Помощь где-то рядом

Когда я была маленькой, мое представление о мести было таким же простым, как и притчи, за которыми оно скрывалось. Аккуратные морализаторские лозунги вроде «поступай с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой» и «из двух зол не выбирают». Но из двух зол никогда не выбирают добро...

...потому что два зла никогда не сравняются. Для тех, кого действительно обидели, настоящее удовлетворение может быть найдено только в одном из двух мест...

...в абсолютном прощении или в смертельной мести. Это не история о прощении.

(Эмили Торн. Реванш.)

Последняя неделя выдалась на удивление холодной. Казалось, только что простились с последним месяцем лета, едва простились с пением птиц на рассвете и теплыми вечерами. Но вот, теперь же приходилось топтать ногами покрытые ораньжевой краской листья. Они надоедливо прилипали к обуви вместе с грязью, оставшейся после дождя, что прекращался уже несколько дней. Серые тучи заслоняли лучи солнца, забрав яркость улиц. Зато теперь город украшали цветастые, пестрые, вызывающие, но пустые и неживые листья. Лучи рассвета, что пробивались сквозь тучи, только коснулись окон многоэтажных домов, отражаясь на асфальте пятнаями. Пятнами, потому что солнечными зайчиками назвать это — оскорбление. Утренний туман, что все еще не растворился в воздухе, заставил девушку не раз поежиться. Сколько бы кофт и курток она не надевала, прохлада заползала под ткань, раздражающе обволакивая кожу. Кончики пальцев мерзли, не в силах даже сжать кулак внутри кармана куртки. Ветер просачивался сквозь джинсы, удерживая ноги в холодных пальцах утреннего тумана. В этом месте ее ничто не могло оставить в покое. Под ногами прыгали воробьи. Ветер колыхал сухие листья. Стволы деревьев будто перешептывались за ее спиной. Все-таки это не прохлада заставляет съеживаться. А атмосфера вокруг. Но стоило ей обернуться, как все сразу затихает. Никаких голосов, никаких шагов за спиной, никаких движений. Лишь камни, смешанные с грязью. Уставшие деревья, склонившие свои ветви к могильным плитам хозяев. Влага, что скопилась на холодных гранитных камнях. Здесь пусто. Ни одного человека. Ни единой души. Только кресты и могилы. Только портреты и надписи. Пустые лавочки и столы, ждущие, пока кто-нибудь придет вспомнить их хозяев. Но стоит ей снова отвернуться и идти, смотря вперед, как за спиной все опять оживает. Девушка неспеша повернула на узкую дорожку, сделанную из побитой, старой плитки. Она смотрела под ноги, не смея даже думать о том, чтобы поднять взгляд. Не любила видеть чужие могилы. Смотреть на эти портреты, полные жизни. Читать имена, даты рождения и даты смерти. Это что-то слишком личное. Она для этих людей никто, также как и они ей. Так что нечего здесь глазеть. Девушка идет туда, где ей кажется, что ее ждут. Ровно семь могил. Восьмая. Именно та, что ей нужна. Рука, до этого находившаяся в кармане, неохотно вылезла наружу. Пальцы легли на створку огораждавшего могилу мелкого забора. Она коротко выдохнула. Рука потянулась к замку. Защелка никак не хотела поддаваться напору девушки. Но всегда поддавалась после второго толчка ногой. Черный ботинок ступил на мраморную плиту. Подошва была грязная, даже стало на какой-то момент стыдно за испорченную красоту покоя. Но она обязательно убирет. Когда-нибудь. Осмотрев могилу, девушка опустилась на корточки, прямо напротив портрета женщины. Легко приподняла губы в улыбке, снова увидев знакомый портрет. На нем изображена девушка, что была младше, чем пришедшая на могилу гостья. Мама. Здесь находились могила ее матери. Это имя, фотография и дата рождения — единственное, что знала девушка. Та умерла через полгода после того, как гостья родилась. В памяти от этого человека не осталось ничего. Ни голоса, ни прикосновения, ни взгляда. Ничего. Пустота. Лишь память из слов покойной прабабушки и сравнения себя с портретом, висящем на могиле. Это было все, что ей позволено. Больше узнать не от куда. Был, конечно, еще один способ узнать побольше о матери. Не самый приятный из всех вариантов. Со знающим человеком девушка порвала все связи. Человек, который по рассказам других прожил худшую жизнь, но теперь радуется лучшей. Последние пару лет этому человеку ничего не угрожает. Вот только остальные, что находились вокруг, стали увядать, борясь с непрерывными проблемами. В том числе была и она. Детство, лишенное правды и правосудия. Это ее детство. -Сегодня я поеду к мужчине, который проводил расследование в нашем доме. —девушка тяжело выдохнула. Изо рта вышел пар, на секунду закрывающий обзор. Она поджала губы, посмотрев на очертание почти голых деревьев, скрывающихся в лесополосе за могилой. Красиво и пусто. —Я выясню, что там произошло на самом деле, мам. Она опустила взгляд на носки своих ботинок. Нос неприятно начало щипать. На глаза налезла знакомая пелена, размывающая точность видимости. Слезы. Легкий ветер бил по щекам, будто пытаясь привести в чувства. В голове крутились странные мысли. Затягивающие, пугающие, отталкивающие, грязные. Это все раздражало. Безнаказанность, несправедливость и вранье. Последние месяцы эмоции переполняли разум. Они смешались с мыслями. И это привело к тому, до чего бы девушка никогда в жизни не додумалась. До расследования. Подняв глаза после того, как первая слеза осталась на кончике носа, она осмотрела могилу еще раз. Все точно такое же, как и вчера вечером. Как и неделю назад. Как и годы ранее. Вот только цветы новые. Ночью тут была она. Больше быть тут некому.У утреннего гостя не хватало средств для покупки цветов, зато у ночного их было в достатке. -Как она смеет к тебе приходить после того, что сделала? —с тихим раздражением в голосе девушка поднялась.Обиженный взгляд держался за холодный камень с изображением матери.—Как у нее совести хватает? Утренняя гостья со злости пнула близлежащий камень, попав в ограждение.В тишине кладбища раздался звонкий стук, приводящий в чувства. -Как же я могла забыть, —девушка закатила глаза.По щеке покатилась еще одна слеза.—У нее же ее нет. Девушка ударила кулаком о мелкий столбик, состоящего в ограждении.Как раз злоба, что она всячески пыталась одолеть, управлял ей на протяжении последнего полугода.И стоило лишь вспомнить ее.Ту, что разрушила жизнь утреннего гостя кладбища. Лежащая под могильной плитой явно не заслуживала того, что с ней произошло.Девушка не знала своей матери, но точно уверена, что та не должна была получить столь несправедливый и печальный конец.По рассказам, что она помнила из детства, ее мать была прекрасна.Добрым, бескорыстным и отзывчивым человеком.Может, конечно, как утверждают некоторые, избалованной, но она точно не была тем, кого стоит так зверски убивать. -Мам, я пойду. —легко шмыгнув носом, девушка поджала губы, еще раз окидывая могилу матери печальным взглядом.Каждый раз прощаться было тяжело.И хоть она никогда не видела своих родителей, девушка словно знала их всю жизнь вживую.Она их чувствовала. Поправив коженную куртку, девушка вышла за пределы памятника, а затем и за пределы кладбища.Уходить всегда сложно.Но она знала, что через сутки будет стоять на том же месте, смотря на то же изображение матери и чувствовать то же угрызение совести за то, что ничего не может сделать.Это шло по кругу.И этот круг не мог разорвать никто и ничто.

***

Людей все еще мало.То-ли улица не пользуется популярностью, то-ли еще слишком рано для толп.Лишь редкие машины проезжали мимо, обрызгивая то-ли случайно, то-ли специально водой из не до конца высушенных луж. Одинокие, еще закрытые магазины.Полные, но при этом полностью пустые серые и бездушные прилавки.Ужасающие маникены за стеклами магазинов, словно следящие за каждым движением проходящего. Фонари уже не светили, хотя солнце еще было не в том состоянии, чтобы осветить улицы достаточно для видимости.Обычно яркое, особенно на рассвете, солнце, сейчас заслоняли идущие чередой тучи, что сгущались и темнели с каждой минутой.Они пугали, накрывая небо темно-серым шатром.Скоро дорога на улицах станет еще мокрее.Стоило как можно быстрее дойти до укрытия. Нужный дом находился за поворотом.Одинковые многоэтажки, одинаковые окна, балконы, цветы, плитка.Все это мозолило глаза.Подняв глаза прямо, можно увидеть улицу, уложенную серо-коричневой плиткой, где каждые четыре дома отделяет друг от друга дорога.Посмотрев направо, замечаешь тоже самое.Налево..ничего нового.Назад, все также. Иногда стоит лишний раз остановиться и посчитать, сколько кварталов удалось пройти.Настолько здесь все одинаковое.После пятого многие сбиваются со счета домов.Все здесь и на соседних улицах, и в этом городе, и, похоже, в регионе — все одинаково.Может, хоть где-то есть разнообразие? Девушка резко остановилась.Сорок седьмой дом.Это здесь. Повернув голову, в глаза ввонзилась серая многоэтажка.Вялые балконы, словно глаза дома, по ощущениям вот-вот отвалятся.Перекошенный козырек над подъездом будто передавал все недовольство бездушного дома ее появлением.В квартирах еще горел свет.Силуэты бегали по разным углам маленьких окон.Кто-то собирался в школу, кто-то на работу, кто-то гулять. Девушка подошла ближе к подъезду.Звонить в домофон не пришлось.Железную дверь изнутри открыла маленькая старушка, второй рукой выталкивая тележку.Девушка одним быстрым движением подошла к двери и помогла ее придержать. Проход за несколько мгновений опустел.Осталась лишь старая бетонная лестница с шатающимися и полуполоманными перилами.Как бы не выглядело снаружи, внутри эти и так не особо красивые дома оказывались низом какой-либо архитектуры.Подтеки на стенах, разбитая плитка между этажами, ступеньки разных размеров. Девушка поднималась по лестнице.Лифтов здесь, понятное дело, не было.Пятый этаж.Это здесь. Рука потянулась постучать в черную, покоцанную и не особо приятную дверь.Осмотрела это место еще раз, пока за стеной послышался звук щелчка выключателя и тяжелые шаги. Глаза в это время цеплялись за каждую неровность и неисправность в этих стенах.Заржавевшие дверцы счетчика около квартиры, плесень в углах потолка, покоцанный ковер около двери, половину которого, похоже, сгрыз соседский пес.Запах тут тоже не особо радовал. Замок щелкнул.Дверь со скрипом приоткрылась.Из маленькой шелки выглянул мужчина с сединой.Морщины покрывали уставшее лицо, делая того не особо привлекательным.Глаза уставшие.Щеки свесились к шее. -Вы ко мне? —шелка в двери стала больше. —Да, к вам.Юлия Абрамова. —девушка тяжело вздохнула.Ее уже раздражало все здесь.Хотелось поскорее уйти из этого места. -А, вы по делу матери. —мужчина отошел с прохода.Отряхнул руки о клетчатую рубашку, пропуская Юлию внутрь квартиры. Девушка заглянула через его плечо в квартиру, куда ей следовало идти.Желтоватый свет падал на оборванные, намокшие в каких-то местах, закрученных по углам обои.Узенький коридор, ведущий в стену, что разделяла входы в разные комнаты.Желтые, в местах грязные и потертые обои сужали и без того не особо широкий коридор.Делали его ненастоящим. Девушка нехотя прошла внутрь, еле протиснувшись между вешалкой с многочисленными куртками и мужчиной.Сделала пару шагов вперед, начав рассматривать окружающие стены и улавливать на звук движения незнакомца.Она проверяла свою безопасность в этом месте.Эта квартира уж точно не внушала доверия. Бывший детектив закрыл дверь, но не на замок.Просто захлопнул.Проверка на доверие пройдена.Оставалось лишь держаться наготове в случае какой-либо опасности. -Чай будете? —мужчина провел гостью в комнату.Судя по горе посуды, газовой плите, холодильнику и столу, это была кухня. -Нет, спасибо. —Юлия села на отодвинутый стул, приближенного к маленькому столу.Похоже, мужчина в такие годы живет один и гостей не особо жалует.Он и то на разговор с Юлей еле как согласился. -А я буду. —детектив поставил чайник с водой на заранее включенную плиту.—Напомните, мы рассматриваем дело Абрамовых? -Не сказала бы, что всех. Это слишком обобщенно. —девушка кинула взгляд в окно, заглядывая в чужие окна квартир, находящихся по близости.В каких-то еще горел свет.Где-то еще завтракали люди.—Мне нужно больше узнать о.. -Вашей матери, да-да, я помню. —мужчина сел напротив, скрестив руки на столе.Опустив густые брови, он погрузился в размышления, уцепившись глазами за пустующий стол.—Что же.. Что именно Вы хотели узнать? Ее жизнь или то, при каких обстоятельствах Вы родились..? -Ее жизнь мне известна. —девушка поджала губы, облокотившись спиной о спинку стула.—Меня больше интерисует ее убийство. -А что тут непонятного? —мужчина посмотрел в глаза Юлии, нахмурившись.—Убийство Василисы Абрамовой произошло в доме, где жили ее отец с сестрой.Если вы интересовались жизнью матери, то знали бы это. -Я и так это знала.Мне нужна правда.Каждый известный момент, каждое последствие. Девушка на секунду умолкла, заглядевшись на танцующую в окне на против пару.Она хотела хоть как-то отвлечься от бурления ядовитых слов, что вот-вот могут нечаянным образом выскочить изо рта. -Вам не кажется странным, что обвинили мертвого отца, а не ее сестру? —девушку потихоньку пробирали мурашки, что были последователями внутреннего пара раздражения.Она никогда не умела держать эмоции под своей властью.Особенно сейчас.Особенно здесь.Когда дело доходит до обсуждения ее матери. -Нет, ведь я собственноручно выставил обвинения против него. —опустив руки на стол, детектив начал выводить пальцем рисунки, будто бы вспоминая конструкцию давнего дела.—Видете ли..Одина из главных улик — топор, которым была убита Василиса Абрамова.Он лежал около Вашей матери.И если мы говорим о травмах, то тот, кто это сделал, сильно постарался: вся грудная клетка изуродована тупыми уарами, а после и острыми.А после сделали тест из отпечатков, что последними были на рукоятке.Отпечатки совпали с Серафимом Абрамовым, ее отцом. Юлия не отвечала, пока мужчина замолк на пару секунд.Пыталась подобрать нужные вопросы. -Да, это была странная семейка.Наши ребята часто клали глаз на дела Серафима.Но он всегда словно предугадывал действия с нашей стороны.Мы приезжали проверять его и внешнее состояние дома, где он жил.На осмотр внутри мы не имели никаких прав. —бывший полицейский потер руки, осматривая свою кухню.—Хотя к нему надо было присматриваться.Зная то, что он был на учете в псих.диспансере.Зная его проблемы с головой.И зная, что он забрал старшую дочь из интерната для инвалидов.У нее тоже не все в порядке с головой было, как утверждают документы.Серафим стоит за похищением младшей дочери, Вашей матери.Он же убил Вашего отца и его сестру.Он стоит за многим.И не смейте его хоть в чем-то оправдывать. -Но Серафим же не сам себя после всего этого убил? —вдруг возразила девушка, дослушав монолог мужчины до конца.Чайник на фоне начал закипать, прям как и ее нервы.Вода в нем бурлила также, как и в ее венах кровь.—Может, старшая дочь сошла с ума и пошла по его стопам? -Александра? —детектив усмехнулся.—Ваша тетя, а ощущение, что вы ее не знаете совсем.По тому, как описывала она сама, да и коллеги на ее работе и работе Вашей матери, можно понять, что Александра всегда защищала свою сестру..Но да, по нашим данным Серафима Абрамова убила Александра Абрамова в целях самозащиты. —соседний стул скрипнул.Мужчина пошел к плите наливать себе чай.—Так сказал ее воспитатель из детского интерната, ведь в ту ночь забрал Александру обратно.А его слова подтвердились дальнейшими находками в доме Серафима Абрамова. -А как же остальные жертвы? —девушка никак не могла успокоиться.Ей нужны были ответы.Ей нужна была правда.Ей нужно было хоть что-то, что успокоили бы ее душу.—Она же помогала ему убивать этих людей! -Вы про жертв из подвала? —бывший детектив сел обратно.Тяжело вздохнул, посмотрев в окно.—Да, она помогала ему.Но когда это происходило, Александра была вашей ровесницей, она не могла не следовать указаниям Серафима, он был сильнее.По ее словам это было не по ее воле.И, опять же, все улики в доме привели к подтверждению ее слов. -Но, может.. -Юлия, —мужчина остановил девушку на полуслове, посмотрев ей в глаза.—Ваша тетя в смерти отца и матери не виновата.Просто поверьте.Если хотите мсить, за Вас это уже сделала Александра.Еще семнадцать, если я не ошибаюсь, лет назад.Вы слегка опоздали. Девушка опустила глаза, уперевшись ими в стол.Опять она слышит про мать.Опять про то, что тетя не виновата.Все вокруг будто сговорились.Не видят в ней того, что видит Юлия. Но у нее остается в глубине души надежда узнать правду.И она докажет, что Александра Абрамова виновна. Эта история будет не о прощении. -Хорошо, спасибо, я поняла. —девушка поднялась из-за стола, скрипнув стулом.Здесь ей не помогли.Ну ничего, значит помогут где-нибудь еще.—Досвидания. Юля вышла из подъезда.Свежий, но совершенно влажный воздух бил по лицу, будто в попытках привести в чувства.Остудить жар, приливший в голову. За не особо длинным козырьком хлестал о землю дождь, редкими каплями попадая на ботинки.Девушка подняла голову.Серое, почти черное, плачущее небо.Глаза Юлии сощурились.По рукам побежали неприятные мурашки.Не особо хотелось мокнуть под дождем.Но кто не взял зонт — тот идет, прячась под непрочной тканью капюшона. Абрамова вышла из-под укрытия, позволяя острым каплям дождя врезаться в коженную куртку.Концы штанов намокли сразу же, неприятно прилипая к коже на ногах.Оставалось надеяться лишь на то, что хотя бы кофта под джинсовкой останется сухой. Оставался лишь один вариант дальнейших действий.Вернуться домой, уснуть и надеяться больше никогда не проснуться. Ветер подталкивал в спину, словно направляя на путь истинный.Волосы растрепаны и спутаны, раздражающе летают перед лицом, заслоняя обзор на дорогу.Но вскоре они полностью намокают, да так, что капюшон явно ситуацию сделать лучше не смог бы.Все равно вся мокрая. Тут не хотелось оставаться.Здесь пахнет грязью, сыростью, опустошенностью и разбитыми надеждами.Пустотой.Обреченностью. Ничем. Это раздражающее, цепляющее за сердце «ничто», опустошало все больше и больше.Ничто — это ничто.Абсолютно ничего.Просто дыра.Сплошная пустота, которую поскорее надо заполнить. Юле нечем эту пустоту заполнить.Нет друзей.Нет родных.Нет любимых.Нет хобби.Нет цели.Нет любимой книги.Нет любимого фильма.Нет родного места.Нет любимого напитка и блюда.Нет любимой погоды. У нее нет ничего.Абсолютно. Повезло, что хотя бы тетя не выгоняет из дома.И то, не родная тетя.Родственники родственников.Прекрасная ей, конечно, досталась судьба. Не взяла к себе даже родная тетя.Вот уж у нее сейчас есть все.И семья, и дети, и известность, и карьера.Она злилась, что у кого-то столь близкого все так хорошо, а у нее не так.С самого детства Юлия пыталась понять, почему она не может жить также хорошо, как и окружающие люди. Но зато потом она перестала злиться на тетю.Узнав о Александре больше информации, Юлия поняла, что так хорошо тетя не всегда жила.И зная из каких глубин она буквально вышла сухой, надеялась, что и ее ждет тоже самое. Но она виновна.Во многом.И Юлия постарается это доказать. Но сейчас мысли были забиты не тем.Ни местью, ни поиском доказательств.Они полностью погрузились в раздумья о матери. Я скучаю по маме. А разве можно скучать по тому, кого не знаешь? По тому, кого никогда не видел? Я хочу домой, где тепло и уютно.. Туда, где любят. Последний, кто ее любил — прабабушка.О, как же приятно было жить девушке в то время.И она помнит каждое мгновение.Когда они вдвоем жили в том самом доме, где когда-то жила ее тетя, мама и дедушка.Там, где убили маму. Но Юле было всего..почти три года? В какие-то моменты жизни сейчас ей кажется, что все это приснилось, и ничего из этого не было.Ведь от этих воспоминаний не осталось ничего.Совсем ничего.Казалось, она выдумала это в детстве, а после верила, чтобы насладиться хотя бы лживыми воспоминаниями.Никаких подтверждений того, что было в самом деле не осталось.Но нет, это было так.На самом деле. Они с бабушкой гуляли каждый день на детской площадке.Покупали сладости.Ходили в парк аттракционов.Маленькой Юле давали выбор еды на рынке.Бабушка покупала ее любимые фрукты.А потом, во время прогулки, словно по волшебству, доставала из кармана мыльные пузыри.И Юлия восхищалась.Ведь она совсем недавно щупала карман, и там ничего не было! Бабушка рассказывала интересные сказки перед сном.Юлия слушала и засыпала, обнимаясь с маленькой игрушкой тигренка. Но в один из таких прекрасных вечеров пришла она.Та, что перевернула эти моменты с ног на голову. Александра явилась домой. Юлия помнит ее лицо.Совсем юное, отстраненное, с долей ярости в глазах.От нее странно пахло, но этот запах манил.От ее одежды, от волос, от рук тянулось волшебство, что оставалось мягким привкусом на кончике языка.В темноте коридора она выглядела угрожающе и зло.Потом, сидя на кухне, когда Юля подглядывала за ней и бабушкой, от нее все еще веяло опасностью, но мателькой девочке все еще хотелось с ней познакомиться.Потрогать ее руки, что будто светились. И все-таки останавливал и не давал подходить ближе невидимый кокон вокруг нее.Он весь искрился и дребезжал.В какой-то момент маленькая Юлия даже подумала, что та скоро начнет стрелять молниями из глаз.Казалось, в тот вечер стекла в окнах смогут треснуть от напора ее взгляда. И после этого появления Александры все пошло наперекосяк.Бабушка перестала так часто гулять с Юлей.На какое-то время перестала приносить ей сюрпризы.Теперь ее голова была заполнена не только правнучкой, но и внучкой. С того и началась мелкая вражда между Юлией и Александрой.Только в ней участвовала лишь маленькая, двухлетняя девочка, желающая вернуть внимание бабушка.Она и плакала.И специально падала, чтобы разодрать колени.Специально стояла подольше на сквозняке, чтобы простыть.И потихоньку маленькая девочка смогла перетянуть на себя внимание бабули. Но потом все вдруг..стало капельку лучше? Александра переехала к ним в дом, а с ней и ее рыжий друг, что сейчас является ее мужем.Тихий мальчик понравился маленькой Юле.Спокойный, теплый, милый и заботливый.От него пахло волшебством даже больше, чем от Александры. Юлия все время ходила рядом с ним, смотрела, пародировала его.Наблюдала, как он убирает дом, а потом брала тряпку и неуклюже делала тоже самое, что и рыжий парень.Он всегда был дома.Читал Юле сказки, рассказывал их сам, плел вместе с ней браслеты и помогал бабушке на кухне готовить любимые блюда маленькой Юлии. В то время Александра почти не появлялась дома.Она работала.Днем бариста, ночью музыкант.Приходила раз в два дня.И то, чтобы поспать, а потом уйти снова на работу. Юлия помнит, как находясь в полусонном состоянии, чувствовала поцелуй в лоб от тети.Потом та ложилась рядом с рыжеволосым парнем и засыпала.А маленькая девочка, проснувшись ночью, тихо прокрадывалась по комнате и лезла к ним, засыпая между их телами. В то время они стали ей как родители.Они смогли заменить ей тех, кого никогда не было. Но потом Александра с рыжим парнем уехали.Посылали бабушке и ей подарки раз в неделю.Раз в месяц брали к себе Юлю.Водили на аттракционы, возили в горы и на море.С ними Юлия в первый и последний раз побывала в цирке и на пляжных посиделках в большой компании. А после все в момент закончилось.Юлие было почти четыре, когда умерла прабабушка.У тети только появились маленькие дети.Прошло много судов и разборок.И в итоге Юлия Абрамова оказалась не у тети.А у.. Ну, по сути, даже не у родственников.У матери второго парня ее бабушки, что была матерью ее матери. И она осталась ни с чем.В холодной, маленькой комнатке, где батареи работали через раз.С холодным одеялом и матрасом вместо кровати.Без старой, любимой одежды.Без украшений, сделанных с бабушкой и рыжим мальчиком.Без любимого игрушечного тигренка. Но Юля не сдавалась.Она ждала, пока тетя придет и заберет ее из этого места.Но прошел и день, и два, и три..И месяц.И год.И годы.Тетя только писала сообщения.Иногда звала на праздники.Один раз устроила Юле праздник на день рождение.И все. После, когда Юлие было лет тринадцать, Александра перестала писать.Может, раз в год.И то, спросить нужно ли что-то.А Юля отвечала «нет», либо же не отвечала вовсе.Вот на этом и все. Юлия открыла блокнот, стараясь не намочить его.Неразборчивый почерк окутывал страницы странными словами.Это были записи, что она писала сразу после сна.О том, что снилось.И еще ни разу ей не понадобились эти записи.Кроме одной.Последней записи. Ей снился парень.Очень привлекательный.С острыми чертами лица, с волнистыми, длинными волосами, с магическими амулетами.Он был похож на птицу.Нос заострен, словно клюв.Глаза впивались, будто тот нашел жертву. Он говорил о ее матери.О Александре.О том, что Юле надо кое-что узнать.Сказал, как узнать.А вот что узнать, этого он не упомянул. Зато после этого Юлия задумалась о том, что ее давняя теория, которую она выстроила в пятнадцать лет, правдива. Девушка раньше собирала улики, чтобы доказать, что тетя замешана в убийстве ее матери.Она ездила в старый дом, где жила с прабабушкой, пока та не умерла.Она ходила по полицейским участкам в поисках ответов.Она проводила ритуалы, чтобы узнать, что правда, а что ложь.Она делала все возможное, лишь бы узнать.А сейчас ей сказали как это сделать.И она собирается последовать инструкции незнакомого парня из сна. Она направлялась к дому, где все началось.Где родилась ее мать, и где ее убили.

***

Юлия лежала на полу.Сквозняк от открытой двери и окна морозил и без того мокрые от дождя ноги.Волосы погрязли в пыли, слоями лежавшей на полу.Пальцы не чувствовались. К горлу подступала тошнота.День, проведенный без еды давал о себе знать.Она не смогла купить хотя бы какую-то еду, ведь все деньги потратила на автобус.От поездки тоже воротило.Полтора часа в душном, переполненном автобусе.Рядом сидели женщина и ребенок.Мелкий постоянно кричал и плакал, да так, что наушники не могли заглушить его громкое недовольство. Но сейчас она в доме.Наконец-то. Мысли разбегались по углам этой комнатки, которая раньше была ее, а еще раньше была ее матери. Это странное ощущение.Лежать на том полу, где ходила она.Где она лежала мертвая.Тут когда-то была жизнь.Сейчас же постоянный гость в этом доме — пыль и тени.Тени прошлого, что не могут найти покой.Они прячутся в темноте все еще воняющего плотью подвалом.Там они находят дом. И если даже тени прошлого находят дом, то и Юлия сможет.Она в этом уверена. Глаза закрыты.До ушей доносится шум дождя.За весь день ни на миг тот не перестал лить.Казалось, сырость доберется до ее тела, поглотив его в вечный холод и тягость.Хотя, изнутри так и было. Девушке хотелось освободиться от воспоминаний, что ее тяготили.Хотела найти друзей.Хотела тепла от людей. И сейчас, лежа с закрытыми глазами на полу, она представляла именно это. Ей нельзя открывать глаза.Она не хотела видеть и возвращаться туда, где ей не место.Где ей нет места. Но не только поэтому глаза Юлия не открывала. Этот ритуал, что девушка сейчас проводила, легко нарушить, открыв глаза не вовремя.Стоит прислушаваться к каждому шороху, к каждому скрипу половиц, к каждому крику проходящих мимо бродяг.Чувствовать, как тело продувает ветер, как дребезжит земля под спиной.Чувствовать давление воздуха на грудь, не дающее встать.Чувствовать, как по руке прыгает муха. Если она откроет глаза, то не попадет туда, куда ее направил парень из сна.Девушка сама не знает, куда отправляется.Но желание узнать правду было больше, чем вопрос о том, а безопасно ли это. Только вот мальчишка не упомянул, сколько так лежать.Юлию уже клонило в сон.Если она уснет на полу полузаброшенного дома, тетя, которой доверили опеку, не особо сильно обрадуется тому, что Юля не пришла домой. Краем уха Абрамова услышала треск.Сперва подумала, что показалось.Но треск повторился.И не один раз. По телу вдруг пробежал легкий теплый воздух.Понемногу оледеневшие пальцы наконец-то стали ощущаться.По ногам не бегали мурашки от мокрых штанов. А вокруг тишина.Никакого дождя, никаких машин и разговоров мимо идущих.Просто треск горящих дров и легкое мычание, напоминающее пение.Загадочное мычание доносилось с другой стороны комнаты. И так не хотелось открывать глаза.Все, что она чувствовала сейчас напоминало ей прошлое.Теплые вечера с бабушкой.Ее колыбельные.Только что сваренный какао.Любимая игрушка рядом.Захватывающие сказки. -Можешь открывать глаза. —произнес незнакомый голос, как только пение стихло. Девушка дернулась.Никого же не было в комнате.Может, она все-таки заснула? Юлия напряглась.Нет, настолько реалистичных снов не бывает.Что-то здесь не так.Где хоть какие-то звуки, кроме треска дров и незнакомого голоса? Где тот воротящий желулок запах из подвала? Почему здесь пахнет травами и хвоей? Чтобы понять, что происходит, пришлось подняться. Абрамова долго не решалась это сделать.Вдруг незнакомец не с добрыми намерениями? И что тогда делать? У нее нет никого оружия, никакой защиты.У нее даже состояние не позволит бороться. Ладно, будь что будет. Девушка открыла глаза.Первое, что она увидела — темный, низкий потолок.Потом засущенные листья, висящие на стене.Она не увидела привычной колонны, около которой лежала несколько минут назад.Не увидела своего рюкзака.Не было и бабушкиных любимых часов.Настенного плаката тоже Юлия не досчиталась. Это вообще не та комната, в которой она лежала совсем недавно.Это..совсем другое помещение. Юля лежала на кровати, накрытая мягким пледом.Рядом горел камин.С другой стороны маленькой комнатки, освещенной оранжевыми лучами, стоял массивный деревянный стол.Два стула, один из которых занят.В самом углу комнаты сидел старичок.Он смотрел на Абрамову, подперев щеку рукой. -И когда же вы все перестанете ко мне тыкаться? —спокойно, с долей озорства в голосе, произнес мужчина.Он лениво перевел глаза на огонь.Похоже, в ответе на свой вопрос он не нуждался.— Что бабушка твоя, что тетя, что дяди.Эта семейка будто проклята.Все прошлые, настоящие и будущие поколения принадлежат Ему. Юлия села, откинв одеяло с ног.Перед глазами все поплыло.Вставать на ноги сейчас было не лучшим решением. -Извините, но принадлежат? Кому? —Юлия потерла глаза, пытаясь привести себя в чувства.Немыслимо.Она только что была в доме своей матери, а теперь сидит в совершенно другом посещении, да еще и с дедком каким-то. Поверить в подобное очень сложно.Может, все-таки, она заснула? -Дому, конечно же! —старичок хмыкнул и налил какую-то жидкость из заварника в две кружки, стоящих рядом друг с другом.Судя по запаху, скорее всего это был чай.—Твой дядя сказал, что тебе нужны ответы. -Дядя? —Юлия все еще ничего не понимала.Почему она переместилась в какую-то комнату без дверей и окон.Почему висящие сушенные грибы будто имеют глаза и наблюдают за каждым ее действием? Что за дядя? И что она вообще тут делает?— У меня есть дядя? -Тяжелый случай, —старик поджал губы, отпив из одной кружки.Вторую поставил напротив себя, призывая Юлию сесть рядом.—Тебе снился человек.Сказал, что поможет тебе узнать правду. -Да. —девушка кивнула.Аккуратно поднялась с места, ступая по красиво расписанному, мягкому ковру.Она окинула недоверчивым взглядом угол, где стоял стол.Медленно подошла и села на свободный стул. -Ты уверена в том, что хочешь знать? —мужчина перевел невидящий взгляд с камина на нее.Глаза были у него странными.Они переполнены хитростью. И он точно знает больше нее.Знает больше и про маму Юлии и впринципе обо всем.Он точно знает больше, чем она, а значит от должен помочь. -Конечно. —Абрамова уловила его хитрость, пробежавшую во взгляде.Уловила странные движения руками.Но если он знает про ее мать больше, чем сама Юлия, то он точно сможет помочь. -Любой ценой? —спросил старичок, слегка сщурив глаза.Присмотрелся к ней.Оценил взглядом. -Да. —Юлия пыталась отвечать терпеливо, но ответы вырывались сами, не давая даже подумать о том, что все это очень странно.Какой-то старик в странной комнате, который знает больше нее о ее жизни.Подозрительно.Но плевать.Главное — узнать правду. —Мне что-то нужно сделать? -Без этого никак.. —мужчина усмехнулся, скрыв это за кружкой чая.—Мне нужен кулон. Девушка нервно отхлебнула чай.Казалось бы, эта атмосфера должна давить.И она сперва это и чувствовала.Но..все вдруг перестало давить.От стен, украшенных кулонами и засушенными фруктами, отражалось спокойствие.Приглушенный свет из камина освещал всю комнату.Треск дров успокаивал.Но в этом всем и была нервозность.Все слишком идеально. -Что за кулон? —Юлия посмотрела в лицо старика, что в полумраке словно исказилось. -Он находится у нашей с тобой общей знакомой..