Слезы безвыходности

Я не до конца был уверен в своих действиях. Мне было по настоящему страшно. Я до сих пор помню момент, когда я отчаянно смотрел на оголенное лезвие в спешке принимая самое важное для меня в тот момент решение. Мне хотелось бы сделать это в другом месте, где угодно, на улице, в стоках канализации, но не здесь. Страх быть застуканным, а так же отвращение к этому месту. Мне никогда не забудется его взгляд когда он трогал меня, пользуясь моим неуязвимым положением. Мне никогда не забудутся его слова, что он сказал мне в его комнате где сделал это со мной. Мне никогда не забудется всё, что он делал со мной, и эти воспоминания разъедали меня изнутри заставляя раз за разом давится своими слезами. Я поднес ножичек к запястью, параллельно рассматривая как старые, так и новые, совсем свежие порезы, что всё больше и больше наталкивали меня на этот поступок. Моё сердце бешено колотилось, а к горлу с каждой секундой подступал огромный ком словно затрудняющий моё дыхание. Меня бросило в лёгкую дрожь и я в панике бросил орудие на пол. Я и сам никак не мог объяснить это действие, но в один момент я ощутил боязнь и отвращение даже не зная к чему или к кому именно. Было холодно и темно, я не знал куда деться, я чувствовал себя настолько беззащитным насколько мог. Хотелось прижаться к кому то, расплакаться и забыть всё что со мной случилось как обычный страшный сон. Во что превратилась моя жизнь? Я сижу в грязной кровати сам не мывшись около двух месяцев, вокруг бардак и муравьи доедающие остатки пиццы под кроватью, а за дверью братья, которые давным давно забыли про меня, оставив гнить в этой мусорке. Не желая вставать с кровати, я одержал проигрыш в попытке захватить лезвие ногой. И тут меня одержал страх. Колени задрожали а из глаз невольно полились слезы. Силуэт за дверью был всё ближе и ближе, а мой ужас всё больше и больше. Приняв уже отточеную наизусть мной позу спящего, я первым делом начал прокручивать всевозможные развития событий, исходя из того кто же войдёт в комнату, хоть и с уверенностью мог бы сказать что высокий силуэт не мог быть кем либо другим как Донни. Дверь с неприятным скрипом отворилась, и ещё пару минут старший брат стоял в дверях, вероятнее всего изучая обстановку. Аккуратно войдя, прикрыв за собой дверь не дав проникнуть в комнату свежему воздуху, он сел на край кровати у меня в ногах. Я слышал его томные вздохи и то, как он тихо плакал. Мне стало не по себе, когда я увидел на полу брошеное мною лезвие, на котором даже не успела застыть кровь. Донни просто смотрел на меня, хоть я и не видел этого, но отлично чувствовал как его тёмные глаза прожигали мой затылок. Я уже понял что нож был замечен, исходя из того что мой брат встал с кровати уверенно направлясь к передней не части. Подняв орудие, он горько вздохнул, после чего положил его на стол. Всё на что я сейчас надеялся — это чтобы в его поле зрения не попала моя левая рука, что лежала прямо справа от от него. Не желая быть замеченым, я попытался аккуратно засунуть её под подушку, и настолько, на сколько можно было бы. Тревожную тишину прервало тихое: — «Майки». — От которого я не на шутку встрепенулся, тем самым практически сдав себя. После снова прозвучало тихое —» Майки, пожалуйста.».