Там, где кончаются небеса

Эттау едва успел приземлиться на пустынной планете, как навстречу ему из песка выпрыгнули медузоподобные существа. На первый взгляд здесь не было другой жизни, кроме этих необычных созданий, что вылезали из своего укрытия, чтобы вдохнуть воздух. Анализ атмосферы показал, что планета была малонаселена, фауна редкая, а растений почти нет. Воздух состоял из ядовитых газов, вредных даже для Эттау. Странник вышел из звездолёта и принялся собирать пробы грунта для своей обширной библиотеки. Кто-то однажды сказал ему, что сканировать каждую песчинку – безумие. Но Эттау был категорически не согласен с этим. Исследователь по натуре, он не мог оставить неизученным даже камешек, ибо знал, что более на эту планету он не вернётся и вряд ли её посетит кто-то ещё. Он, конечно, мог возвратиться на какую-то планету повторно, но только если его кто-нибудь попросит об этом. Помимо него в космосе было множество учёных, что также жаждали знать всё, что только могли познать. После сбора грунта, Эттау потоптался на одном месте некоторое время, раздумывая, куда ему идти дальше. Обычно, после высадки на новую планету, он уходил далеко от корабля, порой на целые сутки. Но теперь всегда присутствовала вероятность возвращения в эфир загадочного сигнала. И, влекомый мелодией этого сигнала, Эттау вновь сломя голову сорвётся в неизвестность. Неторопливо, он осторожно ступал по земле в случайном направлении. Если он найдёт что-то ценное, то сможет приобрести ещё топлива. Иногда, за отдельные экземпляры из его коллекции, ему щедро платили. Но, проще всего было платить данными. Информация о местонахождении полезных ископаемых или определённом типе фауны высоко оплачивалась во всех частях вселенной. Если, конечно, он найдёт подходящего покупателя. Но данные с этой планеты едва ли заинтересуют кого-то. Вероятно, он первый, кто побывал здесь за последние сотни или даже тысячи лет. Странник продолжил своё путешествие, сканируя каждый засохший куст и внимательно смотря себе под ноги. Температура здесь было столь высока, что сними он свой скафандр, то вмиг зажарился бы. Он поднял свои глаза к небу и сощурился, глядя на два белых светила. Пока эту планету опаляют своим жаром разом две звезды, жизнь здесь, скорее всего, не разовьётся. Он оглянулся назад, на свой корабль, что уже скрывался за песками. Если он немного прогуляется по этой планете, то ничего не потеряет. Правда, понятие “немного” в данном случае могло означать трое-четверо суток. Пока солнца нещадно палили на землю, передвигаться быстро он не мог. Как только стемнеет, он пойдёт быстрее и осмотрит всё, что сможет. Монотонный песчаный пейзаж периодически раскрашивали залежи дорогих во многих галактиках металлов. В скальных образованиях мерцала на свету драгоценная порода. Но Эттау не стал собирать все эти богатства, как поступил бы любой другой на его месте. Жажда наживы никогда не мучала его. Он повидал слишком много галактик, захваченных пиратами, где над здравым смыслом властвовала жадность и алчность. Многие разумы страдали от собственной неутихающей злобы. Подобные миры угнетали и пугали Эттау. Он не мог ничего исправить, не имел возможности изменить сознание тех, кто погрузился в хаос сам и неизменно приводил к нему всё вокруг. Рассуждая о жизненных ориентирах, он непроизвольно вспомнил свой сигнал. Ничто другое не приводило его в такой восторг, как этот сигнал. Только это звук мог заставить его бросить все свои занятия и лететь к нему через галактики, блуждать в туманностях звёзд. Он даже начал задумываться о том, чтобы встроить радиоприёмник в свой костюм. Нервная дрожь проходила по всему его телу от одного только воспоминания о чарующей мелодии. Странник вдруг почувствовал, что идти ему стало ещё тяжелее, будто и без того сильное притяжение увеличилось, сильнее придавливая его к земле. Эттау вынырнул из своих мыслей, с удивлением отмечая, что он стоит по пояс в воде. Выходит, он ошибался и планета была не мёртвым куском песка и камня. Эттау приметил недалеко от себя небольшой островок с несколькими засохшими кустами. Визор его скафандра показывал, что в воде происходит активное развитие микроорганизмов. Он зачерпнул воды в колбу для дальнейшего исследования и поднял взгляд к горизонту. Вдали он смог разглядеть множество таких же песчаных островков с редкой растительностью. Но что-то выбивалось из общей безмятежной картины. Сквозь дымку виднелась некая постройка. Эттау отчего-то подумалось, что это заброшенная фабрика. Но на миг его сковал страх. Что если это всё ещё действующее здание и там кто-то есть? Не став более медлить, он отметил это место на карте и помчался к своему звездолёту. Он с безопасного расстояния осмотрит эту загадочную постройку и всё выяснит. Однако, мысль о том, что он может быть вовсе не одинок на этой планете, невообразимо тревожила его. Если это окажется функционирующий комплекс, то ему, скорее всего, будут не рады. Эттау вернулся к своему судну, направляясь к метке на карте. Он стремительно долетел к нужному месту и принялся с опаской осматривать здание. Пока он кружил вокруг объекта, то заметил ступени, ведущие к квадратной верхушке, сложенной наподобие пирамиды. Неподалёку из воды торчало что-то треугольной формы, из того же тёмного материала. Поскольку никто никак не отреагировал на присутствие Эттау, он приземлился рядом с лестницей, на маленьком островке. Он осторожно покинул корабль и включил визор для сканирования объекта. В строке сканирования значилось только два слова: «грузовой корабль». И как он сам не догадался? Впрочем, по нескольким частям показывающимся из воды трудно сказать, что это огромное торговое судно. Эттау видел их множество раз, но никогда не был так близко к такому кораблю живьём, вне звездолёта. Странник поднялся по ступенькам наверх, оглядел поверхность судна ещё раз. Он спустился обратно к Эпсиле и внёс в систему точные координаты места крушения судна. И, прежде чем, он покинул эту планету, его корабль вновь поймал тот самый сигнал. И в этот раз звук был сильнее и яснее, чем когда-либо.