Бездушная железка

      Момент возвращения Цзюсяо с Чэнлином Цзышу пропустил. Но пропустить вопли ноющего младшего брата, который совсем не хотел идти на работу — невозможно.        — Я уволюсь завтра… Нет, сегодня! — мельтешил тот, пытаясь достать хлопья с верхней полки на кухне.        — Со мной ты жить не останешься, — сонно зевнув, только зашедший в растянутом халате на кухню Цзышу протянул руку и ухватился за нужную коробку.       Успевший надуться Цзюсяо тут же просиял, как получил свои хлопья:       — Гэ, ты лучший! — воскликнул тот радостно.       — Угу, — уселся он за стол, подперев голову. Потому что спал всю ночь, но всё равно проснулся совершенно разбитым. — И мне приготовь заодно.       — Времени нет, — Цзюсяо поставил перед ним коробку, из которой сразу закинул в себя сухую горсть, и продолжил с набитым ртом: — Молоко в холодильнике. Если я не смогу остаться с тобой в качестве содержанки…       — Точно нет.       — ...тогда от работы мне определённо не отвертеться, — дожевал наконец тот. По-быстрому набрав воды из-под крана — запил всё с огромным удовлетворением на лице.       — А где Кэсин? — вдруг заметил Цзышу. Робот не появлялся уже два дня, и он не звонил ему, чтобы не отвлекать… но без Кэсина даже с Сяо-ди препираться скучно.        Но, конечно же, Цзышу больше сетовал на то, что некому было приготовить завтрак. Ведь он так привык к этому.        — Я думал, он будит тебя или Чэнлина…       Цинь Цзюсяо довольно быстро умотал из дома. А сам Чэнлин был не в курсе, куда девался его «дядя Вэнь».       — Мы приехали поздно ночью… автобус по пути сломался, перегородив нам дорогу, поэтому так долго добирались. Чтобы ты понимал…       За прошедшие два дня Цинь Цзюсяо устроил в походе настоящий цирк. Все ребята его заобожали сразу и не давали проходу. Поэтому преподаватели, сговорившись, уболтали его рассказывать детям истории. Но не учли, что половина из них была страшными, а другая — пошлыми. Бедные, давящиеся от смеха и слёз учителя бледнели и краснели, пока Цзюсяо упражнялся в своём красноречии.        К чести его младшего брата: тот рассказывал всё так, что только взрослый понимал весь испорченный смысл слов. Желавшие передохну́ть от своих обязательств учителя пожалели о решении взвалить на Сяо-ди развлекательную часть похода.        Чэнлин весь светился, когда рассказывал о своих приключениях.       — … потом мы собирали виды камней, каждый из них зарисовывали. Ели печёный в углях батат. А ещё, помнишь того парня, которому я заехал в глаз? — Чжан Чэнлин смущённо хохотнул. Слушая его, Цзышу и сам радовался, — было сложно, но мы подружились в итоге. И Дэн Куань всё же хочет посетить твой спортзал, но только если ты лично будешь его везде гонять...       «Только не это! — мысленно простонал Цзышу, закатив глаза — очередной фанат!».       — А-Лин, я занимаюсь только с теми, кто…       — Дядя Чжоу, пожалуйста, ну сделай одно-единственное исключение! А то он хочет сломать себе ногу, чтобы к тебе попасть!       — Я… — тут Цзышу искренне испугался, — хорошо, я подумаю… но это будет не скоро, мне пока нельзя…       — Он будет ждать! Сейчас напишу ему… — Чэнлин так быстро засобирался на выход, что пришлось кричать ему вопрос о Кэсине. — А, дядя Вэнь…       Глупо моргнув, Чэнлин застыл, резко посмотрел по сторонам, даже позвал... но, что ожидаемо, ответа не получил.        — Не знаю, дядя Чжоу. Я его последний раз видел перед отъездом.       Цзышу пришлось самому добираться с Чэнлином до школы на общественном транспорте. Как и забирать. Весь день он не находил себе места, а на телефон Вэнь Кэсин не отвечал.        Уже вернулся Цзюсяо и вытолкнул его с кухни, причитая, что переживающий Цзышу-гэ — зрелище, которое он предпочёл бы не видеть.       На первый взгляд, Цинь Цзюсяо управлялся с едой лучше, чем Цзышу и Чэнлин. Но мальчик всё равно недоверчиво следил, чтобы тот не отошёл от правил разогревания пищи ни в одном из своих телодвижений. И не добавил чего-то лишнего.       Закутавшись в плед, Цзышу попеременно глядел то в проход через арку, где периодически мелькала фигура Сяо-ди у плиты, то в коридор, где должен был появиться робот.       — Без дяди Вэня готовка — это не так весело… где он вообще? — дёрнул А-Лин за рукав Цзюсяо, а тот, поудобнее берясь за лопатку, принялся быстро перемешивать овощи на сковороде. Аромат стоял приятный. Их же готовил перед уходом Кэсин...       К горлу подкатила тошнота. Нервно завозившись, Цзышу прикрыл нос замотанной в плед ладонью. Запах еды сейчас вызывал что угодно, но не желание сесть за стол и взяться за палочки.       — Гэ говорил… — Цзюсяо оглянулся через плечо, и Цзышу кивнул, встречая его вопрошающий взгляд, — что тот взял выходной. Не переживай. Вернётся твой… «дядя Вэнь», — с иронией закончил он, поворачиваясь обратно к плите.       — А почему дядя Чжоу такой молчаливый?        — Волнуется. Гэ вообще паникёр, если ты не знал. Ходит вечно каменной глыбой, но в душе у него дремлющий ураган. Чуть что серьёзное случается — начинает сразу указывать. Входит в режим злого босса. Так что сейчас это ещё нормальное его состояние… — Цзюсяо снова кинул на него озабоченный взгляд, а когда встретил ответный — убийственный — его передёрнуло. — Наверно нормальное.       Закутавшись ещё сильнее, Цзышу снова перевёл глаза на коридор. И просто вздохнул. Ничего Сяо-ди не понимал. Ему всего лишь было не по себе.       Чжоу Цзышу ждал. Пропустил ужин. Попрощался с Чэнлином. И потом очень терпеливо игнорировал Цзюсяо, который хотел перед сном вывести его на разговор.       — И что, ты будешь дежурить всю ночь под дверью, пока он не придёт? — устроился тот на разложенном для сна диване, задевая слегка ногами спину Цзышу. — Может, тебе постелить на коврике?       — Захлопнись, — беззлобно отрезал Цзышу, подпирая подбородок, — к тому же, ты ведь даже не знаешь, где в этом доме коврик. Кэсин временно его убрал…       — Гэ, иди спать, а? Вернётся твоя нянька. Не переживай так.       — Я не волнуюсь.       — И поэтому сидишь здесь статуей и преданно смотришь на дверь как пёс в ожидании хозяина? Только хвоста не хватает, вот честно.        — Он говорил, что ему нужен отгул только на два дня.       Тут Цзюсяо уже было нечего сказать. Ведь обычно Вэнь Кэсин в точности придерживался своих слов. Если говорил, что что-то сделает в такой-то срок — ровно в это время всё было готово, если это зависело только от него.       Утро следующего дня застало Цзышу на диване, а от громкого хлопка входной двери он подскочил… и почувствовал что-то липкое на лбу.       Обычный зелёный стикер. Исписанный почерком Цзюсяо:       «Лапша на столе, молоко в холодильнике,       а меня в выходной вызвали на работу.       Не скучай и поешь наконец!».       Верилось в заботу Сяо-ди слабо хотя бы потому, что большую часть времени именно Цзышу из них двоих был тем, кто обеспечивал и заботился.       Делать было решительно нечего. Пока Чжан Чэнлин спал, он с чистой совестью забрал из своей комнаты распечатки, отданные Пэнцзюем, чтобы повторно всё просмотреть. И прихватил с кухни коробку лапши, уже заваренную стараниями младшего брата.       Глаза упорно отказывались сосредотачиваться на тексте, и Цзышу, взгрустнув, всё же потянулся за очками к тумбе слева от дивана. Очки он не любил, потому пользовался ими крайне редко, лишь когда никто не видел.       Не став будить мальца в выходной, Цзышу не ожидал, что тот всё равно рано поднимется. Потирая кулаком глаза, Чэнлин зашёл на кухню и с сомнением уставился на оставшуюся коробку готовой лапши, обёрнутую фольгой для сохранения тепла.       Увидев это, Цзышу хмыкнул:       — Не волнуйся, не я автор нашего завтрака.       — Стряпня Сяо-гэ мне тоже не внушает доверия, дядя Чжоу.       Распробовав, Чэнлин всё же осторожно заключил:        — Без изысков конечно, но съедобно.       Так пришлось узнать, что, оказывается, всё это время Сяо-ди умел вполне сносно готовить. Брат ещё, называется! Мог бы и рассказать.       Едва услышав звук затвора двери, Цзышу приподнялся с дивана.        — Дядя Вэнь! — счастливо подскочил Чэнлин, уже собираясь встречать робота с распростёртыми объятиями. Пришлось его осадить.       — Ешь давай. Нам с твоим «дядей Вэнем» надо потолковать…       Вернувшийся Вэнь Кэсин почему-то не решался включить свет в коридоре.       Сделав вид, что очень занят, Цзышу опустился обратно на своё место и уставился в отчёт Пэнцзюя. Благодаря очкам, иероглифы в нём были крупными. Такими крупными, что за их крупностью он ничего не мог толком разглядеть.        Поднявшая голову радость была съедена такой же стремительно появившейся злостью. Потому что куда, в конце концов, он пропал так надолго? Неужели нельзя было хоть один раз позвонить?!       — Простите, А-Сюй, — раздался извиняющийся голос из тёмного коридора, — боюсь… я буду не в состоянии некоторое время помогать вам. Но честно приложу все усилия.       Вэнь Кэсин отсутствовал целых три дня. Три! Цзышу был дичайше раздражён.       — И почему, позволь спросить? И что… — невозможно было дальше притворяться, что он так сильно сосредоточен на писанине Пэнцзюя. Положив очки на колени, Цзышу поднял глаза и пригляделся внимательнее.       Поза робота казалась неестественной. Тот никогда от него ничего не прятал, но сейчас упрямо держал руки за спиной.       — Что у тебя там?       — Это… — снова молчание. Можно подумать, что Кэсин стеснялся, но нет. Напомнив себе, что ему неведомы чувства, Цзышу уверился, что тот просто не мог подобрать слова.       — Иди сюда и показывай, — раздражение взяло верх и прорвалось наружу.        Вышедший на свет Кэсин не блистал чистотой одежды и её целостностью, как ранее. Были заметны маленькие дыры на опалённых рукавах когда-то белой рубашки, будто кто-то практиковался в метании раскалённых дротиков. В руках у робота оказалась невзрачная канистра примерно на литр мутно-зелёного содержимого. Но больше Цзышу поразили…       — Что с тобой?! — он вскочил с места, и очки полетели на пол. Быстро поравнявшись с Кэсином, Цзышу постарался перехватить и отставить то, что с трудом держал робот, и получше его рассмотреть.       Ранее длинные и нежные пальцы были повреждены. Кусочки проводов торчали из металлической конструкции, имитирующей кости запястья и фаланги. Сами фаланги — обожжены или даже разъедены чем-то… В голове не укладывалось, что могло превратить прочный металл в подобное.       — Кто это с тобой сделал?!       Опустив голову, робот проговорил чётко, но тихо:       — Я сам. Простите.       — Для чего?! Почему ты не следовал закону о сохранении себя?!        Сказать, что он был в ужасе… легче промолчать.        — Я ему следовал, поэтому пострадали только…        Не слушая возражений Кэсина, Чжоу Цзышу, прикинув все варианты, позвал:       — А-Лин!       Мальчик был сейчас единственным адекватным человеком в доме. И ему самому тоже надо бы стать кем-то «адекватным». Хотя бы ненадолго.               Пока Чэнлин выбирался к ним с кухни, у Цзышу успело промелькнуть множество вариантов исправления ситуации.       В службу контроля и поддержки роботов соваться нельзя.        — Да, дядя Чжоу? Ох… — потрясённо выдохнул мальчик, увидев результаты отгула робота. А Цзышу, быстро зайдя в коридор и покопавшись в куртке на вешалке, стремительно вернулся:       — Вот деньги, — протянул он их мальцу, — купи мне сигареты. Две пачки. И зажигалку.        — Я же несовершеннолетний…       — Зайди в магазинчик с обратной стороны дома и позвони мне, как будешь общаться с продавцом. Он меня знает.       — Ты же не…       Не сумев подавить раздражения, Цзышу прикрикнул:       — Делай, что я говорю!       Побледневший Чэнлин буквально выбежал из квартиры. Вэнь Кэсин, проводив его взглядом, глянул с укором и виной:       — Зря вы так с мальчиком… — тот потянулся к этой странной канистре, заставляя Цзышу еще больше занервничать.       — Заткнись и не трогай эту штуку. За неё я с тебя ещё спрошу.       Цзышу с определённых пор не любил машины. Ездить — ездил, но без большой охоты. Легче заказать автомобиль... Вот и сейчас он стоял перед «вишенкой» вместе со своим подопечным, жмущимся к роботу, и вспоминал, как вообще ею пользоваться. Его немного потряхивало.       — А-Сюй, — робот не решался забраться в машину, — к сожалению, я не смогу повести…       — Я тебя и не прошу. На пассажирское сядешь. Вместе с А-Лином.       Чжан Чэнлин метнулся в салон, чтобы продолжить напряжённое наблюдение за ними уже оттуда. Послушавшийся в кои-то веки Вэнь Кэсин наконец сел, не сумев без помощи мальца даже закрыть за собой дверцу. Цзышу же, собираясь с силами, прикурил ещё одну сигарету и отвёл от них взгляд, судорожно выдыхая дым.        Он вполне мог вызвать такси. Но тогда либо оплата нормально не пройдёт, либо ещё что… Лишние накладки ни к чему. Как и вопросы.        Садясь за руль, он принялся вручную регулировать кресло. За этой развалюхой больше никто, кроме Хэлянь И, не ухаживал, а паразит Цзюсяо так и не вернул водительское сидение в прежнее положение. За «вишенку» Цзышу не допускал даже Кэсина, который всегда отвозил мальчишку в школу заказной машиной. Но эта… её надо было сжечь.       Именно на ней он ехал последний раз к А-Яню. Взяв без разрешения у дяди Циня и чудом никуда не въехав. И лучше бы, право слово, въехал.        Вдохнув поглубже, он мысленно прошёлся матом по всем известным ему робототехникам и инженерам, которые не смогли сделать Кэсина невосприимчивым ко всякого рода напастям суперменом.       Он вообще никогда не задумывался, что тот может как-либо пострадать.       Все вопросы — потом. Почему Вэнь Кэсин в таком состоянии, что случилось. Сначала он должен решить, куда ехать.        Мастерская технического обслуживания, где ранее Кэсину делали осмотры. Она показалась наиболее привлекательным вариантом.       Кэсин по его просьбе продиктовал адрес. Чэнлин застегнул на нём ремень безопасности. Усевшись, опустив оконное стекло, Цзышу вновь закурил, пристегнулся и завёл двигатель. Левая рука с зажатой сигаретой между пальцев — на руле. Правая — на рычаге передач.       Взволнованные глаза Чэнлина отразились в левом зеркале через стекло.       — Открой у себя окно, чтобы поменьше дышать всем этим… — пристыженно попросил Цзышу, ругая себя за слабость. Одна из причин, почему обычно не водил машину сам: он не умел этого делать при закрытом окне и без сигареты. Иначе его просто трясло.        Ехали тихо. Кэсин, несмотря на то, что Цзышу включил навигатор, порой подсказывал направление. И озвучивал: где светофор, где пешеходный переход.        — А-Сюй, не сжимайте так сильно рычаг, иначе вы его вырвете, — его спокойный голос постепенно притуплял нервозность.       Повинуясь ему как на автопилоте, Цзышу поворачивал руль. Прикуривал. Курил. Переключал передачи. Нажимал педали.        Сцепление, первая передача, газ. Затянуться дымом. Сцепление, вторая передача, газ. Третья. Выдохнуть, пережать сигарету пальцами, стряхнуть пепел.       — Поворот через сто метров на перекрестке справа.        Сцепление, передача назад, затянуться, повтор, передача назад, включить поворотник, втиснуться между двумя большими машинами на маленьком седане, тормоз…       Чэнлин что-то прошептал Кэсину, на что тот ободряюще кивнул и шепнул что-то в ответ. Мальчик заметно расслабился и полез обниматься к роботу.       — Только не прижимайтесь сильно, можете пораниться…       Выдохнуть едкий дым.       — Зеленее не будет, — подсказал Кэсин, но Цзышу не сразу уловил ехидство в его интонации. Мельком глянув через зеркало заднего вида, ему померещилась ласковая улыбка... В последний момент удалось не перепутать ноги, и он всё же нажал нужную педаль, дёрнул рычаг и поехал вперёд.       Лишь остановившись и заглушив машину, он откинулся на спинку сидения. И с минуту приходил в себя.       Пытаясь освободится от ремня безопасности, он его порвал. Выходя из машины — свалился бы из-за подкашивающихся от слабости ног, если бы не Чэнлин.       Горло драло. Пустая пачка, выкуренная за полчаса езды, полетела в ближайшую железную урну.        Очень сильно хотелось напиться. И кружилась голова.       Вот А-Янь бы сейчас над ним подшутил, что оральная фиксация — это, конечно, неплохо, но лучше бы он выбрал леденцы. Как когда-то давно:       «— Шу-гэ, вот ты мне вечно выговариваешь за конфеты, а сам постоянно грызёшь от волнения карандаши и ручки…        — Зато не будет диабета.       — А что, травиться графитом или пластиком лучше?».       Сейчас бы он не отказался от его леденцов. Хоть на палочке, хоть в виде конфет.        Мастер был откровенно не рад их дневному визиту и, осмотрев повреждения Кэсина, категорично выдал:       — Я не буду заниматься негосударственным роботом с такими проблемами. Слишком напряжно. Вам легче утилизировать его. Никто не возьмётся за такую неблагодарную работёнку…       — Я заплачу, — подготовленная сумма была брошена на стол. Пересчитав её, мастер поцокал и покачал головой.       — Этого недостаточно.       — А что это такое? — полюбопытствовал Чжан Чэнлин, а когда Цзышу глянул на него — показал на баночку довольно странного цвета. Внутри была жидкость, бело-жёлтая, чем-то напоминавшая шампанское, но без пузырьков...       — Консервирующая жидкость для органов, как любопытно… — удивлённо приподнял брови Вэнь Кэсин, странно хмыкая.       Мастер посмотрел на них с лёгкой опаской и потянулся за спину. Цзышу напрягся. Он прекрасно понимал, что такие люди как этот бородатый старик возятся с роботами за вроде бы нищенскую плату не потому, что уж больно сильно их любят. А потому, что могли приторговывать чем-то незаконным, прикрываясь бизнесом по ремонту…       — Господин Ли, если вы достанете этот пистолет, то предупреждаю: я могу прямо сейчас взломать все ваши профили в банках, заблокировать счета и внести вас во все чёрные списки по стране. В розыскные базы данных — тоже. Так что положите эту безделушку на место.        Переведя взгляд с Чжоу Цзышу на робота и обратно, господин Ли, пробормотав что-то себе под нос, убрал руку от пистолета подальше.        — Ложись на кресло, — махнул он Кэсину на громоздкую махину. — Сделаю что смогу. А ты, ребёнок, — обратился он к Чэнлину, — положи банку на место. У меня не так много этой штуки. Сейчас вернусь с инструментами и кожзамом.       Некоторое время из соседнего помещения доносились только копошение и громкие сокрушающиеся маты, поносившие пройдох, обиравших даже воров...        — Ты… правда всё это можешь сделать? — отмер наконец Цзышу, не веря, что всё так быстро разрешилось, — то, что сказал ему?       — А-Сюй, даже без рук я на что-то гожусь, — говоря это, Кэсин выглядел до крайности самоуверенно. — И при необходимости могу перевести все его средства на ваш счёт. Хотя, если делать это сразу, то подобное вызовет подозрение у служб контроля, но если с умом провести деньги порядка двухсот-трехсот раз, то информационный след затеряется, и...       — Мне это не нужно, — Цзышу старательно не смотрел на конвульсивно подрагивающие остатки его механических пальцев. Первая волна дурноты прошла, и плавная речь робота, уже без нот вины, невольно расслабляла.       — Считаю, что, после трат на моё благополучие, я обязан восполнить ваш бюджет. Меня создали с установкой заботы о тех, кто находится под моим… наблюдением. Это — одна из форм заботы. Можно сказать, — откинувшись полностью на ремонтное кресло, Кэсин будто задумчиво возвёл взгляд к потолку, а из глаза ненадолго вырвалась маленькая зелёная вспышка, — я думаю, что, если бы сейчас создавали роботов-прототипов членов семьи, то меня можно было бы отнести к категории робота-мужа. Или жены…       Жар расползся по щекам Цзышу и опалил уши. Чэнлин тихо захихикал, и даже грозный взгляд не заставил его умолкнуть: сидящий на покосившемся стуле малец, благодаря любопытству которого чуть не началась потасовка с пистолетом, ухохатывался с них двоих.       Умозаключения Кэсина вслух продолжались:       — Возможно лучше даже «робот-семьянин» … Что скажете?       — Лучше бы ты над собой корпел, а не над формулировками, — бросил Цзышу под нос, одёргивая себя, чтобы не заглядываться на Вэнь Кэсина и не думать слишком много о его словах.        — Дядя Чжоу, а мне кажется это важным! — неожиданно встрял серьёзно настроенный Чэнлин. — Это может помочь в вопросе самоидентификации…       Переведя взгляд с А-Лина на робота, пришлось материть лишь себя. Вот не хотел же на него смотреть!       Повернувшись лицом к Чэнлину, Кэсин подтвердил:       — Всё верно, господин Чжан. Большее понимание других людей и общение с ними в моём случае помогает выбирать правильную манеру поведения… и приводит к новым и неожиданным открытиям в моей системе.       — «Семьянин» звучит довольно неплохо, — проворчал Цзышу, ловя радостный свет в глазах Чэнлина. Тот даже пару раз хлопнул в ладони.       Без малого два часа ушло на то, чтобы справиться только с одной рукой. Найти необходимые провода, металлические детали, спаять их… Робот знал все размеры своих конечностей и направлял, где надо.        — Какая странная у тебя конструкция. Для чего тебе тут такие трубки? Разве для смазки механизмов? Выглядят как настоящие артерии…       Сам того не зная, мастер Ли зрил в корень. Сочленения кистей рук, сгибающие механизмы пальцев и эти провода в совокупности выглядели ничем иным как металлической моделью скелета и его своеобразным дополнением в виде проводов-артерий.       — Они такими и должны быть, разве нет? — тихо удивился Чэнлин.       — Да, но… ювелирная работа, — чему-то своему покачал головой мастер.        Мальчик с интересом расспрашивал, что к чему относится. И получал более чем любопытные ответы.        — А вот тут?.. — в очередной раз начал он.       — Здесь надо закрепить маленькие контакты через прослойку, чтобы ничего не перегорело…       — А датчики давления?.. — спросил Цзышу, не скрывая зародившегося интереса.       — Их я уже вживлю сам, — просто ответил Кэсин, — в конце концов, вы мне выделили комнату в доме не для красоты. Там есть всё необходимое.       Мастер Ли обшил первым защитным слоем готовые части припаянных и прикреплённых кистей и пальцев. Вторым. А третий…       — Тоже сделаю сам. Спасибо, — робот поблагодарил так, будто припечатал. Старик Ли на это качнул головой:       — Как скажешь. Но здесь нужно быть предельно внимательным…        Наблюдая за тем, как происходила обшивка, Цзышу не знал, что чувствовал. Материал, плотно обхвативший механическую кисть, при проверке дееспособности тянулся. Поверх него была тонкая плёнка, которую господин Ли порекомендовал снимать лишь в самый последний момент перед закреплением финального слоя.        — Так… давай теперь проверим реакцию головного центра. Надо убедиться, что…       — Спасибо, господин Ли, но вскрытие головного центра осуществить в данных условиях невозможно. Иначе слетит моя гарантия.        Старик покивал на это и попросил, в таком случае, поскорее убраться из его владений.       Берясь за вторую пачку сигарет, Цзышу оборвал попытки Кэсина взяться за руль. Он может сделать всё сам! Так он думал. Но уже дома был вынужден довериться Чэнлину.       Кладовая их дома была забита под завязку разного рода вещами. Едва зайдя внутрь, Кэсин тут же направился к стеллажу, заполненному различными деталями… среди них и был необходимый кожзаменитель.       — Посторонись, — Цзышу чуть подтолкнул его двумя пальцами, и робот отодвинулся.       — С этой частью я справлюсь сам…       — Болтай больше, — почти выплюнул Чжоу Цзышу, желая наконец со всем этим покончить. Нераспечатанную упаковку он вручил Чэнлину.       — Возьми ещё фонарик на телефоне, будешь светить, чтобы я точно всё прикрепил…       Отклеившая плёнка резанула неприятным запахом. Что там было в составе этой клейкой технологии Цзышу не знал.        — Сначала пальцы, — побеждёно поведал робот, — потом уже сама кисть. Эту часть я выполню сам, а с датчиками можете помочь.       Большая часть процесса проходила в молчании. На последнем этапе установки эластичного кожзаменителя нужно было только прикрепить пару внутренних датчиков с обратной стороны защитной прослойки.        Датчики давления были вживлены не Цзышу, а Чэнлином: тонким гнущимся лёгким пинцетом, потому что когда Чжоу Цзышу взялся за него, то вообще не почувствовал его веса и растерялся.        — Простите, А-Сюй, но тут нужно всё же рассчитывать силу сжатия… наверно будет лучше, если господин Чжан…       — Конечно, дядя Вэнь. Что нужно делать?       Таким бесполезным Цзышу ещё никогда себя не ощущал. Но даже за время обычного наблюдения за манипуляциями Чэнлина изрядно вымотался.        — Похоже на иглоукалывание, — провёл аналогию подросток, а видя недоумённый взгляд постарался скрыть улыбку, и его черты смягчились, — нет, правда. Только всё же там иглы чуть потолще будут, да побольше. А тут будто с волосок…       Когда с одной рукой было покончено, робот нагло выгнал их, уже безапелляционно заявив, что с дальнейшим точно управится самостоятельно.       Пришедший Цзюсяо сильно удивился их уставшему виду.       — Выглядите так, будто перетаскивали мешки с бетоном.       — Лучше бы это был бетон, Сяо-гэ, — простонал Чэнлин измученно и поднял руки на уровне груди, чтобы тот увидел покрасневшие от упорной и долгой работы подрагивающие пальцы, — всё болит…       — Тренировались в игре на пианино? — допытывался Цзюсяо со смешком.       Простаивающий в углу инструмент ничем не выдавал их «стараний».       — Сыграли полноценный концерт, — съязвил Цзышу.       — Видимо Кэсин вернулся, раз ты такой бодрый, — поддел он мастерски, плюхаясь рядом и похлопывая по плечу. И не повёлся на грозные гримасы, которые скорчил ему Цзышу.       Даже на Чэнлина они не возымели никакого эффекта: тот кивал на каждое слово своего обожаемого Сяо-гэ, а этот прохиндей распушил свои невидимые павлиньи перья, самовлюблённо задирая нос.       — Кстати, я узнал, как дядя Вэнь себя идентифицирует… — Чэнлин начал пересказывать, к чему привёл в итоге их поход к мастеру и что вообще этому предшествовало. Не считая опасливо отодвинувшейся от Цзышу конечности, реакция Цзюсяо была одна: громкий хохот.       — Жалею, что всё это пропустил!