Бездушная железка

      Пасмурная погода не была чем-то непривычным для городка, где жил Цзышу. Скорее уж отклонением было появление солнца.       Очередная встреча с Пэнцзюем должна была начаться с минуты на минуту. И он торопился, а не отстающий от него ни на шаг Вэнь Кэсин пытался задавать вопросы.       — Ты просто проводишь меня: туда и обратно. Чтобы не произошло никаких казусов.       — То есть, я буду вместо спасательного круга: под боком, но не на тебе?       А ещё тот умудрялся в самом обыденном разговоре ввести его в краску. И везде теперь мерещился подтекст. Даже там, где, по идее, его быть не должно.       Иногда Цзышу думал, что робот делал это специально. Только вот мотивов для этого у него не было. Приходилось всё списывать на своё разыгравшееся воображение.       Касательно спасательного круга Кэсин всё же был близок к истине: он в самом деле опасался, что внезапный приступ боли мог лишить его возможности ходить. Ведь такое уже бывало. И тот же Хань Ин был в ужасе, когда он взял его с собой. Лучше уж робот. Тот, по крайней мере, не будет разводить паники.       — Господин Чжоу! — детектив встретил его на входе в ресторан. Снова вернулся к давнему обращению… Когда он уже отучится?       — Пэнцзюй, мы же договаривались…       — Да-да, точно, прости… прости, Сюй. От старых привычек сложно отказаться, — неловко хохотнул он. — А это? — Дуань Пэнцзюй рассматривал Кэсина во все глаза.       — Вэнь Кэсин, робот-нянька господина Чжоу.       — Ты завёл для себя няню? — тупо уставился на него Пэнцзюй.       Захотелось побиться о стену. Вэнь Кэсин обычно более точен в подборе слов и выражений…       — Нет. Это для Чэнлина. Просто сейчас он мне помогает, пока малец в школе...       — И то верно. А то опять пропадёшь. Ну-с, пройдёмте, что ли...       Не давая роботу зайти, Цзышу под удивлённым взглядом Пэнцзюя упёрся ладонью ему в грудь.       — Пока меня не будет… Поищи где-нибудь коктейль похожий на тот, что мне всегда делаешь.       Кэсин понимающе покивал:       — Как скажешь.        — Сюй… — остановил его Пэнцзюй после того, как робот ретировался, и они зашли внутрь. Жестом указал Дорогой, что они займут привычный столик, на что та добродушно улыбнулась и принялась сразу готовить кофе. — Он так похож на Чжэнь Яня. Ты не думаешь, что?..       Как бы не хотел продолжить эту мысль Пэнцзюй, вдоволь насмотревшийся на архивные фотографии Янь-Яня в течение восьми с лихом лет, у него явно не получалось сформулировать её даже в своей голове. Но Цзышу, садясь напротив, предполагал, что мог услышать. Не думал ли он, что Вэнь Кэсин и есть Чжэнь Янь? Множество раз. Только вот Вэнь Кэсин не человек. И он это знал. Что и озвучил.       — Тогда ладно. Хотя всё равно мне не по себе от него.       — Почему же? — подобные фразы он слышал ни единожды. И ему было любопытно, по какой причине обычно относящийся нормально к роботам Дуань Пэнцзюй, пускай и периодически параноивший, так отзывался о нанятой им няньке уже после единичной встречи.       — Возможно я не привык, что роботы настолько бережны со своими пользователями, чтобы искать им коктейли, похожие на те, что делают обычно в домашних условиях. Или что достают их так быстро и резво, всего за пятнадцать минут, — он кивнул в сторону окна, за которым как раз виднелась фигура возвращающегося обратно к ресторану Кэсина. — Ты знаешь, что как минимум во всём этом квартале сейчас острая нехватка молока и ягод из-за забастовок фермеров, которые подали коллективный иск против дочки «Горизонта», потому что специальные фермерские работники недавно устроили нападение на обычных служащих?       — И что с того? Они же просто продаются скорее дороже, чем ранее, но…       — Сюй, — покачал вдруг головой Пэнцзюй, — я знаю, что ты в курсе тех же законов робототехники. Но есть ещё финансовые законы, касающиеся роботов. Вот скажи, когда последний раз тебе поступал запрос на подтверждение списания средств из-за подозрительной активности по карте?       Проверив часы на поступившие уведомления, Цзышу нахмурился.       — Никогда? — смущённо пробормотал он. Кэсин не обременял его такими вещами. Более того, Цзышу сам дал ему полный доступ, чтобы тот мог своевременно пополнять… да тот же холодильник! О чём он и рассказал Пэнцзюю.       Детектив Дуань приложил руку к лицу, сминая кожу под глазами, как если бы не мог достучаться до него.       — Роботы обязаны отчитываться о крупных тратах. Сейчас твой коктейль, даже в магазинчике по типу «собери свой напиток сам» должен обойтись тебе в тысячу юаней. По крайней мере все известные мне современные модели серии «ДР», что от всё ещё не подохнувшего «Горизонта», что от «Дацина», и ещё пары мелких контор, единогласно прописали этот пункт в своём пользовательском соглашении. Да, я их читал! — важно ответил на его немой вопрос Пэнцзюй, — и возможно только в вопросе финансов они не противоречат друг другу.       — Касательно этого… У Кэсина ограниченная именная серия, Пэнцзюй.       — Это какая же?       — «ВК02». Это всё что я знаю.       Детектив Дуань покачал головой.       — Никогда о такой не слышал. Но раз так… — он с сомнением бросил взгляд на Кэсина, маячившего за окном, — то, может быть, повода для беспокойства и нет…       О Чжэнь Яне, как обычно, ни слуху ни духу. Но детектив Дуань всё равно смог удивить его. Напоминая о давнем дне, когда Цзышу приходил сюда, а его ожидал Хань Ин.       — В прошлый раз я говорил тебе, что достану устройство, отслеживающее адреса и протоколы. Все данные того, кто пытался взламывать мои компьютеры, я вбил в него. И могу прямо сейчас при тебе включить. В радиусе десяти метров оно распознает…       — Это же незаконно… — такими штуками нельзя пользоваться без должных полномочий.        — Я получил соответствующую лицензию, не переживай на этот счёт. Хотя это уже было и не совсем законным путём. Так что, готов проверить своего робота?       — Я уверен, что это не он.        — Тогда тебе ничего не стоит согласиться на проверку. Только если результат будет положительным… тебе решать, как поступить. Но будь осторожен.        Неуверенно кивнув, Цзышу дождался, пока маленькая коробочка, больше похожая на телефон, принялась за своё нехитрое дело. И выдала звуковой сигнал.       — Что это значит?       На лице Дуаня Пэнцзюя отражалось полное неверие. Нервно выхватив устройство из его рук, Цзышу сам взглянул на экран.       «Найдено пятнадцать совпадений».       Именно столько раз пытались взломать Пэнцзюя и столько адресов было найдено. И либо сейчас где-то поблизости находились пятнадцать людей, которые зачем-то охотились за данными Чжоу Цзышу… Либо Вэнь Кэсин… следил за ним? С самого начала?       Сделалось дурно. Зачем тот искал Чжэнь Яня? Вэнь Кэсина ведь создали всего лишь восемь лет назад. Он не мог знать его лично. В его системе не было никаких данных о нём, иначе он бы ему рассказал. Цзышу верил, что рассказал бы.       По языку растёкся горький привкус.        — Ты мне ещё в самом начале говорил, что только Вэнь Кэсин был доступен из всех кандидатов в няни. Знаешь, именно тогда произошёл крупнейший сбой во всех приложениях по поиску работы…       — Спасибо, Пэнцзюй, — тихо выдал он. Для Цзышу как минимум один момент стал предельно понятным, — ты проделал отличную работу.        Тот не стал давить ещё больше. А его непроницаемое лицо ищейки, оседлавшей свой конёк, стало участливым.       — Через месяц-два на том же месте? — тихо спросил он. Как всегда: коротко и по делу. Потому что ему платили не за сантименты, а за профессионализм. И Пэнцзюй тонко чувствовал, когда следовало отступить.       Слегка кивнув, Чжоу Цзышу заторопился на выход. Возможно стоило нормально попрощаться, но в голове всё настолько перемешалось… Ему нужно время, чтобы это переварить.       Робот, который его утешал. Который ограждал его от других людей. Который… он даже не знал, что это возможно: взломать столько сайтов одновременно, чтобы целенаправленно войти в контакт с одним конкретным человеком.       — А-Сюй? Что-то случилось? — а вот выглядел он обычно. Будто не совершал ничего из того, о чём говорил и на что намекал детектив Дуань. Буднично протянул ему злополучный коктейль, на который сам его и подсадил.       Дуань Пэнцзюй предупреждал, чтобы Цзышу вёл себя как обычно. Чтобы не было заметно изменений. Чтобы он был осторожным. Но детектив не настолько хорошо его знал, чтобы чётко представлять, где находится эта грань обыденности его поведения.       — Что с тобой произойдёт, если я разорву договор?       Нужно зацепиться хоть за что-то. Чтобы остаться на плаву. Вернуть твёрдую почву под ногами. И для этого надо хоть о чём-нибудь говорить.       Мысленно он умолял Вэнь Кэсина сказать что-то, что опровергнет все домыслы Пэнцзюя.        — Я больше никогда не смогу устроиться на другую работу полноценно. Со временем мои запчасти придут в негодность. В понимании людей: я умру.        — Но у тебя же были другие работодатели… — Цзышу не понимал, как такое возможно. То, что говорил Вэнь Кэсин, сейчас казалось лишённым всякого смысла.        Как-то слишком по-человечески вздохнув, тот повернулся к нему. В свете лучей яркого солнца он казался донельзя живым. Ничто не выдавало в нём робота кроме того, что Кэсин не щурился, когда солнце слепило в его левый глаз.       Если сильно вглядеться, то радужка… она переливалась. Не была однотонной или двухтонной. Нет. Словно маленькие жилки разных цветов мерцали, завораживающе преломляясь…        — Я ни с кем ранее не заключал именного соглашения, никого не авторизовал. Ты — мой единственный пользователь с авторитетными администраторскими правами. Если твоей жизни будет угрожать опасность — я должен спасать в первую очередь тебя, а потом других, следуя твоему приказу. Мне важны именно твоя жизнедеятельность и биологическая функциональность. Если тебя преждевременно не станет, то, следуя договору, я обязан буду заботится о господине Чжане до его совершеннолетия. А потом запустится механизм саморазрушения.        — А если я умру… не преждевременно?       — Тогда, когда господин Чжан станет самостоятельным, я просто буду твоим роботом. Домработником, коллегой или другом — всем, чем ты захочешь меня видеть.        Кэсин не оставлял ему выбора. Ему придётся спросить напрямую. Иначе незнание его просто погубит.       — Зачем ты следил за мной?       — Ты представляешь для меня интерес.       Этого признания хватило с лихвой. Сказанное Кэсином означало, что Пэнцзюй был прав.        Слишком много информации для одного дня. Которая совсем не желала укладываться в голове.        — Анонимом, писавшим на форум, тоже был ты?       — Да.       — Почему?       Засветившийся в зрачке зелёный свет быстро скользнул по нему: так, что не было возможности даже возмутиться. И впервые на его памяти Кэсин ответил так, как и полагалось обычному роботу. Как говорила та же Дорогая, когда не могла исполнить команду. Механически и искажённо.       — Запрос не распознан, — от этого тона Цзышу дёрнулся. Но потом голос резко пришёл в норму, — А-Сюй, чтобы команда была исполнена, необходимо говорить более точно.        — Какой у тебя был интерес, что ты решил за мной следить?       — Ты искал Чжэнь Яня… — как сквозь беруши он услышал очередное подтверждение. И словно сокрушающееся, но безжалостное в своей сути, продолжение. Открытое: — И я всё ещё не могу осознать зачем.       Если бы Чжоу Цзышу сам мог дать себе ответ, почему не прекратил поиски…       Понимание, что он идёт куда-то вместе с Кэсином, пришло только потому, что пейзаж вокруг изменился. Вместо одной благоустроенной улочки — другая.       — Отвези меня домой. Я не хочу говорить об А-Яне.        — Почему ты постоянно запрещаешь это?       Смотря на него сейчас… Чжоу Цзышу не мог разобраться в себе. Это странное чувство: тяга, желание обнять… даже зная, что ему это не нужно. Даже зная, что тот за ним следил. Пристальнее, чем мог кто-либо другой.        Самое паршивое в том, что Кэсин был готов к разрыву договора. Как и к тому, что за этим последует. Был готов так же и остаться с ним. Всё что нужно — это приказать.        Цзышу не хотел приказывать.       — Насколько велика вероятность, что ты сейчас мне соврал?       Свесив голову на бок — так, что правый глаз оказался скрыт упавшими волосами, — тот неожиданно улыбнулся. В груди всё сжалось от этого вида.       Кэсин не усмехался. Это выглядело скорее какой-то ностальгической улыбкой, когда вспоминалось что-то хорошее и, одновременно, грустное.       — Я не могу врать приоритетному пользователю, и всё же, в исключительных случаях, смею не договаривать. Однако… Разве ты сможешь просто поверить мне на слово, А-Сюй?       Отвечать не требовалось. Но он бы хотел сказать «нет». Неправдивое. От зародившегося во всём его существе желания отрицать до проговаривания каждого звука.       Отвернувшись от него, Цзышу постарался затолкнуть всё что рвалось изнутри как можно глубже. Так далеко, чтобы больше не достать, не выцарапать, не коснуться. Потому что было одно «но», самое важное. Что он не забыл.        Чжан Чэнлин.        Не столь значимо, что случится с самим Цзышу. Его жизнь в чём-то была хорошей, а в чём-то, как подсказывала ноющая сильнее обычного спина — нет. И ему бы хотелось, чтобы А-Лин, хоть он и не смог стать для него полноценной заменой родителю, никогда не остался один на один со своими проблемами. Чтобы ему никогда не пришлось переживать то, что он прожил сам. Тем более в одиночку.       — Ты следил за мной по чьему-то приказу?       — У меня нет причин, чтобы следовать чьим-то указаниям, кроме твоих.       Может быть мальчик, которого он взял под опеку, в чём-то сделал его более мягким. Сентиментальным. Более переживающим, чем ранее. А может ему уже просто невмоготу постоянно нести груз ответственности только на себе.        — В последнее время участились случаи нападения роботов на людей из-за какого-то вируса… — сдаваясь, начал Цзышу. Этот разговор стоило завести давно. Чтобы окончательно разрешить сомнения.        — Да, А-Сюй. Такое сейчас очень часто происходит. Я понимаю твоё волнение. Однако… моя операционная система, конечно, может сбоить, но не настолько, чтобы быть угрозой авторизованному пользователю. Любому из них, А-Сюй. Но могу ли я в принципе нанести непоправимый ущерб человеческому организму? Вполне, но разве что в случае защиты пользователей от другого непоправимого вреда.       Когда Цзышу единолично взвалил на себя Цзюсяо, ему казалось, что он сможет всё. Что нет ничего проще, чем заботиться о нём. С тех пор прошло много лет, и теперь… он не был столь уверен в себе.       — Я бы хотел добавить один пункт в наш договор… Что бы со мной не случилось: сделай для А-Лина всё, что сделал бы для меня. Лечи его. Оберегай его.        — Конечно, А-Сюй. Забота о детях прописана в моём программном…       — Не так, — Цзышу замотал головой, — я имею в виду немного другое. Чтобы… если он сопротивляется походу к врачу — убеди его в этой необходимости. Если понадобится — взломай всё, что можно, чтобы ему помочь. Если потеряется — найди. Если будет грустно — поговори с ним по душам. Как ты говорил со мной.       Лёгкий зелёный свет привычно засветил в лицо, что-то высчитывая. И резко убрался обратно.        — Хорошо. Дополнительное соглашение об опеке заключено.        — Спасибо. А теперь… поехали домой.       — К господину Хэлянь или господину Ханю?       Раньше он бы засомневался. Но теперь…       Да, робот следил за ним. И будь тот человеком — подобное бы напугало его до чёртиков. Однако он был слишком слаб перед ним. Не в физическом плане, а другом.        Привязанность. Понимание. Разговоры до утра, от которых он не мог спать, увлечённый. Нескладные сказки на ночь, под которые отрубался так быстро, будто в воздухе распылили снотворное.…        И дом давно перестал ассоциироваться у него с Хэлянь И. Ещё до того, как нога Чэнлина перешла порог. О Хань Ине же он в этом контексте и не задумывался.        — Домой — это домой, Кэсин. Единственный господин, который нас ожидает — малыш Чэнлин. И думаю, он будет очень расстроен, если мы своевременно не вернёмся.       Да и Цяньцяо ему голову оторвёт, если он задержится. У неё сегодня вечером была назначена очередная операция по дестабилизации жизни Цюфэна.        

***

      Когда дома ещё находились Цзюсяо или Хэлянь И, Цзышу как-то считал само собой разумеющимся отправлять Чэнлина спать, а самому общаться с ними. Сейчас пришло осознание, что Чэнлин… взрослеет. Ему скоро совсем не нужны будут сказки. Общение с опекуном. С каждым годом тот будет всё больше отдаляться от него, как когда-то сам Цзышу отдалился от дяди Циня. И пока ещё имелось время, ему вдруг захотелось сесть в этот ускользающий поезд: попробовать проводить его ко сну.       Кэсин явно удивился его решению присоединиться. Чэнлин же забрался в постель, в ожидании очередной…        — Может, снова историю про двигатель внутреннего сгорания?       Как оказалось, Чэнлину Кэсин частенько рассказывал про науку. Это лишь ему, Цзышу, тот сочинял странные сказки.        — Нет, господин Чжан. Я предлагаю вам послушать другую историю. А вы её потом оцените на содержательность. Вам ведь для школы как раз надо будет скоро писать сочинение в духе «что хотел сказать автор». Так что, сейчас это будет даже полезнее.       — Ну ладно, — не очень воодушевился тот, но послушно укрылся одеялом.       Цзышу занял кресло перед компьютерным столом. А робот прислонился к его бортику.       То, что это та самая сказка, которую он слышал несколько раз перед сном, Цзышу понял сразу. Только многие детали были упущены. К примеру, часть диалогов. И момент, когда герои неведомо как оказались в борделе: тот был заменён на постоялый дом.       Чэнлин не заснул ни на первой части, ни на третьей. Ему было настолько интересно, что он даже подпёр голову ладонью и, лёжа на боку, затаив дыхание слушал и слушал…       Самого Цзышу уже клонило в сон. Моментами он клевал носом и вздрагивал, особенно когда Кэсин озвучивал цепляющие его моменты. Но под конец третьей части встрепенулся от сонливости.       — Я бы хотел дополнить…       Несмотря на подозрительный вдруг взгляд робота, он рассказал о том, что ещё помнил сам. Что привиделось ему и почему-то врезалось в память: совы, вороньи накидки, Искатели, Яньло… И вполне осознанно упустил, какой вопрос задал Чёрному Искателю сам. Как и то, кто именно привиделся ему перед выходом. И каким был этот самый выход. А рассказав — замолчал.        Тишина была какой-то гнетущей. Незаметно для себя он вложил в обычную сказку слишком много чего-то личного, хотя пытался максимально дистанцироваться от героев, и даже Кэсина-Странника называл исключительно Странником.        Это и так было сложной задачей: не называть главного героя собой, когда, слушая каждый раз эту историю, невольно ставил себя на его место.       — А что было… потом? — тяжело сглотнул Чэнлин, который, к его сонливому удивлению, всё ещё не спал.        — Думаю, господин Чжан, эту часть можно оставить на завтра...       — И мучиться всю ночь от незнания? Ни за что! — внезапно упёрся он.       Беспомощно взглянув, Кэсин ожидал решения Цзышу. Стыдясь, что вообще влез в это дело, тот махнул рукой.       — Что ж, — опустил глаза в пол Вэнь Кэсин на мгновение, — с учётом поправок А-Сюя…       Несколько лет не было никаких вестей, случайных переносов и так далее. Жизнь начала налаживаться. Но произошедшее всё так же не отпускало.        Чжоу Цзышу искал своего нового знакомого где только можно в надежде, что в этом мире будет если не он сам, то хотя бы его двойник. Но сколько бы не спрашивал — нигде не мелькал Странник, которого он хотел найти. Словно того и вправду никогда не существовало.       — Тоска снедала нашего героя. Случай с архивом долго не выходил у него из головы, как и встреча в царстве снов с давно потерянным другом под конец. И может быть неосознанно, а может и вполне намеренно, он каждый день проходил через знакомый ему перекрёсток. В надежде, что они со Странником, не имеющим возможности вернуться в свой настоящий дом, всё же встретятся… Один раз, в очередной дождливый день, он стоял именно там: в тот же час, в том же месте. Ожидая нужного сигнала светофора. По привычке вынимая телефон. И неожиданно… встретил его наконец спустя много лет.       Немного засыпая под голос робота, Цзышу представил: ливень, идущий стеной. Он сам: мокрый до нитки, не теряющий надежды, хотя и знающий, что глупо верить в сказки. Но вот, вдруг откуда ни возьмись: тот самый Странник. Резко и внезапно, как для себя, так и для самого Цзышу, столкнулся с ним. Выбил неуклюжими объятиями из рук телефон, на котором при падении в маленькую лужицу на асфальте образовалась пятая трещина.       Они оба потянулись за ним, столкнулись лбами, засмеялись, пока торопящаяся на работу толпа их ругала на чём свет стоит.       — Тебя долго не было… — легко улыбнулся Цзышу, а Кэсин кивнул, тоже не скрывая радости.        — Не перебрасывало. Пришлось самому искать возможность вернуться. Но не получалось.       — Что же изменилось теперь?       — Он появился, — кивнул Кэсин на стоящий напротив светофор. Глянув туда же, сердце сделало кульбит: тот самый. Но он не видел его так долго!       — Ты что-то обронил, А-Сюй…       Ринувшись проверять, Цзышу озадаченно замер. Ничего не было. В этой дурацкой маленькой лужице не было его телефона. А ведь в своё время он пытался избавиться от него, но тот постоянно возвращался. И в каждом путешествии был с ним.       — Прости, кажется, из-за меня ты потерял телефон... В качестве извинения, позволь мне купить тебе новый. И ты весь испачкался… Моя квартира совсем неподалёку, может зайдёшь переодеться? Конечно, размер может не подойти, но…       Что ж, испачканные дорожной грязью брюки точно следовало заменить на что-то более подходящее. Да и рубашку тоже… и ботинки были противно мокрыми. Солнце к тому же вышло из-за туч. Такое яркое. Делая всё более светлым, приятным глазу, но главное — насыщенным.       — Очень интересно, но ничего не понятно, — моргнул сонно Чэнлин. — Ладно дядя Чжоу, но ты, дядя Вэнь… Никогда не сочиняйте ничего вместе. У вас ужасно получается, хотя и довольно — звучно зевнул он, поворачиваясь к ним спиной, — любопытно… Хорошо, что все остались живы и целы.       Притворив за собой дверь в его комнату, Цзышу, ничуть не обиженный упрёками мальчика, вполголоса спросил:       — Так значит… главный герой умер?       — Почему ты так решил?       — Телефон покрывался царапинами и хуже работал после каждого нового мира. И незнакомец-невольный проводник говорил, что он не может надолго задерживаться вне своей вселенной, как и вещи из родной вселенной героя рано или поздно пропадут. А тут… проводник остался насовсем. А старый телефон пропал. Время из настоящей реальности героя в твоей сказке показано лишь дважды. Вначале и в момент, когда он был в больнице. А всё что ты рассказывал после — его галлюцинации перед смертью. Разве нет?       — А-Сюй, ты бы какой вариант хотел?       — Правдивый.       — Тогда герой не просто умер, а перешёл из одной реальности в другую. А незнакомец, ставший ему другом, сделал всё возможное, чтобы тот смог жить в его измерении. Это, наверно, как с созданием нового вида… Тот же бог создал человека лишь после сотворения мира, где он будет жить. Или это можно сравнить с тем же усыновлением. Ты же, когда брал господина Чжана под опеку — подготовил дом к его приезду, документы, верно ведь?        — Недетские у тебя сказки, Вэнь Кэсин, — покачал головой Цзышу, открывая дверь в спальню. Протянув руки, чтобы забрать у него футболку и вручить пижамную рубашку, робот не согласился.        — Смотря как воспринимать. Господин Чжан ведь был рад, что всё закончилось хорошо?       Слово «рад» слишком сильное, чтобы описать реакцию Чэнлина. По мнению хмыкнувшего на это Цзышу, малец был доволен только тем, что они всё же завершили историю и убрались, наконец, из его комнаты.        — А главный герой поймёт, что он оказался не в своей вселенной?       Не отвечая, Кэсин улыбнулся и сверкнул глазом в полутьме.       — Не поймёт, — сделал вывод Цзышу, — или… не до конца.       — Это так важно?       — Представь, что было бы, если бы при создании мира появился бы только один человек, — забравшись на кровать и накинув одеяло, Цзышу продолжил задумчиво. Даже потеряно, стремясь как-то для самого себя осознать пришедшую на ум мысль: — Либо просто другой разумный вид. Похожий на людей, но он, рождённый или появившийся иным способом, был бы единственным в своем роде. Единственным, Лао Вэнь. Без никого, себе подобного. Мне кажется, это очень… одиноко.       — «Одиноко»? Наверное… да. Добрых снов, А-Сюй.       Найдя глазами Кэсина, Цзышу, и так не всегда умеющий определять направление мысли его анализирующего головного центра, сейчас растерялся. Абсурдно, но уходя Вэнь Кэсин выглядел... грустным?