На книжной полке

      Даль Холланд-парка утопала в густых сумерках, пропитанных ароматами цветов и трав. В тенистых зарослях ив и лавровых кустов, где лишь изредка пробивались сквозь завесу листьев последние лучи, Джин и Джун продолжали свою чувственную игру в клише и штампы романного сладострастия.       Омега Джин метался по поляне легкокрылым мотыльком, то ловко увиливая от вожделенных объятий альфы, то вдруг замирая в полной беззащитности, веером слоновьей кости прикрывая розовые щечки. Шелковые лацканы его пиджака то распахивались от порывов ветерка, то вновь закрывались, лишая альфу желанного зрелища. Бесстрастные литературные герои меркли пред искушением этой томной картины. — Вы обманщик! — вскричал Джун, едва поймав очередную омежью тень среди ивовых ветвей. — Вы обещали сразить меня стрелами своих взоров. А сами прячетесь в тени…       Джин лукаво прыснул и привстал на цыпочках, легонько дразня носком атласной туфельки взгляд альфы. — Ах, книжный монстр… Вы так надменны! Что ж, из всех сетей моего милого романного арсенала я сплету тончайшую паутину и легко опутаю вашу трепещущую душу. Вы не сможете устоять перед такой цепкой сластью!       Омега не обманывал, в этот вечер он пустил в ход весь арсенал клише: и томный взгляд из-под ресниц, и грациозное поведение ручкой, и невинная потеря платочка прямо у альфьих ног.       Тот закусил губу и благоговейно наклонился, подхватывая нежный кусочек кружева. — Ох, прелестнейший, вы так умело дразните меня! — простонал альфа, прижимая платок к лицу и жадно втягивая исходящий от него аромат. — Ваши чары повергают мое тело в самые бесстыдные трепеты… Я таю от невинной порочности ваших взоров и убегающих движений!       Джин довольно улыбнулся и потянулся освежить макияж, глядя в ручное зеркальце. Однако вновь, словно случайно, ладошка дрогнула, и белоснежная пудреница выпала из омежьих пальчиков и, покатившись, остановилась у ботинок Джуна. Альфа тотчас присел на корточки и с невыразимой бережностью подхватил ее. — Позвольте вернуть вам сию безделушку, — шепотом произнес он. — Омега, я даже не думал, что кто-то способен ввергнуть меня такой восторг!       Услышав это, Джин не сдержал изумленного вздоха. Ему самому становилось уже трудно отделить игру от настоящего пьянящего томления. То, с какой страстью альфа припал к его омежьей ладони губами, говорило о тысяче потаенных желаний в его груди. Полуулыбка соскользнула с губ омеги, он неверным шагом приблизился к Джуну и в изнеможении присел рядом с ним. — Джун… Господин Ким, неужели мне удалось вас так увлечь? — пробормотал он с внезапной хрипотцой в голосе. — Неужели манеры романных штампов на самом деле способны столь опьянить вас?       Альфа поднял на него затуманенный взгляд и кивнул, не в силах выдавить из себя ни слова. Вдруг он осторожно подобрался ближе, нагло вторгаясь в личное пространство Джина и вдыхая его аромат, окутывающий омегу облаком. — Омега… — прошептал он, едва не касаясь губами его щеки. — Вы даже вообразить не можете, какие сладчайшие грезы пленяют меня от ваших самых невинных взглядов и жестов… Такая несведущая податливость и нежность, в коей сокрыто великое Естество…       Джин обомлел, не способный двинуться с места. Томное предчувствие колыхнулось в его животе, перемежаясь с чистейшей истомой. Джун пригвоздил его беспомощным взглядом, в котором бурлила вся сила заалевшего желания. — Ах, альфа, — тихо произнес Джин, стараясь чуть продлить игру. — Не желаете ли поужинать и насладиться еще большим общением? Уже накрыли стол.       Джун благоговейно кивнул, и они направились в беседку, где был накрыт изысканный ужин при свечах. Омега уселся за стол, изящно закинув ногу на ногу, снял пиджак и распахнул ворот своей рубахи, чтобы усилить головокружительный аромат. Джун жадно впитывал каждое его движение, то и дело сглатывая от нахлынувшего вожделения.       Когда Джин потянулся за бокалом, его рука слегка задела руку альфы. Тот вздрогнул от этого мимолетного прикосновения. — Вы позволите мне попробовать и ваше блюдо, альфа? — промурлыкал омега, бросив томный взгляд из-под опущенных ресниц.              Не дожидаясь ответа, он ловко потянулся вилочкой к тарелке Джуна и стянул самый лакомый кусочек. Обхватив его пухлыми губками, Джин принялся медленно пережевывать, то и дело бросая на альфу соблазняющие взгляды. Джун часто сглатывал, не в силах оторвать глаз от этого зрелища. — Омега, вы излишне дразните меня… — пробормотал он, впиваясь взглядом в манящие губы Джина.       Тот лишь озорно усмехнулся и потянулся за новым кусочком с тарелки альфы, на сей раз даже не потрудившись спросить разрешения. Джун невольно подался вперед, провожая каждое его движение. — Ммм, сэр Джун, ваше блюдо так услаждает мой нежный вкус, — игриво протянул Джин, облизываясь. — Я просто не могу насытиться.       Он повел плечом, снова сделав так, чтобы ткань легко соскользнула. Джун судорожно вздохнул, разглядывая открывшийся вид на молочную кожу. — Джин-и, вы выводите меня из себя, — прошипел он, не скрывая желания в голосе. — Ваши невинные штучки заставят трепетать даже самого стойкого из альф. — Ох, но разве это не цель нашей маленькой игры, сэр Джун? — томно протянул Джин, снова невзначай задевая руку альфы кончиками пальцев.              Тот стиснул зубы, сдерживая рвущийся наружу рык.       Расправившись с трапезой, они отправились на прогулку по ночному парку. Джин нарочито семенил рядом, то и дело хватаясь за Джуна под предлогом испуга. — Ах, господин Ким, там что-то скребется в кустах! — он вцепился в его локоть, прижимаясь всем телом. — Защитите меня от опасности, я так боюсь!       Джун сурово оглядел окрестности, затем обнял Джина за талию и привлек к себе. — Не страшитесь ничего, Джин. Ради вашей безопасности я готов на всё.       Джин сладко застонал, утопая в его объятиях. Они продолжили дразнящую прогулку, пока омега не вскрикнул. — Ох, я выронил перчатку! — он наклонился и принялся шарить по траве.       Джун тут же опустился рядом, положив руку ему на спину. Их лица оказались в опасной близости друг от друга. — Позвольте мне, — выдохнул альфа, бросив взгляд на такие манящие губы Джина. Тот затаил дыхание, впервые не в силах произнести ни слова. Они одновременно взялись за перчатку, и их пальцы соприкоснулись, вызывая волну томительного возбуждения. Джин еле сдержал стон… — Альфа… — прошептал он, находясь в полубессознательном состоянии.       Их взгляды встретились — и больше не было сил противиться. Джун рывком привлек омегу к себе, впиваясь в его губы бешеным, исступленным поцелуем. Джин обмяк в его руках, отвечая со страстью. Их языки сплелись в одно целое, они полностью утратили контроль над собой, растворяясь в этом сладостном единении.       Альфа жадно припадал к его губам снова и снова, вдыхая головокружительный аромат Джина. Тот выгибался навстречу, запуская пальчики в густые волосы Джуна. Их стоны терялись среди шелеста листвы, слившись в один протяжный вздох наслаждения.       Они целовались так, будто жаждали впитать друг друга без остатка. В этих поцелуях была вся нежность и страсть, на которую только способны человеческие существа. Руки блуждали по телам, и сейчас это было поистине упоение… Прикосновения уст к устам, единение дыханий, растворение друг в друге.       Когда, наконец, они смогли оторваться ради глотка воздуха, Джин бессильно привалился к плечу Джуна, все еще не веря в происходящее. Тот ошалело гладил его по спине, пытаясь отдышаться. — Омега… Я не представлял, что все зайдет так далеко, — пробормотал он, не отрывая взгляда от сладких уст. — Я… Тоже не ожидал, — протянул тот в ответ дрожащим голосом. — Господин Ким, кто бы мог подумать, что невинная игра обернется столь… Опаляющим чувством.       Не сказав больше ни слова, они вновь соединились в поцелуе, но уже в сладком, нежном, томном…