И оставаться в нем в здравом уме казалось такой себе идеей. Члены организации, на которую работал Сукуна, как и предполагалось, не оставляли Мегуми без внимания. Обычно отпускали сальные шуточки, навешивая десятки прозвищ. Каждому проводился короткий инструктаж: — Тронешь его, вырву глотку. Этот пацан мой, — получалось достаточно доходчиво. Так дальнейшие вопросы возникали редко. Только если попадались ублюдки, имеющие представление, кем Мегуми являлся. — Он же не просто твоя проститутка, Сукуна, он — вип-товар для аукциона. То, что босс позволил тебе развлекаться до торгов, не дает этому пацану особых привилегий, — слова принадлежали Мао. Несколько встреч с этим человеком хватило Мегуми, чтобы понять насколько, тот ничтожен и вместе с этим опасен. Сукуна его определённо не переносил на дух и откровенно это демонстрировал. — Не лезь не в свое дело. Иногда в рутинно отвратительных буднях выкраивались приятные мгновения. Например, на обратном пути в Манилу, обычно глубокой ночью, Сукуна останавливал машину у берега и позволял искупаться в океане. В такие минуты удавалось даже поговорить о чем-то помимо дежурных тем, посвящённых распорядку дня: — Здесь совсем другие звезды, — Мегуми лежал на остывшем песке. Его грудная клетка продолжала вздыматься, пока медленно выравнивалось дыхание. — Я тоже заметил, — согласился Сукуна. — Небо Филиппин единственное, что хотелось бы оставить в памяти об этом месте. Это было похоже на откровение. Стоило Сукуне сказать нечто подобное, он снова забирался в свой плотный кокон, из которого долго не выбирался. Мегуми не требовал чего-то большего. Он терпеливо ждал шанс поговорить откровенно. Конечно, неопределённость держала в подвешенном состоянии. Расслабиться не получалось даже на секунду, пусть Мегуми и не чувствововал прямой угрозы. Ещё спасали книги. Сукуна доставал новые, когда не успевали закончиться начатые. В страницах вымышленного мира получалось спрятаться. Пусть ненадолго, но Мегуми абстрагировался. Сукуна также делал необходимые фото для инстаграма, следовал какой-то выверенной схеме, в которую не посвящал. Это было невысокой платой за отсрочку неизбежного. Для того, кто приобрёл себе раба, Сукуна вёл себя слишком уж отстранено. Мегуми это более чем устраивало. Ему предоставили адекватные условия для существования, хорошо кормили, возили на редкие экскурсии по стране. Стоило о чем-то попросить, Сукуна выполнял просьбу. Желания были простыми, как, например, купить линзы, средства гигиены, медикаменты. Мнение Мегуми учитывалось и в выборе продуктов. В целом со стороны их жизнь с Сукуной напоминала сожительство соседей, где приходилось зарабатывать на жизнь не самым приятным способом. Все ночи Мегуми и Сукуна провели вместе, под одним одеялом. Так удалось быстро выучить чужие привычки во сне, подстроиться под режим. Даже будучи в отношениях прежде, Мегуми при любой возможности предпочёл бы спать один, только так он высыпался. Кровать готов был делить только с целью заняться сексом. Пребывание на Филиппинах меняло взгляды на обыденность. Присутствие Сукуны Мегуми ничуть не тревожило, не надоедало, напротив, стоило Сукуне пропасть из виду хоть на секунду, внутренности сводило от страха. Иногда Мегуми ловил себя на мысли, что хочет вскрыть череп своего надсмотрщика в надежде узнать, о чем он думает. Почему не пользовался своим положением? Возможно интуиция подводила, и Сукуну не интересовали мужчины? Пусть так, но за прошедшие три недели не появилось ни одной женщины на горизонте. Завоевать чужое расположение, не предпринимая для этого никаких серьёзных попыток, казалось невозможным. Мегуми хотел попробовать ступить на шаткий мост. Они возвращались после очередной сделки с производителями нелегального оружия в глубине одного из крошечных островов на севере от Манилы. В подробности Мегуми никто не посвящал, но способностей к аналитическому мышлению у него было в достатке. Пересев в порту в автомобиль, Сукуна сразу завёл двигатель и тронулся с места. Он выглядел замученнее обычного. Чаще всего подобные поездки проходили в полном молчании. Теперь же Мегуми набрался смелости: — Ты пьёшь алкоголь? — Почему спрашиваешь? — подозрительно в своём репертуаре отозвался Сукуна. — Простой же вопрос. — Пью, но нечасто могу себе позволить. — Настолько кусается ценник в столице? — попробовал пошутить Мегуми. — Или чудишь, когда напиваешься? — Чудишь? — бровь Сукуны на мгновение дернулась. Ему совершенно точно было любопытно. — Ну там буянишь? Может, раздеваешься публично? Морды там бьёшь? — Ничего такого, — пожал плечами Сукуна. — Работа обязывает быть в здравом уме. — Я думал, такая работа наоборот лишает рассудка... — промычал Мегуми. — Что? — Выпить не хочешь, говорю? — Ты задумал что-то, о чем мне следует знать? — Сукуна аккуратно повернул руль одной рукой, бросив быстрый взгляд в боковое зеркало. Действие было таким простым, но Мегуми завис на неположенные ему секунды: — Что я могу задумать? Опоить тебя и сбежать? Сукуна, я не идиот. Просто крыша едет, хочется хоть как-то разгрузить голову. — Завтра утром встреча с Мао. — Этот ублюдок все равно на неё опоздает, и напиваться до беспамятства я не предлагаю, — на одном дыхании выдал Мегуми. Сукуна удостоил его внимательного взгляда. — Я немного запутался в днях, но кажется недавно мне исполнилось тридцать, могу попросить подарок на день рождения? Или это слишком? — Мегуми не смотрел на Сукуну, фокусируясь на дороге за лобовым стеклом. Его голос звучал спокойно, мягко. Помедлив с ответом, Сукуна повернул на несколько кварталов раньше, чем насторожил Мегуми: — Какой алкоголь ты обычно пьёшь? — Мне нет особой разницы. А ты? — Я знаю, где купить яманаси. Вино же подойдёт? — Абсолютно. Я бы мог приготовить тонкацу. Думаю, найдем все необходимое в супермаркете. — Умеешь готовить? — Все умеют, если есть необходимость. — Я могу купить готовую еду как обычно. — Хочу приготовить! — громко перебил Мегуми, на что Сукуна усмехнулся. Мимолетная улыбка коснулась его губ. Мегуми передернуло, он почувствовал себя странно. Так через пару часов в квартире пахло жареным мясом. Мегуми вымылся первым, переоделся в майку на широких бретелях и короткие шорты. Одежда свободно болталась на похудевшем теле и больше открывала, чем закрывала. Мегуми над этим решил не париться, увлекшись приготовлением ужина. Сукуна, закончив с водными процедурами, предложил свою помощь. Но быстро был отправлен покурить на балкон: — Отдохни. Я сам, — Мегуми нарезал овощи на тарелку. — Можешь только если бокал мне наполнить. — Нравится готовить и подбухивать? Вот шутка в исполнении Сукуны выбила Мегуми из колеи: — Это незаконно. Шутить с таким лицом, — Мегуми засмеялся. Он искренне засмеялся над чем-то столь нелепым. — Тебе наверное голову напекло сегодня, я просто спросил, — Сукуна достал одну из бутылок. Наполнил два бокала, протянув один из них Мегуми. — С прошедшим. Сукуна неловко отсалютировал бокалом, после чего скрылся за балконной дверью. Мегуми усмехнулся, что-то кольнуло внутри. Встреться они в других обстоятельствах, всё могло закончиться ярким курортным романом. Вкус блюд японской кухни навевал тоску по дому. Мегуми даже немного жалел, что не ел в Токио тонкацу чаще. — Вкусно, — сдержанно похвалил Сукуна. Он выглядел как совсем обычный мужчина. Домашний, уставший. Его волосы не были привычно зачесаны, длинная чёлка закрывала лоб. Футболка обтягивала крепкое тело. А расписанные предплечья завораживали. Чем больше вина накапливалось в организме Мегуми, тем красивее Сукуна становился. — Ага, — Мегуми ёрзал на барном стуле. Он бы предпочёл сесть на пол. — Если доел, может пойдём на балкон? Зад отпадает. — Давай, — Сукуна взял с собой плед с дивана, и стоило им с Мегуми выйти на балкон, бросил к стене. — Тут же было грязно. Пыль собралась, я бы протёр тряпкой... — В женушку играешь что ли, Фуши? Странный ты сегодня, — Сукуна уселся в угол, держа в руках недавно открытую, очередную бутылку. — Садись уже. Мегуми цокнул, после чего неуклюже уселся, едва не свалившись на Сукуну. Сознание слегка вело, тело расслабилось. — Пошёл ты. — Сам иди, — Сукуна налил себе ещё. Вид на ночной город завораживал. Где-то вдалеке ехали автомобили. Люди в них наверняка возвращались домой, они жили свободной жизнью, у них было завтра. — Почему ты до сих пор не трахнул меня? — вопрос прозвучал резко даже для самого Мегуми. Он напрягся. К ответу он нихрена не был готов. Но и жить в ожидании неизбежного становилось все невыносимее. — А почему должен? — Сукуна сделал глоток, его обнажённое бедро касалось колена Мегуми. — Я же уже говорил, Фуши. Я не насильник. Слабый ветер играл с волосами Мегуми, создавая на голове лёгкий беспорядок. Они сидели так высоко от уровня моря, что становилось не по себе, ещё и стеклянные прозрачные ограничители по периметру внушали чувство парения. Любое лишнее движение могло привести к головокружению. — Давай расскажем друг другу по одному секрету. — Снова странная идея. Есть что-то, что я о тебе не знаю? Ты так думаешь? — Сукуна снова усмехнулся, стирая тыльной стороной ладони несколько капель вина с губ. — Я изменил своему бывшему с его родным братом просто из любопытства. Не такой уж я хороший, да? — Ну и совсем уж плохим тебя это не делает. — А ты изменял? — Нет, — быстро ответил Сукуна, чем удивил Мегуми. — Но делал вещи куда похуже, например, убивал людей. Сукуна сделал ещё один глоток, тяжело вздыхая. — Это не прокатит за секрет, давай что-то другое, — отмахнулся Мегуми. Он достиг нужной кондиции и решил притормозить с алкоголем. — Когда выпиваю, хочу заняться сексом. Думал, это прошло уже. Но сейчас понимаю, что нет. И это не значит, что я сказал специально... — Давай, — Мегуми смотрел Сукуне в глаза. Свет из комнаты и городские огни подсвечивали их лица в царящем полумраке. Было странно сидеть вот так и распивать вино с человеком, в чьих руках сосредоточена чужая жизнь. Мегуми это понимал, но себя понимал не до конца. Глупо было ссылаться на инстинкты, оправдывать свое желание достичь определённых целей. — Ты можешь делать это с мужчиной? — Я могу делать это только с мужчиной, Фуши. — Тогда почему до сих пор ни разу? Ты же купил меня? — Я не буду заставлять тебя. Твоя жизнь и без того обернулась дерьмом, хочу иметь к этому минимальное отношение, — Сукуна осушил бокал, отставляя его от себя. — Давай займемся сексом. — Если это оплата за то, что я помог, Фуши, включи голову. Я не помог. Просто отсрочил неизбежное... Прежде данный вопрос не поднимался, и теперь выдался удачный момент, чтобы обсудить, что конкретно имеет в виду Сукуна. Только Мегуми не собирался останавливаться. — Это просто желание. Или отчаяние. Для преступника ты слишком дохера думаешь. Или дело в том, что я тебя не привлекаю? — Мегуми снова напрягся. Столь неадекватное выяснение отношений было минимум неуместным. — Какой же ты придурок, — Сукуна зарылся пальцами в свои волосы, слегка оттягивая пряди. — Я пиздец как старался не усложнять. Ладонь Сукуны опустилась на колено Мегуми, сразу прошлась по внутренней стороне бедра. Ощущение выбило из лёгких Мегуми воздух, он рефлекторно поддался ласке и забрался на Сукуну сверху. Коснулся пальцами груди, ключиц, челюсти, а после обнял за шею. Глаза каждого туманил алкоголь, делая их влажными и блестящими. Мегуми пропадал в ощущении чужой близости. Растворялся в поглаживающих спину поверх футболки руках и наконец-то не думал. Ни о чем. Все мысли исчезли. Сосредоточив внимание на приоткрытых губах Сукуны, Мегуми сглотнул. Хотелось спешить и медлить одновременно. Сукуна же задачу не упрощал. Выжидал хищником чужое действие. И Мегуми сдался, аккуратно прижался ко рту Сукуны поцелуем. Стоило почувствовать тёплые сладковатые губы, слетел первый предохранитель. Мегуми потёрся о чужой пах, позволяя целовать себя жадно. Это был чистый голод со стороны Сукуны и полное отчаяние со со стороны Мегуми: — Пойдём в спальню, — прорычал Сукуна, стоило Мегуми коснуться зубами подбородка. — Позже. Обстановка тут пиздец заводит, — Мегуми не врал. — Фуши, здесь жилой дом, есть соседи... — Сукуна сжимал челюсти, давил собственные стоны. — Ты извращенец что-ли? — Ну вот, а собирался тебе только один секрет рассказать, — Мегуми отстранился, заглядывая в чёрные омуты напротив. — Раз уж на то пошло, вот тебе третий. Больше всего кайфую, когда отсасываю. Тело Сукуны напряглось, Мегуми это почувствал. Он хотел улыбаться, но смог не сдержать улыбку. — Ты напился, больной ублюдок, — Сукуна откинул голову назад, ударяясь затылком об каменную поверхность стены. — Утешай себя этим, — Мегуми сполз с чужих бёдер, попутно стаскивая с Сукуны шорты вместе с бельём. Слюна скопилась во рту, стоило увидеть крупный для полувозбужденного состояния член. Мегуми прикоснулся пальцами к головке, Сукуна тут же дёрнулся навстречу: — Блядь, Фуши. — А ты гигант... для азиата. — Прозвучало по-рассистки, — Сукуна отвернулся, прикрывая лицо ладонью. — Может всё-таки... Фразу оборвал задушенный стон, стоило Мегуми взять в рот член целиком. Забытое ощущение кружило голову, в последний раз настолько большой партнёр попадался несколько лет назад. Расслабив горло, Мегуми не торопился. Он прекрасно умел делать минет, знал, как свести с ума любого мужчину. Челюсть сводило, сказывались перерывы. Но Мегуми даже не думал сбавлять темп, напротив, он на ощупь схватил Сукуну за руку, положив его ладонь на собственную макушку. Раздражала чужая сдержанность. Бросив вызов самому себе, Мегуми расположился удобнее, обхватывая член у основания. Самому тоже приходилось тяжеловато, возбуждение давило на ткань плотного белья. Мегуми не обманывал, поскольку действительно сходил с ума, когда удавалось подчинять партнёра. Но кончить раньше Сукуны он себе позволить не мог. — Фуши... — лёгкая боль сосредоточилась на голове. Сукуна тянул Мегуми за волосы. Он уже не мог сидеть ровно, постоянно подавался назад и вперёд. — Пойдём в комнату... — Сначала ты кончишь, Сукуна, — голос прозвучал незнакомо. Мегуми принялся скользить языком быстрее, помогая себе рукой. Член Сукуны становился больше, из-за чего уголки губ саднило. Приказывая себе не задыхаться, Мегуми продолжал. Он стискивал бедра, жмурился в попытке оттянуть приближение оргазма. — Блядь, Фуши, остановись... — Сукуна попытался отстраниться, но у него не вышло. Излился прямиком в рот Мегуми, тихо матерясь. — Что ты творишь... — Надеюсь, тебя хватит на несколько раз, — Мегуми вытер губы ребром ладони, проглатывая сперму Сукуны. Тот сбито дышал, таращась расфокусировано. Возникло неожиданное желание поцеловаться, Мегуми даже подался вперёд, но резко отстранился. Не всем нравилось подобное.Тогда Сукуна сам схватил его за подбородок, притягивая ближе. — Куда собрался? — горячий язык коснулся губ, медленно облизывая их. Сукуна умел целоваться просто превосходно. Мегуми уже был готов пересмотреть свои прежние принципы. Возможно не так уж он был и против продлить предварительные ласки. Одной рукой Сукуна забрался под майку, аккуратно сжимая каждый сосок по очереди. Другой же отодвинул резинку шорт, поглаживая ягодицы. Мегуми заерзал, не заметив, когда оказался на чужих бёдрах. А стоило Сукуне спуститься ниже к скулам, прикусить кожу на шее, взять в рот мочку уха, Мегуми позорно спустил в штаны. — Блядь... — тело трясло от удовольствия. Они только потрогали друг друга, а уже получилось забыться. Мегуми действительно не думал ни о чем, все его естество сосредоточилось на этом противоречивом мужчине. — Я тебя больше не спрашиваю, — Сукуна каким-то образом умудрился натянуть на себя штаны и поднять Мегуми над полом одной рукой. Мурашки прошлись по позвоночнику, стоило осознать высоту и оценить, насколько не внушали доверия ограничители на балконе. — Тебе нужно в душ? — Салфеток хватит, у тебя же есть смазка и презервативы? — Да, — Сукуна принес Мегуми в спальню, тут же уложив его на кровать. Действовал осторожно. И это проявлялось во всем. В том, как снимал с Мегуми одежду, как вытирал его, как подготавливал к сексу. Сукуна тоже разделся, и только в тот момент Мегуми заметил своим заплывшим близоруким взглядом, что на лобке Сукуны нет волос, а кожа слегка покраснела. — Ты знал, что мы переспим... — вырвалось само наблюдение. Сукуна проследил за чужим взглядом: — Нет, но рассчитывал. Я так сильно хочу тебя, что яйца сводит, Фуши, — Сукуна вытащил из Мегуми пальцы, перестав его растягивать. — Больше не могу ждать. Он вошёл одним резким движением. Тело приняло, хоть и ощущался лёгкий дискомфорт: — Полегче со своей штукой, — прошипел Мегуми. Ему точно не было больно. Пальцы на ногах покалывало от приятного чувства заполненности. — Прости, — Сукуна поцеловал Мегуми в висок и продолжил двигаться медленнее. Каждый толчок дарил ни с чем не сравнимое наслаждение. Мегуми хотел подчинить себе Сукуну, только вот пропадал сам. Остановиться получилось только тогда, когда силы окончательно покинули.  Обтеревшись салфетками и развалившись на кровати, Мегуми умастил голову на животе Сукуны. Тот позволил, чуть подвинулся, чтобы обоим было удобно. — Ты отменно трахаешься, Фуши, — произнёс Сукуна несколько обречённо. — Не позволь об этом кому-либо узнать. — Я и не планировал. — Я вижу. — Просто это ты. — Прекрати уже доверять мне, Фуши. — Ты не можешь запретить мне следовать собственной интуиции. Это все, что у меня осталось. Я редко ошибаюсь в людях. Строй из себя мудака, Сукуна, сколько хочешь. Только я уверен, что ты нормальный человек. — Давно убийцы стали нормальными людьми? — Наверняка у тебя были причины, — Мегуми все ещё пытался расположить к себе Сукуну, но по большей части был откровенен. — Я убил троих человек и сбежал на Филиппины, чтобы здесь схорониться. Торгую людьми, оружием и наркотиками. Все ещё хороший человек? Мегуми молчал. Алкоголь больше не  туманил сознание, рассудок прояснялся. Он не то чтобы пытался оправдывать чужие преступления. Просто в картине не доставало значимых элементов пазла. — Мне удалось убедить босса забрать тебя на время аукциона. Я буду вынужден подчиниться и передать тебя покупателю, который предложит самую крупную сумму. — Почему эту сумму не можем предложить мы? — Мегуми повернул голову набок, встречаясь с черным взглядом. — Просто не можем. Випов не отдают членам организации. Дело в репутации и прочей херне, в которую верит верхушка. — Но ты в это не веришь, — заметил Мегуми. Сукуна запнулся на слове, но быстро исправился: — Это не имеет никакого значения, Фуши. Я просто очередная шестёрка, без особых привилегий. Поддавшись очередному порыву, Мегуми приподнялся и лёг выше на грудь Сукуны. Он потянулся пальцами к темно-вишнёвым волосам: — Ты похож на моего друга, если близко смотреть... Глазами, формой лица, губами. Как будто старший брат, но у Юджи никогда не было братьев. — Я сирота. И видел твоего Юджи, когда изучал файл. У меня не настолько дурацкая физиономия, и я не верю в столь невероятные совпадения, — Сукуна прикрыл глаза, после чего уткнулся в ладонь Мегуми губами, невесомо её целуя. Между рёбер заныло. Подобные прикосновения уничтожали в пыль. Откуда вся эта нежность? Сукуна являл собой нечто самое противоречивое на свете. — Как бы хотелось остаться завтра в кровати и спать до обеда, — Мегуми погладил ладонью гладко выбритые щеки, провел пальцами по ровному носу и высокому лбу. Впервые довелось провести ночь с кем-то настолько красивым и опасным. — Я не смогу. — Я понимаю, — Мегуми грустно улыбнулся. Его разморило. Глаза уже закрывались. — Но ты можешь. — Что это значит? — Я разрешу тебе остаться здесь. Но позволю себе напомнить. Не пытайся сбежать, Фуши. В Маниле нет ни единой дырки, куда бы не залезли наши люди. Тебя найдут в считанные часы. И дальнейшие перспективы лучше не озвучивать вслух. — Я буду ждать тебя и никуда не уйду, спасибо, Сукуна, — Мегуми приподнялся, накрывая губы Сукуны своими губами. Сукуна отвечал лениво, прижимая Мегуми к себе ближе, удобно укладывая его на прохладную подушку: — Утром искупаемся, спи, Фуши. В объятиях Сукуны не было жарко. В них Мегуми ощущал себя в безопасности. Сердечный ритм восстанавливался, мысли испарялись. Пусть ненадолго, но Мегуми чувствовал себя живым человеком.